Что такое Чили

Этот острый перец чили и почему страну не называли в честь овоща

117 км ширины в самой узкой точке страны от величественных Анд до берегов Тихого океана превращают Чили в рекордно узкую державу из всех официально признанных. Страна вытянулась вдоль горных хребтов, завершаясь кокетливым изгибом фьордов в сторону вечных льдов Антарктиды. Поэтому неудивительно, что подсознание русского человека участливо ассоциирует очертания страны с острым перцем чили – казалось бы, само название велит! К тому же на русском последняя буква «е» (на исп. Chile) переводится как «и», что вносит сумятицу в названиях и будто бы уравнивает перец и страну.

На самом деле название страны к пикантному перцу отношение имеет исключительно ассоциативное. Тот самый красный стручок в Чили называют ахи, а его копченую разновидность меркеном. Слово пришло из мапудунгуна, языка индейцев мапуче, которые являются коренными обитателями страны. В рационе мапуче, о которых мы еще не раз поговорим на страницах этой книги, меркен является популярным продуктом. Так что можно быть уверенным, что чилийцы совершенно точно не назвали страну в честь жгучего овоща.

«Это все мексиканцы!» – с чувством восклицают мои знакомые чилийцы, намекая на то, что название острого перца словом «чили» впервые появилось, а потом и популяризировалось, именно в тех далеких краях – на языке ацтеков науатль слово «чили» означает пикантный. Роковое совпадение. Самим чилийцам ассоциации своей страны с перцем кажутся безосновательными и немного обидными. Ну какой же он чили, он ахи или меркен! А вот они – Чили! И точка.

По поводу происхождения названия страны существует несколько научных теорий, надо сказать, вполне жизнеспособных. Восстановим же справедливость и углубимся в этимологию слова чили, не связанную с кулинарией.

По преданию, когда конкистадоры прибыли в далекие земли, нареченные ими Новой Экстрамадурой, повсюду слышали клич желтокрылого черного трупиала. Крики этой птицы напоминают членораздельный звук «чили!». А возможно, конкистадоры часто слышали, как индейцы мапуче изображали подобный клич. К слову, саму птицу мапуче называли трили – по звучанию ее клича. Интересно, что желтокрылого трупиала так называют в Чили и сегодня, хотя в испанском для определения этого вида существует другое слово.

Фундамент «птичьей» версии, вероятнее всего, заложил в начале прошлого века автор «Словаря чилийских модизмов» Мануэль Антонио Роман. По его мнению, название слова Чили с большой вероятностью происходит от крика трупиала, и что в зависимости от региона мапуче имитировали его как «трили» или «тили». Эту точку зрения популяризовали и первые миссионеры, внося свою лепту в трудах про Королевство Чили. А испанцы уже якобы видоизменили первый звук на более шипящий и преобразовали его в «ч».

Любопытно, что, ввиду особенностей местной фонетики, многие чилийцы часто произносят первый звук похожим на букву т, и получается у них почти что «тили» – вместо Чили с четкой «ч».

Ряд других теорий связан с языком инков кечуа, на котором говорят сегодня на юге Боливии и Перу – соседних с Чили странах. В кечуа вариация слова «чили» обозначает границу, предел. И это логично. На кечуа говорили инки, чья империя доходила до территории современной Атакамы, а зона влияния простиралась до границы южных владений воинственных индейцев мапуче, которых инки так и не покорили. Не покорили их, в общем, даже испанцы (хотя самих инков корсары извели очень быстро), но об этом чуть позже. Так что настоящей пограничной зоной, где кончалась их сфера влияния, для инков была как раз область проживания мапуче. Исконное сердце Чили. Также на кечуа есть и схожее слово «чири». Оно означает холод, что, по логике инков, тоже может подходить для обозначения нежарких южных территорий за пределами их империи, большая часть которой пролегала в жарком экваториальном поясе. Так что было бы весьма уместно назвать Чили именно так. В данном случае, скорее всего, «холодом» обозначали земли мапуче. В «Истории открытия и покорения Провинции Перу» от 1555 года на этот счет говорится следующее: «Провинция, которую открыл и населил Педро де Вальдивия (конкистадор), называется Чили, на языке индейцев это означает холод».

