- -
- 100%
- +
Аннотация к книге "Разведены.Немного"
— Сколько это длится? Скажи мне, а? — шипит в лицо, опираясь руками о край кровати. — Как давно вы с ним? КАК?...
Я молчу.
Не верю своим ушам и глазам.
И это мой муж? Он так обо мне думает?
– Хотя… впрочем, мне уже не интересно. — ухмыляется, будто получает удовольствие от своей и моей боли. — Просто подписывай... И разойдёмся по-хорошему. Ты мне больше не нужна. Петя останется со мной.
----------------------
Внимание!
Книга содержит эмоциональные сцены, темы измены, беременность, женская драма
Продолжение этой книги "Второй шанс. Сердце под прицелом" https://litnet.com/shrt/IfR9
Пролог
Звонок не умолкает. Резкий, липкий. Хочется просто вырубить его, но тогда все начнут стучать — а это хуже.
Головная боль сжимает виски, мигрень не отпускает. Духота давит, сплит-система умерла из-за перепадов света — сегодня уже дважды отключали электричество. Если дальше так пойдёт, рискую остаться без посудомойки и стиральной машины.
Мастеру звонила вчера, но очередь только сегодня вечером. А потом надо за Петей в садик. Как успеть — не знаю.
Звонок опять пронзительный.
— Иду! — говорю, размахивая рукой и открываю дверь.
И зависаю. О-чу-меть.
На пороге — ОНА.
Маленькая, загорелая, вся в глянце и сиянии.
«Ш...***ха», — шипит мозг, и я с ним согласна.
Она не теряет времени, перешагивает порог, не спрашивая.
Первое, что хочется — схватить за волосы и выгнать, как самый отвратительный мусор. Но она и есть мусор.
Снимает очки, разворачивается и говорит с вызовом:
— Мы должны поговорить.
Никаких «здравствуйте», никакого стыда. Только это «мы». Будто мы — команда. Красных или белых? Непонятно.
Слово «поговорить» звучит как приговор — разорвать мне кожу и стереть личность. Ведь я для неё — всего лишь жена её любовника.
Я молчу. Просто смотрю.
Она цокает языком и кивает на мою руку:
— Вам лучше дверь закрыть, соседи услышат...
Внутри всё сжимается, солнечное сплетение — резиновый мячик.
Закрываю дверь. Сглатываю ком. Ладони холодеют от страха и напряжения.
— Я беременна, — говорит она, с дешевым пафосом из сериалов.
Я моргаю.
— Срок? — слышу чужой голос.
— Восемь недель.
— Ясно... — слова пустые, их просто надо было сказать, чтобы не расплакаться.
Смотрю в упор.
— Я надеялась, вы поможете.
Что? Какого... Я дважды моргаю, не веря:
— Что? В смысле? — чуть надеюсь, что это шутка.
--------------------------------------------------------------------------
🌸 Добро пожаловать, мои дорогие читающие кошечки! 🐾✨
Я начинаю для вас новую историю — живую, реалистичную и эмоциональную. Она будет обновляться регулярно.
Подписывайтесь, чтобы не пропустить продолжение, поддержите новинку звездочкой (как на картинке) и комментарием — для меня это огромная мотивация писать быстрее и вкладывать ещё больше души. 💌
Обнимашки каждой из вас 💖
Глава 1. Оля
Глава 1. Оля
(За два месяца до)
— Оль, ну пожалуйста, — Катя умоляюще тянет, сунув мне в руки пухлый конверт. — Завези, а? Мне самой неудобно: вчера ссорились. Я на них так орала, – закатывает глаза, – ты меня еще такой не видела, а теперь вежливо просить — типа, извините, возьмите наши платежки…
Я с ухмылкой смотрю на свою лучшую подругу. Я ее видела разной. И все у нас – бывало.
— Ты же знаешь, я ненавижу эти манипуляции. — нехотя морщусь, вздыхаю. Но под упорным взглядом Кати сдаюсь: — Ладно. Где это? Куда везти?
— «Intercity Grand». Пятизвёздочный отель, знаешь? Там холл — просто музей, фонтаны, люстры, ковры ручной вязки. Сдашь конверт на ресепшн, и свободна. Мой Сергей сейчас их предупредит.
