Копилки ужасов. Повесть-фэнтези

© Надежда Плахута, 2021

ISBN 978-5-0053-2308-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ГЛАВА 1

В которой рассказывается про семейство Глэдов, про ОХОТНИКОВ за МЕЧТАМИ, и про общий обед на одной кухне (но в разных измерениях)

Шнырлики – особая разновидность домашних духов, которые утверждают, что их родословная ведётся от настоящих наводящих ужас замковых привидений! Об этом я судить не берусь, тем более, что наши бесплотные герои толком никого никогда не пугали. Как-то не приходилось…

«Просто не наводилось!» – подтверждает чей-то гнусавый голос из-под потолка.

Да! – соглашаюсь с ним я. – Наводить страхи и ужасы шнырликам строго- настрого запрещено! КЕМ и ПОЧЕМУ? Подождите, ну, не всё же сразу…

Скажу одно: эти ребятки всегда соседствуют с нами, людьми, да и живут за наш… (не возмущайся, дух, кто бы ты ни был!) Да-да, именно за наш счёт!

Как же мы допускаем такое?!А легко! Ведь ходит за нами тень, и ничего, не надоедает, правда, и вреда особого не приносит, разве что солнышко слегка загораживает. Также и шнырлики. Шныряют себе туда-сюда прозрачно-невидимые, ждут-пождут, когда мы идеей какой «загоримся», желание заветное загадаем. Тогда они к нам сразу же и прилепятся, энергией подпитаться, ну, и немножечко поднажиться.

«Что ж это за вампиры-то такие? – возмущается тот же голос из-под потолка. Но, всхлипнув, или высморкавшись, (или и то и другое одновременно), сознаётся. – Да, мы вампиры! Вампиры и есть, и паразиты тоже!»

Но такие милые, – продолжу я. – много не возьмёте, сильно не обдерёте, а только не позволите нам постоянно пребывать, в белой, так сказать, полосе жизни. Подправите её немножечко, превратив в зебру на свой манер, чтоб жизнь мёдом не казалась.

«Ох, и вредины же!» – расстроитесь теперь уже Вы, и будете снова правы. Но и врединам кушать хочется, да и пожить немного «по-человечески».

Вот и сейчас, когда под оранжевым абажуром матушка Крутиция в плазменном фартучке и с черпаком разливает дымящее варево, остальные члены её семейства ждут, когда добрая порция энергии осядет в их прозрачной Магической Супнице. Именно эта довольно-таки волшебная Супница, (имеющая специальную подставку-раструб) позволяет перерабатывать энергию людей в привычную для шнырликов пищу, а заодно делать много ещё чего, о чём я непременно как-нибудь расскажу.

Наивные непрозрачные, то есть люди, ничего не замечают. Не до того им!

Ведь именно сегодня мистер Глэд старший впервые в жизни выиграл в лотерею, причём, не какую-нибудь бутылочную открывалку или дешёвый плеер, а крутейшее путешествие для всей семьи!

«Интересно, куда»? – спросите меня Вы.

– На Акулий Остров. – отвечу Вам я. – Слыхали про такой? Сейчас услышите!

Семейство почтенных шнырликов, как обычно сидело, точней, висело над обеденным столом семьи Глэдов, а ещё точней, за спинами их детей.

Пока Ник и Николь расправлялись с ванильным пудингом, их трёхлетний братишка Тим незаметно загружал свой десерт в стоящую под столом машинку. Папа – Марк Глэд, монотонно жевал, краем глаза просматривая утреннюю газету, в то время, как его жена и мать троих детей Розалия Глэд разливала всем чай. Что же касается шнырликов, то прозрачные остроносые существа тоже кушали, только не полдничали, а обедали, находясь в тесной близости от семейства людей: как говорится, в параллельном измерении, а может, даже на «параллельной кухне».

– Нннаконец-то мы вввсей семьёй забббуримся на тттропический остттров! – протянул, сладко зажмурившись, папа, – человек небольшого роста с прилизанными волосинками на плоской лысине.

Это было многообещающим началом дня как для людей, так и для привидений.

– Я всегда верила, что мечты сбываются! – засмеялась мама, дама средних размеров с нарисованными бровями и ногтями. – О! Как же я мечтаю попасть туда!

Упс! Не успела она произнести ЭТИ СЛОВА, – как все члены семейства прозрачных, как пчёлы на мёд, слетелись к центру стола, где и сгруппировались над головами людей.