Согласно другой версии, в долине Аконкагуа, той самой, где находится знаменитая одноименная гора за шесть тысяч метров, когда-то жил касик (вождь) Тили, в трактовке кечуа превратившийся, как вы уже догадались, в Чили.

И если вы еще не запутались в теориях о происхождении названия страны, предлагаю вашему вниманию еще одну.

На другом нативном языке исконной этнии Анд – индейцев аймара – «чили» означает «границу, там, где кончается мир». Мы видим удивительное совпадение с ходом мысли в кечуа, что заставляет задуматься. К тому же оба языка не похожи, и говорящие на них друг друга плохо понимают – чему я была свидетелем в Боливии. Хотя существует теория, что со временем племена аймара частично ассимилировались с кечуа, тем более что одинаковых слов в их языках хватает.

Сегодня, кроме Боливии и Перу, аймара населяют и дальние территории на севере Чили: в регионах Тарапака и Арина и Паринакота – пусть и в куда меньшем количестве. Изначально эти области полностью входили в состав Перу и Боливии, то есть после войн южноамериканских колоний за независимость, когда на карте мира уже давно существовала Республика Чили с четкими границами. Лишь после Тихоокеанской войны эти земли племен аймара стали территорией Чили – меньше двух веков назад.

Так что неудивительно, что раньше аймара отзывались о земле, лежащей за пределами их мира, как о границе – это была не красивая индейская метафора, а отражение реального положения дел. В былые времена, до разделения испанскими колонизаторами стран на условные границы, аймара проживали на территории современных Чили, Боливии и Перу как в единой области и мыслили свои земли совсем в иных очертаниях. Мир аймара не выходил за пределы мест, где они жили, а на юге пролегала граница этого мира, то есть «чили».

Вклад в эту теорию внес и целый ряд хронистов времен конкисты с такими трудами, как «Общая история Чилийского Королевства» Диего де Росалеса и «Общая история и естествознание о индейцах, островах и материке и океане» капитана Гонсало Фернандес де Овьедо. И ими не исчерпывается список имен ученых испанских мужей.

Какой бы ни была причина, или их совокупность, в итоге все земли южнее нынешней Атакамы прослыли как «Чили» среди соседних индейских племен. Поэтому название «Долина Чили» автоматически вошло в лексикон испанских конкистадоров при описании земель, составляющих современный юг страны – для них Долина Чили тоже стала своего рода рубежом мира. На этот раз в отношении пределов Перуанского Королевства.

Завершая исторический дискурс, скажу, что впервые все рожденные на территории Чили, включая представителей индейских племен, стали чилийцами лишь в 1818 году по указу «отца-основателя» страны Бернардо О’Хиггинса.

Однако свое нынешнее имя страна официально обрела лишь в 1824 году по официальному декрету Рамона Фрея, четвертого Президента Республики Чили.

К тому времени страна сменила конечную букву «и» на «е», а также с десяток имен, в том числе Новая Экс-трамадура, Королевство Чили, Генерал-Капитанство Чили.

В этимологии слова «чили» схлестнулся ряд нативных языков Латинской Америки, на которых говорили несколько цивилизаций и культур: инки, аймара, а также «удружившие» с острым перцем ацтеки. Мне кажется, что корни слова чили лежат все же в языках кечуа и аймара, о чем свидетельствуют многочисленные исторические летописи и свидетельства. Какую версию считать основной, каждый решает для себя сам, исходя из личных эстетических и лингвистических предпочтений.

Диво дивное, или Страна контрастов

Чили удивляет своими отточенно-резкими гранями. Эта страна – апофеоз яркого контраста: культурного, социального, ландшафтного. Острого, как горные пики. Последнее, впрочем, каламбур, если говоришь о Чили.

Такой взгляд наиболее емко описывает страну, которую я знаю. И чем дольше длится наше знакомство, тем больше я поражаюсь глубине и, как часто оказывается, взаимосвязи местных контрастов.

Взять хотя бы географический аспект. Чили – самая узкая страна мира, в наиболее широкой части охват площади составляет всего 177 километров – от хребтов Анд до Тихого океана.

При этом территория страны захватывает целую коллекцию из семи противоположных климатических поясов. Они плавно сменяют друг друга, рождая уникальное разнообразие.

На чилийской земле нашлось место всему. Здесь простираются самая сухая пустыня мира, выжженная солнцем пампа, Кордильеры Анд, субтропические вечнозеленые леса, изобилие вулканов и озер, степи, а венчают список фьорды и гигантские ледники. Последние плавно переходят из территории Чилийской Антарктики в Антарктику. Как так? Самый южный регион страны так и называется – «Магелланов пролив и Чилийская Антарктика». За проливом лишь белые берега самой Антарктики. Там тоже не обошлось без территориальных претензий. Пусть по закону земля вечных льдов никому не принадлежит, но на практике целый ряд стран, включая Чили, претендуют на свой кусок белого континента. В случае с Чили – на кусок существенный.

Отступая от темы вечных льдов, добавлю, что парочка настоящих тропических островов и самый южный морской пролив Мыс Горн тоже в наличии. И все это строго по вертикали в рамках одной страны, что очень удобно для путешественников – за один день можно перенестись из пустыни к леднику. Чудо, ставшее популярным аттракционом среди путешественников и визитной карточкой чилийского туризма.

Любопытна и система деления страны по регионам: полосами одна за другой, с севера на юг. Каждому региону кроме названия присужден и порядковый номер. Наглядная и простая система для запоминания. Любой чилиец знает, где располагается пятый, а где десятый регион.

При этом строй нумерации дважды скачет и спотыкается – над первым регионом разместился пятнадцатый, а за девятым следует четырнадцатый, так как эти новообразованные регионы нанесли на карту последними. Удобно все же бывает вытянуться во весь рост вдоль континента.

Великие и ужасные чилийские землетрясения

Когда речь заходит о жизни в Чили, первым делом почти всегда спрашивают о землетрясениях – «как оно, трясет?». Трясет. И еще как. Бодро, ритмично и с завидной периодичностью. А как иначе, если само географическое расположение – аккурат на Тихоокеанском огненном поясе – делает Чили страной с самой высокой сейсмической активностью в мире после Японии, с которой они и делят этот пояс на противоположных концах. Субдукция двух плит, Наска и Южноамериканской, дополняет ощущение апокалипсиса со дня на день.

Но есть одно существенное обстоятельство, которое позволяет примириться с жизнью в столь подвижной стране. Отвечая на вопрос про землетрясения, я всегда включаю всю свою чилийскую подготовку и выдаю пулемётной очередью: в подавляющем большинстве случаев землетрясения в Чили практически не чувствуются. Да, вы сейчас все правильно прочитали. Никаких с треском падающих с полок предметов домашней утвари, гигантских трещин на шоссе и прочих спецэффектов в лучших традициях фильмов-катастроф про конец света. Верят не всегда, уж слишком фантастически звучит – так и говорят. После такого сообщения я почти всегда вижу на лицах собеседников выражение, которое колеблется между растерянностью и крайним удивлением.

Толчки с магнитудой до 7 баллов по шкале Рихтера в Чили действительно не ощущаются. Можно уловить секундное колебание, сравнимое с движением поезда метро глубоко под землей. Разве что стены в квартирах при этом изрядно похрустывают. Со временем потолки и балки покрываются парой-тройкой трещин. Однако хруст хрустом, а даже мелкие предметы в квартире не двигаются, не говоря уж о падении.

Правда, чем выше этаж, тем больше чувствуются колебания земли, законы физики не отменить даже при большом желании. Поэтому я не спешу перебираться на высокие этажи. А когда начинаю предаваться мечтам о квартире на двадцать пятом этаже с роскошным видом на Анды, по которым струятся краски заката, напоминаю себе, что нервные клетки не восстанавливаются.

В качестве доказательства слов о безобидных толчках я могу предъявить саму себя. Сейчас я даже не обращаю внимания на колебания земли и, скорее всего, даже не шелохнусь с места. Почти все землетрясения, выпавшие на мою жизнь в Чили, я благополучно проспала и узнавала о них уже наутро из новостей. Как правило, российских. В то время как чилийские новости бегло упоминали об очередном толчке (мы говорим о магнитуде до 7 баллов) флегматичным, размеренным тоном, от которого сразу же теплело на душе. Первое время после переезда меня нередко будили звонки встревоженных родных, потому что «в Чили опять трясет». Приходилось успокаивать и приводить свой сонный голос как лучший аргумент в пользу того, что в очередной раз обошлось без катастрофических последствий. Не далее как сегодня утром был ощутимый трехсекундный толчок, который застал меня на кухне за приготовлением завтрака. Почувствовав колебания, мы с мужем молча переглянулись, пожали плечами и продолжили беседу как ни в чем не бывало.

Причина подобных волнений со стороны иностранцев, конечно, понятна – новейшая история знает сотни примеров разрушительных землетрясений, которые стирали целые города при небольшой по меркам чилийских реалий магнитуде толчков. Для сравнения: землетрясение с магнитудой в 7,8 балла не так давно разрушило Непал. Когда я рассказываю об этом, всегда вижу на лицах людей шок, что объяснимо: в других странах землетрясения такой силы разрушают целые города, в то время как мы спим спокойным сном. Чего уж там – по милости землетрясений человечество лишено возможности лицезреть половину из семи чудес света.

В общем, если вы хотите пожить в сейсмонеустойчивой стране со спокойной душой, то советую приехать в Чили. Это уникальная возможность побывать в сейсмоактивной стране без реального риска для жизни и нервной системы. Только не забудьте поселиться на первом этаже.

О частоте подземных толчков и их регулярном присутствии в жизни чилийцев говорит уже и популярный запрос в поисковике «Чили толчок последних минут».

Но интереснее всего реакция самих чилийцев на землетрясения – они обожают бравировать своим спокойствием и тем, что даже не замечают толчков. А если вдруг все же признаются, что заметили, то поспешат добавить: «Но мы как пили, так и продолжали пить!» – к слову, это дословная цитата. Чилиец настолько спокойно относится к землетрясениям по давно сформировавшейся привычке – надо думать с детства, – что действительно придает мало значения вздохам земли.

В Интернете много любопытных и познавательных видеороликов на тему «чилийцы и землетрясения»: вот в вагоне метро мелькают бесстрастные лица чилийцев со скучающими выражением в ожидании, когда же состав возобновит движение после встряски – при этом никто даже не шевельнулся. В другом видео юноша преспокойно ходит по отелю, где иностранцы поспешили укрыться под столами. В общем, настрой вы уже поняли.

Или любительская съемка из придорожного ресторана быстрого питания: объявлено предупреждение о толчке и надвигающемся цунами. Помещение, как и самого оператора, уже слегка потряхивает, однако это ничуть не мешает людям совершенно спокойно стоять в очереди и размеренно поглощать гамбургеры за стойками. Я не знаю, в какой другой стране мира можно увидеть нечто подобное! Все это безусловно придает душевного спокойствия. Как негласный этикет поведения на случай землетрясений. Любые признания в испуге и прочие волнения простительны лишь изнеженным иностранцам, и, как вариант, детям дошкольного возраста.

Чего вы точно не увидите на чилийских улицах и лицах в момент землетрясений, так это паники. А попытка уличить чилийца в такой момент в волнении равносильна крупной обиде. Попробуйте, и сами все поймете. Когда частые землетрясения становятся столь привычной частью будничной жизни, к этому начинаешь относиться флегматично, что неудивительно. Подумаешь, земля вздыхает время от времени.

Проведем краткий обзор типовых поведенческих шаблонов условного чилийца, если землетрясение застало его, скажем, в пятницу вечером в баре за бокалом красного.

Толчок с магнитудой в 6 баллов: «Как пили, так и пьем».

Землетрясение в 7 баллов: см. выше.

Землетрясение в 7,5 балла: «Трясет, похоже».

Землетрясение в 8 баллов: «Допить не дают! Так и быть, где тут у них выход?».

Землетрясение в 8,5 балла: «Крепко же трясет!». Занавес.

После каждого мало-мальски существенного толчка по социальным сетям разгуливает новая порция видео, призванных подчеркнуть непоколебимое равнодушие чилийцев к теме.

Но все это лирика, скажете вы, а я соглашусь. В чем же заключается секрет? Все здания в Чили строятся по строгим стандартам сейсмоустойчивости, возможно, это и есть одна из главных причин такого благополучия. Любой чилиец подробно расскажет вам с плохо скрываемым чувством гордости, что в Чили строгие строительные стандарты. Благодаря им конструкция дома приходит в какое-то хитрое движение, подстраиваясь под колебания земли, и остается подвижной и устойчивой. Более того, многие чилийцы искренне уверены, что в других странах все так легко рушится как раз потому, что там не умеют как следуют строить здания.