- -
- 100%
- +
─ Опа… ─ усмехаюсь.
Меняю направление. Старясь не шуметь иду ближе, чтобы рассмотреть получше. Останавливаюсь у дерева и наклоняю голову, оценивая бедра Волчицы. Рассчитывал, что буду первым, кто встал в такую рань, но она растянулась в позе собаки на коврике посреди небольшой полянки.
Утреннее солнце, пробиваясь сквозь листву, золотит её смоляные волосы, собранные в небрежный хвостик. Её поза, «собака вниз головой», выполнена безупречно. Мускулы на её спине и ногах напрягаются и расслабляются плавно, подчёркивая изящество и силу одновременно. Леггинсы облегают её тело, едва скрывая подтянутый пресс и выделяя стройные ноги. На ее лбу заметные капельки пота, сверкающие на свету, словно маленькие бриллианты.
Она точно киса, с такими же плавными и грациозными движениями. Её утренняя практика йоги, проходящая в полной тишине и одиночестве в этом уединенном уголке, кажется сакральным ритуалом, в который я случайно вмешался. И как бы эта девчонка меня не раздражала сейчас я получаю визуальное удовольствие.
Тихонько кашлянув, привлекаю внимание Волчицы.
─ Какая прелесть. Ради таких видов можно вставать и в такую рань.
Оля оборачивается, но не выглядит растерянной, а именно такого эффекта я добивался. Утренний свет играет на её лице, подчёркивая скулы и вздернутый носик.
Она молчит, медленно выдыхая, пытаясь восстановить дыхание. Её взгляд скользит по мне: оценивающий, проницательный. Она сжимает губы, потом расслабляется, и на её лице появляется небольшая улыбка.
─ Мстить собрался? ─ наконец произносит, голос слегка хриплый вероятнее от утренней прохлады и физических упражнений. ─ Не рекомендую.
─ А что будет? ─ беру ведро и уверенно иду к ней.
Максимально сокращаю расстояние. Теперь между нами от силы полметра. От плана своего отступать не намерен. Ей не помешает контрастный душ.
***
Прекрасное утро испорчено.
Смотрю на ведро в его руках, и мураши на лодыжках собираются. Закаливание не самая любимая моя процедура, хоть никогда и не отказываюсь. Впрочем, чего-то такого и стоило ожидать от Грасса, мелочный и мстительный гаденыш.
─ А ты сделай и проверишь. Давай, песик, не стесняйся. ─ для удобства расставляю руки в стороны.
Грасс похоже сдерживает смешок, его глаза блестят злорадством. Но вместе с этим он ставит ведро на землю. Расправляет плечи и кажется мне просто громадным. Он, высокий и широкоплечий, словно древнеримский гладиатор.
─ Ладно, взрослые люди все же. Детские шалости оставим на более удачный случай. ─ его лицо озарила какая-то по-настоящему искренняя улыбка.
Не просто так все. Не верю, что он поднялся в такую рань, притащился с ведром полным ледяной воды и теперь просто сдается.
─ Пялиться будешь? ─ напряженно реагирую на его разглядывания.
Евгений без капли стыда глазеет на меня, и у меня ощущения, что он своими миндалинами проникает под леггинсы и топик. Его взгляд скользит по моему телу, задерживаясь на мгновение чуть дольше, чем прилично, на ключицах, затем опускается ниже, к талии, и, наконец, возвращается к моим глазам.
─ Нет, не буду пялиться. ─ отвечает низким и хрипловатым голосом, как утренний шепот. ─ Буду любоваться.
─ В общем, Грасс, ты уже испортил мне утро, давай не будем продолжать. ─ протягиваю руку для рукопожатия. ─ Пожмем друг другу руки и разойдемся на ближайшие два часа. А ты придумаешь чего умнее.
─ Так ты бываешь покладистой. ─ отвечает на рукопожатие, сжимая мою маленькую ладонь своей лапой.
Усмехаюсь и резко дергаю его на себя, а кулак второй руки находит его печень. Моя задача применить приемы самообороны, вспомнить дзюдо и повалить его на землю. Его глаза округлились от неожиданности. Удар пришёлся точно в цель, вызывая неконтролируемый вдох. Грасс, несмотря на свою немалую комплекцию, оказался не готов к такому резкому повороту событий. Удар в печень ─ классика самообороны, и он сработал идеально. Я использую момент: резко подсекаю его под колени, а заодно заламываю запястье.
И мышцы у него будто стальные, пальцы начинают ныть, но мои движения быстрые и оточенные. Толкаю его вперед и Женя с глухим стуком падает на колени, но меня и это не останавливает, выкручиваю руку за спину и валю на землю. Он успевает перевернуться на спину, а я запрыгиваю ему на груди, хватаю за запястья и прижимаю руки к земле.
Глава 1
Пронзительный визг будильника ─ восемь утра. Три жалких часа сна после безумной ночи. Глаза еле открываются, голова гудит. Я не дома, и это явно не гостиничный номер. Куски вчерашних событий медленно склеиваются в голове: она, клуб, и вот я… просыпаюсь рядом с ней.
Взгляд падает на спящую девушку. Черные волосы раскиданы по подушке, лицо скрыто. В воздухе ─ коктейль из перегара и дешевых духов ─ запах, который хочется стереть с памяти, но он уже въелся в кожу. Настоящее утро после ночи, полной иллюзий.
Сбрасываю с себя ее руку и поднимаюcь. Комната ─ поле битвы после нашего ночного "штурма". На телефон приходит сообщение от Пашки: "Надеюсь, эта акула с бампером тебя не сожрала. Номер ее тачки сфоткал". Предусмотрительный гад. Жаль, что логика к нему приходит так редко.
Девушка шевелится, скидывает одеяло, обнажая плечи. Утренний свет развеивает всю ту магию, что окружала её в полумраке клуба. Её красота растаяла, как утренний туман.
─ Красавчик, ─ хрипит она прокуренным голосом. ─ не торопись, хоть завтраком накормлю.
─ Не сегодня. ─ говорю я, собирая вещи.
Забыть что-то у неё ─ значит потерять навсегда. Вторая встреча не предвидится.
─ Ты учитель? ─ оценивающе смотрит она, мутным взглядом.
─ Ученик. ─ подмигиваю, наслаждаясь этим повторяющимся сценарием, этим мимолетным удовольствием.
Она резко садится, прижимая одеяло к груди, будто забыв, что уже всё показала несколько часов назад. Глаза широко распахнуты.
─ А что, не похож на одиннадцатиклассника? ─ усмехаюсь.
─ Шутишь? ─ в ее голосе удивление. ─ Ученический билет показать? Не бойся, киса, восемнадцать стукнуло.
Прячу телефон в карман куртки.
─ Не провожай. ─ говорю, бросая ей воздушный поцелуй.
Выхожу на улицу. Вместо осенней свежести ─ удушливый запах помойки. Смеюсь ─ это запах моего нынешнего состояния. Смотрю на карту. В школу не успею, даже если все светофоры будут зелеными. Да и в таком виде меня туда не пустят. Директор уже и так меня на карандаше держит, грозится отчислить, несмотря на огромные деньги, которые платят за моё обучение.
Вызываю такси. Мама на работе ─ значит, смогу поспать. Охранники приветливо кивают, когда я захожу на территорию нашего дома. Отвечаю им взмахом руки и иду по белоснежной дорожке, мимо идеально высаженных роз, к нашему двухэтажному особняку. Снаружи ─ картинка из глянцевого журнала, внутри ─ логово бабы-яги.
─ Евгений Германович Грасс! ─ слышу своё полное имя и цокот маминых каблуков.
Проскочить незамеченным не удалось. Этот угрожающе-повелительный тон… всё понятно. Туфли за пару тысяч долларов, а звучат, как барабанная дробь.
─ Мама. ─ разворачиваюсь, натягивая свою самую очаровательную улыбку. ─ А ты почему не на работе?
─ Ты где был, гаденыш?!
Мама, миниатюрная, с миловидными чертами лица ─ ангел, если не знать её достаточно хорошо. Но я-то знаю: внешность обманчива. Её белоснежные волосы шевелятся, словно змеи, но она смешно морщит нос, когда злится.
─ А тебе поминутно отчитываться или хватит последнего часа?
─ Женя! ─ угрожающе поднимает палец. ─ За мной, немедленно!
Классика жанра: отцовский кабинет, кожаный диван, и мамины нравоучения. Двадцать минут терпения ─ и свобода на неделю. Скучающе подпираю голову, слушая обвинения: прогулы, ночные исчезновения, разбитая машина соседа, которую разбил его сын, а я был просто рядом.
─ И ты не могла бы говорить потише, голова болит. ─ говорю я, стиснув зубы.
─ Женя, я устала терпеть твои выходки! Ты неуправляемый! ─ она повышает голос.
─ Мам, ты слишком остро всё воспринимаешь.
─ Закрой рот, паршивец! В общем, ты мне надоел! Я посоветовалась с психологом, и она рекомендовала тебе закрытую школу. Выбирай: военная или интернат с экспериментальным подходом, где учится сын Сергея Анатольевича.
Сергей Анатольевич – мамин компаньон, крайне неприятный тип. Психолог, скорее всего, тоже его подача. У них взаимная неприязнь.
─ Супер-выбор. Но я откажусь.
─ Женя, другого выбора нет! Иначе наследство не увидишь! ─ впервые я вижу в её глазах настоящую угрозу.
Условия завещания отца… Главное ─ закончить школу, а потом ─ до свидания, родной дом! 50% отцовского состояния достанутся мне. Образование на первом месте.
─ Ладно. ─ говорю я. ─ Убеждать ты умеешь. Где учится этот твой любимчик?
Игорь Соколов редкостная зануда и зубрилка, но лучше так, чем торчать в военном.
─ Тебе понравится. ─ ехидно улыбается мама. ─ Собирай вещи, сынок!
***
Днями позже
─ Это что за дерьмо? ─ бросаю рюкзак на чемодан и осматриваюсь.
Воздух, пахнущий прелой листвой и чем-то сладковато-тленным, ударил в лицо.
Водитель, слыша мое возмущение, прыгает в машину и бьет по газам, оставляя меня перед деревянными воротами из прошлого столетия, более напоминающими вход в заброшенный поместье, чем в элитную школу. На сайте, ссылка на который красовалась в мамином электронном письме, была идеальная картинка: частная школа на берегу Черного моря, с бассейном олимпийского размера и «лайтовыми» условиями обучения.
Реальность же представляет собой жутковатый лес и полуразрушенные с виду здания, скрывающиеся за воротами. Я машинально прихлопнул комара, оставляя кровавую отметину на руке.
─ Женя, привет! ─ из-за ворот показывается белобрысая голова Игоря. ─ Так рад тебя видеть! ─ расставляет руки приглашая обниматься.
─ Давай без этого. ─ отрезаю сразу его идею. ─ Это что за дерьмо? ─ повторяю свой вопрос теперь конкретному собеседнику.
─ А? Ты про что? ─ в недоумении крутит головой.
─ Про это! ─ показываю рукой на окружающую нас унылую местность.
Игорь хмурит брови.
─ Школа-интернат комплексного формирования личности. ─ усмехается. ─ Лучшая школа! Тебе понравится!
─ Ха. Это без меня.
На такое я не подписывался. Хватаю рюкзак, чемодан, готовясь пешком дойти до вокзала. Но вспоминая слова матери:«…я их не подпишу».
─ Хитрая баба-яга. ─ говорю шёпотом и тихо смеюсь.
Меня провели, как последнего лоха. Обманули как ребенка. И сейчас мама наверняка ждет моего возвращения, чтобы упрекнуть и оставить без наследства.
Черта с два.
В любом случае мне сначала стоит осмотреться.
─ Женёк, здесь реально круто! Тебе понравится!
─ Повторяешься.
Не разделяю его восторга. Для меня Игорь не от мира сего, воротит от его жизнерадостности. Он такой сколько знакомы. Гребанный мечтатель. Но мамочка всегда ставила мне в пример именно его, пару раз предложил усыновить этого мальчика-совершенство, так по лицу прилетело.
Беру чемодан и иду за ним. Со скрипом зубов захожу на территорию школы и ворота тотчас закрываются. А я наконец понял, что мне все это напоминает. Старый советский пионерский лагерь. За деревьями вдалеке даже памятники того времени виднеются.
Мы идем по бетонной дорожке, между плитами которой пробивается трава. Игорь с восторгом рассказывает о месте, которое для него стало настоящим раем.
─ Там, ─ указывает на деревянные строения, выстроенные в ряд, ─ жилая зона. Каждый домик рассчитан на учеников от шести до двадцати человек, внутри есть все удобства и даже телевизор. А еще я уговорил директора, и мы будем жить вместе!
Он говорит это так, будто описывает дворец.
─ Потрясающе. ─ говорю через стиснутые зубы с иронией.
─ Это учебный корпус! ─ не улавливает подтекста и моем ответе и продолжает, показывая на двухэтажное здание, самое большое из всех построек, но выглядящее так же паршиво.
─ Прости! ─ слышу жалобный скулеж, и он привлекает внимание.
На дорожке, параллельно этой, высоченный, но тощий парень сложил ладони вместе и вымаливает прощение у девчонки-полторашки, которая ему в грудь дышит. Смотрит на него исподлобья, руки в бока и что-то тихо говорит.
Картина привлекает не только меня и Игоря, но и других учеников, разгуливающих по территории.
Мои глаза машинально открываются шире, когда дылда падает перед девчонкой на колени и вновь извиняется.
─ У-у, злить Волка опасно, не завидую я ему.
─ Чего? Кого?
Мои глаза открываются еще шире и готовы выкатиться, ведь девчонка хватает парня за ухо и до нас доносятся его жалобные стоны.
─ Её. Ой, аж мураши побежали. ─ вздрагивает. ─ Идем пока она нас не заметила, а то я тут накосячил вчера…
─ Это шутка?
─ Какие тут шутки, идем! ─ хватает за локоть.
Директор встречает в просторном кабинете с переизбытком зеленого цвета. Из-за усов и бороды чем-то напоминает Карабас-Барабаса. Но пытается вести себя дружелюбно. Хотя вся его функция заключается в банальном приветствие, все остальное мне расскажет Игорь и глава ученического совета.
─ Ну, как тебе? ─ Игорь пропускает в домик, где предполагается жить.
─ Что за сарай? ─ иначе не назову это место.
Квадратная комната, у двух противоположных стен по одной одинарной кровати и одной двухэтажной. В центре батарея из трех столов. У двери один шкаф на всех и для каждого по полке. А телевизор, которым так гордится Игорь, размером с форточку и черно-белый. Душевая не лучше. Спасибо, что есть унитаз, а не дырка в полу.
─ Нужно было выбирать военное. ─ кидаю рюкзак на одинарную кровать.
─ Это место Васи. Твое вот, надо мной. ─ показывает на двухэтажную кровать.
─ А как же гостеприимство? Уверен Вася подвинется.
Игорь собирается сказать что-то еще, но в дверь стучат. Мой соседушка меняется в лице, расправляет плечи и с каменным лицом идет открывать. Его уверенность кажется тщательно подготовленной маской для того, чтобы скрыть волнение.
─ Привет, Оля! ─ его неуверенный тон контрастирует с выражением лица.
─ Как прекрасно, что ты еще здесь. ─ на пороге комнаты та самая полторашка, которую Игорь назвал Волком, и в ее голосе нотки иронии. ─ Мне как раз нужен крепкий парень, чтобы разгрузить продукты для столовой.
─ Понял, не дурак, все сделаю! А, это Женя, я рассказывал про него! ─ переводит разговор на меня, еще и рукой показывает.
Интересно, что рассказывал если мы толком никогда не общались. Так «привет-пока».
Оля устремляет свой карий, практически черный, ледяной взгляд на меня.
А девушки здесь ничего такие.
Пусть рост подкачал, но в остальном симпатичная: уверенная двоечка, осиная талия, но аппетитные бедра, графичные губы, слегка вздернутый носик, большие пронзительные глаза, чудаковатое темное каре.
Я бы назвал ее милашкой, смотри она не так злобно.
─ Добрый день, Евгений! ─ без приглашения и уверенной походкой заходит в домик словно завоевательница, готовая установить свои правила и протягивает мне руку.
─ Привет. ─ отвечаю на рукопожатие, и она крепко жмет руку, по-мужски. ─ Но добрый он был пока я сюда не попал.
─ Остроумно. Меня зовут Ольга, я глава ученического совета, обращаться ко мне только про острой необходимости и дурацких вопросов не задавать. Вот твоя форма и распорядок дня, также свод правил нашей школы. ─ передает мне то, что все это время прижимала к груди второй рукой.
─ Круто. ─ бросаю на кровать даже не взглянув. ─ И у меня сразу вопрос. А ты всегда такая высокомерная?
─ С-с… ─ слышу шипение от двери.
Игорь машет ладонью перед горлом и всем своим видом показывает, что я сделал что-то очень плохое, совершил какой-то непростительный поступок.
Оля переводит взгляд на брошенные вещи и слышится вздох недовольства.
─ Да, когда дело касается богатеньких засранцев вроде тебя, которых отправляют сюда на перевоспитание.
Не успеваю даже дёрнуться, как хватает меня за бубенцы и сжимает в своей с виду нежной ладони.
─ Слушай, внимательно, Грасс, твоя мама разрешила быть с тобой максимально строгими. А поэтому веди себя прилично, мы не терпим здесь таких выскочек. Подчиняйся правилам и проблем у тебя не будет.
Терплю боль, стиснув зубы и не издавая звуков. И выдыхаю, когда отпускает.
─ Объясни своему другу основы. ─ вытирает ладонь об свои темные брюки. ─ И тебя ждут в столовой, до семи все продукты должны быть в холодильниках.
─ Ты что о себе возомнила? ─ наконец возвращается дар речи, и спрашиваю тоном, который четко показывает, что хочу ее в порошок стереть.
─ Я все ему расскажу! ─ Игорь прыжком оказывается между нами.
Девчонка усмехается и захлопывает за собой дверь.
─ Это ещё что за стервозина, а? ─ на эмоциях хватаю Игоря за грудки.
Я не поднимаю руку на девушек, но этой прям очень захотелось врезать. Такой концентрации высокомерия не встречал давно, по ощущениям ее корона голову передавила. А я как раз отлично умею сбивать чрезмерное самомнение.
Ей бы лучше не задевать меня, а то не посмотрю, что девушка.
История обещает быть захватывающей.
Герои не идеальные, а учитывая их возраст характер лезет только так.
Огненное противостояние обеспечено.
Глава 2
─ Женя, успокойся. ─ поочередно разгибает мои пальцы. ─ Ты сам виноват.
─ Ты зомбированный что ли? Очнись! ─ отпускаю его, но щелкаю пальцами перед носом. ─ Кто она такая? ─ трясет от злости.
─ Ну, она… ─ Игорь замялся, подбирая слова. ─ Волкова Ольга, наша одноклассница и глава ученического совета. ─ отходит к двери, подальше от меня, видимо, чтобы под горячую руку не попасться. ─ Оля очень ответственная и терпеть не может беспорядок. Она следит за тем, чтобы каждый ученик соблюдал установленные правила. А если этого не происходит, но голову может открутить, уверен, что в прямом смысле.
«Открутить голову» звучит угрожающе, особенно бесстрастным тоном, будто факт констатировал.
Присаживаюсь на край своего койко-места. Узкая кровать отвратительна: жесткая и скрипит при малейшем движении, ещё и пахнет от нее чем-то затхлым.
─ Она за три месяца поставила на место всех хулиганов. Даже Игната Киряева, ─ преподносит имя таким тоном, словно мне о чем-то должно сказать. ─ а он, между прочим, последние два года всех строил и даже администрация школы на него управу найти не могла. А Оля справилась, он ее теперь стороной обходит. Поэтому тебе стоит принять правила школы и не спорить с ней.
Прислоняется плечом к стене.
Хмыкаю, скептически рассматривая Игоря. Его слова звучат как отчёт о работе идеальной машины для подавления бунтарей, а не рассказ о человеке.
─ Прямо железная леди. И чем же она их берет?
Понял, что мне напоминает запах, мы будто в подвале, где влага смешалась с пылью и чем-то еще приторным.
─ Ну, у нее есть методы… Необычные методы. ─ выглядит искреннее напуганным. ─ Она владеет несколькими боевыми искусствами и обладает волевым характером, вообще ничего не боится, а еще упрямая и целенаправленная. Если она решила тебя перевоспитать, значит доведет до конца. И она лидер мнений.
Слегка наклоняется и переходит на шепот, будто опасается, что Волк, прозвищ явно от фамилии, выпрыгнет на него из приоткрытого она.
─ Послушай, Женя. Просто… держись от неё подальше. С ней лучше не связываться. Серьёзно. Это тебе совет друга. И изучи правила школы. Потому что школа не совсем привычная. А я пойду, мне еще в столовой свой косяк отрабатывать.
Прекрасные объяснения. Остаюсь один и еще раз осматриваюсь. Гадюшник. Реально военное было бы лучше. Достаю из пакета форму: черные брюки и белая футболка, а еще черные шорты и футболка посвободнее. Ладно, это пойдет, вполне удобно.
Устал с дороги, решаю ознакомиться с правилась лежа. Жесткая койка неприятно впивается в позвоночник, усиливая ощущение дискомфорта.
─ Чего? Коммуна? ─ глазам не верю.
Первая строка в их уставе говорит о том, что в стенах школы принята форма совместной жизни людей, основанная на обобществлении имущества и труда всех её членов. Таких школ я еще не встречал. Здесь не только обучают, но еще и приучают к жизни в социуме. По уставу ученик должен быть полезен и выполнять какую-то работу на территории. И работу назначает ученический совет. А еще особое внимание уделяется психологическому состоянию, сессии с психологом по три раза в неделю.
Как-то подозрительно. Настораживает. И директор на добряка не похож.
Коммуна… Слово звучит как приговор, а не как описание учебного заведения.
Перечитываю устав еще раз, медленно, вчитываясь в каждый пункт. Оказалось, что “полезная работа” – это не просто уборка территории или работа в школьном саду, как я первоначально предположил. Устав описывает целую систему взаимопомощи и распределения обязанностей, включающую работу на кухне, в мастерской, в библиотеке, даже в качестве помощника психолога.
Видно тут забыли, что крепостное право отменили.
И три сессии с психологом перебор. Похоже на попытку контроля за учениками, а не помощи в ментальном здоровье.
Реально устал с дороги, не хочу даже предпринимать попытку изучить детальнее школу, решаю отложить на завтра, а сегодня расслабиться. Пользуюсь одиночеством и выкладываю из чемодана в шкаф основные вещи. Одна из полок на стене пустая и явно для меня, по логике на ней должны быть книги, но пока расставляю парфюм и туалетные принадлежности. А заодно принимаю душ. Горячая вода приятно обволакивала кожу, смывая усталость дороги и пыль с лица.
Парни возвращаются ближе к восьми вечера. Вася без вопросов уступает мне свое место и даже сбегал за свежим постельным для меня. Помимо меня, Игоря и Васи в комнате проживают Кирилл, Тимур, Денис.
И они оказались довольно разношерстной компанией. Кирилл, высокий и немного молчаливый, сразу же принялся за свои дела, почти не обращая на меня внимания. Тимур, напротив, общительный, заваливает множеством вопросов о моей дороге, о том, откуда я и почему решил учиться именно здесь. Вася, худощавый и вечно улыбающийся, похоже, он душа компании – чувствуется, что он способен зарядить всех вокруг хорошим настроением. Денис, один из самых старших, он, как и я, совершеннолетний, со стороны выглядит рассудительным: после душа сразу же завалился на кровать с книгой в руках, изредка отрываясь, когда Тимур перебарщивал с болтовнёй.
И я бы поболтал с ними еще, но сон важнее. Тем более в десять вечера отбой, свет гореть не должен. Все расползаются по кроватям.
─ А, Женек! ─ слышу шепот Игоря.
─ Чего? ─ кровать подо мной противно скрипит.
─ Завтра четверг.
─ И?
─ Подъем в семь, закаливаться будем. Это обязательно.
─ По вашему уставу подъем в девять, раньше меня будить даже не думай. Закалюсь без раннего подъема.
─ Закалка – это важно для здоровья! ─ шипит Тимур. ─ Закалка – это путь к совершенству! Представь, мы будем сильнее, выносливее, менее подвержены простудам!
Слышу цоканье со стороны Дениса, он явно недоволен переговорами.
─ Представляю, как я буду выносливо спать, если ты не будешь меня будить в семь утра. ─ отворачиваюсь к стене, вновь вызвав скрип.
Наконец, голоса стихли, и в комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь изредка поскрипывающими кроватями. Я почувствовал, как сон начинает окутывать меня, забирая в мир грез.
Просыпаюсь от резкого звука будильника. 7:00. Игорь. Его план сработал. Но частично.
─ Меня не трогать! ─ угрожающе огрызаюсь и ныряю под одеяло с головой.
Закалка подождет, именно с такой мыслю вновь проваливаюсь в сон.
─ Я же сказал, не пойду, отвали. ─ не открывая глаза отмахиваюсь от того, кто тычет мне пальцем в плечо.
Я завел будильник на девять и не слышал его жужжания, а значит не встану. А ткнет еще раз, дождусь будильника, поднимусь и под глазом у кого-то окажется синяк.
─ Грасс, ─ будто голосом мамы над ухом прозвучало. ─ подъем! Сегодня день закаливания!
Не может быть мама. Приоткрываю один глаз и озираюсь через плечо.
─ В страшном сне не присниться. ─ бурчу и возвращаюсь в изначальную позу.
У моей кровати их местный надзиратель ─ Волкова. Грозно нахмурившись смотрела на меня, скрестив руки на груди. Смешная.
─ Я сплю, закалка подождет. Дверь за собой закрой, дует.
─ Закалка не подождет. – прошипела она, и ее голос спокойный, но в нем словно скрывается стальная твердость, которая показывает, что спорить бесполезно.
Только на мне такие приемчики не действуют.
Я попытался притвориться, что сплю еще крепче, сжав кулаки и прижимаясь к подушке. Но чувствую, как ее взгляд пронзает меня насквозь. Это хуже, чем любой будильник.