Тетради 2008 года
- -
- 100%
- +
© Александр Петрушкин, 2018
ISBN 978-5-4490-5555-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Перекур в тамбуре
деревянное пиво в купейном вагоне волчары на местном базарятне по детски балканят – на сербов надежда они не обманут[деревянное пиво в бумажных зубах остываетза окном – не погода а что непременно сбегает]всё свинцовей пейзаж всё хвалённей нелепое братствовсех окопных шакалов майкопских нелепое тёмное блядство[достают рукава небеса достают скоро вынутвсех искусственных нас до сюда/суда не допустят на выдох]не допустят не сплюнут закажут (нам) (слу) -жить по приказудеревянное пиво и пить бессловесно заразу[пеленая младенцев нажитых елдой с гепатитомпанихиду отслужит другой кто упущен из вида]он с бубновым тузом спит валетом у воздуха кромкивсех знамён змееносец – слепой или зрением тонкий[деревянное пиво всё точное по парадигмедва хвоста тёмный поезди значит отсюда невыйдем]«рукою тронула не той…»
рукою тронула не тойкоторой длиннойжить приучилась в смерть – постойу шконки глиннойсвинцова жизнь но жестянойшажок в автобусверняк негордый шестернойсмотри увозитсмотри выносят говорято чьей-то светлойа за окном – два фонаряпод глазом третьейна четверть выбитый сквознойпо праву зубаи голубь с телом говоряждёт лесоруба«поговорит за всё столом…»
Андрею
поговорит за всё столомселёдочка со стаканомстальные воды пьём и пьёмдесятый год дожди дождёмпо линзе ходит человекне смейся он течёт как снегно деревянный как слезав глазах андрея перестаньперестранни ещё страшнейрыдают воды под тобойи мы идём страна в странепод поездами под углёмуглом угла не увидатьбалканская звезда на ужини там дождю нас говорятпесочные как небо лужи«изнанка речи на забор…»
изнанка речи на заборводозабортри слова матерных и навсё е странабез пафоса и без тенейплывём по нейи густо густо огородстучится в рототкроешь дверь со всех петельчитай тетерьв глухой стране один слепойон за тобойи говорит за нас рука(но далека)ты обернёшься и вернёшьпо рылу ложьизнанка речи тишинавползёт под ножкакая мягкая земляпримериваешь по себеи траляля«и плакали внизу сугробы…»
и плакали внизу сугробывыплёвывая почву по блатномумы офигели ощущая кожукоторую родители оделиты всё стоишь в колючем этом дымномлесу и понимаешь словатакого нет такого нет у богаты поднимаешь дым и как младенцанесёшь ещё беременная кожейещё ведёшь сугробы как телёнкаон плачет застываетзнаешь можешьменя простить и привестиобратноСамокрутка
свернув в козью ногу газету кыштымскийрабочий читает газету огнёма там на махорке сгорают буквыо нём только нем обо всёма небо боится учиться читатьи падает падает гипс в пионерана смотришь казалось что тело своёно так прорастала девчоночкавера«так думаешь отличаться…»
так думаешь отличатьсяна каплю на щепку от деревана спичку на свет водянойструящийся через косточкутак думаешь просыпаешьсявнутри белой глины у берегаи смерти отмеренной нетмолчи: не бывает другой«берестовое письмо…»
берестовое письмослева справа не воданевода заводят телов перестрельчатое даедем едем за свердловсктам барачный живёт гостьозирает своё телоперезревшее до слёззренья нет растёт сиренькупоросная как теньрасшифруешь если сможешь(паузу здесь) хренотеньберестовое письмопривокзальный проводникчувствуешь как белый богк нам проник под воротникедем едем за тюменьнемясной но пелеменьна соседней сидит лавкеберег жжёт и прячет тапкиречи нет ты слышишь нетувсё вернули интернетуснег по чёрному экрануводит воды возит лапуберестовая водазапечатана в конвертеедем едем беломоромто ли волки то ли в светеподорожная странавыйдешь видишь ни хренаи частят в качелях детиа над ними бьёт волназдесь по детям ходит богчешет детям рваный боки по всей по всей сибирскийрассыпается песок«выйдя в парк городской…»
