Наследие Эвата. Мифы Аталии 5. НА РЕДАКТУРЕ
- -
- 100%
- +
— Тебе со мной нельзя, — шарф был слишком ценен для него. И на сражения он его с собой не брал, ибо соблазн использовать его был слишком велик, а отмыть потом запах смерти и личей тяжело.
За шарфом пряталось кольцо, вот его он и искал. Это была гениальная вещь, которую он как раз и создал для таких мест. Через него можно отдавать команды — услышит их нежить или нет, значения не имело. Сжав его в кулаке, он пальцами другой руки щёлкнул, и шарф сам аккуратно сложился в шкатулку.
А Мяун спрятав кольцо в кармане, поспешил к общему костру.
Костер полыхал, поднимаясь вверх. Солдаты передавали деревянные чашки с кашей и маслом друг другу. На поваленных брёвнах сидело столько людей, что не оставалось места, кое-кто стоял с чашками в руках. Гул голосов напоминал рой комаров. Мяун чуть сморщился, ведь в восьмом отряде не было столько людей. Взгляд перешёл к капитанам других отрядов — они стояли чуть в стороне, тихо переговариваясь.
Почти сразу в руки сунули деревянную чашку с кашей. Автоматически подхватив её, он прошёлся взглядом по людям, только потом заметил Тамаса. Тот тоже присутствовал на так называемом сборе восьмого отряда. Сидел в стороне, развалившись в кресле, покуривая трубку, пуская облачки дыма в небо, куда и был устремлен его взгляд. Даже со своего места Мяун мог видеть его красные щеки и нос, и он подозревал, что всё время после их разговора Голова не спал, а “оздоровлялся”.
Алкаш или нет, а им он сманипулировал с особым изяществом, — подумал Мяун, зачерпывая ложкой кашу, подул. Сам себя он считал крайне устойчивым к чужим манипуляциям. А оказалось, что помани перед ним костью и он побежит, открыв рот.
Разговоры постепенно стихали, всё больше людей смотрели в его сторону, пока он ел, стараясь держаться непринуждённо. Сердце билось сильнее, смешивались восторг и неожиданное сомнение.
— Чувствую себя на сцене, — хмыкнул Учур наконец. Ложкой указал в сторону Тамаса: — Указом уважаемого Головы меня назначили замещать брата в сражениях в роли Капитана восьмого отряда.
Люди загудели. И Мяун молчал, обводя их всех взглядом, глянул на Голову, тот продолжал смотреть в небо. Казалось, он приехал насладиться природой и ждал, когда ему сделают шашлык.
— Почему ты? — бросил кто-то из офицеров, кажется, второй из восьмого. Мяун его имени не знал. — Ты ж офицером-то не был.
— У меня есть несколько идей, — продолжил Учур, не обращая внимания на офицера, — того что мы изменим в нашем порядке… первое это…
— Да чтоб меня! Глянь, — тот же офицер ударил локтем соседа, и с задором указал на Мяуна подбородком, — Теперь приказы будет раздавать этот артефактор-неудачник?
Смешки раздались в отряде, и вновь люди загудели как мухи. Мяун перевёл взгляд на офицера, на его лысоватую макушку с редкими прядями у висков. Спора и тем более драки не хотелось, да и не повадно в роли капитана затевать драку… уж это он знал. Но и его проигнорировать уже не мог.
—Что? – спросил Мяун, шум стал спадать.
— Ну ты ж разве не артефактор-неудачник? — усмехнулся он, сидел широко расставив ноги и наклонившись вперёд, локти опёр на колени, бросив на Мяуна дерзкий взгляд. — Все так говорят. Не веришь — спроси у любого.
Он сидел среди своей компании, явно чувствуя себя хозяином. Вся их группа смотрела на Мяуна оценивающе, с холодным любопытством и скрытым вызовом, будто заранее ставя его не в счёт.
