- -
- 100%
- +
Лидия спустилась по ступеням и, погрузившись в воду полностью, одним гребком переплыла ко мне на пологий участок дна. Замерла, глядя чуть напряженно, словно что-то искала в моих глазах. Не знаю, нашла ли, но её пальцы скользнули на мою щиколотку.
Массаж я сегодня уже получила, но от подобной ласки отказываться не собиралась, как и пассивно наслаждаться ею. Водные потоки к обоюдному удовольствию касались наших тел, то ласкающее и невесомо, то почти болезненно. Впрочем, Лидия справилась со мной раньше, заставляя потерять контроль над стихией, отдаться её чутким, дразнящим прикосновениям. Я вернула ей полученное наслаждение позже, удовлетворённо отметив, как лежащая на мне девушка подрагивает, переживая последние аккорды сладкого финала. Отпустила слишком сильно сжатый сосок, лизнула и поцеловала пару отчетливых укусов на её плече.
Водные струи подчинялись движениям пальцев, приятно поглаживая и поднимая вихри пузырьков. Лидия встрепенулась первая услышав шаги. Соскользнула с меня, коротко глянув на темнеющий зев входа, пожала мои пальцы, и быстро выбралась из воды, накидывая на плечи халатик. С новым посетительницей купальни она разминулась уже у самого выхода.
– Не ожидала тут кого-то встретить, – мягкое контральто разорвало тишину, – Я думала, все местные кумушки умчались на охоту.
Она была красива. Очень красива. И отлично знала это. Знание сквозило в каждом жесте, в том, как небрежно она сбросила на камни шелк халата, как откинула распущенные по плечам гладкие черные волосы. Небольшую упругую грудь венчали крупные ареолы сосков. Я проследила, как скрываются под играющей пузырьками водой гладкие бёдра, ягодицы, идеальной формы треугольник черных волосков, когда она расположилась на ведущих в воду ступенях. А потом натолкнулась на её взгляд, пожалуй, такой же изучающий и напряженный, как у меня.
– Не помешаю, – вопрос был уж точно лишним.
– Ничуть. Может, мне просто не интересны эти объекты охоты, – всё-таки ответила я, едва заметно улыбнувшись.
– Вот как? – она красиво изогнула бровь, стрельнула глазами в сторону ушедшей уже Лидии. Ясно, меня приняли за особу, мужчинами не интересующуюся.
Вместо ответа я лишь пожала плечами, даря еще одну улыбку, на этот раз извиняющуюся. Такая получалась у меня наиболее очаровательной. Вот тогда я и поймала себя на безотчётной попытке, предстать в наиболее выгодном свете. Ведь даже позу сменила на наиболее выгодно подчёркивающую то, что отличало нас с этой красивой женщиной: выставила над водой маленькую изящную ступню и чуть прогнулась, демонстрируя более крупную грудь. Когда поняла что делаю, то разозлилась. На себя.
– Алира Карива, – представилась, заполняя возникшую паузу, – Баронесса Шенри, временно гощу в этом доме.
– Милдред Савана, графиня Тонийская. Заехала в гости, с друзьями, – я машинально отметила заминку перед последним словом.
Мы чопорно поклонились друг другу и одновременно не сдержали смешка от нелепости ситуации.
– Сюда бы церемониймейстера с посохом, – я фыркнула, шлепнула ладонью по воде, – Учитывая обстоятельства нашего знакомства, просто Алира.
– Поддерживаю. Постой. Алира Карива? Аля! Так это о тебе так много рассказывал Никлас!
– И что же? – я улыбнулась, и зубами постаралась не скрипеть, похоже с лёгкой руки одного любвеобильного аристократа я уже особа, широко известная в узких кругах.
– О, только хорошее! – представляю, что именно обо мне мог рассказать Ник, но Милдред добавила, словно угадывая мои мысли, – Не подумай, мы с ним давние друзья.
Еще одна заминка. Похоже, а в лексиконе графини за словом друг скрывается любовник, как минимум бывший.