выйдя в парк городскойповернись налево —изнутри тебя днау земли не бываетвидишь пятнышко твёрдогото есть несмелого светавыйди в парк пионерпараллельно лежит между намивышел в парк городскойи прижался к стене словно к мамезакурил – бросил воздухкурил зарешёченный дыммежду пауз жил парки смотрел словно смертный былнами и внизЖенщина сороколетняя
привкус чего-то актуального наверное литературыснобизма (идитынах) крики панаехали тут всякие дурывсякие всякиецелую тебя за ушкомв избушке между кладбищем и небом целую то кладбищем то небомто есениным то женщиной сороколетнейлетнейтрогаю мну обдираюсь ботвою до кровитипа дайте мне грантса дайте водочки и любовислова нет – остаётся твоё телотёплое и страшноеза окном светает от неактуального снега«крохотное небо назывные буквы…»
крохотное небо назывные буквыподсадила мама кума на копейкупосчитаешь – сдохнешь от любви и мукино читают в хате по солдату швейкуно читают в хате кружевные окнаумирая нежно от красивых сукхавает ребёнок у родного голубяиз трёхпалых резаных/тёмно синих рук«не ходи никуда с той…»
не ходи никуда с тойто вот с этой а может стойздесь возьмут алтын за постойтам спалят как сухостойне ходи никуда аганад тобою вода в три дождямир и круг состоит из тенейговори что сгоришь с нейдо воды три звезды агунас пасёт на своём лугурастворишься в её кислотепо звезде, дорогой, по звездене ходи по воде агыиз которой наружу дымиз которой твои следысмотрят вверхкак когда иты«смерть на меня в просвет…»
Лёше Халтурину
смерть на меня в просветсмотрит рыбак из лункиверит что клёва нети достаёт из сумкитри пузыря по сорокэто не дни а бабысмерть и рыбак заметятв смысле не будут радыпо донышку теплотрассыходят за светом людискоро придёт любовьи рыбака зарубитбудет по рыбе солнцебудет за лункой словото ли любимая блярвато ли для смертных воблаЖивые
хиляй до хаты паузы не будетдыхание о горле позабудетв глазницы входит ржавый мёртвый смехбьют спирт два горлаза себя за всеххиляй до хаты Бога может нетудыхание охочее до светуменяет свет меняет языкистоящему у землянойстрокиу самого порога вертикальносклонился кто-то полюбил оральнои похилял до хаты небесамиостался хрупкий спиртмежду зубамии вид как будто тот который нетразвёл крыла хиляет типа светгде не земля а чёрные родныепьют спирт воследсо всем совсемживыеВоробей
соскучился по снегу и лепечетобратное всё свету милый птенчикне говоря летит на север на светуон призывает всех волков не плечина славу что и значит на бедумне скучен брат мой брат мне отвечаетто падает то на письме растаетскворчит и пробивается сквозь плечичто ж всякий неолег бывает вещимсмотри как свет уносит мимо вещион не убьёт нас – только искалечитон искалечит это только – птенчиклетит на север пьяный как языклетишь лети пернатыйтёплый вжик«поднимается взгляд – удаляясь…»
поднимается взгляд – удаляясьв пустоты все вещиогибает как воды рекитихо точат углыкак аморфные нутрии – не словоокажется вещима пропущенный слайд отчего-тоне названный имты стоишь на вокзале и я от тебя удаляюсьтретий рельс третий разя твой взглядпонимаешь мой взгляд?я ещё улыбаюсьи delete сморгнув нажимаювот и всёникогокто напишеткак пропуски нас«в поклон – в поклон – в поклон…»
в поклон – в поклон – в поклоноглянешься —мир страшныйтебе заглянет в роткак бы дантист бесстрашныйсрифмуешь полукедыне с кедами с носкомдавай скорей уедемоставим им дурдомоставим им надеждуоставим поезд имв поклон – в поклон – отсюда —к тем мёртвым и живымоставим списки-впискии женщин для любвичтоб дети говорилина мы на ты на вы«на свободе десятка за тридцать…»
на свободе десятка за тридцатьчто утеряно то и нашлипомнишь братец поэторазвёрсткупомнишь как они воздухом шлитам за небом нам это зачтётсяпьянь и гордость и свет от землиснег сегодня и дворник зажжётсяне от речи – от дара тоскина свободе десятка за тридцатьчем потеряны тем и пришлии сгорает чернильная вёрстканабивая свинцовые рты«написала подруга вчера…»