Ну во-первых, — думал Мяун, оценивая ситуацию и как лучше из неё выйти, — не неудачник, а самоучка, разница принципиальная, но поправлять его не стал. Проще было бы вырубить его, но используй он силу и его испытательный срок закончится едва начавшись.
— Кто так говорит? — лениво протянул Учур, думая, что этот человек станет приманкой для личей, чтобы они попали в круг. А что? Ему нужен был человек с яркой и мощной энергетикой. Только не должен бояться огня, но этот выглядел явно бесстрашным.
— Ты так считаешь? Ты пользовался моими артефактами? Хочешь попробовать сейчас?
Ответа он не дожидался, только видел как лицо офицера скривилось. Мяун отвернулся, его палатка была близка и он щелкнул пальцами, в надежде, что шарф придёт. С такого расстояния он прежде не призывал его. Тишина.
— Ха! И чего мы…
Мяун чуть нагнул голову, ведь из палатки, кувыркаясь, выкатилась шкатулка, в которой был шарф — он забыл, что закрыл её. Поджал губы, чтобы не засмеяться. Остальные тоже, кажется, всматривались, перешёптывались. Офицер явно нарывался, что-то говорил за спиной.
Учур дождался, когда короб, всё так же перекатываясь углами, подкатился к его ногам, нагнулся и открыл крышку — шарф тут же вылетел, прокрутившись спиралью вокруг Мяуна, устремился к лысому.
Тот смотрел на него, нахмурив брови. И шарф, как бы играясь, обернулся вокруг его шеи, и… Мяун щёлкнул пальцами, улыбнувшись, и шарф в мгновение ока скрутился вокруг шеи лысого. Всхрипнув, тот поддался вперёд, хватаясь за шею. Его друзья повскакивали, и кто-то достал нож из сапога. Магия шарфа была быстрее — он двигался стремительно, в тот же миг обвился вокруг руки, что держала оружие, и сжался; нож выпал, рука быстро посинела.
— Достаточно, — раздался тихий голос со стороны. Мяун глянул в сторону Тамаса — тот на них не смотрел и выглядел скучающим. Выдохнув, Учур щёлкнул пальцами, и шарф ретировался, опускаясь к нему на шею.
Заметив, что Даби сидела совсем рядом, Мяун сунул ей в руки чашку, обернулся к другим, решив, что спор с лысым исчерпан.
— Итак… — Мяун развёл руки в стороны и сделал им шутливый поклон. — Артефактор-неудачник, потомок артефактора Синамы Учур — ваш новый капитан. И я собираюсь из вас всех сделать артефакт.
На мгновение разговоры утихли, краем глаза Мяун заметил, что Тамас обратил к нему ленивый взгляд. Но оборачиваться и смотреть на его реакцию целиком не стал.
— Но для начала… с этого дня мы не будем посылать группы на поимку личей.
Его слова произвели более сильный эффект, чем он планировал. Даже капитаны оживились. А офицер, что спорил прежде, подскочил на ноги.
— Бред!? Ты вообще в курсе, что неживые восстают каждую ночь, хоть убей их, хоть нет?
— В курсе, — коротко ответил Мяун. Он ждал, когда все успокоятся. Солдаты однако распалялись всё больше и больше. Почувствовав прямой взгляд, Мяун опустил глаза к Даби. Она ему улыбнулась, видимо выражая свою поддержку.
Раздались громкие хлопки, и люди стали замолкать. Мяун встретился взглядом с капитаном девятого отряда, Балором Бэкелем. Тот тихими хлопками быстро утихомирил людей и выступил вперёд.
— Объясни себя, — произнёс он Мяуну.
Мяун знал его заочно. Капитаны Кирия, Бэкель и его брат были друзьями ещё со времён Академии, когда-то все служили под началом его отца и сдружились. Со временем каждый из них стал капитаном. Если он не ошибался, Кирия был первым из них. Но тот и заслуживал больше.
