Дитя Северной Звезды

Дитя

Северной

Звезды

Пролог

В небольшой печи душной маленькой избушки догорали последние угли. Лирия сидела на полу, обхватив руками колени и, как заворожённая, смотрела на редкие язычки пламени.

«Меня не должны найти», – не переставая, думала она.

За окном хрустнула ветка. Лирия вздрогнула, по её спине пробежал холодок. Она вскочила на ноги, подошла к столу, взяла стоявшую там кружку с водой и быстрым движением руки плеснула в очаг тёплую воду. Угли зашипели и потухли, наполнив маленькую комнату едким дымом. Лирия прокашлялась и подошла к окну, пытаясь всмотреться в непроглядную темноту глухого ночного леса. В нескольких шагах от избушки промелькнула тень. Сердце девушки вздрогнуло и бешено заколотилось в груди. Лирия отскочила от окна.

– Этого не может быть! – дрожащим голосом прошептала Лирия.

Она подбежала к стене и трясущимися руками сняла висевший на ней старый замшелый лук. Присев, свободной рукой нащупала на полу обломанную стрелу. Резко поднялась и поместила её на тетиву. Повернувшись к двери, приготовилась встретить незваных гостей.

– Вам не удастся заполучить меня, мерзкие твари! – прошептала Лирия, стиснув зубы. За дверью послышался шорох. Лирия крепче сжала стрелу дрожащей рукой и попятилась назад. Она отчётливо слышала, что кто-то пытается открыть дверь. Лирия приготовилась стрелять. Дверь в избушку медленно со скрипом отворилась. Девушку накрыла волна дикого ужаса. Она вскрикнула и отпустила тетиву. Стрела, пролетев пару метров, с гулким стуком упала и покатилась по полу. Комната поплыла у Лирии перед глазами, ноги подкосились, и она медленно сползла по стене на пол.

– Нет, Лирия, не стреляй! Это я, Уилфорд!

Но девушка уже не разбирала слов.

Глава 1

В огромном парадном зале, наполненном ярким полуденным светом, раздался стук в дверь, и на пороге появился дворецкий:

– Сэр, Вас хочет видеть месье Орчестер.

– Дэлтон, я ведь говорил – не беспокоить. Меня ни для кого нет, – гневно отчеканил мужчина, сидевший в большом дубовом кресле, обтянутом чёрной кожей. Он медленно и с наслаждением потягивал крепкое вино двухсотлетней выдержки из хрустального бокала. На его руке сверкала огромная золотая печатка с изображением головы тигра.

– Но, сэр! Месье Орчестер говорит, что у него есть информация о вашей дочери.

Сидевший в кресле человек резко поставил бокал на край огромного дубового стола овальной формы и вскочил на ноги. Он был высокого роста. Благородная осанка выдавала в нём высокое происхождение и соответствующее воспитание. Поджарая фигура говорила о хорошей физической подготовке несмотря на то, что её обладатель был немолод. Идеально подобранный камзол в тёмных тонах выигрышно подчёркивал особенности его безупречного телосложения. Его чёрные, как смоль, волосы были аккуратно подстрижены. Солнце освещало высокие скулы, ровный нос и слегка расчерченный морщинами лоб. Тонкая линия его губ дрогнула. В тёмно-карих глазах мужчины мелькнула искорка надежды и боли.

– Дэлтон, пригласи месье Орчестера войти, незамедлительно!

– Конечно, сэр, – ответил старый худощавый дворецкий и направился к двери.

Через некоторое время он вернулся и произнёс:

– Месье Орчестер, сэр.

– Спасибо, Дэлтон, – коротко ответил хозяин дома.

