Прямо сейчас

ПРОЛОГ

Кейт Миннетт, выбравшись из своего «БМВ», думала о юридических делах, которые тяжким грузом давили на неё; она мельком бросила взгляд на багровый отблеск закатного солнца и направилась к входной двери.

В особенности – о тонкостях, связанных со смертью. Насильственной, трагической смертью, после которой остаётся целая вереница незакрытых вопросов.

Подойдя к дому, она перекинула через плечо сумку с ноутбуком – тяжёлую от папок с документами и самого компьютера. Вес тянул вниз, дёргал за плечо её строгого тёмно-синего жакета. Она чуть наклонила голову вправо, освобождая блестящее каре из-под ремня, который выдёргивал несколько прядей.

«Владельца недвижимости зарезали при ограблении в центре города; невеста в завещании не упомянута. Бывшая жена всё ещё остаётся наследницей».

Размышляя о сложностях своей работы в сфере наследственного права и имущественных дел, Кейт подошла к двери. Это был не один из её текущих процессов – дело из соседнего города. Не Бостон, где она жила, а Спрингфилд. Другой филиал юридической фирмы, в которой она работала, но по сложным делам они всегда собирались вместе и думали сообща.

Она надеялась найти наилучший выход, но порой буквальное следование закону оборачивалось жестокостью. Никто не ждёт, что в сорок лет тебя ударят ножом и ограбят, когда ты возвращаешься к крытому паркингу после позднего делового совещания. Мало кто держит свои дела в безупречном порядке.

Погружённая в размышления о возможном исходе, она вставила ключ в замок.

Она и так знала, что увидит внутри. Запах её дома – смесь натёртых до блеска половиц и потпурри из чаши, которая стояла в прихожей. Кейт любила идеальную чистоту и была, что называется, помешана на порядке. Во всяком случае, именно так называл её Чад, бывший муж, в их всё более частых ссорах перед разводом и его переездом в другой штат несколько лет назад.

Теперь она жила одна – и ей это нравилось. Так проще, а работы и без того хватало, чтобы не скучать по романтике. Хотя, если честно… возможно, скучала. Совсем чуть-чуть. Может, в следующем месяце она снова зарегистрируется на сайте знакомств, решится ещё раз, начнёт перебирать мужчин, которых в категории «за тридцать» почему-то составляло непропорционально много чудиков и женатых, ищущих развлечений на стороне.

Стоило им узнать, что она юрист, – и те и другие тут же испарялись.

«Может, ещё через месяц», – призналась она себе, представляя, чего это будет стоить, и вспоминая чудиков, с которыми уже успела столкнуться. – «Может, весной».

А пока – пора разогреть в микроволновке один из её заранее упакованных «полезных» ужинов, вытянуть ноги и подумать о трудностях дела. Поработать, пока ест, а потом час-другой расслабиться перед тем, как включить видеоурок йоги, который она заставляла себя делать минимум четыре раза в неделю.

Она открыла входную дверь.

И ахнула.

Там кто-то был – в её доме, лицом к ней. Кто-то. Внутри её дома?

И не просто кто-то. Мужчина – безукоризненно одетый: деловой костюм в тонкую полоску, глянцевый галстук, красная рубашка на пуговицах и начищенные ботинки. Словно только что вышел из зала заседаний совета директоров; на плече у него висела сумка с ноутбуком. Он выглядел совершенно расслабленным и смотрел на неё так, будто имел полное право разгуливать по её дому.

У неё вырвался вслух резкий вдох. Сердце, быстро и тревожно, забилось где-то в горле.

Этого не могло происходить. Это был кошмар, странный сон. Должно быть, так и есть, правда? Что этот мужчина делает у неё дома? Кто он такой?

Высокий, сильный, широкоплечий. Молчит, но теперь чуть улыбается. Ликующая, ужасная улыбка, от которой было ясно: ничего хорошего отсюда не выйдет.

Беги, велел мозг Кейт, выныривая из глубоких вод полного оцепенения. Беги. Это не сон. И тебе надо убираться отсюда. Быстро.

Она развернулась, вскрикнув: лодыжка подвернулась, тяжёлый вес сумки с ноутбуком сбил её с равновесия, каблук зацепился.

И тут грубые руки сзади дёрнули её назад, и она почувствовала крепкие, сильные пальцы на горле – они давили по бокам, перекрывая приток крови. Она изо всех сил пыталась вырваться, но успела лишь в отчаянии вцепиться в рукава этого пиджака в тонкую полоску – и на неё навалилась темнота.

