Дружина специального назначения

* * *

В связи с тем что трудами Соловейки вся Сигизмундова дружина находилась в ауте, из города наша проклепанная компания выбралась без проблем. Задание было выполнено на «отлично», настроение прекрасное, торопиться не было никакого желания, так что путь назад занял значительно больше времени, чем путешествие в Урюпинск.

Мотя самозабвенно оттачивал мастерство полета, и иногда Илюха не видел трехголового проглота по несколько часов. Солнцевский вначале волновался, но проходило время, и с неизменным победным кличем сверху на них пикировал Гореныш. Ржали лошади, возмущалась Любава, бухтел Изя, в общем, все было как обычно.

Вот и сейчас Мотя куда-то умчался, а коллеги с удовольствием грелись в последних лучах вечернего солнышка.

Вдруг лихой свист оборвал тишину, и на дорогу высыпали десятка два вооруженных молодцев. Вообще-то, по сценарию разбойников (а это были, конечно, именно они), свист должен был оглушить и испугать путников.

Что тут скажешь, привыкшие к Соловейкиному пробуждению коллеги даже не вздрогнули. Любава же вообще презрительно хмыкнула и, только чтобы не покалечить свистунов, решила остановить повозку.

– Стоять, бояться, деньги не прятать! – заявил здоровый детина, грозно размахивая топором.

Илюха тяжко вздохнул, Изя не удостоил нападавших даже таким проявлением внимания. Любава, разметавшая недавно целую дружину, также посчитала ниже своего достоинства как-то реагировать на эти слова, вместо этого она обратилась к Илюхе:

– Ну что, привал, что ли?

– Угу, – согласился богатырь.

Любава не торопясь покинула повозку, демонстративно не замечая застывших в недоумении разбойников.

– Изя, притащи дров, а то будете питаться сухпайком (и когда только таких слов успела набраться?), – доставая котел, нашла работу черту Соловейка.

– Конечно, как за дровами, так всегда Изя, – больше по привычке заворчал черт и сквозь строй совсем обалдевших разбойников отправился в лес.

– Я же сказал: бояться и стоять! – обиженным голосом заметил главарь.

– Может, вам и приятно бутербродами питаться, а я без горячего не могу, – заметил черт и скрылся из виду.

Илюха с явной неохотой покинул насиженное место и перебрался на поваленную березу. Устроившись поудобнее, он наконец обратил внимание на тех, кто попытался их ограбить.

– Ты, что ли, главный будешь? – поинтересовался богатырь у детинушки.

– Я, – согласился тот. – А чой-то вы так себя странно ведете? Даже неприлично как-то.

– День тяжелый выдался, устали мы, – доходчиво объяснил Илюха. – Тебя как звать-то?

– Никола.

– Питерский? – инстинктивно переспросил Илюха, обожающий классику советского кинематографа и все еще находящийся под впечатлением выбранного им образа.

– Не, – протянул разбойник. – Обычный.

– Чего стоишь, Никола, садись, – смачно зевнув, наконец выдал Илюха. – А молодцы твои пусть где-нибудь неподалеку поболтаются.

– А как же грабить? – совсем сбитый с толку поинтересовался Никола.

– Я два раза повторять не буду, – заметил Солнцевский таким тоном, что остальные лесные братья, даже без приказа атамана, вмиг покинули сцену действия и сгрудились метрах в тридцати.

Разбойник, обиженный вдвойне (теперь не только на потенциальных клиентов, но и на свою шайку), послушно уселся рядом со странным монахом-расстригой.

– Давно озоруешь? – после некоторой паузы поинтересовался Солнцевский.

– Давно, – неожиданно для самого себя признался Никола. – Раньше в Волынском княжестве работали, а вот сейчас решили перебраться поближе к столице. В Киев местные лихие люди нас не пустили, так что пришлось брать под контроль дорогу.

Бывший браток с пониманием кивнул:

– Естественно, сферы влияния давно поделены, кто же иногороднего к себе пустит.

– Никто, – согласился Никола и тяжко вздохнул.

– Не надоело?

– Надоело, – признался разбойник. – А что делать?

– Пора уже легальным бизнесом заниматься, – голосом профессионала поведал Солнцевский. – У твоей бригады нет перспектив. Или Берендей карателей пришлет, или купцы выкуп за твою голову назначат, свои же и сдадут.

– Так что делать-то?

– Говорю тебе, создай ЧОП и крышуй себе купцов легально. В казну, конечно, придется отстегивать, но это то минимальное зло, которое вполне можно себе позволить.

– Что создать? – не понял Никола.

– Частное охранное предприятие, – пояснил сведущий в данных делах Солнцевский..

Никола долго соображал, усердно теребя кончик уса.

– Боюсь, не сдюжу, – признался он.

– Тогда вымрешь, как мамонт, – подвел итог Илюха.

– Как кто?

– Неважно, как кто, важно, что вымрешь, – пояснил Солнцевский.

На этот раз пауза оказалась дольше. Видно было, что разбойник задумался всерьез.

– Вы сами-то кто будете? – наконец спросил он.

– «Дружина специального назначения», спецподразделение Берендея.

Никола с уважением цокнул языком.

Пока тянулся этот неспешный разговор двух коллег, Изя уже вернулся из леса с большой охапкой хвороста.

– Ну как, научил коллегу уму-разуму? – ехидно поинтересовался черт, сваливая сучья на землю.

Ответить Илюха не успел. С дороги донеслась разудалая песня, и спустя немного времени из-за поворота показался небольшой караван в несколько повозок. Тут же стала ясна причина бурного веселья. Купец и все сопровождающие его люди были пьяны. Телеги выделывали на дороге такие кренделя, что вообще было непонятно, как они до сих пор не врезались в придорожные деревья.

– Во дают, – хмыкнул Изя. – ГАИ на них нет.

– Чего нет? – опять не понял Никола.

– Ну ГИБДД, какая разница, – буркнул недовольный черт и осекся. – Хотя почему это нет?

С этими словами Изя вмиг сбросил с себя усталость и наглой бодренькой походкой пошел наперерез телегам.

– Изя, ты же не хочешь... – начал было Илюха, но однорогий не позволил закончить:

– Именно хочу исправить упущение. Свято место пусто не бывает!

Изя встал прямо на дороге и деловито поднял руку, требуя остановиться. Возница собрал остатки воли в кулак и дал по тормозам. Черт одернул косуху и подошел к водителю конного средства передвижения.

– Государственная поборная инспекция, старший поборный инспектор средний богатырь товарищ Чертовский. Попрошу предъявить водительское удостоверение, путевой лист и накладные на груз.

– Ась? – не понял купчик.

– Бумаги гони, говорю!

– Так и говорил бы, – с трудом ворочая языком, буркнул попавшийся водитель и, пошарив за пазухой, сунул Изе берестяную грамотку.

Черт со знанием дела повертел ее в руках и сунул себе в карман.

– Откуда и куда следуете?

– Так с Киева в Волынь. Грамоту верни.

– Попрошу слезть с телеги, – проигнорировал требование купца Изя.

– Зачем это?

– Вы управляете транспортным средством в состоянии сильного алкогольного опьянения.

– Ну так выпили по чуть-чуть, – признался купец, начинающий уже немного волноваться.

– Согласно Инструкции № 91555 дробь 1458330 ДСП, последним изменением в предпоследней редакции «Правил передвижения по дорогам княжества», а также учитывая протокол заседания боярской думы от первого апреля тысяча... года, вам предстоит вернуться в Киев на освидетельствование медицинской комиссии, после чего дело будет передано в суд. Всем известно, что наш любимый князь самый справедливый князь в мире, так что высшая мера наказания вам не светит. Однако лишение всех прав, добавление обязанностей и полная конфискация имущества вам обеспечена.

– Парень, ты чего? – только и смог выговорить вмиг протрезвевший купец.

– В данной ситуации я не парень, а старший инспектор по поборам. Понял?

– Понял, – обреченно согласился нарушитель. – Может, на месте решим проблему, а?

– Да вы что?! – взвился Изя очень натурально. – Как это можно, государственному человеку, при исполнении, взятку давать?!

– Почему взятку, подарок, – нашелся купец.

– Ну если подарок... – протянул черт.

– Исключительно подарок! Скажем, на крестины.

Изя аж подавился от такой перспективы.

– Давай лучше ко дню рождения, – изменил трактовку черт.

– Хорошо, – быстренько согласился купчик и вытащил внушительный кошель, и это была его ошибка.

Изя спрятал монеты за пазухой и скромно поинтересовался:

– А остальные сами за себя платить будут?

– В смысле? – не понял взяткодатель.

– Так они тоже пьяные.

– Я же заплатил! – взвыл купец.

– Так я вас и не держу, гражданин. Можете отправляться своей дорогой, а вот остальные вернутся со мной в Киев и предстанут перед судом.

Купчик заскрипел зубами и опять достал деньги. Дальше, как водится, Изя проверил техническое состояние телег, наличие аптечек и средств пожаротушения. В общем, содержимое кошелька уменьшилось наполовину. И только когда купец налился кровью и согласился отправиться в Киев на скорый суд, инспектор Чертовский лихо козырнул под несуществующий козырек мнимой фуражки:

– Счастливого пути! Впредь попрошу воздержаться от употребления алкогольных напитков и не брать вожжи в руки в нетрезвом состоянии.

Разведенный на внушительную сумму денег купец просто рухнул от облегчения.

– Вот это да... – с нескрываемым восторгом оценил показательное выступление Никола.

– Профессионал, – согласился Илюха.

– Вот бы мне так... – мечтательно протянул разбойник.

– Не, так не сможешь. – Солнцевский решительно вернул на землю размечтавшегося Николу. – Чтобы работать в Государственной поборной инспекции, нужно иметь талант. Это тебе не караваны грабить, это высший пилотаж.

Тут Солнцевскому в голову пришла простая как железный рубль мысль.

– Слушай, а ты небось и в Волыни этой все ходы-выходы знаешь?

– Конечно.

– И разбойников местных и служивых.

– Знаю, я же там не один год работал, – пожал плечами Никола.

– Считай, что ты уже в легальном бизнесе, пошли со мной, – радостно объявил Илюха и решительно подошел к уже очухавшемуся купцу.

– Старший богатырь Илья Солнцевский!

Купчик чуть не заплакал от обиды:

– Не буду я больше за вожжами пить, чем хочешь могу поклясться.

Солнцевский пожал плечами.

– Мне все равно, я по другому ведомству прохожу. Отвечаю за безопасность перемещения по дорогам княжества.

Купец немного воспрял духом.

– Ну как, разбойники не досаждают?

– Всяко бывает, – осторожно признался торговый человек. – Иногда вроде ничего, а иногда в буквальном смысле без штанов остаешься.

– Вам исключительно повезло!

– Да? – засомневался только что обобранный Изей купец.

– Несомненно! Позади остались все страхи быть ограбленными на дороге. С сегодняшнего дня за безопасность на северном тракте отвечает частное охранное предприятие «Киевский централ». За символическую плату лучшие охранные люди доведут ваш караван до границы княжества. Гарантия безопасности сто процентов, лицензия на охранную деятельность номер один.

– Только до границ? – поинтересовался купец.

– За границей действуют несколько другие расценки, но разве это существенно при наличии полнейшей безопасности? Кстати, вот и генеральный директор предприятия Никола. Именно он головой отвечает за вашу безопасность.

Тут Солнцевский продемонстрировал вновь испеченному генеральному директору свой массивный кулак.

– Отвечу, – решительно кивнул бывший разбойник.

Купец засомневался, вид генерального не внушал доверия, однако перспектива без проблем добраться до Волыни была очень заманчива.

– Он и на таможне местной знакомых имеет, – добавил положительный момент Илюха.

Тут с победным кличем прямо перед ними спикировал вернувшийся Мотя. Что генеральный директор, что купец открыли от неожиданности рты, а от страха забыли их закрыть.

– Также в критических ситуациях обеспечивается воздушная поддержка огнем.

Купец капитулировал. Илюха облегченно вздохнул. Для подписания контракта в качестве консультанта был приглашен товарищ Чертовский. Правда, перед этим получивший строгий наказ от Солнцевского с первого клиента, в качестве рекламной акции, много денег не брать.

– Ты за кого меня держишь? – возмутился Изя. – Разве я когда брал больше, чем положено?

Через час ударили по рукам, и маленький караван, несмотря на поздний вечер, отправился в путь. Правильно, чего бояться в темноте бывшим разбойникам?

Когда телеги уже тронулись, к Солнцевскому подошел Никола:

– Спасибо тебе, с меня причитается.

– Встанешь на ноги, вернемся к этому вопросу, – улыбнулся опытный Илюха.

– И еще одно... – Никола странно замялся, – больно мне имя Никола Питерский понравилось, можно я так называться буду?

– Об чем базар? По нонешним временам имя полезное, – согласился богатырь. – С таким именем мигом карьеру сделаешь.

Илюха пожал руку вновь испеченному Николе Питерскому, и тот поспешил догнать уже скрывшиеся с глаз повозки.

– Вот, другим хорошие имена придумываешь, а мне? – обиженно загундела Соловейка.

– Любавушка, у тебя очень хорошее имя, – попытался что-то объяснить Солнцевский.

– Оно негероическое.

– Зато красивое, – присоединился к разговору Изя.

– Я все равно имя поменяю, – словно ничего не слыша, решительно заявила Соловейка.

– Только не сейчас, ладно? – остановил Любаву Илюха. – У меня просто нет сил смеяться.

– Ладно, – с некоторой неохотой согласилась Соловейка, и вся компания приступила к ужину, тем более что готовить у нее действительно получалось лучше, чем придумывать имена.

* * *

После всех этих событий Изя категорически потребовал предоставления внеочередного краткосрочного отпуска для восстановления творческого потенциала и пошатнувшегося в боях здоровья. Илюха против отпусков не был никогда, и вместе они принялись уговаривать неугомонную Соловейку. Любава, как человек воспитанный в строгости и почтении к государственной службе, была поначалу тверда и непреклонна, но под напором чертовых аргументов сдала свои позиции, и вся компания провела три незабываемых дня на берегу тихого лесного озера.

Изя ловил рыбу и к всеобщему удивлению баловал друзей то чудесной наваристой ухой, то запеченной щукой, то копченым окунем.

Илюха, словно морж, с удовольствием проводил время в воде, поражая Любаву демонстрацией разных стилей плавания. То, к чему современные люди отнеслись в лучшем случае с улыбкой, привело Соловейку в неописуемый восторг. Богатырь не раз предлагал научить ее плавать, но каждый раз Любава густо краснела и отклоняла предложения. Что поделаешь, купальников в те далекие времена еще не изобрели, а предложить организовать нудистский пляж Солнцевский не решился.

Мотя в три пасти поглощал наловленную Изей рыбу и после этого заваливался спать, неприлично храпя, опять-таки с тройным усердием. В общем, эти дни . оказались самыми прекрасными за все время знакомства членов «Дружины специального назначения».

Но все хорошее когда-то кончается, закончился и этот незапланированный уик-энд. Побросав нехитрые пожитки в повозку, вся компания отправилась в Киев.

Столица встретила уже немножко отвыкших от шума коллег гамом и суетой. Стража, стоящая у ворот, настоятельно попросила взять Змея на поводок, дабы не бесить горожан. Мотя, в попытке догнать отбывшую команду, действительно произвел небольшой разгромчик на улицах, и эмоции горожан еще не совсем улеглись, Илюха не стал обижать Змея таким обращением, а просто велел Моте не отходить от него ни на шаг.

И что интересно, пока вся компания, поскрипывая косухами, добиралась до «Чумных палат», ни один горожанин так и не решился высказать свои претензии. Так, бухтели что-то вслед, но негромко и ненавязчиво.

Дома друзья выслушали доклад вечно чем-то недовольного Феофана. За время отсутствия команды желающих посетить палаты не нашлось. Как только смахнули дорожную пыль и привели себя в порядок, прибыл гонец от Берендея с требованием немедленно явиться пред его княжеские очи.

– Наградить торопится, – пояснил Изя и нетерпеливо потер ладони. – Лично я предпочел бы наличные. Было бы золото, а что купить на него, я и сам решу.

Соловейка и Илюха только пожали плечами, мол, что будет, то и будет.

Через полчаса вся мини-дружина, включая Мотю, вошла в зал, где проводился военный совет. Все были уже на месте: и богатыри, и воевода, и представители боярской думы. Во главе, как ему и положено по статусу, восседал Берендей.

– Проходите, проходите, давно ждем, – с некоторой ехидцей встретил их князь.

– Явились не запылились, – тут же вставил свое слово Микишка из-за трона.

– Мы прибыли только с час назад, – слегка озадаченный таким приемом, пояснил Солнцевский.

– Да знаю, знаю, – буркнул Берендей. – Ну так докладывай, как съездили?

Илюха недоуменно переглянулся с коллегами. Что-то пошло не так.

– Значит, так. Сигизмунд, типа, Лазаревич признает свою ошибку, выражает глубочайшее почтение Киев-граду и возмещает неустойку. Хочу заметить, что физически урюпинский князь не пострадал, дружина его тоже практически цела.

Солнцевский закончил свою речь и подтолкнул вперед Изю. Черт сделал шаг вперед и продолжил начатое компаньоном:

– Все документы подписаны лично Сигизмундом ибн Лазаревичем в здравом уме и твердой памяти в общем-то добровольно. Договор оформлен в соответствии с действующим законодательством.

С этими словами черт положил на стол перед Берендеем свернутый кусок бересты. Князь неторопливо взял свиток, внимательно изучил, довольно кивнул и передал его боярам. Те так же внимательно прочли и даже крякнули от удивления. Что и говорить, бумажки Изя может составлять как никто лучше.

– Это все? – поинтересовался князь.

Илюха почесал затылок и добавил:

– Во время разборок особо отличилась младший богатырь «Дружины специального назначения» Любава.

– Точно, она своим героизмом обеспечила выполнение задания в кратчайшие сроки и с минимальными человеческими жертвами, – тут же дополнил Изя.

Соловейка смущенно опустила глаза, а Берендей впервые за совещание улыбнулся.

– Стоит также отметить нестандартный подход к выполнению поставленной задачи нашего самого младшего из команды, Змея Горыныча Моти, – понесло Илюху.

Однако Изя никак не хотел отставать от своего старшего коллеги и подхватил эстафетную палочку:

– Справедливости ради хочу сказать, что операция прошла настолько гладко только благодаря руководящей роли старшего богатыря Илюхи Солнцевского. Ну и, конечно, только моя природная скромность не дает мне рассказать о своем участии в данном рейде. Хотя гениальная разработка плана, виртуозное его выполнение, отвод сил с поля боя без потерь, а также безупречное тыловое снабжение дружины скажут обо мне лучше всяких слов. Короче, мы молодцы.

Все остальные члены мини-дружины, воодушевленные таким выступлением, утвердительно кивнули головами. Даже Берендей, несколько ошарашенный ораторским искусством среднего богатырского состава, немножко смягчил свою позицию.

– Да ладно, ладно. Кто же спорит, что вы молодцы? Действительно, развели Сигизмунда этого просто отлично. Тут к вам никаких претензий нет.

– А в чем есть? – искренне удивился Илюха.

Берендей нахмурил лоб, нагнал на себя побольше сердитости и начал второй акт пьесы:

– Как ты смел от моего имени брать на службу шайку разбойников?

Илюха про себя выругался, Изя страдальчески закатил глаза, а Соловейка от стыда залилась краской.

– Ты вообще соображаешь, что творишь?! Да они первой же ночью весь караван перережут! – разошелся Берендей.

– Не перережут, – решительно прервал князя Солнцевский. – Никола Питерский реально решил завязать и начать легальный бизнес.

– Он же разбойник! – взревел Берендей, а все присутствующие общим гулом выразили полную поддержку позиции правящей верхушки.

– Смею напомнить, что в нашей команде тоже присутствует бывшая разбойница, а ныне верная трону младшая богатырша Любава. Она своим примером доказала благотворное влияние государственной службы на преступный элемент, – не остался в долгу Изя.

Все присутствующие обратили свои взоры на бедную Любаву. Несчастная Соловейка, и так чувствующая себя не совсем уютно, сейчас вообще готова была провалиться сквозь землю.

– Ты говори, да не заговаривайся! – чуть замявшись, продолжил Берендей. – Нашел с кем сравнивать. Наша Любавушка...

– Наша, – поправил князя неугомонный черт.

– Не перебивай князя! Я и говорю, наша Любавушка... (голос князя преступно дрогнул), ну, в общем, это не одно и то же.

– Гарантирую, что компания «Киевский централ» будет действовать исключительно в рамках закона и приносить в казну немало денег, – отрезал Солнцевский.

Берендей не ответил, откинулся на троне и махнул рукой присутствующим, мол, типа, теперь ваша очередь. Бояре немного побухтели между собой и вынесли приговор:

– Казнить.

Микишка аж крякнул от удовольствия и с радостью потер мокрые ладошки. Глазенки дьячка засияли, а лицо расплылось в счастливой улыбке. Хочется заметить, что эта была первая его улыбка, которую увидели друзья за время знакомства.

– Люди добрые, да за что ж казнить-то? Али мы, не щадя живота своего, за общее дело, месяцами на передовой, в окопах, без горячего питания... – заверещал Изя.

– Да среди нас женщины и дети! – продолжил черт, указывая на Соловейку с Мотей.

– Какие еще мнения? – поинтересовался Берендей, в планы которого совсем не входило казнить подающую большие надежды команду.

Тем более что в ней состоит такая очаровательная девица, как Любава.

Настала очередь богатырей. Илья Муромец, Алеша Попович, Добрыня Никитич и Мартын Лихосватский, к счастью, не оказались такими жестокими. Хотя три былинных богатыря даже не потрудились скрыть искреннюю радость по поводу того, что Солнцевский со своей компанией сел в лужу.

Воевода немного посовещался с сотниками и выдал свое решение.

– Отстранить от службы до выяснения.

Выяснения чего, ребята так и не поняли, но этот приговор им понравился значительно больше. Берендей еще немного, так сказать для приличия, поморщил лоб и вынес свой вердикт:

– За превышение служебных полномочий всю «Дружину специального назначения» от службы отстранить.

Микишка на заднем плане разочарованно засопел. Видимо, такой мягкий приговор был не по душе дьячку. Уж он-то в своих грезах уже давно видел всю команду где-нибудь рядом с палачом или, на худой конец, в темнице.

– А довольствие? – тут же уточнил Изя.

– С довольствия снять, – продолжил несгибаемую линию Берендей.

Изя в очередной раз закатил глаза.

– Прошу заметить высочайшее собрание, что вы обрекаете на верную смерть от голода и холода верных сынов отчизны.

Берендей заметно вздрогнул.

– В том числе и Любаву, – добил его Изя.

– С сохранением половинного довольствия, – сдался князь. – Можете идти.

Под скрытые смешки богатырей, сдержанное неудовольствие думцев и молчаливое возмущение Микишки (в голос возмущаться на таком собрании толмачу никто бы не позволил) вся компания молча покинула зал. Так же молча вышли из терема и уже по традиции дали волю эмоциям на улице.

– Е... ..., ..., ...мать! – открыл прения Илюха. – И какая... рассказала Берендею про Николу Питерского? Я бы его своими собственными руками...

– Это вместо награды, нас с пониженным довольствием от дел отлучили! – поддержал друга Изя.

– Наверняка Микишкина работа! – хлопнул себя по лбу Изя. – Бона он как из-за трона скалился!

– Точно! Кто-то дьячку шепнул, а уж он Берендею доложил с пристрастием.

– Деревня, она и есть деревня, ничего ни от кого не скроешь. Расплодились грибники да дачники, мать их! Ну а дьяка этого при встрече своими руками придушу.

– Ребята, это Киев, а не деревня, – робко попыталась установить справедливость Соловейка. – А Микишку трогать нельзя, он на службе.

– Во-во, Киев, а как в большой деревне, – буркнул Илюха. – Я-то думал, Никола наладит бизнес, заработает честное имя, забашляет налоги, тогда Берендею и доложим.

– Держи карман шире, и у деревьев есть уши! Мы еще думаем, я дьякон уже докладывает.

– Не надо было у озера останавливаться, – напомнила о солидной задержке Любава. Но тут же себя одернула и мечтательным голосом добавила: – Хотя там было так хорошо...

При воспоминании о недавнем отдыхе все как-то успокоились и на лицах даже заиграли еле заметные улыбки. Почти до самых палат шли молча, но Илюха не выдержал первым и взвился у самых ворот:

– А чего, собственно, мы так расстроились? По-моему, все не так уж и плохо!