Шутка богини или проклятье истинной любви

Предисловие

Когда богов одолевает скука,

То более не вертится Земля.

И только неопознанная мука

Сопровождает вечность бытия.

Но стоит появиться там богине,

Что лишь одним дыханием весны

Способна сделать небо ярко-синим

И принести толи́ку кутерьмы,

Враз скука вновь покажется желанной…

«Шутки богов». Автор неизвестен. Манускрипт находится в центральной императорской библиотеке Великой Эрдинии

Синие воды великого океана в этот день были спокойны. Ра полусидел на песке, осматривая тихую водную гладь, над которой летала одинокая чайка. Солнце, стоящее высоко над горизонтом, делало берег таким горячим, что обычный человек получил бы ожоги, пройдись он босиком по чистому песку, но высшим огонь не страшен, так же, в принципе, как и холод.

Ощутив небольшие колебания пространства, Ра повернул голову. Это был его мир, его дом, и почти никто не мог прийти сюда без приглашения. Ту гостью, что сейчас прорывалась в его тихую обитель, Ра ждал. Он остро ощущал её приближение, флёр нежности и аромат желания, которые всегда сопровождали его давнюю… В тиши безвременья промелькнул вопрос: а кем она приходится ему?

Знакомая? Нет! Это слишком сухо для такой, как она.

Подчинённая? Смешно! Она никогда не слушала его, даже в том случае, если точно знала – её шалость может привести к беде!

Коллега? Ну уж!.. До коллеги она пока не доросла и неясно, дорастёт ли когда-нибудь. Пока она слишком непредсказуема. Хотя нет! Вполне можно предсказать, что скучающая богиня задумала для себя, а заодно и для всего мира, очередное развлечение.

Подруга? Скорее да, чем нет! Знакомы они так давно, что сам Ра сейчас бы не вспомнил, когда это было. Много лет, много веков, много тысячелетий. Да нет… Наверное, ещё дольше. Но он неясно помнил тот день, когда среди цветущих деревьев вишнёвого сада она впервые появилась перед ним – прекрасное, как сон, юное, нежное создание, словно дар небес…

Энергетическая воронка раскрылась нежными лепестками цветка, в центре которого стояла Эдель. Как и всегда богиня была великолепна. Светлые локоны крупными волнами падали на её спину и открытые плечи, глубокий взгляд ярких глаз цвета молодой листвы дарил нежность и казался девственно наивным.

Но Ра нельзя было обмануть показной невинностью юной девы. Они были знакомы достаточно долго для того, чтобы он смог распознать то, что сейчас пряталось за полуопущенными длинными ресницами прекрасной нимфы. А она точно, дабы разнообразить их однообразное существование, замыслила какую-то очередную шалость, прикрыв её красивой легендой. И кажется, Ра знал, как именно решила подшутить над одним из миров его давняя подруга.

– Ты звал меня? – Эдель ступила на белый песок, отчего её тонкая босая стопа на секунду показалась из-под длинной юбки, шлейфом тянущейся за девушкой.

Сейчас богиня сама напоминала прекрасный цветок, нежно-розовые полупрозрачные лепестки которого пышной многослойной шифоновой вуалью спускались из-под изумрудного топа с полностью открытыми плечами. Верхняя часть идеальной фигуры богини была чётко очерчена плотным атласом. Лиф как будто состоял из крупных зелёных лепестков, стыдливо прикрывающих высокую грудь красавицы.

– Верно! – Ра был так древен, что он не знал никого, кто бы был древнее его. Он многое видел, многое пережил, но даже он сейчас не мог не наслаждаться видом прекрасной богини. Каждый раз с той первой их встречи она поражала его в самое сердце. Но, как обычно, он снова смог устоять перед волшебными чарами своей… Почему же он никак не может определиться, кто она для него?

– Так чем же я привлекла тебя на этот раз?

Лёгкая улыбка коснулась губ высшего. Богиня любви и весны не могла не упустить случая внести двусмысленность в такую простую фразу, хотя и прекрасно знала, что на высшего не подействуют её женский ухищрения. Но это было в её крови, в её магии, во всей её сути – поражать, очаровывать, влюблять.

– Что за игру ты затеяла в Артзаре? – не стал ходить вокруг да около Ра. – И зачем посещала древо судьбы?

Он всё так же полулежал на песке, смотря на неё снизу вверх. Она была прекрасна, как сон в весеннюю ночь. Ра подумалось, что сейчас он в своём обычном белом, как снег, длинном до пят балахоне, должен выглядеть слишком нелепо рядом с этой очаровательной волшебницей. Он мог бы одним взмахом ресниц всё изменить, нарядившись в золотую парчу, но желания почему-то не возникало. Ра представил, как бы они выглядели, сидя здесь на песке в парадных одеяниях. И от возникшей перед глазами картины по его лицу скользнула лёгкая, едва уловимая улыбка. Кажется, он начал сам себе напоминать одного из великих, которым не далее как пару тысячелетий назад сам пенял на отсутствие чувств.

Захотелось, чтобы Эдель приблизилась, села рядом. Захотелось вдохнуть источаемую ею волну той любовной магии, что сопровождает богиню в беспредельной вечности, где все они существуют. И богиня не разочаровала. Девушка всегда могла слышать затаённые желания тех, с кем встречалась. И – Ра не знал, к счастью это или нет, – лишь она одна могла решить, стоит ли осуществлять эти мечты.

– Тебе известно! – лёгкой походкой Эдель подошла к Ра и опустилась подле него на песок.

Великий втянул в себя чудесный аромат. Это был запах весны, запах любви, к которому были примешены толика грусти и ложечка счастья. На мгновение он прикрыл глаза, наслаждаясь вызванными присутствием богини ощущениями. Ему всегда было хорошо рядом с ней, но мнилось, что то же самое должен был чувствовать каждый, кого касалось очарование Эдели.

– Зачем тебе это? – поинтересовался Ра, выныривая из вызванных богиней грёз.

– Подумай! – девушка живо повернулась к высшему, изумрудные глаза с детской непосредственностью упёрлись взглядом в глубины его души, притягивая и маня, обещая счастье и наслаждение.

Ра улыбнулся, на краткий миг задумавшись о том, понимает ли сама богиня, что она сейчас делает, и как действует её магия? Или она давно уже настолько свыклась со своими способностями, что испускает волну волшебства, уже даже сама не подозревая об этом? А Эдель, не предполагая о мыслях допрашивающего её Ра, продолжила объяснение:

– Есть создатели. Их фантазии даруют рождение новым мирам, в которых обитают удивительные существа. Порою эти существа настолько отличаются от того, что мы знали ранее, что… – Эдель на минуту запнулась и мечтательно вздохнула. – Артзар – замечательный мир! И мне импонируют его двуипостасные создания, которых там именуют драконами. Они красивые, сильные, брутальные!

– Брутальные? – не смог сдержать смешка Ра.

– Пойми – создателей так мало! И что-то новое появляется так редко! – брови богини изогнулись домиком, и она прикусила уголок нижней губы, умоляюще воззрившись на Ра, отчего стала похожа на милого ребёнка. И очевидно, сейчас Эдель вполне понимала, что отказать ей почти невозможно. Но так она могла действовать с теми самыми брутальными драконами, о которых поведала двумя фразами назад, а на высшего, коим является верховное существо, её ужимки не действовали. Но такая уж она богиня любви – милая, нежная, непосредственная, и одновременно убийственно сильная, непобедимая, способная распространить свою власть на каждого, кто умеет чувствовать.

Сумбурность речи богини смогла развеселить Ра. В одном она точно была права – уже довольно долго их мир накрывала скука. Отсутствие каких-либо значимых событий расслабляло, погружая вселенную в состояние дремоты. Но всё же, переведя разговор на создателей, Эдель явно попыталась отвлечь его от того вопроса, из-за которого он призвал её к себе. И делала это она, точно понимая тщетность этой попытки. Хотя… Эдель знала, как ревностно относится Ра к каждому появлению создателей. Но в данный момент он не мог уловить, как это связано с темой их сегодняшней беседы.

– И ты решила разнообразить жизнь внутри Артзара, поскольку твоя деятельная натура требует, чтобы события вокруг тебя всегда закручивались так, что уже никто не сможет заскучать? – Ра вновь перевёл разговор в интересующее его русло.

– Да! – радостно воскликнула богиня. – Я обратила свой взор на Артзар!

Что-то слишком восторженно это было произнесено! Ра почувствовал, что тут богиня явно о чём-то умалчивает, о чём-то очень важном. Неужели она думает, что, скрыв это от него, сможет провернуть задуманное? Или сможет?

– Но?.. – твёрдо вопросил Ра, побуждая – ммм… всё же подругу? – продолжить. Ему не верилось, что Эдель способна остановиться на чём-то одном. Зная сколько энергии кроется в этой неугомонной богине, и ощущая её тягу к созданию порою невообразимых ситуаций, он практически был уверен, что та уже придумала что-то такое, о чём не только боги, но даже создатели не могли помыслить.

– Мне стало скучно! – внезапно пожаловалась богиня.

Откинув голову, она, выгнулась в пояснице, оперлась на согнутые в локтях руки и прикрыла глаза, подставив лицо обжигающим лучам полуденного солнца. Ра же, облокотившись на предплечье и повернувшись всем телом к ней, обозревал едва прикрытую грудь своей собеседницы. Вот интересно, позволила бы она себе такое, будь возле неё один из её любимых брутальных драконов? Или в такой фривольной позе богиня любви разрешает себе находиться только с ним?

Ра с глубоко спрятанным внутри наслаждением любовался этой совершенной сущностью. Богиня была соткана из нитей любви, из флёра очарования, из субстанции соблазнения. Будь перед ним кто-то другой, а не Эдель, Ра не преминул бы защитить этого другого от жёстких палящих лучей, но ему хорошо было известно, что Эдель не обгорит. Солнце не могло причинить ей боль, оно лишь наполняло богиню энергией, позволяло накапливать внутреннюю силу, подпитывая её магию любви, которая, как известно, была ой как горяча! И эту энергию сейчас вечно неугомонная Эдель применит на придуманную ею в качестве лекарства от вселенской скуки новую шутку. И последствия этой её шутки придётся разгребать именно ему, Ра! Но почему-то в этот раз, как, впрочем, и во многие другие, Ра не хотел останавливать богиню. В одном она точно была права – после того, как парочка последних из создателей, называемых Великим Источником, погрузилась в построение нового мира, остальные миры окутала скука. И небольшая, наверняка добрая история, в которую выльется шутка Эдель, сейчас им всем не повредит. Ведь небольшая, да? И добрая? Ра с подозрением уставился на Эдель.

– Так чем же чревато для нашей Вселенной сегодняшнее возвышенное состояние твоего любвеобильного духа? – Ра всё же решил настоять на своём и заставить Эдель озвучить как то, что ему было уже почти что известно, так и то, что на настоящий момент, возможно, он способен только предположить.

Конечно, было бы интересно наблюдать развитие событий со стороны, но иной раз выдумки Эдель способны были сильно раскачать миры! А однажды именно из-за её неуёмной энергии даже нарушилось равновесие, что привело бы к печальным последствиям, не вмешайся тогда высшие силы в начатые с её подачи игры великих. Конечно, итогом созданной в то время богиней кутерьмы оказался серьёзный скачок в развитии их вселенной. И что самое странное, в самом начале даже он не смог предвидеть такого исхода, к которому, как оказалось в конце той истории, и стремилась неугомонная Эдель. Но переволновались они все тогда знатно. Ведь сделай Великий Источник иной выбор, и вселенная могла схлопнуться, окончив своё существование в тёмной субстанции нижнего мира.

– Ммм… – протянула богиня. – Понимаешь, я в таком восторге от драконов, что, думаю, неплохо бы было попробовать помочь некоторым из них найти свою истинную любовь.

– И для этого ты посетила древо?

– Ну-у-у, – шутливая улыбка тронула губы Эдель, – я стащила несколько зёрнышек! – призналась богиня.

– И скольким драконам ты намереваешься подправить судьбу?

Эдель опустила голову, оторвавшись от насыщения солнечными лучами, открыла глаза и повернулась к собеседнику, несколько раз хлопнув ресницами, словно пытающаяся завлечь прекрасного юношу дева. Сейчас они уже лежали, повернувшись лицом друг к другу, но Ра не спешил сменить позу, хотя она и была довольно двусмысленной. К тому же его расстёгнутая на груди рубаха сейчас почти полностью открывала его идеальный торс. И сколь бы ни был он могущественен, ему импонировало восхищение, которое Ра читал в глазах маленькой богини. И когда он успел переодеться? Надо же! Сам не заметил… Эдель пробежалась жарким взглядом по телу лежащего рядом мужчины. По-видимому, её всё это очень забавляло.

Ра усмехнулся и вопросительно выгнул бровь.

– Ммм… – Эдель закатила глаза. – Ты непрошибаем!

– Скольким драконам? – повторил свой вопрос высший.

– Ну, десяточку дракончиков, – Эдель кокетливо провела пальцами вдоль изумрудных лепестков лифа. – А может, чуть-чуть больше. – Она свела вместе большой и указательный пальцы, показывая, на сколько больше драконов будет задействовано в её шалости.

– И-и-и? – не останавливал свой допрос Ра.

– И-и-и… я подумала, – игривая улыбка осветила лицо богини, сделав её ещё более прекрасной, хотя несколькими секундами ранее казалось, что это в принципе невозможно, – зачем ограничиваться только Артзаром?

Ра кольнуло недоброе предчувствие.

– Не томи! – не выдержал он, в этот момент взгляд чуть прищуренных глаз высшего стал таким колючим, что мог бы, наверное, разрезать металл.

Но не только на Ра не действовали ухищрения Эдели, древнюю богиню тоже не смог сразить жёсткий взгляд верховного существа. И она как ни в чём не бывало продолжила:

– Ну, например, в только что созданном Великим Источником мире есть…

– Там нет драконов! – уже зло перебил девушку Ра. Он знал, как ревностно юные создатели относятся к своему миру, и совершенно не горел желанием испытать на себе их гнев.

– А почему бы им там не возникнуть? – не обращая никакого внимания на настроение собеседника, отпарировала богиня.

Не успел Ра открыть рот, чтобы возразить, как он почувствовал то, что в принципе считал почти невозможным. Или… О нет! Это могли быть только…

Ра не успел закончить свою мысль, как новый энергетический всплеск на песчаном берегу его собственного – то есть сотворённого именно им – океана заставил обоих присутствующих здесь высших – и Ра, и Эдель – напрячься. Теперь это уже точно не был кто-то из приглашённых хозяином этих мест, ибо Ра больше никого сюда не приглашал. А значит, сейчас тут появится некто, по-настоящему опасный, и не менее чем равный по силе высшему обитателю тихого мира, затерянного в пространственных кущах. И после слов богини Ра практически был уверен в своих предположениях о том, кто именно окажется в его таком тихом и спокойном до этого момента мире.

Ра оказался прав! Всего лишь спустя мгновение на берегу оказались два ребёнка – мальчик и девочка. И настроение их было воистину воинственным!

Эти дети являлись братом и сестрой, или, как называли их высшие, Великим Источником. С виду – восьмилетние дети. Но юный возраст этих маленьких бесят не смог бы привести в заблуждение никого из тех, кто был лично знаком с Источником. Эти ребятишки жили уже не одно тысячелетие и со временем сила их уже стала сравнима с мощью самого Ра, да и то, если рассматривать близнецов поодиночке. Соединённая вместе, их энергия была невероятна. И это ещё она не развилась до своего апогея!

– Как ты посмела? – возмущение, граничащее со злостью, сквозило в каждом слове появившегося, как обычно, вместе с сестрой на белом песке мальчика. Девочка же пока молчала, позволяя брату выразить всю степень их недовольства, но взгляд её был красноречивее любых слов.

Ра не мог вспомнить момента, когда видел в глазах этих детей столько ненависти. И как раз сейчас ненависть эта была направлена не на кого-нибудь, а на прекрасную богиню любви, которую внезапно очень захотелось защитить. Но высший знал, что показать своё отношение к богине означало бы раздуть конфликт с самого начала, а этого делать никак нельзя! Нужно было срочно утихомирить близнецов, иначе может случиться что-то такое, от чего не поздоровится не только ему и Эдели, пострадать могут многие миры в ближайшем к эпицентру гнева Источника – сейчас, кстати, это его собственный дом – пространстве.

Увидев, что мальчик шагнул к ней, Эдель вскочила на ноги и, обогнув Ра, присела на корточки, попытавшись спрятаться за его полулежащей на песке фигурой, вполне справедливо решив, что только высший сейчас способен защитить её от разозлённого ребёнка. Ра же не спешил подниматься с песка вслед за богиней.

Видимо, прочитав что-то в глазах высшего, девочка, презрительно пробежавшись взглядом по полуприкрытому рубахой мощному торсу Ра, схватила руку брата, то ли не позволяя ему совершить ошибку, то ли… Но нет! В её взгляде сквозила та же неприкрытая ярость, что и в глазах брата. Казалось, сейчас эта парочка готова была испепелить Эдель одной лишь силой мысли. А за одно уничтожить и дом самого Ра, в который они так грубо, практически без приглашения, вломились. Убить ни её, ни Ра они бы, конечно, не смогли, – богиня бы точно возродилась, а с Ра бы вообще ничего не случилось – но силы своей в этом случае богиня лишится надолго. И Ра подумалось, что мир без любви – это действительно скучно!

Ра, всё ещё полулёжа на песке, повернул голову к той, что сейчас искала защиты от последствий своей шалости. Он знал, что Великий Источник не сможет навредить богине на его территории пока сестра не объединится с братом, чтобы нанести удар. Пока дети не были готовы к атаке. Но эти чада были даже более непредсказуемыми, чем Эдель. И… ведь богиня вполне может заявиться и в миры, созданные самим Источником. А вот там эти два бестия и по одиночке намного сильнее богини весны и любви. И в собственном мире мальчику уже не будет необходима поддержка сестры, чтобы на несколько тысячелетий заставить Эдель угомониться.

– Давайте успокоимся! – примирительно предложил детям Ра.

– Успокоимся? – теперь уже в разговор вступила девочка. – Ты знаешь, что́ она сделала?

– Ну что она такого могла натворить? Ну послала сон нескольким двуипостасным драконам! И что?

– Тогда с какого… – мальчик взглянул на сестру и, глубоко вздохнув, снизил тон. – С чего бы твоей богине посылать сон Геону?

– И зачем твоя протеже, – девочка намерено выделила слово «протеже», – поместила в сердце повелителя наших миров семя судьбы?

– Мы сами в состоянии определять судьбу наших созданий! – дополнил слова сестры брат. – Эта… – мальчик вздохнул, рыкнув так, словно сам был тем самым двуипостасным драконом, снова бросил взгляд на сестру и, постаравшись выглядеть спокойнее – что у него, кстати, не очень получалось, – прошипел, – богиня!

Ра удивился, откуда в таком, как он раньше предполагал, нежном слове столько рычащих звуков. А мальчишка продолжил:

– Как она посмела сунуть свой длинный нос в наш, – он выделил слово «наш», – с сестрой мир!

– Не такой уж он у меня и длинный! – обиделась Эдель. – Очень даже миленький, маленький носик! – богиня вскочила, вздёрнув тот самый носик.

Ра надоело смотреть на всех снизу вверх, и он всё же поднялся на ноги. Теперь уже ситуация переставала забавлять его. Дети злились всё больше. А злить их – это было последним, чего он желал. А богиня не унималась.

– А почему бы и нет? – осмелела Эдель, увидев, что теперь уже полностью укрыта за спиной высшего, а поэтому почувствовав себя намного увереннее.

– Может быть потому, что Геон – наше создание? – саркастически заметила девочка. – Играешься с драконами – играй на здоровье! Причём здесь повелитель наших миров? – она выделила слово «наших», как это недавно сделал её брат.

– Или потому, что статус Геона выше твоего? – дополнил её мальчик. И зло высказал, – Ты не имела права ставить на кон случайностей предначертанное ему!

– Стоп! – Ра оглянулся на богиню, наконец, поняв, в чём именно Великий Источник обвиняет Эдель. – Ты что́ сделала? – сделав упор на слово «что», произнёс высший.

