- -
- 100%
- +
Глава 1. Костя
– Котичек, ты уже едешь? – сладкий голосок Сони приятно ласкает слух. Я уже предвкушаю, как этим же голоском она будет стонать.
Три дня воздержания! И все из-за дяди. Устроил мне вынужденное воздержание командировкой. Если бы он со мной не полетел, то я бы, конечно снял кого-нибудь. Опять же Людочка была рядом.
Но с дядей… зная, какой он праведник. Пришлось терпеть. Ничего, сегодня оторвусь за все дни. Ух, держись, Сонька!
– Да, еду уже. Ты готова?
Хихикает в ответ.
– Котик, заедь в магазин или аптеку? У меня защита закончилась, – говорит она.
Открываю бардачок. Мельком просматриваю его содержимое.
Черт! У меня тоже кончились. У Соньки же всегда были.
– Ладно, – бурчу недовольно в трубку. – Куплю.
– Целую тебя, Котичек. И очень, очень жду, – шепчет с придыханием.
Так и представляю ее губы, которыми она умело… нет! Не думать! Не хватает еще распугать там всех в магазине своим напряжением.
Заруливаю на подземную парковку первого попавшегося супермаркета. Мест, как обычно нет! Но я же быстро. Поэтому просто паркуюсь так, что закрываю своей спортивной малышкой какую-то мелкую колымагу. Выскакиваю из машины и бегу в магазин.
Сразу иду на кассу. А там очередь. Человек десять стоят и терпеливо ждут, пока кассирша неспеша пробивает товар.
А у меня терпение на исходе.
Хватаю первую попавшуюся бутылку воды и иду, проталкиваясь к кассе.
– Разрешите! – говорю уверенно. – Там женщине плохо! Я только воды куплю ей! Разрешите?
Очередь молча кивает. Все такие отзывчивые.
– Можно? – чуть толкаю в плечо какую-то замухрышку, загораживающую проход.
Замухрышка оборачивается и поправляет очки. Смотрит на бутылку в моей руке.
– Женщине на парковке плохо, – поясняю я, быстро окинув взглядом девку и еще раз удостоверившись, что да, замухрышка. – Разрешите?
Она хмурится, но пожимает плечами и отходит.
Ставлю бутылку на кассу и ищу взглядом полку с резинками. Ага, оно! Пробегаю глазами.
Все не мой размер!
Когда кассирша тянется за бутылкой, чтобы пробить ее, я наклоняюсь и шепчу ей:
– А презики иксэль есть?
Глава 2. Костя
Женщина поднимает на меня равнодушный взгляд. Потом тоже осматривает витрину с защитой и, убедившись, что я не идиот и их там реально нет, кричит на весь магазин:
– Галя! У тебя резинки большие есть?
Откуда-то из-за стеллажей раздается в ответ:
– Розовые и голубые!
– Какие? – кассирша кивает мне.
Странный, конечно, выбор.
– А классики нет? – уточняю на всякий случай и, кажется, слышу недовольное бурчание сбоку. Очередь, видимо, понимает, что ее нае… обманули.
– Розовые давайте, – говорю, хмурясь и доставая карту. Голубые, конечно, совсем не вариант. Теперь надо бы по-быстрому расплатиться и ретироваться, пока возмущенный люд не взбунтовался.
– Галя! Розовые! – кричит кассирша и к нам не торопясь идет ее коллега.
Кидает на ленту упаковку… резинок! Реально резинок! Для волос! Не презервативов!
– Ты что принесла? – удивленно смотрит на нее кассирша.
– Резинки, – отвечает невозмутимо та.
– Да я не про эти резинки. Ему, вон, надо, – и кивает на меня.
Я стою ровно. Потому что прямо чувствую, что, если обернусь, то превращусь в пепел от ненавистных взглядов обманутой очереди.
– Тю! Так бы и сказала! – подошедшая Галина с интересом осматривает меня.
– Да что я, на весь магазин орать тебе буду про презервативы? – отнюдь не шепотом произносит кассирша.
Все это очень затягивается. Я уже не так хочу Соньку, как просто купить и уйти отсюда.
– Можно побыстрее? – прошу недовольно. – Очередь же ждет.
И слышу сзади без труда различимое хмыкание. Оборачиваюсь. Замухрышка эта стоит, сложив руки на груди, и пялится на меня с ехидной усмешкой.
– Вам какие? Молодой человек! – окликает меня Галина. – Есть с банановым вкусом, с шоколадным, клубничным. Еще с ментолом есть.
– И с эвкалиптом, – раздаётся сзади с насмешкой. Какой приятный голосок.
Замухрышка?
– Слышь, ты! Гурман! – это уже грубый мужской бас. – Давай быстрее! А то…!
Дальше я понимаю без слов. По-быстрому хватаю первую попавшуюся упаковку из рук Галины и бросаю к бутылке на ленту. Расплачиваюсь и, прежде чем уйти, оборачиваюсь к очереди и искренне благодарю их:
– Спасибо вам большое, дорогие товарищи! Женщина будет спасена! – и бутылкой в руке трясу в воздухе.
– Клоун, – слышу едкое откуда-то снизу.
Опускаю взгляд – замухрышка. Фыркает недовольно, выкладывая свои покупки на ленту.
А потом мой взгляд зачем-то перемещается на здорового мужика через два человека в очереди. Он явно недоволен моей благодарностью.
Дабы больше не раздражать народ, забираю свои покупки и иду на выход.
Глава 3. Костя
К Соньке хочу! Хотя, в принципе, все равно к кому, но раз уж Сонька была первой, кто позвонил мне, то пусть будет счастлива она. Ухмыляюсь, крутя на пальце брелок. И тут раздается звонок телефона.
Не ответить нельзя. Это по делу.
Решив все вопросы, иду на парковку. И еще издалека офигеваю!
Какая-то курица поставила сумки с покупками на капот моей малышки! Да она хоть знает, сколько стоит эта машина?!
Пока негодую, слышу, как брелок на пальцах начинает отчаянно вопить. И только сейчас замечаю, что кто-то мелкий отчаянно бьет ногой по колесам моей машины.
Да, чтоб тебя!
Чуть ли не бегу и офигеваю еще раз. Этим мелким оказывается та самая замухрышка, которая фыркала на меня в очереди!
– Ты зачем хулиганишь? В полицию захотела? – гневно спрашиваю я, наклоняясь к ней. – Сумки твои? – киваю на пакеты на капоте.
– Ах, это ваша машина?! – восклицает она, уперев руки в бока и с прищуром глядя на меня. – Почему я не удивлена!
– Я бы мог тебя удивить, детка, – усмехаюсь я, – но, – и нагло оглядываю невзрачную фигуру в каком-то балахоне, – ты не в моем вкусе. Поэтому сумки забрала и отошла от машины.
Открываю дверь, показывая, что не намерен больше с ней что-либо обсуждать. Меня Сонька ждет.
– Мало того, что вы влезли без очереди! Так вы еще и парковаться не умеете! Вы же закрыли мою машину! Так нельзя! Я вынуждена была стоять и ждать вас! Слышите?!
Оборачиваюсь и смотрю на нее. Она серьезно? Она собирается мне что-то предъявить? Она?
– И где вообще та женщина, которой плохо и которой нужна помощь? – расставляет руки в стороны и нарочито театрально оглядывается. Как будто на самом деле пытается увидеть женщину. Которой нет. Ну, вернее, здесь нет.
– Она очень ждет моей помощи, – усмехаюсь я. – А ты, – показываю на нее указательным пальцем, – как раз меня и задерживаешь. Поверь, она очень хочет. Чтобы я помог ей. И я очень хочу. Помочь ей.
– Фу! Какой же вы мерзкий! Отвратительный, наглый, самовлюбленный тип! Очень надеюсь, что никто никогда не выйдет за вас замуж и вы не будете плодиться и размножаться! Такие как вы должны вымереть как вид! Вот! Это я вам как биолог заявляю! Эволюция уже наступает вам на пятки!
Что. Она. Несет?
Какой-то набор непонятных слов, из которых я могу разобрать только то, что она считает меня мерзким типом?! Меня?! Да ни одна не может устоять передо мной!
Почему она меня начинает бесить? У меня уже и возбуждение спадает. Я чувствую!
– Слушай сюда, – хлопаю дверью и шагаю к ней. – Или ты заткнешься, или…
Глава 4. Костя
В этот момент на въезде на парковку раздается скрежет шин и на приличной скорости в слабо освещенное пространство врываются две затонированные тачки.
Мы с замухрышкой переводим все внимание на них.
Визг тормозов и из машин выскакивают подозрительные личности. Все в черном и в масках.
Не знаю, почему, но инстинкт самосохранения подсказывает мне, что грядет незабываемый армагедец. Поэтому я на автомате пятерней нажимаю на затылок замухрышки, наклоняя ее к полу, и сам сажусь.
– Эй! – слышу возмущенное.
– Цыц! Не видишь, что ли?! – шепчу горячо, прожигая ее взглядом.
– Какую? – слышится грубый мужской голос.
– Синий седан. Вон тот! – еще один голос. – Сейчас номера сверю. Да, он! Давай, – и дальше идут нецензурные выражения, которые я лично употребляю крайне редко.
– Это что там, а? – шепчет замухрышка, поднимая на меня испуганный взгляд.
– А хр… то есть кто его знает, – осекаюсь вовремя. – Тихо сиди и все. Тсс, – и указательный палец к губам приставляю.
А сам тоже вслушиваюсь в шорохи и голоса.
Там, похоже, что-то делают. Слышен скрежет, мат, глухие удары. Ну, заняты люди делом. Зачем мешать-то? Сделают и уедут. Главное – сидеть тихо. Что я и собираюсь делать.
Однако у моей спутницы явно другие планы.
Улучив момент, когда моя хватка на ее хрупкой головке ослабевает, она приподнимается и выглядывает из-за моей машины, за которой мы, собственно, и спрятались.
Я тут же дергаю ее вниз.
– Они машину вскрывают, – шепчет она мне так, словно я должен расчувствоваться и проникнуться.
Я уже и так это понял, детка. Не дурак.
– Ну и что? – равнодушно отвечаю я, пожимая плечами.
– Как «ну и что»?! – слишком громко, как мне кажется, шепчет она.
Я тут же закрываю ее рот ладонью. Но она начинает мычать и я, опять показывая, что надо молчать или говорить очень тихо, осторожно отпускаю ее.
– Как «ну и что»? – повторяет она уже спокойнее. – Они же… они воруют. Они преступление совершают. Так же нельзя.
– Нельзя, – соглашаюсь. Малахольная какая-то. С такой лучше не спорить. – Поэтому мы с тобой и не делаем этого, – улыбаюсь, чтобы как-то успокоить ее. – И они перестанут со временем. Вот, сядут в тюрьму и перестанут.
– А сейчас-то они же воруют! Надо остановить их!
Ну капец! Приехали! И откуда она такая взялась?!
– Для этого, девочка, есть полиция, – говорю как с ребенком с ней. – Пусть каждый занимается своим делом. А мы посидим тут. Тихо.
– А вы еще и трус, оказывается!
Глава 5. Костя
Да. Пусть так. Но моя жизнь слишком дорога мне. И да, я люблю свою жизнь. Я еще так мало попробовал. Еще мало денег заработал. Еще Леночка из финотдела не показала мне, что она умеет своим профессионально сделанным ротиком. Черт! Да столько еще таких Леночек придет к нам на работу!
Пусть я трус. Да.
К тому же меня ждет дядя для какого-то серьезного разговора. И, если я не приеду к нему завтра, то он… он просто убьет меня раньше, чем эти бандиты.
– Ну и сидите тут! – тем временем эта Жанна Д’Арк с авоськами отталкивает мою руку от себя.
Да так, что я, потеряв равновесие, сажусь задницей прямо на влажный асфальт. Чувствую, как становится некомфортно и быстро поднимаю зад.
Но девчонку схватить не успеваю. Она резко встает и громко так кричит:
– Эй, вы!
Масса матерных слов проносится в моей голове, когда я понимаю, что ее услышали. Повисает тишина. И спустя пару секунд раздается грубый голос:
– Ты кто?!
– Я вызвала полицию! – заявляет девчонка и я обхватываю голову руками.
Что. Она. Творит?
Опять тишина.
– Давай ее сюда!
Девчонка бросает на меня пренебрежительный взгляд, прямо-таки кричащий о моей ничтожности, и сама выходит из укрытия.
Дура. Просто вот дура.
– Ты одна? – спрашивают ее.
– Да! Если не считать одного пугливого мыша за колесом, то одна.
Мыша?! Это она обо мне, что ли?! Коза!
– Что с ней делать-то, Кныш? – раздается молодой голос.
– Да давай в тачку пока! Только рот заткни! Потом разберемся! Сначала папку давай бери! С этой – потом! – гогот. – Оторвемся сегодня!
И теперь уже дружный гогот.
Ну, блин. Не могу я вот так сидеть. Хоть и коза она, но все же девочка. И меня не выдала, вон. Партизанка, блин.
Быстро набираю сообщение своему знакомому Мурату, чтобы подъехал с молодцами, и, выдохнув, встаю из-за машины.
– Опа! А это кто?! А говорила, что одна! – мужик постарше с удивлением обращается ко мне.
– Она про крысу говорила, Кныш! – ржет тот, что помоложе. – Смотри-ка, уже в штаны надул от страха! – и показывает на мой мокрый зад.
Теперь они оба ржут. Я кидаю нахмуренный взгляд на замухрышку, но на ее лице ни капли раскаяния. Похоже, мне придется объяснить ей кое-что. Если мы останемся в живых.
– Господа, – начинаю я, надевая свою фирменную улыбку, против которой ни одна девка не устояла еще, – предлагаю забыть об этом маленьком инциденте. Мы с ко… девушкой сделаем вид, что ничего не видели. Вы сделаете свое дело. И все будут счастливы. Да? – говорю в открытой манере. Я же гениальный переговорщик.
И уже чувствую, как бандиты готовы согласиться, но тут на сцену опять выходит коза. И опять с импровизацией!
Глава 6. Костя
– Вот еще! – складывает на груди руки. – Полиция сюда уже едет! Так что вам лучше самим сдаться! А я буду свидетелем! Буду!
Ну, что за дура?! Откуда такие берутся вообще?! И почему она появилась на моем пути?! В такой-то вечер, полный ожиданий?!
Я злюсь. И зачем я только вылез?! Хрен бы с ней! Отсиделся там и все! Рыцарь, блин!
– Достали они меня! Папку взял? – рычит старший.
– Ага! Во! – и тот, что помладше трясет в воздухе какой-то желтой папкой. – А с этими что? – кивает в нашу сторону.
– В машину давай! Там решим! Пусть Кирпич с ними разбирается!
Человек с кличкой Кирпич не может представлять из себя ничего хорошего. Нет, безусловно, эту кличку он мог получить, потому что любит строить. Например. Из кирпича. Но что-то подсказывает мне, что тут речь идет несколько о другом.
– Отпусти меня! Немедленно! – мои логически построенные мысли прерывает визг козы.
Смотрю и офигеваю. Эта бесстрашная колотит своими ручонками здорового амбала, который, видимо, офигев так же, как и я, от такого поворота событий, первые секунды этого неравного боя просто прикрывается от нее руками и ошалело смотрит на сумасшедшую.
Ну, где же Мурат?! Где он?!
Ай! Не могу я стоять и смотреть просто так. Особенно когда вижу, как амбал, придя в себя, замахивается и готовится одним ударом просто-таки уложить козу. Черт!
В одно движение оказываюсь между ними, но увернуться не успеваю. Остра боль пронзает тут же.
– Ай! – все, что я могу произнести. Ну и мат, конечно.
Хватаюсь за глаз. Именно туда и пришелся удар. Черт! Больно.
Быстро отхожу и четким ударом в челюсть укладываю мужика на землю.
– Кныш! – и удар по спине.
– Не трогайте его! – это писк девчонки и она начинает телефоном в руке отчаянно дубасить подбежавшего подельника.
Но, честно говоря, только мешает. Ведь и ее могу нечаянно задеть.
– Да уйди ты! – толкаю ее в сторону. Может, и грубо, но сейчас не до нежностей.
Получаю еще один удар. Боли уже не чувствую. Только злость. Такой вечер пошел по одному месту! А все она!
Но злость свою я вымещаю на этих двух уродах, которые тоже решили испортить мне все планы.
В какой-то момент слышу громкий топот и грубые голоса. Мат и крики.
И только успеваю обернуться на звуки, как мне тут же заламывают руки и вот, я уже щекой прижимаюсь к влажному асфальту. Во рту металлический вкус крови и неприятные ощущения по всему телу.
Приличных слов на это все нет.
Глава 7. Костя
– Эту тоже, что ли, брать? – слышу сверху.
– Брать! – это уже тонкий голосок девчонки. – Я главный свидетель! Я первая ударила! Это воры! А его-то отпустите! Он же… он не виноват!
– Разберемся, – сухо и грубо. – Вставай давай!
И меня тянут за плечо с заломленной рукой.
Пытаюсь освободиться.
– Не дергайся! Будешь нервничать – на пятнадцать суток оформим за неповиновение!
– Вы от Мурата? – спрашиваю и по их взглядам понимаю, что мой вопрос звучит по-идиотски.
В отделении полиции, куда нас привезят всех четверых, я провожу всю ночь. Мурат так и не появился. В итоге до всех разбирательств я оказываюсь за решеткой.
Тех двоих тоже засунули, к счастью для них, в другую камеру.
А, вот, козы я не вижу. Не, ну, логично, что ее должны были засунуть в женскую камеру. Но почему-то какое-то странное чувство не покидает меня, что она-таки уже выбралась отсюда и спокойно выезжает сейчас с парковки на своей коротышке.
Я жду Мурата. Но вместо него приходят… и, вот, тут я матерюсь. Опять про себя. Ибо получать пятнадцать суток за осквернение отделения полиции мне не хочется.
– Ну, Костя… – дядя грозно зыркает на меня и тоже косится на дежурного. Тоже сдерживается. Но вижу, что зол.
Но я же не виноват. Просто сейчас объясню все ему и все. Ему и Арсению. Тот вообще готов испепелить меня одним только взглядом. Тоже мне, старший брат!
Я жду, когда они выпустят меня, но эти двое, мысленно обматерив меня, выходят вместе с дежурным.
– Арс! – кричу я, обращаясь к брату.
– Тихо сиди, – рявкает он. – Сейчас решим, потом поговорим. Ну, вот, что ты за человек! Ай! – и как-то обреченно машет рукой на меня. Уходит вслед за дядей.
Мне кажется, проходит еще целая вечность, прежде чем замок со скрипом открывается и меня, наконец, выпускают из клетки. Глубоко вдыхаю воздух свободы.
Нет, собственно, сам воздух не изменился вообще. Пахнет так же отвратно. Но само ощущение свободы…
Глава 8. Костя
– Поехали! – грубый толчок в плечо от брата. – Николай хочет поговорить с тобой. Ну, Костя, все! Довел ты его! Теперь держись!
– Да, бл… – опять осекаюсь. – Я же не виноват, Арс! Ну, не виноват я! Я, наоборот же! Я же помочь хотел!
– Ты вместо того, чтобы приехать и поздравить мать с днем рождения, устроил боевик на подземной парковке! – рычит брат.
Черт! День рождения мамы! Черт! Черт!
– Арс! Отвези меня к маме!
Вот тут согласен с ним. Я реально урод. Про маму забыл!
– Ты рожу свою видел? – усмехается Арсений. – Маму испугаешь! Ей еще только такого подарочка не хватало на день рождения. Позвони и хватит с тебя пока. Как в нормальное состояние вернешься, так поздравишь лично.
Приближаюсь к заляпанному окну. Ох, бл… Это я, что ли?
Под глазом красуется здоровый такой фингал. Синий, с отливом. На щеке ссадины и губа разбита.
Досталось мне тоже. Хотя тех двоих я хорошо приложил.
– Хватит, Костя! И у меня из-за тебя проблемы! К дяде сам доедешь! – бросает брат на ходу и быстро сбегает с лестницы.
– А он где? Здесь же был! – кричу ему в спину.
– Вызвали по делу. Дома тебя ждет. Езжай навстречу своему счастью! – и ржет. Запрыгивает в свою дорогую тачку и рвет с места.
Я стою один на улице. Моя-то тачка так и осталась на парковке. Арсений даже не побеспокоился о том, чтобы пригнать ее. Тоже мне брат! Ладно, погоди еще.
Я ему, значит, свою помощницу отдал, а он…
Вызываю такси. Домой ехать не хочу. К дяде – тем более. Не в том я настроении, чтобы сейчас нотации слушать. Завтра послушаю его. Да и что нового он мне скажет? Я и так все про себя знаю.
Моя жизнь меня вполне устраивает.
Я имею, что хочу и главное – кого хочу.
Да, я люблю девочек. Очень люблю. И не собираюсь ограничивать себя узами брака, о которых мне постоянно говорит дядя. Он мне, конечно, заместо отца, но… и я не мальчик.
И потом. Я ведь никого не обижаю. Всех всё устраивает. Я никого не обманываю. Сразу говорю, что мне надо. И еще никто не отказался. Потому что мне нельзя отказать.
Все девочки смотрят на меня с обожанием. Все… хм…
Вспоминаю козу. Эта смотрела как-то иначе. Замухрышка!
Глава 9. Костя
А что же с ней стало? Решаю узнать и возвращаюсь в отделение. Как раз вижу, как тех двоих в наручниках под конвоем выводят из здания.
Да, разукрасил я их хорошо. Усмехаюсь и от боли прикладываю палец к уголку губ. Черт. Надо бы к врачу. Но сначала…
Получив за небольшое вознаграждение данные козы, я в приподнятом настроении выхожу на улицу.
Ну, как я и думал, ее отпустили почти сразу же. В драке не участвовала, свидетельские показания дала. Коза, одним словом. Так подставить меня! Выкинуть бы ее из головы по-хорошему.
Не знаю, зачем она мне. Не в моем вкусе. Мелкая слишком. Да и характер, видно, что не кошечка. Такая только исцарапать может.
Опять усмехаюсь, вспоминая, как она набросилась на бандитов. Отчаянная.
В общем, придумаю, как она мне возместит моральный ущерб. Ну, не просто же так ее отпускать!
Черт. Губа болит.
К Соньке! Во! Точно! К Соньке поеду. У нее отец известный хирург. Ну, должна же дочь была унаследовать врачебные навыки! Усмехаюсь.
Пусть обработает меня. По всех смыслах.
Дядя подождет.
Пока еду в такси к Соньке, звоню маме. Извиняюсь, говорю, что люблю и что приеду сразу же, как смогу.
Я люблю маму. И брата старшего люблю. И дядю тоже люблю.
Но сейчас хочу другого.
Дядя подождет.
Глава 10. Костя
– Ой, Котичек! Я так ждала тебя вчера! Ты почему же не… Ой! Что с тобой? Котя! – Соня размахивает руками и смотрит на меня круглыми глазами.
– Соньк, я в душ. Можно? – спрашиваю уже по пути в ванную. В ее квартире я все знаю.
– Костя, что случилось? Костя! Ты ужасно выглядишь! – кудахчет она.
– Спасибо, Сонь.
– Котя!
– Потом. Ты раны обрабатывать умеешь?
– Нуууу…
Смотрю на нее, понимая, что ни хера она не умеет! Вернее, умеет обрабатывать. Но не раны.
В душе смываю с себя запах камеры. Тело расслабляется в приятной неге. Я ведь толком и не поспал там!
Во-первых, на лавке особо не развернешься. Маловата она для меня. А, во-вторых, отделение полиции, оказывается, живет бурной ночной жизнью. Постоянно кто-то орет, матерится, бежит куда-то.
Впервые побывал там и больше не хочу.
Обмотав бедра полотенцем, выхожу из ванной и сразу иду в спальню. Спать хочу. Ничего больше. Только спать.
Падаю на спину на кровать и с наслаждением прикрываю глаза.
– Котичек! – визг Соньки неприятно бьет по ушам.
Морщусь.
– Котичек! Ну, расскажи мне! Что случилось? Ты подрался? Котя! – и она садится рядом и трясет меня.
Опять морщусь.
– Оставь, Сонь. Дай поспать, – отворачиваюсь на бок.
– В смысле «поспать»?! Костя! Я тут весь вечер и всю ночь прождала его! Отменила встречу! А он – «поспать»?! Кос-тя! – и она сильно толкает меня в плечо.
– Ну, чего тебе? – поворачиваюсь и недовольно смотрю.
Надо было домой ехать!
– Ты меня не любишь? – смотрит жалобно.
Ну, начинается.
Закатываю глаза, понимая, что совершил ошибку, решив, что Соня меня успокоит.
– Люблю, – бурчу, опять укладываясь на бок.
Мне вообще не сложно это слово произнести. И чего некоторые так трепетно к нему относятся?
Ну, хочет телка услышать «люблю», ну, пожалуйста. Жалко, что ли?
Это всего лишь слово. Ничего и не значит. Зато значительно ускоряет процесс. Так уж устроены женщины. Ну, и почему бы не воспользоваться этим? Им же нравится.
– Сильно-сильно любишь? – как назойливая муха жужжит над ухом Сонька. Правда, уже фоном. Я, похоже, проваливаюсь в сон.
– Сильно. Ага, – бормочу из последних сил. – так сильно, что ух! Ну, ты же знаешь.
Чувствую чмок в щеку и, наконец, вырубаюсь.
Глава 11. Костя
Будит меня громогласный голос дяди. Сначала я думаю, что вижу кошмар. Но нет.
– Где он?! – гремит дядя.
Писк Соньки. И, вот, меня уже очень, надо отметить, грубо встряхивают и трясут за подбородок.
Я пытаюсь отмахиваться. Спать хочу!
– Паршивец! Все, Костя! – и мат, от которого я пробуждаюсь гораздо быстрее. – Это была последняя капля! Все! Сделаю я из тебя человека!
– Эй! – трясу головой, когда чувствую, что покачиваюсь.
Открываю глаза и понимаю, что меня несут куда-то. Два каких-то мужика.
– Эй! Что происходит?! – кричу я и пытаюсь вырваться.
– Спокойно, Константин, – дядя идет рядом и кладет мне на голову руку. – Это для твоего же блага. Добром это все не кончится. Будем применять крайние меры.
Глава 12. Костя
– Ну и что это было, Николай? – строго смотрю на дядю, когда мы оказываемся в его доме.
На мне все еще полотенце Сонькино. Запахиваю его, чувствуя озноб. В кабинете у дяди, как всегда, кондиционер на полную мощность. И волосы еще влажные. Капли льдинками падают на плечи.
– Это я хочу спросить Костя, – отвечает дядя, усаживаясь в кресло и ставя руки на стол. – Что. Это. Было?
Усмехаюсь и тоже сажусь в кресло. Поправляю полотенце на бедрах.
– Я не виноват.