Вслед за дворецким в зал вошёл полноватый невысокого роста мужчина с седыми волосами, собранными в хвост. Он был одет в тёмно-зелёный кафтан с белыми накрахмаленными манжетами и воротником, тёмно-коричневые штаны были заправлены в чёрные сапоги. В руках он держал чёрные кожаные перчатки. Лицо его было испещрено морщинами. В его голубых глазах читалась усталость. Под седыми усами виднелись розовые, потрескавшиеся от ветра, губы. Вид у него был довольно измождённый. Весь он с ног до головы был покрыт пылью.

– Альберт, дорогой друг, здравствуй! – воскликнул седовласый гость. – Я мчался так быстро, как только мог.

– Генри, прости, я настолько удручён пропажей своей дочери, что просто не хотел никого видеть. Что привело тебя ко мне? И, насколько я полагаю, ты совершенно один. Это ведь так опасно, Генри. Почему ты не взял с собой сопровождение?

– У меня не было времени на то, чтобы собрать в дорогу сопровождающую группу. Альберт, у меня есть новости о Лирии.

– Какие? Она жива? Где она? – нервно воскликнул Альберт.

– Дорогой друг, успокойся, она жива. Я узнал о том, что она прячется в районе маленькой деревни Мелиотса, в глухом диком лесу. Уилфорд уже отправился за ней. И я полагаю, что она уже в безопасности, под присмотром моего сына.

– Я немедленно отправляюсь на её поиски, – воскликнул Альберт, переполненным решимости тоном.

– Альберт, в этом нет необходимости. Мой сын Уилфорд отправился за Лирией в тот самый момент, когда вести о её местонахождении дошли до наших с ним ушей, – возразил месье Орчестер.

– Генри, что же ты предлагаешь мне, сидеть сложа руки? – возмутился Альберт.

В разговор вмешался стоявший до сих пор безмолвным дворецкий. Дэлтон ещё мальчишкой пришёл работать в дом Велендоров. Когда родился Альберт Велендор, Дэлтону Макрейсу, тогда ещё работавшему конюхом, было семнадцать лет. И с самого детства Альберта Дэлтон был для него хорошим другом. Родители Альберта умерли, когда ему исполнилось четырнадцать. Отец Альберта, граф Эдуард Велендор со своей супругой – матерью Альберта, графиней Иорэлией Велендор возвращались домой от теперь уже покойной матери графини. И уже на полпути к дому на них напали разбойники, ограбили и убили весь графский экипаж. Альберт очень тяжело переносил смерть любимых родителей. Но поскольку он был единственным ребенком и наследником, ему пришлось в свои четырнадцать лет взять управление родовым поместьем «Золотая роза» и всеми делами отца в свои руки. Дэлтон Макрейс стал его помощником и советником во всём. Но больше чем на должность дворецкого, он ни за что не соглашался. Альберт всегда прислушивался к Дэлтону и полагался на него. А Дэлтон настолько любил своего дорогого друга Альберта, что был готов ради него на всё. Они с самого детства были как братья. И на протяжении стольких лет Альберт ничего не скрывал от Дэлтона.

– Сэр, я полагаю, что вам стоит дождаться её здесь и как следует подготовить место для её укрытия, – спокойно заявил дворецкий.

– Дэлтон, перестань называть меня «сэр». Генри мой хороший друг и тебе не обязательно соблюдать перед ним эти формальности, – с нажимом сказал Альберт. – И, пожалуй, ты прав. Но возникает вопрос: где же я могу спрятать мою дорогую Лирию? И от кого я должен её прятать?

– Альберт, – обратился к нему Дэлтон, – почему бы тебе не отвезти малютку Лир в поместье «Балтон» к своему кузену Эндрю? В такой крепости она, несомненно, будет в безопасности.

– Нет, Дэлтон, об этом не может быть и речи! Больше я не отпущу свою девочку от себя ни на секунду. Она останется здесь, и это моё последнее слово, – заявил не терпящим возражений тоном Альберт.

