Войны будущего. От ракеты «Сармат» до виртуального противостояния

© Поликарпов В.С., 2015

© ООО «ТД Алгоритм», 2015

Введение

В начале XXI столетия человечество находится в ситуации неопределенности, связанной с происходящими фундаментальными трансформациями и сопровождающейся целым рядом значительных угроз и опасностей для него. Самой фундаментальной угрозой для человечества является фактически идущая кошмарная война «не только по способам истребления людей, но и по фантастической возможности манипулирования сознанием народов»[1]. Эта война стремительно приближающегося будущего, которая имеет целый спектр своих разновидностей и использует новые виды оружия (поэтому правомерно говорить о войнах будущего). Неудивительно, что войны будущего моделируют и писатели (Дэн Абнетт «Первый и единственный», Кевин Андерсон «Звездные войны. Полная история». Иэн М. Бэнкс «Игрок», Скотт Вестерфельд «Империя воскрешенных», Лин Картер «Тонгор. Царство теней», Стив Лайонс «Мир смерти», Дэн Симмонс «Гиперион. Падение Гипериона») в своих фантастических произведениях, и футурологи (С. Переслегин, Е. Переслегина ««Дикие карты» будущего» и А. Турчин «Война и еще 25 сценариев конца света»), использующие научные методы исследования в прогнозировании будущего человечества[2]. Иными словами, не следует упускать из виду наряду с футурологией и такой ценный источник информации, как научная фантастика, в которой зачастую описываются новые виды оружия и технологии войн (нелишне заметить, что здесь во многих случаях авторами являются кадровые разведчики, ученые и инженеры развитых в научном и технологическом плане стран).

Можно утверждать, что в современной фантастике, не говоря уже о футурологических построениях, рассматриваются новые типы войн и новые виды вооружений, над которыми работают в секретных военных лабораториях развитых стран мира. Например, Дэн Симмонс в «Гиперион. Падение Гипериона» описывает, как капитан Федман Кассад на планете Кум-Рияде подавил восстание шиитов под руководством Нового Пророка. Этот Новый Пророк объявил, что после телевизионного обращения будут преданы смерти все 27 тысяч неверных (перед этим погибло примерно четверть миллионов суннитов). По мультилинии пришел приказ капитану Федману Кассаду, не прибегая к использованию ядерного оружия в атмосфере планеты, освободить заложников и сместить Нового Пророка. По приказу капитана Федмана Кассада вокруг планеты были разбросано множество спутников-шпионов, которые взломали информационную сеть и по кодам доступа идентифицировали 16830 революционных мулл. Затем координаты этих целей в реальном времени были переданы со спутников-шпионов на боевые спутники. Потом 19 крохотных спутников сдетонировали свои термоядерные заряды, и за несколько наносекунд, что длится взрыв, фокусирующие стержни преобразовали его энергию в 16830 когерентных пучков невидимого рентгеновского излучения, направленных на заранее выбранные цели. Глубина эффективного поражения составляла менее миллиметра, было поражено 15784 мулл, в том числе и мозг Нового Пророка. Когда в телеобращении Новый Пророк находился в прямом эфире, его голова под действием рентгеновского излучения разлетелась брызгами мозга, и он упал обезглавленный[3]. В результате карательных мер не потребовалось, а заложники были освобождены, шиитский джихад оказался неэффективным и подавленным. Данный сюжет свидетельствует о том, что война в её множестве ипостасях уже идет в мире, она присутствует в неявном виде в повседневной жизни практически каждого человека. В этом плане заслуживает внимания следующие строчки французского философа Ж.П. Сартра: «Когда человек зачарованно смотрит в бездну, бездна начинает смотреть на него». Иными словами, когда человек интересуется войной как метафорой бездны, тогда и война интересуется человеком, втягивает его в свои бесконечные хитросплетения.

Сейчас интерес человека к новым войнам разного типа и новым видам оружия весьма велик потому, что теперь в социоэкономическом и социокультурном измерениях наблюдается глобальный кризис истории, обусловленный коллапсом западной цивилизации, в основе которой лежит капитализм, частично перешагнувший рамки капиталистической западной общественной формации[4]. В настоящее время наряду с кризисом социализма наблюдается кризис не столько самого капитализма, сколько западной цивилизации, вызванной к жизни специфическим преобразованием порожденного ею капиталистического способа производства. Отечественный исследователь К.М. Кантор подчеркивает, что «особенность современного кризиса капитализма (а об этом надобно знать России) состоит в том, что капитализм вызвал небывалый до того кризис западной цивилизации, ее духовно-личностного ценностного устоя, а, стало быть, и кризис самой истории, ибо история – это движение не к сверхизобильному материальному благополучию, а к духовно-творчески-альтруистически-деятельной свободе каждого и к материальному достатку лишь в тех пределах, которые необходимы для свободы»[5]. Ведь приоритет потребительских ценностей, гедонизм и другие соблазны Запада апеллируют к низменной стороне природы человека, разрушают нравственные основы функционирования общества. Сложившаяся ситуация в современном мире такова, что именно нравственность выступает стратегическим ресурсом выживания человечества, и поэтому на повестке дня стоит весьма непростая проблема безопасности человеческой нравственности.

В связи с этим представляют интерес безопасность социума как философско-методологическая проблема, когда исследуются природа безопасности социума и условия формирования комплексной теории безопасности социальной макросистемы[6]. Поскольку сейчас происходит динамичное развитие информационного, электронно-цифрового, или «сетевого» общества («E-society»), постольку весьма актуальным становится проблема информационной безопасности. В связи с этим глобальным процессом возникает ряд дилемм: абсолютная свобода либо тотальный контроль, хаос или строгий порядок в сетевой политике и др., а также на первый план выходит значимость информационных войн в современном мире[7]. Особую опасность для социума представляет использование новейших информационных технологий, поэтому исследователи обращают внимание на место искусственного разума в системе информационной безопасности, на перспективность космических систем связи как элемента генетического оружия, на проблемы психотронного оружия и психотронной войны, на сетевые войны[8].

Не менее существенным является исследование новых источников угроз и опасностей, которые связаны со стремительным научно-техническим и технологическим прогрессом. Начало XXI столетия характеризуется нарастанием процессов информатизации и глобализации, формирования основанной на знаниях экономики и развития биологических, генетических, телекоммуникационных и иных технологий, что связано с инновационной деятельностью человека[9]. Возрастание потенциала знания, генерируемого наукой и осваиваемого человеком, ведет к хрупкости общества, к его неустойчивости. В результате адекватной действительности становится новая технология массового познания и творчества, которая представляет собою особый механизм организации массового гносеологического процесса в самых сложных междисциплинарных предметных областях, получивших название «инновационной войны»[10]. С инновационной деятельностью связана безопасность экономических и правовых аспектов использования интеллектуальной собственности как предприятий, так и физических лиц[11].

В общем плане решение целого ряда проблем безопасности предполагает применение методологии систем, в том числе безопасности систем различного рода[12]. Одной из таких систем является психический мир личности, который сейчас находится под колоссальным прессом электронных масс-медиа. Не случайно в научной литературе особое внимание обращается на «промывание мозгов», когда на психику индивида воздействуют путем нейролингвистического программирования, средствами трансактного анализа и гештальт-терапии[13]. Поэтому заслуживают внимания новые эффективные интегральные технологии обеспечения безопасности личности, объекта и информации, а также управление социумом и поведением человека[14]. О спектре угроз и опасностей, доминирующих в жизни современного человека, очень хорошо сказано в предисловии к книге А. Азимова «Выбор катастроф»: «Современный человек боится собственного бессознательного, невозможности исчерпывающего контроля внутренних своих начал. Он боится, что создаст существо, которое уничтожит его самого (мутант, робот, суперкомпьютер). Он боится, что существует скрытая ложа космополитов, которая правит экономической и политической жизнью, придумав ради оболванивания народных масс Интернет и СМИ. Он очень опасается зловредности пришельцев, исповедующих абсолютно другие ценности, чем человечество. Он не доверяет рациональным статистическим расчетам ученых и предполагает, что землю в ближайшем будущем ожидает столкновение с кометой. Иногда он начинает подозревать, что мироздание – мираж, причем мираж, созданный не магическими способностями некоего злого начала, а компьютерной техникой. Наконец, он решает, что, вероятно, уже не существует, что на самом деле он – один из случайных, исчезающих образов, возникающих в бесконечной дреме бога Вишну, отдыхающего на спине доисторического змея»[15].

Актуализация философского осмысления проблем войны, опасности и безопасности обусловлено в целом происходящим сейчас на перевале второго и третьего тысячелетий цивилизационным сдвигом от одного типа цивилизации (буржуазной, чувственной цивилизации) к новому типу цивилизации (ориентированной на духовность, на идеи), который сопровождается усложнением социальных структур, ростом неопределенности и непредсказуемости будущего человечества. Современное общество вошло в зону так называемых «мегарисков», исследователи (У. Бек, Э. Гидденс, Н. Луман и др.) квалифицируют его как «общество риска»[16]. Поэтому не случайно в современную гуманитарную и социальную мысль вошла неразрывно связанная с категорией «риска» такая новая категория, как «безопасность». С окончанием «холодной войны» исчез биполярный мир, выстроенный на равновесии супердержав СССР и США, что привело к возникновению совершенно иных видов угроз безопасности. Теперь ученые и политики обсуждают вопросы политической, социальной, экономической, военной, информационной, концептуальной, психологической, культурной и пр. безопасности[17], которые следует решать, исходя из нелинейной природы мироцелостности. Весь этот круг вопросов имеет непосредственное отношение к проблеме национальной безопасности России, ее общества, государства и личности. Сама концепция национальной безопасности нашего отечества должна принимать во внимание спектр новых угроз, вызовов современности, выступающих в форме новых видов оружия и технологии войн.

Согласно оценкам специалистов, XXI столетие будет насыщено различного рода войнами, ибо во второй половине нашего века оказалась пропущена третья мировая война из-за происходившей около полувека холодной войны между США и СССР. По неофициальным прогнозам вероятность возникновения третьей мировой войны составляет 30 процентов. «В эволюции глобальной системы армий, – подчеркивает отечественный военный специалист В. Серебрянников, – преобладают опасные явления. Боевая мощь армий развитых государств, прежде всего великих держав (даже без учета ядерного оружия), многократно превышая оборонительные потребности (кроме России), продолжает стремительно расти… Происходит быстрое подтягивание по технической оснащенности до уровня передовых армий вооруженных сил более ста развивающихся государств»[18]. Неудивительно, что целый ряд стран, в первую очередь США, готовится к возможным войнам в наступающем столетии. Известно, что одной из самых секретных организаций в мире является Управление перспективного планирования научно-исследовательских работ министерства обороны США, в чьих лабораториях и конструкторских бюро создается оружие будущего. Вполне понятно, подобные структуры есть и в военных ведомствах других стран. Их разработка, само собой разумеется, представляет государственную тайну, однако ни одна тайна не может долго залеживаться за тяжелыми дверьми и стальными сейфами – кое-какие сведения, хотя и отрывочные, хотя и затушеванные, все равно просачиваются в открытую печать и другие средства массовой информации. Если их привести в систему и использовать имеющиеся знания в области естественных, социальных и гуманитарных научных дисциплин, то можно воссоздать цельную картину, относящуюся к созданию новых видов изощренных видов оружия и технологии войн.

Следует иметь в виду то немаловажное обстоятельство, что, хотя человечество вступило уже в такую стадию цивилизации, когда в грядущем столетии оно сможет все свои проблемы решать за столом переговоров на компромиссной основе, существует большая вероятность жесточайших войн на нашей планете. Вся минувшая история человечества дает основания для такого пессимистического предположения. Историки подсчитали, что за последние пять с половиной тысячелетий на Земле произошло около 15 тысяч войн, в которых погибли более трех с половиной миллиардов человек, что за всю свою историю человечество прожило всего 292 года без вооруженных конфликтов. И нет оснований надеяться, что произойдет поворот к лучшему, так как пока существуют армии и военно-промышленные комплексы, угроза войны будет висеть над всеми народами. Иными словами, на протяжении нескольких тысячелетий человечество бросается под колесницу Джаггернаута[19], чьи колеса в виде мировых, локальных и гражданских войн, революций, восстаний, мятежей и репрессий катились и катятся по всему земному шару. И если раньше по многим странам катилось, в основном, колесо войн и вооруженных конфликтов, когда применяется холодное и горячее оружие, то теперь, в начале XXI века колесница Джаггернаута использует колеса экономической, концептуальной, информационной, психологической и другого рода войн, которые применяют соответствующие виды оружия и технологии. Здесь следует упомянуть такие новые войны, как цифровые с их битвами за Интернет, доменные войны, в ходе которых идут сражения за стоящие астрономических сумм доменные имена как системном ключе Интернета и постельные войны, в которых представители каждого поколения соревнуются за то, кто больше генов передаст следующему поколению[20].

Российский военный философ В.И. Гамов в своем диссертационном исследовании аргументировано показал, что на переломе тысячелетий оружие стало одной из глобальных проблем человечества, требующая своего адекватного разрешения, что оружие в его холодной и горячей формах сопровождало всю известную нам историю человеческого общества, что оно вплетено в деятельность человека. Ведь оружие является неотъемлемым компонентом человеческого бытия, оно органически вписано в контекст культуры самых различных народов нашей планеты, причем «именно с оружием связаны самые насыщенные по своему содержанию страницы истории человеческого рода»[21]. Особенно ярко связь оружия с природой человека проявилась в наш самый жестокий и кровопролитный XX век, когда погибли десятки миллионов человек и были разрушены колоссальные материальные ценности общества, не говоря уже о нравственной деградации человека. Вполне естественно, что следует дать определение самого понятия оружие, для чего обратимся к авторитетным энциклопедическим словарям. В отечественном военном энциклопедическом словаре под оружием понимаются «устройства и средства, предназначенные для поражения противника в вооруженной борьбе»[22]. В знаменитом дореволюционном энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона дана следующая дефиниция: «оружием называются орудия, изготовленные человеком для борьбы со своими врагами, людьми или зверьми»[23]. Можно дать следующее определение оружия – это орудия и средства, созданные человеком и предназначенные для борьбы с его противником. И история, и современность убедительно свидетельствуют о том, что оружие еще не скоро покинет арену человеческого существования.

Более того, в средствах массовой информации приводятся факты, свидетельствующие о том, что в секретных лабораториях продолжаются эксперименты по разработке новых видов смертоносных видов оружия, что идет интенсивная проработка новых технологий войны. В своей статье «Как нас будут убивать в XXI веке» научный обозреватель «Российской газеты» А. Валентинов перечисляет такие новые виды оружия, как солнечное, генетическое (этническое), лазерное, геофизическое и др.[24]. Так, отмечается возможность использования солнца в качестве смертельного оружия массового уничтожения. Необходимо отметить, что данная идея отнюдь не является новой. Согласно легенде еще в третьем веке до нашей эры, когда римский флот осадил Сиракузы, знаменитый ученый Архимед собрал на пристани всех женщин города с карманными зеркальцами. По его команде все направили солнечные зайчики на ближайший корабль и тот вспыхнул, в результате чего от всего флота остались одни головешки. В XYIII столетии эту красивую легенду попытался проверить французский ученый Бюффон, который провел публичный опыт: на расстоянии 100 метров он успешно поджигал зеркалами деревянные предметы. Однако подтверждение легенды произошло в решающем эксперименте группы греческих ученых под руководством И. Саккаса, проведенном в 1973 году. На берегу были расставлены 70 человек с полированными медными щитами размерами метр на полтора. Недалеко от берега стоял на якоре макет римской галеры, который от направленных на нее солнечных зайчиков от этих щитов вспыхнул мгновенно.

Данный эксперимент послужил основой для описания использования солнечного оружия в фантастическом романе Э.Э. Смита «Галактический патруль». Оно было применено против вторгшихся в Солнечную систему семи грозных ударных планет вражеской цивилизации: «И вдруг сияние Солнца померкло, а потом светило и вовсе пропало. Обжигающий сетчатку пламенный цветок распустился в черном пространстве, и все военные корабли поблизости заполыхали крошечными искрами. Рукотворное солнце взрывалось светом и тускнело, снова наливалось жаром и опять гасло. И в его лучах планеты стали таять как воск, съеживаться на глазах»[25]. Космический характер солнечного оружия устраняет его крупный недостаток: на земле в пасмурную погоду оно не действует. В прошлом году газеты писали о впечатляющем эксперименте – российский спутник развернул на орбите зеркальную пленку, зайчик от которой пробежал по ночной стороне планеты (понятно, это был мирный эксперимент). Технический прогресс уже позволяет собрать в космосе, на высоте 40 тысяч километров, зеркальный комплекс. Если зеркала расположить неподвижно над одним местом и посылать лучи в специальные приемные установки, то они смогут напоить тепловой энергией целые города. Но ведь и как оружие это можно использовать. Расчеты показали, что температура в центре сфокусированного теплового потока может достигнуть несколько тысяч градусов. Никакие тучи такой луч не удержат, и он способен сжечь все на Земле – и людей, и строения. Достаточно десятка таких спутников, чтобы превратить в выжженную пустыню целый континент. Все это можно осуществить уже сейчас, так как уровень развития техники позволяет это сделать, однако цивилизованным победителям ни к чему бесплодная выгоревшая земля. Им лучше иметь цветущую территорию и работающую на ней рабочую силу, поэтому сейчас уже имеются так называемые «несмертельные» виды оружия – консциентальное (оружие, воздействующее на психику человека), информационное, экономическое и другое «гуманное» оружие, различного рода психотехнологии и пр.