У Кайтана была невеста, я слышала об этом краем уха, так что вряд ли графиня была его любовницей. А вот второй сегодняшний гость невесты не имел. Понимание, кто именно сидит предо мной, щуря чуть раскосые зеленые глаза, пришло внезапно. От неожиданности я даже подалась навстречу, спускаясь на глубину в центре водоёма, и получила еще одно подтверждение своей правоты. Легкая неудовлетворённость демоновой крови, что ощущалась почти постоянно, отступила, стоило мне только оказаться ближе. У этой ослепительной женщины был дар, подобный дару Никласа. И теперь стало понятно, почему она совершенно спокойно рискнула оставить своего спутника, спуститься сюда. Это был вызов всем тем хищницам, что сейчас словно невзначай прохаживались по территории разврата, не гнушаясь демонстрировать свои прелести. Она могла быть спокойна, что ничего страшнее одноразовой интрижки не произойдёт.
Это была женщина Арвана.
Чтоб не выдать себя, отплыла, сделав несколько резких гребков, ощущая, как с удалением от Милдред снова просыпается кровь. А еще ярость. Я чувствовала в ней соперницу. Это не было моей мыслью, о себе неожиданно заявила моя скрытая сущность. Сегодня мне как никогда хотелось убивать.
Чтоб успокоиться, я закрыла глаза и нырнула. Минута, проведенная под водой, позволила отвлечься и обрести подобие душевно равновесия. В конце концов, чего я так взъярилась, ведь сама собиралась держаться от этого мужчины подальше. Иллюзий я не питала, при встрече он вполне может меня узнать, фактически ведь изменился лишь цвет волос. И объяснений, скорее всего, избежать не удастся. Только вот спешить с этой встречей я не собралась. И неожиданная ревность – что уж врать себе, меня одолевало именно это чувство – стала очень неприятным сюрпризом. Невеселые мысли проносились в голове, пока я висела в толще заполненной пузырьками воды.
А когда вынырнула, в гроте мы были уже не одни.
Девушка в коротенькой форме обслуги склонилась к Милдред и что-то сказала. Та кивнула и отпустила её.
– Никогда не дадут понежиться, – посетовала она, когда я подплыла ближе, – А ведь это единственное место, где есть минеральный источник. Всегда сюда заглядываю.
– Гости собрались уезжать? – я тоже выбралась из воды. Сейчас стало заметно, что ростом я немного ниже, впрочем, это меня не расстроило.
– Еще нет, но уже скоро, – она накинула халат. – Пойдешь в общую гостиную? Познакомлю со всеми.
– Нужно идти переодеваться, – отговорка получилась не слишком убедительной. – Я спустилась сюда в домашнем неглиже.
– Уверяю тебя, ты будешь там самой пристойно одетой девушкой, – фыркнула графиня, шлепая босыми ногами в сторону раздевалок, – Маски здорово раскрепощают и без того не обремененных целомудрием женщин.
Маски действительно были непременным атрибутом при посещении этого заведения. Кружевные завесы, едва скрывающие черты лица, или полноценные вычурные маски, прячущие даже волосы, носили здесь все.
– Так ты идешь со мной? – еще раз спросила графиня Тони.
Своевременно появившиеся девушки как раз помогали нам с платьем и волосами.
– Нет, боюсь, меня там попросту затопчут, – я позволила себе лукавую улыбку.
– Как знаешь. Ты ведь еще не представлена ко двору?
– Не до того было, я вдова. Жила в провинции.
– О, соболезную, – получилось не убедительно, да и убитой горем я не выглядела. – Но раз уж тебя удалось заманить в столицу, то от зимнего сезона балов тебе не отвертеться. Придётся бывать.
– Думаю, я как-нибудь вынесу эту тяжкую ношу.
– Не сомневаюсь!
Когда, наконец, с одеждой было покончено, мы распрощались, вполне довольные друг другом. О том, к кому Милдред пошла сейчас я просто старалась не думать.
Пёрышко скользнуло по бедру, сделало несколько щекотных пируэтов и переместилось выше, щекоча мой бок. От неожиданности я вздрогнула и втянула животик. Из темноты донесся довольный смешок. Впрочем, темнота была только для меня, широкая атласная лента лишала возможности видеть, обостряя остальные чувства. По запястьям вились другие ленты, скорее обозначая фиксацию, чем удерживая на самом деле, но вырываться я не спешила. Тем более, что след пёрышка теперь повторяли горячие губы. Сначала ласки эти были лёгкими и короткими, но постепенно набирали силу, так что я уже стонала и извивалась. Только вот доведя меня до крайней степени возбуждения, когда желание разрядки становилось уже почти болезненным, мой мучитель не спешил воспользоваться плодами трудов своих. Хотя я слышала и его совсем не спокойное дыхание и иногда ловила прикосновение твёрдого свидетельства его желания. Наверняка он ждал, что я начну умолять его о продолжении, но с губ моих срывались только стоны.