*

Реальность возвращалась. Медленно, мучительно. Горло болело. Голова ломила тупой, ватной болью, словно ей не хватало кислорода. Сознание было оглушено тем, что случилось.

Что случилось?

Теперь она лежала на кровати и открыла глаза, в растерянности уставившись перед собой.

Вот прикроватная лампа. Её прикроватная лампа, с кремовой окантовкой и овальным абажуром. Она в постели? Этот псих, это её зеркальное отражение, затащил её в дом? И всё это было всего лишь самым нелепым и дурным сном?

Но дальше всё было не так – чужое, разладившееся.

Стена была неправильной. Не её кремовые обои, а побелённая поверхность – неровная, пятнистая. И на стене не было её картин.

Она села, закашлявшись; горло разрывала боль, сердце понеслось вскачь. Что происходит?

И тут сзади раздался голос – из щели в стене, где она заметила просверленные отверстия.

– Ты станешь тем, кем была я. Ты станешь старой мной – человеком, которого мне нужно стереть.

Голос был мужской. Хриплый, неровный, но полный торжества. Мужчина в дорогом костюме? Это он. Воспоминания захлестнули, и она судорожно вдохнула.

– Помогите! – крикнула она. Потом, понимая, что ситуация смертельно опасна, что этот человек – псих, она закричала так громко, как могла.

– Помогите! Кто-нибудь! Если вы меня слышите, помогите! Пожалуйста!

Она кричала, пока горло не стало саднить. Но в ответ звучала только гулкая тишина. Она не слышала ни одного человека. Ей не казалось, что рядом вообще кто-то есть.

Кроме него.

Теперь он тихо смеялся. Посмеивался сам с собой – злой, мерзкий звук.

– Тебе лучше устроиться поудобнее, насколько сможешь, потому что скоро у нас будет важная работа. Надеюсь, тебе нравится обстановка. Ты готова?

Она втянула дрожащий вдох через осипшее горло – потому что, конечно, он был у неё в доме, в её комнате, видел всё. Следил за ней.

– Зачем вы это делаете? – спросила она.

– Потому что мне нужно, – просто ответил он; голос у него хрипел от возбуждения. – Мне нужно взять то, кем я была, и выбросить. Как я сказал, стереть. Ты поможешь мне это сделать, вот и всё.

Он снова рассмеялся – самым неприятным, угрожающим смехом.

– А потом? – спросила она. – Что потом?

Он помолчал. Её затошнило от тревоги – что он скажет?

Но он не сказал ничего.

Лишь тишина по ту сторону стены – там, где он мог видеть внутрь, а она не могла увидеть наружу, и где никто вообще не мог услышать.

Лихорадочно оглядывая свою темницу в поисках хоть какого-то выхода, она поняла: это и есть весь ответ, который ей нужен.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Ками Ларк строила планы, сидя по-турецки на кровати в своей студенческой комнате, и лихорадочно думала, перебирая варианты.

Ей не нравилось чувствовать себя загнанной в тупик, но именно так она чувствовала себя сейчас.

Она чувствовала, что на каждом шагу натыкается на тупик в своих поисках правды о том, что случилось с её сестрой Дженной, пропавшей шесть лет назад. Попытки разобраться в её исчезновении запустили недавнюю череду катастрофических событий. Может, «тупик» – не то слово, решила она. Скорее это было похоже на то, что её обложили опасностью со всех сторон.

Подняв руку, она тревожно вплела пальцы в тёмные, крашеные волосы – с той стороны, где они были достаточно длинными для этого. С другой стороны голова была выбрита. Чёрный цвет ей нравился больше, чем натуральный блонд; она думала, что он подходит её зелёным глазам и замысловатым тёмным линиям татуировок на коже.

Она потянула прядь, пока в голове вспыхивала хронология – цепочка событий сама собой укладывалась в логическую схему. Ей нравилась логика. Нельзя быть отличницей в Массачусетском технологическом институте, стоять на пороге выпускных экзаменов по информатике и, скорее всего, закончить первым номером, не любя логику.

И в ту самую минуту, когда она собирала всё по кусочкам, зазвонил телефон.

Она вздрогнула, звук вырвал её из мыслей, хотя звонка она и ждала. Это был Киран, младший брат Итана.

– Привет, Киран, – сказала она.

– Привет, Кэми. – Голос был мучительно знакомым. Он заставил её снова, по-живому, вспомнить Итана. А потом Киран сказал то, чего она не ожидала: – Я здесь. Только что захожу в Массачусетский технологический институт. Хочешь кофе?

– Сейчас спущусь, – сказала она, распрямляясь на кровати, захлопывая ноутбук, пряча телефон в карман и торопясь вниз. Ей было радостно, что Киран здесь, в кампусе – месте, где ей оставалось жить всего пару недель. Было утешительно, что он приехал увидеться лично, просто чтобы поговорить.

Вот он – идёт к ней, в руках два стакана. Он был так похож на Итана. Те же аккуратные, красивой лепки черты, те же тёмные волосы, тот же рост и суховатая ширина плеч. И странно – при виде него она почувствовала тот же подъём, который всегда испытывала рядом с Итаном.

– Ты в порядке? – Он протянул ей стакан.

– Бывают дни получше, бывают похуже. А ты? – ответила она.

– Потихоньку прихожу в себя, – признался он.

А затем он снова её удивил: неловко обнял – ещё более неуклюже, чем могло бы быть, потому что они оба держали кофе. Но объятие оказалось неожиданно тёплым. Его сильная рука вокруг её плеч была приятной. Может, и ему тоже. Она потеряла парня, с которым встречалась всего пару месяцев и который значил для неё целый мир, а Киран потерял брата, бывшего частью всей его жизни.

– Пройдёмся? – спросила она, чувствуя беспокойство и одновременно желание быть подальше от людей, пока они будут говорить. К тому же она с раннего утра просидела взаперти в своей крошечной комнате, готовясь к выпускному экзамену.

– Конечно, – сказал он.

Они пошли через кампус к спортивным полям за корпусами. Кэми сделала глоток кофе на ходу.

– Я прокручивала всё в голове, – сказала она ему. – Пыталась во всём разобраться и убедиться, что помню детали правильно. С самого начала. И до того момента, о котором ты всё ещё не знаешь.

Он взглянул на неё.

– И? Что ты поняла? И чего я не знаю?

Они спустились к университетскому футбольному полю и пошли вдоль кромки подстриженной травы, которая в это время суток ещё была хрусткой от инея. Кэми сделала ещё один большой глоток кофе, благодарная за тепло.

– Всё началось, когда пропала моя сестра Дженна, – сказала она, пересказывая ему. – Это было шесть лет назад. Подключали Федеральное бюро расследований, но они никуда не продвинулись. Мой отец – он полицейский – считал, что Дженна просто сбежала, потому что она была бунтаркой.

– Она была? – спросил Киран, выделив слово «она», когда посмотрел на Кэми.

Ками с удивлением поймала себя на том, что на миг улыбнулась. Ей нравилось чувство юмора Кирана. «Похоже, мы оба. В любом случае папа, похоже, не считал проблемой то, что она пропала. А я знала: она бы никогда не ушла. Не моя старшая сестра. Не попрощавшись. Я не знала, что у неё творилось в жизни, но я знала – так она не поступит».

– Значит, ФБР ничего не добилось?

– Верно, – сказала Ками. – Но потом перематываем на шесть лет вперёд: меня привлекли помогать ФБР по делам после того, как они поймали меня на взломе их сайта.

– Знаешь, Итан рассказывал мне об этом, – сказал Киран, перебивая её. – Он пришёл домой и сказал, что познакомился с очень красивой, бунтаркой, которая взломала сайт ФБР, все были в бешенстве, но тебе предложили сделку со следствием, потому что в Бюро отчаянно не хватало айтишников. Агентов переманивали работать в стартапы.

– Рада, что он тебе рассказал. – Ками улыбнулась, хотя боль от потери Итана всё ещё жгла.

– Продолжай. Прости, я подумал, лучше упомянуть. На случай, если ты не знала.

– Ну, когда я получила доступ к базам данных ФБР, я нашла дело Дженны и обнаружила, что кто-то внедрил в её файл программу слежения и удалил большую его часть.

– Это очень показательно, – сказал Киран. – То, что кто-то на такое пошёл.

Ками кивнула. – В общем, потом я выяснила, что делом руководил Лиам Тревертон, но несколько лет назад он ушёл из ФБР со скандалом. Я сумела узнать, где он живёт, и добраться до его ноутбука.

Киран посмотрел на неё искоса, но ничего не сказал.

– Ноутбук открывался только по голосовой записи, поэтому я вычислила, куда Лиам ходит по вечерам, и выяснила, что иногда он заглядывает в один сомнительный бар. Когда мы с Итаном пошли туда, чтобы добыть голосовую запись и открыть ноутбук, произошло самое страшное. Мы вышли – и кто-то пошёл за нами. Кто-то выстрелил в Итана.

Она мрачно взглянула на Кирана; тот кивнул, лицо его стало суровым.

– А потом от тебя я узнала, что и раньше было что-то похожее. Что в Итана уже стреляли – на улице, недалеко от того места, где ты жил.

– Верно, – сказал Киран. – Мы думали, это какой-то псих терроризирует район или преступник пытается уйти от погони. Я и представить не мог, что кто-то целится именно в Итана. Не до тех пор, пока это не случилось.

Ками кивнула. Они пошли вдоль нижней кромки поля. Теперь слабое зимнее солнце мягко светило, пробиваясь к промёрзшей траве и заставляя ледяные кристаллы мерцать.

– Так что я думаю, Итан тоже копал. Он, должно быть, понял, что что-то не так. Может, наткнулся на что-то, что насторожило его.

– Может быть, – сказал Киран.

– Но знал кто-то ещё. Скорее всего, кто-то внутри ФБР.

– Всё указывает именно на это, – согласился Киран.

– Сначала дело Дженны, похоже, расследовали как следует, – сказала Ками. – Судя по тому, что я увидела на ноутбуке Лиама, он его не завалил. Он всё делал правильно. Значит, позже либо ему приказали отступить, либо кто-то другой вмешался.

– Да. Логично, – сказал Киран.

– А потом я сделала ещё кое-что, – сказала Ками. – То, о чём ты пока не знаешь.

– Что? – спросил Киран. В его голосе прозвучала тревога.

– Я решила поговорить с Лиамом напрямую, – сказала Ками.

– Что? – Киран остановился и повернулся к ней. – Поговорить напрямую?

– Да. Я решила, что это единственный способ получить нужные мне сведения. И тут всё стало странным, потому что отреагировал он не так, как я ожидала.

– Что он сделал?

Вот почему Ками и хотела быть на открытом месте, подальше от людей, когда скажет Кирана об этом. Потому что сейчас она не знала, кому можно доверять. Она вспомнила выражение в глазах Лиама, страх в его голосе.

– Он сказал, что Дженна была его подругой, что он немного знал её ещё до того, как всё случилось. Он сказал: конечно, он не хотел отдавать дело, но его заставили.

–Принудили? – сказал Киран. – Вот это странно. Я совсем не этого ожидал.

– Я тоже. Я спросила, кто его принудил. Он не сказал. Сказал, что больше в это не полезет. Что за нами смотрят и нас слушают.

Глаза Кирана расширились, когда Кэми продолжила:

– Он сказал: если у меня есть хоть капля здравого смысла, я оставлю это. Он сказал… – Кэми наклонилась ближе. – Он сказал: посмотри, что случилось с Итаном. Что это может случиться с тобой или со мной – и, возможно, так и будет. Сказал, что мне нужно бросить это, держать руки чистыми, не задавать вопросов об Итане и о Дженне. И что мне не стоит копаться в том, что произошло с Дженной. Потому что это может закончиться смертью.

Она смотрела в глаза Кирану, и сердце больно кольнуло от того, как его взгляд был похож на взгляд Итана – в нём мерцали та же искра и то же чувство.

– Думаешь, он правда испугался? Или он тебе угрожал?

– Думаю, он правда испугался, – сказала Кэми. – Он не угрожал – он предупреждал. Он был в ужасе. В общем, у меня складывается впечатление, что из ФБР он ушёл, чтобы спасти себя, и что, возможно, его туда загнали силой, а он согласился только ради того, чтобы выбраться и уйти подальше. Он нашёл другую очень хорошую работу – то есть он не бездельник. Похоже, у него всё в порядке. Хороший дом, хорошая машина. Он явно профессионал в своём деле, и, думаю, всегда им был. Что бы там ни произошло в ФБР, почему он ушёл – это точно не из-за некомпетентности.

– Понимаю, о чём ты, – сказал Киран. Он смотрел на неё, хмурясь. – Это серьёзно, Кэми. Потому что как нам понять, кому можно доверять?

– Никак, – сказала она. – И это проблема, потому что есть один человек, которому я точно доверяю, – мой начальник, Коннор; он работает со мной в паре, когда меня подключают к делам ФБР. Но я не могу ему рассказать. – Она покачала головой, чувствуя бессилие.

– Понимаю, – сказал Киран. – Не можешь, потому что не знаешь, кому ещё ему придётся рассказать. У них там, наверное, цепочка подчинения. Он не может держать такое при себе.

– Именно, – сказала Кэми. Всякий раз, когда она думала о том, чтобы рассказать Коннору, в ней поднимались две эмоции: полнейшее облегчение от мысли, что можно отдать свои проблемы человеку, которому доверяешь, – и потом мучительный страх, потому что она знала: он не сможет сохранить это в тайне и будет вынужден поделиться информацией с другими в ФБР. С теми, кому она не доверяла.

– Думаю, нам нужно расспросить Лиама подробнее. Я могу это сделать, если хочешь? – предложил Киран.

Кэми кольнуло тревогой. Ни за что. А если тот, кто стоит за всем этим, возьмётся и за него? По его лицу она видела: он не собирается отпускать эту мысль.

– Нет. Пожалуйста, не делай этого. Дай мне.

– Но если ты снова встретишься с ним лицом к лицу, это огромный риск. Риск, что тебя кто-то увидит, разве нет? А если ты ему позвонишь, и кто-то следит? Я, может, и параноик, но похоже, он тоже – и не без причины, – сказал Киран; на лице у него была написана тревога.

Кэми покачала головой.

– Мне не нужно встречаться с ним лицом к лицу. Есть способ общаться так, чтобы никто не узнал, и убедить его рассказать нам больше. Я делала так раньше и смогу сделать снова, как только вернусь в свою комнату.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Киран уставился на Кэми. Она увидела: теперь он выглядит ещё более встревоженным, чем минуту назад.

– В каком смысле, Кэми? Каким способом ты собираешься связаться с Лиамом?

– У меня его ноутбук, – объяснила она. – Я могу взломать некоторые устройства в его доме. Я могу так настроить канал связи. Это будет очень незаметный способ выйти на него и попросить о встрече.

– Я не думаю, что тебе стоит делать это одной, – настоял Киран. – Если ты с ним встретишься, я хочу быть рядом. Так для тебя будет меньше риска, и ещё – вдруг он скажет что-то про Итана, и у меня это что-то щёлкнет?

– Не знаю. – Она посмотрела на него с сомнением. Ей не хотелось подвергать его риску. И ей пришлось признать: в этих обстоятельствах, если она на это пойдёт, опасности не избежать.

– Итан был моим братом. Я знаю, Дженна была твоей сестрой… прости, я не так сказал. То есть она и есть твоя сестра, – торопливо поправился он, покраснев от смущения. – Она пропала, а не… не случилось ничего хуже, насколько тебе известно. Но мне тоже нужны ответы. Две головы лучше одной, правда? Тем более что у ФБР компьютер Итана. Они приехали в дом и забрали его пару недель назад.

– Они забрали? – выдохнула Кэми, похолодев. – Кто? Коннор?

– Нет. Кто-то другой. Я не уверен, кто именно, – сказал Киран.

На фоне всего того шока – Итан ранен пулей, потом борьба за жизнь в реанимации, да ещё в то время, когда она была занята делом с Коннором, – она даже не подумала, что станет с его ноутбуком. Только недавно до неё дошло, что на нём может быть спрятана важная информация и что Итан, возможно, тоже вёл собственное расследование.

А что, если его забрали «плохие» агенты? Скорее всего, они сейчас вылизывают этот компьютер до последнего байта.

Были ли на ноутбуке сообщения между ней и Итаном? Она почти не сомневалась, что были, и если их прочитают, то увидят: между ней и Итаном было нечто большее, чем просто рабочие отношения.

Это означало, что стрелок, который тогда охотился за Итаном, теперь может узнать, кто она такая.

– А телефон? – На телефоне у него было всё. Их встречи, их выпивка. Прогулки, о которых она теперь не могла думать без болезненного укола горя.

– Его тоже забрали, давно. За ноутбуком вернулись уже потом, – сказал он.

У Кэми свело живот. С телефоном они точно узнают, кто она. Даже договорённости на ту ночь, когда в него стреляли, были в телефоне.

Может, он попал в хорошие руки и до плохих парней не дошёл, хотелось ей верить, но она понимала: рассчитывать на это нельзя.

– Нам надо быть осторожными, – тихо сказала Кэми. – Я не хочу подвергать тебя ещё большей опасности, Киран. Я себе не прощу, если с тобой что-нибудь случится.

– Я умею о себе позаботиться, – твёрдо ответил Киран. – И тебя я тоже в обиду не дам. Мы должны это сделать, Кэми. Ради Итана, ради Дженны, ради нас самих.

Кэми замялась. Киран был прав: ей нужен помощник, особенно тот, кому можно доверять. А Кирану она доверяла – она это знала. Но риск никуда не девался, и её пугало, что будет, если их поймают. Тут речь не о неприятностях. Тут речь о смерти.

– Да, две головы лучше одной, – согласилась она. – Но мне ещё нужно поговорить с Лиамом. Он был напуган. Может, он вообще не захочет ни с кем разговаривать. А если он замкнётся и не скажет ни слова – это самый худший вариант.

– Ладно. Понимаю. Но если он будет готов, ты будешь держать меня в курсе?

– Буду.

Они шли дальше, шагая в ногу. Странно было ощущать такую близость с Кираном. Он так походил на Итана. У неё сложилось впечатление, что братья, всего с разницей в два года, многое разделяли. Один и тот же острый ум, то же чуть чудное чувство юмора, которое вспыхивало в обоих. И она ясно видела: у Кирана такая же порядочность и такое же желание докопаться до правды.

– Я попробую всё устроить, – сказала она. Она позаботится, чтобы это нельзя было отследить. Воспользуется даркнетом. Она не допустит, чтобы это обернулось против неё.

Хотя Кэми понимала: возможно, уже обернулось. Тот, кто сидел по ту сторону, мог прямо сейчас пытаться выяснить, кто была та женщина, что бежала вместе с Итаном по улице в ночь, когда в него стреляли, и что спряталась от стрелка.

Эти поиски могли привести их к ней.

Её охватил ледяной страх, но, каким бы парализующим ни было это чувство, она понимала: с ним нужно бороться.

Они снова подходили к корпусам кампуса. Кэми выбросила стаканчик из-под кофе в урну, Кайран сделал то же самое.

– Рада была тебя увидеть, – сказала она.

– Взаимно, – согласился он. Потом добавил, слегка запинаясь: – Я знаю, это может показаться… ну, может показаться странным. Но я хотел бы… когда всё это закончится, то есть, когда появится хоть какая-то ясность… я хотел бы выпить с тобой. Как друзья, то есть.

Получалось у него так себе, и Кэми с удивлением заметила, что он снова покраснел. Но ещё больше её поразило другое: ей и самой хотелось с ним выпить. Хотелось увидеться вне всего этого. В нём было что-то такое, к чему её тянуло на уровне инстинкта.

– Конечно, – сказала она и увидела, как его лицо сразу потеплело.

– Хорошо. Отлично. Я… я буду ждать.

– Да, я тоже. Но давай сначала разберёмся с остальными препятствиями, – предупредила она.

– Давай. Чем смогу помочь – помогу. Ладно?

– Ладно. Береги себя, я дам знать.

Он на мгновение сжал её руку. Кэми ответила тем же.

Кэми уходила, и внутри у неё всё смешалось. Ей было легче оттого, что появился союзник, и она чувствовала, что связь с Кайраном становится крепче. Она не знала, куда это приведёт, но отворачиваться от этого не собиралась. И всё же ей было страшно втягивать кого-то ещё в эту опасную игру. Тот, кто стрелял в Итана, не исчез с лица земли. Скорее наоборот. Теперь они будут настороже, выстраивая планы – так же, как делала она. Этот человек – или этих людей было больше одного – всё ещё здесь, прячется в тени, выжидает, чтобы наброситься. Ей нужно быть бдительной. И осторожной.

А чтобы всё усложнить, было ещё и неожиданное чувство, вспыхнувшее к Кайрану: оно согрело место в её сердце – место, которое казалось давно промёрзшим.

Итак, как же незаметно связаться с Лиамом?

Лучше всего – через его домашнюю умную консоль управления, решила она. Она почти не сомневалась: если выбрать правильный способ, сообщение сможет прочитать только он.

Раньше она уже взламывала его сигнализацию. Но, может быть, ещё проще – просто отправить ему сообщение через консоль.