Ведомые светом

— Поднимите эту грязь, — брезгливо бросил офицер, делая шаг назад.

Двое патрульных грубым рывком поставили пленника на ноги, привычно заломив руки за спину. Командир патруля подошел вплотную. Взгляд холодных, водянистых глаз скользнул по лицу Якова, безошибочно считывая характерные черты, которые не могла скрыть ни многодневная густая щетина, ни слой въевшейся уличной сажи.

— Все с тобой ясно, — криво усмехнулся усташ, неторопливо расстегивая кобуру на поясе. — К стене его, лицом к кирпичам.

Лязг передергиваемого затвора прозвучал оглушительно громко. Яков послушно повернулся к стене и прикрыл глаза. Дикого страха парадоксальным образом не было — осталась только глухая, тягучая тоска по Луне и Натану. Они сейчас должны быть далеко, в безопасности, под защитой итальянских войск. Эта единственная мысль принесла странное, почти наркотическое успокоение перед неизбежным финалом.