Хлопок двери и удивленный возглас прилетели откуда-то сбоку. Выпутывая руку и сдергивая с глаз повязку, я уже знала, кого увижу там: растрепанный и злой в дверях стоял Никлас. Я повернула голову, чтобы встретиться с ледяной зеленью таких знакомых глаз. И проснулась.
Дыхание частило, словно я не спала а бегала, а сердце билось едва ли не в горле. Я длинно выдохнула, успокаиваясь, нервно провела ладонью по взмокшему лбу. Разумеется, никаких пут на мне не было. И в спальне никого оказалось тоже. Легкое чувство разочарования от этого факта пришлось задавить на корню и попытаться уснуть снова.
Стоит ли говорить, что остаток ночи спала я отвратительно. Так что утро, начавшееся по обыкновению рано, застало меня в самом скверном расположении духа. Перед занятиями необходимо было посетить дом, а так же столярную мастерскую. Работы продвигались хорошими темпами, и в некоторых комнатах можно было уже жить. Еще несколько недель и я смогу сюда переехать. А там и дети приедут. Эти мысли немного примирили с невесёлой действительностью.
В столярной мастерской уже лежали эскизы, нарисованные мною собственноручно, и сегодня предстояло глянуть изготовленные образцы. Обычную мебель всегда можно заказать по рисованным каталогам, но тут необходима была особая работа. Просторные своды подвала натолкнули меня на мысль устроить там тренировочный зал. Один такой я уже обставляла в поместье под Сарэтой.
В просторном зале я бродила среди оконченных и не очень предметов мебели, которым вскоре предстояло украсить собой богатые дома Тариты. Шалт Болтан куда-то исчез, разыскивая мастера, а я просто любовалась и прикидывала, не нужно ли и мне что-то еще прикупить, когда за целой стопкой ширм послышались голоса:
– А то ты не понимаешь, зачем зеркалами подвалы отделывают? – проворчал один под мерные шорхающие звуки.
– А ты почём знаешь? – шорханье прервалось, но тут же возобновилось с новой силой.
– Так доставку сопровождал вчера. Скамьи еще эти хитрые, – послышался шлепок по дереву.
Похоже, я обнаружила свой заказ и пару не в меру болтливых подмастерьев.
– А выглядит такой невинной, – послышалось снова.
Это стало последней каплей.
Я обошла разделяющее меня и болтунов препятствие критически оглядела действительно обнаружившиеся детали тренажеров, не обращая внимания на притихших парней. Обошла вокруг самую высокую часть с уже обитой мягкой кожей спинкой, ласкающим движением провела по гладкому дереву. За спиной у меня как-то подозрительно засопели.
– Полируйте лучше, – голос обрёл томную хрипотцу, – Не хочу получить занозу в самый ответственный момент.
– О, вы уже оценили нашу работу, – послышался громкий возглас подошедшего мастера.
Он смерил недоуменным взглядом пунцовых парней, мнущих в руках какие-то тряпки, и махнул им скрыться с глаз долой.
– Да, всё отлично, – ответила уже нормальным голосом и, игнорируя смеющийся взгляд тролля Болтана, стоящего позади мастера столяра. – Хотелось бы заказать еще кое-что…
В общем, задержавшись в мастерской, я едва не опоздала на тренировку.
Глава 10
Женщина – слабое, беззащитное существо,
от которого невозможно спастись.
К тренировкам на полигоне мы перешли спустя несколько недель занятий. Не думаю, что в планы герцога Витта входило обучение меня боевой магии, но мои бессменные преподаватели решили иначе. Раньше, здраво оценивая размер своего немалого магического резерва, я им гордилась. А вот теперь моему самолюбию был нанесен серьезный удар.
Маги привычно активировали защиту периметра, заставили меня повторить заученные за последние дни, отражающие и атакующие структуры, и обрадовали щедрым предложением:
– Атакуй!
– Глупая шутка? – решила уточнить. Ведь с падением уровня дара даже полноценный плотный щит маг выстроить уже не мог.
– Да ты не стесняйся, – подбодрил меня второй и всё-таки активировал небольшой амулет защиты.
– Я уже давно ничего не стесняюсь, но если в вас попаду, то меня, может и оправдают, только вам будет уже всё равно.
– Учить уже взрослых одаренных – сплошная морока, – вздохнул старый маг, – Полная голова предрассудков и сомнений. Деточка, если ты в меня попадешь – я тебя поцелую. Даже, пожалуй, облобызаю троекратно.
На это заявление я только фыркнула. И на деточку совсем не обиделась. Тогда маги переглянулись, и выражение их лиц при этом мне совершенно не понравилось.
– Тогда защищайся, – успела услышать я, и профессор Хинч вскинул руку.
Гоняли меня знатно. Тонкая молния воздушного плетения раз за разом просачивалась сквозь все доступные мне виды щитов и впивалась пониже спины. Это было обидно и довольно болезненно. Стоило найти подходящее сочетание узора и наполнения, останавливающее заряд, как она на лету трансформировался в лучистый огненный пульсар и избиение бедной маленькой меня продолжилось. Иногда, правда, получалось уворачиваться и уклоняться. За четверть часа, что длилось это представление, я напрыгалась по площадке, повалялась по примороженной земле, побегала кругами, но эффективной защиты так и не нашла. А эти двое только посмеивались.
Вот тогда я и решилась, формируя в ладони искристую иглу холода, но когда структура почти сплелась крохотная искра, сорвавшаяся с пальца профессора Капелли, ударила в один из узлов, развеивая её безобидными снежинками. Та же участь постигла вьюгу, водный хлыст и волну. Не давая мне доплетать структуру, новая искра просто разрушала её, обращая в снежинки или брызги воды, так что вскоре я была еще и мокрой, и к тому же пахла тиной. Ведь вода для заклинаний тянулась из прилегающего к площадке прудика, покрытого надломленной ледяной корочкой и была изрядно мутной.
Уже откровенно скрежеща зубками от негодования и бессилия, я применила последнее, что было у меня в арсенале. Заклинание сна действовало обычно только при прикосновении, но сейчас его пришлось бросить, просто приблизившись к профессору, насколько позволил амулетный щит.
Отбежав еще на несколько шагов и ожидая очередного подарочка на свою многострадальную попку, я наконец обернулась. Профессор Хинч задумчиво наблюдал, как сладко дремлющий водник опустился, подхваченный амулетом, на стылую землю и продолжил отдыхать уже там.
– А расскажи как мне, девочка, – послышалось ласковое, когда я подошла поближе и уперла руки в колени, пытаясь отдышаться, – Что заставило тебя натренировать заклинание сна до такой степени?
– Я так детей укладываю, – огрызнулась.
Разумеется к малышам никаких заклинаний я не применяла, и мы понимали это оба. К детям вообще стараются не применять магию, чтоб не повредить растущим и развивающимся организмам. Только вот рассказывать о своих приключениях тоже не собиралась, да и злилась еще за устроенное мне избиение.
Заклинание развеяла быстро, да и было оно кратковременным, через десяток минут само бы распалось. Профессор поднялся покряхтывая не без нашей помощи, хотя, на мой взгляд он несколько переигрывал, и вскочить мог и сам причем весьма резво, оглядел себя и распахнул мне навстречу объятия:
– Иди сюда! – улыбка делала его совершенно обаятельным, но я попятилась.
– Зачем это?
– Принимать заслуженное поздравление, разумеется, – объяснил он мне как маленькой, – Целовать тебя буду.
– А можно пожертвовать выигрыш в фонд адептов пострадавших от преподавательского произвола? – поинтересовалась, чем демон не шутит.
– Струсила? Брезгуешь? – водник опасно прищурился, а Винер Хинч поглядывал на нас со стороны с усмешкой.
Осталось только с показной покорностью шагнуть к магу. Тот удовлетворенно кивнул и запечатлел у меня на лбу отеческий поцелуй.
– А знаешь ли ты, над чем тебе предстоит работать? – неожиданно спросил профессор Хинч, когда мы уже покинули полигон и шли к зданию Академии.
– Дайтон Витт говорил о каких-то защитных амулетах мелкосерийного производства, – пожала плечами, схем мне еще не давали и образцов я не видела.
– Именно. Если быть точным, это кросстихийные амулеты общей защиты для самых высокопоставленных лиц.
– И тебе предстоит работать именно над защитой от сна и других отключающих сознание заклятий водного спектра, – добавил водник, – Твоя стихия последняя в плетении. Никак не могли подобрать достаточно мощного водного мага, готового заряжать эти дорогие вещицы.
Информация к размышлению была самая что ни на есть интересная, а если учесть, что курировал проект глава отдела магических разработок – совсем не безызвестный мне зеленоглазый брюнет – то любопытно становилось вдвойне.
Судя по всему, о готовности моей к работе передали старшему Витту, иначе, чем бы объяснялось его приглашение, переданное одним из расторопных и незаметных слуг.
– Доложили об успехах? – я расположилась в кресле, с благодарностью приняв бокал вина.
– Естественно, – герцог отсалютовал мне стаканом бренди, – Признаться не ожидал такой прыти, но старым пройдохам в этом вопросе можно доверять.
В других, видимо, нельзя, но вслух это не прозвучало. Я делала вид, что не знаю, как герцог ограничил мою учебную программу. Он делал вид, что не подозревает, чему меня на самом деле учат. Хотя может и впрямь не подозревал, далекому от магии человеку нелегко понять нюансы и тонкости использования дара.
– Что ж, хотя анонимность соблюдать будет непросто, и я не понимаю, зачем такая секретность, но, тем не менее, с завтрашнего дня делаем тебе допуск в отдел разработки, и начнешь колдовать. Зелья, ускоряющие восстановление резерва будут предоставлены на месте.
Прикрыв глаза и откинувшись на удобную спинку, я только кивала, смакуя напиток. Всё было оговорено уже неоднократно.
Мне показалось, что Дайтон Витт хотел обсудить что-то еще, достаточно важное для него. Однако, понаблюдав за мной пристально и отметив общий усталый вид, предложил не терять времени и хорошенько отдохнуть.
Утром в Академию мы поехали вместе, направились в то крыло, куда доступа мне ранее не было. Минуя коридоры и переходы, я насчитала три контура системы безопасности и два поста, где нас проверили. Пропуск для меня уже был готов, и выглядел как именной браслет, охвативший предплечье.
– Передать эту вещицу другому невозможно, – заявил неказистый человечек, защелкивая украшение, замок тут же исчез.
– Просто снять тоже? – я потёрла руку.
– Разве что с трупа, – обнадежил меня Витт.
По зданию я передвигалась в плаще с глубоким капюшоном, скрывающим лицо. А еще, повздыхав, вместе с браслетом герцог выделил мне небольшой кулон-капельку, который при активации генерировал неясную мглу, окутывающую фигуру. Как я заметила позже обладатели таких скрывающих личность амулетов то и дело встречались в коридорах и особого любопытства не вызывали.
Долго плутать по этажам не пришлось, мы спустились на цокольный уровень, и там меня уже ждали.
Винер Хинч, радостно распахнув объятия, шагнул мне навстречу, за локоток подвёл к столу, где и усадил в отодвинутое уже кресло.
От воодушевления он едва не подпрыгивал. И поглядев на схему, я начала его понимать. Огромный лист, растянутый на столе, занимала многокомпонентная схема выполненная разными цветами, сейчас едва заметно мерцала синевой только водная часть, та которую предполагалось воспроизводить мне. Вне всякого сомнения, рядом со мной находился её создатель.
Профессор Хинч не разводя лишних разговоров, принялся объяснять последовательность действий и методику вплетения водных потоков в кристаллическую структуру земли, за которую предстояло крепить мою часть работы. Я постепенно заражалась его энтузиазмом, с капелькой горечи. Он как никто был способен точно и чётко воспроизвести эту структуру, но его резерва не хватило бы наполнить каналы и на десятую часть. На остальных находящихся в помещении людей мы уже не обращали никакого внимания. Как только основной фронт работы стал мне ясен, профессор бесцеремонно утащил меня в соседнюю комнату, где на столе лежала такая же схема и заготовка, продолжая попутно объяснять:
– А вот этот поток, – он тронул одну из нитей на бумаге и она завибрировала, – Защита от сонных заклинаний. Завязывается на спаренном кристалле, контролирующем здоровье…
Профессор говорил, что-то еще, повторяя уже сказанное накануне, а я глядела как один из витков вибрирующей голубой нити на бумаге сползает с выступа кристалла и распрямляется, будто его и не было.
