Десерт для Дьявола

5 ноября

Что лучше всего сделать девушке в полном отчаянии? Когда жизнь катится к черту, и ты не знаешь, что делать дальше? Когда кажется, что белая полоса уже никогда не наступит? Найти решение проблемы? А может попросить у кого-то помощи? Слишком просто, легче пойти на поводу у многочисленных знакомых, завалиться в ночной клуб и напиться так, чтобы имени своего не помнить! Но и это еще не предел, напиться это одно, а вот остаться в клубе, в который ты пришла впервые, одной, ведь все друзья, если их можно так назвать, разбились по парочкам и по-тихому разошлись в разные углы, совершенно другое. Не знаю, чем я думала и думала ли вообще, но, когда рядом оказался красивый мужчина, когда вместо крови по венам бежал алкоголь, я была согласна на все и он воспринял это буквально.

Для секса нужны отношения − я всегда придерживалась этого правила, всегда, но не в эту ночь. Я не раз слышала к чему могут привести беспорядочные половые связи, но сейчас даже не хотела вспоминать. Отель недалеко от клуба, небольшой номер и совершенно незнакомый мужчина рядом, мы решили не обмениваться именами, оба понимали, что после этой ночи не увидимся, а может и не вспомним друг друга.

− Раздевайся. − мужчина присел на кресло, закуривая сигарету, он не спешил ведь впереди вся ночь. Я не уйду, даже если передумаю, не смогу выйти через закрытую дверь. Его взгляд блуждает по мне, изучает. − Я не люблю ждать.

Разве не за этим я пришла сюда? К черту стеснение, в конце концов мне нужно забыться хотя бы на вечер.

Не сводя с него взгляд стягиваю с себя футболку и кидаю ее к ногам, также легко снимаю джинсы и обувь. Он не спешит делать тоже самое, лишь лениво подпирает голову рукой.

− Не останавливайся.

Было ли в моей жизни что-то подобное? Да никогда. В моей постели был лишь один мужчина, мой бывший парень, подонок решивший, что может поднимать на меня руку если ему что-то не нравится. Наша близость была всегда по одному сценарию, быстро, в одной позе и с полностью выключенным светом. И я считала это нормальным. А сейчас я стою в нижнем белье перед незнакомым мужчиной, который с интересом рассматривает меня.

Спускаю с плеч белоснежные лямки и с легкостью расправляюсь с застежкой хотя пальцы начинают дрожать. Белье падает на пол расстилаясь перед моими ногами. Я хотела прикрыть обнаженную грудь руками, но стоило взглянуть на мужчину, его хищный оценивающий взгляд, смелость вернулась.

− Иди ко мне.

Сердце выстукивает бешенный ритм. Чувство, что еще немного и внутри меня вспыхнет пожар. Низ живота сводит от предвкушения. Его взгляд становился другим с каждым моим шагом, он становился диким. Я готова наброситься на него прямо сейчас, во мне проснулось желание стянуть с него одежду, увидеть его тело. Я подошла достаточно близко, чтобы он смог схватить меня за талию и потянуть на себя так, чтобы я оказалась сверху, обхватив его бедра согнутыми ногами. Я не успела даже вздохнуть, когда его пальцы грубо схватили мои волосы на затылке оттягивая голову назад и открывая шею для его прикосновений. Его горячее дыхание опалило нежную кожу, я жаждала поцелуя, но он лишь сделал глубокий вдох.

− Пион, прекрасно.

Мужчина медленно, мучительно провел ладонью вдоль позвоночника, переходя на ребра, выступающие под тонкой кожей, по животе, внизу которого настоящий вулкан. Я не смогла сдержать стон, когда его пальцы коснулись груди, закрываю глаза, когда он сжимает небольшую грудь в своей руке. По телу побежал эклектический импульс. Слишком мучительно, чтобы тянуть дальше. Набираюсь смелости и тянусь к его ширинке, к образовавшемуся внушительному бугорку в его штанах.

− Я не разрешал. − берет меня за запястье и заводит руку за спину. − Будь послушной девочкой. − я чувствую его силу, его власть и мне нравится это. Я хочу слиться с этим человеком воедино. Свободной рукой тянусь к его рубашке, но ситуация повторяется, теперь мои руки крепко сжаты в его руке. − Не заставляй меня повторять. − его хриплый голос с слегка металлическими нотками мутит рассудок. − Ты будешь делать только так, как говорю я.

