Ход за тобой

Глава первая. Подготовка к игре

– Чтобы трахнуть свободного бывшего, Вика, много ума не надо. Только помани, и он поскачет горным козлом. Им всем требуется одно, – заметила Геля менторским тоном и, подвинув чашку с чаем, наклонилась над столом отрезать кусок вафельного торта. – Зуб даю.

Вика с сомнением покачала головой.

– Горным козлам трава нужна, а не трах. Иногда еще мхи, лишайники, – отхлебнула чаю и махнула подруге, – и на мою долю отрежь, пожалуйста.

Прикрыла глаза, наслаждаясь растекающейся по языку горячей горькой жидкостью. Торт очень кстати. Заесть приставучий хронический стресс. Геля послушно отрезала кусок и ей. Вика вздохнула и продолжила:

– Да и коза я неподходящая… – посмотрела на Гелю. Подруге легко говорить: «только помани». Яркая зеленоглазая брюнетка с шикарной фигурой и взрывным темпераментом. А она – исхудавшая бледная моль с блеклыми серыми глазами и русой, не поддающейся укладке шевелюрой. Разве что фигура ничего, и то можно поспорить. – Не знаю. Ради Лешки готова на все, но…

– Никаких «но»! – отрезала Геля. – Макияж поярче, юбку покороче и вперед. Говорю же, он только что со своей актрисулькой расстался. Точнее, она его бросила. Деньги готова поставить, что он обижен на всех женщин и будет иметь все, что движется. А что не движется, раскачивать и тоже иметь.

Вика рассмеялась. Откусила торт и запила чаем. Интерес подруги к актрисе Людмиле Ждановой сейчас был полезен как никогда. Иначе откуда бы она, Вика, узнала, что Вадим Олененок, ее бывший давно забытый любовник и по совместительству отец ее малыша, – нынче брошенный мужчина. Прожевала вафлю и подытожила философски:

– Выбора в любом случае нет. Лешкин врач сказал, месяца через три-четыре, максимум через полгода, будет ясно, есть ли толк от терапии, и если она не даст эффекта, то нужна будет трансплантация стволовых клеток. Так что хочет Олененок или нет, я его поимею. Шанс на спасение в виде базы доноров у бывшего, конечно, есть, но маленький.

– Такой подход мне нравится больше, – Геля заправила за ухо выбившийся из хвоста тяжелый локон и отхлебнула из чашки. – Невозможно выиграть сражение, если ты не настроен на победу.

– К настрою не помешали бы реальные предпосылки, но уже что выросло, то выросло, – пожала плечами Вика и запихала в рот остатки вафли. Если не вспоминать, как они с Олененком расстались, ей даже верилось в успех предприятия.

В кармане джинсов загудел телефон. Будильник. Вика залпом допила чай и поднялась из-за стола.

– Поскакала я. Лешка сейчас проснется. Всю следующую неделю магазин на мне. Отдыхай.

Геля тоже поднялась на ноги:

– Если что – звони. Я пока не очень занята, могу прикрыть.

– Спасибо! – выдохнула Вика и направилась в коридор. Сын, конечно, не один, с бабушкой, но все равно лучше бы прийти к его пробуждению.

Вика вышла в приквартирный тамбур и повернула в сторону двери, ведущей к пожарной лестнице. Жила тремя этажами выше и никогда не преодолевала их на лифте. Всегда ходила только пешком: и десять лет назад, когда они с Гелей, еще будучи одиннадцатиклассницами, подружились, и сейчас, когда не только проводили вместе досуг, но и вели совместный бизнес. Маленький, но вполне себе настоящий. На жизнь хватало, а о большем, по крайней мере пока, речи не шло.

На лестничной клетке царила полутьма, было тихо и душно. Пахло хлоркой с цитрусовым ароматизатором. Похоже, здесь недавно помыли полы. Вика торопливо топала вверх и привычно считала ступеньки. Прекрасно знала: их шесть пролетов по девять штук и вряд ли что-то может измениться, но каждый раз с детской наивной надеждой ждала, что вот-вот случится маленькое чудо. Почему-то казалось, что за одним чудом последует целая череда других.

Скрипнула дверью на своем этаже и зашла в тамбур. Подошла к двери в квартиру и дернула ручку. Родители всегда запирались только на ночь: мать считала, что на восемнадцатом этаже не может быть случайных людей, а если кто-то соберется их ограбить, это сделают и с запертой дверью. Не изменила мнения и после смерти отца в прошлом году. Поначалу Вика пыталась исправить ситуацию, но потом махнула рукой: характер у мамы был не то чтобы плохой, он просто у нее был.