написала подруга вчераотодрали её на балконето то было и страсти и вонибыли ангелы и операи ходила по кругу по кругуговорила звала меня сукув переносном значении – к стукув затемнённое небо с утранаписала подруга ничё здесьза околицей – небо и лес естьходят люди случайные с чаемвозвращаются эти сюданаписала подруга запискувсе мы в чём-то ведём перепискувсе мы с кем-то живём перепискувсе мы живы бывали с утранаписала подруга упругонас имели по гланды подругаэти речи земные – вариласьблядь-поэзия-крошка-горая не вышел отсюда не вышели шепчу отвратительно ближенепохожие светлые глухинаписала подруга вчера«она зашла не в магазин…»
Евгении Извариной
она зашла не в магазинона зашла в субботуи оказалось нет дрезинчтоб завести работуона бы гладила еёкак бы ребёнка светили котиха свой животне успевает спетьона гуляла по землепо почве во двореа снизу поднимался свети плакая в ответона зашла не в магазин(здесь: левый поворотей скоро: сорок и одина после новый год)Гоголь
ты помолись за нас смели в двух жерноваходин похож на небо другой землёй зажатодин горит как кожа из проруби в метельвторое – не второе – а спиртовой наш зверьходили с машарыгиным под небеси кыштымскойходили аки голуби клевали зёрна с руки тело не болело а говорило словоиз гроба раздавался неравномерный стук«ты шелестишь как веткою рука…»
ты шелестишь как веткою руказадетая у престарелой тёткиидущей от бидона молокаот всех телят потерянных по коркена левом локте у сырой землиона и ты идут и следом вам телятано не рождённые бредути где они прошли – соскиземные плачут внутрьи виновато«выходишь в ночь а…»
выходишь в ночь аночь в тебя заходитначнём с началиюль – не календарьвода (как диманаписал) не ходитне ночь андрейа тонущий вокзалпохоже здесь сто-яла электричканачнём с началвосходит в небо дождьесенин спитпока сгорает спичкаи в этом правдаправды ни на грошсгорает ночьскорее – полседьмогоначнем с началвода приходит ночьвсе мудаки и сукино в июлеза изречённоеречёшь себя на ножвыходишь ночьгостиница и узелгрызёшь на пальценеесенин спитвода уходитв небо (точка) то естьвода перелицованана спиртДекорация для голоса собаки
бобик с косточкой свинцовой [пере-бегает как сквозняк битыймежду двух форточек]лает собака – её перед-ввёрнутый голосгремит как стая мисок[рано утромозирается]кто ты?чьё ты зёрнышков свинцовых костях?[лай из кинозала] моё«молчи молчи молчи молчи…»
молчи молчи молчи молчито с правой то с другой рукиздесь есть река но изрекиножа не видно не дышизастыл как зябнущий незверьне птица но себя сильнейпрозрачней видишь как внутридвора тебя все мужикистоят не дышат а вверхулетает непрозрачный кубон говорит – что говоритмолчание звонарь болити ходит по гнедой дугетрам-пам-парам с бре-ке-ке-кемолчи молчи молчи молчино выйдя в тело мужикивзлетают как с одной рукииз глубины слепой рекисвинцовый куб во мне летитмолчи молчи мне говоритЧад
Ольге Ермолаевой
над головами в чад трамвай влетел разбилсяна стаю медленных воронразворотилсяна стаю медленных ворон на горловоемолчание на дирижабльнад головоюсвистит молчание свистит заветной уркойнад головами в чад трамвай на полудуркавсегда дуракнайдёт игру цветные тряпкина перестрелку есть всегда своипосадкинад головами Чад трамвай и дым до пеплаи я стою – не навсегдасветло и слепоКыштымское рождество
как «-20» эта водка плывет во мне из яблонь лодкамороз мороз пустой кыштым[плывет за ангелом один]плывет как «-20» только их наблюдаешь ты со спинидут обнявшись через круги[остынь остынь]через седьмые руки речи сидит кыштым у русской печиеврей евреем среди льдин[немой с немым]поговори со мной я смертный за это дан двойной языкчтоб ангел говорил до смерти[как смерть иным]как в «-20» дети зеки смотри живутс кыштымским ангелом до смерти[и там и тут]и дым к земле ластится как бы почти щеноки ангел у детей и смертных[лежит у ног]«темнее чем речь не бывает…»
Андрею
