Полярный квест. Рассказы

© Владимир Плеханов, 2023

ISBN 978-5-0060-3038-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сборник рассказов

Кайтаки

…Об этом месте велись разговоры во все времена. Разноречивая народная молва старательно порождала огромное количество слухов, зачастую самых нелепых. Но те из аборигенов, которые полагали, что осведомлены об этом таинственном месте чуть больше остальных, были абсолютно убеждены в том, что все эти постоянные пересуды и давние легенды имели под собой вполне реальную основу…

…Примерно в тридцати пяти километрах от Северобайкальска, если ехать по автомобильной дороге, между двумя малыми озерами под общим топонимом «Граменское», через которые протекает одноименная река Грамна, располагается крохотная тихая деревенька в шесть домов под созвучным с местными названием Граменка. С одной стороны ее прикрывает стена невысоких северобайкальских гор, а с другой прилегает зеленая равнина. Жителей в деревне едва наберется человек пятнадцать, то есть, проживает там всего-то несколько семей. В большинстве своем это люди, которым уже далеко за шестьдесят, а то и за семьдесят, среди них есть и русские, и буряты. Их дети и внуки с семьями давно живут в крупных городах. Но обитатели Граменки не любят городского шума, им больше нравится вот такие спокойные уголки с удивительно красивой девственной природой. Кто-то из них живет здесь с самой молодости, а некоторые переехали уже в зрелом возрасте. До выхода на заслуженный отдых все они занимались кто художественными ремеслами, известными далеко за пределами Восточной Сибири, кто различными местными промыслами, которыми так богато северное Прибайкалье, а потом так и остались жить в этих необычайно живописных и спокойных местах.

Железная дорога, идущая через Северобайкальск, является участком знаменитой на весь мир легендарной Байкало-Амурской магистрали и проходит километрах в четырех от Граменки, но на «железке» в этом месте не оборудовали даже и полустанка, поэтому обеспечение всем необходимым происходит исключительно по автодороге. И жителям Граменки стало привычным раза по два в неделю гонять на мотоцикле в Северобайкальск, чтобы запастись необходимым провиантом, а летом еще и окунуться в священные байкальские воды, которые удерживают в себе холод в любое время года. Но если кому захочется выбраться на «большую землю», например, побывать в том же Иркутске, то это уже либо по великому озеру на корабле, либо самолетом из местного аэропорта Нижнеангарска.

Все, что не покупается в магазинах, деревенские издавна привыкли добывать себе сами в огороде, в лесу и в реке. Как известно, местные, как мужчины, так и женщины, всегда были и остаются заядлыми охотниками и рыболовами, поэтому им был прекрасно знаком каждый уголочек этих гор, покрытых густыми таежными лесами, каждый кустик равнин и каждый камешек мелких журчащих горных речушек. Сколько бесчисленных километров исхожено таежными и горными тропами, известными одним этим людям…

…Меня зовут Игорь, я из Ярославля, работаю врачом в одной из городских поликлиник. Однажды ранним летом вместе с женой Мариной, фармацевтом по профессии, мы приехали в Иркутск в гости к моим родственникам. Как-то раз, рассказывая про Байкал, мой дядя поведал нам и легенду о существовании в тех краях тайного и мистического места, которое, судя по описанию, может находиться как раз на северной оконечности озера, возможно, где-то недалеко от той самой деревни Граменки. Говорили, что это странное место расположено где-то в горах, но точно не знает никто. Таинство и мистицизм ему придавали легенды о якобы существовании там некого портала перемещения во времени, а кто-то с большой уверенностью утверждал, что туда когда-то очень давно высаживались инопланетяне и с тех самых пор это место считается проклятым. Однако, несмотря на то, что об этом то и дело судачат местные жители, никто и никогда особенно не старался докопаться до истины. Кто-то просто верил в это как в древний миф этих мест, кто-то не верил, а кто-то просто не желал самостоятельно проверять подобные сомнительные гипотезы. В общем и целом все сохранялось на уровне разговоров.

Но что касается меня и моей жены, то мы были достаточно молоды, и нас привлекли не только неповторимые красоты этого места, мы с ней не на шутку заинтересовались этой мистической информацией и решили, пока гостим у родственников, ненадолго отправиться в Граменку, поговорить с жителями и попытаться установить истину. Я надеялся, что это исследование не только добавит нам удовольствия во время путешествия, но и придаст ему особую прелесть и пикантный приключенческий привкус.

