Белая Лилия

Глава 1.

Закатное солнце освещало последними лучами пространство небольшого, но могущественного королевства Антарес, расположенного среди дремучего леса и нескончаемых холмов, напоминая людям о скором наступлении сумерек. Темно-оранжевые и розовые блики бросали свои отблески на многочисленные дома и торговые лавки, а местные жители завершали последние рабочие дела и стремились поскорее начать заслуженный отдых. Несмотря на неизбежно наступающий вечер, на улице оставалось по-прежнему многолюдно: старики собирались в кучу, чтобы обсудить последние новости, дети резвились на свежем воздухе, а молодые пары неспешно прогуливались вдоль строений. Обстановка в королевстве каждый вечер напоминала теплый семейный праздник: люди улыбались друг другу, много смеялись и вели оживленные беседы.

В самом сердце Антареса расположился величественный замок, стены которого напротив были погружены в тишину и спокойствие. Внутри не было слышно ни звука, словно обитатели замка внезапно превратились в мышей и попрятались по углам, и только на территории внутреннего двора, где возрастали прекрасные деревья и цветы, был слышен детский задорной смех. Двое мальчишек лет десяти стремительно убегали от девочки, которая на вид казалась чуть младше своих приятелей.

– Догоняй, Виктория! Бегаешь медленно, как девчонка, – закричал один из мальчиков, ненадолго останавливаясь около огромного дуба.

– Потому что я и есть девчонка, болван! – крикнула в ответ черноволосая малышка, нахмурив свои брови.

– Мы предупреждали, что не будет никаких поблажек. Если не нравится, то ступай играть с подобными себе, сестренка, – не унимался мальчуган.

Эти слова вывели из себя Викторию, которая никак не могла успеть за своими друзьями. Девчушка сделала резкую остановку и взмахнула рукой в сторону старшего брата. Внезапно ноги перестали слушаться хозяина, наткнулись на невидимую преграду, а сам он рухнул на землю, лицом в зеленую траву. Эта картина вызвала безудержный хохот у второго мальчика, от приступа смеха он остановился и скрутился пополам, хватаясь за живот. Парнишка, волосы которого, как и у сестры, имели насыщенно черный цвет, поднял голову и взглянул на девчушку. На лице Виктории в это время красовалась хитрая ухмылка.

– Не честно! Ты обещала не использовать магию! – заорал брат сестре, одновременно поднимаясь на ноги.

– Ты сам виноват, Оливер! Будешь меньше нести всякую чушь! – в тон ему ответила Виктория.

Покрасневший от гнева Оливер, уже уверенно стоявший на ногах, стремительно зашагал в сторону друга, который продолжал сотрясаться от хохота. Увидев лицо приятеля, тот попытался взять себя в руки, но попытки были весьма неуверенными.

– Элайджа, ты – будущий правитель этого королевства. Как твой друг, я настоятельно советую запретить этой наглой девчонке играть вместе с нами, – надменно произнес Оливер, отряхивая одежду от грязи и пыли после своего фееричного падения.

– Он этого не сделает, – самоуверенно заявила Виктория, успевшая подойти ближе к своим друзьям.

– Почему это? – возмущено воскликнул Оливер, всплеснув руками в воздухе.

– Потому что оставшись наедине с тобой очень скоро можно умереть со скуки, – сказала девчушка с самоуверенной миной на лице. Такие заявления всегда выводили ее брата из себя, поэтому она старалась подначивать его подобным образом при каждом удобном случае.

– Ах, ты мелкая…

Словесная перепалка между братом и сестрой вспыхнул с новой силой, пытаясь переспорить друг друга они кричали все громче и громче, нарушая блаженную тишину, царившую в стенах замка. Элайджа некоторое время наблюдал за происходящим, но вскоре решил вмешаться, побоявшись, что его друзьям, поддавшись своим эмоциям, могут начать настоящую драку. Однако брат и сестра Анвари стойко игнорировали своего друга, что разозлило уже самого юного принца. Вопли троих друзей достигли максимальных децибел, заставив некоторых слуг выглянуть в окна, чтобы посмотреть на происходящие в саду. Вскоре из дубовых двухстворчатых дверей замка, ведущих в сад, показалась женская фигура. Несмотря на свой небольшой рост и миниатюрность, женщина выглядела уверено, благородно, а один ее строгий взгляд и поджатые губы могли пригвоздить и заставить замолчать любого, даже самого грозного мужчину. Густые русые волосы, обрамляющие лицо женщины, заплетенные в косу, делали ее образ более нежным, а насыщенные зеленые глаза пленили. Обитательница замка, облаченная в бордовое с черными кружевами платье, бросила взгляд на троицу. Дети, не замечая ничего и никого вокруг, по-прежнему старались перекричать друг друга. Виктория, перешедшая уже на визг, доказывая что-то невнятное брату, тыкала в него указательным пальцем, Оливер всплескивал руками и закатывал глаза, а Элайджа хмурился и всячески пытался встрять между друзьями. Женщина смотрела на ребят, а ее лицо тронула едва заметная улыбка. Такие сцены юные дарования устраивали довольно часто. Все трое жили в замке и еще с пеленок стали неразлучными друзьями. Своими играми и забавами сорванцы доставляли неудобства прислугам и другим жителям замка, но без них жизнь в этих стенах была бы слишком скучной, подумала женщина, весело хмыкнув.

Скоро из дверей, ведущих на задний двор, показалась еще одна фигура. Внешний вид второй женщины сразу давал понять – перед тобой стоит особа королевских кровей. Ее пышное платье, цвета слоновьей кости, украшенное рюшами, дополняли необычной красоты драгоценности из лунного камня, рубинов и алмазов. Белокурые волосы были собраны в высокую прическу, из которой не выбивался ни единый локон. Осанка, взгляд, походка – все в женщине кричало о превосходстве над другими. Стрельнув голубыми глазами в сторону источника шума, губы женщины аналогично растянулись в теплой и доброй улыбке.

– Что у них стряслось на этот раз? – спросила белокурая женщина, склонившись к собеседнице.

– Не имею ни малейшего понятия, Ваше Величество, но разве это важно? Наши дети могут найти проблему даже там, где ее нет, – весело ответила та.

– Тут ты права, Флоренс, – хмыкнула блондинка, продолжая смотреть на вопящих ребят, – Что будем с этим делать?

– Возвращайтесь в замок, я разберусь, – посмотрев на женщину, сказала женщина и тут же двинулась к детям.

Шумная троица все также продолжала свои жаркие споры о том, кто из них главнее и лучше, даже не замечая приближающейся угрозы с зелеными глазами. Первым Флоренс заметил Элайджа. Он попытался предупредить друзей, подергивая тех за руки и плечи, но от него вновь отмахнулись как от назойливой мухи. Флоренс достигла цели, встав перед детьми. Солнце уже успело опуститься за горизонт, поэтому внутренний двор освещали сотни факелов. Они бросили тень от фигуры женщины на брата и сестру, благодаря чему те все же обратили внимание на неожиданную гостью. Мгновенно замолчав, ребята уставились на строгое лицо Флоренс.

– Уже множество раз я просила вас вести себя достойно, не позорить меня и всю королевскую семью, – ровным и спокойным тоном, внушающим страх, начала женщина, – Так потрудитесь же объяснить свое неподобающие поведение. Почему в очередной раз я застаю вас вопящими так, что можно услащать в соседнем королевстве?

– Это все Оливер! – тут же начала Виктория, – Он опять задирал меня и пытался переманить Элайджу на свою сторону!

– А она опять использовала магию! – тут же начал оправдываться брат, – Хотя ты запретила ей это делать без крайней необходимости.

– Если бы ты вел себя нормально, мне бы не пришлось этого делать, – продолжала девочка.

– Так это я виноват, хочешь сказать? – удивленно округлив глаза, Оливер повернулся в сторону сестры, – Если ты не можешь на ровне с нами, то, пожалуйста, сестренка, играй с другими девчонками, а от нас отстань!

– Вот видишь, он опять начинает…

Спор между братом и сестрой вспыхнул с новой силой. Флоренс некоторое время наблюдала за этой картиной, а после тяжело вздохнула и сделала круговое движение рукой в воздухе. В это же мгновение сад погрузился в тишину. Оливер и Виктория продолжали кричать друг на друга, но из их ртов не доносилось ни звука. Поняв это, они вновь повернулись к женщине и стыдливо опустили головы. Повторив движение рукой, но в обратную сторону, Флоренс сказала:

– Вы оба ведете себя недостойно тому, чтобы жить в стенах этого замка и есть за одним столом с членами королевской семьи. Дети, вам не запрещено играть и веселиться, я лишь требую, чтобы это не превращалось в балаган и не мешало другим людям, – с нажимом отчитала ребят женщина, – А сейчас я хочу, чтобы вы отправились в свои комнаты, занялись чем-нибудь полезным перед сном и подумали над своим поведением.

– Да, мама, – хором ответили Оливер и Виктория.

– Элайджа, – мальчишка с пепельными волосами, такими же как у своей матери, дернулся от неожиданности и испугано посмотрел на женщину. Да, он будущий правитель, но Флоренс наводила небольшой ужас даже на него, – Вас я также прошу пройти в замок и найти Ее Величество, она вас ждет, – спокойно, но также строго заключила женщина.

Мальчишка заторможенно моргнул, а после кивнул. Все вчетвером они вошли в большие двери. Поскольку юный принц проживал в восточном крыле, а спальни его друзей находились в западной части замка, Виктория и Оливер быстро пожелали Элайдже спокойной ночи и бросились догонять мать, которая успела пройти чуть вперед. Мальчик еще немного посмотрел вслед друзьям, взъерошил волосы и, улыбаясь, отправился на поиски матери. Найти ее особого труда не составило. Миновав мраморную лестницу, юноша поднялся на второй этаж и толкнул дверь, ведущую в библиотеку. В последнее время королева Одетт предпочитала коротать свои вечера за чтением книг, надеясь найти в них утешение. Даже в столь юном возрасте Элайджа понимал, что для королевства Антарес, как и многих соседних, наступили нелегкие времена. Пару месяцев назад наследный принц подслушал разговор своей матери и верховного главнокомандующего их королевства – Теодора Монте. Мужчина доложил о последнем столкновении гвардии с недругами, которые пытались прорваться через границу Антареса. Из услышанного Элайджа запомнил, что варвары называли себя отрядом Черного Лотоса.

Подслушать в тот вечер Элайдже удалось немного, поскольку взрослые быстро удалились в уединенный кабинет. Но все же мальчишка смог узнать кое-что еще: воины Черного Лотоса для своих гнусных деяний прибегали к помощи магов, что было крайне запрещено международным законом. Согласно манифесту, подписанному Коалицией Пяти Великих Королевств, силы колдунов и магов могут использоваться только для защиты территорий, а применение их способностей для порабощения других народов строго каралось.

Но судя по всему, Черный Лотос наплевал на эти правила. В той злополучной битве один из представителей волшебного мира ранил отца Элайджы неизвестным заклинанием, что привело к тяжелой болезни короля. Мысли об отце всегда заставляли детское сердце сжиматься от боли и печали. На протяжении двух месяцев король Август III лежал в отдельно выделенных ему покоях. Он не двигался, не говорил, не ел и даже не пил. Просто существовал. Губы отца с каждым днем становились все синее, кожа медленно бледнела, по венам же теперь бежала не красная, а черная кровь. Придворная волшебница Флоренс каждый день навещала короля, уже сотни раз она проводила свои ритуалы и обряды, подвергала Августа магическому воздействию, но все оказалось четно. Самого Элайджу больше к отцу не пускали, уверяя, что тому нужен покой, но мальчик был уверен, что мать просто не хотела, чтобы сын наблюдал душераздирающую картину. Принц понимал – его отец превратился в живого мертвеца. Он дышал, его сердце билось, но король не жил.

Отогнав мрачные мысли, белокурый мальчишка двинулся вглубь библиотеки, на поиски матери. Миновав пару стеллажей, он обнаружил королеву, сидящей в кресле, обитом бархатом багрового цвета. Мальчик очень любил свою мать. Она всегда дарила ему тепло и заботу. В целом, подход к воспитанию в королевской семье очень отличался. Отец держал сына в ежовых рукавицах, стараясь вырастить из него достойного монарха, а вот мама… Мама никогда не была скупа на эмоции и нежность, хотя в присутствии отца старалась держать себя в руках, боясь вызвать немилость мужа. Сейчас же королева Одетт стала сама не своя, чаще молчала, меньше улыбалась, перестала устраивать приемы и балы, а по вечерам старалась прятаться от всех среди книг. Элайджа остро чувствовал эту перемену в настроении матери, но оказался бессильным, чтобы помочь ей.

Королева сидела на кресле с изящной и ровной осанкой. В одной руке у нее была книга, а второй она держала фарфоровую чашечку, где были заварены травы, которые собрала для Одетт Флоренс. Они помогали женщине успокоится, а также боролись с бессонницей.

Элайджа двинулся к матери. Заметив присутствие сына, королева нежно улыбнулась и отложила книгу, пригласив его присесть в соседнее кресло.

– Что читаешь? – поинтересовался мальчик.

– Очередной роман о любви и верности, дорогой. Ничего особенного, – ответила мать, отодвигая книгу еще дальше.

– Флоренс сказала, что ты хотела меня видеть.

– Да, я планировала отложить этот разговор, но судьба, к моему сожалению, распорядилась иначе, – сказала королева.

По тону матери Элайджа понял, что разговор предстоит серьезный. За последние несколько месяцев его жизнь, настроение в замке, поведение придворных и многое другое поменялось. Казалось, та страшная битва стала точкой отчета до катастрофы, грядущей на королевство. Что-то подсказывало ребенку об изменениях. Изменениях не очень позитивных, если быть точнее. Тем не менее, Элайджа выпрямил спину, повернул корпус к матери и постарался придать лицу бесстрастное выражение лица, как его учил отец. “Король всегда должен быть собран и уверен”, прозвучали в голове мальчика слова Августа.

– Элайджа, ты знаешь, что папа сейчас очень сильно болен, – начала королева Одетт и, дождавшись кивка сына, продолжила, – Флоренс, ее знакомые маги и множество лекарей проводили исследования, предприняли десятки попыток хоть как-то исправить положение, но… – голос матери дрогнул и она замолчала.

– Отец умирает, ты это пытаешься сказать? – медленно и слишком спокойно для ребенка своего возраста произнес мальчик.

– Да, родной. Твоего отца ранили сильным и темным заклинанием, противостоять которому оказалось невозможно. Флоренс полагает, что это необычное заклинание, а проклятие, которое было разработано недавно и еще неизвестно магическому миру.

После этого королева вновь замолчала и сделал небольшой глоток успокаивающего напитка из чашки. Элайджа кивнул на сказанное и посмотрел прямо перед собой, пытаясь переварить новую информацию. Мальчик давно догадывался, что отец медленно погибает, но услышать эти слова от матери оказалось тяжелее, чем он рассчитывал. Теперь скорая кончина отца казалось реальнее, а ощущения от будущей потери дорогого человека начали бить по сердцу острее. Значит, в короля не просто швырнули случайным темным заклинанием, а прокляли, подумал Элайджа. И, если верить словам Флоренс, это проклятие было разработано членами вражеского клана. Вероятно, именно с помощью него они и наносят сокрушительные удары по воинам и жителям королевств.

– Но это еще не все, дорогой, – после продолжительной паузы мама снова начала разговор. Было видно, что это дается женщине весьма непросто, – Ты являешься единственным сыном своего отца, а значит единственным наследником престола.

Женщина вновь замолчала, чтобы дождаться реакции сына. Вынырнув из своих мыслей, Элайджа повернулся к матери и кивнул.

– Битва, которая произошла пару месяцев назад, принесла для наших войск потери, но все же гвардия смогла дать отпор нападавшим и отбросить их дальше от границ королевства. Воспользовавшись временной уязвимостью врагов, соседние народы нанесли сокрушительные удары. С тех пор об этих варварах, к счастью, ничего не слышно, новых нападений они не совершали, поэтому многие уверены, что опасность миновала, но перед Антаресом возникает иная угроза.