— Группу, которую вёл капитан Учур, заманили в Ыллымах три лича. Они, зная о нашей стратегии, объединились, выставив одного в качестве приманки, и разбили группу в прах. Личи используют нашу же стратегию против нас, но на своих землях. По сути, все группы по уничтожению личей чаще попадают под удар.
— И что ты предлагаешь?
— Заманить личей к нам. Они питаются энергией сильнейших некромантов. Их не интересуют слабаки, — он опустил взгляд на офицера восьмого отряда, чтобы тот понял, о ком говорит Мяун. — Если мы перестанем посылать к ним людей и сосредоточимся на том, чтобы сдвинуть границу сражения к Ыллымах, будет первым шагом к успеху.
— Но это не поможет нам победить…
— Мы не можем победить и никогда не могли, — ответил Учур, перебивая его.
Он сказал слова, которые все и так знали, но никто не произносил их вслух. Стратегия Ордена была проста: уничтожить всех личей, ведь именно они поднимали нежить каждую ночь из инферно.
— То, что мы отлавливаем их по одному…глупо. Неживых всегда будет больше. Некроманты гибнут, присоединяются к ним, потому что наша “гуманность” не позволяет сжигать других. Много разных моментов, — он приподнял руку в сторону Даби, заранее зная, что та воспримет его слова на свой счёт, но сейчас было не время спорить.
— А как насчёт людей, которых Даби привела из Ыллымах? Не будь там нашей группы, они бы там сгнили.
— Этих людей нашёл я лично, — произнёс Мяун, разворачиваясь к говорящему, — и это был их выбор там сидеть.
— Эти люди не способны себя защитить!
Со всех сторон посыпались упрёки.
— Нежить существует только ночью, — Мяун достал кольцо, всё же влил туда немного энергии и поднёс к губам. Его голос разнёсся над всей поляной, перекрыв всех. Люди пригнулись, прикрывая уши. Тамас подавился дымом, а капитаны чуть зажмурились. Мяун удовлетворённо посмотрел на свой артефакт, опустил на лысого насмешливый взгляд и ответил на невысказанный вопрос: — Один из неудачных артефактов артефактора-неудачника.
Убрал его в карман.
— Как я сказал, нежить существует только ночью. Эти люди каждое утро, что не отправились в Аладан на своих двоих, выбирали там умереть. Оказались бы мы там или нет, — он передёрнул плечами, — не наша вина.
— Вернись к своей идее, — произнёс капитан Эзоп, капитан седьмого отряда. Видимо, и он заинтересовался.
— Я говорю, что рассредотачивать наши силы впустую глупо. Если мы сосредоточим силы, у нас будет шанс оттеснить нежить. Сегодня уже поздно, но завтра стоит провести подготовку и перенести нашу щитовую линию вперёд — это даст нам шанс…
— Что значит перенесём щитовую линию? Нашу стену? — капитан пятнадцатого отряда вышел вперёд. — Ты понимаешь, что нежить восстанет внутри?
— Таков план, — кивнул ему Мяун.
Глава 3. Положение Литиана
Солнце уходило за горизонт, оставляя округу в тусклом свете. На городских стенах уже горели артефакты и факелы, освещая подготовительную зону, где размещались отряды защитников. Литиан прибыл один, верхом на лошади, спешился, оглядываясь по сторонам. Во дворце ему выдали форму и оружие, хотя до последнего ждал, что Дэзмар потребует сражаться голыми руками.
Настроение юного принца было отвратительным. Смерть короля он воспринял как последний жест навредить ему. Этот человек всегда делал так, чтобы ему было паршиво жить, хотя бы умереть мог в другое время, когда принц стоял бы тверже на ногах. Он был близок, укреплял свою партию — но всё пошло прахом.
«Надеюсь, он горит в огнях инферно». Были ли там огни, Литиан не знал, но очень надеялся. Его отец не заслужил покоя. Ему казалось, что столь никчемные лидеры заслуживают отдельного вида мучений. Литиан бы сам его убил, дождись тот верного времени.