Тихонько вошла в квартиру, втянула носом как-то незаметно поселившийся здесь едва уловимый запах больницы и постаралась как можно бесшумнее затворить дверь. Квартира у них большая, четырехкомнатная, сын спит в самой дальней от входа спальне, но не хотелось бы разбудить его раньше времени.

Послышался знакомый топот детских ног, и в коридор выбежал мальчишка: босой, в штанах и футболке с мультяшным супергероем. Ее четырехлетний разбойник. Изрядно потрепанный химиотерапией и длительным пребыванием в больнице, худой, осунувшийся, но подвижный и смышленый ребенок. Вика стряхнула с ног туфли, шагнула к нему навстречу и подхватила на руки.

– Мой рыцарь уже проснулся? – промурлыкала она и чмокнула мальчишку в щеку.

– Да, – он обнял ее за шею и тоже поцеловал в нос. – Бабушка сказала, что сейчас мы поедим и поедем на дачу.

– Как неожиданно, – Вика спустила ребенка с рук. – Иди поиграй на планшете. До еды. Я разрешаю.

Мальчишка кивнул и умчался в ближайшую комнату. Вика вздохнула и пошла на кухню. Надо поговорить с мамой и выяснить, с чего ей вдруг пришло в голову тащить Лешку за город. Еще, конечно, не зима, дом там теплый, но уже и не лето. Что делать на даче в конце октября?

На кухне едва слышно, но очень волнительно пахло тушеной говядиной. Видимо, мама решила поужинать перед поездкой, а ближе к ночи на даче отделаться легким перекусом. Вика жадно втянула аромат мяса с едва заметным отголоском прованских трав и облизнулась. Засосало под ложечкой. Мама творила чудеса! До прихода сюда даже мыслей не было о еде.

Возившаяся у плиты женщина, высокая, еще не растерявшая красоты блондинка, кинула на дочь беглый взгляд и снова занялась мясом.

– Ничего не желаю слушать, – сообщила она, не оборачиваясь. – Ты все равно будешь работать, а Лешке на воздухе будет лучше. Меньше контактов, больше свободы. У меня в ближайший месяц почти нет работы, побуду с ним там. А ты приезжай на выходные. Электричка ходит исправно, полтора часа, и ты на месте.

Вика вздохнула и подошла ближе к плите: терпеть не могла разговаривать с маминой спиной.

– У него доктор раз в две недели. И что будешь делать, если что-то случится?

– Сяду на машину и поеду в больницу. Не вижу проблемы. Здесь, случись что, будет то же самое. Что до плановых осмотров – привезу сюда, ты сводишь ребенка куда надо, потом отвезу обратно. Вас выписали вчера, пока все хорошо. Таблетки попьем, режим дня соблюдем, все будет как надо.

– Ма-ам… – совсем по-детски протянула Вика.

– Не мамкай! – женщина уменьшила огонь, накрыла сковороду крышкой и повернулась к дочери. – У меня проснулись руководящие инстинкты. Ничего с этим не поделаешь.

Вика тяжело вздохнула. Обычно эта фраза означала, что никакого другого мнения родительница и слышать не желает. Но сейчас дело касалось Лешки, а он все-таки ее, Викин, сын и она имеет право голоса.

– Мне эта поездка не кажется хорошей идеей. Там прохладно.

– Включу побольше отопление.

– Во дворе иногда бывает слякотно.

– Есть резиновые сапоги.

– Там далеко от меня.

– Я думаю, вы успели устать друг от друга еще в больнице. Ребенку не мешает немного самостоятельности. И сменить обстановку тоже. К тому же ты все равно большую часть времени будешь на работе. Какой смысл торчать в городе?

Вика снова вздохнула. Можно было бы поругаться, но сейчас не хотелось. Родители всю жизнь мотались по командировкам, и до отцовской пенсии они с дочерью и не общались толком. До пятнадцати лет Вика жила с бабушкой, а после то одна, то под присмотром приходящих время от времени теть. Когда родители окончательно осели в Москве, совместное житье было для Вики наказанием, друг к другу все привыкали тяжело. Но Лешкина болезнь затмила суетное, и последние месяцы сблизили Вику с матерью. Женщины то ревели на кухне вместе и порознь, то искали врачей, то изучали форумы и больницы, то подстегивали друг друга, когда казалось, что ничего уже не изменишь и надо смириться и готовиться к худшему. Ссориться определенно было не время.

– Хорошо, – выдохнула Вика, – но если что, сразу домой! Даже среди ночи в кромешной тьме. Обещаешь?

– Обещаю! – мать приблизилась и заглянула дочери в глаза: – И ты мне кое-что пообещай.

– Что? – Вика насторожилась. Никогда не видела у мамы такого серьезного выражения лица.

– Позвони ему. Лешкиному отцу. Вряд ли он пропал без вести в экспедиции на северном полюсе. Или улетел в космос и не вернулся. Объясни ситуацию, пусть поможет хотя бы из человеколюбия. Скажи, мы готовы отблагодарить, если нужно. Все-таки двадцать пять процентов успеха – это очень хорошо.

Вика тяжело сглотнула. Вот уж не думала, что мама решится заговорить об этом.

– Врач сказал, что иногда посторонние доноры подходят даже лучше братьев и сестер, – еле слышно выдавила она. Отчего-то обсуждать эту тему с родительницей было куда сложнее, чем с Гелей.

– Я бы копала во все стороны, – выдохнула мама. Помолчала и устало потерла лицо ладонями. – Знаешь, когда мы с отцом в последний раз вернулись из Конго, я очень разозлилась, что моя двадцатитрехлетняя дочь умудрилась родить сразу после академии. Да еще и без мужа. Меня раздражал и детский крик, и твоя бесконечная возня с бутылками, колясками, подгузниками и сайтом. Твое безденежье. Я проклинала и твою глупость, и наш с отцом недосмотр. Если б мы были рядом, все, наверное, было бы иначе. Но прошло время, и сейчас за нашего Лешку я готова убить. Или умереть вместо него. Жаль, обмена у нас никак не получится. А уж лечь под кого-то – это такие мелочи. Разве пятнадцать минут мучений – высокая цена за его жизнь?

Вике захотелось выть. Если бы дело было только в этом! Вадим страшно зол на нее и не станет помогать из принципа, даже если она приползет к нему на коленях. Вот трахнуть ее на спор он может; или поиметь, чтобы потом высмеять и поиздеваться, а чтобы помочь – вряд ли. Звонить с просьбами ему бесполезно.

– Я разберусь, мам, – еле слышно выговорила она и шмыгнула носом. Еще не хватало разреветься! – Пойду к Лешке. Посмотрим вместе мультик.

– Иди, я позову, как будет готово, – отозвалась мама как ни в чем не бывало и отвернулась к плите.

Вика на ватных ногах потопала в Лешкину комнату.

Сын увлеченно руководил растениями, защищал мультяшный дом от напавших на него зомби. Вика уселась рядом и осторожно, чтобы не помешать игре, обняла мальчишку. Прикрыла глаза, наслаждаясь знакомым теплом. Как же хорошо, что у нее есть ее маленький рыцарь, смелый спокойный Лешечка. Чмокнула сына в макушку. Пусть сейчас сложно, они обязательно победят, и все будет хорошо.

Вика проводила родственников ближе к ночи. Мама любила рулить по шоссе при свете фонарей и потому на дачу собирались неспешно, без лишней суеты. К тому же Вика страшно боялась, что они что-нибудь забудут, и перепроверяла собранное раз пять. Наконец она поцеловала Лешку, проверила замок на детском кресле, махнула рукой маме, велела позвонить, как доберутся, и остановилась проводить машину взглядом. Расставалась с сыном первый раз за последние полгода и чувствовала себя потерянной.

Авто зашипело шинами по асфальту и плавно потекло на выезд из двора, а потом повернуло и исчезло из виду. Вика вздохнула и направилась домой. Понятия не имела, чем займется, столько свободного времени ей не перепадало, кажется, тысячу лет.

До маминого звонка проторчала в ванне с книжкой, потом ополоснулась, вытерлась, обернула голову полотенцем, надела халат и лениво переползла на кухню за ноутбук. Завтра будет полно работы, а сегодня можно расслабиться. Вздохнула, вспомнив о еще одном нерабочем деле. Посмотрела на экран ноутбука и поспешила отвернуться. Связываться с Вадимом снова не хотелось, но никто не спрашивал о ее желаниях.

Сварила себе крепкий американо, достала из домашнего бара початую бутылку пахнущего ягодами коньяка, добавила алкоголь в кофе и снова уселась за ноутбук. Сделала пару глотков, наслаждаясь горьковатым ароматом горячей жидкости, и полезла в соцсеть. Можно было просто позвонить и объяснить мужчине все как есть, но тогда пришлось бы сознаться, что у них получился Лешка, а это в ее планы не входило. Когда они с Вадимом виделись последний раз, он пообещал ее задушить, и как бывший отреагирует на известие о ребенке, даже предполагать было страшно.