А Эдель подумала, что эти трое уж очень любят выделять слова в речи, делая выразительней свой слог. Богине подумалось, что эти трое – ничто по сравнению с тем, чем владеет она. Когда-нибудь они это поймут. Ведь любовь, которую испытывают друг к другу эти два ребёнка, уже давно стала легендой. Девочка, которая ради брата прошла все ужасы ада, и мальчик, что ради сестры поставил на кон само своё существование – эти двое воистину в её власти!

– Мне нравятся драконы! Они такие величественные! – Эдель изобразила восторг, даже голос дрогнул. – Я подарю ему крылья! И… Ну вот скажите, что такое повелитель миров, не познавший любви?

Ра хмыкнул:

– Не старайся! Не убедительно! И судьба их создания, – Ра указал рукой на близнецов. – их дело!

Эдель обижено надула губки. Но это не проняло никого из присутствующих.

– Наш мир создавался без драконов! – зло возразил мальчик.

– И там их никогда не будет! – согласилась с братом девочка.

Эдель закатила глаза, чем окончательно взбесила пожаловавшую без приглашения парочку. Переглянувшись, дети взялись за руки, вбирая в себя энергию построенного Ра пространственного кармана.

– Эми! Эвони! – воскликнул высший, поняв, что ещё чуть-чуть, и ситуация может выйти из-под его контроля.

То, что происходило сейчас на берегу так любимого им океана, – это было очень, очень плохим знаком! Эти дети ещё слишком молоды. Ведь что такое несколько тысячелетий по сравнению с возрастом мироздания? Их сила растёт, они до сих пор развиваются. И пусть все считают, что Эми с Эвони окончательно приняли сторону добра, но кто сказал, что они не в состоянии передумать? Особенно, если их как следует разозлить!

Поодиночке брат и сестра, возможно, и не могли бы распоряжаться в мире высшего. Но вместе они всё же составляли ни что иное, как Великий Источник. Именно в их силах было как создание новых миров, так и их разрушение. И сейчас для разнообразия, похоже, эти двое решили разрушить тщательно создаваемый и лелеемый многие миллионы лет самим Ра мир.

– О! Ты, наконец, вспомнил наши имена? – саркастически заметила девочка, помогая брату собирать энергию.

И увидев в глазах этой всегда спокойной и доброй сущности океан гнева, Ра решился на то, что применял крайне редко, – он решил призвать магию времени. Потому что то, чего ему не хватало сейчас, чтобы более или менее стабилизировать ситуацию – это именно время.

– Стоп! – выкрикнул Ра и…

Мир замер! Замерли энергии, мешая двум разозлённым детям захватить ставшую слишком тугой субстанцию, и тем самым позволяя Ра выиграть ещё несколько минут на то, чтобы успеть уговорить вспыльчивых близнецов. Замерла и богиня любви. Правда, её смеющийся взгляд затормаживаться не собирался. Да и губы расползались в счастливую усмешку. Как же ей нравилось, когда эмоции зашкаливают так, что всё готово взорваться, развалившись на маленькие-маленькие кусочки. У Ра промелькнула мысль, что по странному стечению обстоятельств все те взрывоопасные ситуации, которые создавала богиня своей неуёмной энергией, всегда заканчивались… В общем, хорошо заканчивались! Или Эдель знает что-то такое, что непонятно даже высшим?

– Ты знаешь, мы сможем! – прорычал Эвони, отвлекая Ра от невовремя нахлынувших размышлений.

– Остыньте на мгновение! – попросил Ра детей. – Если после разговора со мной вы всё же решите уничтожить мой дом, а вместе с ним, кстати, и созданные вами миры и, даже возможно, всю нашу вселенную, то я смирюсь.

Эми и Эвони переглянулись и приостановили процесс аккумуляции энергий, но дети так и не разжали рук. Они стояли, переплетя пальцы, как бы показывая, что являются единым целым, и Ра должен за то мгновение, которое он ненадолго заморозил, убедить каждого из них в отсутствии необходимости наказать зарвавшуюся богиню. И да! Вместе с нею, возможно, – и весь мир. Ведь, по их мнению, именно этот мир даровал ей способность безнаказанно хозяйничать там, где она этого делать не должна.