Чужая чародейка и нежданный король
- -
- 100%
- +
– Дам еще один совет, – продолжила весело. – Начните тренироваться завтра утром. Камни говорят, вечер – неподходящее время для начинаний.
– Хорошо, – рассмеялся Ластир и сильнее согнул руку. Хотелось, чтобы женщина крепче сжала его локоть. Ее теплое уверенное прикосновение оказалось очень приятным.
Вход в пещеру располагался у самой границы сада, в полутьме лейм повелителя Жвакара разглядел почти врастающий в скалистую почву кованый забор с фигурками листьев и летучих мышей. Ворота с таким же узором они со спутниками миновали, когда ехали сюда. Пирра потянула гостя в сторону заросшей плющом беседки, толкнула ажурную дверь и выпустила локоть, давая понять, что дальше они идут порознь.
– Здесь лестница, – предупредила серьезно. – Спускаться получится только по одному.
– И делать это придется в темноте… – договорил за нее Ластир. Как ни вглядывался, не увидел ни спящих магических кристаллов, ни места для факела.
– Да. Но другого пути все равно нет. Уверяю, здесь безопасно.
Мужчина усмехнулся вместо ответа. Вряд ли она хотела оскорбить или принизить его, но внутри на миг поднялась волна негодования. Лейм повелителя Жвакара умеет не только посылать воинов на смерть и плести интриги, но и постоять за себя в бою. Если враг решит отнять его жизнь, лейм заставит его заплатить три цены.
– Хотите, я пойду первой? – осторожно поинтересовалась Пирра.
– Нет, – он развернулся и начал спуск. Еще не хватало давать поводов для сплетен среди хранителей самоцветов!
Лестница оказалась длинной и довольно крутой. Тьма давила. Даже драконье зрение не помогало разобрать, где заканчивается путь. Но женщина за спиной шагала со спокойной уверенностью, и Ластир запретил себе оглядываться, не останавливаясь, шел вниз.
Скорее учуял, чем увидел близость пещеры. Сквозняк принес запах соли, застоявшейся воды и сушеных трав.
– Там подземное озеро? – поинтересовался, чтобы как-то разрушить тишину.
– Нет, – отозвалась Пирра, – но есть очень узкий лаз, который ведет к пещере с озером. Человеку по нему не пройти, а вот аромат проникает без усилий.
– Аромат! Скажете тоже!
– Подозреваю, это дело вкуса.
– Воля ваша, но тут не может быть разночтений! Болотную горечь нельзя назвать ароматом.
Ластир шагнул вперед и понял, что лестница закончилась. Не разбирая, что впереди, он провел вокруг себя руками и не нашел стен. Похоже, они с принцессой добрались до места.
– Подождите немного, – подала голос спутница. Она врезалась в его спину и, видимо, шагнула в сторону.
Зашуршала ткань, металл перстней легко стукнулся о камень где-то за спиной, Пирра прошептала неразборчивые слова, и вокруг загорелось множество огней.
Ластир задержал дыхание. Наверное, если бы какой-нибудь из богов приблизил к земле небосвод на самое короткое расстояние, звезды смотрелись бы так же. Крупные, разноцветные, сияющие самоцветы дарили почти детское ощущение восторга. Казалось, стоит попросить их о чем-то, и они непременно исполнят все мечты.
Мужчина сделал несколько шагов вперед и поднял голову. Отнимающей рассудок спиралью самоцветы ползли далеко вверх, будто пещера продолжалась до вершины самой высокой скалы в округе.
– Оно того стоило? – усмехнулась Пирра.
Ластир поспешил обернуться и смерил спутницу взглядом. В ее ехидных глазах тоже без труда читался детский восторг.
– Великолепное место, – он еще раз поднял голову, чтобы ощутить над собой купол из разноцветных, до жара в груди близких звезд. – Это магия?
– Не совсем. Не та, о которой вы думаете.
– Я не понимаю какая, просто теряю разум, – Ластир раскинул руки и представил себя летящим к небу могучим зверем. На душе стало так хорошо, что хотелось закричать.
– Это так называемые путевые камни. Они сияют, чтобы указать дорогу. Отвечают не всем, но, если удается с ними договориться, чародей отыщет путь в любой шахте.
– Странно понимать, что вы подразумеваете у камней свободу воли, – мужчина опустил руки. Волшебство момента отступило, и разум снова захватил бразды правления.
– Ничего странного. Она у них есть.
Ластир нахмурился. Тон Пирры показался ему настораживающим. Женщина или обиделась, или задумала недоброе.
– А куда они указывают путь сейчас? – поинтересовался, больше желая отвлечь собеседницу, чем узнать правду.
– К Мирадле, – ответила Пирра. – Мой народ называет так ночное светило.
Ластир кивнул. Слышал это имя. Подземные ведьмы считали ее своей верховной богиней. Снова оглядел Пирру с головы до ног. Все-таки принцесса была настоящей красавицей, особенно сейчас, когда ее глаза горели восхищением и гордостью. Возможно, будь они в других обстоятельствах, он бы и впрямь с радостью последовал совету матери.
Будто уловив его мысли, женщина приблизилась на расстояние шага. Ластир почувствовал смородиновый аромат ее духов и улыбнулся. Не видел, чтобы где-то в окрестностях выращивали эти пахучие ягоды. Готов был дать хвост на отсечение: парфюмерию принцессе хранителей самоцветов привозят издалека и по специальному заказу.
– Господин Стир, – едва слышно позвала она. – У этой пещеры есть секрет.
– И какой же?
– Если поцеловаться здесь, то до конца жизни вам будет везти в любви, – сообщила Пирра на одном дыхании, а после почти прыгнула в его сторону и, повиснув на шее, впилась в губы поцелуем.
Ластир вздрогнул, но отстраняться не стал. Он, кажется, прорву дней не делил ложе с женщиной, последние полгода было не до постельных утех, а губы принцессы одаряли приятной нежностью и топили разум в сладости предвкушения. Ей нужен поцелуй? Он разрешит ей воспользоваться своей наивностью. С него не убудет. Обнял Пирру за талию и ответил на ласку.
Женщина притихла на миг, но Ластир и не подумал остановиться. Если уж разрешать себя использовать, то следует делать это с размахом и наслаждением.
***
Старая шутка хранителей самоцветов гласила, что горячей девице не перепадет поцелуя ни от полукровок, ни от равнинных стражей, только откажут ей по-разному. Пирра прекрасно знала почему. Полукровки, как и наги, считали, что касания губ отнимают магию и жизненную силу, и оттого не целовались вовсе. Равнинные стражи просто не прикасались к женщине до церемонии бракосочетания, опасаясь гнева хранящей домашний очаг богини, а уж поцеловать чужую супругу для них и вовсе было немыслимо. Жрецы воздушного небожителя предавались плотским утехам только по определенным дням, и ближайший наступал через десять лун. Затея с самого начала казалась безопасной.
Нападая с поцелуем на господина Стира, принцесса рассчитывала по его реакции определить, чей именно слуга пытается втянуть хранителей в игру, а вместо этого попала в ловушку сама. Мужчина не собирался ни смущаться, ни отказывать. Напротив, он обнял спутницу, захватил ее губы в нежный плен своих и увлек в пропасть, усыпанную отнимающими разум камнями.
Сперва Пирра хотела остановиться, запретить ему вольности, но потом припомнила, что не целовалась, кажется, тысячу лет, и позволила себе насладиться моментом. Мужчина рядом показывал умелый жар, и она без лишних слов подчинялась его страсти. Хотелось так немного: вновь почувствовать себя желанной женщиной. Хвала горной матери, уже не помнила, как было с супругом, и не думала о нем. Только о жадном безумце рядом.
Стир терзал ее шею и уши поцелуями, гладил спину и плечи, прижимал к себе и никуда не спешил. Пирра вдыхала сандалово-древесный аромат его кожи, теряла разум и плавилась, как порода где-то в недрах земли. Хотелось растечься лужицей, а после проникнуть в каждую частичку кавалера, в ответ разрешить ему заполнить свои пустоты глубоко и плотно, до потери дыхания и тяжелых ударов сердца.
Целовала, пока хватало сил, пока огни над головой не слились в единое пестрое полотно. Очнулась, когда поняла, что мужские руки путешествуют по бедрам, пытаясь избавить ее от белья.
Страх прогнал желание. Ни сплетен, ни лишних сложностей не хотелось.
– Мы так не договаривались, – прошептала Пирра, чувствуя, как все внутри сжимается от смеси разочарования, опасений, досады и злости на себя.
– А мы о чем-то договаривались? – в тон ей поинтересовался мужчина, оглаживая ее ягодицы. Снова коснулся поцелуем шеи. – Я настроен продолжить…
– Я не настроена, – выпалила Пирра и поспешила добавить: – Простите.
– Жаль, – Стир ослабил хватку, но оставил руки под юбкой. – Напугал вас? Сделал больно?
– Нет, – развела руками. – Просто в мои планы входили только поцелуи…
– Зачем? – он посмотрел на нее сверху вниз, и Пирра четко уловила недоверчивое удивление в его взгляде. Почувствовала, что краснеет. Вовсе не оттого, что мужчина все так же держит ее за ягодицы и не собирается отпускать.
– Хотела узнать, кто ваш господин, – сообщила еле слышно.
Стир вздохнул и выпустил ее из захвата.
– По всем канонам мне бы следовало пообещать вам раскрыть секрет после совместной ночи, но я не привык неволить женщин.
– Зато привыкли лукавить с принцессами? – Пирра отступила на шаг и улыбнулась. Наваждение понемногу отпускало, и хотелось сгладить произошедшее.
– Возможно, – мужчина подмигнул. – Но, полагаю, мой секрет ничего не изменит.
– Уверены?
– Да, – Стир кивнул. – Именно поэтому не стану ничего скрывать. Мой меч принадлежит повелителю Жвакару.
Пирра усмехнулась. Все-таки полукровки. Что ж, их выгода понятна, осталось только прикинуть другие варианты. Вдруг ссора драконов и змееликих им выгоднее мира? В этом случае будет очень удобно выставить хранителей самоцветов виноватыми.
– Спасибо. Ваша честность заслуживает награды.
– Я хочу еще один поцелуй. Завтра. На вечерней прогулке.
– Не слишком ли много? – принцесса рассмеялась. – Я не планировала проводить завтрашний вечер с вами, через день я ужинаю с братом.
– Я подожду. Спешить некуда. К тому же мне бы хотелось знать наверняка, отправили ли вы послание Эскладарану.
– Вот в чем дело, – она вздохнула с облегчением. – Договорились. Если найдете сил дождаться меня после ужина, то обещаю вам прогулку.
– И поцелуй…
– И поцелуй!
– Да не оставят меня силы, – шутливо подытожил Стир.
– Пойдемте обратно, – довольно отозвалась Пирра, – подниматься по этой лестнице куда сложнее, чем спускаться.
– Пойдете первой?
– Да. На тот случай, если часть пути вам придется подталкивать меня сзади.
Мужчина усмехнулся.
– Если потребуется, я могу понести вас на плече, только дайте знать.
– Непременно, – пообещала Пирра и направилась к лестнице.
Стир кинул прощальный взгляд на купол с кристаллами и пошел рядом.
Пирра со всей возможной бодростью поспешила по лестнице, отчего-то хотелось, чтобы Стир оценил ее прыть. Гость не отставал. Шагал следом, обжигая спину отголосками тепла и погружая мысли в настоящий неуправляемый камнепад. Принцесса то ругала себя за глупую затею, то собиралась остановиться и повторить поцелуи прямо на темной узкой лестнице, то заранее волновалась из-за письма и ужина с братом, то ныряла в тоску и страх от воспоминаний о муже. Не понимала, что происходит, всегда считала, что в любой момент может совладать с собой. Получается, ошибалась.
Отпустило к ночи, когда Пирра сняла обувь, чтобы с ногами усесться в кресло в своей спальне. Хотелось хорошенько прикинуть выгоды и возможные сложности от письма Эскладарану, и разум послушно изгонял все посторонние мысли. В том числе и воспоминания о сегодняшней жутко опрометчивой, но приятной шалости.
Глава четвертая. Письма и камни
Пирра шла на встречу к брату с тяжелым сердцем. Настораживала и его настойчивая просьба прийти раньше, и непонятная суета в королевском замке. Будто его величество решил затеять или внезапный праздник, или большой прием.
Дирр велел искать его в кабинете, и принцесса знакомым путем миновала комнату секретарей, кинула взгляд на расслабленных караульных у двери и, не дожидаясь, пока те вытянутся в струнку, вошла в приемную. Незнакомый мужчина, видимо, новый секретарь, отвесил поклон и пригласил в кабинет к его величеству.
Брат сидел за большим столом и с задумчивым видом копался в бумагах. Сегодня он был не таким приглаженным, как позавчера, и Пирра немного успокоилась. Дирр доводил внешность до идеала, когда хотел подумать и сосредоточиться. Похоже, происходящее сейчас не требовало лишних размышлений. К лучшему! У нее и без того полно разных мыслей.
Пирра поздоровалась и привычно пошла к подоконнику, подпрыгнула и уселась на теплую деревянную поверхность. Вдохнула знакомый с детства горький аромат залакированной горной сосны. Выдержала строгий взгляд брата. Никогда не любила стулья в этой комнате, сидеть на них сколь-нибудь долго было настоящей пыткой. Отец постоянно повторял, что их создал великий мастер Тардаррис, но Пирра считала, что в кабинете красуется не лучшая его работа, а может, и вовсе подделка.
Дирр отложил бумаги и вышел из-за стола.
– Ты составила список камней? – поинтересовался вместо приветствия.
– Да, – Пирра ухмыльнулась. Если супруг надеется на ее скромность, то зря. Правильных десяти камней и впрямь хватит, чтобы выстроить сносную защиту, и она попросит именно их.
Нырнула рукой в сумку на поясе и извлекла оттуда сложенный вчетверо лист.
– Прекрасно, – брат улыбнулся. – Отправим драконам послание после обеда срочной почтой.
– К чему такая спешка? До турнира еще полно времени.
– До турнира – да, – Дирр кинул на нее многозначительный взгляд. – Но твой супруг планирует навестить нас послезавтра вечером и лично привести нужные самоцветы.
– Если он собирается сделать что-то лично, – почти прошипела Пирра, – то вполне подождет лишних пару дней.
– Прекрати! Он твой муж! Ты должна…
– Что я должна? – Пирра почувствовала, как ярость растекается от груди ко всем конечностям. – Терпеть измены, попытки убийства, потные лапы престарелого скота? Не много ли для одной принцессы? Может, и ты мне что-то должен? Нет?
– Я тебе ничего не должен, – Дирр сдвинул брови, и Пирра с досадой отметила, что к лицу брата прилила кровь. Верный признак накатывающего гнева. – Отец обещал тебе спокойную жизнь, вот ему и задавай вопросы. Можешь даже счет выставить. А я действую сообразно ситуации.
Принцесса опустила глаза. Отца не спросишь, он умер в шахтах почти сразу после ее свадьбы, а с братом, похоже, говорить бесполезно.
– Не вернусь к Радису, даже если горы провалятся под землю.
– Я бы не бросался обещаниями, – подытожил Дирр. – Пойдем ужинать. Сегодня там кроме нас восемь человек.
Пирра вздохнула вместо ответа. В многолюдных трапезах было одно преимущество, за столом на нее никто не обращал внимания.
Ушла, как только приличия позволили покинуть скучную компанию брата и его советников. Без привычной беседы после десерта. Никогда не интересовалась политикой, предпочитала книги, камни и магию. Знала всех присутствующих по именам и никого не хотела бы видеть рядом в трудный час. Хитрецы и интриганы! Понимала, отчего брат не доверяет им, но понимала так же, почему рядом с королем они, а не кто-то другой. Дирр сидел на устойчивом троне, но даже ему время от времени требовалось укреплять опоры.
По пути размышляла о муже и его желании быть вместе. Чем дальше, тем больше настораживала его настойчивость. А сговорчивость брата и вовсе кричала о слабости. Или у хранителей самоцветов отчего-то испортились отношения с магией и им снова приходится подстраиваться под драконов, или принцесса чем-то мешает королю, иначе происходящее было не объяснить.
Вспомнила о встрече со Стиром уже в Кессанском замке. В очередной раз удивилась вчерашней смелости и ускорила шаг. Болтать с гостем, прогуливаясь в саду, было страшно приятно.
Мужчина ждал у лестницы, ведущей в жилую часть замка. Пирра в очередной раз оглядела его с ног до головы и довольно улыбнулась. Он был хорош даже для жреца. Высокий, стройный, решительный и неглупый. Надо будет непременно поинтересоваться, он наг на половину или на четверть? А заодно выяснить, отчего он не боится поцелуев.
– Стир… – позвала Пирра, когда до кавалера оставалось пара шагов. Могла поручиться без камня предсказаний, что мужчина видел ее, но зачем-то ждал ее действий.
– Ваше высочество, – гость поклонился. – Рад вас видеть.
– Я отправила письмо Эскладарану утром. Думаю, он получит его дня через три-четыре, королевская почта не самая быстрая.
– Спасибо, – Стир поймал ее взгляд, – я бы хотел получить обратно переданные письма.
– Конечно, – согласилась Пирра. Сегодня в его синих глазах не было холода, только насмешливое любопытство. – Побудьте здесь, я принесу их. Оставила в спальне.
– Хорошо.
Хозяйка замка обошла гостя и пошла вверх по лестнице.
– Пирра, – позвал негромко.
Она остановилась и повернулась на голос. Мужчина улыбнулся.
– Я бы с радостью получил свой должок в вашей комнате, а не в саду. Боюсь, просто умру от ожидания.
Принцесса усмехнулась. В общем-то, не имела ничего против, слуг не будет до утра, а отдать поцелуй и впрямь проще у себя, чем в саду. Там прогуливается слишком много посторонних. В замке вовсе не так безлюдно, как ей могло показаться из жилого крыла.
– Боюсь, ваш визит может быть истолкован превратно. Я замужняя женщина, – Пирра развела руками. Сама не понимала, зачем вспомнила про супруга, вероятно, надеялась, что кавалер отступит и ей не придется сопротивляться мыслям о продолжении вчерашней шалости.
– Возможно, для вашего брака будет полезно, если ваш благоверный задумается о соперниках, – парировал Стир.
Пирра рассмеялась. Не верила в собственнические порывы Радиса, но рассуждения жреца бриллиантовой крошкой рассыпались по самолюбию. Муженьку и впрямь давно стоило указать на его место.
– Пойдемте, – согласилась она, – но после поцелуя хочу прогулку по саду.
– Всенепременно, ваше высочество, – гость поспешил к ней вверх по лестнице.
– Моя комната в самом дальнем тупике, – пояснила Пирра, когда они закончили подъем и оказались на площадке с двумя панорамными окнами. – Слева.
– Такая тишина, – заметил Стир, оглядываясь.
– Никого нет. Слуги приходят лишь по утрам, я не люблю посторонних.
– Но здесь же должны быть не только вы… Слышал, что в Кессанском замке живут все родственники короля.
– Правильно слышали, – принцесса улыбнулась. – Но есть неучтенные детали. Сразу видно, что Жвакар не рассматривает нас как серьезных соперников. Его мечи не знают подробностей.
– Подозреваю, это мой личный просчет. Повелитель здесь ни при чем.
– Из родственников короля жива бабушка по матери, две кузины, троюродный брат и я. Бабушка уже много лет почти не выходит из туннелей, ищет камень, дарующий вечный путь. Кузины живут с мужьями в глубине страны, их семьи предпочли налаживать не магические связи, а производство и торговлю. Троюродный брат руководит обороной королевского замка. Ему удобнее жить там. Так что остаюсь только я. Формально комнаты здесь ждут всех, но не у всех есть желание в них жить.
– А его величество не женат?
– Не подозревала, что Жвакар не знает и этого. Мы, кажется, не скрываем статусов. Нет, брат не женат.
Пирра хотела добавить, что он непременно женится на первой же забеременевшей от него любовницы, но осеклась. Такие подробности подручным повелителя полукровок знать ни к чему.
– А ваш господин женат? – поинтересовалась больше для поддержания разговора, чем действительно надеясь на ответ. Полукровки как раз любили окутать тайной свои брачные союзы. Пирра не исключала, что соглядатаи брата знали истинное положение дел, но она никогда толком не интересовалась соседями.
– Да. И очень удачно. У повелителя шестеро детей: четыре дочери и два сына. Думаю, меньше чем через год он будет подыскивать пару для старшей девочки.
– Интересный расклад, – заметила Пирра.
– Думаю, он возьмет ее с собой на турнир Трех королей.
– Еще любопытнее.
– В этом году там намечается так много событий, что я бы отправился к Циносу просто понаблюдать. Ни один уличный сказитель не придумает таких захватывающих историй.
– Полагаю, вы правы, – подытожила принцесса невесело. Ее шансы, что удастся только понаблюдать, а не поучаствовать, были ниже уровня самых глубоких шахт.
Они подошли к тяжелой двустворчатой двери, ведущей в отведенную Пирре часть. Хозяйка не колеблясь дернула ручку. Опасаться было нечего. Сразу после входа их с гостем ожидал кабинет с обстановкой как раз на один беглый поцелуй. Именно спальня, в которую, скорее всего, рассчитывал заглянуть спутник, располагалась через две проходные комнаты.
Вошли внутрь. Пирра оставила гостя у двери, а сама поспешила к секретеру, в котором лежали письма. Магические камни давали достаточно света, и она нашла бумаги без труда. Убедилась, что ничего не забыла, и вернулась к мужчине.
– Держите! – протянула письма. – Было любопытно ознакомиться с текстами. Очень надеюсь, что там не было подделок.
– Если это подделки, то очень искусные, – Стир забрал письма и спрятал их в сумку на поясе.
– Жвакар мастер в подобных делах, ничего хорошего от него я не жду. Меня подкупила ваша честность.
– И происходящее вокруг, – закончил за нее мужчина.
Пирра улыбнулась. Логика событий и впрямь была главным критерием.
Стир посмотрел на нее сверху вниз, протянул руки, ухватывая за талию, и шагнул вперед, окончательно погружая в свое тепло и сандалово-древесный аромат.
– Хочу распустить твои волосы, – сообщил, глядя в глаза. – Закопаться руками в них и пропустить рыжий шелк между пальцами.
– А как же поцелуй? – поинтересовалась Пирра, из последних сил стараясь избавиться от разгулявшегося воображения. До вчерашнего дня и подумать не могла, что снова захочет познать мужчину, но прикосновения Стира разгоняли кровь и отнимали разум. Похоже, брат прав и ей следует вернуться к мужу, чтобы не натворить дел.
– Все что угодно для прекрасной принцессы, – прошептал гость и, помедлив мгновение, захватил ее губы в плен поцелуя.
Пирра закрыла глаза и ответила на ласку. Раскрыла губы, позволяя кавалеру пустить в ход проворный язык. Скользнула руками по шее Стира, погладила затылок и спину. Он промурлыкал ей что-то нечленораздельное и усилил напор. Не стала возражать. Его жар льстил и заставлял тело томиться в мучительном предвкушении. Хотелось, чтобы мужчина наплевал на условности и приличия и, не медля ни мгновения, утолил ее жажду.
Стир не спешил. Как специально изводил ее обстоятельными поцелуями и прикосновениями. С мучительной нежностью стаскивал одежду и распускал волосы. Отнимал разум, путешествуя губами по коже, обжигал дыханием, нашептывая комплименты, и будил воображение, беззастенчиво поглаживая пальцами.
Дрожащими руками Пирра воевала с застежками и завязками его одежды и мысленно проклинала свою медлительность и неопытность. Супруг всегда приходил к ней в халате на голое тело, и раздевать мужчину ей не приходилось. Сейчас помочь Стиру избавиться от лишнего хотелось до зуда внутри. Казалось, так она заполучит его гораздо быстрее.
Гость не спросил, где спальня. Просто подхватил на руки и понес вглубь покоев. Довольно улыбнулся, когда заметил, что на прикроватной тумбе светятся магические кристаллы, и бережно уложил свою ношу на кровать.
– Хорошо, что смогу видеть твои глаза, – прошептал запальчиво и снова коснулся губ поцелуем.
Пирра обняла его за шею и ответила со всем возможным жаром. Больше всего на свете хотела продолжения.
Получила желаемое. Стир взял ее со знакомой по поцелуям неторопливой, уносящей разум нежностью. Утопая в его сандаловом аромате и полубезумной синеве его глаз, Пирра жалела только об одном: ее доводит до исступления случайный мужчина, и эта ночь никогда больше не повторится. Даже с обожаемым всеми частичками души и разума супругом в лучшие их времена ей не было так хорошо.
Не добрались до прогулки. Будто желая возместить ей все время вынужденного воздержания, мужчина не отпустил Пирру до самого рассвета. Терзал ее тело и заставлял забывать обо всем от сладкого безумия. Она не возражала. Отказаться и потерять даже каплю наслаждения казалось вопиющей, жуткой глупостью. Но всему приходит конец. Кристалл погас, уступая место рассветным лучам могучего светила, и им пришлось остановиться, чтобы подумать о предстоящем дне.
– Побуду с тобой еще немного, – пообещал Стир в очередной раз, расчесывая пальцами ее шевелюру, расслабляя и одаривая силой на новые подвиги. – Не хочу уходить, но будет подозрительно, если я пропущу завтрак.
– Куда подозрительнее будет, если слуги застанут тебя здесь, – усмехнулась Пирра и потерлась носом о его плечо. Вздохнула и по-хозяйски погладила мужскую грудь, касаться его кожи, чувствовать твердые мышцы под ней было страшно приятно. – Не спеши. Время еще есть. Завтрак жрецов раньше, чем мой.
– Я бы с радостью повторил сегодняшнюю ночь. Встретимся вечером? Или, если хочешь, могу сбежать к тебе пораньше. Совру, что устал, и не пойду на ужин, – он бегло поцеловал ее в губы и уставился в глаза. – Жрецы пробудут в Кессанском замке еще две ночи, и обе я в твоем распоряжении. Все равно потерял сон, как только увидел твою улыбку.