- -
- 100%
- +
Мистер Лоххед фыркнул, закатив глаза.
Жена, не обращая внимания, продолжила: «Дженис была амбициозной. Она была советницей мэра».
Женщина выпрямилась чуть выше, кивнула сама себе и выглядела очень довольной этим последним заявлением.
«Какого мэра?»
– Почему, – сказала она, словно удивляясь, – Джонни тебе не сказал? Дженис была советницей мэра Кастильо.
Оба родителя смотрели на неё с заметным волнением, будто ждали реакции. Но в ответ получили лишь пустой взгляд. Кора почесала подбородок.
– Я, если честно, в политике не разбираюсь.
– Мэр Майами, дорогая, – нетерпеливо бросила миссис Локхед.
Её муж теперь изучал Кору искоса с выражением крайнего подозрения и недоверия. Будто человек, который не знает имени мэра Майами, вряд ли способен хоть чем-то помочь.
Слушая всё это, Кора всё ещё не была уверена, что сможет хоть чем-то помочь. Но она взяла себя в руки и сказала:
– Хорошо. А что вам известно о Дженис? Есть заключение судмедэксперта?
– Н…нет заключения, дорогая, – сказала миссис Локхед. – Не было… – она прикусила губу, давя всхлип. – Не нашли тела.
Кора приподняла бровь.
– Простите?
Генри снова забурчал, вперившись в отложенную газету так, словно нашёл в ней источник всех своих бед и врата в ад.
Кора переводила взгляд с одного родителя на другого, пытаясь прочитать язык их тела. Она часто замечала: жесты и выражения лица говорят правду чаще, чем слова. Генри был зол, его жена – на взводе. И всё же и злость, и тревога словно прикрывали что-то ещё, куда более глубокое.
Горе ощущалось почти физически – но было и другое.
Чувство предательства. Заговора. Невысказанное проступало слишком явно: в нервно постукивающих пальцах миссис Локхед, в натянутых чертах мистера Локхеда.
– Тогда откуда вы знаете, что вашу дочь убили, если тела нет?
Генри напрягся.
– Вы что, всерьёз?.. – начал он, и голос его пошёл на взлёт, как реактивный самолёт.
Жена перебила, прежде чем он успел окончательно сорваться:
– Она просто спрашивает, дорогой.
Кора не моргнула и не отступила.
Джонни согласился заплатить ей за эту работу. Но теперь Коре было не по себе – словно она оказалась в ловушке. В редких взглядах Генри и в резких чертах миссис Локхед Кора вдруг ловила отблески своего бывшего. Это и так выбивало из колеи, но вдобавок манера речи и кое-какие привычки родителей явно перешли к их сыну.
Как ни старалась, Кора не могла убежать от тени по имени Джонни Локхед.
А какая-то, меньшая часть её самой – та, которую она держала взаперти и лишь изредка выпускала на свет, – не была уверена, что ей вообще хочется убегать от этой тени.
Но пришла она сюда не за этим.
– Она почти неделю не звонит, – отрезал мистер Локхед. – А жену мэра убили три недели назад.
Кора моргнула.
– Правда?
Миссис Локхед уже направлялась к микроволновке. Она схватила с неё старомодную бумажную газету, чеканным шагом вернулась и положила её перед Корой.
Кора нахмурилась, вчитываясь.
Заголовок гласил: Жена мэра Кастильо убита.
Она пробежала глазами абзацы.
Оказывалось, супруга мэра была в командировке. Вернулась три недели назад, но по дороге из аэропорта на её машину напали из засады.
Она погибла на месте.
Кора поёрзала.
– То, что убили жену мэра, – медленно произнесла Кора, – ещё не значит, что убили вашу дочь.
Генри снова выглядел так, будто вот-вот взорвётся, но жена опять его опередила. Быстро сказала:
– Вы, кажется, не понимаете, дорогая. Дженис была близка с женой мэра. Они вместе учились в колледже. Мэр женился рано. Очень рано, – добавила она, многозначительно приподняв брови.
Кора нахмурилась.
– Значит, ваша дочь была советницей мэра?