В тот же день я через Интернет заказал нам скромный двухместный номер в северобайкальской гостинице «Вист» по улице Студенческой, расположенной совсем рядом с берегом Байкала. Также через всемирную паутину были куплены билеты на самолет, который вылетал только на следующий день. У нас было время для подготовки к путешествию, надо было запастись небольшим количеством провизии на первое время, и приобрести спецодежду, подходящую для походов в таежные места. Так, на всякий случай…

В назначенное время мы с Мариной добрались до иркутского аэропорта, заняли свои места на борту комфортабельного Ан-148 и, спустя примерно полтора часа благополучно совершили посадку в Нижнеангарске. Потом еще полчаса автобусом до Северобайкальска, заселение в гостиницу и отдых с осмотром этого небольшого городка и непременным посещением берега северного Байкала.

На другой день с раннего утра после плотного завтрака, одетые в нашу таежную спецодежду и резиновые болотные сапоги, на попутной машине мы отправились в Граменку. Погода была хорошая, светило солнце, по небу проплывали немногочисленные облака. Воздух обладал изумительной свежестью. Водитель высадил нас на шоссе около поворота на проселочную дорогу, ведущую прямо к Граменке, по которой мы пересекли заросшую густой и высокой травой равнину, а потом, не спеша, добрались до места. Сначала мы осмотрелись. Вокруг было тихо, в деревне совершенно не ощущалось присутствие жизни. Всего одна короткая улица, проезжая часть которой была покрыта слоем белого гравия, объединяла все шесть деревянных домов, три из которых располагались почти рядом с озерами. На всей улице мы заметили только два деревянных колодца с крышей от дождя и металлическими ведрами на цепочках.

Было немного жарковато, и мне захотелось попробовать местной водички. Подойдя к ближайшему из колодцев, я открыл обе дверцы крышки колодезного сруба и стал опускать ведро в темноту бревенчатого ствола, как обычно придерживая ворот специально оборудованным для этих целей резиновым тормозным кольцом, чтобы ведро не очень быстро опускалось и случайно не сорвалось в колодезную бездну. Было слышно, как внизу оно с шумом плюхнулось в воду на дне и зачерпнуло ее, немного затонув в неглубоком русле. Вдвоем с Мариной мы стали крутить ручки ворота, а когда полное живительной влаги ведро поднялось на цепи, вытащили его, захватив за дужку рукой, и поставили на край сруба. Местная водичка оказалось очень прохладна и на удивление вкусна.

Пока мы возились с колодцем, в заборе соседнего дома открылась калитка, и оттуда вышел седовласый старик на вид лет восьмидесяти с густой бородой в плотной белой льняной рубашке с вышитыми посередине красными узорчатыми полосками, в ватных штанах и валенках с калошами. Он показался мне обычным пожилым человеком, но при этом я заметил в нем нечто такое, что должно было бы непременно выделять его среди всех остальных жителей Граменки. Увидев его, мы на пару мгновений замерли, как нашкодившие дети, которых застали врасплох за детской шалостью.

Но дед не стал ругать нас за то, что мы без спроса воспользовались его колодцем, а наоборот приветливо обратился к нам.

– Здравствуйте, ребята! Как это вас сюда занесло, в такую глушь? – произнес дед, улыбаясь в пышную седую бороду.

– Добрый день, дедушка! Вы уж извините, что мы ваш колодец использовали, жарковато, пить очень захотелось, – виновато произнесла Марина.

– Ничего, пейте на здоровье, мне не жалко! Вода у нас холодная ключевая, очень вкусная и, говорят, даже целебная! Мы вот все здесь ее пьем и живем очень долго, и здоровье до сих пор крепкое, никакая хворь не пристает! – с явной гордостью и удовольствием произнес дед.

– Спасибо, мы уже заметили, что очень вкусная, просто слов нет, а места эти ваши, думаю, сами собой жизнь продлевают! – ответил я, желая как-то задобрить деда.

– Это точно, места у нас удивительные! – снова гордо проговорил дед. – Вы откуда сами будете и куда путь держите?