− Ах… − отпускает мои руки и впивается пальцами в ягодицы поднимаясь вместе со мной. Я крепко, насколько это возможно, обхватываю бедрами его талию.

Несколько шагов и он кидает меня на прохладные простыни нависая сверху и прижимая к постели. Мужчина одним движение разводит мои ноги размещаясь удобнее между ними. Я готова просить его прекратить мучения и наконец овладеть мной, сделать то ради чего мы собрались здесь. Я хочу прикоснутся к нему, ощутить жар его тела, но очередная попытка снять его одежду закончилась неудачей, мои руки снова в его, заведены назад, за голову.

Шумно выдыхаю выгибаясь навстречу его руке, когда он касается тыльной стороны бедра медленно проводя до самого чувствительного места. Еще немного и я полностью потеряю связь с реальность, слишком хорошо, но слишком мучительно. Меня окутывают новые, безумные, приятные ощущения. Вскрикиваю, когда его пальцы надавливают на чувствительную точку.

− Какая сладкая. − он усмехается, проделывая все по новой.

Уверена за стенкой есть соседи, я стараюсь сдерживать себя, но, когда его палец медленно проник внутрь не смогла сдержать громких стонов. Он наслаждается моими муками, а я схожу с ума от переизбытка чувств, стараюсь подстроится под его ритм, выгнутся так, чтобы ему было удобно. Он отстраняется, но лишь на мгновение и для того, чтобы избавится от своей одежды. Идеально, какое прекрасное накаченное тело. Его пульсирующая горячая плоть касается меня, непроизвольно хватаюсь за его плечо.

До крови прикусываю губу, когда он резко двигается мне на встречу полностью заполняя меня. Слишком большой, мне не хватает воздуха, на глазах появляются слезы. Он замирает, позволяя привыкнуть к его размеру. Его рука обхватила мое лицо заставляя смотреть себе в глаза. Он стал двигаться с каждым толчком нарастая темп и заставляя меня кричать от удовольствия. Пытаюсь снова коснутся его, но грубо перехватывает мои руки возвращая их за голову. Хочу поцеловать его, попробовать эти пухлые губы на вкус, но он не позволяет.

Я терялась в реальности, больше не сдерживая себя, я двигала бедрами подстраиваясь под него, мои стоны заполняли всю комнату. Больше не пытаюсь касаться его, лишь растворяюсь в безумных чувствах. Стоило открыть глаза, как я сталкивалась с его диким, горячим и темным взглядом. Он вдалбливался в мое податливое тело, доводил меня до грани. Сжимаю простыни, когда очередной толчок доводит до меня до заветной цели, я больше не подвластна своему телу, я достигла неминуемой разрядки, казалось, что тело распадается на мелкие части.

Мужчина издает рык и рывком покидает мое тело. Приятная усталость, мне тяжело не то чтобы двинутся, но и открыть глаза. Чувствую, как он садится у моих ног. Алкоголь, усталость, удовольствие − я с трудом приподнялась на локтях, но лишь для того, чтобы дотянутся до подушки.

Голова готова расколоться на части, давно я не чувствовала себя настолько разбитой. Я прекрасно помню, что произошло ночью, до чего довел меня прекрасный незнакомец, но я была пьяна и была готова на все, а сейчас мне будет стыдно взглянуть в его завораживающие зеленые глаза. Набираюсь смелости и открываю глаза. В комнате никого нет. Прислушиваюсь, но единственный доносящийся до меня звук — это тиканье часов на стене.

Прекрасно, это к лучшему. Ночь полная удовольствия — это все, что мы могли дать друг другу. Он помог мне разрядиться, сбросить копившиеся месяцами усталость и напряжение.

Глава 1.Л

20 февраля

Можно ли открыть свое дело в двадцать лет? Можно, если начать работать и откладывать с пятнадцати, а еще рискнуть и влезть в огромные кредиты, и конечно же найти партнера готового вложиться. Именно так я и поступила, чтобы сбылась моя мечта. Сейчас я совладелица небольшой кондитерской в одном из спальных район города, заработок пока минимальный, но на зарплату трем сотрудникам и выплату ежемесячного процента хватает, даже на жизнь немного остаётся.

Я счастлива, почти.

− Так, ладно, − проверяю время, уже опаздываю, вся надежда на отсутствие пробок, что маловероятно в девять вечера. − девочки, я ушла, завтра кассу беру на себя. − закрытие через пол часа, сегодня уборку оставляю на них. − Всех люблю!