– Они произнесли ЭТО! – возликовал Большеглот (он же папаша Глоти), а также шнырлики -дети, Скрипыш и Гудёна, а в Супницу потёк золотой ручеёк энергии. Эх, а какой был бы улов, если бы они ещё и ещё повторили СКАЗАННОЕ!

– Это я говорила, что если на остров, так только на необитаемый! – подхватила Николь, девочка лет двенадцати с усыпанным веснушками личиком.

Но такое не засчиталось, как Заявленная Мечта, (ведь она не сказала «ХОЧУ» или «МЕЧТАЮ»), поэтому содержимое Супницы осталось прежним.

– Это я говорил про тропический остров! – перебил её брат, – точная копия Николь, только без веснушек и с кудряшками чуть потемней. – Отдыхать с предками и микропупсом?! – он возмущённо ткнул в Тима пальцем, от чего тот немедленно завопил.

Но и после этого в кухне ничего не изменилось.

– Ну, скажи: «Я мечтаю поехать на ост'ров»! – Подначивал шнырлик Скрипыш, с силой дуя на волосы человеческой мамы.

– Возможно…, я мечтаю, я хочу…, – начала было Розалия, поправляя выбившиеся локоны, как вдруг осеклась… – Я не хочу, чтоб мои дети ссорились! – Мы будем отдыхать на всю катушку, плавать и веселиться! Осталось только выяснить, отчего этот остров назван «Акульим»? – Задумчиво прибавила она.

– Ну, скажи-ка хоть ты: ' Я мечтаю поехать на остров»! – умоляла Гудёна девочку, щекоча пёрышком её веснушчатый носик.

– Я хочу, ха-ха-ха-чу, апчхи! – чихнула Николь. – Что же я хотела сказать? Ах, да, леденящее кровь название нужно для привлечения таких туристов, как мы, и извлечения из них, то есть, из нас, прибыли.

«Хоть кто-нибудь сегодня вспомнит ещё про мечту?» – с безнадёжностью думал Глоти.

– Меть-ту. – произнёс человеческий карапуз Тими, с лёгкостью «протелепав» духа.

– Да, у каждого должна быть своя заветная мечта! – воскликнула Розалия. – Лично я мечтаю…, – Тут Духи, что называется, затаили дух, а в Супницу снова потёк ручеёк энергии. -…Я мечтаю иметь свой собственный домик на берегу моря: с пыльным чердаком, с садиком, заросшим… – Лента энергии зазмеилась в сторону Супницы. —

– Чертополохом? – перебила маму Николь. – заросшим раскидистыми…

– Елями? – предположил Ник.

– Пальмами, дом будет в тропиках! – уточнила мама. – Я мечтаю каждое утро просыпаться от криков… – Она задумалась.

Лента энергии стала ещё шире, ещё золотистей… И вот она уже ровной струёй вливается в общее русло.

– …От криков Тимоти? – прыснула Николь. – О да! Он это может…

– …Пппетухов?! – усомнился папа.

– …Обезьян, по-моему, павуинов, ну, или …бабианов, – наконец, договорила мама. – Кстати… – Она словно очнулась от грёз, – назвать остров «Акульим», хороший рекламный ход.

– Угу…, – поддакнул супруг. – …Кккогда он, этттот остров, твой сссобственный! Как там пппоётся?

– допел старший из Глэдов, и, покраснев, добавил. – А я м-мммечтаю о своём ссссобственном Острове! И чччто?!

Стоит ли говорить, что после такого поворота событий Магическая Супница сразу пополнилась, вызвав бурную радость в семье прозрачных «вампирчиков»!

Но вернёмся к семейству Глэдов.

– Ты же не умеешь плавать, – произнесла Розалия.

– Ничего, я по бережку похожу, – буркнул Марк.

– Ты поучишься с…, с…,, – миссис Глэд слегка растерялась, перебирая в уме возможные кандидатуры.

– С тренером? – сверху предположил Большеглот.

Внимание! В это мгновенье в мире людей образовалась большая-пребольшая пауза, которую заполнили (но уже в своём мире) витающие под потолком Духи. Они включились в обсуждение непрозрачных проблем: ведь люди снова говорили про острова.

– Он поучится с лучшим т'рене'ром Ка'рибского мо'ря, с нашей бабушкой «Родже'ритой, – передразнил мистера Глэда, Скрипыш, младший из семейства прозрачных, слышавший, как и все шнырлики, каждое слово плотных. Хорошо хоть, что их самих не слышал никто из людей! В это время миссис Глэд поглядела на мужа, выдувающего в кружке Тима цветные коктейльные пузыри.