Молодой человек прошёлся по двору по скользкой поверхности, осматриваясь. Никто не встретил. Он привык, что его не принимают как Дэзмара, но здесь был полный игнор. Солдаты-некроманты проходили мимо, переговариваясь между собой и не обращая на него внимания. Капитана Аарна Учура, под чьё командование его поставили, он нигде не видел.
Внутренняя злость кипела, взгляд скользнул по слабому сиянию и вернулся к нему. Ясные сидели прямо в рыхлом снегу, который начал подмерзать. Над ними стояли стражи на готове, с дубинками в руках — какой абсурд, что им сделают ясные? Литиан даже проникся к ним: приятно осознавать, что он не один страдает от системы семьи идиотов, в которой ему “повезло” родиться.
— Ваше высочество, — донёсся знакомый голос. Литиан обернулся: к нему направлялся глава рода Учур. Принц выпрямился, встречая его холодным взглядом. Тот остановился, как положено, приложил руку к груди и чуть склонил голову.
Литиан был уверен, что внутри глава Учур сдерживал насмешливые комментарии о его положении. От этих мыслей и шуток вроде «ваше высочество, не ждал вас, думал, вы голову сломаете в пути», настроение ползло вниз, в глубины его ненависти к миру и всем вокруг.
— Вам сообщили, что теперь вы в моём подчинении? — спокойно поинтересовался капитан первого отряда.
— Рядовым, — кивнул юноша с лёгкой циничностью. Задумался, вспоминая, как рядовых называли. — Как там вы их… точно, духом. — Он усмехнулся. — Весьма подходяще, вы не находите, капитан Учур?
Капитан никак не отреагировал на его голос, наполненный иронией. Он дождался, пока принц закончит говорить, и перешёл к делу.
— Наше поле делится на две территории. Сегодня левая часть — территория первого отряда. Место для мёртвых общее, — он указал в сторону ясных.
Литиан сжал челюсть, сдерживая смешок от иронии «ясные» и «место для мёртвых». Однако уже и сам видел, что речь шла не о магах. Недалеко от них находился чёрный круг, пропитанный энергией тлена, столь мощной, что казалось там в любой момент могли восстать неживые.
Молодой принц размышлял, стоило ли ему облегчить всем жизнь и просто пойти встать в центр круга, ожидая своих братьев по несчастью. Озвучивать не стал. Аарн не был восприимчив к юмору — вот его младший сын поддержал бы и ещё торжественно проводил бы до круга, вот только не стал бы рядом становиться.
— Лекари для всех, — ровным голосом произнёс Аарн и плавно указал в сторону ясных. Провёл дальше к территории подготовительной зоны первого отряда. — Здесь территория медиков. Что касается обороны: лучники размещены на внешнем периметре. Я полагаю, вы владеете навыками обращения с некро-луками… по крайней мере, на уровне, соответствующем вашему положению?
Литиан сжал зубы, глядя на Аарна, его скулы напряглись — настолько вопрос его разозлил. Как он смеет сомневаться в его способностях? Он прошёл подготовку, как полагается принцу. Даже если его мать ведьма, он по-прежнему принц Аталии, второй на трон.
— В иной ситуации я предпочёл бы видеть вас среди лучников, — тихо произнёс Аарн, задержав на Литиане спокойный взгляд и позволив себе нечто, отдалённо напоминающее улыбку. — Увы, распоряжения были иными.
Поднялся ветер, и разнесся гул, объявляющий об общей готовности. Солнце зашло за горизонт.
— Я премного благодарен за тур, — натянуто произнёс принц, подавляя саркастический тон и раздражение, — но переходите к делу. Куда. Вам. Приказали. Меня. Поставить, — он смотрел в глаза капитана, расставляя каждое слово.
Аарн встретил его взгляд спокойно, не отводя глаз и не позволяя себе ни малейшей реакции.
— Приказы не предмет для обсуждения. На поле боя решение принимаю я. Вас я определил в группу моего старшего сына. Демьян присоединится к боям завтра: сегодня его мать не сочла возможным отпустить его. — Капитан позволил себе короткую паузу и легкую усмешку. — Считайте этот день ознакомительным. Наблюдайте, если потребуется спрашивайте.
Так он нашёл ему няньку? Литиана одновременно и оскорбили его слова, и дали понять, что Аарн этим выбрал его сторону, а не брата. Как неожиданно. Ведь род Учур всегда был нейтральным ко всему, что происходило во дворце. Однако, он ещё сомневался, что верно понял его позицию.
— Что насчёт младшего сына? Я был бы не против побыть в его группе, — с Мяуном всегда было проще взаимодействовать: злой на отца неадекват, такие Литиану нравились. Аким ему тоже нравился, но тот был слишком благородным и отца любил, в ситуации в которой был принц, он пока был не готов держать видимость страдающего сына.
— Мяун находится на восточной границе, защищая вашу страну от истинной угрозы, — ответил Учур.
Тут невозможно было ошибиться. «Вашу страну». Аарн Учур официально признал его правителем. Внутри всё сжалось. Литиан смотрел на него, пока не зная как лучше среагировать, когда его внимание отвлёк стук копыт .
На площади показалась лошадь с двумя всадниками — одна энергия яркая, чистая, другая мрачная и знакомая Литиану. Он сделал шаг к ним и напоследок обернулся к капитану. Тот стоял, скрестив руки за спиной, не делал никаких движений и просто смотрел на него.
— Нежить не самая страшная угроза нашей страны, — произнёс он и, плавно кивнув, направился к семье Сонах.
В их поддержке он не сомневался — у них не было выбора. Политика брата была направлена на уничтожение их семьи, так что Сонаху он верил целиком и полностью. Немного раздражало его стремление к честности, но если правильно направить его героизм, с этим можно было жить.
***
Ясная первая заметила Литиана и безмятежно улыбнулась. Её брат стоял перед ней, протягивая руки. Опираясь на его плечи, она ловко спрыгнула с лошади, затем оправила плащ, обернулась к Литиану и поклонилась.
— Доброго вам вечера, Ваше Высочество.
Литиан смотрел на неё, не реагируя, её поведение в таких обстоятельствах казалось насмешкой. Неожиданно он осознал, что игнор был лучше.
Сонах обернулся и, сделав шаг, протянул руку.
— Мои соболезнования.
Плавно кивнув, Литиан принял слова, решив, что тот соболезновал его положению. Не мог же Сонах в самом деле быть столь добродушным? Или недалёким, как его сестра? Принцу было всё сложнее подавлять свои негативные эмоции, в этот день его раздражало абсолютно всё.
— Разве ты не служишь тринадцатому взводу? — холодно спросил он, переводя взгляд на Акимира.
— Я пойду! — опередила брата ясная, шагнув вперёд с неожиданной боевой решимостью.
Сонах закатил глаза, хватая сестру за руку, удерживая её на месте. Его взгляд перешёл к Литиану, а затем за его спину. Принц обернулся назад — к ним приближался один из стражей ясных. Шёл развалистым шагом, как хозяин двора, держа дубинку на плече.
Лицо у стража было сальное, самодовольное. Во взгляде плескалось злорадство, обращённое прямо на сестру Сонах. Чем ближе он подходил, тем явственнее в его взгляде проступала похоть.
Воздух казался сырым и тяжёлым, под ногами чавкала грязь, и каждый шаг стража отзывался липким раздражением внутри. Литиану стало тошно от осознания, среди кого он находится, и на мгновение ему захотелось развернуться и уйти прочь из этого двора.
— Эй! — страж причмокнул губами, не отводя взгляда от девушки. — Ясная, к остальным! Сейчас же! — рявкнул он, подхватил дубинку и с угрозой ударил ей по ладони.
Ясная или нет, перед ним стояла девушка. Как он смеет так смотреть на неё? Как смеет угрожать? Литиан не мог понять, что не так с этим местом — здесь люди вели себя как животные.