– Именно. И потому, что дружила с его женой. Его жену убили три недели назад. Дженис… пропала на прошлой неделе. По крайней мере… мы думаем, что её убили. Мы не знаем. Мы держимся за надежду, – голос женщины дрогнул, но она продолжила, – что она вернётся.
Кора нахмурилась.
– Понимаю. А где жила ваша дочь?
– У неё было своё жильё в Кис. Была лодка, она часто выходила в море. Лодку нашли. А её – нет.
Кора нахмурилась.
– Значит, вы думаете, её убили, когда она вышла на лодке?
Оба родителя вздрогнули. Кора пожалела, что не смогла сказать это иначе. Но разве можно подобрать слова, которые уменьшат боль от потери дочери? Лучше уж, как с пластырем: сорвать быстро – и всё.
– Полиция твердит, что это просто пропажа человека, – сказал Генри. – Ни одна газета об этом не пишет. Жена мэра погибла три недели назад. Его советник умер на прошлой неделе. Они что-то скрывают. Запомните мои слова: это коррупция, и она сидит очень глубоко.
Кора не стала спорить. Просто слушала.
– Можете ещё что-нибудь рассказать мне о Дженис?
Но, произнося это, она заметила, что мистер Лоххед отвлёкся. Он смотрел мимо неё, в ту дорогую гостиную, которую она успела приметить раньше. Его взгляд был прикован к телевизору над диваном. Там шёл новостной канал.
И выглядел он не злым – он выглядел потрясённым.
Миссис Лоххед проследила за взглядом мужа и тихо ахнула.
Кора тоже обернулась. Подняла глаза на экран. И застыла.
Ведущий читал текст с суфлёра. Звук был выключен, но срочная новость бежала строкой внизу экрана.
Дочь мэра утонула в семейном бассейне…
– Чёрт возьми, – сказала Кора.
Лоххеды её не одёрнули. Кора невольно представила, как на такую ругань отреагировала бы её собственная мать.
Но Кора не отводила взгляд от экрана. Потом вытащила телефон и торопливо вбила в поиск текст срочного сообщения.
Открыла первую же ссылку. Онлайн-издание. Не местное – федеральное. Новость уже разлетелась по всей стране.
Жена мэра убита три недели назад, дочь погибла сегодня…
Кора ощутила странный всплеск. Было бы жестоко назвать это возбуждением – и всё же больше всего это походило именно на него. На томительное предвкушение, на ожидание того, что будет дальше.
Этот внезапный прилив адреналина, уверенность, что она нащупала что-то стоящее, – вот что удерживало её от таблеток и выпивки.
Генри бормотал себе под нос:
– И опять ни слова о Дженис.
Миссис Лоххед отвернулась, вытирая слёзы с глаз: смотреть на выпуск она не могла.
Кора, сохраняя вежливый, спокойный тон, сказала:
– Я начинаю думать, что вы, возможно, правы. Может, всё это действительно связано с мэром.
Генри нахмурился.
– Джонни сказал, что мы вам платим, да?
Кора моргнула. Помрачнела.
– Джонни сказал, что мне платит он.
Генри фыркнул.
– Типично.
– Генри, – возмутилась жена.
Муж сказал:
– Ну… – он снова поправил костюм. – Мы и платим. Так что вы собираетесь с этим делать?
Коре не понадобилось много времени, чтобы прикинуть варианты. Теперь она работала уже не на стороне закона. У самосудного правосудия ресурсов было куда меньше, чем у федерального правительства. Зато то, чего ему не хватало в ресурсах, оно восполняло умением обходиться без бумажной волокиты.
Кора тихо сказала:
– Мне, наверное, нужно поговорить с мэром. Или хотя бы понять, что он знает.
– И как вы это собираетесь сделать? После всего этого к нему будет невозможно подобраться.
Кора задумалась. Потом сказала:
– Я поговорю с ним или хотя бы обыщу его дом сегодня ночью.
Она прикусила губу, вдруг осознав: чем меньше Лоххеды будут знать, тем лучше.
– Забудьте, что я это сказала. Я что-нибудь придумаю. Есть ли ещё что-то о вашей дочери, что могло бы быть важно для дела? У неё были враги?