Вадим Олененок быстро нашелся среди друзей друзей, и через пару минут Вика уже внимательно изучала его страницу. Бывший, казалось, страдал болезненным желанием делиться подробностями своей жизни с остальным миром. Вика этого никогда не понимала, но разглядывать фотографии и подписи к ним непонимание не мешало.

На первом фото В.А. Олененок, совладелец компании «Московская недвижимость для бизнеса», вещал что-то в кучу микрофонов на пресс-конференции для деловых каналов. На следующем открывал торговый центр на окраине столицы, на третьем улыбался рядом с госпожой Ждановой на презентации ее нового фильма.

Вика кинула взгляд на актрису и залюбовалась. Шикарная яркая блондинка с ясными глазами и милой ямочкой на подбородке. Будь Вика мужчиной, она бы тоже с радостью поулыбалась рядом. Интересно, что у них там произошло? Вадим даже для восходящей звезды кавалер правильный. Статусный. Что он такого сотворил, что красавица дала ему от ворот поворот? Надо будет спросить. После.

Перевела взгляд на бывшего и довольно улыбнулась. Не ему, а тому, что сердце даже не подумало сменить ритм. Все-таки пять с лишним лет – большой срок, время все сжигает дотла, не оставляя ни боли, ни планов, ни желаний. А до возрастной тоски по молодости ей еще далеко.

Вадим почти не изменился. Остался таким же высоким худощавым мужчиной с правильными чертами лица, русой с рыжиной шевелюрой и внимательным взглядом карих глаз. Разве что костюм стал подороже. Но в этом она была не мастак. Ее работа подразумевала свитер и джинсы, и ни за какие коврижки Вика не стала бы одеваться иначе.

Продолжила путешествие по странице. Господин Олененок отмечен на мероприятии «день рождения компании» в клубе «Плотина» в эту пятницу. Посмотрела на календарь, прикидывая дни. Пятница – подходящее время, где-то плюс-минус в субботу у нее должна быть овуляция, есть шанс, что все обойдется малой кровью. Теперь осталось попасть в «Плотину». Ясное дело, посторонних туда, скорее всего, не пустят, но вдруг.

Поискала информацию и почти взвизгнула от радости. Все-таки мир приятно тесен! Клуб принадлежал отцу однокурсницы Ленки. Девушке шебутной, но не стервозной. Вика посмотрела на время, убеждаясь, что еще прилично позвонить, и потянулась за смартфоном. Если повезет, договорится обо всем сейчас.

Трубку подняли почти сразу. Будто сидели у телефона и ждали ее звонка.

– Привет! Давно не слышались! – выпалила Ленка радостно, и Вике стало совестно, что не звонила ей полгода.

– Привет! Как дела? – поинтересовалась, повинуясь заведенному порядку. Они редко созванивались без целей, но ритуал показной бесполезности звонка выполнялся всегда.

– Нормально. Разве что отец достал своим контролем. Думаю, может, замуж из-под его опеки сбежать…

Вика хихикнула. Учитывая Ленкины запросы, ее супруга хотелось пожалеть заранее.

– Ну тебя, – попыталась вразумить подругу. – Во-первых, что там делать? Ясно, что побывать надо, но не в самом соку же. Не в двадцать семь. А во-вторых, какой муж будет менять тебе машину раз в год? Погрязнешь в супружеских долгах.

– Твоя правда, – вздохнула Ленка. – И на шмотки, небось, столько тратить не даст. Эх… А у тебя как дела? Как твой бизнес? Движется?

– Движется. Не так быстро, как хотелось бы, но вполне себе, – Вика снова хихикнула. – Маленькие шаги для малого бизнеса.

– Зато без папы, – как-то невесело подытожила Ленка, и Вика решила, что пора брать быка за рога. А то того гляди подруга начнет спрашивать о личном, и она, Вика, проболтается насчет Лешки.

– Мне помощь нужна. Хочу попасть в «Плотину» на корпоратив «Московской недвижимости». Разговор есть к Олененку серьезный, по телефону никак не могу, а встретиться, боюсь, откажется.

– Я бы на твоем месте в принципе избегала с ним встреч, последний раз, когда при нем упоминали твое имя, его аж скрючивало от злости. Правда, это было давно, года три назад.