Генри и Дэлтон обменялись обречёнными взглядами. Они оба знали, что Альберт не изменит своего решения, и попытки переубедить его потерпят неудачу. У Альберта Велендора был волевой и твёрдый характер. Он был склонен принимать поспешные необдуманные решения. К тому же он был очень упрям и принятые им решения практически невозможно было оспорить, и тем более, если это касалось его любимой дочери. Жена Альберта умерла при родах Лирии. Он очень страдал из-за смерти своей горячо любимой Бетти. И всю свою любовь он отдал малютке Лир, тем более что она была просто копией своей матери. Судьба на протяжении всей жизни отбирала у Альберта дорогих ему людей, и он не переживёт, если с его дорогой Лирией что-то случится.

Лирия открыла глаза и сразу же зажмурилась от яркого солнечного света. Она чувствовала жуткую усталость: голова шла кругом, тело всё онемело, и к горлу подкатывала тошнота. Собрав все свои силы, она спросила неизвестно у кого:

– Где я?

– Лирия, милая, ты очнулась! Как я счастлив! Родная, я так скучал! Я так переживал за тебя! Но теперь всё позади. Ты со мной, ты в безопасности, – заговорил какой-то очень знакомый ей голос.

Лирия различила силуэт молодого мужчины. Присмотревшись получше, она узнала в нём своего жениха Уилфорда. Неописуемая радость переполнила её сердце. Собравшись с силами, Лирия приподнялась на месте и обвисла на шее как будто из ниоткуда появившегося рядом любимого. Уилфорд был немалого роста, практически на голову выше Лирии. Бугристые мышцы перекатывались под белой рубахой, которая была наполовину расстёгнута и идеально контрастировала с упругой карамельной кожей. Его светлые волосы блестящими завитками обрамляли лицо и рассыпались по широким плечам. На его чуть смуглом лице чётко выделялись красивые яркие глаза, голубая бездна которых, разбавленная серебристыми вкраплениями, манила и приковывала взор, словно колдовское озеро, в которое хочется окунуться с головой. У Уилфорда был нос с небольшой горбинкой, будто вылепленный искусным кропотливым скульптором, и тонкие губы, к которым хотелось прикоснуться, ощутить их бархатистость. Над правой бровью виднелся небольшой продолговатый шрам, который совершенно не портил красивое лицо, а наоборот, придавал ему мужественности. Волевой подбородок и острые скулы довершали образ могучего воина, словно сошедшего с полотен самых талантливых художников, сумевших передать всю стать и величие мужской красоты.

– Как ты меня нашёл? – дрожащим голосом спросила Лирия, наслаждаясь крепкими объятиями любимого.

– Потом, дорогая, сейчас тебе нужно отдохнуть и поесть, – заботливо произнёс Уилфорд.

Он выпустил девушку из объятий и, чуть отвернувшись, начал что-то судорожно искать в старой дорожной сумке. И только сейчас Лирия заметила, что она лежит на соломенной постилке в какой-то телеге. На ней было надето мешковатое платье из грубой ткани и странной формы башмаки, которые были велики ей на несколько размеров. Лирия огляделась вокруг. Повозка была невелика. Управлял ею какой-то толстенький мужичок маленького роста, с оттопыренными ушами, курносым носом и маленькими, как пуговки, глазками. Он, не переставая, насвистывал себе под нос какую-то весёлую песенку. Лирия выглянула за бортик телеги. Дорога, по которой они ехали, проходила через поля и была очень пыльной.

– Куда мы едем? – спросила Лирия.

– Домой, родная, – улыбаясь, ответил Уилфорд.

Глаза Лирии округлились, сердце бешено заколотилось, прожигая грудь.

– Нет! – вскричала она. – Нам нельзя туда ехать!

– Хи! Ещё ничего не ела, а уже так орёт! – пробурчал мужичок, управляющий повозкой.

Лирия бросила гневный взгляд в его сторону. Он хрюкнул и продолжил преспокойно насвистывать себе под нос песенку.

