Благословение Махариши. Удивительная история моей жизни
- -
- 100%
- +
Даже тело стало здоровее. Когда-то в детстве я попал в аварию: на меня наехал взрослый велосипедист и повредил мне шейные позвонки. С тех пор у меня появились легкие, но неприятные головные боли. В период полового созревания они усиливались, становились все более и более интенсивными и в итоге мучили меня почти ежедневно. Но даже это проклятие растворилось после определенного периода медитации. Раньше мне приходилось ходить к врачу за справками по поводу этих головных болей, и, кроме того, пять или шесть раз в год я подхватывал грипп и пропускал работу. Но теперь это случалось не чаще раза в год.
За несколько недель и месяцев изменилась вся моя повседневность. Я нашел то, что искал, и с появлением TM для меня началась новая и лучшая жизнь.
Как пчелу манит мед, меня привлекало все, что имело хоть какое-то отношение к медитации. Для меня широко распахнулась новая дверь, и в своем пылающем энтузиазме и в юношеской наивности я хотел только одного – видеть окружающих меня людей такими же расслабленными, свободными и счастливыми. Я любил своих родителей и братьев, а также многочисленных родственников и друзей; в своей жизни я получил от них много хорошего и был за это благодарен. Теперь у меня наконец-то появилось что-то ценное и замечательное, что могло помочь и им тоже.
Обращаясь к людям, которые были мне особенно близки, я рассказывал о благословениях этой техники медитации, полностью убежденный в том, что собеседник погрузится в нее с таким же энтузиазмом, как и я. К моему большому изумлению, трое моих лучших друзей в деревне меня не услышали; искра на них просто не перекинулась. При этом их образ жизни, который я раньше разделял, виделся мне все менее привлекательным. Мне уже не хотелось опустошать вместе с ними по много бутылок яблочного вина за один вечер, пропитывать воздух табачным дымом, трубить в свой рог, хвастаясь героическими гонками на мотоцикле, восторгаться новой машиной или пространно жаловаться на начальство и соседей. Мы стали встречаться значительно реже.
Напротив, оказываясь в компании других молодых медитирующих, с которыми я постепенно знакомился, я чувствовал себя беззаботно счастливым и довольным. Когда находилось свободное время, сидя у себя в комнате под крышей родительского дома, я читал книгу Махариши «Наука бытия и искусство жить», в которой он шаг за шагом описывает духовную подоплеку ТМ и изменения, возникающие благодаря регулярной практике.
Йохен дал мне брошюру с описанием поз йоги, рекомендованных Махариши, и показал, как их выполнять. С тех пор я каждый вечер практиковал их в дополнение к медитации. Я даже проделывал их несколько раз по выходным, до и после медитаций. Я научился пранаяме, простому упражнению, которое постепенно улучшает дыхание и позволяет глубже погружаться в свое сознание.
Мне также нравилось слушать пластинку «Любовь и Бог» с записью голоса Махариши: там Мастер под мелодичные аккорды ситара декламировал замечательные стихи о человеческой и божественной любви. Он выражал бесконечную любовь к нашему Создателю с преданностью и открытостью, каких я никогда раньше не встречал. Голос Махариши звучал так нежно и смиренно, что его близость к Богу передавалась и мне. Благоговейная тишина погружалась в мое сердце, и оно широко раскрывалось, полное благодарности и любви к Создателю и его Творению. Я подолгу держал глаза закрытыми. До тех пор я никогда еще не переживал что-либо настолько прекрасное и ясное, даже на самых красивых церковных службах, даже на Рождество. У себя в комнате под крышей я купался в атмосфере святости.
На обороте обложки этой пластинки я видел Махариши, окруженного радостно смеющимися людьми, молодыми и пожилыми. Все они казались мне сияющими, как ангелы. В нашей деревне не было людей с такими флюидами – ни одного. Я подолгу смотрел на них снова и снова и думал: «Я хочу ощутить эту атмосферу хотя бы раз в своей жизни!» И однажды изнутри меня пришел ответ: «Не волнуйся, это желание исполнится».
Все чаще и дольше на моей двери снаружи висела перевязанная красной лентой табличка, которую я сам с любовью нарисовал: «Пожалуйста, не беспокойте; я медитирую».
Аромат благовоний наполнял мою комнату – а фактически весь дом.
Все это медленно, но верно выводило из себя моего отца.
Зелисберг
«Я скоро уезжаю в Швейцарию, в Зелисберг! Я реально в восторге!»
Сияющий Франк сообщил мне эту новость, небрежно облокотившись на стойку бара в Молодежном центре.
«Махариши там живет и обучает учителей ТМ».
«Так ты хочешь стать учителем ТМ?» – удивленно спросил я.
«Нет, прямо сейчас я не могу себе этого позволить, но они всегда ищут людей, способных помогать. Наверное, я буду работать на кухне помощником повара и наслаждаться великолепной атмосферой – поближе к Махариши».
Ага.
Но он еще не закончил:
«Зелисберг – это мечта, он находится прямо над озером Люцерн. Его окрестности невероятно красивы, и там собралось двести или триста человек со всего мира. Они все медитируют, и им хорошо».
Внутри меня зазвенели все колокольчики:
«Скажи мне, туда может просто приехать любой человек?»
Возникли всевозможные новые и благоприятные картинки, а еще приближались летние каникулы в вечерней школе.
«Ну что ж, может быть, ты хочешь навестить меня там и посмотреть своими глазами? Это было бы потрясающе, я непременно найду для тебя место».
Франк знал, что после обучения ТМ остаток моих наличных уменьшился и что я был небогат – а точнее, беден как церковная мышь.
«Ты мог бы поставить палатку где-нибудь поблизости, это тебе ничего не стоило бы. Да, именно так мы и поступим!»
Я видел, как ему понравилась эта идея. Сам я отреагировал бы так же.
Да, мне действительно хотелось встретиться с великим Мастером. Но я не рискнул бы ехать эти 500 километров за рулем мотоцикла, потому что чувствовал себя не таким сильным, как обычно. За всю свою жизнь я еще никогда не беспокоился о своей физической силе; она, конечно, оставалась при мне. Но в последнее время энергии и сил несколько поубавилось. Приняв решение стать вегетарианцем, я ел только белый хлеб с кухни родителей, картофель на обед и иногда немного овощей. Молоко и сыр я не особенно любил еще с детства и в итоге ел только гарниры. Я был постоянно голодным!
Поэтому через две недели я взял большой рюкзак и доехал автостопом до Люцерна, а затем, расслабившись, взошел на палубу белого круизного лайнера, который пересекал голубое озеро Люцерн. Потом из Трейба я поехал по старой железной дороге в Зелисберг. Наконец я оказался перед роскошным домом, который Франк уже показывал мне на открытке. Я стоял в благоговейном страхе. Это действительно было самое красивое место, которое я когда-либо видел. Отель представлял собой старинное, великолепное здание с высокими потолками, из больших окон которого было видно Люцернское озеро далеко внизу. На противоположной стороне гигантского горного хребта, окружающего озеро, возвышалась массивная скала в форме пирамиды. В вечернем свете она сияла оранжево-золотистым светом.
Я миновал отель и продолжал идти. В рюкзаке у меня была небольшая палатка и спальный мешок, и поэтому я поселился на природе у Зели («маленькое озеро» на местном швейцарском диалекте), что немного ниже. Я бесконечно наслаждался своей удивительно свободной и раскрепощенной жизнью бродяги, купался в прозрачной воде горного озера и к чаю сушил на веревках палатки дикую мяту.
Франк, как старый друг, взял меня под свое крыло. В обмен на ежедневные два часа работы вместе с ним на кухне он обеспечил меня двухразовым горячим питанием и провел прямо в сказку. В обеденном зале у меня на глаза навернулись слезы. Впервые я ощутил, насколько разнообразной и вкусной может быть вегетарианская кухня. Я даже не знал названий большинства блюд, а их были целые горы. Я еще никогда не видел авокадо, цукини, брокколи или артишоков, не ел киви, персиков, свежих ананасов, кедровых или бразильских орехов. Я познакомился с новыми молочными продуктами, такими как творог и свежий швейцарский сливочный йогурт. Изобилие продуктов и идей выглядело очень заманчивым. Конечно, мне хотелось запомнить многие рецепты, хотя почти все это было немыслимо у нас дома, где покупались только самые недорогие вещи. И я расцвел. Через несколько дней я почувствовал невероятную физическую силу, и только теперь мне стало ясно, почему раньше я был таким слабым – тело страдало от недоедания, вызванного моим невежеством.
Бывший гранд-отель «Зонненберг» в Зелисберге (Швейцария). Здесь Махариши основал Европейский исследовательский университет Махариши (МЕРУ) и жил там со своим международным персоналом с 1972 по 1983 год
Конечно, я хотел встретиться с человеком, с которым меня с детства связывали непостижимые узы – с мудрецом, проживающим в этом отеле со множеством комнат и коридоров. Махариши обладал огромными знаниями, и от него мы получили эту медитацию, которую я недавно начал практиковать. Будучи молодым человеком, он получил ученую степень по физике в Аллахабаде, провел много времени со своим Учителем Гуру Дэвом, Бхагаваном Свами Брахманандой Сарасвати, и служил этому человеку, который являлся воплощением ведической мудрости.
Впоследствии Махариши прожил два года в полном уединении в пещерах Долины Святых близ Уттаркаши, высоко в Гималаях – там же, где когда-то Гуру Дэв учился у своего собственного наставника. В этой глубокой тишине, в самых высоких горах мира, Махариши напоследок снова и снова получал импульсы, отправиться на юг Индии. И вот он просто ушел без гроша в кармане, с глубокой верой в божественное руководство, и из этого ничего – пустоты – создал всемирное движение и все, что я видел перед собой. Впечатляет – и скоро я встречусь с ним лично!
Доктор Раджендра Прасад, президент Индии, у ног Гуру Дэва. Подзаголовок газетной статьи: «Доктор Раджендра Прасад, президент Индии, наслаждается божественным великолепием маяка в Гималаях»
«Каждый вечер, – сказал мне Франк, – в большом зале проходят лекции. Обычно на входе требуется бейдж, но через заднюю дверь можно пройти просто так».
Полный радостных предчувствий, я тихонько прокрался в последний ряд. Правда, Махариши был виден только на большом телеэкране и говорил по-английски. Я понимал далеко не все – пришлось признаться себе, что мои познания в языках не слишком велики. Но я все равно остался. В конце семинара кто-то включил магнитофон, и зазвучали два глубоких, ровных и бархатистых мужских голоса. Я, как и все остальные, слушал с закрытыми глазами. Эти тысячелетние Сама-Веды глубоко проникли в мое сознание. Я был совершенно бодр и в то же время сидел в невероятном покое, как при хорошей медитации. Я вообще не хотел открывать глаза. Но потом кто-то осторожно коснулся моего плеча – это был руководитель курса.
Конференц-зал МЕРУ в Зелисберге (Швейцария). Здесь Махариши проводил крупные конференции с учеными, правительственными чиновниками и работниками образования для решения современных проблем через развитие сознания
«Что ты здесь делаешь? И как ты сюда попал?»
Естественно, он меня заметил: я отличался от других участников курса, одетых в костюмы и галстуки; вдобавок у меня были густые кудри до плеч, в то время как все остальные парни носили короткую стрижку. Руководитель курса с добротой рассматривал меня своими невероятно яркими глазами. Он объяснил мне, новичку, что участники должны зарегистрироваться по всем правилам. Затем он нашел время немного рассказать мне о содержании и целях четырехнедельного курса, который он вел для подготовки будущих учителей ТМ.
Я немедленно воспользовался этой возможностью и спросил: «Скажи, Махариши находится в этом здании? Могу ли я его увидеть?»
«Да, он здесь. Но он в другом зале встречается с учеными и делегатами от правительств разных стран, и тебе туда, к сожалению, нельзя».
Мы немного поговорили, как старые друзья, в том числе о моем образовании и планах. Я также узнал, что по программе «Работа – учеба» смогу получить образование в качестве учителя ТМ. В любом случае он добавил, что сначала я должен окончить свое профессиональное обучение и получить аттестат в вечерней школе.
Довольный всем, что я пережил и увидел за эти четыре или пять дней, я понимал, что хочу именно такого качества жизни. Я хотел вернуться сюда после окончания школы.
В тот же вечер я был сильно обескуражен. Франк знал, что мне – если я захочу участвовать в такой программе – придется подстричь свои великолепные кудри, потому что Махариши хотел, чтобы учителя ТМ выглядели опрятно. И что вы думаете? Я отказался! Так радужное будущее, которое уже рисовалось перед моим внутренним взором, отодвинулось далеко-далеко.
Но внутри уже начались изменения.
Пропасть
Несколько месяцев спустя у меня в кармане лежал аттестат о среднем образовании. И это был довольно хороший знак: регулярные медитации положительно повлияли на мои успехи в вечерней школе. Очевидно, что теперь я концентрировался лучше, чем несколько месяцев назад, и мне стало легче понимать и запоминать информацию. Если в начале обучения в вечерней школе все предметы казались мне весьма скучными и я делал только то, что было необходимо для получения аттестата, то теперь у меня появился искренний интерес ко многим дисциплинам. Более того, я видел взаимосвязи между ними, которых раньше не замечал.
Отец, окрыленный моими хорошими результатами, хотел взлететь еще выше. Он считал, что я должен окончить «Абитур». (В Германии так назывался диплом, который выдают после средней школы, он необходим для поступления в любой университет. На его получение уходит тринадцать лет.) Отец хотел, чтобы я стал врачом или юристом. Он отдал этому все силы. Выкроив несколько часов своего времени, он поговорил с администрацией разных школ, везде хорошо обо мне отзывался, подчеркивал мои очевидные успехи, зарегистрировал меня в колледже Кобленца и даже проследил за тем, чтобы мне дали стипендию по Федеральному закону о содействии образованию и профессиональной подготовке.
Тем временем я ходил на курсы выходного дня – по медитации. В отдаленном лесном коттедже мы проводили групповые медитации, и не просто дважды в день, как обычно, а по нескольку раз в день. Вот это была жизнь!
За это время мои внутренние опыты стали глубже; кроме того, начали раскрываться качества моего сердца – я все больше почитал Махариши и восхищался им. Кто был этот необыкновенный человек, приехавший из Индии? Если даже нам, маленьким «огонькам» здесь, в Вестервальде, погружение в глубины сознания приносило такое восхитительное и великолепное ощущение, позволяя постигать то, что лежит внутри и вокруг нас, то какой огромной необъятностью сознания должен обладать он, человек, который медитировал десятилетиями? Человек, который провел много лет в священном присутствии своего Учителя, Гуру Дэва, впитывая его безграничное сознание? Гуру Дэв, который, в свою очередь, на много десятилетий уединился в непроходимых лесах Индии и там затерялся в своей собственной тишине.
Только в последние годы жизни он неохотно поддался на многолетние уговоры и согласился занять вакантную должность Шанкарачарьи, духовного главы Джойтир Матха на севере Индии. До него эта весьма уважаемая должность оставалась вакантной целых полтора столетия, поскольку не удавалось найти никого, кто был бы достоин осуществлять духовное руководство человечеством. И вот теперь Махариши, его ученик номер один, отправился в большой мир и поселился в соседней с нами стране Швейцарии.
В восхитительных опытах этих выходных всплыло мягкое, почти застенчивое желание встретиться с Махариши лицом к лицу. Я все сильнее хотел стать одним из тех, кого Махариши знает лично.
Часто в эти выходные появлялись новички и обучались медитировать в лесном домике. Мне казалось невероятным, насколько сильно менялись учителя ТМ после таких личных инструктажей. Тем временем я узнал об их маленьких проблемах и личных особенностях. Но когда учителя выходили к нам из комнаты для инициаций, казалось, что они сияют, все до единого. Причем светились не только их глаза – свет как будто проникал изнутри, сквозь кожу. В какой еще профессии можно так явно открывать другим людям двери к счастью и радости жизни, в то время как вам самим так много дается для вашего собственного развития?
Но дома атмосфера становилась все более и более скованной. Я не хотел и даже не мог просто сидеть за семейным столом и есть гарниры. Нет. Иногда я пытался хотя бы сам готовить еду на нашей маленькой кухне. Но это было уже слишком! Моя мама, чье большое сердце было полно любви ко всему и всем, наверняка нашла бы способ с этим смириться. С ее открытостью она даже могла бы научиться медитировать в первые месяцы, если бы отец так яростно не подавлял это желание.
К сожалению, отца мои выходки все больше выводили из себя. Вскоре некогда любимый сын стал просто «йогом», который, будучи «другим», решительно поколебал основы всех его ценностей и взглядов на жизнь. Отцу было так больно, что он часто обижался. Впервые между мной и отцом, с которым мы всегда были близки, разверзлась глубокая и непреодолимая пропасть, причиняющая боль нам обоим, – пропасть, которую в нынешнем состоянии мы не могли преодолеть.
Эта катастрофа была предопределена. Я хотел уйти. Я больше не мог и не хотел так жить. Скорее всего, этот жребий уже выпал. В какой-то момент я признался родителям, что мне больше не нужен ни «Абитур», ни жизненный план, который они разработали для меня с самыми благими намерениями. Я хотел быть с Махариши и стать учителем ТМ. По крайней мере, я планировал поехать к Мастеру на год, чтобы проверить, нравится ли мне там и правильный ли это путь для меня.
Родители были опустошены и напуганы; они боялись за мое будущее. Особенно это затронуло моего отца – я уверен, что в тот момент его мир рухнул.
II. Рядом с Мастером
Снаружи – радость капли воды,
Внутри – радость океана.
Во внутреннем ядре нашей собственной личности
Находится океан радости,
Океан мудрости,
Океан творчества,
Океан покоя.
Махариши Махеш ЙогиПервый раз
Я был готов. Мои великолепные локоны упали на пол. Йохен и Франк вложили мне в руку номер телефона координационного бюро.
«Если ты хочешь поехать туда, сначала позвони. Сейчас Махариши находится во Франции».
У меня была всего одна монета, и я набрал номер из телефонной будки на железнодорожном вокзале Лимбурга. Я прямо спросил: «Вам нужен еще кто-нибудь из персонала?»
Я услышал только: «Да, только привезите рекомендательное письмо от вашего местного учителя ТМ».
Затем раздался щелчок: соединение прервалось.
Но мне этого было достаточно. На следующий день я собрал чемодан, попрощался с несколькими друзьями, обнял родителей и в последний раз поцеловал в щеки обоих братьев. Начиналась новая жизнь.
Летнее солнце светило в окна скоростного поезда – благоприятный знак. Моим пунктом назначения был курорт зимних видов спорта Куршевель. Движение TM арендовало там несколько отелей, которые летом обычно пустовали. Чтобы сэкономить на расходах, движение TM управляло этими отелями самостоятельно. В Куршевеле организовали шестимесячные курсы повышения квалификации для опытных учителей ТМ; это почти все, что я знал.
Франк сказал мне, что там есть отель только для мужчин, в котором особенно хорошо медитировать. Очевидно, что больше всего на свете я хотел попасть именно в этот отель. Но когда я добрался до координационного офиса в первом отеле, оказалось, что меня поселили в совершенно другом месте. Кто-то оттуда приехал за мной на машине. Что ж, пока все шло неидеально! Однако, пока мы ехали по дороге все дальше в горы, водитель привел меня в состояние восторга:
«Старик, тебе когда-нибудь выпадала такая удача? Ты знаешь, что я везу тебя в «Аннапурну», отель, где остановился Махариши, и это самый красивый отель во всем городе?»
Судьба любила меня. Неужели я скоро увижу Махариши?
Прибыв на место, мы почти коснулись небес. Длинный четырехзвездочный отель с деревянным фасадом, украшенным искусной резьбой, и бесчисленными балконами располагался на плато высотой 1850 метров над уровнем моря. Из огромных окон на первом этаже открывался вид на впечатляющую панораму окружающих гор.
Прежде чем подняться в отведенную мне комнату для персонала, я стоял в элегантном вестибюле, отделанном деревянными панелями. Вспотевший, в мятой одежде, измученный долгим путешествием, я ждал лифта. С другой стороны вестибюля ко мне направлялась группа людей. Ошеломленный, я не верил своим глазам – прямо ко мне шел Махариши. Он выглядел точь-в-точь как на всех фотографиях, которые я видел. Невысокий мужчина в белом индийском одеянии до пола, с длинными волосами, окладистой бородой и большими безмятежными глазами. И от него исходила аура большого достоинства и авторитета. Ровно в метре от меня Махариши застыл на месте. Он ничего не сказал, просто посмотрел на меня и вобрал меня в себя. Я стоял неподвижно и глядел на него. Не знаю, сколько времени он рассматривал меня – одну минуту или четыре минуты. Я чувствовал его любящее, но в то же время строгое внимание; он производил впечатление неподкупного наблюдателя. Казалось, что он способен видеть глубины моей души и проникать своим взглядом в каждую клеточку. Я ощутил дыхание всеведения и мысленно сказал себе: «У тебя не может быть никаких секретов от этого человека; он знает о тебе все». При этом я не чувствовал, что меня оценивают или осуждают – Махариши просто принимал меня таким, какой я есть. И ему понравилось то, что он увидел. В итоге он почти неуловимо улыбнулся, и я осознал: «Махариши принял меня в ученики». Лифт подъехал, открылся, и невысокий, но великий человек, которого я так долго ждал, исчез вместе со своими близкими коллегами. Когда я добрался до своей комнаты, мне нужно было просто присесть.
Чуть позже директор отеля отвел меня на кухню, где в присутствии шеф-повара велел вымыть кастрюли. И у него была для меня особая награда. Как член рабочей команды, я мог в свободное время посещать лекции и семинары Махариши. Отлично! Кроме того, теперь я участвовал в программе «Работа – учеба» и в этой замечательной среде зарабатывал зачетные баллы, которые позже мог использовать для прохождения различных курсов обучения ТМ. Мои мечты начали сбываться!
В свои двадцать лет я был маленьким и хрупким. Работа требовала сил. Но медитации были замечательными – по крайней мере, когда мне удавалось помедитировать; не привыкший к тяжелому физическому труду, я зачастую настолько уставал, что засыпал во время медитации. Тело предъявляло свои права. Бывало, что я спал почти все свободное время, пока меня не вырывал из глубин бессознательного нетерпеливый стук в дверь, вслед за которым звучал громкий, грубый голос австралийского шеф-повара: «Лотар, давай, тебе надо мыть кастрюли».
Гигантские кастрюли из нержавеющей стали приходилось мыть очень тщательно. В резиновых перчатках, которые должны были облегчить мне жизнь и защитить руки, слишком часто появлялись дырки от вилок, которые оказывались в воде для мытья посуды, из-за чего в перчатки попадал кипяток. Мои руки были красными, как омары.
Но однажды судьба снова проявила милосердие. Всего через десять дней меня повысили – перевели на посудомойку! По-видимому, кто-то заметил мой невысокий рост и не очень широкие плечи. Чистить зелень для салата и мыть посуду три раза в день для 250 человек тоже было изнурительной работой, но теперь в моем распоряжении были разные полезные машины.
Ежедневно я получал награду: мне разрешалось проводить по два-три часа в огромном, украшенном цветами лекционном зале. Там Махариши выходил на сцену, чтобы все могли его ясно видеть. Он сидел, скрестив ноги, на традиционной оленьей шкуре, которой застилали белый диван.
Сияние Махариши было просто невероятным, светлым и ярким, и иногда я замечал, что его окружает серебристый свет. Он был полон любви, силы и великолепного чувства юмора. Объясняя или комментируя что-то для своей аудитории, он часто блестяще играл словами, а затем оглушительно хохотал. Многие в зале смеялись вместе с ним. Иногда это напоминало радостный хор, а иногда в воздухе взвивался искрами серебристый женский смех, а вслед за ним – веселые раскаты мужских басов. Привлекала не только жизнерадостность Мастера, но и то, что в его присутствии я чувствовал себя легко и непринужденно.
Конечно, я понятия не имел о неписаных правилах и обычаях поведения – по крайней мере, до поры до времени.
Однажды днем у Махариши была назначена встреча с несколькими генералами и главой ВВС Швеции, который хотел обучить трансцендентальной медитации своих пилотов. Конечно, эти джентльмены расположились в первом ряду перед сценой, где всегда сидели почетные гости, которым нужно было общаться непосредственно с Махариши. Я слушал, как глава военно-воздушных сил с энтузиазмом докладывал об успехах в медитации. Я впервые узнал, что много лет назад восемьдесят процентов летчиков-истребителей, прошедших полетную подготовку, через весьма короткое время увольнялись с работы. Это происходило потому, что их глубоко укоренившиеся страхи, которые в повседневной жизни обычно не заметны, теперь всплывали на поверхность и делали полеты невозможными. Очевидно, что шведское правительство выбрасывало на ветер тонны денег и нуждалось в помощи. Поэтому ученые разработали сложный психологический тест, с помощью которого можно было выявлять эти подсознательные страхи у начинающих пилотов еще до обучения. Очевидно, этот тест был эффективным, потому что через тридцать лет после начала его применения в авиации не было ни одного пилота, который плохо подходил бы для выполнения служебных обязанностей.