– Мы вчера из Иркутска прилетели… – начал говорить я, а дед слушал, не перебивая, пристально поглядывая на нас обоих, – меня зовут Игорь, я врач, а это моя жена Марина, она фармацевт.

– Вон даже как! Благородные у вас профессии! А я буду Макар Ксенофонтович, – представился старик, – можно звать дед Макар.

– Очень приятно! – ответил за нас я, и мы с Мариной приветливо улыбнулись.

– Вы что-то здесь ищите? – вдруг прямо спросил дед.

– Не буду лукавить, мы не просто так оказались в этих краях. У нас есть определенный интерес к этой местности, но скажу честно, без вашей помощи мы не сможем здесь найти то, что хотим, – проговорил я.

– Без чьей это «нашей»? – немного настороженно спросил дед.

– Ну, без вас, местных жителей! – ответила Марина.

– Что ж, вижу, вы ребята хорошие, а гости у нас не так часто бывают, так что заходите-ка лучше в дом, там и поговорим… – доброжелательно предложил дед и, развернувшись, направился к бревенчатому строению с шиферной крышей, печной трубой и крашенными синей краской резными наличниками на трех окнах, смотрящих на улицу.

Мы согласились и пошли за стариком во двор, минуя калитку, а потом по большому крыльцу с навесом в форме крыши «домиком» прошли внутрь. После больших сеней, где мы оставили уличную обувь, дед провел нас в комнату, и мы мгновенно окунулись в атмосферу бытового убранства середины прошлого века. В красном углу перед иконами на трех цепочках висела латунная лампадка с горящим огоньком. На стенах мы заметили какие-то портреты и фотографии в рамках, висящие с наклоном, как было модно еще в давние времена, на полах из крашенных светло-коричневой краской широких досок были расстелены домотканые пестрые половики и сшитые из разноцветных лоскутков небольшие коврики. Посередине комнаты находился большой круглый стол на массивных ножках, покрытый белой кружевной скатертью и задвинутые под него четыре стула из темно-коричневого дерева с плоскими спинками. Возле стены разместился явно очень старый «пузатый» массивный диван с высокой спинкой, обитый черной натуральной кожей. У противоположной стены располагался большой зеркальный желтого дерева шифоньер с посудой, рюмками, фужерами и парочкой графинов. На трех подоконниках стояли цветы в глиняных горшках, а под потолком подвешен простенький округлый плафон с лампочкой. На одной из стен висели часы с кукушкой, которые размеренно отсчитывали секунды, минуты и часы, казалось бы, остановившегося здесь времени. Но то, что мы находимся не в прошлом веке, подтверждал водруженный на старый черного дерева комод совсем современный «плоский» телевизор. По обе стороны от него, видимо, для оживления интерьера, были поставлены фарфоровые статуэтки и явно рукотворные изделия из дерева и соломы. Чистота и уют комнаты лишний раз доказывал, что в доме есть хозяйка.

– Марфа, поди-ка сюда, у нас гости! – крикнул дед куда-то вглубь дома.

Через несколько секунд со стороны кухни мы услышали шаркающие шаги, а потом в комнате появилась и сама хозяйка, пожилая женщина в повязанном на голову белом платке, вязаной теплой зеленой кофте, темной юбке ниже колен, коричневых чулках и суконных домашних тапочках.

– Это Марфа Аполлинариевна, жена моя, мы так вот с молодости все и вместе, – не без гордости хвастливо произнес дед.

– Да, действительно, в наше время такие крепкие браки не часто встречаются, – одобрительно констатировал я.

– Доброго здоровья, ребятки! – приветливо сказала пожилая женщина, – что же вы, садитесь, я сейчас самоварчик поставлю, чайку с вареньем попьем, а вы пока поговорите с моим дедом.

– Спасибо большое, бабушка! – улыбаясь, сказала Марина, а дед в это время выдвинул стулья из-за стола, чтобы мы смогли присесть.

– Варенье у нее знатное! У нас тут почти все свое. Тайга рядом, охота, рыбалка, собственный огород… – начал рассказывать дед про свою жизнь в этих местах, а мы просто вежливо слушали и ждали, когда речь, наконец, зайдет о цели нашего прибытия.

Когда все было готово, мы начали чаевничать. По комнате расползался непередаваемый аромат свежеприготовленного чая, настоянного на местных травах, а дед продолжил разговор, но уже в нужном нам русле.

– Ну, ребятки, рассказывайте, и что же это вас интересует в наших заповедных краях? – спросил дед, как здесь принято, держа пальцами расписное фарфоровое блюдце, малыми глотками отхлебывая предварительно налитый в него из чашки густой горячий чай, чтобы не обжечься, и заедая черничным вареньем, которое черпал чайной ложечкой из хрустальной розетки.

– Понимаете, сами мы из Ярославля, сейчас в отпуске, отдыхаем у моих родственников в Иркутске, – начал было рассказывать я.

– Вон вы из какой дали!? – удивленно произнесла бабушка, перебив меня.

– Вы, конечно, можете нам не поверить, но мы приехали сюда не для охоты или рыбалки, а для того, чтобы проверить то, что слышали от одного нашего иркутского родственника, – сказал я, глядя попеременно то на деда Макара, то на его жену Марфу.

– Интересно, рассказывайте! – сказал дед, поставив блюдце на стол и принявшись внимательно слушать, разместив на столе согнутые в локтях руки.

– В общем, как мы поняли, об этом давно ходят разные слухи, говорят, что где-то в этих местах, в горах, существует загадочное и даже мистическое место. Но что именно там происходит и почему оно покрыто плотной завесой тайны, никто точно не знает. Вот мы и хотели бы именно у вас, местных, узнать, является ли все это выдумками любителей легенд и сказок или же действительно где-то здесь существует такое необычное место. И, если все это верно, то, что именно там такого необычного, таинственного, и каким образом можно нам до него добраться? – медленно, чтобы старики могли все точно понять, проговорил я, продолжая отхлебывать чай из чашки.

– Ну что ж, ребята, не скрою, до нас тоже доходили слухи о существовании такого места. Но мы живем здесь почти всю свою жизнь, но лично ни с чем подобным не встречались! – высказался дед, и я заметил, что он на мгновение отвел глаза в сторону, что говорит о том, что он явно лукавит.

– Хорошо, а, может быть, кто-нибудь из ваших соседей в Граменке мог бы что-нибудь рассказать об этом? – спросила Марина.

– Не знаю, ребятки. Конечно, и мы сами, и каждый из наших соседей знаем эти места подробно, как свои пять пальцев, все многократно исхожено и перехожено, но насчет какого-то «тайного места», думаю, вряд ли кто-то может вам что-то поведать. Вы варенье-то кушайте, чаек пейте, – улыбаясь, произнес дед Макар, резко уходя от темы разговора, но я уловил его едва заметный, даже какой-то строгий взгляд на сидящую рядом хозяйку, которая просто многозначительно молчала, будто бы боялась проронить хоть одно лишнее слово.

– Ну что же, уважаемые Макар Ксенофонтович и Марфа Аполлинариевна, огромное спасибо вам за гостеприимство, за угощение, все было очень и очень вкусно! Извините за беспокойство, нам, пожалуй, пора. Время у нас еще есть, полюбуемся местными красотами, Байкалом, а потом вернемся в Иркутск догуливать отпуск, – сказал было я, и мы с Мариной, отодвигая назад стулья, начали вставать из-за стола, чтобы направиться к выходу.

Пока мы пересекали комнату по домотканым половицам, я услышал, как бабушка что-то коротко шепнула своему мужу. Когда мы дошли до выхода в сени, дед Макар вдруг коротко нас окликнул.

– Подождите, ребята!

– Да, Макар Ксенофонтович! – ответил я, повернувшись в его сторону.

– Мы тут с Марфой Аполлинариевной посовещались… В общем, она считает, что вам можно доверять, то есть, она это чувствует. Это так или?..

– Уверяю, что можно, если это, в самом деле, большая тайна, то она останется вместе с нами, – очень серьезно заявил я, – мы же работаем в медицине, в конце концов, и знаем, что такое тайна…

– Тогда покорнейше прошу вас вернуться за стол… – произнес дед Макар, сделав нам рукой приглашающий жест.

Мы с Мариной снова сели за стол, а бабушка Марфа, почему-то радостно улыбаясь, снова стала разливать в чашки свой отменный чай с чудным ароматом и положила нам в стеклянные розетки домашнего клубничного варенья.