– Лирия, в чём дело? Почему нам нельзя ехать домой? – недоумевающе уставился на неё Уилфорд.

– Они найдут меня там, – со слезами на глазах закричала девушка.

– Кто они? Что произошло, Лир? Куда ты исчезала? – всё так же ничего не понимая, спросил Уилфорд.

Он придвинулся к Лирии и обнял её за плечи.

– Всё хорошо, Лир. Всё закончилось. Мы скоро будем дома, – попытался успокоить её Уилфорд. Но после этих слов девушка ещё больше разозлилась и прокричала, тряся над головой кулаками:

– Ты не понимаешь, Уилфорд! Если я появлюсь там, они найдут меня и тогда всё… Всё кончено!

– Что кончено, Лир? Я не понимаю. Объясни же, – с грустью в голосе промямлил Уилфорд.

– Я не могу тебе рассказать всего, милый. Просто доверься мне, пожалуйста, – взмолилась Лирия.

– Ну, хорошо. И куда же нам теперь ехать? – спросил Уилфорд.

– Тааааак! Я чего-то не понял! – вмешался в разговор мужичок. – Я не для того здесь рассекаю, чтобы потакать капризам какой-то избалованной девчонки.

– Да я ему сейчас уши откручу! – воскликнула Лирия, бросившись на него с кулаками. Уилфорд успел схватить разъярённую девушку за талию, когда её руки были буквально в двух сантиметрах от уха бедного возницы и брыкающуюся, потащил её в другой конец телеги.

– Вот женщины! Всегда посягают на самую выдающуюся часть у мужчины. Ну, чем ей мои уши не понравились?! – бурчал возмущённый толстячок.

– Это что ещё за гном-переросток? – кричала разгневанная Лирия. – Да я ему сейчас задам! Отпусти меня, быстро!

Уилфорд держал вырывающуюся невесту и заливисто смеялся во весь голос.

– Чего ты хохочешь? – возмущённо вскрикнула девушка – Быстро отпусти меня!

Но Уилфорд крепко держал любимую и даже не собирался её отпускать. Когда Лирия поняла, что у неё совершенно нет шансов вырваться из крепких объятий любимого, она решила поберечь силы и оставила попытки высвободиться из рук парня. После того, как Уилфорд убедился, что Лирия абсолютно спокойна и взял с неё слово, что она будет держаться от кучера как можно дальше, он отпустил её. Девушка гневно покосилась на мужчину, но данное слово нарушать не стала и, надув свои пухлые губки, уселась на соломенную постилку. Её чёрные, словно вороново крыло, длинные волосы, блестящими локонами струясь, ниспадали на молочно-белые плечи. Выразительные тёмно-карие глаза под сенью пушистых угольных ресниц сверкали молниями на всё ещё хихикающего Уилфорда. Маленький аккуратный носик слегка пофыркивал. Круглые щёки на красивом овальном личике, раскраснелись от досады. Но даже сердитая и слегка растрёпанная, Лирия не утратила свою манящую красоту и пленительную грациозность, именно такую, которую поэты веками воспевали в своих произведениях. Соблазнительную точёную фигуру, пропитанную женственностью и изяществом, не портило даже бесформенное одеяние. Маленькие бриллиантовые капельки пота, скатывались по нежной шее на высоко вздымающуюся грудь, оставляя неровные ручейки на мраморной коже, и исчезали в складках грубой ткани платья.

– Ах, да! Я же вас не познакомил, – улыбаясь, выпалил Уилфорд.

Возница присвистнул и что-то невнятно пробурчал себе под нос. Лирия пронзила Уилфорда холодным взглядом и, фыркнув, отвернулась.

– Лир, это Буль. Он единственный, кто вызвался помочь мне в твоих поисках.

– И что толку? – возмутился Буль – Эта бешеная улитка всё равно этого не ценит.

Глаза Лирии округлились.

