Следами чёрного ангела смерти

Мокшанская трагедия

Каназор Пуреш правил многочисленным и сильным народом мокшан и был их царём, но предпочитал называться по-своему, каназором. Мокшане расселились по среднему течению Волги, по берегам рек Мокша и Сура, где и поныне стоят их города и поселения – Мокшан, Наровчат, Золотарёвка… И были они ближайшими восточными соседями Руси, гранича с землями Рязанского княжества.

Этот народ жил на своих землях уже много веков и раньше имел территорию куда больше чем теперь. Были мокшане воинственны и ещё в 1У веке влились в гуннский союз. В царствование Аттилы ходили с его войском на Рим. А в пору Золотого века вошли в союз, объединивший под рукой легендарного правителя Тюштяна мокшан, эрзян и буртасов. Сам Тюштян, согласно народным сказаниям, был сыном бога грома и войны Атямшкая и земной девушки Литовы и отличался могучей статью, воинской силой и мудростью. В его правление соседствующие народы жили между собой в мире.

Но эти времена давно остались позади, и сейчас каназору Пурешу приходилось то и дело воевать. Земля-то у мокшан богатая, её оберегать надо денно и нощно. Чтобы справляться с задачей этой, он вошёл в союз с владимирским князем Юрием Всеволодовичем, и они не раз вместе выступали против булгарского хана и воевавшего на его стороне царя соседнего народа эрзян инязора Пургаса.

Вот только пятнадцать лет назад владимирские князья сожгли дотла крепость эрзян Обран-ош и поставили на её месте свой город, который впоследствии получил название Нижний Новгород, а потом и по всей земле Эрзянь Мастор прогулялись огнём и мечом. Инязор Пургас поднабрал воинов и через несколько лет попытался свою крепость отбить, но не под силу ему это оказалось. Владимирцы уже успели надёжно укрепить добытую мечом новую твердыню на Волге и хорошо её защищали. А там и подросший царевич мокшанский Атямас прошелся опустошительным походом по земле эрзянской.

Хороший сын поднялся у каназора Пуреша. Сильный воин и умеет правильно мыслить, такого нелегко победить, а отцу есть чем гордиться. Вот только плохо, что сын у него один. Ему бы несколько сыновей на ноги поставить, но царица его на детей не больно щедра, хоть и покрывает он её регулярно. Может, потому что любви между ними нет, да и не было никогда. Женился каназор по разумному выбору, да не угадал, видно. Судьбу вперёд разве увидишь?

Когда через несколько лет после рождения Атямаса царица сподобилась ещё раз понести, каназор был счастлив и не знал, куда её посадить и чем порадовать. Но жена подарила ему на этот раз не сына, а дочь. Правда, девочка родилась крепенькая и росла здоровой. А когда отец начал и её приучать к седлу да к оружию, не возражала, наоборот, проявляла усердие в обучении и всегда стремилась порадовать отца своими успехами.

– Не понимаю я тебя, муж мой и господин, – сказала ему как-то вечно недовольная всем царица. – Ну зачем ты девку ратному делу обучаешь? Ей детей рожать надо будет, а не мечом махать.

– Вот-вот, – отозвался каназор, – если бы ты лучше своё женское дело исполняла, то и мне не пришлось бы из дочери воина делать.

Он сердито нахмурился.

– А то, что не понимаешь, меня не удивляет, – зло сверкнул в её сторону глазами. – Бабий ум, известное дело, короток. Только волосы длинные, нам, мужикам, на погибель. Да ещё язык, бывает.

Потом походил немного по горнице и успокоился.

– А нужно это для того, Иксева, – дал, смилостивившись, пояснение, – чтобы в трудную минуту дочь могла меня и брата своего заменить, коли надобность будет. Времена нынче лихие, не представляешь, чего и ждать.

Знать бы тогда каназору Пурешу, насколько лихие времена ожидают их всех впереди.

Десять лет прошло со дня смерти великого Чингисхана, основателя самой крупной в мире империи, разумно и чётко организованной и имеющей мощную несокрушимую армию. Со своим непобедимым воинством он прошёл Китай и страны Средней Азии, но Европу завоевать не успел. Исполнение этой своей мечты он оставил как завет собственным сыновьям и наследникам – чингизидам. И когда каганом в Монгольской империи стал, согласно воле Чингиза, его третий сын Угэдэй, он сразу начал готовить великий поход на запад. Но на серьёзную подготовку такого важного похода требовалось время, и Великий хан использовал его со знанием дела.

И вот час пришёл. Монгольская армия выступила в поход. Они с ходу разорили Волжскую Булгарию и поднялись вверх по Волге, достигнув владений эрзян, мокшан и буртасов. И теперь на границах этих земель стояли шесть чингизидов со своим десятитысячным туменом каждый – сыновья Джучи Бату, Орда-Эдхан и Берке, младший сын кагана Угэдэя Кадан, внук Чагатая Бури и сын самого Чингисхана Кулькан.

Оказать сопротивление такой армии было очень непросто, и каждый правитель готовился к решающему сражению с трепетом в душе, однако понимал, что другого выхода у него нет, и объединиться, чтобы стать сильней, теперь уже тоже невозможно, слишком поздно.

Каназор Пуреш собрал свои войска в Золотарёвском городище. Силы у него были немалые, а крепость славилась своей мощью на всё среднее Поволжье, поскольку играла важную роль на торговом пути из Булгарии на Русь и контролировала переправу через реку Суру.

Городище было огромным. Располагалось оно на мысу, и было хорошо защищено четырьмя крепостными стенами поперёк мыса да ещё одной стеной по краю. Тут же быстро соорудили и дополнительную полосу препятствий в виде ловчих ям для вражеских конников.

Для обороны городища каназор собрал большую воинскую дружину, пеших воинов и конницу, – всадниками мокшане были отменными. В городище свезли большие запасы зерна и согнали скот на случай длительной осады.

Однако продержаться долго мокшане не смогли. Всё решилось в течение двух коротких дней. Штурм Золотарёвского городища был яростным. Несколько конных стычек между защитниками и нападающими ничего, фактически, не решили. Мокшане были сильными воинами, но с таким противником им ещё не доводилось сталкиваться. Силы были очень уж неравны, и городище пало.

За этим последовало жестокое побоище. Каназор Пуреш потерял слишком много воинов для того, чтобы продолжать сопротивление. И ему пришлось признать своё поражение.

Бату-хан капитуляцию побеждённого властителя принял, но поставил свои условия.

– Ты бился хорошо, каназор, признаю, – проговорил, сузив глаза, – но моя армия во много раз сильнее. Мои воины непобедимы. Запомни это, если хочешь увидеть завтрашний день.

Он глянул жестко и продолжил:

– Твой народ останется жить на своей земле, только если ты признаешь мою власть над вами и станешь моим верным вассалом. В ином случае я уничтожу вас одним махом. Мне это ничего не стоит, как ты сам видишь.

Каназор Пуреш покорно склонил голову. А что ещё ему оставалось?

Бату-хан немного смягчился.

– Сейчас я поведу свои войска дальше на запад, а ты собирай новые силы, чтобы двинуться вслед за мной, когда придёт час. Все мои вассалы поступают так, если хотят сохранить жизнь себе и своим людям.

Последовала небольшая пауза. Хан думал.

– Мне нужно от тебя пять тысяч отборных воинов во главе с тобой и твоим сыном. Где хочешь, бери людей, но требование моё выполни. Наказ придёт дополнительно. Всё.

И он уже взмахнул рукой, отпуская побеждённого и полностью раздавленного его властью повелителя мокшан.

– И не вздумай обмануть меня, каназор, – добавил вслед, усмехнувшись, – здесь останутся мои люди и следить за тобой будут зорко. Попытаешься нарушить слово, вмиг порежут всю твою семью и близких, пожгут земли, а тебе, как предателю, сломают хребет. Знаешь такую казнь?

Каназор не знал, но знакомиться с такой участью не хотел, и ещё не мог допустить гибели близких людей и полного разорения родной земли.

В свой терем он возвратился мрачнее грозовой тучи. Сразу же разослал гонцов по всем городищам и весям собирать совет старейшин, а сам надолго уединился с сыном, растолковывая ему положение дел. Атямас, молодой и горячий, не мог согласиться с тем, чтобы покорно лечь под монголов. Он жаждал битв и, конечно же, побед.

– Навоюешься ещё, – горько усмехнулся отец, – только победы будут не наши, а монгольские. Такова наша доля, сын. И не только наша. Вспомни, кто воевал с нами в Золотарёвском городище. А? Кто в первых рядах на штурм кидался? Вот то же самое ожидает и нас.

Каназор глубоко задумался. Он понимал, что попал в капкан, и ему вряд ли удастся выжить. Но он желал любой ценой сохранить жизнь сыну и оставить своей земле достойного правителя.

– Победы одерживаются не только силой войска, Атямас, но и изворотливостью ума, дипломатией. Нам надо спасти наши земли от полного разорения, сохранить жизнь нашим людям, твоим матери и сестре, наконец. Понял ли ты меня, сын?

Атямас смотрел на отца широко открытыми глазами. Жизнь поворачивалась к нему совсем другой, незнакомой стороной. И её нужно было принимать, эту новую жизнь. И ещё ей нужно было учиться.

Через несколько дней во владениях каназора Пуреша состоялся большой совет. Сюда были приглашены также верный советник и помощник правителя Тимунг, обучавший ратному делу его детей, царевич Атямас, что никого не удивило, а ещё царевна Нарчатка, и это стало для многих неожиданностью, да и для неё самой тоже.

Каназор во всех подробностях обрисовал собравшимся сородичам положение дел, и картина получилась весьма неприглядная, мрачная картина, иначе и не скажешь. Старейшины поникли головами. Нарчатка, казалось, готова была расплакаться, но крепилась. И только Атямас стоял рядом с отцом, всем своим видом показывая, что понимает его замыслы и целиком его поддерживает. Да, хороший сын – радость и гордость для любого родителя, что уж о царском наследнике говорить.

– Времени терять не будем, его у нас немного, – проговорил каназор решительно. – Мне тоже всё это не по нутру, но другого выхода у нас всё равно нет. Или мы выполним требования хана, или погибнем все и сразу. Я, как правитель, такого допустить не могу.

Он на минуту замолчал, остро переживая опять своё поражение, потом заговорил снова.

– Вы, старейшины, быстро собираете в своих землях воинов и тех, кто в короткие сроки может ими стать. Ты, Тимунг, принимаешь под своё начало всех, кто прибудет на обучение. Они должны стать сильными и умелыми в своём деле как можно скорее, иначе им не выжить. Тебе будет во всём помогать Атямас, он добрый воин, сам знаешь.

Тимунг согласно кивнул головой. Атямаса он любил как собственного сына и всегда гордился его воинскими успехами.

– А теперь поговорим о Нарчатке, – каназор обвёл всех суровым взглядом. – Другого сына у меня нет, как вы знаете, а Атямас должен идти со мной, это требование хана. Поэтому вместо меня в землях наших останется править царевна. Не напрасно ведь я с малолетства приучал её к седлу и оружию. А она оказалась ученицей способной. Верно, Тимунг?

– Слов нет, каназор, Нарчатка стоит доброго сына, это так, – живо отозвался советник.

– Так вот. Согласно нашим законам, царевна может не только править в землях отца, но и водить дружину, быть воеводой. И так оно и будет. А вы все, как только я отбуду, станете полностью подчиняться ей. Такова моя воля.

Спорить с правителем никто, разумеется, не стал. И пошло время, занятое подготовкой и обучением. Месяц за месяцем пролетал как один день, и вот пришёл наказ от Бату-хана. Мокшанское войско должно выступить в поход и присоединиться к монгольской армии в половецких степях, давно уже отнятых у сбежавших хозяев.

Настал горький час прощания. Каназор был мрачен, сердце вещало ему, что своей земли он больше не увидит. Но нужно было держаться с достоинством, как велит ему долг властителя. Нарчатка упала отцу на грудь, но заплакать не посмела.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.