Сила способная изменить мир. Предназначение

Глава 2. Спасательная миссия и таинственное зелье

Были у меня волосы, словно мёд.

Руки были отнимающими боль,

Стали они отнимающими жизнь.

Сталью налился сердца комок в груди.

Правда ли ты говорил со мной, Господи?

Ты ли в руки мои клинок вложил?

Немного Нервно – Жанна

Анью наблюдала за импровизированным лагерем пиратов из зарослей невысокого кустарника, практически распластавшись на траве. Полли уселась у неё на макушке, изредка дёргая пряди волос. Колдунья не обращала на эту возню особого внимания – в малышке сил с трудом хватит разве что волосок вырвать, не велика потеря, а вот расположившиеся в бухте пираты были в разы интереснее. Таких существ Аньюриэль видела впервые в жизни и даже в книгах не встречала ничего подобного. В целом пираты напоминали людей, но с элементами рыб или других морских гадов. У кого-то нога или рука выглядела как клешня у краба, у другого всё лицо заросло ракушками, третий красовался головой мурены. Около двух десятков особей. Разнообразие уродств было, что называется, на любой вкус.

Это что, цирк уродов на гастролях?

Анью пристально смотрела на человекоподобных существ, пытаясь понять, это люди так изменились, или морские гады массово решили очеловечиться? Мококо тоже нигде не было видно. Вламываться и крушить всё подряд было не разумно – всё же она здесь с целью спасти малышей, а не угробить их. Да и нападать на непонятных рыболюдей не разведав обстановку было бы глупостью.

Вот только ситуация понятнее не становилась. Пираты рубили деревья, собирали из брёвен подъемные механизмы и стремянки, складывали заготовленные доски и жерди в штабеля и ничего больше. Не отдыхали, не препирались между собой, практически не разговаривали. Это тоже выглядело подозрительно. Сброд на её корабле постоянно искал возможность увильнуть от обязанностей и приобщиться к бочке с алкоголем, которую они умудрились тайно от Эйши протащить в трюм, а здесь даже надзирателя никакого не было. Либо рыболюди были организованнее и ответственнее, чем обычные люди, либо она чего-то не понимает в этой ситуации.

– Как-то всё это подозрительно, — согласилась с её внутренними сомнениями Энвиса. – Ты же не станешь лезть в бой с неизвестным противником?

– Когда меня это останавливало? – ответила вопросом на вопрос Анью. – Так, Полли, слезай и спрячься. И не высовывайся, что бы ни случилось.

Мококо засуетилась у неё на голове и шустро начала спускаться, держась за прядь волос, как за канат. Колдунья скрипнула зубами, получив пинок в ухо от малышки, но стерпела. Дети…

– Всё поняла? – она глянула на притаившуюся среди травы девочку.

– Прятаться и не показываться на глаза, – мококо так активно закивала, что венчик колокольчика сполз ей на лоб.

Колдунья медленно поднялась, бесшумно перепрыгнула через кусты и побежала в сторону лагеря пиратов. Рыболюди заметили её, но остались при этом подозрительно спокойными. Никто не закричал, не поднял суету. Просто молча похвастались за оружие. Урод, у которого была морда краба вместо лица, поднял руку. Раздался оглушительный грохот. Анью метнулась за дерево.

Магия?

Она аккуратно выглянула из-за ствола. Грохот повторился. Что-то небольшое с треском вонзилось в дерево, пробив кору и раскидав в стороны пригоршню щепок.

Не магия, но лучше не попадать под это…

Анью телепортировалась за другое дерево и тут же выскочила, сокращая расстояние между собой и лагерем рыболюдей. Один из пиратов поднял перед собой сжатую руку, а в следующий миг он выкинул странный предмет. Анью интуитивно метнулась в сторону. Резкий грохот и песок в том месте, где она недавно пробегала взметнулся, отчётливо показывая, куда прилетел миниатюрный снаряд. В воздухе едко запахло порохом. Анью оттолкнулась от импровизированного ограждения, подпрыгнула, ударяя ногой с разворота ближайшего противника в голову. Хруст сломанной шеи потонул в общем гомоне – пираты заметно занервничали. На кончиках пальцев заискрили молнии. Колдунья вскинула руку, направляя во врагов стаю грозовых птиц, расправляясь сразу с тремя. Уклонилась от вражеской атаки. Лезвие сабли со свистом разрезало воздух в паре сантиметров от её плеча. Анью крутанула посох в руках, впечатывая основание врагу в глазницу. Древко вдавило выпуклый рыбий глаз в череп с отвратительным чавкающий звуком. Чародейка выдернула посох из поверженного врага. От грязно-бурой слизи, налипшей на оружие, стало тошно. Впрочем, времени на эмоции не было. Она откинула волной магии подбежавшего врага и отправила ему вдогонку пульсар.

