Полина. Книга 1. Освобождение

© Вета Поликарпова, 2020

ISBN 978-5-4498-2388-5 (т. 1)

ISBN 978-5-4498-2389-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Надо спешить. Ещё немного и буду на месте. Вот она, дверь.

Серо-белый кот вздохнул и проскользнул в узкую щель.

1

Дача. Лето. Вечер.

Полина, девочка пятнадцати лет, шла домой по тёмной улице. Её никто не провожал, потому что надоели глупые ухаживания мальчишек.

Вечер стоял тёплый, стрекотали кузнечики.

Торопиться некуда. Полина неспешно переставляла ноги по песчаной дороге.

Сейчас она придёт домой, а там бабушка читает книжку под настольной лампой. Они будут пить чай и беседовать о прошедшем дне.

День прошёл так себе. Солнце светило, люди, приключения. А в целом – скука.

Не надо было приезжать на лето сюда. Никого не знают, делать нечего. Надо было остаться дома, в городе. Там хоть есть, с кем поговорить. А главное, там есть интернет. Здесь интернета нет. Полина не знала, что остались места без интернета. И не знала, что делать без него.

А бабушка уверяла, что остаться наедине со мыслями – очень хорошее упражнение для взросления. Мысль – хорошая, но на практике – скучная.

Полина целыми днями или читала книжки, или гуляла по окрестностям.

Дачников мало. И мало ровесников. А те, что есть, не интересны.

И вот так проходило лето в пятнадцать лет.

Можно и рассердиться, но на бабушку сердиться бессмысленно, так как это ничего не изменит. Бабушка – кремень. Решила – сделала. И никакие аргументы не изменят её точки зрения. А Полина пыталась убедить её в том, что много мыслей – это не к добру. Так можно и до чего-то додуматься. Бабушка спрашивала, до чего, например? Полина приводила разные нехорошие мысли. Но бабушка приводила контраргументы. Мол свежий воздух, здоровая еда и тишина – это лучшее лекарство от нехороших мыслей. И все споры заканчивались предложением попить молока и сходить погулять.

И Полина пила молоко и шла гулять. Так и проходило лето. И уже практически совсем прошло. А там школа, десятый класс.

Школа – лучше дачи. Но тоже ничего особенного. Уроки, люди. Уроки – это легко. Люди все знакомы, поэтому тоже не сложно.

А что тогда хорошего в городе?

Интернет? И только. Но интернет – это возможность узнать что-то новое, пообщаться с тем, с кем хочешь.

Бабушка – очень продвинутый человек, но интернет её пугает. Не потому что там много ерунды и нехороших людей. Хаосом он её пугает. Бабушка говорит, что в таком количестве информации человек теряет мысли и перестаёт вообще слышать себя. А это плохо для всех, не только для подростка.

Бабушка – учительница начальных классов. Ей виднее.

И вот из-за этих теорий Полина сидит на полу заброшенной даче и дышит воздухом и пьёт молоко. А жизнь проходит.

Подойдя к калитке, она остановилась. Из соседнего дома доносилась музыка. Это сосед, дяденька лет, Полина подумала, лет восьмидесяти или пятидесяти, в общем, дедок, играл на гитаре. Каждый вечер усаживался на террасе и играл на гитаре. Одинокий дяденька-дедок. Грустно всё это.

Полина вошла во двор.

В доме горел свет, бабушка читала.

Бабушку бабушкой назвать никак нельзя. Молодая красивая стройная женщина неопределённого возраста. Элегантная причёска со шпильками как в чёрно-белом кино. Но Полина привыкла так её называть. С детства, когда бабушка после пропажи родителей осталась единственным родственником. А тогда она, наверное, была совсем молодая. Бабушка…

Полина подошла к прямой спине и поцеловала в ухо. Причёска, причёска. Не испорти причёску. Эти фразы сопровождали её на протяжении жизни. Бабушка – очень спокойный человек, но внешний вид считает чуть ли не важнее внутренней гармонии.

– Дышала? – спросила бабушка.

– Пыталась, – ответила Полина и посмотрела на себя в зеркало.

Пятнадцать лет, а где женственность? Где грудь, в конце концов? Вырастет, говорит бабушка. Хорошо. А где яркая личность? Проявится, говорит бабушка. А по факту в зеркале стояла худенькая фигура с крашенными блондинистыми волосами. Если бы не косметика, то белёсые ресницы съели глаза. А губы? Ну, губы ничего. Пухлые. Сами по себе. Без помады. Белая кожа. Аристократка, утешала бабушка. Да уж. Куда без этого?

Грамотная работа с материалом – самое главное, говорила бабушка. И Полина работала с материалом. Сделала себе стройную фигуру, несколько лет специально занималась спортом. Не из любви, из необходимости. Красила мышиного цвета волосы в приятный глазу блонд. Красила ресницы так, что никто и не догадывался, что она это делает. Грамотно одевалась. И да, лифчик носила, и запихивала в него необходимый объём. И для окружающих – грудь приемлемого в обществе размера. Но если бы увидели её без всего этого, то получился бы мальчик. Белёсый тощий страшный мальчик. Но об этом знали только Полина и бабушка. А бабушка никому не скажет.

– Где Мурзик? – спросила Полина, заметив, что кота нигде нет.

– Не знаю, – ответила бабушка, не отрываясь от книги.

– Он всегда дома.

– Возможно, он решил развиваться.

– Как?

– Изучать географию.

Мурзик – домашний кот. Никаких географий он не изучает, друзей у него нет, и женщин тоже нет.

Полина забралась на диван, что стоял рядом с бабушкиным креслом, и посмотрела в окно. Темнота. Что там можно разглядеть?

– Но он же домашний, – сказала Полина.

– Всё меняется, – ответила бабушка.

– Ты считаешь, это не повод для беспокойства?

Бабушка положила книгу на колени и сказала:

– Я считаю, что сегодня можно не беспокоиться. А завтра поискать его по дачам. Это всё, – она опять углубилась в чтение.

Мурзик – лучший друг. Полина помнила, как получила его в подарок от отца. Огромный меховой, настоящий кот. Последний подарок родителей. А потом мир изменился. Они куда-то делись. И остался только Мурзик. Сколько лет они вместе? Десять. Мурзик был всегда, как небо. И никогда не

исчезал, и даже не уходил. Он был всегда. Спал где-нибудь и ел. Больше ничего не делал. Настоящий домашний кот. Невзрачный. Ну, не то чтобы невзрачный. Такой, как все домашние коты. Белый с серым. Ничего особенного. Но это Полинин Мурзик.

– Надо его завтра поискать, – сказала Полина.

– Да, – ответила бабушка.

Полина вытянулась на диване.

– Бабушка, а ты была когда-нибудь маленькой?

– Была, – ответила бабушка.

– А деревья были большими? – спросила Полина.

– Очень, – ответила бабушка.

– А люди?

Полина завела любимый диалог с бабушкой о прошлом. Ответы известны, вопросы тоже. Но было что-то в этой пустой болтовне успокоительное, как стакан молока. Бабушка мурлыкала «да» и «нет», а Полина пыталась представить, что было до неё. Что делали люди, когда её не было, как они жили, о чём мечтали. Вот бы найти машину времени и побывать там, где бабушка молодая, там где, деревья больше, а люди зеленее. Ой, это, кажется, сон.

И Полина уснула.

2

И пришли к ней родители. Они всегда приходили в сложных ситуациях. Но приходили как-то по-дурацки. Стоят в тоннеле света. Улыбаются.

Мамочка – красавица. Может, она и не была такой. Но Полина помнила её по снам. Красивая тоненькая белокурая принцесса с большими глазами. Стоит и улыбается. А рядом высокий черноволосый мужчина, папа. Одеты они в необычную одежду, какие-то сказочные наряды. Стоят в мерцающем тоннеле и улыбаются. Чего улыбаетесь? Заберите меня с собой! Почему оставили? – думает Полина. Она много раз пыталась бежать к ним, но не получалось. Что-то мешало. И когда в детстве она с криками просыпалась после такой чудесной встречи с родителями, бабушка объясняла, что надо понять во сне, что это сон. И тогда не будет больно и страшно. Пойми – это сон. И будь во сне, зная, что ты во сне. Всё.

И Полина в какой-то момент научилась понимать. Сразу стало легче. Всего лишь родители, стоят в тоннеле света, ничего особенного.

И вот они опять в нём. Мама и папа. Полина не помнила их. Они в один прекрасный момент исчезли из её жизни. Бабушка не знала куда. Или говорила, что не знает. Тут уж не проверишь. Приходилось верить.

Но точно одно, если они появились, значит Полину что-то беспокоит. И да. У мамы на руках лежал Мурзик. Кот. Она держала его и смотрела на Полину. И что? Отдашь? Нет? Самой забрать?

Никогда ничего не говорили. А потом происходило страшное. Мама взрывалась. Как в идиотском фильме ужасов. Вот так брала и разлеталась на кусочки. Без крови и ошмётков, но всё равно – не приятно. И Полина знала, что вот-вот это должно произойти. Сон можно прервать. Но не хотелось. Не часто они к ней приходили. И даже вот так постоять рядом – приятно. Не рядом, на расстоянии, но всё-таки.

Мурзик вдруг спрыгнул и побежал Полине навстречу. Но дурацкие правила сна не давали ему добежать. Лапы он переставлял, а добежать не мог. Расстояние не сокращалась. Тогда Полина бросилась к нему. Но и она добежать не могла. Ну же, сон, подчиняйся, мысленно приказала Полина. Но сон молчал. Полина бежала. И не бежала. Кот бежал и не бежал. Сны!!!!

А родители стояли. И вот, ещё мгновение. Взрыв. Осколки разлетелись в стороны, свет. Тоннель исчез. Темнота. Ни мамы, ни папы, ни Мурзика. Одна Полина. В темноте.

Полина села на диване. Открыла глаза. Светло. Сердце стучало. В комнате никого. И Мурзика нет. Обычно он сидел на диване. Или лежал. В общем, был рядом. Теперь не был. Где он? Остался во сне? Взорвался вместе с мамой?

Коты не так важны, чтобы взрываться. Надо его найти.

Полина легла на диван и посмотрела в потолок.

Глубоко и медленно дыши, говорила бабушка. Мозг насытится кислородом, и глупости уйдут из него. Бабушка, всё знающая бабушка…

Полина дышала.

Теоретически, Мурзик мог встретить подружку или подраться с кем-то. И найти его не сложно. К тому же все три с половиной человека, что живут на этих дачах, знают Мурзика в лицо. И если видели, расскажут. Это легко. Надо встать с дивана и обойти дачи.

Что Полина и сделала.

И все три с половиной человека не видели Мурзика. Это не очень хорошо.

А может, он где застрял? Полина окинула взглядом домишки, когда-то давно бывшие дачами учёных, а сейчас представляли собой жалкое зрелище упадочничества и заброшенности. Остались ли здесь учёные? Полина о таковых ничего не знала. Гитарист – не учёный. Бабушка тоже. Кто тогда учёный? Марья Ивановна из дальнего домика у леса? Кто её знает, может быть

Вообще интересные были времена когда-то, строили дачи по профессиональному признаку. Ты учёный – вот тебе дача в дачном посёлке учёных. Ты лётчик – пожалуйте, дача среди лётчиков.

Но это всё лишнее. Ей Мурзика надо найти.

Полина зашла на несколько заброшенных дач. Фильм ужасов. Никто не живёт много лет. А дом стоит. И жили ведь когда-то. Даже вон игрушки валяются. На них снег зимой ложится, а они валяются и валяются. Кино снимать надо. Никакие декорации не понадобиться. Всё на месте.

Мурзика не появлялся. Полина звала и даже в сараев несколько заглянула.

– Где же ты? – спросила Полина.

Никто не ответил.

Искать больше негде.

Полина вернулась домой, а там никого. Бабушка ушла в лес на ежедневные диалоги с природой. «Деревья – наши лучшие врачи». Да, конечно. И пошла, значит, бабушка лечиться к ним, как делает это каждое утро.

А Полина побродила по дому. Заглянула в книгу, что читает бабушка. Лесков «Некуда». И зачем такое читать в двадцать первом веке? Скука смертная. Даже не про любовь. Так, про ерунду всякую. Полина знала, потому что прочла. Бабушка посоветовала. А потом, как всегда, беседы беседовали. Что ты поняла? Что тебе не понравилось? Что понравилось? Полине ничего не понравилось. Кроме седых волос у молодой девушки.

Бабушка помолчала и сама стала перечитывать.

Полина добралась до сарая, прижавшегося к дому.

Сарай странный. Хотя… Если учесть, что дачи принадлежали учёным, то и не такой странный. В нём много предметов ненужных на даче. Да и в обычной жизни тоже. Какие-то колбы, кнопки, провода, трубочки прозрачные, ящики, крючки. В общем, лаборатория Франкенштейна. Но признаков чудовища не нашлось. Полина первым делом это выяснила. И ничего полезного не обнаружила. Только остатки когда-то важного процесса. А может, и не важного. Но явно кто-то здесь что-то делал. Что-то не связанное с реальностью. Научное.

Мурзика не было. Последняя надежда растаяла. Сарай очень большой и запутанный. Мурзик мог здесь быть. Но не был.

Полина села на табуретку и начала волноваться. По-настоящему.

Мурзик – её друг. И кажется, он попал в беду. А Полина не знает, как ему помочь, потому что не знает, где он. И сидит вот так теперь на древней табуретке, смотрит на свои розовые ногти и думает, что надо подправить маникюр. А ещё надо успокоиться.

Бабушка говорит, что никогда не надо сдаваться. Вот прям вообще никогда. Чтобы не случилось – не сдавайся. Ага.

3

Полина вышла из сарая. Надо что-то делать. Но что, она не знала.

И вдруг увидела молодого человека лет двадцати, отирающего их забор.

Человек симпатичный и незнакомый. Полина знала всех в этой крошечной местности. Этого не знала. А может, он новенький?

Человек вроде как и не их забор отирал, ходил вдоль. Дела, наверное, какие.

Полина поднялась на террасу и села на скамейку, чтобы не пялится в открытую. А так, ненавязчиво поглядывать.

Сижу, значит, на скамейке у своего дома. Дышу воздухом.

Человек не уходил. И не входил в их двор. Это уже странно. Может, позвать его?

И в тот момент, когда Полина собиралась это сделать, пришелец открыл калитку и вошёл. Оказался, он прям красавчиком. Тёмные волосы, высокий, широкоплечий, личико как с обложки. Да уж. Полине казалось, что такие по земле не ходят. Тем более по этой. Одет человек в какой-то странный наряд, похожий на средневековые лохмотья грязного цвета. Но мало ли, мода, она такая. Ты думаешь лохмотья, а оказывается, сверх стильное нечто.

Молодой человек прошёл на террасу и остановился перед Полиной. Снял кепку. Ёлки палки, и шляпу снимает. Настоящий принц. Убиться можно.

– День добрый, – сказал принц.

– Здравствуйте, – промычала Полина.

Принц смотрел на неё каким-то уж очень пристальным взглядом.

