Настоящая семья для бывшего

Глава 26. Дмитрий

– Димочка, я так люблю тебя! – сквозь всхлипы произносит Аля, когда мы едем домой.

Я смотрю в лобовое стекло, погрязнув в своих мыслях. Меня ждет Ася и мой сын, а я тут… Сильнее сжимаю руль.

– Как же жаль, что нашего малыша больше нет, – зудит сбоку Аля. – Наш малыш, – всхлип. – Я теперь очень хочу малыша, Димочка!

Не отвечаю.

Я хочу Асю увидеть. Сына. Обнять его хочу. Неужели что-то отцовское начинаю чувствовать? Почему, когда думаю о малыше с фотографии, как будто что-то тёплое в груди растекается? Так и вижу его взгляд перед собой. Что скажу ему?

– Димочка, ты не слышишь меня?

Оборачиваюсь и вижу перед собой Алю. В её взгляде недовольство и… злость?

– Тебе вообще меня не жалко? – надувает губы.

Возвращаю взгляд на дорогу, услышав клаксон встречной машины.

– Что ты несёшь? – стараюсь говорить спокойно. – Что не так опять?

– Дима! Я потеряла ребенка! Нашего ребенка! Из-за тебя! – звучит резкий голос Али и я чувствую, как коркой льда покрывается сердце. Как раз там, где только что было тепло от взгляда малыша с фотографии.

– Что. Ты. Несёшь? – повторяю я свой вопрос, сжимая руками руль и стискивая зубы.

– Это был наш малыш! Наш ребенок! – зло вопит Аля. – А из-за тебя!

И я не выдерживаю. Резко кручу руль, разворачиваясь, и топлю педаль газа в пол.

– Куда мы едем? – спесь сходит с Али и она уже не так зло говорит.

– Я везу тебя домой, – я спокоен. Потому что знаю, что поступаю правильно. – Домой к твоим родителям.

– Димочка! Но как же? Прости меня! Я не то вообще сказать хотела! Я же люблю тебя! Люблю! – и она бросается мне на шею.

Одной рукой удерживаю руль, а второй отодвигаю от себя Алю.

– Мы в аварию попадём, Аля, – говорю ей ровным голосом. – Успокойся. Тебе надо успокоиться.

– Мне плохо!

– Тогда завтра я отвезу тебя в клинику к Паше, – озвучиваю ей своё решение.

– Зачем?!

– У него очень хорошие специалисты. Они помогут тебе.

– Я не поеду!

– Почему это? – спрашиваю, а у самого какой-то червь сомнения уже поселился в голове. – Тебе же плохо? Тебе нужна помощь?

– Мне нужен ты!

– Аля, – вздыхаю, – мы всё решили с тобой. Поверь, ребёнок ничего не изменил бы.

– Как ты можешь так говорить? – опять плачет.

– Ну, не люблю я тебя! – хочется выругаться матом, но смысл?

Может, ей правда помощь нужна?

Оставшуюся часть дороги Аля, к счастью, молчит. Я тоже. Я сейчас хочу лишь одного – вырваться из этого уничтожающего меня плена и поехать к Асе и сыну! Да, на дворе ночь, но я не смогу до утра ждать! К тому же, я обещал, что приеду!

– Ты даже не зайдёшь?! – Аля чуть ли не кричит, выйдя из машины.

Я передаю ей её сумку.

– У меня дела, – говорю сухо.

– Димочка… – тянется ко мне, но я шагаю назад.

Аля смотрит зло, поджимает губы.

– Это всё?! – чуть ли не плачет.

И на этот её крик из дома выходит её мать.

– Дима? Аля? Вы почему здесь? – спрашивает она, глядя на меня.

– Добрый вечер, Ирина Сергеевна, – киваю ей. – И до свидания. Аля устала и ей надо отдохнуть.

И не жду ответа и новой истерики. Быстро сажусь в машину и рву с места к дому, где живут Ася и мой сын.

Я приезжаю, когда уже темно. Паркуюсь и матерюсь про себя, понимая, что не купил ничего ни Асе, ни сыну. Но всё потом.

Хочу просто увидеть их.

Звоню в домофон.

– Ася, это я, – говорю, в нетерпении взявшись за ручку подъездной двери.

Короткий сигнал и я дергаю еёе на себя. Вбегаю по лестнице на нужный этаж. И рука повисает в воздухе. Я не решаюсь нажать на звонок.

Я очень хочу увидеть Асю. Сына увидеть! Хочу! И боюсь? Я боюсь? Чего? Я не знаю, как вести себя теперь? Какие вопросы задавать первыми?

В груди слишком сильное чувство и она сбивает с толку мое сознание. Это все кажется чем-то нереальным. Но ведь это есть! Есть Ася. Моя девочка. Есть мой сын! Сын!

И я так и не успеваю нажать на звонок. Слышу скрежет замка.

Сердце с каждым новым ударом словно набирает массу. Становится таким большим, что давит в грудную клетку, закрывая поступление кислорода. Каждый вдох как удар под дых. Каждый выдох как последний шанс забраться на вершину.

Гипнотизирую дверь, которая медленно открывается, и я взглядом упираюсь в Асю. Она стоит и все в ней буквально кричит о том, что она в смятении. Она не знает, как себя вести сейчас со мной. И я тоже этого не знаю!

Мы вместе будем решать это.

– Привет, – произношу на выдохе и делаю шаг внутрь.

Глава 27. Дмитрий

Хочу обнять её. Но она отступает. Обнимает себя руками словно ищет защиту от меня.

Чувствует вину? Она столько лет скрывала! Осознание этого затуманивает разум.

Пять лет она скрывала от меня сына. Моего сына! И так и не призналась бы?!

Стараюсь взять себя в руки и, сжав кулаки, засовываю их в карманы брюк.

– Откуда ты узнал? – шепчет Ася дрожащими губами.

– А ты думала, я не узнаю? – хмурюсь в ответ. – Почему скрыла? Это же… мой сын? – задаю вопрос, хотя сам уже не сомневаюсь в этом.

Но мне надо услышать от неё. Это как признание её вины.

Стоит, опустив взгляд.

– Ася, – зову её тихо и с трудом сдерживаю себя от того, чтобы не сграбастать её и не сжать со всей силы.

Жду, когда на меня посмотрит. Наконец, поднимает взгляд.

– Он… мой? – прожигаю её тяжелым взглядом.

Знаю, что его трудно выдержать. Но у неё получается.

– Это ничего не меняет, – звучит вместо «да».

– Это меняет всё! – повышаю голос и сам же осекаюсь, бросая взгляд на дверь комнаты, за которой спит мой сын. – Я хочу сделать тест ДНК, – говорю уже спокойнее.

Короткая вспышка в её глазах. Вспышка обиды. Но она контролирует себя. В отличие от меня. Быстро гасит этот блеск в глазах и лишь поджимает губы.

– Зачем? – спрашивает тихо. – У тебя есть невеста, Дмитрий. У тебя будет ребенок от неё. Оставь нас с Даней. Я не хочу…

Откуда она знает?! Про Алю?! И про её беременность?! Откуда?! Или предполагает?

– Это теперь не только тебе решать, Ася, – говорю спокойно, хотя у самого все кипит внутри.

Она продолжает строить стену между нами. Только теперь с её стороны этой проклятой стены ещё и мой сын!

– Зачем ты опять в моей жизни? – вдруг вырывается со всхлипом и Ася закрывает лицо руками.

Плечи подрагивают.

Сжимаю зубы до скрежета. Во мне борются два абсолютно противоположных чувства. С одной стороны, я всё ещё зол на Асю. От одной мысли, что я мог так и не узнать, что у меня есть сын, в груди вскипает тягучая смесь обиды и ненависти. И я знаю, что, если не потушу её, то сожгу всё к чертям собачьим. Всё! И себя в том числе.

А с другой стороны… с другой стороны передо мной стоит всё та же хрупкая, слабая девочка. Девочка, которую я должен был защитить. Девочка, ради которой я готов был изменить всё в своей чертовой жизни. Она стоит и плачет. Потому что понимает, что я не отступлю.

И это осознание, что передо мной сейчас та самая девочка, берёт верх. Тяжело выдыхаю, делаю шаг и обнимаю её.

– Иди сюда, – шепчу в макушку, задыхаясь от её запаха.

Узнаю его. Вспоминаю. Все эти годы помнил.

Но Ася всё та же. И я даже усмехаюсь, когда чувствую, как она пытается вырваться из моих рук. Дёргается беспомощно. А её дыхание обжигает грудь.

Прижимаюсь губами к её волосам. Ловлю стук её сердца.

– Ты поэтому сбежала тогда, да? – внезапная догадка осеняет меня. – Сбежала из-за ребенка?

Ася чуть толкает меня в грудь ладошками и я даю ей немного свободы. Она поднимает на меня свой взгляд, который преследовал меня все эти годы стоило глаза закрыть. Смотрит так, будто ищет ответы на свои вопросы. Какие?!

– Расскажи мне, Ася, – шепчу я, блуждая взглядом по её лицу.

– Я не хочу ворошить прошлое, – тяжело вздыхает и снова опускает взгляд.

И вместе с этим вздохом словно и надежда на откровение рушится.

– У меня сейчас своя жизнь, Дмитрий. У меня есть мужчина…

От этих слов все скручивает внутри. Мышцы напрягаются и узлом завязываются. До резкой боли.

– Я не хочу… больше нет… не верю…

Ещё раз толкает меня и я отпускаю.

– Ты не можешь лишить меня сына, – говорю холодным голосом. – Мы должны обсудить, что будет дальше.

И снова испуганный взгляд.

– Он мой…

– Наш, Ася. Твой и мой. Наш. И я намерен участвовать в его жизни несмотря ни на что. Завтра мы поедем в клинику и сделаем тест. А потом…

Я сам не знаю, что потом! Но эта её упертость! Я ведь назло ей говорю это всё! Тест этот! В ответ на эти её слова говорю ведь! «Мужчина» у неё! «Своя жизнь»!

Нет, Ася, не так. Нет теперь у тебя своей жизни. Есть наша. И мужика у тебя другого не будет.

Мысль о том, что кто-то другой трогал её, ласкал, целовал, как лезвием проходит по венам, разгоняя адреналин и затмевая взгляд пеленой. Но я держусь. Знаю, что ни упреки, ни обиды не решат ничего. С ней нужно по-другому. Как? Я знаю, как?

– Мам, мне стлашно, – звучит тонкий детский голосок у меня за спиной и я резко оборачиваюсь.

Разрядом молнии прошибает по позвоночнику и искрами расходится по всему телу, когда я впервые встречаюсь со взглядом своего сына. Я впервые вижу глаза своего сына вживую. И, чтобы не напугать малыша, глушу в себе взрыв, подавляя эмоции.

– Мама! – восклицает он и бежит к Асе.

Хватается за её ногу, но смотрит на меня.

Глава 28. Дмитрий

Этот обмен взглядами длится какие-то секунды, но передо мной словно вечность пролетает. Меняется эпоха.

Прошлое накатывает, чтобы стать будущим.

Этот малыш как знак.

И взгляд его не отпускает. Он тоже что-то чувствует. Понимает, что я не просто так пришёл.

Я пришёл в твою жизнь, малыш.

Не моргая, смотрю как в зеркало. Я словно себя вижу.

Смотрит серьёзно, нахмурив бровки. Маму крепко держит.

Но не боится. Не вижу страха в его глазах. Скорее, интерес. Любопытство.

Сглатываю сухой колючий ком в горле и сажусь на корточки перед малышом.

– Привет, – протягиваю ему ладонь.

Не жду сразу ответа. И настаивать не буду, конечно. Но я всё отдать готов сейчас, чтобы пожать его теплую ладошку. Маленькую и такую родную.

Но малыш, конечно, не отвечает. Наоборот, ещё больше вцепляется в ногу Аси. Прячется за неё. Смотрит на меня подозрительно исподлобья. Взгляд такой у него! Он ведь пацан совсем! Но так смотрит!

– Даня, познакомься, – слышу сверху, как мне кажется, грустный голос Аси. – Это Дмитрий. Мой… – берет паузу словно обдумывает, как представить меня.

Что папой назовёт и не надеюсь. И, наверное, права она. Рано пока. Да и не лучший момент для этого.

– Мой друг, – находит решение Ася. – Что надо ответить, Даня?

И проводит ладонью по мягким волосам мальчугана. И я вижу, как дрожат её пальцы. У неё в груди сейчас тоже шквал из эмоций. Уверен в этом. Мы оба с ней как натянутые струны.

Малыш отвечает не сразу. Смотрит внимательно. Как рентгеном сканирует меня.

Я улыбаюсь. Ну, стараюсь, по крайней мере. Выгляжу как идиот наверняка. Но плевать. Я с сыном знакомлюсь. Я понравиться ему хочу.

Ладонь не убираю. Жду. Он ответит. Я знаю. Он же мой сын.

– Пливет, Дима, – произносит бодрым голосом.

Мне кажется, из нас троих Даня чувствует себя увереннее всего.

И он протягивает мне маленькую ладошку.

С трудом сдерживаю свои эмоции. Боюсь напугать его.

Не подаю вида, но от мягкого прикосновения разряд тока проходит по венам и ударной волной пробивает грудную клетку. Сердце разгоняется за секунду до бешеной скорости и мне приходится бороться с ним, чтобы не выдать себя.

Аккуратно сжимаю тёплую ладонь сына и все проблемы отступают на второй план. Нет никого и ничего. Только он, Ася и я.

Идеальная же картинка?

Так и держу его за руку. Обнять его хочется. Прижать к себе. Но он точно испугается тогда. Кто я ему пока? Чужой дядя? «Мамин друг»?

– Дане спать надо. Завтра в сад, – мягко говорит Ася.

Поднимаю на неё взгляд и он прямо кричит. Просит не говорить пока Дане ничего.

Но я и сам понимаю. Пусть привыкнет немного. Да и Асе хочу показать, что не намерен воевать. Нам надо искать пути навстречу друг другу, а не играть в противостояние.

Поднимаюсь, не отрывая от неё взгляда. И тут чувствую, как меня за штанину дёргают. Смотрю вниз.

Пара любопытных глаз следит за мной.

– Ты ещё плидёшь? – вопрос, ради которого я здесь.

Радость наполняет сознание.

– Конечно, – не могу сдержать улыбку.

Кладу руку на его голову. Тепло растекается приятной волной.

– С подарком приду, – подмигиваю малышу.

Вижу, как загораются его глаза.

Ася наклоняется и берёт сына на руки. Прижимает к себе.

Я тоже хочу. И сына обнять, и Асю. Но сдерживаю этот свой порыв. Вижу, что не готова пока она. Не так поймёт.

Поэтому просто глажу его по волосам, глядя в глаза.

Перевожу взгляд на Асю. Она не смотрит на меня. Обнимая сына, прижимается губами к его щеке и уходит в другую комнату.

Смотрю им вслед.

Дверь закрывается, а я понимаю, что тесно мне в квартире. Надышаться не могу. Хочется со всем миром поделиться своей радостью.

Тру затылок ладонью. Ещё раз осматриваю квартиру, в которой живут Ася и сын. Уже другим взглядом осматриваю.

Мало места тут для пацана. И игрушек мало.

И от осознания того, сколько всего я могу сделать для сына, сносит башку.

Ася так и не выходит. И я понимаю, что прячется от меня. Ну, прячется, да. Глупенькая. Всё уже. Не спрячешься.

Нашёл. И тебя нашел, да не одну, оказывается. С сыном.

Вижу в отражении в зеркале свое довольное лицо.

Столько мыслей в голове. Такой раздрай. У Аси, уверен, тоже. Пусть успокоится.

Поэтому решаю пока уйти.

Всю дорогу до дома пытаюсь упорядочить мысли в башке. А они мечутся, не давая мне сконцентрироваться на чем-то конкретном.

И домой приезжаю настолько возбуждённым, что понимаю, что не засну сегодня. Перед глазами маленький Даня. Так и смотрит, не желая отпускать. Привязал к себе за одну короткую встречу.

Сын! У меня есть сын!

До сих пор поверить не могу.

Так и лежу на кровати, глядя в потолок и перебирая в памяти каждую секунду нашей встречи.

Даниил Дмитриевич Коршунов.

Рассвет за окном, а у меня ни капли сна ни в одном глазу.

Иду в душ. Не завтракаю. Переодеваюсь и еду к дому Аси.

Сына в сад хочу отвезти. А потом с Асей надо всё обсудить. Поговорить нам надо. Я хочу быть отцом. И юридически, и фактически.

Паркуюсь у подъезда и жду.

Во двор въезжает ещё одна машина. Встаёт рядом. Мельком смотрю на водителя и хмурюсь. Это же Александр этот! Какого он здесь?!

В этот момент из подъезда выходит Ася, держа за руку нашего сына. Засмотревшись на них, не сразу замечаю, что мужчина уже вышел из машины и идёт к ним навстречу.

Матерюсь про себя и, открыв дверь, буквально выскакиваю из тачки.

Глава 29. Ася

– Мама, а Дима плавда ещё придет? А когда? А кто он? А почему я ланьше его не видел? А когда он плидёт?

Все утро я провожу под вот такие вопросы от сына. Отвечаю сухо. Стараюсь не показывать, что злюсь. Не на Даню, конечно, злюсь. На Диму.

Зачем он опять в моей жизни? Он же опять всё сломает! Уже начал…

Этот ночной визит… я до утра успокоиться не могла. Уложив сына, сидела на кухне и думала, что же будет дальше…

У Димы есть невеста и будет ребенок. Пусть живёт своей жизнью. Я ведь не прошу у него ничего. Мне не надо. Зачем он…

Кое-как угомонив сына с его расспросами про странного дядю, заявившегося ночью, беру его за руку и мы выходим из дома.

Как обычно, Александр уже стоит рядом с подъездом и ждёт нас.

Но сегодня я не успеваю и слова сказать ему, как рядом с нами оказывается… Дима? Опять? Что опять он тут делает?!

– Дима! Пливет! – тут же бросается к нему Даня и я не могу удержать его, потому что он выдёргивает руку из моего захвата и бежит к мужчине.

– Здорово! – до этого хмурое лицо Димы моментально озаряется улыбкой.

Не помню, чтобы видела его таким. Даже пять лет назад…

Он ловко подхватывает сына на руки и поднимает. Протягивает ему руку и Даня с радостью жмет её обеими своими ладошками.

Мы с Александром стоим как два истукана и молча наблюдаем за этой картиной.

– Ася? – наконец, Александр произносит вслух.

– Саш, прости, но… – начинаю я, но мне не дают договорить.

Дима, удерживая на одной руке Даню, второй хватает меня за запястье.

– Поехали, – говорит строго, бросая жёсткий взгляд на Сашу.

– Что здесь происходит?! – восклицает тот. – Кто это, Ася?! Отпусти ее! Их!

И он бросается к Диме.

Вижу, как сходятся брови на его переносице. Он заводит меня за свою спину. Туда же ставит сына и Даня прижимается ко мне. Смотрит испуганно на мужчин.

А они подступают друг к другу и я понимаю, что ничем хорошим это не закончится.

Поэтому выбегаю из-за спины Димы и встаю между ними.

– Саш, я потом тебе всё объясню! – смотрю на Сашу. – Давай в офисе поговорим.

– Я сам сейчас ему объясню! – раздаётся грозный рык Димы и чувствую, как тяжёлая ладонь ложится мне на талию.

И он чуть отодвигает меня.

– Проваливай отсюда! – рычит на Сашу Дима. – И чтобы больше я тебя не видел рядом с ними! Понял?

– Да ты кто такой?! – отвечает резко Саша. – Ася, Даня, поехали! – и тянет ко мне руку.

– Мама! – подбегает ко мне сынок.

Смотрю на него и понимаю, что он напуган.

Два индюка!

Злюсь на обоих. Хватаю сына на руки, прижимаю к себе.

– Разбирайтесь без нас! – с яростью смотрю на обоих мужчин и уверенным шагом иду прочь.

– Ася! – слышу голос Димы, а следом и Саши.

Но даже не оборачиваюсь.

– Мама! Мама! Смотли! – Даня кричит мне в самое ухо.

Оборачиваюсь и вижу, что эти два барана уже схватили друг друга за грудки. Ещё движение и Саша оказывается лежащим на капоте своей машины, а Дима наваливается на него и что-то говорит ему. Мне даже здесь страшно от его взгляда.

Потом он резко отпускает Сашу и поворачивается ко мне. Идёт быстрым шагом.

– Поехали, – цедит хмуро, беря меня за локоть.

– Я не хочу. Оставь нас, – отвечаю я.

– Поехали, Ася. Ты же понимаешь, что я без вас не уеду. Не пугай сына. Нам надо поговорить.

Ещё раз бросаю взгляд на Сашу, который уже поднялся с капота и поправляет одежду.

– Этот урод больше не подойдет к вам, – звучит рядом. – Поехали. Да, Даня? – это уже говорит мягче.

Опять улыбается, глядя на сына. А тот предательски кивает радостно.

– Мам, поехали! Я не хочу с Сашей. Я хочу с Димой!

Довольная усмешка Димы и я в ужасе смотрю на то, как сынок отпускает мою шею и тянет ручки к своему родному отцу.

В горле моментально колючий ком и в груди всё сжимается. Раненой птичкой сердце начинает метаться в тисках стиснутых ребер. Это мой сын! Только мой!

Он же не заберёт его у меня! Не заберёт! Я не отдам!

И Дима словно видит мою тревогу.

Принимает Даню, но ставит его на землю. Берёт в руку детскую ладошку, а вторую ладошку кладёт в мою ладонь.

– Поехали, – не спрашивает, а констатирует факт, глядя мне в глаза.

Глава 30. Ася

– У тебя детского кресла нет, – говорю я, когда Дима открывает перед нами с сыном заднюю дверь машины.

– Не подумал, – хмурится он. – Садитесь. Сейчас всё решим.

Помогает нам сесть. Я прижимаю к себе довольного Даню. Ему всё это очень нравится. В отличие от меня.

Дима заезжает в первый попавшийся на пути салон.

– Подождите меня здесь. Я быстро, – оборачивается к нам. – Последишь за мамой, чтобы не сбежала? – подмигивает Дане.

– Я её делжу! – улыбается сын и хватает меня за руку крепко.

Дима переводит взгляд на меня и всем своим видом показывает, что сын на его стороне. Я отворачиваюсь и он выходит из машины.

Я сижу в шоке. Даня так быстро принял его! Он же с ним заодно! Что это во мне? Материнская ревность?

Я привыкла, что Даня только мой. Только мой! А теперь мне придётся делить его? Но Дима же не заберёт его?!

Эта мысль не даёт мне покоя. Грызёт корявым ногтем по рёбрам будто хочет добраться до мечущегося сердца.

Я не отдам его!

Обнимаю сына. И он отвечает. Обвивает ручками мою шею.

– Мама, я тебя люблю, – шепчет в ухо, доводя до слёз.

Он словно чувствует, что именно это мне сейчас и нужно! Мой сынок. Мой малыш.

– Я тоже тебя люблю, Данечка! Сильно-сильно! – сжимаю его, теряя контроль.

– Мама, мне жалко! Пусти! – вырывается он. – Смотли! Дима! – тычет пальчиком в окно.

Поворачиваюсь туда и вижу Дмитрия с детским креслом. Он устраивает его в машине и сажает туда Даню. А сын улыбается. Вообще не спорит с ним.

Эти двое так легко нашли общий язык, что это не даёт мне покоя. Но ведь это хорошо? Или… плохо?