Дарка неуверенно отступила. Аким заслонил её, не сводя холодного взгляда со стража. Тот чуть удивился, приподнял брови и с ленивой наглостью двинулся к ним. Голос Сонаха прозвучал тихо:
— Ясным не дают передышки, их заставляют быть на каждом сражении.
— Чтобы они быстрее погибли? — принц окинул взглядом остальных. Ясные выглядели истощёнными, их энергия едва тлела, лица были серыми и потухшими. Только сестра Сонаха настолько ярко светила, что казалось она искупалась в озере с энергией.
— Ты ещё кто? — процедил страж, остановившись перед Акимом. Его глаза были маленькими и глупыми, он безразлично скользнул взглядом по Литиану. — Идите на своё место, духи, а ясной к врачебникам.
Духи… Литиан смотрел на стража с презрением, не реагируя. Его нервы были на пределе. Духи… только он имел право так себя называть.
— Мы лекари, — выглянула Дарка. Мир закатил глаза, обернулся к ней, и она сразу спряталась.
— Или что? — голос Мира был низким, угрожающим, наполненным опасностью. Литиан перевёл взгляд к нему, с удивлением замечая, как сгустилась вокруг него энергия, как потемнели глаза. Эти глаза могли убить.
О, значит, Сонах всё же мог быть ему полезен, — с насмешкой подумал Литиан. Просто нужна веская причина, чтобы его спровоцировать.
— Или что? — страж раздражённо выдохнул. — Слушай сюда, мне проблемы не нужны. Ясные под нашей ответственностью, работать им надо, а не отлынивать. А девка-то сияет — явно не дорабатывает. Поэтому в сторону, герои, найдите себе другую бабу…
В мгновение Мир выхватил меч. Тот вспыхнул яркими жёлтыми символами, тату на шее Сонаха загорелись в такт. Он схватил его двумя руками, удерживая перед собой, чуть поддаваясь вперёд принимая стойку. Литиан улыбнулся: наконец-то ему выпал шанс увидеть работу знаменитого Калабхити вживую.
Вскрикнув, страж попятился назад, поскользнулся и завалился на спину. Он уставился на меч.
— Аким! — Дарка сделала шаг вперёд, обхватила брата за спину, прижалась к нему щекой и зашептала, чтобы он успокоился.
Ну вот. А Литиан надеялся увидеть работу Калабхити. Сонах опустил взгляд — не смог убить при сестре? Как мило.
— Слушай меня внимательно, — прошептал он, глядя на стража горящим взглядом. Он подошёл ближе и вонзил меч в землю рядом с его ногой. — Если ещё раз повысишь голос, или даже взглянешь в её сторону, я лично брошу тебя к неживым.
Дарка осторожно обошла их, неуверенно замерла смотря на брата.
— Можно мне к остальным?
— Почему бы и нет, я провожу? — Литиан протянул девушке руку, предлагая сопроводить её. Его жесты были нарочито плавны и вычурны, словно он приглашал её прогуляться во дворце. Девушка, не смутившись, подхватила его под руку.
— Чудесная погода, — проговорил Литиан и взглянул на неё. Она действительно опиралась на него, видимо по мокрой, покрытой коркой льда, земле в её обуви было тяжело идти.
— Могла бы быть и лучше, — прошептала девушка. — Ваше высочество.
Она остановилась, оглянулась назад и покачала головой. Её брат, схватив стража за грудки, что-то ему говорил.
— Вы сможете исправить эту ситуацию?
Литиан посмотрел ей в глаза — она выглядела серьёзно, спокойно и по-аристократически, даже в своих странных одеждах стиля ведьмы. Нет, он не мог исправить ситуацию. Думал, что мог, но, как выяснилось, все его планы и надежды оказались напрасны. Подозрение, что Дэзмар был под ментальным покровом, было не верным. У него не было других козырей. Он проиграл. И Морт ему это красочно показал.
— Это займёт годы, — наконец ответил он. — Будьте же умнее, госпожа Сонах.