Понятно, что прямое отношение к безопасности человека и общества имеют опасности глобального и регионального характера, к которым относятся, например, опасность ядерной войны, появление таких новых видов оружия и технологии войн, как историческое, психосоциальные, информационные, психотронное, экономическое, культурно-смысловое, демографическое, концептуальное, геофизическое, этническое, и пр. Следует иметь в виду то, что в основе всех этих новых видов оружия и технологий войн будущего лежат фундаментальные научные разработки последнего времени в области физики, нейробиологии, нейропсихологии, генетики и других научных дисциплин[26]. Это означает, что сейчас весь мир совершает переход из индустриальной эпохи в новый век – поэтому «многое из того, что мы знаем о войне и борьбе против нее, до опасного устарело»[27]. Быстрое устаревание вековых стереотипных представлений о войне и способах борьбы с ней обусловлено стремительным развитием революционной экономики, основанной не на обычном сырье и физическом труде, а – на знании и интеллектуальном труде. Данное фундаментальное изменение мировой экономики влечет за собою и параллельную революцию в военном деле, что проявляется в новых поколениях войн и новых видах оружия.

Необходимо отметить, что немалую угрозу безопасности человека и обществу несут новые виды оружия массового поражения. Кроме химического, биологического, ядерного, нейтронного и высокоточного оружия, современный научно-технический прогресс делает возможным создание и производство новых видов оружия массового поражения, основанных на качественно новых физических принципах действия. Такими видами оружия массового поражения могут стать: оружие, поражающее ионизирующими излучениями; инфразвуковое; радиочастотное; генетическое; оружие на топливно-воздушных смесях и другие[28]. Эти и другие принципиально новые виды оружия и технологии войны, порожденных нашим беспокойным и страшным столетием может весьма эффективно использовать современный терроризм, чьи организации вполне способны образовать мировой террористический Интернационал. На это указывают события 11 сентября 2001 года, когда в результате беспрецедентных террористических актов были разрушены башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и часть Пентагона в Вашингтоне. Последствиями этих террористических актов является, во-первых, изменение хода истории и мирового порядка; во-вторых, начало конца либеральной модели демократии и либеральной рыночной экономики; в-третьих, уход на задний план прав и свобод человека и выдвижение на первое место прав и безопасности общества. Терроризм представляет собою специфическую форму войны[29] и выступает в качестве новой угрозы XXI столетия.

Этот терроризм выражает современный кризис, который характерен для Ближнего Востока и Украины и который показал не только эфемерность возникших после холодной войны многих институтов, но и появление «новых правил игры без правил» в мировой политике. Иными словами, после Косово и «цветных революций», после «принуждения к миру» Грузии и присоединения к России Крыма кардинально изменился политический и геополитический ландшафт мира[30]. Сложилась невиданная раньше ситуация, когда старых правил уже нет, новых правил еще нет, поэтому нечего пересматривать, нечего даже нарушить. Поэтому можно лишь воображать, каким будет будущий мир, который появится из находящегося современного мира в точке бифуркации (точке раздвоения, показывающей траектории развития мира).

Все это позволяет утверждать, что неизмеримо возрастает значимость философии безопасности как методологической основы научной теории безопасности, необходимой для решения целого диапазона практических проблем безопасности личности, общества и государства в условиях идущей многомерной войны и создания принципиально новых видов оружия. Необходимо иметь в виду то обстоятельство, что в философских словарях отсутствует понятие безопасности и опасности, что в них в лучшем случае речь идет о войне, причем данному феномену посвящен ряд исследований[31]. Понятия опасности (угрозы) и безопасности отсутствует и в современном отечественном словаре по психологии. Они приведены в зарубежном толковом психологическом словаре[32]. Иными словами, весь спектр опасностей и угроз, особенно современных поколений войны, и средства защиты от них не нашел своего должного философского осмысления, тогда как реалии современной жизни требуют этого. В данной книге исходными положениями философии безопасности выступают, во-первых, такие институты человеческого общества, как нравственность, собственность и власть, которые функционируют благодаря человеческой деятельности, пронизанной информационными потоками и представляющей собой совокупность различного рода технологий; во-вторых, альтернативная природа человека в качестве системообразующего фактора социума и культуры; в-третьих, принципы культурно ориентированной философии диалога между индивидами и человека с природой. Само соотношение опасности и безопасности в развиваемом философском подходе можно метафорически выразить в виде листа Мебиуса, который является иной формой математического знака вечности – кусающая сама себя за хвост змея. Этот символ наиболее адекватно выражает концепцию соотношения опасности и безопасности, он более богат и глубок, чем знаменитая символика китайской культуры Инь и Ян: в отличие от циклического характера колебаний соотношения Инь и Ян лист Мебиуса показывает плавное бесконечное перетекание одного (опасности) в другое (безопасность), что свидетельствует об их тождестве и различии одновременно.