– Ребята, прежде всего, я хочу вас спросить, действительно ли ваш интерес к этому месту является бескорыстным, познавательным, а не в целях предания огласке или чего-то подобного? – серьезно спросил Макар Ксенофонтович.

– Можем поклясться в этом! – ответил я, машинально подняв правую руку, а Марина утвердительно кивнула.

– Люди много клянутся в чем бы то ни было, но не всегда сдерживают все эти обещания, но в данном случае ситуация несколько иная. Мы вам просто верим. Это первое. Второе, если вы все-таки попытаетесь кому-то постороннему проболтаться, то сразу забудете все, что здесь увидите и услышите, – предельно серьезно произнес дед Макар, – и это никакая не шутка.

– Почему же так? – спросила Марина, отхлебывая из своей чашки чай, поражающий воображение своим неповторимым ароматом и уникальным вкусом.

– Так это место устроено, всю правду о нем знают только немногие посвященные, а они никогда не могут сообщить эти сведения кому бы то ни было другому, а тем более опубликовать, например, статью в газете. Поэтому журналистам мы никогда ничего не рассказываем, хотя они-то здесь бывали неоднократно, все допытывались, вот примерно, как вы сейчас. Но ни один из них не получил от нас никакой информации для своих дурацких статеек. Поэтому легенды гуляют, слухи множатся, а истины никто до сих пор не ведает. Поэтому люди и думают, что все это просто выдумки газетных щелкоперов, – проговорил дед Макар, а от его прежней веселости не осталось и следа.

– Все понятно, уважаемый Макар Ксенофонтович, но тогда скажите нам, когда мы сможем отправиться в путь? Мы уже готовы… – сказал я, в очередной раз, с удовольствием отхлебнув из чашки домашнего чая.

– Я так полагаю, давайте уже завтра, мне тоже надо собраться, приготовиться… Вы пока посидите с Марфой Аполлинариевной, а я схожу к соседу и попрошу его отвезти вас в Северобайкальск на мотоцикле. Мой что-то забарахлил, – произнес дед Макар, встал из-за стола и направился к выходу из дома. Через несколько секунд через окно мы увидели его неспешно идущим по улице в сторону соседнего дома.

С нами осталась бабушка Марфа, которая снова предложила нам что-нибудь перекусить, но мы отказались, так как напились чаю, да и предстояла скорая поездка в город, в гостиницу, отдохнуть…

– Бабушка, можно вас спросить? – произнесла Марина.

– Конечно, внучка, спрашивай! Я догадываюсь, что вы будете меня спрашивать, – по-доброму улыбаясь, ответила Марфа.

– А почему сначала дед Макар не хотел говорить нам о том, что знает про это тайное место?

– Понимаете, ребятки, мы с супругом являемся кем-то вроде хранителей этого тайного места, а Макар самый старший изо всех нас, он первым получил это тайное знание, эту ответственность, поэтому он и знает больше всех нас. И назад у него пути уже нет. Но остальные жители знают, но далеко не все. Правда, Макара местные уважают и слушаются, он многие годы считается вроде старосты нашей деревни. Макара даже в администрации Северобайкальска хорошо знают, иной раз местные власти его приглашают на разные ихные заседания и мероприятия. На празднование Дня Победы приглашают и меня тоже, потому что мы с ним оба ветераны Великой Отечественной, даже боевые награды имеем, – рассказывала Марфа Аполлинариевна.

– Это сколько же вам тогда сейчас лет, простите за нескромный вопрос? – не без удивления поинтересовалась Марина.

– Много, ребятушки, много… мне девяносто шесть недавно исполнилось, а деду сто два минуло. Да, да, все истинная правда!

– Это просто потрясающе! Невероятно! – воскликнула Марина с неподдельным удивлением и покачала головой.

– Места у нас очень благоприятные для жизни, воздух и натуральные продукты – все это здоровье укрепляет, – пояснила Марфа.

– Вот, например, у нас в Ярославле тоже встречаются долгожители, нет-нет, да и сообщат в новостях об очередном дне рожденья столетнего или даже еще более старшего гражданина или гражданки. Причем, всегда говорится о том, что они еще бодрые, полны сил и душевной энергии. А ведь, кстати, чистота экологии в нашем регионе весьма далека от вашей здешней, – сказал я, улыбаясь.

