Быть женой депутата

ГЛАВА 1(3)

Настоящей фурией я влетела в свою комнату.

Потолок вот-вот готов был обрушиться на меня, а я на стены этого дома. Хотелось все рвать и крушить. Но вместо этого я бросилась на кровать и крепко обняла подушку заглатывая слезы.

Как же это унизительно, неприятно и мерзко. Этот, ее Алексей Николаевич, решил, что я тоже его марионетка, его подчиненная и тоже должна ему всем и во всем угождать, как мать, которая неустанно лебезит, преклоняется и как все – служит ему, закрывая глаза на то, какой он грубый, отвратительный и подлый человек.

Мать из-за своей крепкой дружбы с Джеком совсем из реальности выбыла. Надо срочно ее спасать… иначе – я ее потеряю. У меня же никого нет, только она. И я ее так люблю…

Я горько заплакала...

Через некоторое время в комнату тихо постучали...

– Мил, Мила... – неуверенной кошкой шептала мама в приоткрытую дверь.

– Уйди! – крикнула я и снова вернулась к подушке.

Мать вошла в комнату, плотно закрыла за собой дверь и села на край кровати.

– Мил, ну прекрати вести себя, как ребенок... Тебе уже двадцать два года… – протянула она.

Я грубо пробубнила в подушку:

– Как бестактно и некрасиво второй раз за утро напоминать о моем возрасте. Я знаю сколько мне лет. И прекрасно знаю год своего рождения!

Мать тяжело вздохнула. Поднялась с места и встала у окна.

В моей комнате она вела себя иначе…

Я давно заметила. Перед отчимом мать как бы сжималась и втягивала голову в себя, стараясь всем своим видом сделаться незамеченной. В его отсутствие – ее голова гордо возвращалась на место...

– В твоем возрасте у меня появилась ты... – тихо, ласково сказала она.

Я оторвала голову от подушки и бросила на нее сердитый взгляд.

– Жалеешь, что не сделала аборт?! Да?

– Дурочка... Я так была счастлива твоим маленьким ручкам, ножкам и пальчикам. Бабушка всегда говорила: “Смотришь на нее как кот на масло”. Ты была такая красивая. А твой лобик постоянно морщился и делал удивительную умную, взрослую складку, когда ты на что-то смотрела.Ты с пеленок была очень любопытной и какой-то уж сильно ответственной. С пяти лет сама себе яичницу готовила. И никто тебя этому не учил. Брала и делала, как хотела сама. И я всегда знала, что моя дочь будет умной и красивой...

Я села в кровати. Стерла слезы с лица рукавом.

– А что теперь случилось? Зачем ты так со мной внизу? Что я тебе плохого сделала?

Мать вобрала в себя воздух и задержала дыхание... Выдохнула. Снова села на кровать, почти вплотную ко мне, и провела рукой по моим волосам, приглаживая их:

– Это такая плохая моя актерская игра. Женщинам приходится очень много терпеть, много притворяться, даже унижаться и преклоняться, чтобы … Чтобы получить хоть какую-то поддержку и защиту... Ведь, все это… он заработал, – мать сглотнула и обвела рукой мою комнату. – И вот это... – она указала на мой компьютер, – и это... Я сама бы никогда не дала тебе всего этого, но я очень пыталась и хотела. Свет, вода, газ, хлеб, вещи... Я почти одиннадцать лет боролось за наше с тобой счастье и свободу. Отчаянно боролось с нищетой, которая доводила меня до помешательства, толкая меня на очень плохие решения и поступки... Ты сама все видела... Если бы не бабушкина квартира, которую мы продали, чтобы выйти из долгов из-за неудачной моей попытки открыть курсы английского... Эх... Мы были практически на улице, когда появился Алексей...

Мать скорбно прикусила губы:

– Я же … ты многого не знаешь...Ты считаешь, что это романтично и гордо лишиться всего, но остаться честным и справедливым... Не меркантильным... Но жизнь бьет всех по самым слабым местам. Она постоянно и неустанно пробивает твою силу и уверенность в себе. Меня ударила по моей гордости, даже гордыни... и я расплачиваюсь за это уже много лет... Я это знаю…

Она задумчиво замолчала. А мне стало стыдно за себя. И я вспомнила нашу тухлую однушку, где толпами бегали тараканы и свои вещи из секонд-хенда...

Мать снова заговорила, с трудом выговаривая окончания:

– Мне всегда не хватало женской мудрости. И я вижу, что ты такая же, как и я в свои двадцать лет. Горжусь и неустанно боюсь за тебя...

Я крепко прижалась к ней.

От нее пахло красивой пыльной розой. Это ее любимые духи. И никакого следа алкоголя. Мне до жути захотелось, чтобы так было всегда.

– Мамуль, знаешь что...

– Что?

– … я заработаю много-много денег, и мы от него уедем. Хорошо?!

Она пристально посмотрела мне в глаза, слегка улыбнулась уголками губ и нежно поцеловала мой лоб.

– Спасибо тебе, но я уже заплатила и плачу за твое счастье. Не делай глупости ради меня… Спускайся вниз, он уехал...

ГЛАВА 1 (4)

Телефон засветился и на экране повисло оповещение “ Принято новое письмо 1 “.

Мое сердце сжалось, а внутри все похолодело от волнения и предвкушения.

Я быстро открыла мессенджер и прочла:

"Уважаемая Милана Юрьевна! Ваше резюме прошло отбор на должность помощника депутата... Приглашаем Вас на собеседование на завтра в 10:00..."

Дальше был адрес и приписка с дополнительными условиями к собеседованию. Тоже самое мне продублировали в смс от неизвестного номера.

Я радостно запрыгала на месте, но потом зависала и еще раз пробежала глазами по строчкам: “... не забудьте взять с собой паспорт, документы об образовании. На собеседование явиться без макияжа, без парфюма и в строго деловом стиле”.

– Ого-го! Как все серьезно! – напряглась я на секунду, но потом снова радостная запрыгала на месте. – У меня есть работа! Ура! Моя первая работа!

Счастливая и на всех крыльях удачи, с попутным ветром в душе, я спустилась в столовую.

Мама с удивлением и настороженностью подняла голову на мое “внизхождение”, явно не понимая, что происходит. Еще десять минут назад я всех ненавидела, а тут радости полные штаны.

Я крепко обхватила ее. И стала тискать как котенка.

– Мамулик, меня взяли на работу! – наконец-то шепнула я ей на ухо, словно это была засекреченная информация.

– Поздравляю! – настороженно ответила мать. – А куда?

Я чмокнула ее в щеку и разжала руки.

– В одно очень важное и хорошее место для старта моей политической карьеры... Я же хочу быть политтехнологом. И ты об этом всегда знала!

Мать задумчиво вытянула губы трубочкой.

– А сколько обещают платить?

Я села за стол, посмотрела на большие панорамные окна. За ними стояли большие сосны и солнце возвышалась над ними. Какой чудесный сегодня день!

– Хм... – мне стало неловко от открытого вопроса матери, потому что ответ ее явно не порадует. Он даже меня не радовал, но я шла за своим будущим, а не за деньгами: – Пятнадцать тысяч...

– Долларов?

– Ты что, с дуба упала? Мам! Все в рублях. Все в рублях...

– Это же даже на квартиру не хватит, – разочарованно и скорбно добавила она. – Кого они хотят получить за такие деньги? Раба? Еще и кастинг, наверное, устроили с претензией на “ Кто самый умный”, с подтекстом “ Кто такой идиот, что с высшим образованием пойдет рабствовать на пятнадцать штук”...

Я тяжело вздохнула. Радостное волнение таяло на глазах от слов матери.

Жестокий реализм с материальностью разбил мои розовые мечты о светлом и большом будущем.

– Как ты планируешь жить? – настаивала мама.

Она все била своими вопросами точно в цель. А я не знала как это прекратить…

– Пойду работать…– сухо ответила я.

– То есть работать, потом еще работать? Боже! Это ужасно... Я так жила... Это...это... Ты не выдержишь! Может все же замуж? За Игоря? Он тебе и с карьерой поможет и с учебой, если ты так хочешь всего этого… С ним будет все легче, быстрее и проще…

– Мама!

– Что?

– Опять поссориться захотела? – резко бросила я ей в лицо. – Одно дело просто женить меня. Но совсем другое – не верить в собственного ребенка! Это подло, МАМА!

Я уже закипала и не могла остановиться…

– Мил, я просто переживаю за тебя. Тебя же используют и выбросят. Там всех так используют... Политика же... чистой не бывает... Ты не представляешь какие лицемеры всем этим управляют, похлеще друзей и жен Алексея... А их ты знаешь!

– Вот-вот! Сама проговорилась о друзьях отчима. И Игорь …этот… тоже меня использует и выбросит...

Мать хмыкнула. Потом язвительно добавила:

– Не выбросит! Своих не бросают! И у жены зарплата больше, а еще жилплощадь, транспорт, питание и деньги на личные расходы – все предоставляется...