темнее чем речь не бываетнет времени года отсюдаи санников книгу читаети небо выходит повсюдуи едут по каменной твердиурытые мертвыми санитемнее урала не всходитпо снегу в стыду и обманеи жизнь не проходит по слухус распоротым брюхом сугробыидут по телам или смертнымдо азии черной Европы«из художников выживет восемь и к декабрю…»
из художников выживет восемь и к декабрюопадут эти стены к коленям дощатой землино китайская грамота на хрен нужна букварюдорогая моя колени свои развединазовем их руками когда на двадцатую ночьязвы вскроют суставы словесной паленой чумывыпьет водка из горла твою нерожденную дочьиз художников только лишь восемь виднысо спиныэтот город Свердловск и хоть ебургом мир назовивсе конечно Тагил и Озерск а темны переходыдорогая моя на качелях летая взгляниникакая болезнь или смертькак художник уходитиз влагалища мертвого полой как небозимы«перепиленное дерево…»
перепиленное деревопьяный в дерево мужикон лежит под этим деревомон наверное проститзачитался старой книгоюи не видит что егоподнимают словно спелоеслово небуза кого?«как ты стоял репейник под водой…»
как ты стоял репейник под водойты жестяное имя а другойтебе другое имя даст а конвоирв большом тагиле больше чем тагилна женской зоне только именакак ты стоял как будто всем ханатебе другое имя голубь по водепроходит крестом накрест по себекак ты стоял как будто выносилтела подруг с влагалищем пустымна женской зоне жестяной полкансвистит и главным образом по намкак ты стоял репейник в женской зонеподи без имени и вертухай потонеттагил идет один один тагилсвоим подругам х… и конвоир«не переносишь бережешь в своей ладони свою дрожь…»
не переносишь бережешь в своей ладони свою дрожьпотрогаешь и падаешькак ты умел переносить слова до сноса и штанинкак будто воздух лапаешькак пуля вверх растет трава она конечно не правано прорастает птицууснувшую в своем гнезде и на осиновом листекак муравей убийцупометил всё переноси… возможен перенос одинс гостиницы «Свердловск»взлетает снег и смотрит вниз взлетаешь ты и смотришь в снеги сбережённый воскв лишенном хворобы болит молитва тело говорити не хватает слов«передающему снег пересказывать некогда негде…»
передающему снег пересказывать некогда негдеприткнуться к вокзалу ж/д головойв перегаре и светемолчать и молчать что ты видел задел на просветенемой твой язык замерзаетза треть сигаретыты мне передай свой древесный язык и занозыа вновь переходишь дощатый свердловски под голос откосысвои забываешь бываешь и ешь свое телои свет на тебя наступаетчуть раньше рассветаон третьей ногой ковыряет свердловскмы замнем от испугазамрем и умремот стука того как этот свердловскобрастает базланьеме-бурга«ты говоришь как будто говоришь…»
ты говоришь как будто говоришьпересылаешь почту через богаодин дурак а перед ним дорогавсе за бесплатнопроходи за нимпересылаешь глиняны хрящиа горловая русская навыпуски речь и бабы и твои кишкинужны лишь богутолько он нас вынесон вынес нас как дым мы дым над нимсмеются бабы значит тоже смеютодин дурак в дороге крепкой спити ангелы его под снегомгреют«вот так летишь и льстишь…»
вот так летишь и льстишьа в нутрь пусто пуста и таудвоенная таты слышишь васьмоя квартира держится едвавот так летишьи та и та и таять стоит жизниесли оглядеться найдешь карманыа в карманахсердцеразломанное с хлебом пополамлетишь и слышишькто-то рядом в голостамБревно
закроется окно – слетят со стекол брызгиаптека на фонарь закроетсяв говноне одиссей чтоб плыть не гамлет всероссийскийнет братец не река скорей под нейбревнопроизноси меня переноси молитвывкушай как сердце мёд и воздухконтрабандныйнеси в своих руках венозных как отрывкизарытые в воде ментомдля пропагандыне одиссей что быть чтоб уркой слыть пожалуйнас схватит на прикускозлиная ордано если остановишь свой взгляд в восьмом отрывке(нас хватит на рывок) смотрикак можешь на кротаон слаб для магазинов для идиотки мамыон весть олигофрен и пахнеткак фреонглазеет и сверчит а больше не умеета если говорит то говоритне он«длящийся как провод для продолжения тебя…»