– Тренера не обещаю, но учиться ты будешь на берегу, с мелким, – строго сказала она.

Слова Скрипыша заинтриговали Гудёну, и теперь беседа продолжилась уже между членами их семейства.

– Ты говоришь о бабушке Роджерите, грозе морей и океанов? – переспросила Гудёна, зависая над супницей.

– Озё'р, п'рудов и «ручейков?! – расхохотался Скрипыш.

– Ваша бабушка, дети, была женой настоящего пиратского привидения, вашего деда, без вести пропавшего в море, а посему подобные шутки неуместны, – запальчиво произнесла Крутиция. – Тем более, в такой замечтательный день!

Немного поколдовав над Супницей, являющейся одновременно и чудо-печкой и вазой для сладкого, она выложила кислотно-лимонный десерт в невидимые креманки.

– И в такой замечтательный десерт, дорогая!! – оживился папаша Глоти, подкладывая себе в тарелку копошащуюся добавку. – В коем чувствуется тропическая сладость Мечты!

– Сбылась мечта дурачков – попасть прям в пасти к Акулам… – хихикнула Гудёна, выбирая самого жирного жучка. – И наша сбудется, – Бедняжка запнулась, вспомнив про все существующие запреты для Охотников за Мечтами. – …Если, конечно, они свои ЗаявМы подтвердят: про ОТДЫХ, про собственный ДОМ, и даже про собственный ОСТРОВ, что вообще-то не слишком скромно…

Но о чём же мечтали дети непрозрачных- двойняшки Ник и Николь, спросите меня Вы?

Дело в том, что МЕЧТА, прежде чем перейти в состояние волшебной золотистой энергии и перетечь в магический трансформатор уже не крохотным ручейком, а полноводной рекой, должна быть повторена не менее трёх раз! Лишь тогда она фиксируется, как ЗАЯВЛЕННАЯ МЕЧТА (ЗаявМа или З.М.) В том же счастливом случае, когда заявка подтверждается, – З.М становится реализованной, СВЕРШИВШЕЙСЯ или ВОПЛОЩЁННОЙ МЕЧТОЙ, чья энергия, заключённая в магической Супнице, десятикратно увеличивается! П. С. Супница не бездонный резервуар, хоть и может вместить в себя очень и очень много (но, сколько именно, не знает никто)!

А пока вернёмся к важному разговору, происходящему между членами невидимого нашему глазу семейства прямо над видимым нашему глазу обеденным столом.

– Заявленная Мечта, это сер’ьёзно, – по-взрослому забасил Скрипыш, подчищая четвёртую порцию. – Тогда мы пар'у недель о запр'авке не будем думать! Не говор'я о сбывшейся!

– Вспомните правила из Большой Книги Духов: никого не ругать, не обижать, и главное, самим ни о чём не мечтать! – сказала мама. – А ваше дело, следить, чтобы двуногие СКАЗАННОЕ повторили! Так что, прозрачненькие мои, не провороньте МЕЧТУ!

– Не волнуйся, не провороним! – хором ответили дети.

Крутиция открыла Большую Книгу Духов и стала читать:

«Настанет день когда все БОНУСЫ, то есть, вся собранная ЭНЕРГИЯ покинет своё временное пристанище, (Магическую Супницу) и самостоятельно отыщет ТРАНСМУТИРУЮЩУЮ БАТАРЕЮ, которая есть в любом БАНКЕ ЦВЕТНЫХ ЭНЕРГИЙ. Это и будет следующим этапом трансформации ЭНЕРГИИ- выполнением её особой МИССИИ!

ЗОЛОТОМУ ПОТОКУ предстоит захватывающее путешествие в ЛУЧШИЕ МИРЫ! Всё это превратит ВАС, (ранее простых хозяев Магических Супниц-Трансформаторов) в АНГЕЛОПОДОБНЫХ СУЩЕСТВ!» – Вот в чём, дети мои, и заключается смысл энергетической охоты, – торжественно заключила она.

– В каких-таких ангелоподобных существ? – удивилась или даже возмутилась Гудёна. – В книге ничегошеньки не сказано про ангелов!

– Каждый получит то, что заслужит, – улыбнулась Крутиция, гладя дочь по её прозрачной головке.

– Значит, рано или поздно шнырлики всё равно станут пернатыми? – спросила Гудёна. – Ах, как бы мне крылышки белые подошли!

– С д'ругой сто'роны, с нимбом и от'ростками за спиной п'реснятина одна: не пошалить, ни за хвост никого дё'рнуть будет нельзя! – ревниво заявил Скрипыш, отпихивая сестру от матери. – А па'рить ты можешь и без них!

И тут между юными духами завязалась серьёзная перепалка, какая изредка случается даже между любящими друг друга людьми.

ГЛАВА 2

В которой рассказывается про вечер Сочельника в семействе людей, и про странный подарок семейства шнырликов…

А начиналось всё так:

В тот вечер за окном, как и полагается, падал мягкий неслышный снег. На кухне Глэдов, где было тепло, светло и уютно, красовалась огромная ёлка, до макушки увешанная сверкающими шарами, радужными игрушками и имбирным печеньем в фольге. Наверное, на всём белом свете не сыскать человека, который не любил бы волшебный вечер Сочельника. Кому-то это покажется странным, но мистер и миссис Глэд, несмотря на всю их серьёзность, тоже когда-то были детьми и хорошо помнили звук шуршащих обёрток и особенный хвойно-мандариновый запах.

Поэтому после всех предпраздничных хлопот супруги Глэды и их старшие дети собрались вокруг большого стола в предвкушении сюрпризов и волшебства, тогда как под ёлкой, предоставленный самому себе, ползал Тимоти Глэд, пытающийся дотянуться до низко висящих сладостей и игрушек, вместо которых на голову трёхлетке сыпалась до обидного колючая хвоя.

– А, знаете, друзья мои, за что я так люблю Рождество? – загадочно начала миссис Глэд.

– За подарки, конечно же, за подарки! – захлопал по столу Ник.

– Ну, что ты, сынок, хотя, в принципе, – миссис Глэд замялась, слегка покраснев -…За сбываемость мечт – вот за что: когда она, эта сбываемость, повышается, то… всё само собой разрешается!

– Это какая же куча желаний должна накопиться за целый год?! – вытаращила глаза Николь.

– Большая-пребольшая! – в ответ рассмеялась мама,.

Тогда Николь предложила загадывать желания и все сразу же согласились с ней.

– Вот, к примеру, недавно ты хотела пойти к Смитам на свою первую вечеринку. – начала миссис Глэд, в глубине души уверенная, что знает о своих домочадцах буквально всё.

– Не угадала, маа… У меня апатия на Смитов и на их пати, – скривила губки дочь.

– Странно… Я прекрасно помню, ты же сама твердила..

– Маа…, – умоляюще протянула Николь.

– Ладно-ладно, тогда твоя мечта о вечернем платье, как у Аннет? -вскинула бровь миссис Глэд.

– Как у Анет?! Ну, нет! – не узнаю тебя, детка! Тогда ты, Ник? Есть у тебя какие-нибудь не слишком секретные мечты? —

– Глупая затея, да ладно, я сейчас такого намечтаю, я щас такое назагадываю – какое никому из вас и в голову б не пришло!! – Эх, да вы всё равно не поймёте, вот! – Ник надулся как шар.

– Спорим, в твоей головешке нет ни одной нормальной Мечты? – перешла в наступление Николь.

– А вот и есть!

– А вот и нет!

– А ты влезь ко мне голову и увидишь, какие в ней крутые Мечты! Ой, как их много, ща… лопнет! – он схватил себя за рыжие торчащие в стороны волосы и стал забавно носиться по кухне до двери и обратно.

– Лучше я отойду, а то серым веществом забрызгает – заливалась Николь. – Ведь все знают, какой ты дурак!

– И дураки мечтают, – прикусил губу мальчик.

– Мамсь, мой братец только что признался, что он дурак, ну, не дурак?!

– Ррр-раззве ммможно ссориться, особенно в такой вечер, в тттихий Вечер Сочельника?! Пппосс-мотрите лучше, кккакой сегодня н-ннеобыкновенный снег за ооокном! – всплеснул руками мистер Глэд, прервавший обет молчания. – Ммм-мои дети вссегда ббб-ыли дружны!

«Это он о наших детях?» – про себя подумала миссис Глэд, а вслух сказала совсем другое:

– Снег, как снег… белый. Вот что я вам скажу! Раз у Тимки пока нос не дорос – значит, моя очередь мечтать… – Я ХОЧУ… Я МЕЧТАЮ…, – (именно тогда духи в первый раз и слетелись над головами людей). – Я как будто бы, хм, странно, ну, ни одной мысли…, я буквально ничего не хочу, то есть в данный момент ни о чём не мечтаю!