Я замерла...

Мы пару секунд напряженно смотрели друг на друга, а потом громко рассмеялись.

– Какая хорошая работа! – парировала я. – Мечта всей жизни!

– Отличная! Только у жены подполковника или чиновника должна быть одна важная функция..

– Это какая? – во мне взыграло неприличное любопытство.

– … короткая память … – мать криво улыбнулась.

Я пожала плечами.

– М-да, думаю, что это функция на любой работе пригодиться…

Мы встретились глазами и согласились друг с другом.

– Игорь не такой как твой отчим. Да, ему за сорок, но он красивый, спортивный, подтянутый, умный и очень деликатный. Вежливый! Я ни разу не видела его пьяным до поросячьего виза. А ты знаешь как проходят эти выезды на охоту...

– Ага, прошлый раз один генерал одному майору ногу прострелили. Вот там вам весело ... обхохочешься…

– А нечего было к генеральше лезть…

– Мама,.. зная Софью Андреевну, я предполагаю, все было даже очень наоборот… – я наигранно подняла брови и покачала головой.

Мать согласилась.

– Хочешь, я тебе фото Игоря покажу?

– Так, Елена Александровна, если ты еще раз выскажешь желание “женить” меня, мы с тобой очень серьезно поссоримся, а ты мой характер знаешь – он весь, весь, весь твой...

Родительница вздохнула и сразу же сдалась без боя:

– Ладно, давай выпьем.

Я отрицательно замотала.

– Нет...

– Ну, хоть … чуть-чуть, совсем капельку, прямо на донышке... За твой успех на старте карьеры, – упрашивала мать мягким голосом.

– Нет. Собеседование автра. И я, лучше, в город сегодня поеду.

– Где остановишься?

– Сниму номер в гостинице или в хостеле.

– Хорошо, я позвоню своей знакомой. У нее была квартира свободная на Патриках и сниму ее тебе, пока не встанешь на ноги. Могу я же хоть чем-то помочь своей дочери?

Мне захотелось отказаться, ведь это явно деньги отчима, но с другой стороны...

– Эх, ладно,.. твой Алексей не очень-то будет рад...

– Ничего, переживет.

– Мамуль, все хотела спросить … А как вы познакомились?

– Ну, вот в те самые времена, когда я хотела школу английского языка открыть. И кто-то из знакомых того времени меня с ним свел... Он все бегал, год порог мне отбивал, я отказывала, а потом... Все рухнула и я сдалась...

Она резко дернула плечом и тяжело вздохнула.

– Ты счастлива с ним?

– Мы с ним слишком долго живем, чтобы утверждать обратное....

– Понятно... Очень политкорректно!

Я уткнулась в свою тарелку, а мать в свою...

Через час я спустилась с чемоданом. Меня у ворот ждало такси.

Моя Елена Прекрасная уже спала с опустевшим Джеком в руках...М-да... Я не стала ее будить, чтобы попрощаться. Решила созвониться с ней вечером. Пусть проспится...

ГЛАВА 2 (1)

Собрав из каштановых волос плотную, тугую ракушку, надев белую рубашку и серые брюки свободного кроя, которые не так сильно вырисовывала мои округлые бедра, я придирчиво стояла и оценивала свой вид перед зеркалом в гостиничном номере:

– Приличная отличница? Секретарша? А может – Мымра?

На последнем варианте я улыбнулась. Нет, не мымра!

Убедившись, что в сумке лежит все необходимое, с тоской посмотрела на свои любимые духи.

– Как жаль, что вас нельзя. А то у нас были бы все шансы на успех.

Слова матери о слишком маленьком окладе плотно засели в моей голове. Если честно сказать, то я никогда не переживала из-за денег. Блин! Уже стало стыдно... Поясняю...

Одежду, преимущественно, покупала мать, не жалея сил и финансов. На карточку мне стабильно кидали сорок тысяч рублей. Именно так мама оценила все мои возможные расходы. Также она следила за оплатой моей общаги.

Смартфоны и ноутбуки с планшетами покупались ею и дарились на всевозможные праздники. Единственное от чего я всегда отказывалась, так это от украшений.

Сорок тысяч часто уходили на такси, учебники и посещения музеев или интересных выставок. Подруг у меня не было, ну кроме Ольги. С ней мы виделись редко и пили кофе рядом с общагой, хотя она говорила, что это моветон.

В такие заведения ходят только студенты! Приличные люди здесь кофе не станут пить, – заявляла она, презрительно косясь на людей.

Я только пожимала плечами и мило улыбалась в ответ:

– Зато людей много и никому нет ни до кого дела...

Да! Я пару раз с мамой посещала приличный ресторан. На больше посещений меня не хватило. Это была пытка. Мало того, что надо было готовиться к этому событию полдня, так еще и сидеть весь вечер как на витрине.

Моя мама каким-то странным образом у всех пользовалась уважением. Скорее всего, это пришло из-за того, что она никогда не вникала в подробности сплетен ее круга, а просто попивала из бокала. Молча, периодически поддакивания. Если через пять минут спросить ее, о чем был разговор, она бы только томно закатила глаза … "о жизни".

Еще мать никогда не оплачивала счет, за нее это всегда делали другие.

– Мама, почему ты так? Ведь это неудобна как-то? – осуждала я.

– Это мне неудобно слушать их негатив, а им – очень даже удобно оплатить мне ужин за мое потраченное время!

Но, при всем при этом, мама с удовольствием посещала со мной фаст-фуд.

– Мне нравится дух тусовочной молодежи, а не этой – непонятной элиты...

Я вышла из гостиницы. Погода стояла самая прекрасная. Солнце и легкий ветерок. Офис, куда меня пригласили, был в двух кварталах. И я решила, что перед тем, как отправлю себя на собеседование, захвачу с собой кофе из своего любимой кофейни.

На удивление мне подали его таким горячим, что невозможно было пить. Я тут же выбросила крышку и стала дуть на пенку.

Мимо меня проплыли несколько черных машин – черных акул с мигалками.

Я не знаю почему, но при ведите такого кортежа у меня всегда внутри все замирает. И я представляю тех, кто сидит за тонированными стеклами. Это они – люди из девятичасовых новостей.

У меня с детства очень трепетное отношение к новостям. Я их смотрела так же увлекательно, как и мультики, а может даже поболее.

Я родилась и выросла при одном президенте. И первого человека, которого я выучила, запомнила и знала в лицо лучше, чем всех своих родственников, был он.

Если бы вы знали с каким благоговением и трепетом я смотрела все его новогодние поздравления, всегда думая, что его пожелания адресуются мне лично.

Все верили в Деда Мороза, я верила в Президента.

Он говорил: "Это был трудный год..." А мне слышалось: "... Да, Мила, ты получила тройку по музыке, так как петь явно не умеешь и не обладаешь абсолютным музыкальным слухом, но у тебя пять по истории и у тебя все получится. Мы ждем тебя в наших рядах!"

А дальше играл гимн, и я всех заставляла встать и не шевелиться. С горящими глазами и с замиранием сердца, я вслушивалась в эти волшебные звуки, а после был салют.

В общем, патриотизм во мне не вдруг появился, он со мной родился. Может это все гены. Своего отца, о котором мама никогда и ничего не говорила, я всегда представляла специальным агентом засекреченной программы... Тот же самый Дед Мороз под прикриктыием...

У меня никогда не было сомнений чем я хочу заниматься в жизни. Я твердо хотела служить Родине. Мать и отчим, понятно дело, крутили у виска. И готовили меня на юридический, но я выбрала – политологию, о которой я узнала случайно от одного студента из МГИМО. Боже! Ту вечеринку с первым алкоголем лучше не вспоминать, да и я ее не помню, но стыдно…

И вот, черный кортеж, плавно скрылся за поворотом. Я проводила его с завистью и легким волнением в груди. Однажды... Да! Я тоже буду ехать в нем и увижу ЕГО! И он, как в мои снах, пожмет мне руку... Мой Президент!

Мой телеграм, где есть я, мои книги и визуализация героев с короткими, роматическими видео... Но там, увы, не хватает вас((( ... Жду всех Polina Rakitina . Обязательно подписывайтесь:))

ГЛАВА 2(2)

Я быстро перешла дорогу, оглядываясь по сторонам. Черных "акул" больше нигде не намечалось. Ничего! Однажды и у меня будет своя такая же “акулиха” с синей круглой шашечкой на крыше. Я как раз за этим и иду.

Войдя в здание, показав на проходной паспорт, я увидела пустой лифт. Резво метнулась в его сторону, поблагодарив свою удачу. В больших бизнес-центрах лифты всегда переполнены и их надо, условно говоря, часами ждать.

Бах! Мой стакан с кофе вошел в темный пиджак и белую рубашку.

Это столкновение напоминало типичную аварию в замедленном кино. Я все видела, но ничего поделать не могла, ... только открыла рот.

Застыв от ужаса и перестав дышать, я растерянно хлопала глазами. Уродливое коричневое пятно от моего кофе предательски расплылось и с геометрической прогрессией впиталось тут же в белую хлопковую ткань мужской рубашки.

Дрожащими губами, со смертельным холодом в груди, я все же заговорила первой, отчетливо осознавая, что это ничего не изменит – вещь испорчена, может, даже навсегда.

– Простите!

Рука пострадавшего схватилась за пятно, оттягивая ткань.

– Блин! Ты что совсем?! Глаза на что тебе? – раздраженно ответил приятный голос сверху.

Настороженно, с громадным чувством вины, я подняла глаза.

Красивое лицо молодого человека, похожего явно на актера, хмурилось и кривилось.

Я продолжила глухо извиняться:

– Я... я случайно ... простите, вы просто так резко появились... не успела притормозить... я увидела лифт и побежала к нему…

Красивый молодой человек не слушал и даже не предпринял попыток вникнуть в мои раскаяния, словно меня не существовало или я была слишком мелкой сошкой, чтобы он мог это принять всерьез.

– Идиотка! Как так можно… Блин… Что за гов…о, а не утро!

Он пытался ногтем отскрести пятно. Но было поздно. Пятно намертво вошло и породнилось с белой тканью.

Проклиная меня, незнакомец резко одернул полы пиджака и застегнулся на верхние пуговицы.

– Много пить кофе – вредно для нервной системы! – сказал он.

Изумленно уставилась на него. Его грубость и надменность тут же столкнулись с моей гордостью.

Я презрительно нахмурилась, провожая красавчика глазами, и мысленно бросила ему в спину: "Сам идиот! И вредный для своего “здоровья”. По сторонам надо смотреть!"

И что-то бы не сказать это вслух, крепко сомкнула себе губы, приказывая молчать и не реагировать на его невоспитанность, заносчивость и высокомерие.

Пока я мысленно утихомиривала свою бурю ядовитых эмоций, мой случайный пострадавший стоял и удерживал кнопку лифта.

– Вы ехать собираетесь? – молодой человек вскинул брови и с большой претензией посмотрел на меня.

Я решила не рисковать. Вдруг наши совместные, неорганизованные, неприятности еще не закончились. Вдруг он сейчас выхватит мой кофе и обольет, в отместку, мою белую рубашку. Глупо и по-детски, конечно, так думать, но чем бог не шутит. А Он никогда не шутит!

– Нет! – замотала головой. – Я подожду следующий... – ответила я.

Незнакомец тут же отпустил кнопку со словами:

– Это вам не трамвай... Но как хотите...

Двери лифта наконец-то закрылись.

Я резко выдохнула. Фух!

Все это время мне казалось, что он вполне может наброситься на меня и потребовать новую рубашку или заставить оплатить ее стоимость. Подумаешь кофе! Отстирается. Хотя, может и нет. Вещи у него явно дорогие...

Через пару минут лифт снова открылся, люди вышли сплошным потоком. Чуть приняв влево, чтобы пропустить все эти важные “рабочие” лица, я следом вошла в опустевший “транспорт”, нажала кнопку и задержала дыхание, прислушиваясь к бешеному ритму своего пульса...

В животе, как перед экзаменом, все замерло и похолодело...

Ну, с Богом! Ни пуха, ни пера и все сомнения к черту! И того … (плохую личность) с рубашкой туда же... Все равно я никогда его больше не встречу...

----------------------------------------------------------------------------------------------

Мой телеграм, где есть я, мои книги и визуализация героев с короткими, роматическими видео... Но там, увы, не хватает вас((( ... Жду всех Polina Rakitina . Обязательно подписывайтесь:))

ГЛАВА 2 (3)

Кусая ногти в полном одиночестве лифта, нарушаемого только легким шумом мотора, я вспоминала лицо своего "краша" (с английского переводится как "крушение", в обиходе у подростковой молодежи – внезапная, необоснованная и сокрушительная влюбленность).

То, что "испорченный пиджак" был и есть красавчик это неоспоримый факт, как и то, что он богатый и успешный красавчик. Но, то, что он почему-то мне показался знакомым. Этот факт принять было трудно. Я определенно где-то видела его. В голове шел чек-лист возможных встреч: может в новостях? Да! Скорее всего!

Было бы очень глупо испортить пиджак топ-менеджеру из "нефти-газа" или с той самой Государственной Думы. Ха-ха... Мила, ты, как всегда, в ударе... Черт!