– Это я бешеная улитка?! Да я тебе сейчас покажу, шибздик лопоухий! – Лирия вскочила на ноги.

– Ну, всё, хватит вам, – прокричал Уилфорд, задыхаясь от хохота. – Вы всю дорогу ругаетесь. Сколько можно?

– Это всё он!

– Это всё она! – в один голос прокричали Лирия и Буль, тыча друг на друга пальцами.

– Прекратите, иначе мне придётся вас связать и заткнуть вам рты ветошью, – сказал Уилфорд, пытаясь сделать грозный вид.

– Ладно. Что дальше будем делать? – спросил Буль, косясь на злобно нахмурившуюся девушку. – Куда едем-то?

– Даже не знаю, – замешкался Уилфорд. – Лир, что скажешь? Лир, ты слышишь меня? Лирия!

Девушка неподвижно сидела на дне телеги, уставившись округлёнными глазами куда-то вперёд. Уилфорд перевёл свой взгляд в ту сторону, куда смотрела Лирия. На горизонте виднелся какой-то город. Стены, окружающие его, были огромной высоты из чёрного горного камня, с большими железными воротами. Над стенами виднелись массивные тёмные башни.

– Что это за город? – не отводя взгляда от исполинских строений, спросила Лирия.

– Не знаю, – ответил заворожённый открывшимся зрелищем Уилфорд.

– Хорошо, – раздался писклявый голосок Буля. – Поскольку самый трезво думающий человек здесь я, то предлагаю заехать в этот город и посмотреть, что там в нём есть интересного. Ибо я ранее никогда не видывал столь громадных построек.

Лирия и Уилфорд одновременно одарили Буля холодными взглядами.

– Ну, хорошо, хорошо, я молчу, – подняв вверх пухлые ручки, промямлил Буль.

– Ладно, я думаю, Буль прав и нам стоит заехать в этот город, – сказал Уилфорд, глядя на Лирию.

Она помолчала с минуту и сказала:

– Непременно!

Громоздкий подвесной мост, ведущий ко входу в город, был перекинут через ров, усеянный длинными острыми кольями. Повозка медленно и осторожно въехала на мост и направилась к огромным распахнутым воротам. Все строения в городе были нереально больших размеров. Вокруг не было ни одного человека.

– Куда все подевались? – в недоумении прошептал Уилфорд.

Повозка медленно направлялась к круглому обширному зданию из чёрного кирпича с большими створчатыми окнами, из которого доносились приглушённые звуки громкой речи.

– Что это за строение? – спросила Лирия, прижимаясь к Уилфорду.

– Не знаю. Пойдёмте посмотрим, – предложил Уилфорд.

Повозка остановилась.

– Подождите, ребята! Сдаётся мне, что это закрытый праздник, на который нас не звали, – негромким голосом выпалил толстячок.

– Буль, хватит нервничать, ты ведь у нас такой смелый! Или это только с беззащитными девушками? – язвительно высказалась Лирия.

– Ну, ничего себе беззащитная девушка! Мегера какая-то! – взвизгнул обиженно Буль.

– Хватит вам! – прикрикнул Уилфорд – Мы будем сидеть здесь и ссориться или всё-таки пойдем посмотрим, что там происходит?

Буль, бурча и чертыхаясь себе под нос, скатился с повозки. Уилфорд спрыгнул с телеги на землю и помог спуститься Лирии. Все трое направились к огромной двери круглого здания.

– Слушайте, кто-то должен остаться, чтобы проследить за повозкой. Я могу это сделать абсолютно бескорыстно, – сказал Буль, размахивая пухлыми ручонками.

– Буль! – Уилфорд гневно посмотрел на него.

– Ну, всё, всё. Я всего лишь предложил. Не хотите – не надо, – пробурчал мужичок, семеня вслед за Уилфордом и Лирией.