Если она просит помощи у своего ассистента, то явно – ей очень стыдно. Не врет.
— Ага. А потом обратно через весь город в садик… — ворчу я, но не слишком злюсь. Всё равно мимо еду. Я была в этом отеле. Мы с Игорем празднословии годовщину. И даже сняли люкс. Приятные воспоминания любви и нежности. А Ведь мы не молодые и десять лет вместе.
Погода — жара несусветная.
Июнь только начался, а в городе уже как в бане. Кондиционер в машине справляется, но выходить на улицу – беее.
Я захожу в отель, и прохлада сразу окутывает меня, как подарок. Мрамор блестит, ковры мягкие, и всё пахнет цветами и деньгами. Очень большими деньгами.
На ресепшн очередь из делегации Кореи или Китая. Все на одно лицо. И что-то сюсюкают под нос. Я решаю пройтись — вдруг найду кого-то из отдела поставок и сдам прямо в руки. Сворачиваю к ресторану. Дорогу знаю, вернее помню.
Отлично! Он открыт: виден из холла сквозь стеклянную стену. Стильно. Просторно. Богато. Всё — как любит Игорь.
Снова оглядываю завороженным взглядом пространство. Посещение таких мест для мамы- домохозяйки большая редкость. Впрочем, мне и в нашей блинной комфортно.
И тут я слегка замираю.
У окна, боком к залу, сидит пара.
Мужчина и девушка. Он в тени, но её видно отлично: молоденькая, волосы длинные, густые, перекинуты на одну сторону, шея длинная, движения — лёгкие, но слишком игривые для деловой встречи.
Стараюсь не пялиться.
Почти прохожу мимо — но что-то в этой сцене меня цепляет.
Может ностальгия. Ведь и я с Игорем так сидела. Десять лет назад. И тоже так, наверное, глупо хихикала.
Мужчина подаётся вперёд, что-то шепчет. Девушка смеётся, откидывается, вздёргивает плечами. Он тянется к ней и касается шеи. Ласково. Привычно. Нежно.
Я ухмыляюсь про себя: взрослый дядя, судя по жестам, влюблён по уши. А она играет: глазками, локтями, плечами, голосом. Ну, бывает. Не мое это дело.
Собираюсь идти дальше, но резко стопарю. Меня словно ударили в грудь.
Я жмурюсь, щурюсь.
Во всем этом есть … что-то родное и знакомое.
Пиджак...
ПИДЖАК!..
Черт! Этот пиджак.
Пульс резко учащается. В голове становится резко горячо.
Прищуриваюсь сильнее. Мне же не показалось?
Нет....
Глубокий, пыльно-серый. Такой оттенок я сама выбирала Игорю в подарок к дню рождения. Дорогая ткань, с лёгким синим отливом, сидит по фигуре идеально.
Сердце проваливается в желудок. Ступни будто приклеились к полу.
Я стараюсь не смотреть — но не могу. Не могу оторвать глаз от пиджака.
«Если я сейчас подниму глаза – то умру».
Заглатываю горький ком своей трусости.
Медленно поднимаю глаза.
И ахаю...
ОН!
Это Он!
Я знаю этот наклон головы. Эту руку. Эту привычку пододвигаться ближе, будто всегда чуть-чуть не хватает расстояния.
Боже!
Страх.
Отвращение.
Я резко отворачиваюсь, словно от огня. Мое лицо уже пылает.
В голове пульсирует: Не смотри. Не подходи. Уходи отсюда.
Но я уже снова поворачиваю голову.
Медленно, но с такое боевое и воинственной готовностью ко всему.
И в следующую секунду всё рушится.
Игорь! Это Игорь!
Он улыбается ей. Теми же глазами, которыми смотрит на меня в наши счастливые моменты. В его руке — запястье этой девочки. А она склоняется к нему, будто влюблённая школьница.
Весь мир становится тихим.
Я ничего не слышу и не вижу. Только его.
С каждой секундой ощущаю распирающую и жгучую боль внутри.
Я поворачиваюсь и иду к выходу. Ищу глазами спасение. Или – пусть меня кто-то разбудит. Ведь, такое же не может со мной случится... но всем все равно. Люди! Посмотрите! Мой муж мне изменяет, он меня предает! Сделайте же что-нибудь! ПО_МО ГИ ТЕ!
Конверт падает на пол.
Игорь реагирует на шум.
Наши взгляды встречаются.
Он часто моргает. Его лицо обнуляется. Пару секунд не верит, что я это Я!
Да, дорогой, тебе не кажется. Это я... И я все вижу...
Я все же отворачиваюсь.
С меня хватит. Увидела. Достаточно.
И иду быстрым шагом к выходу.
Перехожу на бег. Хватаюсь за живот. Сгибаюсь пополам. На улице меня резко начинает выворачивать, прямо на глазах у охраны.
– Вам помочь? Вам не хорошо? – раздается посторонний голос где-то совсем рядом.
Через пару секунд выпрямляюсь.
Размашисто вытираю рот тыльной стороной ладони.
У мужика на лице паника и вежливое сочувствие.
– Нет, спасибо. Мне уже хорошо...
Глава 2. Оля
Глава 2. Оля
Я не помню, как доехала домой.
Вроде бы были светофоры, пробка из машин, люди, все бегущие куда-то. И все улицы, дома – абсолютно все проплывало мимо, как в мутной воде. Как в другом мире.
Я же видела перед глазами испуганное лицо Игоря и хохочущую молодую девицу.
Может я зря убежала?.. Может надо было закричать на них?..
Хорошо, что у меня машина-автомат, потому что она и вела меня домой. Не я. Я была там, в этом дорогущем отеле.
Дверь с шумом захлопнулась, и я, не разуваясь, бросила сумку вместе с ключами прямо на пол и понеслась.
Как загнанная, умалишенная, некоторое время носилась по квартире, хватаясь то за грудь, то за голову. Казалось, внутри всё рушится, ломается, крошится в пыль, а я… бегаю в этой пыли кругами. Как белка в колесе. И нет мне выхода. Я, загнанный в домашнюю клетку, зверек.
Врываюсь в спальню. Рывком открываю его шкаф.
Порыв у меня один — выкинуть все его вещи. До единой. Как в сторис: «Она узнала про измену — и выкинула всё из окна». Я даже представила, как Игоревы дорогие брендовые костюмы красиво летят вниз, и как соседи с балконов хватаются за головы…
Но тут — пауза. Мозг тормозит мою фантазию, лишая меня капли дофаминовой мести.
Я вспомнила, как стирала его рубашки, как замачивала воротники, как оттирала пятна, гладила, упаривалась, пока всё лежало идеальной стопкой. И мне стало жалко.
Не его.
Себя.
А еще своё время. Своё старание. Свою любовь.
«Твою же...» – захлопнула шкаф.
Ладно, не выкидывать. Пусть носит все мое старание и наслаждается им.
Тогда... тогда надо что-то разбить.
Что-нибудь!
Я врываюсь, как на метле, в столовую, оглядываюсь. Глаза мечутся по сторонам в поисках жертвы. Предмета. Мести. Боли.
Но... но всё... моё.
Я растерянно провожу глазами по идеальному моему интерьеру. Моей мечте.
И всё же выбирали вместе. С любовью. С планами. С фотографиями, референсами, вечными «давай подумаем», « а вот это будет здорово и интересно», «ох, а это точно нам подходит».
Глаза давят картины. Нет. Это искусство. Жалко.
Спускаются ниже.
Вазы?
Нет, они из Египта и Турции. Не вариант.
Сувениры… слоники из Вены, из Стамбула… Индии. Я обожаю слонов. Они такие добрые, тяжёлые и толстокожие.
Отметаю все.
Резкий поворот. Посудомойка. Открываю. Может, есть битые тарелки? Ну хоть одна со сколом? Нет. Все целые, как на подбор. Я их мыла утром. Чистенькие, блестящие. Если одну разбить — то будет не комплект. А это так неудобно. Я все детство мечтала, чтобы в нашем доме были одинаковые тарелки. Но у нас почему-то были все разные. Это вносило суету и бедность.
— Да ты плюшкина, — со злостью шепчу сама себе. — Всё жалко. Всё бережёшь. Всё хранишь. Даже сейчас... Сделай что-нибудь. Ты же вся на взводе. Ты сейчас или с ума сойдёшь, или взорвёшься. Выплесни хоть как-то эту боль. Ну… ну же!!!
«Может, отжаться?» – приходит в голову.
На лице появляется недобрый смех сквозь злость.
Конечно. Отличная идея, Оля!. Отжаться. Спорт вместо крика. Это ты можешь! Хорошая, девочка!
М-да. Глупо.
Надо, чтобы ему было больно, как мне. Чтобы он знал и все понял...
Взгляд останавливается на его кружке. Та самая. Подарок от коллег. Серая, массивная, с гравировкой. Я её ненавижу. Не потому что она его. Просто — не нравится. Ужасная фигня.
Вот она —моя цель.
Хватаю ее. Размахиваюсь.
И...
останавливаюсь.
— А если плитка треснет? Где я найду такую же? Мы же выбирали год… А этот прораб сколько из меня крови попил. Сколько денег своровал. Уххх... Второго ремонта я не переживу.
Ставлю кружку на место.
Падаю на стул за столом. Пусто. Тихо. Смотрю в никуда.
«Что ты хочешь, Оленька?»
Хочу – рыдать.
«Так рыдай!Давай! Никто не увидит»
Я начинаю кривить, сжимать лицо в тугую гримасу, выдавливая и выжимая из себя боль. И не могу. Ком в горле — есть. А слёз — нет. Ни одной.
Снова пытаюсь. И снова не то.
Смотрю на часы.
Резко подрываюсь.
Петя.
Сын.
В садик пора.
Совсем забыла.
Бегу к зеркалу. Лицо бледное, но чистое. Тушь не потекла.
Чему течь, если я даже я поплакать не могу?
— Ну и ладно, потом поплачу, — бормочу, надевая очки. — Поехали, Оля. Поехали.
Сумка. Ключи.
Я снова в делах и заботах. Как автомат, жена-робот. Только теперь — с разбитым мотором.
Глава 3. Оля
Глава 3. Оля
«Я всё делаю правильно?»
Да! И еще раз – да...
Я пришла вовремя. Открыла ворота. Не забыла бахилы.
Поздоровалась с воспитательницей, кивнула паре родителей, улыбнулась так, как всегда.
И они — тоже. Никто не заглядывал в моё лицо, не выискивал следов того дикого отчаяния, что поселилось внутри.
Смешно.
Но это я теперь всматриваюсь в чужие лица. Ищу их отчаяние. Может, и у них внутри трещины, просто они тоже носят эти вежливые маски.
Петя стоял у окна.
Руки за спиной. Щёки надуты. Брови домиком.
Странно. Обычно он несётся ко мне с криком «Ма-а-ам!» — а сегодня просто смотрит.
Как будто не узнал. Или… узнал, но не обрадовался.
Сердце сжалось.
Я подошла ближе, протянула руки. Он повернулся боком. Молчит.
— Привет, зайчик… Как дела? — осторожно коснулась плеча.
Молчит. Щёки всё так же надуты.
Воспитательница подошла тихо.
Проговаривает мягким голосом:
— Сегодня он весь сам по себе. Даже машинки не делил. Ушёл играть один. Может, устал?
Холодок пробежал по спине.
Я быстро кивнула, сдавленно выдохнув:
— Конечно устал. Мы все устали от этой жары, – мое нелепое оправдание на все случаи и неприятности.
Она понимающе качает головой, прощается и с ним, и со мной.
Я пристегиваю Петю в кресле. Он сидит тихо, сложив руки на коленях. Не ерзает. Не спорит. Смотрит в окно. Не мой Петя. Или… мой, но другой.
Мы молчим.
И вдруг меня стреляет мысль: а вдруг он что-то почувствовал? Может, что-то увидел? Услышал? Утром, когда Игорь вёз его в садик?
Панический страх сковал материнское сердце.
Нет. Прочь.
Я попытаюсь сосредоточиться на ужине… и тут вспомнила про обещанную Игорю рыбу.
— Чёрт! — вырывается. Никакого ему ужина.
Включаю поворотник, резко сворачиваю к торговому центру.
— А что, если… мороженое? — говорю в зеркало, словно ничего не случилось.
Петя удивленно моргает — слишком часто.
— Сейчас? — удивляется.
— Ага. Только чуть-чуть.
Его глаза становятся шире: мама сама предлагает мороженое. Перед ужином.
— Но ведь нельзя…
— Можно. Сегодня можно, – подмигиваю.
Мы выходим. Он спускается с кресла, тёплая ладонь в моей.
И вдруг:
— А папа?
Слово бьёт током.
— Папа на работе. А мы с тобой… нарушим правила, ладно?
Он улыбается — едва заметно. Глазами.
Мы покупаем пломбир и кофе. Садимся на скамейку. Люди идут мимо, смеются, кто-то спорит, дети визжат. Всё, как обычно.
— Вкусно? — спрашиваю.
— Угу, — и снова хмурится. — А папе не купим?
Страх сжимает горло.
— Он не любит сладкое, — тихо говорю. — А мы с тобой — можем.
— Он всегда работает… — вздыхает Петя.
Если бы ты знал, сынок, чем он занят на самом деле… Глотаю молча слезы.
— А он не сердится, что мы вдвоём? Ему не грустно без нас? – не унимается сын.
Моё сердце превращается в тугой комок.
— Петя, — смотрю прямо в его глаза, — папа любит тебя. И я люблю. Очень сильно. Но иногда взрослые устают. Ты здесь ни при чём.
Он кивает. Доедает мороженое. Мы бродим по магазинам, возвращаемся уже в темноте.
Петя спит в кресле, губы приоткрыты.
Я глажу его по волосам.
Я должна его защитить. От всего. Даже если мне страшно, больно и мерзко.
Я беру его на руки, прижимаю. И в тот момент, на пустой парковке, я чувствую, что кто-то смотрит на нас из темноты. Ледяные мурашки бегут по спине...
Друзья! Не забудьте подписаться на автора и добавить книгу в свою библиотеку, чтобы не пропустить продолжение.
Глава 4.Оля
Глава 4.Оля
Петя заснул почти сразу. Но перед этим много суетился, возился и несколько раз спрашивал:
– А папа скоро придет?
Я пожимала плечами. Как знать, где он сейчас и с кем. Раньше я думала, что он на совещании. Работает. А сейчас...
– Зайка, ну он работает. Тебя что-то тревожит? – всматриваюсь в глаза сына.
Молчит. Но мне и так все ясно.
– Что-то случилось в садике?
Петя задумчиво жует нижнюю губу.
Отворачивается со словами:
– Это мужской разговор. – и тут же, словно извиняясь, смотрит на меня. – Прости, мамочка. Я тебя очень люблю, но … мне нужен папа... Есть такие, – снова пожимает губы (хочет сказать, а не может. Узнаю черту характера Игоря) – это все наше, мужское.
Вот так. Моя крошка-сын вырос. А я и не заметила.
– Хорошо, – поправляю уголок одеяла, вытаскиваю у него из рук мишку, укладываю рядом. – Спи. Утром поговорите.
И я осталась сидеть на краю кровати.
Еще некоторое время пристально смотрела, как поднимается его грудь. Как подрагивают ресницы. Как ослабевает маленький круглый подбородок с ямкой. И он тихо засопел.
И тут я увидела приготовленную книжку о космосе. И едкой досадой подумала: мы даже не читали сегодня.
С нами такого еще не случалось. Но и с нами не случалось видеть предательства.
«Оля, только не при сыне и не в детской»
Мне казалось, что все такие мысли не приемлемыми в детской.
Я выключаю ночник и закрываю дверь.
В кухне тихо. В квартире тоже. И во мне – тишина. Не та, что раньше приносила уют и гармонию, а – пустая, безысходная, на грани катастрофы.
С каждой секундой я покрываюсь мелкими трещинками и скоро рассыплется на осколки.
Я смотрю в окно. Где-то во дворе гудит кондиционер.
Думаю, как это всё глупо: женщина, вечер, шторы, лампа под потолком. И все... И так у меня каждый вечер. Сколько ночей он был с ней? Сколько вечеров он сбегал от меня к ней, под прикрытием срочной работы или проекта?
Слезы сжимаю мне горло. Дыхание учащается.
Все как по учебнику, все как в кино – взрослый, успешный муж за сорок бежит от своей семьи в объятия более молодой.
Пальцы сжимаются кулаки.
Что же я сделала? За что?
Была плохой хозяйкой? – Нет.
Не следила за собой? – я ни на грамм не поправилась.
Беру зеркало пред собой.
Всматриваюсь.
Мда.
Ответ один – вот они мои предатели. Тонкие нитки около глаз. Никакие дорогие кремы из Кореи вас не стерли. Катя говорит, что пора ботокс ставит. А мне страшно.
Смотрю на часы.
Уже девять – он не пришёл.
Сердце получает укол ревности и злобы.
И ему не стыдно?
Со злости бросаю зеркало на диван. Он мягкий. Оно не разобьется. Может и он обо мне думает так же: Оля мягкая, ей можно изменять и она не разобьется, вернее ее сердце.
Ошибаешься, Игорь.
Оно разбилось. И режет меня кусками каждую секунду, пока тебя нет.
В десять — его нет.
Я пошла взяла книгу и открыла пред собой.
Через полчаса спросила себя:
– Зачем ты его ждешь?
Не хочу отвечать. Но жду.
В половине одиннадцатого я слышу звон ключей в замке. Резко поднимаю глаза на звук, но не иду встречать. И не встаю.
Сижу, делаю вид, что читаю. Книга, давно раскрыта на одной и той же странице. А мои глаза даже шрифт не видят.
Я слышу как он входит.
Медленно.
Снимает обувь.
Пиджак.
«Пиджак!» – едкая ухмылка сквозит в голове. Если бы не он, то я бы прошла мимо.
Я слышу, как он проходит в спальню, потом — в ванную. Открывает воду. Закрывает. Ходит.
Я сижу.
Еле дышу.
Дышу через раз.
Через пару минут он заглядывает в кухню.
— Оля?
Я поднимаю голову. Смотрю на него. И во мне начинает пылать – АД. Губы дрожат. И на секунду, совсем на миг, я вдруг словила себя на мысли, – а вдруг, может быть это был не он. Мне могло же показаться. Я ошиблась.
«Я ошиблась? Мне показалось?» – спрашиваю его взглядом. – «Это был ты? Это ты был с ней?».
И... мир рушится. Даже эта крохотная надежда разбилась о его виновато-хмурый взгляд.
— Ты не спишь... – сдержанно говорит.
— Жду, – натянуто отвечаю, пристально смотрю. Хочу увидеть все его эмоции.
Он не спрашивает — кого.
Он знает.
Только теперь — поздно.
— Я на встрече задержался.
На моем лице распарывается больная ухмылка.
Конечно. Что же он еще скажет. Мы играем в приличную семью. Хорошо. Я готова.
— Поужинал? — спрашиваю, вскидывая бровями.
Он моргает.
— Нет.
— Разогреть?
— Не надо, я не голоден, – наверное боится, что я его могу отравить.
Я удовлетворительно киваю.
Пауза.
— Петя спит, — говорю.
— Как у него день прошёл? – оживает он, явно только сейчас вспомнил о сыне.
— Грустный был. Ты ведь не звонил. Все тебя ждал, – отвожу взгляд в сторону.
— Я правда был занят. Эти переговоры... –
Я резко поднимаю руку. Стоп.
— Не объясняй. Мне не надо... больше не надо...
Он стоит с большими глазами.
Молчит.
Поджимает губы.
— Мне нужно принять душ, — говорит он тихо.
— Иди, – киваю в сторону. – Я тебя не держу... – и как назло голос срывается на последнем слове.
Он смотрит на меня. Чуть качает головой и уходит.
А я падаю головой на руки и начинаю судорожно глотать воздух.
Боже! Что он за человек такой?.. Я совсем не знаю своего мужа...
------------------------------------------
Подпишитесь на страницу автора, чтобы не пропустить новые книги!
А если эта книга вам понравилась — обязательно добавьте её в библиотеку.
Каждая ваша звёздочка помогает автору стать лучше и продвигать новые истории.
Успехов вам и приятного чтения!