– Ну, жизнь человека и здоровье зависит от многих вещей, – начала было пояснять Марфа, а потом осеклась, всплеснув руками, – да что я вам-то об этом рассказываю, вы же доктора, и сами все прекрасно понимаете.

Нам осталось только улыбнуться, немного смутившись.

– Вот интересно, а в администрации района хоть кто-нибудь знает про это удивительное место? – с интересом спросил я.

– Нет, ребятки, Макар никогда и никому не рассказывает об этом, даже если случайно спрашивают, нельзя ему даже и намеками об этом распространяться, в этом его строгое послушание тоже заключается.

– Тогда почему же он передумал и решил именно нам все показать и рассказать? – спросил я Марфу.

– Что вы ему такого шепнули, что он передумал? – сразу же за мной спросила Марина.

– Что я ему шепнула? Да ничего такого особенного, просто сказала, что вы мне показались очень хорошими людьми и вам можно доверять… – ответила Марфа, как мне показалась, немного уклончиво, но более-менее логичное объяснение мы получили.

Потом для поддержания беседы Марина стала расспрашивать, чем они с дедом раньше занимались, как жили, а Марфа с удовольствием и даже с нескрываемой гордостью рассказывала и об их участии в Великой Отечественной войне, и об их трудовом ремесленном и промысловом поприще…

Когда в комнату зашел вернувшийся дед Макар, мы с Мариной только тогда заметили, что его не было почти час. Он объявил нам, что все в порядке, он договорился. Сейчас подъедет сосед и отвезет нас в город.

– Пойдемте, я вас провожу. Да, ребята, только с соседом ни о чем даже и не говорите, он ничего не знает об этом месте, – сказал Макар, а с улицы уже был слышен шум приближающегося мотоцикла, а мы дружно кивнули, принимая условия.

Тепло попрощавшись с Марфой Аполлинариевной, мы вышли вместе с дедом Макаром через калитку на улицу. Ненароком повернув на пару мгновений голову в сторону дома, я заметил, что бабушка провожала нас взглядом из окна. Тут подъехал сосед на мотоцикле марки «Днепр», которая имела передачу заднего хода. Я где-то читал, что такие модели широко использовались еще в советских вооруженных силах. Он заглушил мотор и снял пластиковый шлем с откидным защитным стеклом.

– Познакомьтесь, это Никита Иванович, житель нашей деревни, – представил мотоциклиста дед Макар, – он отвезет вас прямо в Северобайкальск до гостиницы.

– Добрый день, уважаемые гости! Можно просто Никита! – приветливо произнес сосед-мотоциклист, который был на вид намного моложе стариков, пожалуй, ему было лет пятьдесят. На его голове еще сохранились обширные русые волосы, правда местами их уже коснулась седина, его густо загорелое лицо было исчерчено морщинами, но я не мог не заметить его светло-зеленых блестящих и живых глаз, присущих человеку очень веселому. Никита Иванович протянул мне руку и приветственно кивнул Марине.

– Я Игорь, а это Марина, моя жена! – в свою очередь любезно представил я нас обоих, пожимая его даже очень крупную ладонь с толстыми пальцами в прошлом очевидно сельского труженика.

– Прошу занять места в моем «лимузине», – в шутку проговорил Никита, и мы разместились, Марина в люльке, а я на заднем широком кожаном сидении за водителем. И все сразу же надели защитные каски.

– Ребята, – напутственно сказал дед Макар, когда сосед снова завел свой мотоцикл и медленно крутил ручку газа, готовясь тронуться с места, – не забудьте, завтра Никита Иванович приедет за вами в гостиницу к девяти утра, а потом привезет сюда, и мы с вами пойдем на охоту, а заодно и грибов наберем.

– Хорошо, все ясно! – ответил я, кивнув, понимая, что дед Макар про грибы задвинул для конспирации.

Мотоциклист газанул уже в полную силу, и его стальной конь, взревев всей мощью своего двигателя, натужно сдвинулся с места и, постепенно разгоняясь и шурша шинами по мелкому гравию, направился проселочной дорогой в сторону трассы.

Пока мы ехали, Никита сначала молчал, возможно, он просто присматривался к нам, а когда мы уже выехали на асфальтированное шоссе и существенно прибавили скорость, через пару минут он вдруг спросил: