- -
- 100%
- +
ПРОЛОГ. ИЛЬЯ
– Илья, тебе нужно второе лицо в предвыборной кампании... – строго сказал Михаил.
– В смысле? Второй кандидат? Соперник? – я по-деловому переложил с ноги на ногу и нагло откинулся на спинку кресла. Этот разговор ничего хорошего мне не предвещал. – Миша, у нас десять человек выдвигается из партии... Тут... Я – уже – не второе лицо, как ты видишь…
Я заметил, что Михаил за пару месяцев стал плотнее и этот темный костюм явно ему жмет в подмышках.
Он уперся руками в стол, словно приготовился к стометровке, и замотал головой.
– Нет! Тебе нужна женщина... Только посмотри. Ты везде стоишь, сидишь и ходишь, – на экране замелькали мои фото с различных сайтов, – с мужчинами. Где женщины?
– Какие женщины? – я широко улыбнулся. – У меня их много? Можем провести кастинг?! Отличная идея! Мне очень нравится!
– Прекрати паясничать, я серьезно...
– Хорошо, прекратил... Миша, … только есть одно НО...
Меня резко оборвали:
– В твоем штабе есть женщины?
Я задумался…
– Лена – секретарь и пара бухгалтеров сидит...
– А в более близком кругу?
Михаил петлял вопросами, как змея опутывает свою добычу, завораживая взглядом и не отпуская, пока не переварит целиком. Я уже изрядно напрягся…
– Ты девушку имеешь в виду? Типа невесты?
Тот нервно закивал головой.
– Да! Типа, как ты говоришь, – невесты! Что есть на примете?
– Я еще слишком молод, чтобы сковывать себя узами брака и нести ответственность.
Миша подошел ближе. Положил обе руки мне на плечи и прямо сказал:
– Мальчик, ты ТУДА, – его палец указал на потолок, – метишь. Это не детский сад... Соберись! А то позвоню Петру Андреевичу...
Я обиженно нахмурился, дернул плечами, освобождаясь от цепких оков. Кажется Михаил переходит границы.
– Ну, Ольга... Ей нравится перед камерами бывать... Давайте ее… – бросил я ему, чтобы отстал с этим вопросом “женщины”.
Михаил задумчиво потер свою лысину. Она уже у него вспотела.
– Нет! Ольгу на экраны нельзя пускать.
Я выпрямился и с удивлением посмотрел на него.
– Почему? Она у меня красивая из модельных выбирал... Инстаграмщица и девушки ее любят. Это же... Это наш народ! Голоса молодых избирательниц лишними не бывают...
Михаил нарочито откашлялся и снова недовольно покачал головой:
– Смотри внимательно...
На экранах замелькали новые фотографии.
– Это вот ОН с Меланией, а это наш ... Николаевич с женой. Кому бы больше поверил? Только честно...
– Ну-у... нашему... Вообще, это неправильно как-то… Не патриотично!
– Почему? – брови Михаила вздернулись.
– Ну, Меланья из модельных, а … жена БОриса... она.. – я подбирал слова и пытался вспомнить кто есть жена Бориса Н., но не смог и просто ляпнул. – Она нормальная!
– Вот, именно! Жена депутата не должна выглядеть, как … со страницы второсортного журнала, тем более не иметь в инсте фото в купальнике. А твоя Ольга своим орехом может не только стулья давить. Красивые, тюнингованные люди сейчас вызывают дух соперничества и раздражение с оскоминой на языке. А нам нужно – ДОВЕРИЕ и немного уважения. Понимаешь? Ты зачем нос переделал?
Откуда он знает?! Моему возмущению не было предела. Это же почти секретная информация...
– Я? Я?... Не делал...
– Хватит заливать... Мы уже все пробили, и подготовились к этому вопросу. Будешь всем СМИ рассказывать, что на борьбе повредили перегородку носа, дышать становилось все труднее, начал страдал головными болями и так далее... Сильно на болячки не дави, а то подумают, что ты калечный.
– Мне реально с ним было тяжело … дышать...