длящийся как провод для продолжения тебяобразует кислотудвуязычная петляобразует кислоту насекомое вискадокасается ко ртудеревянная тоскавсе пройдет и ты найдешь что разжатая рукамнет как птица пустотуиз последнего кускапродлевает путь из путвсем чужогоязыкапишет клюв нас всех пасути спасут каккислота«новый Вавилон…»
новый Вавилонвыпадающий из окнас криком вперед у которогобрызжет слюнапереходит за перечень дозыкоторой темнадоля срывается на половине от ми идо лямы не приходим уходим не дышимслышныэти сугробы взлетают от небаи запах хурмыслева клюют в половинеот света и тьмыдай мне слова которых не будет в Слышны«маленький на маленький Больший по большому…»
маленький на маленький Больший по большомув коридоре спит соседвывернут на стужунастороженный над ним Бог глядит на валенкион помог бы снять емучтоб итить наружуон проходит вдалеке этой географиион стоит и смотрит внизкак алкашик вовкавспоминает про жену что под зимним спрятанаи от этой глубиныБольшему неловко«оказия шла в Красноярск…»
оказия шла в КрасноярскОка тоже шлашила мне шилокоторое грехутаитьЯ не прошу ошу-ша… ошу… ша… ошушаошущаю оказиюнадо впередпропуститьнадо ели и баби мужицкий но бабийгласокБог глядящий с небескак я кушаю кислыещии усами своими касаюсьсоленых как бог облаковне взыщиесть оказиядальше Сибирисвистии ищиМясо
Алексею Халтурину
ох это сушенное мясо луны и дворакуска не досталось – полай полечись не однаа Нео стоит смотрит в Матрицу видит своекрестись а не пой не пой а крестись над собойлетающий смех этот лающий смех никотинжелтушные пальцы взаимно читай аспиринвзаимно летай по тверской баррикадной соликыштымских блядей что получше друзей но вдалинапишут письмо напишут в четыре строкипути переводят нас к смерти из улиц огисушеное мясо торчит под луною как спиртспаси сохрани меня от меня и обидПелагея
Дмитрию Машарыгину
хоть smerti.net она здесь естькак ты зеленый виной градпопить бы спиртику но тутментяры гнусныеты праводин на всех метеоритпо небу чертит и горитего коньковая строкамой милый Диматы праваа смерти нет – ей богу нетзеленый чай и смертный свети Пелагея ткётпирога. из головб. смерти нетв. Равный неготовУрта
подумаешь и скажешь ну и ладноснега нейдут из ртавот это рне та рифмовкаперекрестный смех намеднидовел до медидум а ешь вчеравсё полный doom —слепые курьи ножкисвятые все вокруг и до хераафиш оборванных столбовмир проводаминеуваженье выражаетдамеплывет корабликдумаешь вчеравот это рв снегабежитУрта«о девайте балахоны руки ноги голова…»
о девайте балахоны руки ноги головатреугольные глаза фиолетовые ушиЧукоккала блаблаблагде на пятом переулке под шестым своим стихомбыл пожар опять растушенКаланчою с козырькомгде летал я чижик в пыже по башкирски говорилбалахоны руки ноги фиолетовые ушипривяжи ко мне Костыльи когда по переулку Цыпой прошуршит трамвайя чужой взлетаю лучшеа в лицо не узнавайПервый-второй-третий
Сергею Ивкину
с этого начиналась с ползунка с наговора с ворас пивной с балалайки только позвал а уже оторвалосьчто-то внутри что ж ты маленькийбог с тобоюлитература-дуране начиналасьнеизвестный солдат члены разделывающее мычаниеагу на гу – я так не могу – выходи из своегоокруженья позови оглянисьвот оно – в голове – отчаяньечто ж покричи мой маленькийчтобы не бог тобойчто ж покричи на осень глядючи из гадючинскасфинксой на первый снег говором мягким птичьимчто оторвалось и стукнулониже и ниже печальногочто же молчишь маленькийангел становится ближебледненький окровавленныйв осень рыжухой смененныйпервый барак восьмойкруг или крут до молчанияпервый барак восьмойзек и поэт в обнимкупервый сверчит на проводетретий как обещаниеВолк
Леониду Юлдашеву, Елене Оболикшта
лена лена иди налёне лёне все весналена лёне хуй в карманепо реке плывут карманыполные как проводада скажи мне мальчик далене лене по хуй тьмаосень ночью не виднаволки волки по клыкипо любовь идут с рукипо любовь стоят в рекелена лена вдалекеполные как проводаходят люди ходят дагумилев над ними пьяныйбудто богом этим данныйа качель скрипит из тьмына реке горят следылёне с леной по хуй всёнад рекой стоит лицоволк себя целует иот лица идут круги«брезгливый ямщик говорит не с тобою а с небом…»
брезгливый ямщик говорит не с тобою а с небомкак будто бы ты заебал как будто там не былоткуда вернулся откуда пока лепетатьучился пока научился летатьпрошло три зимы восемь девочек это неважнонегромко скрипишь (извини, говоришь) что не слышит неважнокоторая слякоть которая будет с тобойкоторый там мальчик спартанец последний френд-бойбрезгливый ямщик не дорога когда свысокапоследние смотрят – как будто бы ты заебали никак«на ветке смычок зацепился цевирк или цвирк…»
на ветке смычок зацепился цевирк или цвиркон звук издавал а теперь отдохнул и отвыкон деревом дышит как старый мужчина когдана свадьбе у сына целует невесту когдаон мать вспоминает по запаху ты отвернёшься но япродолжу смотреть на игру хромосоми не игрек а иксна ветке смычок заменяет пернатых и крысраздвинешь ладонями воздух нальётся водав ладони по небному желобу жалость по дваналей цевиркА по струне отвернись от дарови ветка права от шелеста и до вчерасмычок когда там за мною?то звук то засов«мама мама никакого секса никаких мальчиков ни в коем случае девочек…»
мама мама никакого секса никаких мальчиков ни в коем случае девочекэта пони удивительнаговори со мной об иванове о сосноре о сидорове об океанео царе салтанемама мама сказала быть дома (когда нибудь лошадь пристрелят —собери яблоки)«в третьем часу носят беременность больше чем девять часов…»
в третьем часу носят беременность больше чем девять часовгладят живот изнутри и снаружисолдаты двух ротротный сегодня ушел в караул – караул! —кличут две роты когда им не хватит двухдурэти солдаты – весь мир новогорный бля блявыберут тело а после повесяттебя«обращайся голый голый…»
обращайся голый голыйснег идет по всей земледунет в мятные пределывыкурит блох за пределя стою на переулкеа вокруг летят окуркибога нет поскольку естьснегздесь«нрзб как нрзб…»
нрзб как нрзбстол стоящий на дворепьяными накрыт и бредитбелая горячка веритедет едет голована троих тебе дананрзб и нрзб харакири в декабретянется не очень долгоно корочев октябренрзб и нрзб«собачий нос мороза…»
собачий нос морозапотные пирогивыйдешь от носа к носуулицы на огино невозможна скоростьесли девятый часпес или березано обнимают нас«вот и молчание виснет мокрой веревкой…»
вот и молчание виснет мокрой веревкойтихий рыбак сидящий над нами в пилоткеславный солдат оловянный в молчании стольконеба что хватит в карман если скомкатьэто пейзаж этой осени первой с окнаслева и справа стена а вверху до хренаголоса с голодомголода с голосомстолько«пороги как пороги в девятом переходе…»
пороги как пороги в девятом переходев девятом вроде кругесуют под ногирукинеправда или правда прямая через небои хорошо что не была звал как будтозвалстоять по середине ходить по древесинев девятом вроде кругеквадратный ангелспалпороги на пороге пересечённы ногитрамвай девятый номеридём без ногвокзалидем в депо под руки напильники и стукив девятом тепло кругеуснул уснулпоспал«обойти не обойдёшь…»
обойти не обойдёшьвыйдешь выйдешь не войдёшьзлее смерти только детизоопарка нет на светевсё уехал зоопарксидоров не очень радя спешу в другое местос погремушкою дружуу меня в кармане пестолья сегодня не сужуобойти не обойтивыйти выйти перейтито ли жизнь а то ли булкубаррикадное метросмертна каждая кожуркаи билеты далеко«лиза лиза пишет машарыгиным санников…»
лиза лиза пишет машарыгиным санниковпротоиерейпункт номер два (проходной) —нет дверейпропускаем третий абзацвсе как мы песецлиза лизапункт с 4 до десяти в десятой —я подлец