– Бедняга, – с деланным сочувствием подхватила Вика, – даже не представляю, что ему придется пережить во время нашего разговора.

– Если серьезно, Вик, – голос Ленки приобрел какую-то неожиданную взрослость, – в отцовском клубе неприятности не нужны. Место очень приличное. Я тоже, если что, огребу по полной. Поэтому сначала пообещай, что до драки у вас не дойдет. А если он убьет тебя, то даже трупом ты выползешь за пределы «Плотины» и остановишься только в тридцати с лишним метрах.

– Клянусь! – без тени иронии сообщила Вика. – Не подведу.

– Отлично! Тогда мы вот что сделаем. Я попрошу тебя пустить, но тебе придется нацепить бейджик «помощник администратора». Согласна?

– Конечно! Спасибо тебе большое!

– Не за что. Позвони накануне. Проинструктирую еще раз.

– Да! Не пропадай!

– Куда я денусь? Если только замуж, и то ненадолго… Пока.

Ленка отключилась.

Вика положила смартфон на стол и посмотрела в экран ноутбука. С облегчением закрыла страницу Вадима. Отхлебнула кофе и улыбнулась. На сегодня с этим мужчиной все. Горные козлы в жизни должны появляться дозированно, исключительно для того, чтобы понять, как великолепно без них.

Глава вторая. Ресурсы игрока

Утро началось необычно. Вместо запрыгивающего на ее кровать сына Вику разбудил монотонный писк будильника, сообщающего, что уже восемь утра. Она встала с постели, позвонила маме убедиться, что у Лешки все хорошо, и принялась лениво приводить себя в порядок. Времени хватало. Их с Гелей магазин настольных игр по расписанию начинал работать в десять, а ехать до него было полчаса.

Сейчас открытие офлайн торговой точки казалось Вике ошибкой, но год назад, когда все только начиналось, они с Гелей были преисполнены энтузиазма. Их успешному онлайн-магазину требовалось подкрепление – место, где можно было увидеть, потрогать игры и спросить совета у знающих людей. Нужно? Создали! В итоге вышло так себе. Офлайн только что не приносил убытков, зато времени и сил отъедал мама не горюй!

В начале лета подруги долго думали, что делать, но потом решили продлить эксперимент еще на год. В конце концов, пока онлайн-продажи приносили достаточно, можно было и побаловаться. Вот и баловались шесть дней в неделю почти без перерывов на обед.

На улице оказалось неожиданно тепло, и, если бы не практически голые деревья, Вика решила бы, что сейчас начало осени. Будто они с Лешкой легли в больницу и выписались в один день, а не прохлаждались там кучу времени. Пахло мокрым асфальтом и прелыми листьями, дул теплый ветерок, а под ноги то тут, то там попадались лужи. «Посмотрим, что будет дней через десять», – подумала Вика, припоминая, что сейчас конец октября, а в начале ноября всегда выпадает первый снег.

Метро встретило шумом и суетой, люди спешили, иногда сами не понимая куда. Ехать было по прямой. Вика нашла место в уголке в начале вагона и уткнулась в смартфон. Зашла в соцсеть проверить, нет ли там посланий от Гели, та отчего-то недолюбливала мессенджеры и частенько писала куда угодно, только не туда, куда нужно. Открыла раздел с сообщениями и застыла. Тяжело проглотила застрявший в горле ком и сжала смартфон так, будто собиралась задушить. Соцсеть предлагала написать Вадиму. Ничего необычного, так всегда бывает, когда заходишь на чью-то страницу, но Вика поспешила закрыть окно. Не хватало еще написать бывшему по ошибке. Потом замучаешься объясняться. Нашла обзор на очередную игру и погрузилась в чтение.

Была на месте без десяти. Открыла магазин их с Гелей «Настольный лабиринт», сняла с сигнализации помещение, повозилась с кассой и встала рядом за местный ноутбук обрабатывать вчерашние вечерние заказы. Народу по утрам практически не было, курьер обычно подъезжал к часу, к этому времени Вика успевала подготовить игры к отправке. Если не отвлекалась, конечно.

В десять ноль пять звякнул колокольчик, предупреждающий о приходе посетителей, и на пороге возник Николай, владелец расположенного за стенкой антикафе. Как раз перед больницей они с Гелей снимали у него помещение на пару дней для соревнований. Много и тесно общались. После Вика умудрилась даже сходить с ним на свидание, но ничего дельного не вышло, все мысли были о Лешке. Сегодня Николай, похоже, решил предпринять еще одну попытку. Поздоровался и подошел вплотную к стойке с кассой.

Вика слабо улыбнулась. Николай, в общем-то, был неплох. Высокий крупный голубоглазый брюнет с тяжелым, почти киношным подбородком и киношной же белозубой улыбкой, но ей было совершено не до него.

– Рад, что ты снова здесь, – сообщил он, наклоняясь так близко, что Вике стало немного не по себе. – Надеюсь, с сыном все в порядке?

Вздохнула. Настолько, насколько может быть в порядке в его ситуации.

– Да, все хорошо. Не стоило волноваться.

– Не хочешь в пятницу в боулинг? Или еще куда-нибудь? – вкрадчиво поинтересовался он и без лишних расшаркиваний накрыл ее лежащую на мышке руку своей. Вика подняла на него глаза. Николай смотрел сосредоточенно и строго, будто действительно ждал ответа. Даже киношный подбородок не придавал его виду уверенности. – Я все это время только о тебе и думал.

– Конечно, думал, – усмехнулась Вика и осторожно дернула рукой, давая понять, что его прикосновение мешает, – мы так и не перевели тебе деньги за аренду, такими вещами я у нас занимаюсь.

– И поэтому тоже, – рассмеялся Николай, но руку не убрал. – Ну так что? Может, если в пятницу неудобно, то в субботу?

– Пойдем лучше в театр, – выпалила Вика первое, что пришло в голову. Казалось, куда-куда, а вот в театр этот здоровяк не пойдет никогда. – В воскресенье.

– Хорошо, – он расплылся в широкой улыбке. – В воскресенье вечером идем в театр, билеты за мной.

Осторожно сжал ее кисть напоследок и отпустил на волю.

– Вечером зайду, расскажу, какие есть спектакли. Ты тут до скольки?

– Сегодня до семи, – поделилась Вика, припоминая, что вечером у нее запланирован визит к парикмахеру.

– Вот и ладушки, – мужчина подмигнул и направился на выход.

Вика хмыкнула. Похоже, ее ждет насыщенный конец недели. В пятницу горячая встреча с Вадимом, и будет очень неплохо, если она плавно перейдет в утро субботы, а в воскресенье поход в театр. Культурная программа… Главное – где-то в процессе не склеить свои замученные ласты.

А потом ее кольнула нехорошая мысль. Вот увидит она Вадима, и он ее увидит, а дальше-то что? Где гарантия, что если он сразу не кинется ее душить, то соберется спать с ней? С чего вдруг? Он уже не в том возрасте, когда хочется все, что движется, к тому же бывший – молодой небедный мужчина, у него, должно быть, огромный выбор. А тут нарисуется она. Страшный призрак из прошлого. Причем страшный во всех смыслах, у нее даже мысли мрачные. Вздохнула и снова уставилась в экран. Это Вадим пусть переживает, а она подумает обо всем в пятницу с утра, сейчас полно других дел.

Заказов оказалось море. То ли люди уже начали готовиться к новогодним праздникам, то ли просто кто-то большой прорекламировал настольные игры. Вика улыбнулась. Вспомнила, какой ажиотаж был с детской игрой про уточек перед прошлым Новым годом из-за рекламы на канале с мультиками. Все выходило прямо как у госпожи Беладонны в мультике про Фунтика: «Дети плачут, родители платят». Игра была обычной ходилкой, аляповатой и простой, но шла на ура. Ровно пока показывали рекламу. Потом как отрезало.

Закончила с подготовкой как раз к приходу курьера, милой женщины средних лет. Заметив Вику, та расплылась в улыбке.

– Давненько вас не видела, – сообщила, разворачивая к двери тележку, уставленную яркими, завернутыми в пленку коробками с номерами.

– Выглядите цветуще, – подмигнула Вика, протягивая ей бумаги. – На первой странице доставка сегодня, на второй – завтра до обеда. Если что-то не успеваете – или звоните мне, или сами согласовываете с покупателем. Как удобнее. Вот эти товары, – она ткнула в строчки в накладной, – еще не оплачены. Терминал у вас работает? Все хотят безнал…

– Да.

– Отлично.

Курьер зажала бумаги под мышкой и покатила тележку к припаркованной рядом с выходом сине-зеленой машине с овальным логотипом компании-перевозчика. Хозяйка магазина, не одеваясь, поспешила за ней. Без пальто на улице оказалось холодно, и, пока они грузили коробки в машину, Вика замерзла так, что заходила ходуном челюсть.