- -
- 100%
- +
© Екатерина Погорельская, 2026
ISBN 978-5-0069-9667-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Эхо привычного
Лия и Вишуа шли по широким коридорам колледжа, направляясь в столовую. Сегодня не было занятий — пустые аудитории и тихие холлы создавали странное ощущение свободы, почти нереальности. Лия расслабленно размахивала руками, ощущая лёгкий ветерок от кондиционеров, и думала о том, как редко у неё бывает день без расписания.
— Слышала, что на завтра нам обещают новую практику по гравитационной динамике, — заметила Лия, стараясь поддержать разговор.
Вишуа шла рядом, её массивная фигура словно создавала легкую тень, защищая Лию от света. Лавандовая кожа слегка изменила оттенок, едва заметно посветлев на щеках.
— Мне всё равно, — тихо ответила Вишуа, её голос был ровным и спокойным, словно вода в зеркальном озере. — Главное, чтобы оборудование работало.
Лия слегка улыбнулась, глядя на соседку: как же она отличается от всех остальных. Массивные конечности, мощные клыки, взгляд, одновременно спокойный и внимательный — и всё это в сочетании с почти гипнотической плавной походкой. Лия поймала себя на мысли, что хочет поговорить, но не знает, с чего начать.
— Знаешь, — Лия протянула, — иногда мне кажется, что ты… совсем как тень. Всегда рядом, но всегда отдельная. Я не знаю, как тебя «прочитать».
Вишуа повернула голову, и её глаза, ярко-фиолетовые и глубокие, встретились с карими глазами Лии. Кожа на лбу едва-едва розовела, когда она чуть наклонила голову, словно прислушиваясь:
— Может, и не нужно. — Голос был мягким, но в нём ощущалась сила, как будто её слова были продуманы заранее. — Иногда тени говорят больше, чем свет.
Лия засмеялась, чуть покраснев от собственной неловкости. Её руки бессознательно сжались в кулаки, а потом расслабились. — Ну, если ты говоришь так, значит, так и есть. Но всё равно мне любопытно, что ты думаешь на самом деле.
Вишуа молчала, но медленно протянула руку, чтобы коснуться плеча Лии. Дотрагиваясь к её коже, Лия почувствовала лёгкую теплоту — почти как лёгкий солнечный луч. Это было заботливо, тихо, без слов, но говорило о многом.
— Иногда не хочется говорить, — сказала Вишуа наконец. — Но быть рядом — уже достаточно.
Лия улыбнулась снова, и сердце её чуть учащённо забилось. «Она действительно другая», — подумала она. «Но в этом есть что-то успокаивающее».
Когда они подошли к столовой, огромные окна пропускали мягкий свет планеты Миралис, окрашивая всё вокруг в оттенки сиреневого и персикового. Вишуа, не спеша, следила за Лией, словно заботясь о том, чтобы путь был безопасен. Лия шла рядом, ощущая, что даже в этой кажущейся безмятежности рядом с инопланетной гронаркой есть что-то, что делает мир проще и теплее.
— Пойдём займём место у окна, — предложила Лия, открывая дверь. — Там свет так красиво падает…
— Хорошо, — кивнула Вишуа, и её кожа слегка посветлела от лёгкой улыбки, почти незаметной, но достаточно, чтобы Лия это заметила.
И они сели, две девушки с разных миров, на одной планете, в одной тишине, которая могла сказать больше, чем тысячи слов.
Подруги сидели за столом у окна, наслаждаясь моментом тихого утра. Солнечные лучи мягко отражались на лавандовой коже Вишуа, окрашивая её в нежные розовые оттенки, когда она слегка улыбалась. Лия наблюдала за ней и думала, как же удивительно спокойно стало всё вокруг.
С тех пор как ушла Гелия Фаур и на смену ей пришёл Дмитрий Алексеевич, атмосфера в колледже изменилась. Больше не было изнуряющих тренировок до потери сил, больше не было бесконечных собраний, где казалось, что время тянется медленнее, чем на любой другой планете.
— Знаешь, — сказала Лия, слегка вздохнув, — я думала, что привыкну к этому стрессу… но, честно, это — просто рай.
Вишуа молчала, но её глаза следили за Лией с тихой заботой. Её кожа слегка посветлела — оттенок спокойной сирени, почти невидимый, но Лия уловила это и улыбнулась.
— ИИ теперь работает исправно, — продолжала Лия, почти сама себе, — а форма… она снова как при Зигратаре Клометриусе. Не такая строгая и скучная, а удобная, аккуратная… Чувствуешь разницу?
Вишуа кивнула, не торопясь с ответом, словно каждое её движение было обдумано:
— Отлично. Спокойствие помогает учиться… и жить.
Лия рассмеялась тихо:
— Ты говоришь, как старший преподаватель. Хотя… наверное, ты права.
Они посмотрели в окно на тихие улицы кампуса. Дети разных рас, студенты из разных миров, спокойно шли по аллеям, а свет мягко отражался от металлических поверхностей и сиреневых деревьев Миралиса. Всё казалось лёгким, ясным, почти волшебным. — Иногда мне кажется, — задумчиво проговорила Лия, — что мы просто не замечали, как сильно устали. А теперь… теперь каждый день — как свежий лист.
Вишуа слегка улыбнулась, показывая массивные, но удивительно аккуратные клыки, и лёгкий оттенок розового пробежал по её щекам. Это была маленькая эмоция, почти незаметная, но Лия поняла: подруга тоже счастлива.
— Главное — чтобы мы это ценили, — сказала Вишуа тихо. — Пока всё спокойно, нужно просто жить и… быть рядом.
Лия почувствовала тепло от этих слов. Спокойствие, которое пришло вместе с новым преподавателем, было не просто отсутствием хаоса. Оно было возможностью видеть, чувствовать, дышать… вместе. И пока свет падал на их стол, две девушки сидели, словно на мгновение остановив время, наслаждаясь настоящим — и новым, тихим счастьем.
Подруги завтракали неспешно, будто никуда не нужно было идти и само время решило сделать им поблажку. В столовой стоял мягкий утренний гул: приглушённые голоса, звяканье посуды, шорох шагов по гладкому полу. Сквозь панорамные окна Миралис заливал помещение тёплым светом — он ложился на столы, на форму студентов и на лавандовую кожу Вишуа, заставляя её переливаться спокойными, живыми оттенками.
Лия медленно помешивала напиток, вдыхая аромат свежего хлеба и сладких фруктов. Она ловила себя на том, что улыбается без причины. Раньше завтраки были быстрыми, почти механическими: схватить поднос, сесть, поесть — и бежать дальше, на очередное занятие или тренировку. Сейчас всё было иначе.
Вишуа сидела напротив, аккуратно держа в огромных пальцах приборы, которые казались слишком хрупкими для её массивных рук. Она ела неторопливо, внимательно, словно прислушиваясь не только к вкусу еды, но и к самому моменту. Иногда её кожа чуть теплела, уходя в мягкий розоватый оттенок — признак спокойствия и внутреннего удовольствия.
— Странно, — произнесла Лия вполголоса, не поднимая глаз от тарелки. — Я всё ещё жду, что нас внезапно вызовут. Или объявят срочное собрание.
Вишуа подняла взгляд. Её челюсти на мгновение замерли, затем она медленно покачала головой.
— Не вызовут, — сказала она уверенно. — Сейчас… тихо.
Это «тихо» прозвучало почти как благословение.
Лия улыбнулась и наконец посмотрела на подругу. Она вспомнила, какими напряжёнными они были ещё недавно: постоянная усталость, серые одинаковые формы, бесконечные требования и ощущение, будто за ними всё время наблюдают. Теперь же форма снова была прежней — удобной, живой, с цветами и знаками факультетов, как при Зигратаре Клометриусе. Лия поймала себя на том, что снова чувствует себя студенткой, а не частью безликой системы.
— Дмитрий Алексеевич всё-таки многое изменил, — сказала она. — Даже негромко. Просто… правильно.
Вишуа кивнула. Её кожа на скулах стала чуть светлее.
— Он не давит, — добавила она после паузы. — ИИ работает стабильно. Это важно.
Лия хмыкнула:
— Ты всегда смотришь в корень.
Вишуа не ответила, но протянула руку и тихо пододвинула Лии тарелку с тёплой выпечкой — так, словно это было само собой разумеющееся. Лия почувствовала, как внутри что-то мягко сжалось от этой простой заботы.
Подруги продолжили завтракать молча. И в этом молчании не было неловкости — только ощущение безопасности и редкого покоя. Мир не требовал от них ничего прямо сейчас. И этого было достаточно.
К их столу уверенной, почти пружинистой походкой подошла Нира. Она двигалась так, словно вокруг не было ни одной лишней преграды — пространство само расступалось перед ней. Невысокая, с густой чёрной шевелюрой, собранной в слегка небрежный хвост, она сразу привлекала внимание выразительной мимикой и живыми, цепкими глазами.
Не задавая лишних вопросов, Нира поставила поднос на край стола и уселась рядом, откинувшись на спинку стула так, будто это место изначально принадлежало ей.
— Ну что, — выдохнула она, окинув подруг быстрым взглядом, — не видели моего братца?
В голосе звучала привычная смесь нетерпения и лёгкой насмешки. Лия подняла глаза и невольно улыбнулась: появление Ниры всегда словно приносило с собой движение и энергию, даже если до этого всё вокруг было тихо и спокойно.
— Кажется, он был с Максом, — ответила Лия, пожав плечами. — Я видела их у тренировочного сектора… или уже возле мастерских.
Нира фыркнула, закатывая глаза:
— Конечно. Макс. Значит, день пошел по знакомому сценарию.
Она подперла подбородок ладонью, на секунду задумавшись, а затем резко выпрямилась. В её движениях чувствовалась внутренняя пружина — готовность в любой момент сорваться с места и действовать.
Вишуа молча наблюдала за ней. Лавандовая кожа гронарки чуть потемнела, принимая более насыщенный оттенок — признак настороженного интереса. Огромные пальцы медленно сомкнулись вокруг кружки, но взгляд оставался спокойным.
— Он в порядке, — произнесла Вишуа низким, уверенным голосом. — Если с Максом — значит, под присмотром.
Нира повернула к ней голову и на мгновение замерла оценивая. Потом уголки её губ дрогнули.
— Вот за это я тебя и люблю, — сказала она прямо. — Всегда знаешь, как сказать так, чтобы стало легче.
Лия тихо рассмеялась, ощущая, как привычная компания складывается в нечто цельное: её собственная осторожная наблюдательность, молчаливая надёжность Вишуа и взрывная, живая энергия Ниры. С такими подругами даже самые тревожные мысли отступали.
Нира взяла кусочек выпечки с тарелки Лии — без разрешения, но с таким естественным видом, что возражать было бы странно — и бодро добавила:
— Ладно, доем и пойду его искать. А вы… наслаждайтесь моментом, пока он не решил снова что-нибудь устроить.
Она подмигнула Лии, и стол вновь наполнился ощущением движения, жизни и той самой дружеской уверенности, которая держит крепче любых правил и расписаний.
Максим и Неро действительно не заставили себя долго ждать. Они появились почти одновременно, словно сговорившись, — остановились у столика с видом людей, которым не терпится поделиться тайной.
Макс первым наклонился вперёд, понизив голос, но так, чтобы в нём всё равно звенело предвкушение:
— Мы вам щас такое покажем… — он широко ухмыльнулся, — вы просто обомлеете.
Неро стоял рядом, скрестив руки на груди. В отличие от сестры Ниры, он выглядел спокойнее, но в глазах блеснул знакомый огонёк — тот самый, который означал: затея уже запущена, и пути назад нет.
— Серьёзно, — добавил он. — Пошлите с нами. Тут долго объяснять.
Нира мгновенно выпрямилась, будто только этого и ждала.
— Я так и знала, что вы что-нибудь выдумаете, — сказала она, но в голосе звучало скорее удовольствие, чем упрёк. — Ну? Чего стоим?
Лия переглянулась с Вишуа. В груди кольнуло любопытство, смешанное с лёгкой настороженностью.
«Спокойный день… конечно, он не мог длиться вечно», — подумала она, но уголки губ сами собой приподнялись.
Вишуа медленно поднялась со стула. Её массивная фигура двигалась плавно и уверенно, словно она заранее принимала любое развитие событий. Кожа на плечах приобрела более тёплый оттенок — не тревога, а готовность быть рядом.
— Если это опасно, — произнесла она спокойно, глядя на Максима, — предупреждай заранее.
Максим рассмеялся:
— Ну… опасно — это слишком громко сказано.
— Значит, опасно, — тут же парировала Нира и уже направилась к стойке с посудой.
Вся компания поднялась из-за столика. Они молча, почти слаженно убрали за собой грязную посуду — жест привычный, отработанный. В столовой на них почти не обращали внимания: ещё одна группа студентов, ещё один обычный день.
Когда двери столовой закрылись за их спинами, коридоры колледжа встретили их прохладным светом и тихим эхом шагов. Лия поймала себя на ощущении, что спокойствие не исчезло — оно просто сменило форму. Теперь это было спокойствие перед чем-то новым.
— Ну давайте, — сказала Нира, ускоряя шаг. — Ведите, изобретатели.
Макс и Неро переглянулись и синхронно улыбнулись. Что бы они ни задумали, ясно было одно: скучно точно не будет.
Друзья двинулись по коридору в сторону выхода. Пространство вокруг постепенно менялось: учебные сектора оставались позади, шум столовой растворялся, уступая место ровному гулу вентиляции и далёкому эху шагов.
Максим шёл впереди, время от времени оглядываясь, будто проверял, идут ли все за ним. В каждом его движении чувствовалось нетерпение — плечи напряжены, шаг ускорен, руки то и дело сжимались в кулаки.
Неро держался рядом с ним, чуть сбоку. Он двигался спокойнее, но взгляд был сосредоточенным, собранным. Иногда он украдкой поглядывал на Ниру, словно заранее готовился к её вопросам или комментариям.
Нира шла позади них, не теряя бодрости.
— Только давайте сразу договоримся, — бросила она, скрестив руки на ходу, — если это опять «почти готово» или «ещё немного и заработает», я вас съем. Медленно.
— Ты просто не любишь сюрпризы, — усмехнулся Максим.
— Я люблю хорошие сюрпризы, — парировала она. — А плохие обычно имеют взрывной эффект.
Лия шла рядом с Вишуа. Её шаги были размеренными, но внутри росло лёгкое напряжение — знакомое чувство перед неизвестностью. Она оглядывалась по сторонам, замечая, как свет панелей отражается на сиреневой коже подруги.
Вишуа двигалась почти бесшумно, её массивные конечности ступали уверенно, не торопясь. Кожа на предплечьях стала чуть темнее — знак сосредоточенности. Она молчала, но её присутствие ощущалось особенно сильно, словно рядом шёл надёжный щит.
Коридор постепенно сужался, потолки становились ниже, а освещение — холоднее. Впереди показались раздвижные двери выхода, за которыми мерцал дневной свет Миралиса.
Лия глубоко вдохнула.
— Надеюсь, вы понимаете, что интригуете сильнее, чем нужно.
Максим лишь усмехнулся, не оборачиваясь:
— Это только начало.
И с этими словами он ускорил шаг, увлекая всю компанию дальше — туда, где их уже ждало что-то новое.
Они вышли на улицу, и пространство будто сменило дыхание. Закрытые коридоры колледжа остались позади, уступив место открытому миру Миралиса — яркому, странному и каждый раз немного нереальному, словно созданному не до конца для человеческого восприятия.
Небо над ними переливалось мягкими оттенками фиолетового и розового, цвета медленно перетекали друг в друга, будто кто-то размыл границу между рассветом и днём. Свет был рассеянным, лишённым резких теней, и от этого казалось, что предметы слегка парят, не имея твёрдой опоры.
Лия невольно замедлила шаг и подняла голову. Каждый раз, выходя наружу, она ловила себя на одном и том же ощущении — будто попала в сон, который не хочет рассеиваться.
Красиво… и странно, — подумала она. Воздух здесь был густым, насыщенным, словно его можно было не только вдохнуть, но и ощутить кожей. Он пах свежестью, минералами и чем-то едва уловимо сладким.
Вишуа остановилась на мгновение рядом с ней. Лавандовая кожа гронарки мягко откликнулась на свет, заиграв более глубокими оттенками. Для неё Миралис был не просто красивым — он был живым. Она медленно вдохнула, расправляя плечи, будто планета принимала её как свою.
— Здесь спокойно, — произнесла она тихо. — Планета не сопротивляется.
— Ты всегда говоришь так, будто слышишь её, — усмехнулась Нира, но в её голосе не было насмешки. Она прищурилась, оглядывая горизонт, где поднимались причудливые леса: высокие светящиеся растения тянулись вверх, их стволы мягко светились, а кроны переливались холодным и тёплым светом одновременно.
Максим нетерпеливо махнул рукой:
— Потом полюбуемся. Пошли, вам понравится, обещаю.
За аллеями колледжа виднелись кристаллические озёра. Их поверхность была гладкой, как стекло, и отражала небо так чётко, что казалось — шагни вперёд, и провалишься прямо в облака. Свет от воды дробился на тысячи бликов, оседая на траве и камнях.
Неро шёл чуть позади, внимательно наблюдая за дорогой.
— Не сбивайтесь, — бросил он. — Тут тропы иногда… меняются.
Лия вздрогнула и снова посмотрела вперёд. Миралис был прекрасен, но в этой красоте чувствовалась тайна — не угрожающая, но требующая уважения. Она шагнула дальше, догоняя остальных, ощущая, как под ногами мягко пружинит поверхность планеты.
Вся компания двинулась вперёд, растворяясь в переливающемся свете Миралиса, где реальность казалась чуть тоньше, чем где бы то ни было ещё.
Они вошли на территорию учебного полигона, и воздух вокруг сразу изменился. Здесь он был суше, плотнее, словно сама планета настораживалась. Пространство открывалось широкими секторами, разделёнными силовыми линиями и тренировочными зонами. Модули полигона стояли полукольцом — массивные, угловатые конструкции из тёмного металла и кристаллических вставок, каждая со своей специализацией.
Максим уверенно повёл всех к одному из дальних модулей.
— Вот, — бросил он, замедляя шаг. — Этот.
Неро уже был у панели управления. Для него всё происходящее выглядело почти рутиной. Он присел, снял защитную крышку и быстро подключился к интерфейсу. Его пальцы двигались легко и точно, будто он не взламывал систему, а играл на хорошо знакомом инструменте.
Лия невольно затаила дыхание.
— Ты уверен, что ИИ не поднимет тревогу?
— Если поднимет — значит, я сегодня не в форме, — спокойно ответил Неро, не отрывая взгляда от панели.
Мягкий импульс света пробежал по поверхности модуля. Защитные символы на мгновение вспыхнули и погасли.
— Всё, — сказал Неро. — ИИ отключён. Временно.
Вишуа шагнула ближе. Её кожа потемнела, принимая более насыщенный оттенок — сосредоточенность и готовность. Массивная ладонь легла на корпус модуля, словно она прислушивалась к его состоянию.
— Он пустой, — произнесла она. — Без наблюдения.
Максим усмехнулся:
— А я говорил.
С тихим, низким гулом замки разошлись, и створки модуля медленно открылись, выпуская наружу прохладный воздух и слабое свечение внутренних панелей. Внутри было темнее, чем снаружи, и от этого пространство казалось глубже, чем позволяло его внешнее устройство.
Нира сложила руки на груди и приподняла бровь:
— Надеюсь, вы понимаете, что если нас за этим поймают, я первая скажу, что это была не моя идея.
Лия сделала шаг вперёд, чувствуя, как любопытство пересиливает осторожность.
— Ну и… что вы там приготовили?
Максим и Неро переглянулись. В их взглядах мелькнуло одинаковое предвкушение.
— Сейчас увидите, — сказал Максим.
И они пригласили всех внутрь, туда, где учебный модуль уже перестал быть просто частью полигона и готовился стать чем-то большим.
Внутри модуля их встретило пространство, до боли знакомое и потому сразу лишённое напряжения. Никакого чувства вторжения — наоборот, будто они просто вернулись в ещё одну аудиторию, только спрятанную от лишних глаз. Воздух был прохладным и сухим, пропитанным запахом металла, пластика и слабым озоном от недавно работавших систем.
Помещение было заставлено капсулами и тренировочными модулями разного размера. Они стояли рядами, плотно, но продуманно, оставляя проходы, по которым можно было двигаться, не задевая оборудование. У стен располагались кресла для вертикальной реальности — высокие, с фиксирующими опорами и гибкими креплениями, давно подогнанными под разные расы и типы тел. Некоторые из них носили следы частого использования: потёртые поручни, едва заметные царапины, приглушённый блеск от тысяч касаний.
На металлических полках аккуратно лежали шлемы, очки и перчатки для вертикальной реальности. Всё было разложено привычно, почти интуитивно — так, как бывает только в местах, где проводят много времени. Ничего не вызывало удивления или настороженности. Руки сами тянулись к знакомым формам, шаги ложились уверенно, без колебаний.
Движения ребят были спокойными и слаженными. Кто-то машинально обошёл капсулу с левой стороны, кто-то замедлил шаг возле привычного кресла, словно проверяя, на месте ли оно. Здесь не нужно было оглядываться по сторонам или прислушиваться — пространство принимало их без сопротивления, как давно ожидаемых гостей.
Свет внутри был мягким и равномерным, панели излучали приглушённое сияние, не режущее глаза. Тени лежали ровно, не тая в себе скрытых углов. Всё говорило о регулярности, о повторяющихся занятиях, о том, что это место давно стало частью их повседневности.
Здесь не было суеты или напряжения. Только уверенное ощущение привычного порядка, в котором каждая деталь находилась на своём месте, а сами они — там, где им давно было спокойно и знакомо.
Глава 2. «Без сигнала»
— Я совсем забыла, — вдруг сказала Нира, резко остановившись, словно мысль настигла её на полушаге.
Она с довольным выражением лица запустила руку в карман школьной формы и вытащила на ладонь пять кулонов.
Это были прозрачные кристаллы, чистые и гладкие, словно выточенные из застывшего света. Каждый из них переливался всеми цветами радуги: оттенки мягко сменяли друг друга, перетекая от холодного голубого к тёплому золотистому, от сиреневого к розовому. Внутри кристаллов будто жила собственная глубина — при малейшем движении свет ломался, создавая ощущение, что они дышат.
Каждый кулон висел на тонкой, но прочной цепочке.
— Я же сделала нам всем по купону, — продолжила Нира с таким видом, будто речь шла о чём-то совершенно обыденном.
Она по очереди раздала кристаллы друзьям. Движения были быстрыми, уверенными, без лишней торжественности — но в этом жесте чувствовалась забота, тщательно спрятанная за привычной прямолинейностью.
Лия осторожно взяла кулон в ладони. Он был прохладным, но тепло быстро разлилось по коже, словно кристалл откликался на прикосновение. Свет внутри мягко вспыхнул, отразившись в её карих глазах.
Вишуа с интересом рассматривала свой. Когда цепочка коснулась её лавандовой кожи, та на мгновение стала чуть светлее, почти розовой. Массивные пальцы гронарки двигались удивительно аккуратно, будто она держала не просто предмет, а нечто значимое.
Максим присвистнул, покрутив кристалл на свету, а Неро коротко кивнул, явно оценивая работу и материал.
Один за другим они надели кулоны на шеи. Цепочки легли на форму, а кристаллы заняли своё место — у каждого по-своему, но словно сразу став частью их.
На мгновение все замолчали. Не из неловкости — из ощущения, что произошло что-то важное, пусть и без громких слов. Кулоны тихо переливались, отражая свет панелей, связывая компанию не только общей затеей, но и чем-то более личным.
— Теперь точно команда, — с лёгкой ухмылкой добавила Нира, оглядывая всех сразу.
И в этом простом жесте — пяти одинаковых кристаллах на разных шеях — было больше единства, чем в любых официальных знаках или правилах колледжа.
Несколько секунд компания просто молчала, разглядывая кристаллы, будто привыкая к их присутствию. Свет от них мягко отражался на лицах, на стенах модуля, на металлических поверхностях, и всё пространство словно стало чуть теплее.
— Нира… — первой нарушила тишину Лия. Она коснулась кулона пальцами, словно проверяя, настоящий ли он. — Это невероятно красиво. Спасибо тебе.