Михаил махнул на меня рукой.
– Знаем, как вам всем трудно с обычными носами дышать! Цирк однотипных уродцев...
Я провел пальцем по перегородке носа. И с удовольствием отметил работу пластического хирурга: какая она ровная и тонкая. Прежний был кривой и толстый, почти как у Квазимодо.
– Ладно, продолжим о женщинах... Посмотри внимательнее. И скажи, кто больше вызывает у тебя доверие?
Прищуренные, лисьи глаза Мелании с многочисленными филлерами и подтяжками за миллионы долларов почему-то не вызывали доверие.
Они говорили о деньгах... А большие деньги никогда и ни у кого не вызывают доверия.
Я встал. Пора заканчивать. Меня уже час как в другом месте ждут. И тоже – очень красивая женщина.
– Все... Я понял... Мне нужна ассистентка из простых...
– Да, чисто для массовки, чтобы кофе подавала, папки носила, на звонки отвечала. В общем, мелькала наша "серая мышь" туда-сюда и бесконечно слушалась тебя.
– А может я один попробую... А то Ольга взъерепенится.
На Ольгу было плевать, а имидж завидного холостяка Москвы не хотелось портить, поэтому я пытался прикрыться ее ревностью.
– Нет! Ты знаешь, кто на выборы ходит? Правильно! Женщины. А они не любят одиноких мужчин во власти. Вот, например, моя теща, когда Главный разводился, знаешь, что сказала: – "Неудивительно, что в стране такой бардак. Он развелся и вся страна – сплошной развод..." Понимаешь?! В чем суть? Они мыслят еще теми стандартами. А Ольгу я беру на себя...
Я обреченно вздохнул. Без баб точно не обойтись.
– Ну, давай... Митрохину мне…
В этой непонятной игре выборов я был все лишь смазливая фигура. И даже Михаил здесь всего лишь одним из … , главным человеком была Митрохина. От вида этой строгой и холодной блондинки у меня кровь стучала в висках.
– Наша Эллочка-Людоедочка мне тут самому нужна, собака лает – караван идет. Ладно, сейчас остальных дождемся. Для этого и пригласили тебя сегодня.
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Мой телеграм, где есть я, мои книги и визуализация героев с короткими, роматическими видео... Но там, увы, не хватает вас((( ... Жду всех Polina Rakitina . Обязательно подписывайтесь:))
1.2
ИЛЬЯ
– Это вы обо мне? – бросила своими ровными и белоснежными зубами Эллочка.
При виде нее мы с Михаилом выпрямились, а лица радостно засияли, как перед дорогим подарком в красивой упаковке. Она и есть желанный подарок для каждого здравомыслящего мужика, который способен еще ценить красоту и ум.
– Да! Все мужчины только о тебе и думают, волнуются при твоем появлении! Обиделась или огорчилась? – иронизировал Михаил, облизывая сухие губы.
Митрохина подошла ближе к нему и прошептала прямо в лицо медленно, членораздельно, широко открывая рот с красными губами:
– Это был... КОМ-ПЛИ-МЕНТ.... Спасибо!
От ее слов у всех сладостно защекотала под ложечкой. Я аж вспотел. Лучше бы она мне так сказала.
Митрохина явно обладала способностями офисного общения и всеми техниками НЛП (нейролингвистическое программирование). Она точно (дозированно) воздействовала на людей.
– Ты ему уже сказал? – уже простым, обычным голосом спросила она.
Михаил сделал короткий кивок, прочищая горло и поправляя галстук.
И Митрохина тут же зачастила:
– Илья Петрович, мы подобрали тебе несколько кандидаток. Выбери одну из них. Это необходимо для правильного восприятия твоей личности, которая явно страдает не только “биполяркой”: то мы с подарками к пенсионерам ходим, то – облизываемся на молодых моделей в купальнике в жюри конкурса красоты. Твои пьяные фото с этой “МИСС” села “Кукуево” – дорого нам обошлись… Петр Андреевич не доволен нашей работой… А это отразится на…
– Я понял... – подавленно ответил я.
Эллочка села во главе стола, оперлась локтями на столешницу и слегка поддалась вперед, как можно ближе ко мне.
– Только выбирай головой ... – томно и нагло улыбаясь, советовала она.
От голоса Эллы Леонидовны, вероятнее всего, у всех в комнате пробежались мурашки и подскочило давление.
– Когда? – еле дыша спросил я, нехотя отрываясь взгляд от ног и плавно переходя на глаза. Засада! Глаза – чистые, голубые, как вода в океане.
Ее голос проник мне под кожу и застрял где-то в самом центре удовольствия. Дразя и маня меня. Шпилька от ее туфель давно проделала дыру в моем сердце. И думается уже – навсегда! Ух!
Она, не отводя стеклянных глаз, все еще продолжая властно улыбаться, вдруг отрезала:
– Сейчас... Они ждут за дверью...
Бах! Секундная иллюзия того, что эта сильная, строгая и властная блондинка может увлечься мною, рассыпалась мелкими осколками.
Нервно сглотнул и стал дышать чуть ровнее.
– Хорошо... Я готов!
Я почему-то схватился за галстук, словно тот был причиной моего кислородного голодания, а не Митрохина.
Она еще раз улыбнулась, И мне на мгновение показалось, что она даже подмигнула, перед тем как обратиться к Михаилу.
– Так, нам нужна свежая, молодая, с высшим образованием без отфотошопленных фото в Инстаграме, без тусовок, без интимных фото в общественном доступе, без связей со штабом соперников. Проверены кандидатки, их друзья и близкое окружение. Из ста, приславших резюме, проверку прошли четверо. Оказывается, нормальных и умных людей в нашей стране становится все меньше и меньше. Предупреждаю! – Митрохина сделал многозначительную паузу. – Все девушки на лицо обычные. Мы попросили их прийти без макияжа и парфюма. А вы – таких чистых и умных представительниц прекрасного пола давно не видели...
– Провинциалки что ли? – брезгливо пошутил я. – Московских не нашли?
Моя реплика явно не зашла присутствующим. В кабинете повисла долгая пауза.
Брови Эллы взлетели. Она с серьезной задумчивостью откинулась на спинку кресла. Скрестив руки на груди, декламировала:
– Обижаешь, Илья Петрович, я сама из поселка Глубокого, Ростовской области? Слышал о таком? Или вы дальше МКДа не ездили???
Ее голос – злой учительницы – больно врезался в мое самолюбие.
– Извините, … сморозил полную чушь … Я не это…
Митрохина грубо перебила меня, возвращая всех в повестку дня:
– Продолжим…
У Эллы Леонидовны был особый выговор, но училась она лет пятнадцать назад в МГИМО, а уж туда точно не берут из поселка Глубокого.
Сегодня эта стерва в глазах молодого человека поднялась еще на десять ступенек выше и стала почти недосягаемой. Огонь-баба!
-----------------------------------------------------------------------------------------------------
1.3
ИЛЬЯ
– Все! Работаем мальчики. – Митрохина хлопнула в ладоши, как перед очень важным стартом и тут же застыла..
– Что у тебя с рубашкой? – строго спросила она, обращаясь снова ко мне.
Я стыдливо провел рукой по месту "преступления". Пиджак как раз расходился в том самом месте, где было небольшое пятно от утреннего нападения одной ненормальной.
– Когда к вам поднимался, какая-то деваха налетела на меня со стаканом кофе из зашкварной кофейни.
Элла Леонидовна неодобрительно покачала головой. Команда от нее пришла быстро:
– Михаил, поменяйтесь с ним рубашкой!
Этого еще не хватало, чтобы я надел зашкварную ситетику этого потного толстяка. Стал отмахиваться:
– Не-е, мой водитель уже везет новую. Скоро будет!
Красивые губы Митрохиной напряженно сжались в тонкую красную нить.
– Илья, – ты – наш кандидатом в Государственную Думу. И сейчас хочешь перед своими будущими ассистентами с пятном от кофе ходить? Ты совсем рехнулся? Михаил, раздевайся! – рявкнула Эллочка-Людоедочка.
По лицу Михаила прошлась ухмылка “я же тебя предупреждал”. Он-то знал, что с Эллочкой лучше не спорить, поэтому беспрекословно первым скинул свой пиджак на стол и стал медленно расстёгивать пуговицы.
– Быстрее… – командовала начальница.
Все это напоминало дешевый и самый неудачный стриптиз на типической русской свадьбе.
Наша Эллочка-Людоедочка неожиданно разразилась громким смехом, когда увидела волосы на пивном бочонке Михаила.
В одежде он явно выглядел лучше.
Крепыш без рубашки был простым пивным бочонком. Мне тоже хотелось заржать.
Митрохина никак не могла остановиться. И съязвила:
– Миша, я тебе абонемент в спортзал подарю и приставлю к тебе бикинистку для мотивации. Чтобы такого ни одна из твоих любовниц больше не увидела.
Михаил потупил глаза и неловко все прикрыл руками:
– Никто из них еще не жаловался…
– Значит хорошо компенсирует моральный ущерб, – хохотала Митрохина.
– Что ждешь? Особое приглашение нужно? – со злостью прошипел Михаил мне.
– Что?! – ответил я.
– Раздевается! – скомандовала Митрохина.
И одной рукой она подперла подбородок, а другой начала барабанить по столу в ожидание нового зрелища.
Расстегивая пуговицы, я тут же постарался напрячь все группы мышц своего отличного пресса. И в тот момент, когда пришлось снять рубашку, даже Михаил не смог отвести своего любопытного взгляда. И только завистливо присвистнул…
В переговорной повисла тишина.
Митрохина непроизвольно прикусила губу и быстро увела глаза. Сработало!
Звук падающей ручки всех вернул из неловкого молчания.
Она наклонилась под стол и оттуда пробурчала:
– Быстрее, мальчики... У меня еще куча дел... Хватит мне тут шоу устраивать… Я уже все увидела.
Мы с Михаилом переглянулись и молча обменялись рубашками...
Когда со всем было покончено, она повернулась и с тем же стервозным и властным видом, как и вначале встречи, сказала:
– Мальчики, и прошу, никогда не спорьте с хорошими девочками... – она сделала небольшую паузу. Натянула самую вежливую улыбку. – А теперь … просто улыбайтесь ...
Мы широко улыбнулись, чувствуя, что это из нас мартышек делают.
– Одобряю … поехали... Миша, запуская по одной... Илья, готов?
– Да. Пошла жара в хату… – выкрикнул я для задора, поправляя рукава пиджака.
Митрохина с большим укором посмотрела в его сторону.
– Илья Петрович, прошу ВАС хоть иногда являть миру хоть капельку вашей серьезности... – это было сказано тяжелым, грудным голосом строгой начальницы, но через секунду незаметно подмигнула ему.
Мое лицо, как в детстве при виде нарядной елки, отразило вначале резкий испуг, а потом расплылось в довольной и счастливой улыбке. Она все видела. И ей точно понравилось!
– Илья Петрович, сделайте уже серьезное выражение лица... – повторила Митрохина и прочистила горло. – Михаил, запускай по списку…
ГЛАВА 1(1) МИЛА
МИЛА
Все же, как чудесно просыпаться за городом летом.
В особенности, когда все экзамены сданы, а дипломная работа защищена на отлично. Все! Свобода от четырехлетнего рабства в бакалавриате. Гип-гип УРА!
– Мила, ты просто умница-красавица!
Это я сказала своему отражению в зеркале.
С другой стороны... Через месяц я снова поступаю. Но это же магистратура.
Там всего-то два года заочки; совсем другое дело, по крайней мере, я на это надеюсь.
Я быстро оделась и спустилась вниз.
Мне хотелось выбежать на улицу и прокричать на весь элитный поселок о своей свободе от гранитной “плиты” знаний и обязательств перед университетом…
Вместо этого я подскочила на месте от испуга.
– Что это? – заикающимся голосом спросила я.
Передо мной стояла мама в кремовом шелковом халате, а на лице у нее что-то пузырилось, медленно спускаясь зелено-черной пеной.
– Новая корейская маска против черных точек. Теперь тоже пора поры почистить, а то там – уже пещеры образовались...
Я брезгливо поморщилась.
– У меня все в порядке с кожей... – и с подозрением посмотрела на чашку с нежными цветочками в ее руке. – А там что? Травяной чай от Джека? Не рановато ли для восьми утра?
– Не дерзи, – отмахнулась от меня мать и как ни в чем не бывало прошла на кухню.
У нас с ней уже был сложный разговор в стиле "отцы и дети". Но в роли родителя была я.
Скучная, вредная, заносчивая и ни в чем не разбирающаяся в жизни. Именно так охарактеризовала меня мать, когда я нашла семь пустых братьев от Джека в диване гостиной.
И я знаю, что ЭТИ улики оставил не отчим. Он, вообще, к спиртному равнодушен.
Это было три месяца назад. Кажется, проблема матери стала обостряться и вышла за временные рамки: она уже с утра и в открытую начала употреблять свой особенный "чай".
Тяжело вздохнув, я все же решилась вновь начать или продолжить тот давний разговор.
Прошла за ней на кухню.
– Мам, мам...
– М-м... – она обернулась и как нив чем не бывало отпила из чашки, даже не поморщилась.
Однако!
На секунду ко мне пришли сомнения. Может, все же я ошиблась? И это реально настоящий чай… Тут же нагнулась, принюхалась к коричневой прозрачной жидкости. Нет! Это Джек!
Взгляд матери стал терять фокус, а ужасная шипучая маска сползла прямо ей в рот.
Я оторвала бумажное полотенце и насильно стерла все с ее лица.
– Я не могу с тобой разговаривать с этим... – шипела я на нее так, словно это я ее мать.
– А со мной не надо разговаривать, – заплетающимся голосом расслабленно ответила она. – Я в полном порядке. И вообще, за кого ты меня принимаешь? Я не... напиваюсь до беспамятства и не устраиваю разборки... И даже... т-ш… не писаю под елочкой на участке. Ты помнишь, как она это сделала?
И мать залилась неприятным хрюкающий смехом, прикрывая рот ладонью.
– Мам, прекрати... Я же волнуюсь... Только восемь утра... Сейчас он, – я подняла глаза на потолок, – спустится и тебе несдобровать. Ты не боишься его? Совсем что ли?!
Ресницы матери замерли в оцепенении. Хрюканье исчезло.
Уверенно, поправив халат одной рукой на груди, она откашлялась и тихо сказала:
– Я пойду... А ты тут... что-нибудь приготовь. Мария Петровна взяла отгул на сегодня. Я понятие не имею, что у нас в холодильнике... А это, – она показала на чашку, – было для тонуса, к твоему сведению. Мне еще в город на массаж лица надо. Подбросишь? Я таксистам не доверяю...
Я выхватила из ее руки злосчастную чашку и вылила остатки в раковину.
– Хватит... тонизироваться. Прими лучше контрастный душ. И побыстрее! А то твой ненаглядный увидит и скандал устроит.
Мать неприятно хмыкнула и вздернула подбородок:
– Он на меня уже давно не смотрит! Ему все равно… Но я пошла... Приготовь, пожалуйста, завтрак. Я буду овсянку на воде, а он...
Я перебила ее.
– Помню! Яичницу с двумя кусочками бекона, тосты с маслом и сыром, кофе, – скороговоркой выпалила я, открывая холодильник.
Я начала вытаскивать все необходимое.
– Умница дочка...
Мать неожиданно обняла меня сзади. Даже спиной я услышала запах не только сеже- принятого Джека, но и вчерашней ликерной настойки.
Фу-у, как отвратительно!
Я повернулась. Пристально посмотрела в ее глаза.
Какие же они грустные и тоскливые.
Она еще так молода и еще даже очень красива. Всего-то сорок пять, но, если она продлит каждодневную дружбу с Джеком, – я ее потеряю.
Мое сердце сжалось от боли.
– Мам, разведись с ним. Я же знаю, что все это, – я нарочито указала глазами на чашку в раковине, – из-за него.
Мать испуганно вздернула брови и отступила назад.
– Не говори ерунды. Твой отчим тут не причём… Все! Закрыли тему! Я в душ, а с тебя завтрак...
Я не выдержала.
И тут же сознательно грубо крикнула ей в спину:
– Зубы сначала почисти! За километр несет перегаром...
----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Друзья! Мне будет очень приятно, если мы станем еще ближе и вы нажмете кнопку "ОТСЛЕДИТЬ АВТОРА" :) Так же ваши звездочки очень важны для рейтинга и продвижения книги. Благодарю за доверие и внимание...
ГЛАВА 1(2)
Через час отчим, мать и я сидели за обеденным столом, как большая "дружная" семья.
Мать, как обычно, была недовольна своей кашей. Каждый раз она меняет рецепт, но забывает об этом предупредить. И как ей домработница угождает?!
– Ты соль положила?
– Положила...
– А щепотку корицы добавила?
Я уставилась на мать, потом на ее тарелку с кашей.
– А зачем?
– Я же просила… – вспыхнула она.
Я растерянно пожала плечами.
– Ничего ты не просила. Я бы запомнила…
– Ты опять все забыла. Вечно в облаках летаешь... Двадцать два года – пора за ум браться.
– У меня красный диплом. Это показатель ума? – съязвила я. – У тебя и такого нет.
– Хвастаешься??? Ну-ну…
– Елена, успокойся! – оборвал ее отчим.
– Я спокойна...
– А то я и вижу, – продолжил в том же тоне родитель.
Они молча обменялись взглядами и снова вернулись к еде.
Это было нормальное явление, но неприятное.
Я запихнула в себя кусок ветчины и старалась больше не поднимать глаза. Чтобы случайно никого им не задеть. Иногда… нет, вру! Я часто задавалась вопросом: что нас здесь всех связывает? Мы как злые соседи, которые никак не могут разъехаться из этой коммуналки в четыреста квадратных метров. Или в сознательном рабстве с условно подписанным договором об ограничении личной свободы в целях государственной безопасности... Последнее – шутка моего плохого юмора. Политолог иначе шутить не умеет.
Когда я училась в уверение, а это было всего-то месяц назад, то прожила все четыре года в общаге. Ольга, моя соседка по комнате, с первого курса абсолютно не мешала мне учиться, потому что дома практически не ночевала. У нее был свой план: как зацепиться и остаться в Москве. Сама она из Воронежа.
За четыре года я только пару раз видела ее с учебниками, но свои сессии на психфаке победительница Мисс Университет закрывала регулярно.
К предкам я приезжала на выходные и на праздники, а еще на каникулы. Люди они занятые, поэтому виделись мы редко. Отчим постоянно таскал мать по своим друзьям по службе. У них – то юбилей, то охота, то еще как-то служебная тусовка. Кстати, отчим подполковник, с пеленок мечтающий стать генералом. Да-да... Все именно так…
Еще десять лет назад мы жили вдвоем. Только я и мама. Она преподавала английский язык в моей общеобразовательной школе. Мы жили очень и очень скромно, в однушке. Пока она не встретила своего – Алексея Николаевича!
Я покосилась на предков. Странная они пара.
– Мила, что у тебя с работой? – вдруг спросила мама.
Я замерла с вилкой в руке и коршуном посмотрела на нее, показывая взглядом на отчима. Прошу, только не при нем.
– Я отправила резюме, жду ответа… – бегло ответила я.
Отчим начал хрипло смеяться, как старая жаба. В принципе, он ею и был.
– Дорогая, в нашей стране хорошие места, с хорошим доходом и условиями – по объявлениям не ищут.