Разочарование

Погода была хуже некуда. Таял грязный снег, отчего лужи и слякоть не оставляли шанса остаться сухим. Дул мерзкий ветер, залезавший под одежду, а небо затянула серая пелена без единой пробоины для солнца. Мама послала за чем-то в магазин, чему я, конечно, повиновался. Я всегда любил не спеша прогуляться, поэтому отправился в сетевой, а не в ближайший продуктовый, невзирая на то, что происходило на улице.

Ваня уже ждал меня на крыльце магазина. Не то что бы мы с ним дружили или договаривались о встрече, или у меня было к нему какое-то дело, но судя по тому, как часто я его там встречал, у меня сложилось стойкое впечатление, что он явно испытывает нездоровый интерес ко мне или к этому крыльцу. Он был на полтора года младше меня, а тупее раз в двадцать, не сочтите за самохвальство.

– О, здорово! – и расплывается в своей гнусной улыбочке.

– Здорово, Ваня. – протягиваю я этому засранцу, значит, руку, и он начинает её сжимать, что есть в нём мочи, находя себя, судя по не сходившей ухмылке, весьма остроумным.

– Ваня, – говорю, – у тебя такие сильные руки. Ты, наверное, частенько дрочишь.

Не наблюдая у меня признаков большой боли, Ваня отпустил мою руку, схваченную с таким вожделением. Выражение его лица не поспевало за ходом, казалось бы, не столь стремительных мыслей, но прежний огонь в глазах потух.

Вернувшись домой, я почувствовал, что меня одолевает почти беспричинная тоска, чуть забывшаяся на время прогулки. Не придумав ничего лучше, я вернулся в постель, которая по своему обыкновению не была заправлена даже в середине дня.

Уже стемнело, когда Саша позвонил мне, вырвав меня из соблазнительно тёплых объятий сна. Мы встретились с ним на городской площади.

– Ну что, – говорит, – возьмём пивка сейчас или попозже?

– А пить на улице будем?

– У моей бабушки – она ещё долго не вернётся.

– Это хорошо. Тогда давай немного прогуляемся, а перед тем, как пойти к бабушке, возьмём всё, что надо.

– Но продают только до девяти. Пошли сначала затаримся, а потом погуляем, если хочешь, – у меня возникло ощущение, будто я застенчивая девица, чьими претензиями на прелюдия хотят пренебречь.

Как Вы могли догадаться, на тот момент мы с Сашей были ещё совсем юны, и распивать алкоголь нам запрещал закон, но Саша прибавил себе год жизни в фотографии паспорта, и в половине случаев это работало.

– «По фотографии не продаём», – забубнил Саша, изображая продавщицу, только что сорвавшую его план. – Пизда тупая.

В следующем магазине оказались менее совестливые работники, и мы довольные с пивом отправились к бабушке Саши. Квартира, в которой она жила, была именно тем, что возникает в голове при словах «бабушкина квартира». Старый телевизор с кинескопом, пружинная кровать, кое-где пожелтевшие обои, ковры повсюду, трубы в туалете под толстым слоем синей краски, праздничная посуда за стеклом серванта, советская мебель и рыжий пол. Единственная комната в ней служила и гостиной, и столовой, и спальней. Тепла всей квартире добавляли не самые яркие лампочки в люстрах, отдававшие жёлтым. Мне всегда было уютно в той квартире, особенно когда мы собиралась там всей гвардией. Но в тот вечер были только мы с Сашей. Сняв куртку и ботинки, я отправился прямиком на диван, а Саша несколько поухаживал за мной: достал из холодильника салат, разогрел суп, нарезал сыр, колбасу и хлеб, рассыпал закуски по тарелкам, налил нам по кружке пива и расставил всё это передо мной на столе.

Это была обычная ночь двух подростков в русской глуши. Но когда пиво подошло к концу, мне стало стыдно за свои слова недельной давности.

– Саша… Это… – замешкался я. – Помнишь…

– Что?

– Ну то, что я сказал про Лену, – Она была его девушкой, и по лицу Саши я понял, что ему было не очень приятно это вспоминать. – Я сказал тогда хуйню, прости, не знаю почему я это сказал, позавидовал тебе…

– Да похуй, забей, всё нормально.

После этих слов неловкость между нами быстро прошла, и совесть перестала меня мучить. Честь спать на кровати Саша отрядил мне, а сам расположился на диване. Пару раз я подумывал пошутить над ним, пока он спит, но лень и здравый смысл брали своё.

Я проснулся только в полдень, но не спешил вылезать из-под тёплого одеяла. А Саша уже вышел из ванной в полотенце на поясе и закурил сигарету.

– Вставай.

Разумеется, я его не послушался и зарылся в одеяло.

– Я ведь сейчас сброшу полотенце и подойду поближе, – мне пришлось немедленно встать и начать одеваться.

– Спасибо, сэр, всегда бы так вставать, Вы всегда знаете, что мне нужно.

Первым делом я решил помыться, но тут же вспомнил, что не дрочил почти двое суток и пулей залетел в туалет на пятнадцать минут, за что Саша меня похвалил. После я принял душ, и наконец, принялся за кофе.

Конечно же это был обычный растворимый кофе, но я всегда его любил, потому что всегда знал, как приготовить его вкусно для самого себя. Я сделал и Саше, чему он приятно удивился. Когда я закончил, мы разместились тут же на кухне и начали не спеша попивать кофеёк.

– А сегодня соберёмся? – спросил я. – В последний раз перед школой.

– Не знаю, – Саша сдвинул брови. – Тогда я завтра не пойду на пары, – Как будто он так желал на них попасть.

– Да хуй с ними, сегодня же Андрюха сможет прийти.

– Но он не захочет проспать школу.

– Да ничего он не проспит, можем пораньше начать, пораньше закончить.

– Хм… – Саша сжал губы. – Да, можем пораньше начать.

«Каким же упрямым козлом ты бываешь даже в самом мелком вопросе,» – сказал я про себя.

Я перешёл в школу Андрея после девятого класса. Мы с ним были двумя из трёх мальчиков в классе среди десяти девочек (третьим был Егор, полный придурок, но об этом позже), но, помимо школы, чаще я виделся с Сашей, так как мама Андрея частенько просила его посидеть с младшими сёстрами, а об их отце и где он мне ничего не было известно, я даже не знал общий ли у них папа и никогда не спрашивал об этом Андрея. Как-то спросил об этом Сашу, —оказалось, он тоже ничего не знал, что очень странно, учитывая, что они знакомы с детского сада. Странности добавляло и то, что жили они далеко не бедно, а уж для нашей дыры их квартира была просто роскошной, и мама Андрея была абсолютно приличной женщиной.

Мы договорились встретиться у одного алкогольного магазина в шесть часов. По своему обыкновению я немного опоздал, и Саша с Андреем уже ждали меня. Я поздоровался с ними, мы немного поболтали, но пора была переходить к делал насущным:

– Так кто будет заказывать? – спросил Саша.

– Ты, – не задумываясь ответил я.

– А почему всегда я?

– Тебя бомжи слушаются, – Знаешь же, что это получается у тебя лучше всех, зачем сейчас-то спорить?

– Бля-я-я-я, – недовольно протянул Саша, собирая у нас деньги. – В следующий раз заказывать будет кто-то из вас, всегда я всё решаю.

– Но ведь для тебя это не так трудно, серьёзно.

– Если это не трудно, давай сам.

– Я же сказал: для тебя не трудно.

– Так, всё нахуй, идёшь ты, – он начал доставать деньги обратно, чтобы положить мне в руку.

– Нет, Саша, я же пошутил, – засмеялся я и начал прятаться за улыбающимся Андреем.

В итоге недовольный Саша, сильно напоминавший мне обидчивого малыша, заказал две бутылки пива по полтора литра у какого-то сочувствующего мужика, и мы направились в уже знакомое Вам место. Мы почти весь вечер ржали, как ненормальные, не помню над чем, наверное, над какой-нибудь ерундой, Саша даже начал волноваться, что соседи пожалуются на нас его бабушке. И когда мы поуспокоились, Андрей пододвинулся ко мне.

– Как тебе наша новенькая? – сквозь его очки я увидел огонёк у него в глазах.

– Красивая… И милая, – признался я. – Только фотки у неё не очень.

– Если фотки не очень, откуда ты знаешь, что она красивая? – вмешался Саша.

– Ну, наверное, я видел её раньше, гений?

– А… не подумал.

– Ну, на фотках и правда не очень, – подтвердил Андрей.

– Покажи, – Саше стало интересно. – Да, и правда не очень. Ебать, по-моему, ты пиздишь, всегда наоборот: на фотках – красивая, в жизни – страшная.

– Нет, нет, я базарю, вот увидишь, Андрюха, красивая.

– Ладно. Посмотрим завтра, – заключил Андрей, как настоящий эксперт.

– Я бы тоже посмотрел, – сказал Саша.

– Как-нибудь и ты посмотришь, – сказал я. Мне теперь и правда хотелось, чтобы он её увидел, тогда правдивость моих слов была бы доказана.

Мы закончили около десяти. Я и Саша пошли вместе, а Андрей жил в метрах трёхстах, поэтому его можно было не провожать. Я решил пройтись с Сашей подольше, поэтому мы расстались у железнодорожного моста, что прибавило мне дороги.

– Вот увидишь её, у тебя сразу встанет, и ты побежишь дрочить, – крикнул я на прощание.

Ночью я долго не мог уснуть. У меня такое бывает. Иногда лежу по несколько часов, и ни в какую. Сейчас с этим стало получше, но большую часть школы меня мучила эта проклятая бессонница, поэтому перед учёбой я высыпался крайне редко. Поначалу она ещё и усугублялась тем, что я её панически боялся. Серьёзно, просто потом холодным обливался, когда она слишком затягивалась, настолько она меня пугала. И самое обидное, что она и не была бы столь вредной, если бы я её не боялся. Знаю, это глупо, просто почему-то я годами боялся не выспаться, вот и всё.

Утром я встал, разумеется, с великим трудом, и ни о какой новенькой в классе я уже не помнил. Позавтракал, как всегда, одним шоколадным батончиком с чаем. Вообще я никогда не любил чай, в отличие от кофе, его обожаю, но мама могла налить мне утром только чай, а сам я еле садился за стол утром. После я почистил зубы, быстро набросал в портфель всё необходимое, оделся и пошёл навстречу бесценным знаниям, всё, как всегда.

Андрей уже ждал меня на крыльце, когда я подошёл. Пока мы проходили мимо охранника и дежурных он сказал:

– Знаешь, я тут подумал: а почему так много хуёвых фильмов сейчас?

– Не знаю, наверное, потому что людям нравится, – предположил я.

– Людям нравится? Да никому не нравится, что сейчас снимают.

– Тогда почему все смотрят? Почему платят за это?

– Ну так, потому что снимают одну хуйню, получается.

Тем временем мы зашли в раздевалку.

– Чего, блять? – продолжил я громче прежнего. – Снимают кучу классных фильмов каждый год, и это факт, и кто отменил Интернет или долбанные Блю-Рэй диски? Зачем тратить деньги на говно?

Андрей немного помолчал, но когда мы поднялись на второй этаж, продолжил:

– А может люди не знают про хорошие фильмы.

– Ну это только их вина, как можно них не знать? Интерне-е-е-ет, Андрюха! Да просто не хотят знать, говорю же – говноеды.

Мы зашли в класс, и я увидел её. Она была такая маленькая, аккуратненькая. Мне казалось, будто её улыбка обращена только ко мне. И я сразу влюбился. Хоть я и видел её раньше, влюбился в неё именно в тот момент. Почему? Не знаю. Наверное, всё дело в той самой улыбке и глазах…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.