Дарка молчала, явно не понимая его слов. Литиан заметил, что её брат идёт к ним, и добавил:
— Разве вы не говорили, что Мяун ваш партнёр? Вот и поезжайте к нему. Покиньте город, здесь для ясных небезопасно. Надеяться на принца, который одной ногой в мёртвом круге… смешно.
— Нет, — Дарка ему улыбнулась. — Я сделаю всё что в моих силах, чтобы помочь остальным. Вы знаете ведьминский ковен на вашей стороне. Некроманты разделятся…
Литиан мрачно усмехнулся, это чудесно, что столько людей поддерживают его. На словах.
— Так мне сказала Ара. Я верю ей. А вы?
Кивнув ему, она прошла дальше, приближаясь к остальным ясным. Глава лекарей Енисей Захарья — Литиан знал его лично — поднял затравленный взгляд к Сонах. Он выглядел жалко. Принц подошёл ближе, его взгляд опустился к ребёнку. Как он раньше его не заметил? Мальчишка лет десяти прижимался к главе лекарей и дрожал. Одежда ясных оставляла желать лучшего — тонкая, вязаная, нос красный. Мрачное воспоминание проскользнуло из собственного детства. Литиан смотрел на ребенка, не в силах отвести взгляда. Вдруг осознав весь вес ответственности королевской семьи.
Дэзмар имел право отменить указ о свободе ясных. Но как же превратно все понимают отмену указа. Если они забирают свободу у этих людей, значит, за их благополучие они берут ответственность. А они даже не дали им одежды.
— Ваше высочество, — прошептал Енисей, положив руку на ребёнка, защищая его от Литиана.
Молодой принц снял с себя тяжёлый тёплый плащ и накинул его на мальчишку. Ясная из рода Сонах присела рядом с Енисеем, и он заметил, как она начала делиться энергией, восстанавливая силы остальных.
— Меня зовут Литиан Тарух, я второй принц Аталии, — произнёс принц, бросив взгляд на стражей. Стражи стушёванно и недоверчиво переглянулись. — Задача стража охранять, а не вредить. Принесите этим людям покрывала, чтобы они не сидели на снегу, и горячий чай. За жизни, их состояние вы отвечаете головой. Есть вопросы?
Те переглянулись.
— Чей приказ привезти в это место детей?
— Ну этак… ваше… высочество? Это ж не дети, это ж… эти… ясные.
— Где их покрывала? — тихим голосом произнёс принц, и двое из стражей бросились к основным станциям.
— Сонах, — Литиан обернул взгляд к Миру. Тот стоял позади и кивнул, показывая, что слушает. — Пойдём за мной, переговорим с моим капитаном. У меня появились вопросы.
Глава 4. Неожиданный гость
Рин лежала в кровати, кутаясь в тёплое одеяло. Рядом с ней играл Ярли — он давно выспался и теперь охотился на её руку. Девушка, не просыпаясь, отмахнулась от него. Ещё не хватало, чтобы он мешал. Ей никуда не нужно было идти, хоть выспаться могла.
Доносился аппетитный аромат выпечки, мешая погрузиться в сладкий сон. Изнутри дома кто-то шумел: бормотал, что-то ронял, вскрикивал. Голос был женским.
Рин некоторое время старалась не обращать внимания, но когда кто-то ударился прямо рядом с её дверью и вскрикнул, она всё же проснулась. Ярли подскочил к краю кровати, скатился вниз и начал рычать на дверь.
Потянувшись, девушка села на кровати, недовольно осмотрела комнату. Насколько она знала, Морт велел Милисе больше не приходить. Так кто это? Принюхалась, запах был настолько приятный, что в животе потянуло от голода, ради еды она могла и проснуться. Кто-то толкнул дверь, и в комнату вошла молодая женщина. Она не сразу заметила Рин: в руках была большая корзина с вещами. Напевая себе под нос, направилась к шкафу. Со злостным рыком, прямо на её ноги бросился лис.