– Ну, надеюсь, ты всё поняла, – старый маг ободряюще похлопал меня по плечу, напомнил отключить все активные амулеты и вышел, прикрыв покрытую пластинками металла дверь. Справившись с изумлением и попытавшись понять, не показался ли мне этот изящный саботаж, я только сейчас оглядела комнату, в которой оказалась. Пластиночки металла крепились на каждом каменном блоке, и суда по всему это был один из инертных к магии сплавов. Широко живут маги, учитывая цены на такие сплавы – меня окружало целое состояние.
Но работа есть работа. Я взяла заготовку из полированного кабошона старой белёсой бирюзы в двуцветной металлической оправе и погрузилась в некое подобие созерцательного транса, которому научил меня Кронкер Капелли.
Не знаю, сколько прошло времени, но когда я перестала парить в переплетении сияющих всеми оттенками голубого и лилового линий и снова осознала себя, то тело изрядно затекло, и спина нещадно ныла. На столе предо мной лежал завершенный медальон, еще хранящий тепло моих рук. Бирюза больше не выглядела строй, насыщенный цвет морской лазури с тёмными прожилками радовал глаз. Схема на столе перестала сиять так отчётливо, исполнив роль путеводителя.
Я потянулась до хруста, вернула на место мглу и распахнула дверь.
Профессор Хинч, сидящий в кресле, дрыгал ногой и грыз ногти, и увидав меня, поднялся навстречу. Витта не было, а остальные двое, видимо призванные принимать работу, метнулись к заготовке, на ходу извлекая какие-то щипчики и лупы.
– Вижу, что всё получилось, – подмигнул старый маг, протягивая кубок, – Как резерв?
– Больше половины ушло, – прислушалась я к себе, машинально пригубив напиток, – Фу, какая гадость!
– Зато очень подстегивает восполнение энергии, – не дал он мне поставить кубок на стол, – Пей, не кочевряжься.
Законченный образец проверяющие в срочном порядке утащили, о чем-то переговариваясь, и едва дав взглянуть на него профессору Хинчу. Тот лишь хмыкнул удовлетворённо, и задерживать их не стал. А вот у меня была масса вопросов, но задавать их тут я, разумеется, не рискнула.
Уходили мы порознь, и застать магов мне нигде не удалось, так что следующий раз мы увиделись лишь назавтра. Меня поймали с порога и утащили в зал замера резерва, где в который раз уже запихав в центр вращающихся колец, предложили думать о хорошем. О хорошем думалось с переменным успехом, тётушка писала, что Лео подхватил насморк, а ночью мне снова снились будоражащие прикосновения сильных пальцев и горячие жадные губы. Кровь требовала разрядки и теперь, когда я выкладывалась магически, терпеть становилось всё труднее. И Никлас помочь в этом вопрос мне не мог, после подавления хищной демонской сути откат был всё сильнее. Тольк сейчас поняла, что начала избегать лишних встреч с ним, хотя в постели он был хорош, нежен и внимателен.
– Что ты вертишь, старый пень, – вырвал меня из размышлений голос водника. – Дай сюда!
– Окстись! Да у тебя руки трясутся, развалина, – в стенах Академии эти двое всегда общались так, переходя на нормальный язык только там, где их не могли слышать. И то не всегда.
Уж не знаю, что они там намеряли, но шикнув на оператора и записав какие-то данные, утащили меня на полигон, продолжая переругиваться и ворчать.
– На какой праздник мне такой подарок? – не выдержав, я вклинилась между спорщиками, подхватив их под руки. В том, что второй маг в курсе маленького саботажа я ничуть не сомневалась.
– Так ты говорила, что у тебя день рождения скоро, – лукаво прищурился профессор Капелли, заглядывая мне в лицо.
До дня рождения действительно оставались считанные недели, только вот еще служба при дворе в Иллирии научила меня очень четко помнить, кому и что я говорила. И про день рождения я не упоминала ни разу. Подозрительный мой взгляд остался безответным, профессор продолжал неспешно брести по аллее.
– Резерв твой восстанавливается медленно, – мы, наконец, добрались до полигонов и расположились на лавочке у пруда. В такую прохладную погоду тут больше никого не было.
Сообщению, что резерв слишком медленно восполняется, я не удивилась. Общее нервное состояние, недосып и настойчивый ропот крови этому вполне способствовали.