Чего надо? – хотелось сказать принцу. Но Полина сдержалась. Она вежливая, очень хорошо воспитанная. Не принцесса, но и не абы кто.

Пауза затягивалась. Принц продолжал смотреть, Полина не отводила глаз. Но надо разрядить обстановку.

– Вы кого-то ищите?

Принц подумал, посмотрел вокруг и ничего не сказал.

Да уж.

– Может быть, Вам нужна моя бабушка? Её нет. Но она скоро придёт. Вы можете подождать.

К бабушке часто обращались за репетиторством. Причём происходит это всегда неожиданно. В магазине, например. Здравствуйте, а я слышала, что вы очень хорошо подтягиваете по русскому языку, хлеб не передадите? Эээ. Но бабушка относилась к этому спокойно. И Полина тоже.

Принц сел на террасу и вытянул ноги. Очевидно, что его что-то беспокоит, но что, понять не получалось. Молчал он. Как поймёшь?

– Вы, может, пить хотите? – спросила Полина с целью завязать вежливую беседу.

– Да, спасибо.

Полна вынесла из дома стакан с водой. Принц выпил, поблагодарил. Сидели дальше. Молчали.

Да ну его, подумала Полина. И начала думать о своём.

Надо составить план дач и обойти их все. Полина взяла тетрадь и карандаш, начала рисовать план. Здесь она ходила, здесь смотрела, а вот здесь ещё нет. Получалось, что надо обойти около сотни домов. Многовато. Но где-то Мурзик должен быть.

– Занимаетесь проектированием? – спросил принц.

Он сидел на том же месте, но как-то умудрился увидеть, что Полина делает.

– Не совсем. Я рисую план этих дач.

Принц с неподдельным вниманием смотрел на Полину, но ничего не спрашивал. Полина почувствовала необходимость объяснить.

– Мой кот пропал. Я поискала по поверхности. Но не нашла. Надо искать системно. Вот я и составила план. Буду обходить дома по очереди и вычёркивать. Один за другим. Понятно?

– Да, – ответил принц. – Вы любите кота?

– Да, он мой друг, – не раздумывая ответил Полина. И только потом поняла, что звучит это по-детски. – Ну, он давно у нас живёт. Мы за него отвечаем. Не могу же я его бросить на этих дачах. Может, он застрял где. Надо помочь.

Принц почему-то резко отвернулся. Ого. Не любит котов? Или подумал, что я дура малолетняя. И со мной не о чём говорить. Ну и фиг с тобой. Не говори. Или нет? Ты сидишь у меня дома. Я тут правила устанавливаю.

– А Вы не любите котов?

– Равнодушен, – ответил принц, не поворачивая головы.

– Почему?

– Я никогда не держал домашних животных, нет опыта.

Нет опыта любить? Интересно. Полина никогда не держала собак, но она точно знала, что любит их.

Итак, план составлен. Можно идти. Но что делать с этим человеком? Бабушка задерживалась.

Полина встала. И принц вскочил.

– Я собираюсь идти искать кота. Не могу Вас здесь оставить.

У принца на лице пошевелились брови с непонятной целью. Но он ничего не сказал, только смотрел.

– Говорю, идти мне надо. А Вы здесь не можете оставаться. Понятно?

– Понятно, – ответил принц и пошёл за Полиной к калитке.

На дороге она посмотрела в сторону первого по плану дома. Мурзичек, будь там, пожалуйста. И двинулась в нужном направлении. Но почувствовала рядом движение. Принц. Он шёл рядом.

– Вы куда?

– С Вами.

– Зачем?

– Мне нужно Вам кое-что сказать.

Интересно. А до этого времени не нашёл?

– Что?

Принц посмотрел на землю, на небо, по сторонам. Ого, волнуется что ли? С чего вдруг?

– Я знаю, где Ваш кот, – процедил он сквозь зубы.

Такого она не ожидала и поэтому потеряла дар речи.