Уилфорд отворил тяжёлую огромную дубовую дверь, и все трое прошли в тёмный, кое-где освещённый факелами, коридор. В стенах коридора находились выемки в форме арок, в которых стояли скульптуры каких-то крылатых чудовищ с открытыми клыкастыми пастями, значительно превышающих человеческие размеры. Коридор был довольно длинным, а потолок очень высоким. В конце коридора располагалась большая деревянная дверь. Из-за неё доносились громкие мужские голоса. И чем ближе Уилфорд, Лирия и Буль подходили к этой двери, тем громче и отчётливее становилась речь, и они уже могли различить слова. Говорившие люди, о чём-то разгорячённо спорили.

– Я думаю, что не лучшей идеей будет наше появление посреди этой шумной беседы, – запинаясь, проговорил Буль.

– Тише, Буль. Нужно узнать, о чём спорят эти люди и кто они вообще такие, – сказал Уилфорд.

Все трое замолчали и прислушались.

– …у нас совсем нет времени. Мы должны что-то придумать и как можно скорее. – доносился из-за двери громкий спокойный бас.

– Бельфигор, но что мы можем сделать? Праздник мерцающей луны будет уже через пять дней. Мы не успеем ничего предпринять. Единственное, что в наших силах – это увести всех жителей из города, – грустно пробасил второй собеседник.

– Мы не можем бросить наш город, Аргус, – сказал первый.

– У нас нет выхода, – с грустью сказал второй.

И тут в разговор вмешался кто-то третий:

– Друзья, прекратите спор. Я знаю выход, – быстро проговорил тихий мужской голос. – Пророчество обязательно сбудется, вы должны в это верить. Я…

– Сливерэл, мы уже не одну сотню лет ждём исполнения этого пророчества, но безрезультатно, – перебил его участник спора, которого остальные называли Бельфигором. – Предсказатель ошибся. Это пророчество никогда не исполнится. Да и как нас может защитить маленькая девчонка?

Раздался громкий басистый хохот двоих.

– Но…

– Нет, Сливерэл. Я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать чуда. Через два часа на главной площади мы соберём всех жителей и объявим о том, что им необходимо покинуть город. А на рассвете мы выведем наш народ из города, – твёрдо и уверенно сказал спорщик, именуемый Бельфигором.

– Бельфигор! – выдохнул собеседник, которого остальные звали Аргусом.

– Я так решил, – громогласно отрезал Бельфигор, и послышались тяжёлые, содрогающие землю, шаги, направляющиеся к двери.

– Тысяча диких кабанов!!! – возопил Буль и нервно забегал вокруг Лирии и Уилфорда. – Что делать? Что же нам делать?! Бежим отсюда быстрей! Мамочкииииии!!!

– Мы не успеем добежать до выхода, – сказала Лирия.

– Смотрите, здесь есть какая-то комната. – Уилфорд указал на небольшую, рассчитанную на человеческий рост, дверь, которая находилась чуть левее по коридору.

Все втроём ринулись к единственному потенциальному убежищу, мысленно молясь, чтобы оно не было заперто. Первым подбежал Буль. Он схватился обеими руками за продолговатую ручку и резко рванул её на себя. Дверка легко отворилась, не издав ни единого звука. Все трое вбежали в небольшую комнатку и захлопнули за собой дверь. Они огляделись вокруг. Комната была без окон, круглой и тёмной, освещали её всего два настенных факела. Посреди стоял небольшой стол с какими-то стеклянными колбочками, металлическими предметами, хрустальным шаром, который светился нежно-голубым светом и какими-то старыми свитками. Вдоль стен комнаты до самого потолка возвышались полки, на которых находились книги, множество флаконов с разными жидкостями, шкатулочки, мешочки, свитки и прочие тому подобные вещи. Даже при всём этом беспорядке комната казалась очень уютной. В ней стоял сладковатый приятный запах.

– Интересно знать, куда это нас занесло? – сказал, разглядывая содержимое многочисленных полок, Буль.

– Сейчас придёт хозяин комнаты и всё тебе расскажет, – сердито фыркнула Лирия.

Буль икнул и выронил из рук мешочек с какими-то травами, который он нашёл на одной из полок. Его маленькие глазки заметно округлились.

– Это что же получается? – фыркнул он. – Сюда в любой момент может ворваться хозяин всего этого безобразия?

Правая бровь Буля нервно задёргалась.

– Судя по тому, что здесь находится, вряд ли хозяин этой кельи окажется гостеприимным к незваным гостям, – залепетал Буль, нервно переминаясь с ноги на ногу.

– Тише, – сказал Уилфорд, поднеся указательный палец к губам – сюда кто-то идёт.

Буль побледнел и медленно опустился на пол. Он нервно грыз ногти и пристально смотрел на дверь.

Лирия огляделась вокруг:

– Прятаться здесь негде, – сказала она.

– Что ж, придётся знакомиться, – сказал Уилфорд, заслоняя собою девушку.

Дверь медленно отворилась. На пороге появился высокий мужчина. Его лицо было необыкновенно красивым: ровный тонкий нос, алые губы и выразительные глаза с белой радужкой, обрамлённые пушистыми ресницами. У него были белоснежные прямые волосы, доходящие почти до пояса. Ровные скулы и высокий лоб делали его овал лица аристократичным. Уши этого человека были немного вытянуты и заострены на концах. Он был одет в длинный тёмно-синий балахон с широкими рукавами.

Увидев незваных гостей, человек вздрогнул и остановился. Он молча уставился на Лирию. Его уста приоткрылись, а в глазах задрожали слёзы. Лирия не сводила с него глаз. Недоумевающие Уилфорд и Буль смотрели на Лирию, на незнакомца, друг на друга, обратно на Лирию и ничего не могли понять.

Лирия медленно пошла навстречу незнакомцу. Она его узнала…

Двумя днями раньше…

Холодная тёмная мраморная комната была наполнена тусклым зеленоватым светом. Лирия стояла посреди неё в белом полупрозрачном платье из лёгкого материала. Она чувствовала ледяной холод на своей коже. Вдруг свет вокруг неё начал медленно вращаться, постепенно ускоряясь и становясь более похожим на дым. И вот уже Лирия ничего не видела вокруг себя. Она попыталась сделать шаг, но её ноги опутало какое-то растение. Лирия попыталась освободиться от него, но растение прочно её держало. Девушка попыталась закричать, но её губы как будто склеились. Сердце её бешено забилось в груди. Она почувствовала чьё-то горячее дыхание у себя на затылке. Лирию охватила дрожь. Она попыталась обернуться, но тело совсем её не слушалось. Она услышала зловещий голос, который звучал как будто у неё в голове: «Скоро всё свершится! Этого не миновать!» И дикий ужас разлился по всему её телу. Лирия отчаянно забилась, пытаясь вырваться из цепких лап растения, которое уже опутало её с ног до головы. И вдруг пол у неё под ногами будто растворился, растение выпустило девушку из своих пут, и она начала падать вниз. Лирия плюхнулась в мягкую ярко-зелёную траву. Она огляделась вокруг. Её окружали необычайной красоты цветы и кустарники, светило яркое солнце и пели невиданные, немыслимой красоты птицы. Лирия поднялась на ноги и увидела неподалёку большое красивое дерево. Рядом с деревом, спиной к ней, стоял высокий молодой мужчина с длинными прямыми белоснежными волосами, одетый в белый длинный балахон с широкими рукавами. Лирия быстрым шагом направилась в его сторону. Она подошла к мужчине и обратилась к нему:

– Простите…

Мужчина обернулся. Лирия вздрогнула. На неё смотрели красивые выразительные глаза с белой радужкой. Под белоснежными волосами виднелись вытянутые остроконечные уши. Незнакомец доброжелательно улыбнулся: