Радости и горести Александра III

Юный великий князь Александр терялся на фоне более ярких братьев. Был он эдаким Митрофанушкой, застенчивым и неуклюжим недорослем, не умел подать себя и был вполне счастлив на своем неприметном месте шефа Астраханского карабинерного полка8 в звании полковника. Однако несколько трагедий, случившихся одна за другой, навсегда изменили жизнь Александра. Все как в сказке, когда самый скромный герой получает царство и руку красавицы в придачу – но только после трудных испытаний.

Великий князь Александр Александрович в 1865 году

«Старший умный был детина, средний сын и так и сяк…»9

У императора Александра II и его жены Марии Александровны было шестеро сыновей и две дочери:

Гордостью всей семьи был старший Николай – талантливый и обаятельный наследник, обещавший стать первым философом на русском троне. Воспитатели Николая не могли на него нарадоваться: «Самые отвлеченные мысли, категорический императив Канта, философское учение Гегеля, легко усваивались даровитым юношей, – вспоминал преподаватель государственного права Борис Николаевич Чичерин. – Центром этого маленького мира был прелестный юноша с образованным умом, горячим и любящим сердцем, веселый, приветливый, обходительный, принимающий во всем живое участие, распространяющий вокруг себя какое-то светлое и отрадное чувство»10.

А вот Александр, второй сын императора, доставлял учителям одни разочарования. «Он старается и готовит свои уроки по своему разумению совестливо, – писал воспитатель Александра, граф Борис Алексеевич Перовский. – Но он не по летам ребенок; заслужив дурную отметку там, где он ожидал лучшего, он расстроен на весь день, и последующие уроки, даже те, которые были приготовлены очень порядочно, выходят от его малодушия дурными»11.

Перед старшим братом Александр благоговел, уважал его безмерно. Писал Николаю очень трогательные послания – как, например, в феврале 1864 года: «Милый брат, Никса, благодарю тебя очень за твое милое письмо, полученное на той неделе. Прости, что не отвечал тогда же. Но я писал Мамá. Потом пост, покаяние, вспоминание всех грехов на исповеди и потом чудная минута причащения. Милый мой друг, при этом случае прошу у тебя от всего сердца прощения, если я когда-нибудь причиню тебе какое-нибудь огорчение. Надеюсь, что мы не имеем ничего дурного друг к другу, и я одного прошу у Бога – это то, чтобы мы всегда оставались в тех отношениях друг к другу, как прежде и в настоящую минуту. Не говорю о том, как я сожалею, что мы должны только мысленно обняться, а не на деле… Вспомни обо мне, когда будут петь „Ныне силы небесные с нами невидимо служат“. Когда это поют, я готов плакать как ребенок, так на меня действует этот напев».

Николай отвечал Александру искренней любовью, защищал его перед всеми: «Вы моего брата Александра не знаете: у него сердце и характер вполне заменяют и даже выше всех других способностей, которые человеку могут быть привиты12. <…> В нас всех есть что-то лисье, Александр один вполне правилен душой13».

Третий сын императора, Владимир, по-домашнему Боба, на два года младше Александра и на четыре – Николая, отличался большой живостью и честолюбием. Робкого и неуклюжего Александра он дразнил то мопсом, то бычком, то бульдожкой. А Николаю страшно завидовал. «Владимир рано стал задумываться о том, что стоит третьим в ряду наследников престола, и это его, с одной стороны, глубоко удручало, а с другой – вселяло определенные надежды. Недаром в детстве, поссорившись со старшим братом, он кричал, что, если тот умрет, императором станет он, Боба. Конечно, это была детская глупость, но из нее впоследствии выросло мировоззрение»14.

Александр II с детьми (1861). Слева направо: Николай, Владимир (стоит), Александр, Алексей (стоит), Сергей, Мария. Фотография из личной коллекции автора. Оригинал хранится в Генеральном архиве г. Карлсруэ, Германия

Александр II с супругой Марией Александровной

Цесаревич Николай Александрович

Великий князь Александр с любимым мопсом

Великий князь Владимир Александрович

Великий князь Александр и цесаревич Николай

Первое испытание – внезапная кончина брата

В 1865 году во время путешествия по Европе цесаревич Николай заболел. Диагноз оказался страшный – туберкулезный менингит: воспаление спинного мозга под воздействием туберкулезных палочек. Предполагают, что тяжкая и неожиданная в столь юном возрасте болезнь стала последствием падения с лошади: за несколько лет до этого Николай Александрович упросил родителей купить ему английское седло нового фасона, решил его испытать и упал с коня15.

Вся семья экстренно выехала в Ниццу. Близкие едва успели попрощаться с Николаем. Он скончался 12 апреля.

Александр сквозь слезы слушал манифест отца о назначении его цесаревичем: «Приехать Великим князем, а уехать наследником тяжело, и в особенности лишившись самой моей верной опоры, лучшего друга и любимейшего брата, – писал Александр своему другу Владимиру Мещерскому. – Я одно только знаю, что я ничего не знаю и ничего не понимаю. И тяжело, и жутко, а от судьбы не уйдешь. Прожил я себе до 20 спокойным и беззаботным, и вдруг сваливается на плечи такая ноша»16.

20 июля 1866 года в Зимнем дворце состоялась присяга нового цесаревича. Александр записал в дневнике: «Страшно было выходить посреди церкви, чтобы читать присягу. Я ничего не видел и ничего не слышал; прочел, кажется, недурно, хотя и немного скоро»17.

Учителя новоявленного цесаревича пришли в ужас, узнав, что их ученик получит русский престол.

Профессор экономики и философии Александр Иванович Чивилёв: «Как жаль, что Государь не убедил его отказаться от своих прав. Я не могу примириться с мыслью, что он будет править Россией».

Историк и литератор Евгений Михайлович Феоктистов: «Нельзя отрицать, что в интеллектуальном отношении Государь Александр Александрович представлял собой весьма незначительную величину – плоть уж чересчур преобладала в нем над духом».

Генерал-адъютант Борис Алексеевич Перовский: «Когда дело доходит до ответа и Александру Александровичу надо говорить, в особенности же когда дело касается понятий несколько отвлеченных, в таком случае он впадает в крайнее затруднение, мешается и не находит или не решается находить выражений для объяснения самой простой мысли. Все это происходит от непривычки вести и поддерживать серьезный разговор».

Правовед Константин Петрович Победоносцев: «Сегодня, после первых занятий с цесаревичем Александром, я пробовал спрашивать великого князя о пройденном, чтобы посмотреть, что у него в голове осталось. Не осталось ничего – и бедность сведений, или, лучше сказать, бедность идей, удивительная. Все сообщенные мной реальные сведения прошли мимо, понятия не уложились в голове… Ответы его были вовсе детские».18

Последняя оценка чрезвычайно интересна, ибо в дальнейшем именно Победоносцев станет главным поставщиком идей и советником императора Александра III.

«После кончины Цесаревича Николая Александровича в Ницце 12 апреля 1865 года». Иллюстрация из книги 1882 года «История царствования императора Александра II в картинах»

«Присяга цесаревича Александра Александровича летом в 1866 году». Иллюстрация из книги 1882 года «История царствования императора Александра II в картинах»

Второе испытание – женитьба по приказу

Отец-император Александр II много сил положил на то, чтобы устроить брак своего старшего сына Николая с дочерью датского короля Кристиана IX. Сначала речь шла о старшей принцессе – Александре, первой красавице Европы. Но тут русского царя опередила английская королева Виктория, сосватавшая Александре своего сына Эдуарда, принца Уэльского.

Тогда император обратил внимание на следующую по старшинству принцессу. Жизнерадостная Дагмар вполне приглянулась цесаревичу Николаю, и в 1864 году наследник с ней обручился. А через несколько месяцев скончался. Дагмар осталась без жениха, а Россия – без выгодного политического союза.

Новоявленный цесаревич, бедняга Александр, не сразу понял, что вместе с прочими обязанностями наследника ему досталась и матримониальная кабала. Александр наслаждался страстным романом с княжной Марией Мещерской, когда отец вызвал его к себе в кабинет и приказал ехать в Данию – делать предложение принцессе Дагмар.

Александр пытался спорить, предлагал отцу назначить наследником Владимира, тем более что Боба горел желанием взойти на трон. Император разъярился. Напомнил цесаревичу о декабристах – восстание случилось именно из-за передачи трона «через одного», когда наследником Александра I Павловича стал не следующий по старшинству брат Константин, а средний – Николай. Романовых тогда едва не свергли с престола, и это стало хорошим уроком для всех последующих правителей.

Жесткий разговор завершился криком отца: «Убирайся вон, я с тобой говорить не хочу!»

«С тем я и вышел, – записал в дневнике Александр. – Но что происходило у меня в груди, этого описать нельзя. Грусть, тоска, раскаяние»19.

Цесаревич покорно отправился в Копенгаген. «Это сватовство напоминало какой-то мещанский водевиль, – рассказывает историк Елена Майорова. – Родные невесты окружают колеблющегося жениха вниманием и заботой; король Христиан, сановитый и рассудительный, спрашивает его совета по политическим вопросам; братья принцессы показывают ему свои охотничьи ружья и рассказывают веселые истории, в центре которых – добросердечная умница Дагмар; сама невеста, смышленая, изящная и полная обаяния, преданно заглядывает в глаза и очаровательно краснеет… Сопровождаемый всей королевской семьей Александр торжественно препровождается в покои Дагмар. Под разными предлогами брат Алексей и родные принцессы удаляются, а младшая сестра Тира для верности запирает снаружи дверь на ключ. По воспоминаниям самих героев, в запертой комнате они рассматривают альбом Дагмар с фотографиями Никсы. На парных снимках видно, как сильно они влюблены друг в друга. „Может ли она когда-нибудь кого-нибудь снова полюбить?“ – спрашивает Александр, и умненькая девушка отвечает: „Никого, кроме его брата“ – и крепко целует молодого человека»20.

«Слезы и у меня, и у нее», – записывает в своем дневнике Александр 11 июня 1866 года. А рядом, на соседней странице, Дагмар рисует карандашом свой автопортрет и быстрой рукой набрасывает четверостишие:

28 октября 1866 года наследник российского престола обвенчался с Дагмар в Зимнем дворце. Датской принцессе все-таки удалось стать цесаревной Марией Федоровной.

Записи принцессы Дагмар в дневнике цесаревича Александра. Из личной коллекции автора. Оригинал хранится в Государственном архиве Российской Федерации

Цесаревич Николай с невестой – принцессой Дагмар

Цесаревич Александр и принцесса Дагмар сразу после помолвки. Июнь 1866 года. Из личной коллекции автора. Оригинал хранится в Королевской библиотеке Дании

«Бракосочетание Цесаревича Александра Александровича с принцессою Дагмар в 1866 году». Иллюстрация из книги 1882 года «История царствования императора Александра II в картинах»

Третье испытание – боль матери

Тем временем, в семье Романовых разгорался скандал. Отец-император, так важно рассуждавший о священном долге монарха перед обществом, позабыл обо всех приличиях и безрассудно влюбился в юную княжну Екатерину Долгорукую. Александр II поселил фаворитку в Зимнем дворце, рядом со своей законной супругой.

Это был «секрет Полишинеля» – о страстном романе императора судачили не только в петербургских салонах, но и на городских площадях. Государь сильно изменился внешне, страшно похудел, в буквальном смысле заболел любовной лихорадкой22. Пока он заводил детей с Екатериной, Мария Александровна тихо угасала в своих комнатах от хронического воспаления легких.

Вся страна сочувствовала императрице, сделавшей много добра простым людям. Безнравственность помазанника Божия шокировала народ, давала благодатную почву для роста революционных настроений. Анархист Петр Кропоткин писал: «Хорошо известный русский врач, теперь уже умерший, говорил своим друзьям, что он, посторонний человек, был возмущен пренебрежением к императрице во время ее болезни. Придворные дамы, кроме двух статс-дам, глубоко преданных императрице, покинули ее, и весь придворный мир, зная, что того требует сам император, заискивал пред Долгорукой»23.

Мария Павловна, жена великого князя Владимира, жаловалась на Екатерину: «Она является на все семейные ужины, специальные или частные, а также присутствует на церковных службах в придворной церкви со всем двором. Мы должны принимать ее, а также делать ей визиты… И так как ее влияние растет с каждым днем, просто невозможно предсказать, куда это все приведет. И так как княгиня весьма невоспитанна, и нет у нее ни такта, ни ума, вы можете легко себе представить, как всякое наше чувство, всякая священная для нас память просто топчется ногами, не щадится ничего»24.

Цесаревич до глубины души жалел мать, отчаянно стыдился отца и даже решил поговорить с ним по-мужски. «Однажды, сорвавшись, он выпалил, что не хочет общаться с „новым обществом“, что Долгорукая „плохо воспитана“ и ведет себя возмутительно. Александр II пришел в неописуемую ярость, начал кричать на сына, топать ногами и даже пригрозил выслать его из столицы. Чуть позже жена наследника великая княгиня Мария Федоровна открыто заявила императору, что не хочет иметь дела с его пассией, на что тот возмущенно ответил: „Попрошу не забываться и помнить, что ты лишь первая из моих подданных!“ Бунта в собственной семье государь потерпеть не мог и был готов подавить его любыми средствами», – пишет историк Леонид Ляшенко25.

Впечатлительный цесаревич, шокированный непорядочным поведением отца, дал себе зарок – никогда не причинять своей супруге такую боль, которую испытала его мать. Записал в дневнике: «Бог дарует мне любить мою любимую женушку все сильнее. Я часто чувствую, что я недостоин ее. Но, даже если это так, я буду делать все, чтобы стать ее достойным»26. Александр сберег свое слово. Он хранил верность своей милой Минни на протяжении всех двадцати восьми лет семейной жизни.

Александр II с фавориткой Екатериной Долгорукой и детьми от нее – Георгием и Ольгой

После свадьбы молодожены поселились в симпатичном Аничковом дворце. Несмотря на то, что брак этот был договорным, оказалось, что стеснительный Саша и энергичная Минни прекрасно подходят друг другу. И все же первые месяцы выдались для них непростыми. Сколько бытовых вопросов нужно решить! И главный из них – как обустроить свой дом?

Апартаменты с видом на Невский

Аничков дворец был свадебным подарком от отца-императора Александра II. Не слишком большой, но уютный особняк на углу Невского и набережной Фонтанки. После завтрака цесаревич садился у зеркального окна с видом на проспект и с любопытством наблюдал за обычной городской суетой. «Любил он рассматривать проходящих и едущих по Невскому и делал свои замечания, – рассказывал его адъютант, граф Шереметев. – Он следил за переменою вывесок и магазинов и осенью всегда сообщал об этих переменах. У этого заветного окна припоминается многое в разное время. Менялись люди, менялось время, а уютный уголок этот со своими приветливыми хозяевами оставался все тем же»27.

Меню семейного завтрака утвердили не сразу, а только к ноябрю следующего, 1867 года. Этот документ назывался «Положение по приготовлению для их императорских высочеств государя наследника цесаревича и государыни великой княгини цесаревны обеденного стола, завтрака и ужина» и подробно описывал все приемы пищи в Аничковом дворце. Завтрак состоял из четырех блюд: суп с пирожками, мясное, антре (закуски) и сладкое. Ужин также включал четыре блюда, а вот обед был более насыщенным, целых пять блюд: суп с разными пирожками, мясное или рыбное, мучное или зелень, жаркое с разными салатами, сладкое.

Впрочем, первое время после свадьбы Саше было совсем некогда сидеть за столом или в любимом кресле у окна. Полистаем дневник цесаревича за этот период. Наследник ошеломлен количеством свалившихся на него семейных обязанностей и расстраивается, что на него обижаются родители.