Свое дело − это ежедневная, ежеминутная, ежесекундная головная боль, но боль, приносящая удовольствие. Я словно пчелка, собираю пыльцу 24/7, незаменимый универсальный работник, могу и полы помыть, могу и выпечкой заняться, образование позволяет. Мой партнер − моя тетя, старшая сестра моего отца, прекрасная женщина, которая по сути мозг нашей пекарни, на нее ложится вся документация, а я ее руки.

Небольшой ресторан недалеко от отцовского дома я должны быть у него через десять минут, что маловероятно. Папа сказал, что у него для меня есть новости и я не рассчитываю на что-то хорошее. Последние месяцы наши отношения натянуты до предела, я высказалась отрицательно в сторону его новой девушки, именно девушки, в свои пятьдесят папочка решил связать жизнь с двадцати двух летней и всерьез думает, что между ними любовь и серьезные отношения.

− Простите за опоздание, пробки. − присаживаюсь напротив них и сразу тянусь к меню, в горле пересохло. Ангелина демонстративно кладет руку папе на плечо показывая, что он ее мужчина. − Что за срочность?

− Привет, солнце мое, ряд тебя видеть! − светится от счастья, и я была рада этому, но он настолько ослеплен тем, что рядом молодая девушка, что отказывает видеть очевидное, она использует его, села на его шею и свесила ножки, еще и нас рассорила, довела до того, что я просто собрала свои вещи и съехала на съемное жилье. − Я уже заказал твой любимый салат.

− Я тоже рада. − улыбаюсь ему и его девушке в ответ получая недовольную гримасу. Наша ненависть взаимна. − Так что случилось? Ты же меня сюда не о жизни поговорить позвал. − к столику подходит официант. − Яблочный сок, пожалуйста.

− И мохито! − сильнее прижимается к отцу, противно наблюдать, эта картина портит аппетит.

− А почему бы и не поговорить? Ты к нам совсем не приезжаешь, звонишь редко, я даже не знаю, как ты сейчас живешь.

− Ты знаешь причину, по которой я не приезжаю. − Ангелина закатывает глаза. − У меня ничего нового, я все время в кондитерской, считай поселилась там. − взгляд падает на руку девушки, на ее пальце красуется кольцо, голову заполняют не самые приятные мысли, внутри что-то ломается. − Ты сделал ей предложение?! − получилось слишком громко.

− Поэтому мы тебя и позвали, − улыбается, берет ее руку и переплетает пальцы. − да. Мы решили утроить скромное торжество, пока говорим только тебе. Я не просто сделал предложение, мы уже расписались. − перевожу взгляд с нее на него и обратно, в голове одни лишь маты, хочется встать и дать ему пощечину, чтобы мозги встали на место.

− Пожалуйста, ваши блюда. − официант расставляет перед нами тарелки, я продолжаю сверлить отца взглядом. − Ваш сок. Приятного аппетита!

− Пап, ты рехнулся? − стараюсь сдерживаться, чтобы не заорать. − Ты не понимаешь, что не нужен ей, да она просто использует тебя! − мои слова не голословны, я нарыла на Ангелину столько информации, что волосы встают дыбом, но папа уверен, что рядом с ним она изменилась.

− Лиза! Прекрати. Пожалуйста.

− Вот, Петя, я говорила тебе, она ненавидит меня! Ее ревность переходит все границы! Она ненормальная, ее нужно лечиться отправить!

− Ангелина, хоть ты не начинай!

− Вот значит, как. Свадьба. − мои ладони сжаты в кулак. − Вот твоя любовь к маме? И года не прошло, а ты за новую выходишь?

Я вижу в родном человеке предателя. Мама погибла десять месяцев назад, рак, слишком поздно спохватились, она сгорела на наших глазах. Я стараюсь не плакать по этому поводу, понимаю, что она бы не хотела этого. Больше двух месяцев я была в жесточайшей депрессии, сидела на успокоительных и только работа помогла мне вернуться в прежнее русло, а когда папа привел в квартиру Ангелину просто не поверила в увиденное. Я старалась успокоить себя тем, что он мужчина, ему тоже нужна поддержка и тепло. Они вместе три месяца и уже расписалась, шок. Может я бы и не реагировала так, но как можно не понять, что эта стерва хочет только его деньги, он уже продал машину, чтобы свозить ее на отдых. Его даже не смутило, что в свои двадцать два у нее за плечами три брака. Три!

− Лиз, пожалуйста, давай не будем об этом. Я счастлив с Ангелиной, я ведь имею право на счастье? − двумя глотками осушаю бокал.

− Имеешь. Но когда эта тварь, − не собираюсь следить за своими выражениями. − выкачает из тебя все, не проси помощи! Совет да любовь! − подскакиваю и не обращая внимание на просьбы отца вылетаю из ресторана.

Лучше бы вообще мне ничего не говорили. Ненавижу, обоих ненавижу. Я вспылила, не могла говорить такое отцу, но эмоции взяли верх. Мама любила отца больше жизни, они были вместе тридцать лет, я была поздним и желанным ребенком, мне тяжело принято то, что он сейчас делает. Понимаю, ему хочется утвердится, конечно рядом такая молодая и красивая девушка, но он всегда был рассудительным и взвешивал каждое свое действие, а сейчас… Бесит моя беспомощность.

Мне не хотелось возвращаться домой, хотелось обдумать, что делать дальше или окончательно смириться со сложившейся ситуацией. Я гуляла по городу слушая любимую музыку, ноги сами несли меня куда-то. Я петляла улицами пока не вышла к старому мосту, расположившемуся над железной дорогой. Не самое лучшее место для прогулок в темное время, вынимаю наушники убирая их в карман, людей вокруг нет, это и понятно, почти двенадцать ночи. Будет глупо идти назад, тем более через мост начинается оживленная трасса и можно будет вызвать такси. Всего два фонаря, один в начале, другой в конце, мне как-то не по себе. Когда была маленькая об этом месте гуляли легенды, дети рассказывали страшные истории: про призраков, маньяков и прочее страшилки.

Ближе к середине замечаю женскую фигуру, девушка опирается на металлическое ограждение что-то высматривая вдалеке. Сегодня полная луна, которая спокойно может заменить любой фонарь. Прохожу мимо нее слыша всхлипывание, мне хотелось остановиться и спросить не нужна ли помощь, но не стала, побоялась влезть не в свое дело. К тому же девушка прятала свое лицо прикрываясь ладонью. Слишком странно видеть здесь девушку в такое позднее время, даже если она пришла всего лишь поплакать, именно эти мысли заставили меня через несколько метров обернуться.

Обернуться и броситься обратно, ведь девушка перелазила через ограду.

− Погоди! Ты чего? − в секунду подлетаю к ней, но боюсь притронуться, чтобы она не сиганула вниз. Меня трясет, охватывает паника. − Давай поговорим! − я готова расплакаться, совершенно не знаю, что мне делать. − Пожалуйста, давай поговорим!

− Это не поможет! − всхлипы не прекращаются, у девушки настоящая истерика. Смотрю вниз, если упадет, то скорей всего останется инвалидом, в лучшем случае. − Не поможет! − рыдает навзрыд.

− Возможно, − в горле ком, судорожно соображаю, что делать, но в голове пустота. − но… − что же делать. − … но это лучше, чем калечить себе жизнь. Слушай, а ты любишь сладкое? − говорю первое, что приходит в голову, я боюсь спрашивать, что случилось, чтобы не спровоцировать ее. − Ну, торты или кексы? А может пирожные? − поворачивает голову ко мне, какая же она красивая, смотрит на меня с непониманием, а слезы продолжают стекать по щекам.

Стараюсь не показывать свою трясучку, улыбаюсь ей.

− Я вот обожаю муссовые пирожные, особенно кофейные, настоящий рай для желудка! Готова есть их сутками, правда фигуру жалко! − начинаю смеяться, к моему удивлению мой бред срабатывает, она меньше всхлипывает, видя, как девушка переступает с ноги на ногу сердце уходит в пятки.

Выступ совсем крохотный, если она поставить ногу хоть на миллиметр дальше, то сорвется. Подхожу максимально близко и упираюсь в ограждение, если попробую схватить ее, то вряд ли удержу, с моим метр шестьдесят девять и с пятьюдесятью четырьмя килограммами я не справлюсь с ней. Осматриваюсь по сторонам, никого нет.

− Хотя, о чем я, у тебя такая прекрасная фигура, ты, наверное, совсем не ешь сладкое, а вот я и дня не могу без него прожить. − делаю небольшой шаг к ней.

− Стой! − стараюсь улыбаться, а самой хочется заплакать. − Не подходи ко мне!

− Никогда не любила это место, здесь даже днем слишком неуютно, да и поезда по этой ветке почти не ходят, заводы позакрывали и все. А ты живешь где-то здесь? Я вот, да, точнее здесь родительский дом. − говорю первое, что приходит в голову, лишь бы заболтать ее, это единственное, что я могу сделать. Еще и телефон сел, как на зло.

− Люблю. Я люблю сладкое. − тяжело вздыхает. − Очень люблю. Помоги мне. − девушка собирается перелазить обратно, хватаю ее за руку, чтобы помочь.

Немного успокаиваюсь, как только она оказывается на моей стороне, девушка садится на землю упираясь спиной в ограждение, я повторяю за ней. Она все еще плачет и мне очень хочется обнять ее. Я не умею утешать, совершено не знаю, что нужно говорить. Я не люблю врать и убеждать, что все будет хорошо.

− У меня кондитерская на Правде, приходи ко мне, я уверена, что тебе понравится, мы готовим такие десерты, что пальчики оближешь. На любой вкус!

− Спасибо. − она начинает смеяться. − Ты милая. − вижу, как со стороны, в которую я шла, быстро приближается несколько авто. − А вот и Сай… Ты прости за это, − ее голос совсем слаб. − я обязательно приду к тебе, как только успокоюсь.

− Элис! − свет авто ослепляет, из авто появляется несколько мужчин, один из которых тут же оказывается рядом с нами, мне потребовалось время, чтобы рассмотреть его. − Глупышка! − девушку накрывает по новой, она начинает рыдать еще сильнее, но по тому, как она хватается за его шею понимаю, что они не представляют опасности, для нее точно. − Я рядом, все будет хорошо. − он берет ее на руки прижимая к себе.

Не могу отвести взгляд от этого мужчины, глазам своим не верю, этот тот самый человек, с которым несколько месяцев назад я провела случайную ночь в непонятном отеле. Ночь, которую почему-то не могу забыть до сих пор. Стою на месте боясь пошевелиться, слишком много мужчин, огромных, накаченных мужчин, не вижу их лиц из-за света, но все мое нутро подсказывает не ждать хорошего.

− Что здесь было? Что она рассказала? − дергаюсь, когда мужчина взявший Элис, если я правильно услышала, вернулся ко мне. Это точно он, не могу ошибаться, хоть и была пьяна. Вот только сейчас взгляд его зеленых глаз пугает, он словно хочет свернуть мне шею.

− Кхм… − не могу успокоиться. − Она… − сложно произнести.

− Быстрее. − он очень груб, не похоже, чтобы узнал меня.

− Она спрыгнуть хотела. − тяжело смотреть ему в глаза, предпочитаю смотреть на его ноги. − Мы почти не говорили, я не знаю причину. Она… − поворачиваюсь к ограждению. − … перелезла… и… − в голове все еще каша.

− Понятно. − этот человек слишком спокоен для сложившейся ситуации. − Как твое имя? − тут же поднимаю голову, когда его тон становится спокойнее, словно такие ситуации для него обыденность.

− Елизавета… Лиза…

− Все, что здесь произошло остается между нами, Елизавета, договорились? − достает из кармана кошелек. − Этого достаточно за твое молчание? − тяжело понять сколько он предлагает, но в его руках неприлично толстая пачка красных купюр. Одна из машин, в которую этот человек посадил девушку, разворачивается и уезжает, рев мотора заставляет дернуться.

− Н-не нужно… так говорить со мной. Я все поняла. − мне очень страшно, да и говорить кому-то о случившемся мне не зачем. Он хоть и выглядит спокойным, даже старается быть милым, но он не настроен дружелюбно. − Мне не нужны деньги, лучше помогите ей! Чтобы не произошло, девушке нужна поддержка.

Ситуация слегка повторяется, ведь после ночи, проведенной с ним я нашла на прикроватной тумбочке несколько купюр. Он заплатил за ночь со мной, словно я какая-то продажная девка. Эти деньги остались отелю, я не притронулась к ним, как и не притронусь сейчас.

− Я и так буду молчать. А сейчас, если можно, то пойду домой. Уже поздно. − щелчок, рядом с ним появляется еще один качок. Делаю шаг назад.

− Такси вызови, пусть отвезут куда скажет. − не сводит с меня взгляд, я не понимаю узнал или нет.

− Понял.

− Не нужно, я и сама могу добраться. − я не трус, но я боюсь. − Я кажется уже сказала, что вам лучше позаботиться о девушке, а не тратить свое время на меня. Можете не переживать за мое молчание, к тому же, я не знаю ни вас, ни ее. − характер не скрыть. − Хорошего вечера! − прижимаю сумку к груди и стараясь придать шагу уверенность обхожу мужчину.

Он не останавливает меня, это хороший знак.

− Спасибо, Лиза! − доносятся его слова, но я, не оборачиваясь, чуть ли не бегу вперед.

Глава 2. С.

− Уснула. − Леша проходит за мной закрывая плотно двери. − Тяжелая ночка. Выставил охрану у ее комнаты, и под окнами, больше не сбежит.

Кидаю куртку на диван. Туда же пистолет. Тяжелая ночка. Сестра умеет и любит потрепать мои нервы. Многие ее действия не стоит воспринимать всерьез, она любитель привлечь внимание, но сегодняшняя ситуация вышла из-под контроля. Я запер ее в квартире, но она ускользнула. Найти не составило труда, но поволноваться успел.

− Думаешь она серьезно собиралась что-то сделать с собой?

Друг присаживается на кресло, закинув ногу на ногу, закуривая. Я выдернул его из объятий очередной дамы, и он не особо доволен этим, но все что касается меня и моей семьи, касается и его.

− Нет. Хотела бы сделать, сделала.

Ловлю зажигалку.

− Это была лишь истерика. Пройдет. Просто нужно больше времени. Завтра же отправлю ее обратно в Лондон, так будет спокойнее.

Придется насильно запихнуть ее в клинику, будет очередная истерика, но после скажет спасибо. Я видел много ее выходок, но еще никогда она не подвергала свою жизнь опасности, даже если хотела внимания. Элис бы не прыгнула, она очень любит себя и свою жизнь. Но если она задумалась о подобном, то нужно вмешательство специалистов.

− Класс. Значит могу собирать вещи? Я ведь еду с ней. − сегодня интуиция его подводит.

− Нет. Это не к чему, ты нужен мне здесь. − сажусь на край стола, играя с зажигалкой.

Если я принимаю какое-то решение, то оно взвешенно и обдуманно. Мои приказы не обсуждаются, каждый кто работает на меня знает это. Я деспотичен и делаю лишь то, что считаю нужным. Меня не волнует мнение даже собственного друга и сестры. Они к этому привыкли, хоть и пытаются иногда показать характер.

− Ненавижу, когда ты так смотришь. Чувствую придется повеселиться. Давай, выкладывай, что я должен сделать? − за это и ценю, он сделает все, что скажу, даже если наши взгляды разойдутся.

− Найди эту мразь и притащи ко мне. Лично с ним поговорю.

− Что? Ты серьезно? А его отец? − опирается на обе ноги, мои слова заставили его напрячься.

− Не важно. Найди и приведи. Как можно быстрее.

Мне прекрасно известно почему моя сестра в таком состоянии, точнее из-за кого. Я давно не лезу в ее личную жизнь, она может встречаться с кем пожелает, но почему-то всегда выбирает похожих на отца или меня. Циников, любящих лишь себя. Это ее главная ошибка. Элис наивно полагает, что нас можно перевоспитать, что ради любви мы изменимся. Сейчас она в таком состоянии из-за своего последнего парня. И это уже его большая, огромнейшая ошибка. Я предупреждал был с ней милым. Он не послушал. Придется отвечать.

Мажор, прожигатель жизни и папиных денег. Смазливый красавчик, любимчик девушек. Они познакомились на вечеринке после модного показа, сестра без умолку твердила, что он тот самый, что она счастлива с ним. А я лишь молча наблюдал. Наблюдал за каждым их шагом. Мало чего ждешь от двадцатилетнего пацана, у которого на уме лишь тусовки и женщины. Вадим сын моего главного конкурента, слишком глуп и избалован, чтобы отдавать отчет своим действиям. Несколько дней назад Леша доложил об измене, этот уником умудрился переспать с подругой Элис. Я собирался разобраться с ним еще тогда, но сестра умоляла не трогать.

− Как скажешь. Утром будет у тебя. Но, Сай, будет война. − кидаю зажигалку обратно.

− Знаю. Тебя не должно это пугать.

Вадим доставляет много проблем своему отцу, но он единственный ребенок и наследник. Да, если я трону его, будет война, но он должен ответить за свой поступок. Меня невозможно испугать такой мелочью, у меня достаточно информации на каждого моего конкурента, чтобы заставить их замолчать.

− И еще, − останавливаю его уже у двери. − та девчонка на мосту, Лиза, узнай кто такая.

− Без проблем. А зачем? Думаешь начнет трепаться?

Ее лицо показалось мне знакомым, ощущение, что мы уже когда-то встречались, вот только не помню при каких обстоятельствах.