Переведя дыхание и ненадолго прикрыв глаза, королева словно собиралась с мыслями, чтобы перейти к самой важной на данный момент части рассказа.

– Сегодня днем я посетила собрание Коалиции Пяти Великих Королевств. Ты помнишь, что это такое, дорогой?

– Да, это встречи, на которых присутствуют правители пяти самых могущественных и ведущих королевств. Там обсуждаются важные вопросы.

– Все верно. К нашему несчастью, некоторые из представителей Коалиции как-то прознали о состоянии твоего отца. Это наталкивает на мысль о том, что позже они также смогут разузнать и о кончине нашего короля, а после попробуют захватить наши земли.

– Почему? Мы же всегда были дружны, – искренне удивился мальчик, нахмурив брови.

– Дело в том, что дружба в такие моменты отходит на второй план, если не исчезает вовсе, – попыталась объяснить королева с грустной улыбкой на лице, – Они сотрудничают с нами сейчас только, потому что бояться и уважают твоего отца, но как-только весть о его кончине облетит соседние земли, короли попробуют воспользоваться этой ситуацией.

Честно говоря, Элайджа все больше терял нить разговора, пытаясь понять к чему именно клонит мать.

– Мы не можем подвергать опасности свой народ и самих себя. Поскольку совершеннолетних наследников престола у нас нет, тебе придется намного раньше запланированного срока занять трон.

Элайджа знал, что однажды ему придется стать главой королевства, но это должно было произойти еще очень не скоро. Отец мальчика был довольно молод и обладал крепким здоровьем, а что самое главное – являлся потрясающим правителем. Иначе говоря, в ближайшие десятилетия передавать сыну престол король Август не собирался. Что уж тут говорить, юный принц еще даже не начал проходить должную подготовку. Его просвещение ограничивалось общепринятыми в аристократичном мире дисциплинами.

– Чтобы показать, что Антарес сохраняет величие и могущество даже после скоропостижной смерти короля, мы должны начать выводить тебя в свет уже сейчас. Это даст понять соседям, что у престола есть достойный наследник.

Что ж, это не казалось принцу чем-то ужасным и трудным. Ранее он уже пару-тройку раз сопровождал родителей в важных поездках, поэтому эта неожиданно появившиеся перспектива его не пугала, однако взгляд матери говорил, что это не единственные изменения в его жизни.

– Вместе с советниками мы решили, что трон тебе придется занять уже через пять-шесть лет, а значит вскоре, Элайджа, ты начнешь очень усердно и много обучаться.

Королева Одетт с печалью смотрела на своего сына, пытаясь распознать его реакцию. Женщина была уверена, что юный принц полностью не осознает истинный смысл происходящего, но положение вещей многое поменяет в жизни Элайджи: его детство, бесконечные игры с друзьями, занятия верховой ездой и другие увеселения подошли к концу как только в отца угодило темное проклятье. С завтрашнего дня он должен стать на порядок взрослее.

– Мне очень жаль, дорогой, что это происходит с тобой в таком раннем возрасте, – женщина протянула руку и провела по белокурой головке мальчика.

– Все в порядке. Это мой долг, – произнес Элайджа, рассеяно глядя в глубь библиотеки.

Новости, произнесенные устами матери опечалили детское сердце. Факт скорой смерти отца отдавал горечью во всем теле, проникая в самую душу. Элайджа всегда хотел стать похожим на короля. Мечтал вырасти таким же умным, бесстрашным и мудрым. Мальчик желал, чтобы однажды на него смотрели с восхищением, преданностью и уважением, так как все вокруг смотрели на его отца. В один прекрасный день Элайджа надеялся доказать Августу, что тот вырастил достойного наследника. Он хотел увидеть в глазах родителя гордость, которую раньше ему видеть никогда не доводилось. Теперь у него появится возможность доказать свою значимость, однако король этого уже не увидит.

И все же, мальчик был настроен с честью выполнить долг и повести за собой народ Антареса, даже если ему придется многим пожертвовать для этого. Блуждая по мыслям, Элайджа пришел к неприятному осознанию того, что теперь он не сможет проводить так много времени с Оливером и Викторией. Эти двое стали для принца своего рода отдушиной. Несмотря на то, что брат с сестрой, также как и Элайджа всю жизнь прожили в замке, среди королевской семьи, они значительно отличались от особ благородных кровей. Они были шумными, простыми как открытая книга и помогали принцу отвлекаться от реальности, где были частые балы, приемы и слишком вежливые разговоры, во время которых хотелось лезть на стену от скуки. В друзьях Элайджа находил утешение каждый раз, когда отец был им недоволен. Вечно бурчащий Оливер обладал невероятным интеллектом. Многие называли его самым умным мальчиком королевства. В свои десять он прочитал больше книг, чем многие аристократы держали в руках за всю жизнь. Оливер имел веселый нрав, но также часто задумчивый, он мог смотреть на собеседника своими карими глазами так долго, что становилось неуютно. В этот момент в радужках цвета шоколада виднелось что-то такое непостижимое, словно Оливер уже разгадал загадку этого мира и ему стало скучно жить. Наверно скука и толкала его на постоянные конфликты с сестрой. Виктория, наделенная упертым характером, всегда отвечала на провокации, не боясь ставить Оливера на место. Девчушка с такими же зелеными глазами, как у матери, стояла на своем, даже если понимала, что не права. А еще она унаследовала от Флоренс магический дар, что было весьма удивительно, поскольку обычно дети со способностями рождаются в магических семьях только через несколько поколений.

Маги не были каким-то редким явлением в мире, однако зачастую представители волшебного мира не обладали столь сильным потенциалом. Среднестатистический маг был способен творить простейшие заклинания, по настоящему сильные и могущественные вещи им были недоступны. Но были и такие как Флоренс. Их называли потомками Морганы. Об этом Элайдже однажды рассказала мать. Она не уточнила, почему их называли именно так, но суть в том, что они были способны сотворять действительно прекрасные и ужасающие одновременно вещи. Подобных волшебников было не так много, поэтому правители всеми силами старались заманить их в свои королевства. Их магия помогала давать отпор недругам, защищать земли от непогоды, лечить людей и многое другое. Лишь при дворе нескольких государств имелись потомки Морганы, все они входили в альянс Пяти Великих Королевств и считались самыми сильными и несокрушимыми.

Хоть Виктории и удалось каким-то чудом унаследовать магические способности, многие полагали, что такой же сильной, как Флоренс она не станет. Саму девочку столь грубые, на ее взгляд, заявления очень сильно сердили. “Поживем – увидим”, отвечала она на каждую подобную реплику.

Как бы там не было для Элайджы Виктория навсегда останется его лучшей подругой-волшебницей, а могущественная или нет, его уже мало волнует. С каждым из ребят принц был близок по своему. С Оливером он мог говорить часами обо всем на свете, доверял ему каждый секрет, вместе они воровали печенье с кухни, гоняли птиц в саду, лазали по деревьям, за что Элайджу постоянно ругал отец. В общем, веселились от души, доставляя всяческие неудобства взрослым. С Викторией же все обстояло иначе, вдвоем им было также весело, но на ином уровне. Девчушка как-будто чувствовала его вибрации. Стоило Элайдже заскучать или загрустить, как на горизонте тут же появлялась ее черноволосая макушка. Если со старшим сыном семейства Анвари Элайджа мог часами болтать, то с Викторией он мог часами сидеть в уютной тишине. Они все также общались, но без слов. В прочем, моменты, когда принц проводил время только с одним из них были редки. Чаще всего троица находилась вместе. Ссоры между братом и сестрой, которая была младше на два года, происходили часто, но Элайджа знал, что они любят друг друга. Флоренс воспитывала их так с самого младенчества, на сколько Элайджа мог судить. Женщина постоянно напоминала им о силе братской и сестринской любви, которая способна на вещи, не уступающие в своем могуществе всей магии этого мира.

Мысли о друзьях, отце и будущем Антареса быстро утомили мальчика. Он решил продолжить свои думы на следующий день. Поднявшись с кресла, расправив плечи и невидимую складку на брюках, Элайджа обратился к королеве: