- -
- 100%
- +
Глава 1: Обычный четверг
Четверг, 7:57. Сельская школа, 2 этаж, раздевалка-коридор у 9-х классов.
Утренний воздух в здании прохладный, пахнет старой краской, мелом и чьим-то дешёвым парфюмом из соседнего кабинета физики.
За окном серое небо, редкие капли мороси, вдалеке слышен низкий гул городского автобуса, следующего к заброшенному маслозаводу — конечной его маршрута.
Школа ещё не полностью проснулась: где-то хлопают двери, кто-то пересказывает вчерашний сериал, у автоматов с водой уже выстроилась очередь из семиклашек.
Я стою у своего шкафчика. На рюкзаке висит брелок в виде микросхемы, в кармане куртки телефон с 14% заряда (забыл зарядить ночью, как обычно). В расписании первым стоит история, потом физика, биология, ОБЖ, а затем почти полтора часа информатики — единственный предмет, где учитель реально даёт списывать и разрешает кодить на Python во время практических.
Из-за угла появляются Лёха и Дима — условные приятели по классу. Лёха уже жует бутерброд, Дима листает телефон, показывая скриншот из Telegram: «В пригороде якобы видели военных колонны.» Пиздёж или нет? В трёх шагах, у расписания, стоит Аня, на год младше. Она в наушниках, делает вид, что читает объявление, но взгляд мельком скользит в мою сторону. Мы не обменивались ни словом уже пять месяцев.
Где-то в конце коридора спорят Макс и Кирилл — те двое, с кем у меня натянуто. Голоса глухие, но напряжённые. Кажется, речь про сломанный проектор и «кто должен был его выключить».
Звонок прозвенит через три минуты. Учитель истории, Валентина Петровна, уже идёт по коридору, неся папку с тетрадями и термос с чаем. В кабинете биологии по радио тихо бормочут утренние новости: « …Погода на Кавказских Минеральных Водах: Пятигорск, ожидаются слабые осадки, температура от +7 до +15 градусов… » — голос обрывается помехами, радио переключается на попсу.
Мир обычный. Ничего не предвещает. Но кто-то знает: где-то в этой монотонности всегда есть точка, после которой всё меняется.
Проходя мимо кабинета информатики, я заметил школьную перепалку двух семиклассников, составив связанный текст из их бормотания стало ясно: ссора из-за украденного диска с игрой, не стал вмешиваться. Зайдя в кабинет я как обычно поздоровался со знакомыми, меня слегка ослепил свет ламп висящих на потолке. Рефлекторно прищурив глаза, я прошел к своей парте. Пока я раскладывал учебники, меня резко хлопнул по плечу приятель — Коля. Испугавшись от неожиданности, хоть это Коля делает регулярно, я повернулся.
— Привет! Вижу, лицо у тебя снова мёртвое — Заметил Коля — не выспался?
— Да, привет. Ты ведь знаешь, когда тебя будят не вовремя, ты весь день ходишь сонный, я хотел встать позже, но не смог…
Он сделал небольшую паузу, сделал вид, будто думает о моих словах, хотя он это вообще никогда не делает.
— Ладно, бывает. Я тоже иногда весь день хожу как выжатый лимон.— Подчеркнул он — Сегодня опять расписание не очень...
Аня мельком посмотрела в кабинет истории, проходя мимо.
— Ага, одно их худших расписаний, еще и 7 уроков. Сдохнуть можно, я уже хочу домой.
— Да ладно тебе, щас отучимся и пойдем по домам, ах да! Еще мне нужно успеть таблицу списать, давай я пошел!
— А.. Ага…
Уткнувшись в телефон, я начал новый матч в цифровом судоку, и… опять как ни странно выиграл, любил в нее играть, слышал что такие игры ускоряют мышление, но это сомнительно, впрочем мне просто интересно играть в подобного рода игры. Прозвенел звонок, пришел учитель, все как обычно, началась проверка работ, я из домашки сделал лишь кусочек таблицы, на скорую руку. Учитель, посмотрев покачал головой и произнес:
— Ну-ну! Видно же что списал! Вот умный же парень, но ленивый! — Валентина Петровна тяжело вздохнула — Сегодня я тебе ничего не ставлю, но так больше не пойдет! На следующий урок принеси сделанную.
Раздражает, когда так говорят. Эту последовательность слов сказал мне уже каждый учитель в этой школе. Ещё и таблицу нужно доделать… Я ненавидел этот предмет и почти никогда не отвечал ничего устно, для меня не было смысла читать эти параграфы. Урок прошёл спокойно, меня не вызывали, это довольно редко случается, может она наконец поняла что я не собираюсь учить историю? Прозвенел звонок, все подскочили, будто их держали многотонными цепями. Следующий урок физики вроде.
Коридор встречает привычным гулом. Я выхожу из кабинета, за спиной остаётся монотонный голос учителя, бубнящий про даты и реформы, которые я давно решил для себя не запоминать.
В кармане тихо вибрирует телефон — 11% заряда, очередная реклама мусорных игр. Мозг работает как отлаженный скрипт: паттерны, логика, предсказуемость. В отличие от школы.
Кабинет физики через пару пролетов. По пути снова прохожу мимо раздевалки: девочки уже убрали косметику, но запах въедливый, сладковатый, оседает на ткани куртки. Становится не по себе, голова начинает кружится, ускоряю шаг.
У кабинета уже стоит небольшая очередь из желающих сдать опозданные тетради. Дверь приоткрыта. Изнутри доносится строгий, но ровный голос Марьи Ивановны. На доске мелом выведена формула: F = ma. Рядом висит пожелтевший плакат с законами динамики.
Лёха и Дима стоят у стены. Лёха, жуя жвачку, шепчет:
— Слушай, в местном чате пишут, что на выезде из города пробки. Говорят, какая-то колонна ехала, но не военная. Санитарная, типа. Или скорые... Что думаешь?
Дима пожимает плечами:
— Опять паникёры. Вчера про воду писали, что хлорку добавили, сегодня — колонны. Скоро про пришельцев будут, — Дима усмехнулся — Забей.
Я прохожу мимо. В голове мелькает привычная мысль: Если бы реально началось — аптеки, строительные рынки, генераторы, инструменты, консервы. Не училка с формулами и не пробки на выезде.
Захожу в кабинет. Свет тот же, холодный, лампы на секунду мерцают, когда иду под ними. Привычное место как всегда пустует — третья парта у окна, где розетка ближе всего.
Из-за двери на мгновение выглядывает Аня. Не заходит, просто стоит секунду, потом разворачивается и уходит в сторону библиотеки. Никаких слов, как обычно.
Марья Ивановна входит, кладёт журнал на стол, начинает перекличку. Моя фамилия звучит во второй строке. Отмечаю присутствие кивком.
Учитель подключает ноутбук к проектору. Вместо привычной презентации — синий экран с надписью: Нет сигнала. Она вздыхает, поправляет очки:
— Опять этот старый HDMI... Ладно, сегодня будем разбирать законы Ньютона на практике. Кто помнит, что такое инерция и как она проявляется в быту?
В этот момент за тонкой дверью кабинета раздаётся резкий звук. Не звонок. Не крик. Скорее, глухой удар, потом быстрый, неровный топот. Кто-то спотыкается, роняет металлический предмет. Через три секунды — тишина. Марья Ивановна останавливается, смотрит на дверь. В её голосе появляется лёгкая, но заметная напряжённость:
— Тимур, открой пожалуйста, проверь коридор.
Всё ещё обыденно. Но впервые за сегодня воздух в кабинете будто стал чуть плотнее. Лампа над входной дверью едва заметно мигнула.
Открыв дверь я увидел мелких, первоклашки играли в салки, похоже они увлеклись и не услышали звонок, один поднимал с пола другого, я фыркнул им что перемена закончилась, на урок пора. Закрыл дверь и объяснил Марье Ивановне что это всего лишь дети, ничего серьёзного.
— Ох, ладно, на чём мы остановились?
Привычная обстановка, бормочущие одноклассники, высветилось уведомление о низком заряде: Зря все таки я уснул не выключив телефон.
— Эй, есть повербанк? — Я обратился к своей однокласснице Саше. Скулы рефлекторно сжались.
Я знал что у нее есть повербанк, но не знаю что она может выкинуть. Она посмотрела на меня, её взгляд был слегка раздраженным.
— Да, есть. Если хочешь, то хорошенько попроси. — Саша ответила с ухмылкой. я фыркнул про себя.
— Да ну тебя, попрошу у кого-нибудь еще.
Найдя зарядку, мне стало немного спокойнее, не придется общаться с остальными.
— Тимур!
— А? Что? — Я высунул голову.
— Выходи, двойку закрывать будешь!
Я уже и забыл про неё. Вставая, я случайно задел уголок парты. Столы тут были старые, некоторые болты давно разошлись. Держащаяся на честном слове парта последовала за моей ногой, соскользнула и упала на каркас, раздался грохот, я даже удивился что ее не вырвало. Будто пол класса обернулось ко мне. Нечего тут стоять.
Поднимаясь к кафедре, шаркая кроссовками по линолеуму, в голове всплыло: Сегодня распродажа. И почему я вспомнил это именно сейчас, у доски? Марья Ивановна уже подготовила установку: на штативе закреплён динамометр, рядом лежат грузики по 100 грамм, тележка на колёсах и деревянная наклонная плоскость.
— Так, Тимур, — учительница поправляет очки и смотрит на меня поверх оправы. — Задача простая. Нам нужно продемонстрировать зависимость силы трения от силы нормальной реакции. Ставь тележку на плоскость, крепи динамометр и тяни равномерно. Класс, внимательно смотрим на показания прибора!
Крючок динамометра уже меж пальцев. Металл холодный. Тележка немного скрипит, но в целом механизм исправен. Класс не заинтересован в физике, ну да, кому это сейчас нужно, им важнее тусоваться и заниматься всем кроме учёбы, лишь некоторые старательно конспектируют.
Я тяну тележку. Стрелка прибора дрожит и замирает на отметке 0,4 Н.
— Вижу равномерное движение? — спрашивает Марья Ивановна.
— Ну, вроде да, — Не отрывая взгляда от шкалы.
— Отлично. — Марья Ивановна тяжело выдохнула. — Теперь добавь груз в 200 грамм.
Вторая рука кладёт грузики на платформу тележки. Они звякают друг о друга. Снова тяну. Стрелка ползёт вверх: 0,7 Н. В этот момент краем глаза я замечаю движение у окна. Там, на школьном дворе, медленно проезжает белый фургон с красной полосой. На боку — полустёртая надпись: «Биоматериалы. Служба контроля».
Машина не школьная, не городская. Она останавливается у служебного входа, рядом с котельной. Из кабины выходят двое в серых комбинезонах и масках-респираторах. Один несёт металлический кейс.
Я моргнул. Странно. Санэпидемстанция? Или бракераж? Сегодня? Но Марья Ивановна уже торопит:
— Тимур, результаты? — Показывая, на только начерченную таблицу, она обратилась ко всему классу: — Записываем в таблицу на доске.
В голове прокручивается логичное объяснение: Пищевая проверка. Стандартная процедура. Маски — чтобы не чихать на продукты. Кейс — пробы, реактивы. Всё сходится.
Саша, сидящая за второй партой, смотрит с лёгкой усмешкой — мол, «не отвлекайся, умник». Лёха на задней парте зевает и шепчет Диме: Скоро звонок? Я есть хочу.
Записывать цифры мелом ещё-то удовольствие, руки после него сухие и пачкают всё подряд. Почерк как обычно, ровный, но мысли уже где-то в другом месте. Фургон во дворе. Маски. Кейс. В новостях утром что-то бормотали про «локальные проверки».
Я тогда не вслушивался.
Марья Ивановна кивает:
— Хорошо. Садись, исправил двойку. Мог бы, и пояснить, почему показания изменились, но хотя бы данные верные.
Я возвращаюсь на место. Телефон в кармане тихо вибрирует — пришло уведомление от школьного чата.
Учитель уже вызывает следующего. За окном люди в комбинезонах заходят в здание школы через чёрный ход. Дверь за ними закрывается с глухим щелчком.
Сообщение из классного чата. Пишет классный руководитель: "Дети, автобуса после уроков не будет!". Все уже привыкли, его почти никогда нет. Появилось желание сходить сегодня в столовую, поесть хотя бы один день вкусной еды.
— Тимур — Шёпот донёсся спереди. Этот голос был довольно приятным. Я понял голову. Это была Саша, все мои мысли будто упали в пропасть, я нахмурился.
— У меня там с компом проблема, я не могу создать конспект, ворд вылетает постоянно, поможешь после уроков? — Она делает паузу, чуть тише добавляет: — Пожалуйста. Не у кого больше спросить.
За её спиной Марья Ивановна уже разбирает установку, бормоча что-то про «молодёжь и гаджеты». Лёха с Димой перешёптываются про новую игру. Алиса передаёт кому-то записку. Обычный урок. Обычный шум.
Но в моём внутреннем календаре щёлкает напоминание: После уроков — в город, потом домой. Зарядить всё. Проверить обновления. Может, скачать тот новый симулятор выживания…
Саша ждёт ответа. Её взгляд навязчивый и не отступает, она всегда так смотрит если чего то просит, считает что ей все должны. Она знает, что я разбираюсь. И знает, что я обычно отказываю, это её раздражало.
За окном белый фургон всё ещё стоит у служебного входа. Дверь в здание больше не открывается.
— Нет, не могу, у меня дела сегодня.
— Ты всегда мне отказываешь — Она сказала это закатив глаза и надув щёки, будто это что то изменит.
Мой ответ не изменчив. Сегодня много дел я не могу пропустить последний день распродажи! Трезвон молоточка об металлические чаши. Наконец перемена, та, которая дольше остальных. Я решил заскочить в столовую перекусить, на подносах стояли булочки, слойки, фирменные пиццы, сосиски в тесте, и пирожки: Такого еще не было!
Монеты зазвенели в руках, отсчитал ровно 120 рублей, все очень вкусно выглядит, видимо школа предельно подготовилась к проверке. Коля, увидев меня, подсел со своим подносом забитым свежими булками:
— Вот это да! Вот это школа дает! Я давно такое не видел. Всё так аппетитно выглядит, жаль что у меня совсем немного с карманных оставалось, все спустил на эту замечательную выпечку:
— Угу. — промямлил я с набитым ртом.
Коля продолжил что-то там говорить. я погрузился в мысли. Краем глаза заметил Аню, прошедшую мимо их столика. Она с подружками заняла другой, на противоположном конце.
Столовая гудит ровным, будничным гулом. Запах свежего теста и расплавленного сыра действительно выбивается из привычного школьного меню. На раздаче Галина Семёновна работает быстро, молча накладывая порции, будто торопится закрыть смену. На стене у телевизора тихо бормочет местный канал, в углу экрана бегущая строка о плановых работах на теплотрассе, звук приглушён.
Коля, доедая слойку, продолжает бормотать:
— …короче, если сегодня не заберу, то завтра уже по другой цене, надо будет заскочить домой за деньгами. Ты вообще видел, что в чате писали про перекрытие трассы? Говорят, трубы меняют, экскаваторы уже подогнали.
— Ну, норм, зато в пробках не застрянем…
— Это да, слуш, ты завтра на линейку пойдёшь? Завуч сказал, парадная форма обязательна, как будто мы в армию собрались.
Он замечает, что я смотрю в сторону, и следит за взглядом.
— А, Аня. Да забей, она опять спектакль разыгрывает. Ты ж знаешь, она так всегда.
Коля отмахивается, допивает компот и встаёт.
— Ладно, мне на биологию, а то опоздаю. Доедай и подтягивайся быстрее.
Он хлопает друга по плечу и уходит.
Да… Удачи точно не помешает… я выдохнул. До сих пор не понимаю, из-за чего она резко оборвала со мной все связи… Возможно нужно было еще тогда поговорить с ней. Меня будто что-то держало.
Я остался один за столиком. Столовая постепенно пустеет, шум посуды становится всё тише. Я осматриваю столовую. Аня уже ушла.
— Когда успела? — случайно сказал вслух.
Тяжёлая тишина между нами знакома до автоматизма. Я давно перестал на неё реагировать.
Из динамиков под потолком раздаётся короткий щелчок, затем голос завуча: «…Внимание, учащиеся 8–11 классов. Напоминаем, что завтра проводится обязательная линейка во внутреннем дворе. Форма одежды — парадная. Явка обязательна…» Голос звучит чуть резче обычного, но в нём нет паники. Скорее, стандартное раздражение.
Телефон в кармане тихо вибрирует. Заряд теперь 8%. Приходит сообщение от местного паблика «Наш Район»: «С 14:30 до 18:00 временно ограничено движение по Центральной ул. и выезду в город. Ведутся плановые работы на коммуникациях. Приносим извинения за неудобства». Под постом уже два десятка комментариев: «опять трубы», «зато асфальт новый положат», «когда уже всё доделают». Обычный местный фон.
До следующего урока — 4 минуты. Тарелка пуста. Вкус действительно был непривычно хорошим, но логичное объяснение уже лежит на поверхности: проверка повышенный бюджет на меню отчётность после проверки всё вернётся к обычной каше с тушёнкой. Я закрываю этот вопрос в голове, как закрывают вкладку в браузере.
Положив поднос на стол для объедков я вышел из столовой, с набитым животом направляясь на биологию.
— Снова этот надоедливый класс… — Сказал я себе под нос.
Кабинет биологии встречает знакомым запахом старых учебников, мела и едва уловимого аромата эфирных масел, которые Алёна Николаевна всегда ставит на подоконник для атмосферы. Урок давно начался. Учитель снова рассказывает про строение легких, хотя, я уже давно знаю про это, урок идет в спокойном темпе, все также и скучно и шумно.
Голос её ровный, почти гипнотический: …альвеолы окружены сетью капилляров, диффузия кислорода происходит за счёт разницы парциальных давлений… Я запомнил это ещё с седьмого класса, когда впервые разобрался в теме через научпоп-статьи, как раз тогда я и понял, что школьный учебник даёт лишь поверхностную схему. Сейчас это просто фон, под который можно отключить сознание.
Я аккуратно втыкаю кабель в розетку у своей парты. Экран телефона мигает: 8% 9%. Заряд идёт медленно, за урок полностью не зарядится, даже если не учитывать ужасное напряжение в розетках.
В классе царит привычная переменно-урочная атмосфера: на задней парте шёпотом обсуждают вчерашний матч, Лёха рисует в тетради какой-то шестерёнчатый механизм, Дима спит, подложив сложенную куртку под щёку. Алёна Николаевна делает вид, что не замечает, лишь изредка поправляет очки, не останавливая лекцию.
За окном, сквозь матовое стекло, виднеется часть двора. Белый фургон всё ещё стоит у служебного входа. Один из людей в сером комбинезоне вышел на улицу, курит, смотрит на часы. Второй заносит в здание ещё один металлический кейс. Дверь закрывается. Никакой спешки. Никаких лишних движений. Просто работа.
Телефон на экране показывает 12%. В кармане ветровки тихо звякает ключ. В расписании после биологии — только ОБЖ и два урока информатики. Потом та самая распродажа электроники в городе, ради которой, собственно, я и доживаю этот четверг.
Алёна Николаевна делает паузу, ставит указку на стол и смотрит на класс:
— Кто может объяснить, почему при воспалении лёгких нарушается газообмен и чем это опасно для организма?
Молчание. Лёха продолжает рисовать. Дима тихо сопит.
Взгляд учительницы скользит по рядам и останавливается на мне. Она знает, что я разбираюсь. Знает, что мне скучно. Знает, что отвечать я не любитель. Но спросить обязана.
— Тимур, — произносит она спокойно, без нажима, но с лёгким профессиональным вызовом — Ты же знаешь про воспаление лёгких. Объяснишь? Или сегодня тоже «ленивый день»?
В классе на секунду стихает шёпот. Несколько голов поворачиваются в мою сторону. Это выбор без выбора, я обязан ответить, иначе мне поставят соответствующую оценку, эти цифры означают лишь заинтересованность, перед зубрёжкой. Ничего не остаётся.
— Да, хорошо.
Я встаю, без рвения, времени еще достаточно, чтобы ответить. Старый облезлый стул, будто со времён Советского Союза шаркает по линолеуму, качается и дребезжит от плохо затянутых болтов.
— Так, при воспалении легких газообмен нарушается по нескольким причинам: Во первых газообмен нарушается изза заполнения альвеол жидкостью и клетками иммунной системы. Они вытесняют воздух, и газообмен в этих участках останавливается. А… Во вторых изза воспаления в лёгких нарушается баланс между поступлением воздуха и притоком крови, в одних участках воздуха мало, а крови много, в других —наоборот. Изза этого кровь не успевает как следует насытиться кислородом.
Алёна Николаевна кивает, в её голосе появляется та самая профессиональная удовлетворённость, которая появляется только когда ученик говорит не по учебнику, а по делу.
— Верно. Воспалительный экссудат нарушает диффузию, гипоксия нарастает. Садись, пять. Хоть кто-то в классе действительно понимает физиологию, а не просто переписывает определения.
После наконецто заслуженной оценки я опускаюсь на стул. Не было радости, просто я получил то, что должен был, без предвзятости.
Урок доигрывает свои последние минуты в привычном шуме: кто-то перелистывает тетрадь, кто-то тихонько зевает, за окном ветер шевелит ветки каштанов. Я отключаю телефон от кабеля — на экране 28%. Вполне достаточно, чтобы дойти до дома и не превратиться в кирпич, но лучше если заряда будет больше.
ОБЖ проходит в том же режиме: учитель монотонно рассказывает про огнетушители и эвакуацию, показывая слайды, которые не менялись ещё с 2018 года. Я слушаю вполуха, отмечая про себя, что половина инструкций уже неактуальна, а план эвакуации в школе висит криво и перечёркнут маркером «Здесь ремонт».
Два часа информатики — единственное время, когда школа перестаёт быть хаосом и превращается в систему. Олег Викторович не читает лекций. На доске: «Массивы. Практика».
Место у розетки — для меня оно бесценно, я почти каждый день прихожу с разряженным телефоном, 27%. Заряд возобновился. Стабильный рост. IDE. Тёмная тема. Задача на сортировку. Пальцы находят клавиши, и мир сужается до курсора. Код течёт ровно: читать парсить выводить. Здесь нет двусмысленностей, только логика.
Телефон вибрирует. 35%. Уведомление МЧС: «…рекомендуется оставаться в помещениях…». Мозг мгновенно оптимизирует тревогу: если опасность реальна — была бы эвакуация; раз мы пишем код — система считает ситуацию штатной. Палец сворачивает уведомление.
Олег Викторович проходит мимо, смотрит в монитор секунду. Кивает.
— Чисто. Сдавай.
Никаких эмоций. Констатация факта. Это лучшая оценка.
Я отправляю файл. До конца урока двенадцать минут. Вместо новой задачи открываю браузер: «Биоматериалы служба контроля что это». Официальные постановления. Но на форуме — удалённый пост трёхчасовой давности: «…карантин по новому штамму. Молчат, чтобы не сеять панику». Кэш пуст. Внутренний компилятор выдаёт ошибку: недостаточно данных. Фургон за окном выезжает через задние ворота. Дверь закрыта. Звонок. 51%. Выходя, я мельком вижу Аню, она сидит на скамье, видимо ждёт кого-то. На ней легкий красный шарф, он ей к лицу. Она смотрит на него. Ни слова. Как и всегда.
13:35. Конец уроков.
Грохот стульев, звонкий гам, толпа вываливается в коридоры. Я надеваю куртку, проверяю карманы: ключи, кошелёк, школьный пропуск.
Провожаю словом Колю, он рвется что то купить, я не расслышал. Сажусь на лавочку во внутреннем дворе школы, прохладный ветер окутывает двор, густой туман, закрывающий слишком дальний обзор еще больше расслабляет. Вдалеке слышно чириканье птиц, но оно все еще перебивается гулом учеников. Наконец можно отдохнуть, наедине со своими мыслями.
Прохладный воздух окончательно прочищает голову. Нарастающая головная боль проходит, тело расслабляется от накопленного напряжения. Можно ли это считать терапией?
Глава 2: Разрыв шаблона
Телефон показывает 13:42. До закрытия распродажи в «ТехноМаркете» осталось около трёх часов. Пешком до города — километров шесть-семь по асфальту, если идти по обочине трассы. Точно не вариант, можно сказать так: Стереть себе ноги, замёрзнуть и простудится, или потратить 60 рублей? Ответ очевиден.
Я выхожу за школьные ворота. Разваленные, неопрятные домики плавно переходит в пригородную застройку: двухэтажные дома с участками, заборы из профнастила, редкие магазины с вывесками «Продукты», «Хозтовары». На столбе у развилки висит свежее объявление: «Плановое отключение горячей воды с 18:00 до 22:00. Приносим извинения». Стандартно. Всё по графику.
Дорога тихая. Прошёл один грузовой «Газель» с надписью «Доставка», потом легковушка. Из приоткрытого окна одной из машин доносится обрывок местного радио: «…специалисты завершают обработку…» — голос обрывается, когда машина сворачивает на боковую улицу. Вероятнее всего, отчёт той самой санэпидемстанции или плановая дезинсекция. Я не задерживаю на этом внимание. Лишние переменные только грузят оперативку мозга. Серый день, прохожие, машины. Все они слились в одну массу, все они идут по своим делам. Никто не выделяется, мир будто каждый день теряет свои краски. Мысли, мысли, мысли…