Ноосферные явления. Тайна мироздания от пришельцев

«Нужно вставить в текст эти мысли», – решил Бабочкин, опустив руку на Черный камень. Он делал это всегда, когда ходил в дальний лес за грибами или гулял здесь с собакой. Ладонь обычно слегка покалывало, в тело вливалась энергия. Хотя, может, это только казалось. Мы всегда ощущаем то, чего хотим.

Покалываний Феликс не почувствовал, но ощутил пальцами гул внутри камня, будто его подключили к генератору. Приложил к валуну ухо. «Да, что-то гудит. Не землетрясение ли надвигается? Профессор Института физики Земли говорил, что Москва стоит на тектонических разломах и, в принципе, небольшие землетрясения в столичном регионе быть могут. Бог его знает, вдруг и здесь разломы?»

Ощупал камень со всех сторон, сверху почувствовал даже не гул, вибрацию. Кухонным ножом разрыхлил под камнем землю, начал по-собачьи отбрасывать ее в сторону. Когда образовалась довольно приличная яма, опустил в нее руку, дотронулся до валуна снизу. Странно, там ничего не ощущалось. И вдруг сообразил, что камень-то не холодный, теплый, как вода в реке этим летом.

Снова приложил ухо к Небесному страннику.

– Здравствуйте, Феликс Николаевич, – раздалось изнутри, совсем рядом.

Отпрянул, огляделся, никого нет. Сглотнул, померещилось?

– Нет, со слухом у вас все в порядке, – продолжал тот же голос только уже откуда-то сбоку, – а камень теплый, потому что подвергся воздействию гравитационных полей. Помните, о них вам рассказывали в Институте общей физики, когда вы брали интервью о бозоне Хиггса, частицы Бога? Его пытаются поймать в ЦЕРНе, с помощью адронного коллайдера. Сразу скажу – никакого бозона Хиггса не существует и вообще представления ваших ученых о зарождении и эволюции Вселенной, по меньшей мере, наивны. Большого взрыва не было. Не было Начала и никогда не будет Конца, потому что время нелинейно. Пространство состоит из множества измерений. Изучайте микромир и черные дыры. Они есть в центре каждой галактики. Но это, так сказать, для первого знакомства. А теперь перейдем к конкретному делу.

– Кто вы?! – попятился Феликс, царапаясь о сухие ветки елей.

– Так и пораниться можно. Давайте сразу договоримся, никаких бурных эмоций. Вы человек разумный, с широким кругозором, призываете быть такими же людей. Так что соберитесь и приготовьтесь к не совсем обычным явлениям. Кстати, мы используем вашу лексику, поэтому не удивляйтесь знакомым оборотам речи.

Феликс сел на мухомор, потер лоб. Вроде бы давно не пил, горячка исключена. Головой не ударялся. Гарь, лесная гарь от торфяных пожаров! Надышался, отравился. С другой стороны, на даче задымление не сильное, река неплохо поглощает дым.

– Пожары здесь совершенно ни при чем, – послышалось уже спереди. Феликс понял, что разговаривают с ним невидимки, не только используя его лексику, но и его голос.

– Я спокоен, – выдавил из себя Бабочкин.

– Замечательно!

Воздух перед Феликсом начал уплотняться, переливаться, искриться. Вскоре материализовались четыре странных, совершенно голых существа. Тела непропорциональные, обтянутые светло-зеленой гладкой кожей. Головы, по сравнению с туловищами, непомерно большие, лысые, с высокими выпирающими лбами. По вискам – темные широкие, чуть выпуклые полосы. Глаза огромные, миндалевидные, раскосые, без зрачков. Носы вдавленные, маленькие. Рты капризные, с опущенными уголками. Уши отсутствуют. Вместо них маленькие бугорки. Руки длинные, раздутые ниже локтевых сгибов. Четырехпалые конечности свисают ниже колен. Животики округлые, пивные. В общем, лягушки на задних лапах.

Выгреб из-под себя кусок мухомора, пожевал. Вот о таких Аджуба и рассказывал. Факт. Неужели пришельцы?

– Не кушайте мухоморов, Феликс Николаевич, – сказал один из четырех, но кто именно определить было невозможно, рты их не раскрывались. – В этих эукариотических организмах содержатся ядовитые компоненты: мускарин, мускаридин, скополамин, гиосциамин.

– Им бы сейчас разведенного этилового спирта принять, – добавил, видимо, другой субъект.

– Не надо, у них от этанола голову сносит. Напьются, совсем себя не помнят, а утром расстройством психики страдают. А если опохмелятся, то уже на неделю. Бросайте, Феликс Николаевич, бросайте, вам нельзя употреблять. Да, мы пришельцы, впрочем, можно сказать и инопланетяне. Здесь Аджуба промахнулся.

– И не только в этом, – сказали из-за березы.

– Верно, соратник. Наговорил вам Аджуба с три короба. Слышит звон да не знает где он. Ну, например, наша основная база находится не на Земле, а на спутнике Юпитера Европе. В океане, на большой глубине.

Оцепенение сменилось нервным возбуждением. Неожиданно для себя нагловато спросил:

– Для чего же тогда с Земли воду воруете?

– Помилуйте, зачем нам ваша вода? У нас на Европе ее вполне достаточно. Кроме того прекрасные океаны есть на Ганимеде, Каллисто и Энцеладе, спутнике Сатурна. Даже на Луне имеется вода, в замерзшем виде. Ее занесла на Луну комета С47-Gk7890H, полтора миллиарда лет назад. Это была «гулящая» комета, из другой галактики.

– Им уфолог сообщил, что мы воду в земных морях берем.

– Знаю. Водород, антивещество. Нам это уже неинтересно. Темная энергия и материя, о которых недавно узнали ваши ученые – вот неиссякаемые источники энергии. А воду в океанах мы берем для химических и биологических проб. Некоторые штаммы микроорганизмов при больших давлениях на глубинах могут менять свою генную структуру и превращаться в бактерий-убийц, против которых у землян нет иммунитета. Так же следим за тем, чтобы из-под карстовых льдов Антарктиды не выбрались вирусы и бактерии, повсеместно населявшие Землю сотни миллионов лет назад. Мы не хотим, чтобы погибла ваша цивилизация, поэтому контролируем ситуацию. Но давайте не будем вдаваться в подробности.

– Благодетели, значит, – хмыкнул Феликс. – Вы сказали, что Большого взрыва не было.

– Изучайте теорию квантовой гравитации, черные дыры. Ближайшая к вам – в центре Млечного пути. Решите вопрос пространтва-времени, узнаете, как появилась и чем живет Вселенная.

– А как она появилась? – хитро прищурился Бабочкин.

– Они хотят Нобелевскую премию получить, – съязвил один из пришельцев.

– Все равно не запомнят и не поймут, – сказал другой киборг. – Ни точных знаний, ни логики, журналист одним словом. Вам, Феликс Николаевич, должно быть стыдно, что вы, не приложив никаких усилий, пытаетесь познать Великую истину.

– Позвольте, – возмутился Бабочкин, – это не я к вам, а вы ко мне пожаловали! И сами начали про Большой взрыв, черные дыры, теорию гравитации.

– Почему же не заинтриговать творческого человека, ха-ха, – видимо пошутил один из обладателей недовольной кирпичной физиономии. – Вы не глупы и многое понимаете правильно, но поверхностно. Скажу так, черные дыры-роддома Вселенной. Они производят звезды, вернее, газовую среду, из которой потом, под действием гравитации образуются звезды. Но у черных дыр есть и другое, не менее важное предназначение. Это вам пища для размышлений.

– Спасибо, – сухо отрезал Феликс. – Так что вам от меня угодно? Украдете или будете препарировать прямо здесь, как жабу?

– Это вы считаете нас похожими на лягушек. Хотя, ничего общего с этими земноводными мы не имеем. Но вы правы, пора переходить к делу. «Препарировать», как вы выразились, мы вас не собираемся. Мы пришли по поводу интервью, которое вы взяли у президента Академии современной уфологии Аджубы.

– Интересно, – усмехнулся Бабочкин. – Я вижу, Валерий Георгиевич прославился гипотезами на весь свет и, судя по всему, недаром. В яблочко попал.

– Не совсем в яблочко, но около. Именно поэтому Он просит вас не давать интервью в эфир, а кассеты уничтожить.

– Кто это – «Он»?

– Странно слышать от вас подобный вопрос, когда пару часов назад вы… э… восемь раз упомянули Его в тексте сюжета.

– Иной разум? – догадался Феликс.

– Он не «Иной», а Единый. Для Земли.

– У Него есть имя?

– Имена нужны людям и животным, чтобы их не путали. Его не спутаешь ни с кем.

– Чем же Ему не понравилось интервью?

– Видите ли, – говорил и даже вздыхал кто-то из четырех киборгов. – Он считает, что еще рано посвящать людей в то, о чем рассказал, хотя и не совсем точно, вам Аджуба. Ни к чему разбрасывать семена сомнений.

Феликс облокотился о камень, принял независимую позу. У кого он только не брал интервью – и у дворников, и у президентов, а тут пришельцы. «Что ж, побеседуем».

– Любопытно, где попал в точку профессор, а где промахнулся?

– Ну…. Кстати, я не представился. Меня зовут Зельгросс, я руководитель Его Службы безопасности. Аджуба прав в том, что есть информационное поле Земли, существует Единый или как он говорит, Иной разум и что Ему нужны творческие, высоконравственные люди. Остальное, что такое поле и кто такой Иной разум – домыслы уфолога. Так или иначе, повторяю, не нужно сеять семена сомнений.

– Сомнений в чем, в своей исключительности? Вся наша цивилизация только и делает, что сомневается. Это, кстати, ее и движет вперед. Думаете, один Аджуба догадался? Я и сам часто размышляю над мирозданием. А нас на Земле…

– Семь миллиардов, пятнадцать миллионов, четыреста шестьдесят шесть тысяч, сто пятьдесят три человека, – сказал один из пришельцев и замолчал на несколько секунд. – А теперь на шесть особей больше.

– Особей! – покачал головой Феликс. – Ну, конечно, мы для вас особи, дойное стадо. А зачем корове знать, кто и для чего ее доит. И вообще, к чему ей мозги?

– Сами себе противоречите. Вы же согласились в тексте сюжета с тем, что Высшему разуму нужна творческая, созидательная информация. Животное лишено абстрактного мышления. А у человека есть свобода выбора.

– Это вы себе противоречите! – крикнул на весь лес Бабочкин. – С одной стороны – свобода, а с другой – не даете людям узнать правду, пусть и кургузую. Если бы мы поняли свое истинное предназначение, прекратились хотя бы религиозные войны. А, ну да, вас же интересует не конкретный индивидуум, а человеческий вид в целом. Поэтому вы и допускаете массовые убийства.

– Только для того, чтобы сохранить ваш вид. Например, если бы Вторая мировая война началась на несколько лет позже, у вас было бы атомное оружие, и вы сами понимаете, чем бы это все закончилось. А так вовремя получен хороший урок. То же самое, с построением коммунизма в отдельно взятой стране. Прекрасная вакцина.

– Вы хотите сказать, что Он управляет нашей цивилизацией?

– Контролирует, иногда направляет. Вообще же напрямую в Историю вмешиваться категорически запрещено.

– Напрямую?

– Скажем, просто изъять с поля битвы пару танков, и изменить ход боевых действий. Но что-то подправить в сознании можно. Подчеркиваю, иногда. Если бы Гитлер начал войну в начале мая, он точно взял бы вашу Москву. История пошла бы по-другому, но никто не хочет, что бы на Земле долго существовали тоталитарные режимы, это тормозит цивилизацию.

– А за все расплачиваются люди. Жестоко.

– Жестко, – поправил один из четырех киборгов, – иначе аннигилирует весь человеческий род.

– Некого будет доить. Понятно.

Надолго задумался. Над лесом с истеричным криком пронеслись обезумевшие от жары утки. Жарко было и Бабочкину. По его вискам тек липкий пот. Волосы сбились в мокрую копну. Вытерся рукавом рубашки. Посмотрел на самого высокого пришельца. Видимо, это и был Зельгросс. Сказал, глядя в его пустые очи:

– Вообще-то, трудно не согласиться с тем, что если люди узнают, что ими управляет, извиняюсь, их направляет Иной разум, они перестанут бороться за существование, чего-то добиваться. А, главное, потеряют своих богов, к которым привыкли и без которых не мыслят свою жизнь. Вера для многих значит – все. Мир перевернется, как сковородка с жареной картошкой. Ладно, сейчас не время для Истины, а когда, по-вашему, оно наступит?

– Приятно слышать разумные речи. Наступит, когда вы перестанете драться из-за куска хлеба, будете ощущать себя единой нацией – землянами и когда научно докажете Его существование и поймете кто Он на самом деле. Тогда и начнется созидательный диалог.

«В этом есть смысл, – мысленно согласился Феликс, – о чем с нами сейчас говорить? Все равно, что беседовать с муравьями. Хм, не давать в эфир интервью. Зачем об этом просить? Взяли бы и стерли запись, второй раз я бы к Аджубе не поехал».

Пришельцы-киборги вновь подтвердили свои телепатические способности.

– Он всегда оставляет человеку свободу выбора. В этом смысл совместного сосуществования.

– Значит, судьбы, предначертанной Им, нет?

– Судьба – это ваш характер, набор комплексов. В зависимости от характера вы принимаете решения. А потом жалуетесь на судьбу. Любую вероятность можно просчитать, но зачем? Все подчиняется одним физическим законам. Не было бы свободного развития, все потеряло бы смысл, остановилось. А ведь вы знаете, что наша Вселенная продолжает расширяться. Так что, вы готовы выполнить Его просьбу?

– Странно все это, – опять засунул в рот поганку Бабочкин, – сомнительно. Если Он контролирует земное информационное пространство, для чего Ему отряд специального назначения, то есть вы? Он и так имеет полное представление обо всем, что творится на Земле. Свобода выбора… Для чего вы тогда крадете людей?

– Мы никого не крадем, забираем только с личного согласия.

– И где эти… согласившиеся?

– На Энцеладе, Титане или Европе. Некоторых отправляем сразу на Проксиму Центавра. Четвертая планета от звезды – прекрасная база отдыха. Хорошее место на планете Кеплер 22 б. Она удивительно похожа на вашу Землю. Мягкий климат, буйная растительность. А животный мир представлен даже с других галактик. Поверьте, там людям не хуже, чем здесь. Он – решает глобальные задачи, а для контактов с индивидуумами и общего геоконтроля Ему требуются различные подразделения, в том числе и наша Служба безопасности. Некоторыми природными ресурсами Земли мы, конечно, пользуемся. Но это не только ваше достояние, а всей Солнечной системы К-328А 17 СВ11 в апроксиме Млечного пути. Возьмите меня за руку, – протянул Феликсу пугающую конечность высокий пришелец, на ушном бугорке которого переливалось что-то типа бриллианта.

Бабочкин выплюнул горький гриб, почесал затылок, прикоснулся к киборгу. Покровы пришельца оказались плотными, упругими, скользкими, будто их намазали вазелином. Температура неопределенная, схожая с окружающей средой. Бабочкин со всей силы ущипнул киборга да не просто, а с вывертом. Ноль эмоций.

– Убедились, что мы материальны, а не плод вашего воображения?

– Как же вы тут… появились? – постучал кулаком по камню журналист.

– Вспомните свой сюжет об отрицательном коэффициенте преломлении света, когда лучи огибают предмет, покрытый метаматериалами, и объект становится невидимым. Наши технологии в этом направлении ушли далеко вперед. Мы здесь давно, но увидели вы нас, когда нам это потребовалось.

– Они плохо помнят свои сюжеты, – вмешался другой пришелец, – даже те, что выходили в эфир на прошлой неделе. Может, хватит дискуссий, согласны вы или нет?

– А что я скажу Чернову, продюсерам?

– Случайно уронили сумку с кассетами в реку. Переживет ваша телекомпания.

– Но мне нечего ставить в следующую передачу! Раньше что ли не могли сказать?

На некоторое время повисла тишина. Потом кто-то произнес:

– Иногда Он позволяет и нам вмешиваться в Историю. Откроете свою записную книжку на двадцать пятой странице. Найдете телефонный номер НПО им. Лавочкина и фамилию конструктора. Позвоните Федору Ильичу, он с радостью согласится принять вас. Вы же давно хотели сделать сюжет о проекте «Фобос-Грунт»?

Феликс действительно не раз намеревался рассказать в передаче о российском межпланетном аппарате, запуск которого уже не раз переносили. Но в НПО им. Лавочкина журналистов не жаловали с тех пор, как их космическая станция «Марс-96» не вышла на орбиту. История темная. По официальной версии не вовремя сработал разгонный блок. По неофициальной информации, часть средств, выделенных на создание аппарата, была разворована. Нерабочеспособную станцию специально утопили в Тихом океане. Концы, что называется, в воду. Эти сомнения Бабочкин и озвучил.

– Ха, не верите в наши возможности? Собираясь в лес по грибы, вы намеревались взять охотничий нож, подаренный вам в Ижевске, но не нашли и прихватили кухонный, а теперь посмотрите, что у вас в ножнах.

На ремне Бабочкина висел тяжелый, с рукояткой из красного дерева ижевский охотничий нож. Журналист скрипнул зубами:

– Убедительно.

Неожиданно осенило, раз просят его, значит, и он может о чем-то попросить. Киборги сразу уловили мысли Феликса.

– Вы собираетесь с Ним торговаться?

– Этого себе еще никто не позволял, – сказал другой, – Вы, молодой человек, дерзеете прямо на глазах.

– Я еще ничего не просил! – возмутился Бабочкин.

– И не надо. Нейроны вашего головного мозга уже формируют вполне конкретную задачу. Вот и готово. Журналист хочет, чтобы его передача выходила на «Первом канале», чтобы он был ее руководителем и никогда не имел проблем с деньгами. И, конечно, трехкомнатная квартира с большой кухней. Ничего нового – деньги, слава и бетонная клетка.

Краска залила не только щеки, но и лоб Феликса, он и в самом деле начал об этом подумывать.

– Программка-то научно-популярная, в принципе, у вас неплохая, смешная. Если вы откликнетесь на Его просьбу, – сказал киборг с бриллиантом в ухе, – мы замолвим за вас словечко. Возможно, Он пойдет вам навстречу. Но имейте в виду, нарушая естественный ход событий, вы пресекаете другие измерения. Чем это для вас обернется – неизвестно. Никому! Итак?

– Мне все равно ничего неизвестно, – махнул рукой Бабочкин, – пресекай измерения, не пересекай. Согласен!

– Вот и хорошо, – обрадовались киборги, – привет Аджубе!

– Подождите! Как я узнаю, что Он принял мое предложение?

– Условие, – уточнил Зельгросс. – Ну…. Навскидку. Рядом с метро Алтуфьево, где вы проживаете, бабушка будет продавать старые книги. У нее должен оказаться «Старославянский словарь по рукописям X – XI веков» под редакцией Цейтлина. Купите, значит все в порядке.

– Купить?

– Вам для старушки полтинника жалко?

– Хм, а если не будет у бабки книги? Могу выдавать Аджубу в эфир?

– Дело ваше.

– Оставьте им, на всякий случай, номер прямой связи, – встрял другой киборг.

– Вы и телефонами пользуетесь?

– С кем поведешься. Ладно, в нарушение всех инструкций. На углу Большой Полянки и Старомонетного переулка, на следующей неделе в субботу будет стоять желтый Мерседес. Цифры его номерного знака и есть номер нашего телефона. Бывайте!

Воздух дрогнул, заискрился, что-то лопнуло, треснуло. Сознание вспыхнуло, улетело со скоростью света. Неожиданно вернулось. Над Феликсом нависла зеленая физиономия одного из пришельцев. Журналисту показалось, что от киборга пахло спиртом.

– Антивещество, – сказал пришелец, по-прежнему не шевеля ртом. В его пустом глазу отражался ползущий по траве клоп. – Этанола не употребляем. Все же хочу дать совет – хорошенько все взвесьте, прежде чем принимать решение. – И уже шепотом, на каком-то птичьем, но опять же понятном Феликсу языке. – Достаньте синюю книжку с верхней полки, страница 304. Четвертая строка сверху. Привет Фаусту. Теперь, прощайте.

Снова блеснуло, мир пропал.

Очнулся в кромешной темноте, хоть глаз выколи. Бабочкин вспомнил все. Бурым медведем навалился страх. Тяжелый, непреодолимый. «Не может быть! Я сошел с ума, боже, я сошел с ума! Этого не может быть никогда!»

Солнечные лучи пробились сквозь плотные ряды вековых сосен. На листе крапивы набухла изумрудная капля росы. Сорвалась прямо на нос. Рядом – несколько пустых бутылок. Голова не болела, была ясной и светлой как наступившее июльское утро. По ноге прыгал коричневый лягушонок. Стряхнул. Лягушка улетела на грядку с помидорами. Поддерживая руками спину, поднялся. Осмотрел себя. Обе ноги были обуты.

«Я же левый сапог в ручье утопил. Приснилось, все приснилось!» На ремне, в ножнах висел кухонный, а не охотничий нож. «Так, допился, значит, до пришельцев. Ну и хорошо, как камень с души. Вернее, плохо, что допился, хорошо, что не было никаких инопланетян-киборгов». С опаской глянул на лес за забором. «А калитка сломана. Ничего удивительного, в таком непотребном состоянии и дуб сломаешь. Все, бросаю пить. В больших количествах».

Дача Феликса находилась на полуострове, в междуречье Волги и Медведицы. Добраться до нее с «большой земли» можно было только на лодке. Машину оставлял в деревне на Волге, на другом берегу у местного жителя Николая Павловича. Старик и перевозил его через две реки на самодельном катере, который смастерил почти полвека назад. Сколько было лет самому хозяину судна на подводных крыльях, Бабочкин не знал. Но оба: и Палыч, и его катер бегали еще хоть куда.

Катер должен был подойти к мостку через 20 минут. За это время принял душ, побрился. Внимательно осмотрел тело и лицо – ни синяков, ни ссадин. Сунул в кожаный портфель ноутбук, кассеты и диктофон. Ключи от машины и права положил в карман куртки.

Присел на дорожку и вдруг сорвался с места, взлетел по лестнице на второй этаж в свою комнату. На верхней полке – синяя книга. Сдавило сердце. «Новая энциклопедия рыбалки». Какая страница, 304? Так». Листая, чуть было не разодрал справочник. «Зимние снасти для леща. Снасть говорит о мастерстве рыболова. Неуклюжий удильник то и дело выскальзывающий из рук.… Каждый рыболов должен подобрать для себя удобный удильник.… Существует множество факторов, вплоть до лунных фаз и магнитных бурь, так или иначе влияющих на активность леща». «Тьфу! Черт знает что!» Отлегло. На радостях зашвырнул энциклопедию под кровать, побежал на берег.

Палыч уже ждал. Фанерно-пластиковый катер, такой же потрепанный, как и хозяин, покачивался на легких волнах. Бывший офицер Балтийского флота разговаривал мало. Не сказал он Феликсу ничего и на этот раз, лишь кивнул в качестве приветствия. Включил стартер, крутанул руль, вывел лодку на фарватер. Бабочкин сел рядом с Палычем, портфель как всегда положил на заднее сиденье.

По водной глади Медведицы скользили, как по зеркалу. Катер и в самом деле был великолепен – устойчив и быстр. Когда набрали 30 узлов, брызги шрапнелью забили в лобовое стекло. Феликс был в восторге, поднял большой палец. «Хорошо!» «Это только треть хода, – наклонился к нему Палыч, – на Балтике давал под 100».

«За кем же ты там гонялся, – подумал Феликс, – за НЛО что ли?» Из Медведицы на Волгу вылетели, будто из пращи. Волга была неспокойна, бурлива. Прямо по курсу двигался пассажирский теплоход «Тарас Шевченко». Палыч сбавил обороты, взял правее.

– Большой пароход, крутые волны, – заволновался Бабочкин, вспомнив недавнее кораблекрушение на Куйбышевском водохранилище.

– Опасно боком встречать, – ответил Палыч, – а если наперерез, то нормально.

Он вывернул руль вправо, направил катер прямо на высокие волны. Древняя лодка вполне уверенно выдерживала накаты. Но одна из волн все же ударила в борт, слегка захлестнула. Отжимая рукав футболки, Феликс оглянулся назад и обмер – портфель смыло!

– Стой, Палыч! – перекричал Феликс и мотор катера, и мощные двигатели теплохода. – Средство производство ко дну пошло!

Палыч выключил двигатель, огладил серебряную небритость:

– Что было в портфеле?

– Ноутбук.

– Багром не выловить, глубоко. Разве что магнитом попробовать?

Однажды Феликс выронил на мостке ключи. Стояла холодная весна, лезть в воду было нельзя. Тогда Палыч принес из дома огромный магнит, похожий на подкову от единорога и за считанные минуты выудил ключи.

«Магнитом? – задумался Бабочкин. – А если мне не приснились пришельцы? Тогда контракт с моей стороны уже выполнен! Проблема решилась сама собой. Кассеты на дне, текст там же. А я к этому и руку не приложил. Жаль, конечно, ноутбук. Но его давно пара было менять, постоянно зависал».

– Заводи, капитан, переживу! – заулыбался Феликс.

Палыч покосился на журналиста, ничего не сказал, нажал на стартер. Через две минуты быстроходный катер причалил к берегу.

Дом Феликса Бабочкина находился недалеко от метро. Пожилой охранник долго не открывал ворота во двор и впервые услышал от журналиста нецензурное слово. Забыв поставить машину на сигнализацию, Феликс побежал к станции Алтуфьево. «Вдруг действительно была встреча с пришельцами? Ведь помню каждое слово. Такого случая упускать нельзя».

У входа на станцию, прямо на траве какой-то парень разложил акварельные картины. Рядом бабка торговала квашеной капустой и чесноком. Феликс затоптался возле нее, осторожно спросил:

– Книги есть?

– Хорошая капустка, – не поняла торговка, – с хреном и яблоками, под водку в самый раз.

Зашагал к другому выходу. За синими туалетными кабинками увидел столик, на котором были разложены подержанные книги. Возле них суетилась опрятная бабушка. «Братья Вайнеры, «Эра милосердия», Михаил Шолохов, «Поднятая целина», – громко предлагала она.