– Ты, мамсь, часом не заболела? – забеспокоилась дочь, а мистер Глэд незамедлительно уронил на скатерть приличный кусок индюшки.

– Не выдумывай, я совершенно здорова! – в голосе миссис Глэд засквозили стальные нотки: мол: «да изгваздайте хоть сто скатертей тысячами индюшек – я даже бровью не поведу!»

В то время как мистер Глэд расковыривал салат, хозяйка щедро солила скатерть, или мужнины брюки, или всё это вместе, пока не зацепилась за иллюминацию, привязанную к стулу маленьким Глэдом; потом все собравшиеся за столом непрозрачные ещё долго кричали и суетились, распутывая друг друга и поднимая ёлку, а шнырлики смотрели на них сверху вниз (а как же иначе?), слегка качая своими плазменными головками. Что до озорника Тима, воспользовавшегося предпраздничной суматохой, то он безнаказанно занял коробку из-под стиральной машины, сквозь дырку в которой благополучно наблюдал за всем происходящим, пока малыша не сморило сном.

Когда волнения улеглись, за командование взялась миссис Глэд.

– Забудем об этом досадном недоразумении! Поглядите под ёлку – ласково мурлыкнула она.– Под ней столько коробок, и в каждой – воплощённые мечты прошедшего года! – Шнырлики вновь навострили уши. – Просто надо было начать с вашего папика, тогда бы мы все не перессорились.

– И не уронили бы ёлку – ехидно продолжил Ник. – и не искали бы мелкого …до вечера, – за что Николь отвесила ему солидную оплеуху.

– Ё – льку – повторил малыш Тим.

– Заметьте, не я это сказала! – сокрушённо развела руками Розалия Глэд, извиняясь то ли за свои слова, то ли за лепет младшего Глэда. – и всё-таки, если бы мы начали с папика…

– Пп-ппочемму всегда с ппп-пика, то есть, с ммм-мменя? – встрепенулся Марк Глэд, воля которого сдалась ещё в конфетно-букетную фазу ухаживаний за женой, тогда как Розалия подумала: «всегда лучше начинать с самых незначительных, мелких желаний, то есть, с твоих!»

Старший Глэд побледнел, пробормотав:

– Дддаже н-нне знаю, всё ввв-вроде бы есть…

– Вот видите, дети, ваш отец абсолютно не умеет мечтать! – разила наповал миссис Глэд.

– Нну, масичек, это не совсем так.

– Я лучше знаю… все твои мечты и фантазии: кофе, ящик, газета… Что, не так? А про себя: «и о чем ещё можно мечтать, если рядом такая женщина?» – И ласково пропела на ухо мужу. – Пусик хочет отправиться в путешествие со своим мусиком?! – А про себя: «Мой чудик часами простаивает у карты, скупает кино о путешествиях… Должно же его нелепое хобби принести хоть какую-то пользу?» – Я угадала? – круглое лицо миссис Глэд налилась гневным румянцем – Нет?!

– Папусичек хочет открыть необитаемые земли! – прыснул Ник, выуживая из салата самую большую креветку. – Папик, купи…, ну, подари нам какой-нибудь мелкий остров, ну хотя бы Мадагаскар! – Он фальшиво запел:

– …На который мы тебя и отправим, если ты тотчас же не заткнёшься! – строго предупредила Николь. – Вместо компьютерного мочилова лучше бы почитал папины книжки.

Мистер Глэд с благодарностью посмотрел на дочь, пробубнив что-то типа «гм, конечно, мореплавание, хм, ООО-очччень даже, ммморские карты…, да уж, но я ведь не плплплаваю…», и улыбнулся по-детски.

– Нам нельзя ссориться в такой вечер! – воскликнула мама, просюсюкав в мужнино ухо – Просто признайся, что хочешь купить что-нибудь своему мусику…

– Нннн-неа, ммусик, ннне хочу.

– Вот те на! Неужели что-то тебе, пусик?! Но тебе же… ни к чему…

На что «пусик» чуть не подавился салатом, отрицательно замотав головой.

– Им?! – миссис Глэд гневно ткнула пальцем в сторону своих чад.

– Пппрости, Розали, но я ннне хх-хо-ччу ннн-ничего ппппоккку-пать, не хочу ннни-ку-да ехать, и настоятельно прошу ос-сс-тавить меня ввв пппокое!!! – заверещал мистер Глэд, после чего его лицо приобрело оттенок столь невыразимого страдания, что всем членам семьи, включая пятилетнего Тима, стало понятно, что про путешествия можно забыть.

Это было в вечер Сочельника, а через несколько дней, как вы уже знаете, Глэды (конечно, не без помощи шнырликов) выиграли тур на «Акулий Остров»…

ГЛАВА 3

В которой рассказывается про ДОМА с ПРИВИДЕНИЯМИ (и БЕЗ), про уроки вынужденного безделья, а также про БАНК ЦВЕТНЫХ ЭНЕРГИЙ, и слегка приоткрывается (не сама КОПИЛКА), а тайна семейных КОПИЛОК

Многие семьи шнырликов так и мыкаются по свету со всем своим скарбом, пока не найдут подходящий для проживания дом. Конечно, в таком доме обязательно должен быть бо-о-ольшущий чердак: со скрипучими, заросшими паутиной, дверями, хлопающими (даже в безветренную погоду) ставнями; пахнущим средневековьем, подполом и старинным кованым сундуком! Сундук этот, (по счастливой случайности) может оказаться битком набитым неисчислимыми сокровищами, о которых, (по странному стечению обстоятельств) даже не догадываются нынешние хозяева дома. Но самое главное, в нём (не в сундуке, конечно, а в доме) непременно должны быть такие маленькие, крикливые и смешливые отпрыски непрозрачных, то есть, дети!! Уважающий себя шнырлик никогда не вселится в дом, где ими ещё не обзавелись. Нет малышей, нет и изводящих родителей желаний: всех этих бесчисленных «ХОЧУ», и умопомрачительных: «ДАЙ». Ведь каждый шнырлик караулит любое мало-мальски значимое для человека, ЖЕЛАНИЕ, выпасая его, как заправский охотник, добычу! Сначала это может быть обычное молоко, затем, пустышка; вскоре, – первая игрушка, лет через десять, игрушка последняя.

Там, где разливается ароматно-золотистое облачко заветных ЖЕЛАНИЙ, всегда будут виться прозрачные шнырлики.

Взрослые, конечно, тоже мечтают. Первый автомобиль, десятый автомобиль… И так всю жизнь. Их запросы куда искусней, значительнее и затратней, иногда они просто не знают границ. Но по силе отданной энергии это НИЧТО по сравнению с настойчивым хотеньем малыша заполучить шоколадку, или чужого, пусть облезлого зайца! Но при этом существует и одно маленькое «но»… Помните слова мамаши Крутиции? Для того, чтобы сохранить с людьми добрососедские отношения, нырлик просто обязан сам ничего, ну, ничегошеньки НЕ ХОТЕТЬ, НЕ ЖЕЛАТЬ, и ровно ни к чему НЕ СТРЕМИТЬСЯ, и, самое главное, НЕ ДРУЖИТЬ НИ С КЕМ ИЗ ЛЮДЕЙ!

Вы даже и не подозреваете, что у этой разновидности привидений есть свои школы, в которых они только и делают, что НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЮТ, и только тому и учатся, ЧТОБЫ НИЧЕМУ НЕ УЧИТЬСЯ. Кстати, зря вы думаете, что это так уж легко… НЕ УЧИТЬСЯ, УЧАСЬ – бооольшое искусство! Не верите, попробуйте сами хоть на денёк превратиться в шнырлика! Кстати, именно сейчас для вас представился подходящий для этого случай. Ведь в данный момент Духи говорят именно об этом!

– Что вы сегодня делали? – Как бы, между прочим спросила Крутиция.

– Ничего не делали. – как обычно, ответил Скрипыш.

– Что именно не делали? – уточнил Глоти, на всякий случай, делая большие глаза.

– Ну, я… не выучил, – начал сын, ковыряя в носу… – А я… – Продолжала дочь. – Отлично не пошла на «гимнастику плазмы».

Мамаша с нежностью взглянула на своих чад.

– И что вам не задали? – продолжал допрос папа.

– Как всегда, ничего, – ответили детки хором.

– Вы славно не трудились сегодня, за что и не получаете свой не любимый десерт! – разулыбалась мама. – Шучу-шучу! Паучьий мусс в свежих листках белены!

На самом деле нельзя сказать, что НИКТО НИЧЕГО НИКОГДА не делал! Но таков уж главный ритуал шнырликов! Так было почти всегда, не считая беззаботного и весёлого времени летних каникул, (до которых оставалось всего несколько дней), когда детям, наконец, разрешат уклониться от строгих правил, и немножечко пошалить.