Незнакомец притащился к ней домой, сидел, молчал, а потом, оказывается, он знает, где Мурзик. Интересно.

– Где?

– Не здесь.

Очень интересно.

– А где?

Принц молчал, будто слова доставал из глубокой ямы.

– Где? – повторила вопрос Полина.

– Не здесь, – повторил ответ туповатый принц.

– Хорошо, не здесь, а где? Отведите меня к коту.

– Хорошо, – ответил принц, развернулся на сто восемьдесят градусов и быстро пошёл.

А Полина побежала.

– Куда мы идём?

– К лесу, – не сбавляя хода и не поворачивая на Полину головы, ответил чудик.

К лесу? Так, стоп, но это как-то… Странновато. Или нет?

– А что случилось? Он что, ранен? Может, мне надо бинтов, зелёнки взять?

– Нет, он не ранен, – ответил чудик и всё так же двигался в сторону леса.

Не очень как-то ситуация. Полина шла за незнакомцем в тёмный лес. Они всё больше по светлому лесочку гуляли. А тот все называли буреломом. И не ходили в него. Так как гулять там негде, а прорываться сквозь заросли никому не хотелось.

– А Вы кто?

Полине вдруг пришла очевидная мысль, что она даже не знает, как зовут этого полоумного. И откуда он взялся.

4

– Стойте, а как Вас зовут?

Полоумный остановился и сказал:

– Теодор.

– Чего? Ой, извините. Теодор?

– Да.

– Это имя такое?

– Да.

– Тэд?

– Нет, Теодор.

Чего не бывает на свете.

– Хорошо, Тед. А Вы кто?

Тед помолчал и ответил:

– Человек.

– Это понятно. Но Вы как и откуда кота моего знаете? И меня? Вы меня знаете? Как Вы нашли наш дом? Кто Вам сказал, где я живу? Что с моим котом?

– Я знаю, что Вас зовут Полина, – Тэд замолчал. – Меня попросили отвести Вас к Вашему коту и объяснили, где я Вас могу найти.

– Кто попросил?

Тэд молчал. А потом сказал:

– Вам нужен кот?

– Да, нужен. Тогда пойдёмте.

– Но…

– Пойдёмте.

И он быстрее, чем раньше, двинулся в сторону леса. Полина бежала за ним. Теодор, попросили, рассказали. Ерунда какая-то. Нехорошо всё это.

– Может, Вас бабушка попросила? Вы знаете мою бабушку?

Тэд молчал.

Нет, это никуда не годится. Надо остановиться и вообще, вернуться домой. Нельзя ходить с незнакомцами. Это опасно. Но он вроде не такой. А как выглядят такие? Полина не знала.

– Нет, я никуда не пойду, – Полина остановилась.

Тэд тоже остановился. Он смотрел каким-то многозначительным взглядом, но Полина не понимала всех этих многозначительностей. Надо бежать домой.

Тэд покопался в кармане лохмотьев и достал что-то небольшое. Протянул Полине. На неё посмотрел ошейник Мурзика.

Ой. Она взглянула на Тэда, потом опять на ошейник. Детектив какой-то получился с заложниками. Украли кота и просят выкуп? Что за глупости в голову лезут?

– Откуда он у тебя? – Полина не заметила, как перешла на ты.

– От Вашего кота, – ответил Тэд.

– Но почему? И как?

– Вам нужен кот?

– Да.

– Пойдёмте.

Но Полина не двигалась с места. Это не хорошо. Ошейник лежал на ладони и Полина видела огромные глаза Мурзика. Мурзичек, где ты? Что с тобой случилось? Ты попал в беду?

– Вы идёте? – спросил Тэд.

– Да, – ответила Полина.

Тэд шёл очень быстро. Так быстро, что Полине приходилось бежать за ним. Хорошо, хоть кеды обула, а не босоножки.

Они упёрлись в забор очередного заброшенного дома.

– Нам сюда, – сказал Тэд и вошёл во двор.

Полина за ним. Прошли по заросшему двору и оказались у сарая. Практически такого как у Полины во дворе.

Тэд нырнул в сарай.

Ага, а вот теперь меня убьют. И напишут на памятнике «Погибла, спасая кота Мурзика». Не смешно. Наоборот. Страшно. Но Полина знала, что если что, она начнёт кричать. Голос у неё сильный, не зря же она лет десять пела в хоре.

Успокаивай себя, да, давай. Оденут мешок на голову и всё. Никто тебя не услышит. Да и кто вообще здесь может хоть кого-то услышать? Нет, стоп. Со мной ничего плохого не может произойти. Всё плохое уже произошло. Родители меня бросили. Что может быть хуже? Полина по-настоящему верила, что теперь она застрахована от каких-либо бед. Ибо все беды мира рухнули на её голову в пятилетнем возрасте. И всё. Больше не будет.

Поэтому смело, прикрыв глаза и сжавшись в комок, шагнула в сарай.

А ничего и нет особенного. Мешок на голову не опустился. И цепей нигде не висело. И кот не прикован к стене. Всё как в обычном дачном сарае.

Тэд стоял у противоположной открытой двери.

Так это проходной сарай? Ага. А Полина себе уже напридумывала бог весть чего. Фантазия. Бурная ничем не сдерживаемая фантазия. Ей всегда говорили, что она её и погубит. Не уточняли, как именно, но погубит точно. Может, и правы те, кто говорил. Но пока Полина жива и чувствует себя хорошо.

Она подошла к Тэду, посмотрела на лес.

– Ну что? Чего стоим?

Тэд опять посмотрел на неё многозначительным взглядом. Надоел! Ничего кроме многозначительности не понятно. И только ощущение собственно тупости и недогадливости остаётся после такого взгляда.

– Идём? – предложила Полина.

– А может, тебе и не надо? – задал какой-то совсем уж того, странный вопрос Тэд.

– Не поняла.

– Может тебе не надо туда идти?

– Там мой кот?

– Да.

– Тогда надо.

Тэд молчал, глаза метались во все стороны. Ого. Опять волнуется. Да что там случилось?

– В чём дело? – спросила Полина.

– Я думаю, что тебе не надо туда идти.

– Ты думаешь? А зачем тогда ты за мной пришёл?

– Меня попросили.

– Кто?

– Не могу сказать, – и добавил, – Пока.

Отличненько.

Что за бред творится?

– Так, тебя попросил кто-то меня отвезти к моему же коту. Так?

– Да.

– Даже ошейник дали, чтобы я поверила, что мой кот где-то там. Так?

– Да.

– Тогда веди.

– Хорошо, – ответил Тэд и вышел из сарая.

Полина шагнула за ним. Какое-то странное чувство кольнуло в грудь, когда она переступала через порог. Словно вся жизнь проскочила через мозг в одно мгновение. Чудеса.

– Всё нормально? – спросил Тэд со своим опять фирменным ямногодумаюмыслей взглядом.

– Да, всё отлично. Это дверь. Я умею переступать через пороги. Идём.

– Хорошо

И они двинули в сторону леса.

Полина оглянулась на сарай. Всё-таки он странный. Не такой как в её дворе. И не проходной он. Чтобы попасть в лес его можно обойти. Зачем же Тэд повёл её именно через сарай? Непонятно. Спрашивать не хотелось, не разговорчивый попался товарищ.

Лес ещё не начался, но трава как-то сильно поднялась. До колен. На Полине – джинсы и майка. А в лес хорошо бы прихватить свитер какой. А то как начнут сейчас царапаться всякие буреломы и буревестники. Или вторые не в лесу? А где? Неизвестно.

До леса оставалось шагов двадцать и он не внушал никаких позитивных мыслей. Стоял стеной, как в сказках про Бабу-ягу.