– Нет, – огрызнулся Генри. – Её убили не враги. Её убили друзья. – Он зло ткнул пальцем в телевизор.
Кора не могла не согласиться. Для мэра Кастильо всё выглядело скверно: жена мертва. Один из советников – через две недели. А теперь и дочь. Кто-то явно бил по нему.
Но в новостной сводке не было одного – ни ареста, ни хоть каких-нибудь подозреваемых. Кора гадала, чем там занимается полиция Майами. В управлении, должно быть, метались, в отчаянии выискивая, на кого бы это повесить.
То, что они так и не назвали ни одного имени – любого, хотя бы чтобы пресечь домыслы, – подсказывало Коре: они барахтаются вслепую.
И это добавляло опасности.
Если они застукают её, крадущейся возле его дома, скорее всего сначала выстрелят, а уж потом начнут задавать вопросы.
Но Кора уже встала на этот путь. Ей придётся заняться мэром. Придётся выяснить, знал ли он, что случилось с Дженис. Если она узнает, кто убил его жену и дочь, то сможет понять, что произошло с сестрой Джонни.
И хотя она по-прежнему не работала с ФБР, мысли снова вернулись к её бывшему напарнику. Сол наверняка откажется делиться сведениями по делу, которое ещё расследуют. Но это не значит, что нельзя выудить хоть крохи. Любая мелочь поможет. Всё, что у них есть об убийстве жены или дочери, о пропаже Дженис.
Кора так и не научилась прощаться в такие минуты. Она пришла сюда по делу. И потому решила: вместо того чтобы переживать о приличиях, лучше всего – развернуться на каблуках и пойти распутывать эту историю.
Так она и сделала – коротко кивнула каждому из Локхедов и пошла.
Никто не окликнул её, когда она быстрым шагом двинулась по выложенному плиткой коридору к огромной парадной двери, под роскошной люстрой.
Всё это время её взгляд был прикован к телефону: она листала, выискивая хоть что-нибудь, что могло бы стать зацепкой. Что угодно, что могло вывести её на настоящего убийцу.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Человек с пластиковой рукой поправил протез, слегка поморщившись. Даже спустя столько лет иногда ему всё ещё казалось, будто конечность на месте. Но её у него отняли – вместе со всем остальным.
И теперь он занимался тем, что отнимал.
И платили ему за это очень щедро.
Он стоял напротив тучного мужчины, устроившегося на маленьком деревянном стуле. Всякий раз, когда толстяк ёрзал, казалось, стул вот-вот треснет и развалится под его внушительным весом.
Но здоровяк лишь мотал головой; второй подбородок ходил ходуном, а в уголке губ темнело пятно от томатного соуса. Он поднял салфетку и промокнул рот.
Закончив, опустил салфетку и взглянул на однорукого убийцу.
– Хорошая работа, – сказал крупный мужчина.
Фигура с пластиковой рукой одёрнула чёрный, безупречно сидящий костюм. Дорогая вещь из Венеции. Некоторые считали Венецию туристической ловушкой, но если знать, кому звонить, в тонущем городе можно найти настоящие сокровища.
Его всегда завораживало, что город уходит под воду. Как Атлантида. Как Флорида, говорили некоторые. Вода манила его с тех пор, как он проходил подготовку на флоте. Он был на пути к тому, чтобы стать «морским котиком». Но, разумеется, его вышвырнули. Недостойное поведение. Психологический отбор он не прошёл.
Их проблемы. Нарциссизм и психопатия – всего лишь словечки кабинетных вояк.
Для него это ничего не значило.
– Как мне тебя, говоришь, называть? – спросил мужчина, жующий пасту.
Убийца пожал плечами.
– Том.
Здоровяк фыркнул и брызнул красным соусом на узорчатую скатерть.
– Том, – хихикнул он. – Ну да. Как скажешь. Деньги уже перевели. За обе работы.
– Продолжать? – спросил Том. Втайне он надеялся, что ответ будет «да». Иногда в свободное время он охотился просто ради удовольствия. Но получать за это деньги ему нравилось больше. Зачем делать то, что любишь, бесплатно, если можно делать это за доллары?
– Да-да, так и надо. Не сбавляй нажим. До него всё никак не дойдёт.
Том улыбнулся. Он поправил рукава своего дорогого костюма, подтянув их за запястья – включая пластиковое. «Я уже наметил новую цель».
– Хорошо. На этот раз сделай так, чтобы было больно. До него всё никак не дойдёт.
Том улыбнулся. В вопросах боли он был специалистом.
Он уже повернулся было, чтобы уйти, но здоровяк за столом окликнул:
– Это правда, что ты утопил её в её собственном бассейне?
– В тот момент это казалось правильным.
– Я тебе скажу так: яйца у тебя есть.
Том едва заметно улыбнулся. Это была не игривая улыбка, а опасная. Потому что, как они оба знали, яиц у него совершенно точно не было – как не было и руки, и настоящей кожи на левой стороне тела. Несчастный случай на тренировках с «морскими котиками» забрал у него почти половину. Полчеловека, говорили некоторые. Ему приходилось глотать таблетки тестостерона, чтобы компенсировать отсутствие яичек.
Он секунду разглядывал здоровяка, прикидывая, не издевается ли тот.
– Ты шутишь? – тихо спросил Том.
Его рука чуть напряглась, зависнув рядом с оружием.
Двое мужчин в глубине ресторана хмуро смотрели в его сторону. Один из них уже тянул оружие из жилета.
Жирный кот только хохотнул, покачав головой.
– Да это шутка, Том. Расслабься. Яйца у тебя есть. Понимаешь? Ну и как оно? Отстрелило только ягодки? Или стручок тоже?
Здоровяк всё ещё посмеивался. Он тряхнул головой и отправил в рот ещё одну вилку пасты. Том снова поправил костюм. Двое охранников дальше по залу начали приближаться.
А потом он тихо сказал:
– Ты всего лишь лейтенант. Ты мне не платишь, и, по-моему, ты не такой уж смешной.
Здоровяк поднял голову, теперь уже хмурясь. Изо рта на тарелку шлёпнулся кусок лапши.
– Эй, ты! – рявкнул один из громил, приближаясь от двери.
Том улыбнулся.
– Хочешь знать, что я считаю смешным? – мягко сказал он.
Лейтенант резко потянулся к своему оружию, явно поняв, что перешёл черту – и назад дороги нет.
Но Том был быстрее. Его выгнали из флота не за отсутствие навыков. А за отсутствие сочувствия.
Пистолет первым оказался у него в руке. Сначала он убрал людей за спиной лейтенанта. Пуля первому в голову. Две – второму в грудь. Их оружие даже не успело выстрелить.
Тем временем жирный кот суетливо пытался выдернуть оружие из-за пояса.
И тогда Том прострелил ему руку.
Потом прострелил ногу.
А затем, пока здоровяк отчаянно хрипел от боли, Том выстрелил ему в голову.
Том поправил костюм. Развернулся и выстрелил в камеру за спиной. Она смотрела на дверь и всё равно не записывала бы ничего из того, что только что произошло. Заведение вроде этого не хотело, чтобы разговоры клиентов фиксировались.
Сзади был повар и две официантки. Их тоже придётся убрать. А потом он инсценирует это как налёт конкурирующей банды или ещё что-нибудь. Он с этим развлечётся. И когда всё будет сделано, он свяжется с боссом жирдяя. Контракт всё ещё будет в силе. Он продолжит так, будто ничего не случилось. Да и даже если кто-то заподозрит, что он сорвался, никто ничего не предпримет. Миссия слишком важна. Ставки слишком высоки. Вообще-то даже у самых больших шишек шея под ножом. А он здесь затем, чтобы их спасать.
Он наклонился, взял салфетку и вытер щёку, стирая брызги крови. А потом, перехватив оружие, двинулся к кухне – искать троих возможных свидетелей. Из ресторана никто не выйдет живым. Никто, кроме Тома. А потом он продолжит делать то, что у него получается лучше всего.
И на этот раз ему заплатят.
Он весело насвистывал – настроение заметно поднялось, – направляясь к кухне. Он услышал крик. Поднял пистолет. Ещё три выстрела.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Ночь накрыла её, как одеяло, опустившееся на особняк у океана. На подъездной дорожке стояли машины с яркими фарами. Вдоль дороги выстроилась полиция. А над головой даже кружил вертолёт, следя за побережьем.
Она заметила, как береговая охрана разворачивает лодки тех, кто подплывал слишком близко к частным берегам.
И всё это – ради мэра Кастильо.
Она видела, как он приехал в белом лимузине.
Кора оставалась неподвижной, устроившись на водонапорной башне примерно в полумиле отсюда. Она присмотрела в округе и другие точки, откуда открывался бы хороший обзор, но все они оказались под плотным наблюдением.
В годы службы на флоте у Коры всегда был глаз на детали. И ещё – привычка рисковать.
«Бесстрашная», говорили некоторые. Но Кора знала лучше.
Иногда, когда адреналин начинал бить в кровь, всё просто менялось. Мысли замедлялись. Решения приходили быстро, и она действовала.
Задержавшись на водонапорной башне и разглядывая особняк за большим чёрным воротом, она прикидывала варианты. Деревья теснились к чёрному забору. Пара ветвей нависала над огромным бассейном.
Вот здесь, решила она, и будет вход.
Ни один коп не плавал.
Ни один коп не сидел на дереве.
Ей хватало и этого. В этом и была разница между профессионалами и дилетантами. Иногда лучший способ обеспечить безопасность клиенту – посадить охранника в дымоход.
Но она здесь не для того, чтобы убить мэра. Только выяснить, что он знает… И, возможно, просто понять, не осталось ли в особняке каких-нибудь других следов.
И вот, наблюдая, как в ночи патрулируют фигуры, она начала спускаться с водонапорной башни. Ни оружия в руке, ни приборов ночного видения. Она пришла не в полном тактическом снаряжении.
Если её поймают за попыткой пробраться в дом Кастильо, неприятностей не избежать. Но если у неё найдут пистолет?
Это уже смертельно опасно.
К тому же… там набито снаряжения больше, чем в большинстве оружейных. А если припрёт по-настоящему, она верила в свою способность разоружить какого-нибудь зелёного копа.
Она добралась до кромки леса и быстрыми движениями полезла на одно из деревьев. Смола липла к пальцам, кора грубо тёрла ладони и ноги. Она подтянулась на нижнюю ветку и стала карабкаться выше, напрягаясь, чувствуя, как натягиваются мышцы, и чем выше поднималась, тем длиннее выдыхала.
Она добралась до одной из тонких веток ближе к ночному небу. Неподалёку прожужжал маленький дрон, пролетев над бассейном и взбудоражив воду. Она следила за ним, отчаянно надеясь, что у этой штуки нет тепловизора.
Сжавшись на ветке, она ждала.
Но ни криков. Ни предупреждений. Её не заметили. Пока.
Она увидела, как вертолёт снова прошёл круг – теперь над домом, – и длинный луч прожектора скользнул по крыше.
Двое полицейских на заднем дворе. Ещё двое – у раздвижной задней двери. Не меньше пятнадцати – по всему переднему двору, на улице и на перекрытой дороге.
Она заметила, как несколько копов и людей из частной охраны заходили в дом, но кроме этого не видела, чтобы кто-то опасный ступал на сам участок.
Она сжала сук коленями, крепко удерживаясь, и едва слышно выдохнула. Затем начала перебираться вдоль ветки, наблюдая, как кружит дрон. Наблюдая за четырьмя людьми у задней стороны дома. Двое у раздвижной стеклянной двери разговаривали. Двое других, патрулируя среди искусственных пальм или у рукотворного водопада, были собранными и настороженными. За ними и нужно следить.
На Коре была тёмная рубашка и тёмные брюки. Она продвигалась вперёд, цепляясь боком. Она замешкалась, глядя вниз.
Ещё несколько приглушённых реплик от охраны. Ещё один вумп-вумп вертолёта сверху. В воздухе держался запах воды, и Кора напряглась. Теперь она перебиралась над чёрной металлической калиткой, и ноги у неё свисали вниз. Она продвинулась ещё немного, выбираясь из спутанной линии деревьев, и теперь, покинув укрытие, оказалась на виду.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.