Позади послышался подозрительный хруст. Анью телепортировалась на ближайший штабель досок и замерла, непонимающе смотря на происходящее. А посмотреть было на что. Урод, которому она совсем недавно сломала шею, уже поднялся и теперь крутился на месте, размахивая саблей. Пугающе неправдоподобно болталась его рыбья голова, будто привязанная к туловищу. Тот, которому она пробила голову посохом, тоже поднимался с песка, хотя и была в его движениях странная дерганность. Шевелились даже оторванные магическим взрывом ноги, хотя большую часть туловища разметало по лагерю.

– Да вы издеваетесь…

– Помогите! – едва слышно донеслось откуда-то справа.

Анью бегло искала глазами место, откуда прозвучал писк. Где-то сбоку раздался грохот и смерть просвистела прямо у неё над ухом.

– Не стой столбом! Ты не на увеселительной прогулке! – возмутилась секундному промедлению даро, вполне обоснованно опасаясь за их общую жизнь.

– Нашла!

Анью метнулась вниз, уклоняясь от размашистой атаки саблей, и проскользнула между ящиками. Грохот и треск дерева позади возвестили о том, что стрелок в очередной раз в неё не попал.

Девушка схватила плетенную клетку, стоящую на одном из ящиков, и метнулась в сторону, прячась за коробками. Из клетки донеслись писклявые возмущения и крики. Анью заглянула внутрь. Там один на другом валялись малыши-мококо. Куча мала забавно копошилась – малявки пытались подняться.

– Здесь все, кого поймали пираты, или в лагере есть ещё пленники?

– Ты кто такая? – одна из девочек смогла подняться и теперь, держась за прутья, недовольно смотрела на неё.

– Ваш шанс на спасение. На вопрос отвечай!

Судя по звуку шагов и перешептыванию пиратов, их окружали. Традиционные методы борьбы с разного рода разбойниками, к огромному сожалению Аньюриэль, оказались неэффективными. Рыболюди вполне спокойно игнорировали переломанные хребет и даже потерю частей тела. И, если вслушаться, то среди звуков ходьбы, разговоров, шума ветра и прибоя не было слышно сердцебиений, а к ней подбиралось порядка двух десятков противников.

– Только одной Полли нет и мы не знаем где она, – к прутьям клетки подбежал мальчишка, явно единственный из компании, сохранивший способность адекватно мыслить. – Убегай! Они неживые, их нельзя убить.

– Да неужели?!

Анью поставила клетку на песок, отчего маленькие узники снова повалились на дно. Колдунья крутанула посох в руках, сплетая нити магии между собой. Первый огненный жеребец снёс кучу коробок, за которой они прятались. Следом галопом с места сорвался целый табун, круша лагерь, сжигая пиратов, оставляя на песке лишь почерневшие кости. Ветер разносил по округе лишь вопли ужаса сгорающих существ, умирающих в этот раз окончательно.

***

Не найдя на пепелище ключа от замка, Анью просто вырвала дверцу из клетки, освобождая пленных. Вот только на свободу почему-то никто не торопился. Малышня забылась в противоположный угол и недоверчиво смотрела на неё.

– И что не так? – она приподняла одну бровь. – Вылезать будете? Или я зря тут всё разнесла, спасая вас?

– Ну ты и сильная, кокомо! – мальчонка-мококо выскочил самый первый, восторженно глядя на неё. – Как ты их ловко! А как ногой тому уроду врезала! Если бы я был такой большой, как ты, я бы им показал. Я, вообще-то, неплохо дерусь.

Мальчишка изобразил какие-то махи руками и ногами, крайне отдаленно напоминающие удары. Анью, едва сдерживая смех, смотрела на эту пародию боя. Следом за мальчонкой вылезли из клетки пять девочек, одетые в сшитые из цветов и травы костюмчики и платьица.

Надо же, целый цветник вокруг себя собрал этот грозный воин.

– Ладно, – она протянула ладонь. – Забирайтесь. Отнесу вас к Полли.

– Ты знаешь где Полли? – одна из девочек робко смотрела на неё из-за плеча паренька.

– Она попросила меня спасти вас от пиратов. Должна сидеть в тех кустах. По крайней мере, я её там оставила.

– Хорошо, – паренёк первым запрыгнул к ней на ладонь и галантно помог забраться своим спутницам. Рассадив мококо на плечах, Анью направилась в сторону кустов. Полли нашлась быстро. Она радостно махала товарищам, стоя на небольшом валуне.

– Ребята! Я так волновалась! – Полли едва ли не рыдала. – Пэн, ты в порядке? Я боялась, что тебя покалечат…

– Ещё чего! – возмутился мальчонка. – Я этим пиратам не по зубам.

Анью аккуратно сгрузила шумную малышню на камень, наблюдая, как они дружно обнимаются и шушукаются между собой. Всё же дружеские связи много значат, даже для таких маленьких существ.

– Спасибо тебе, кокомо. Твоя помощь оказалась очень кстати. Я – Пэн. Будем знакомы, – представился мальчик.

– Аньюриэль, – она кивнула в ответ.

– У нас к тебе просьба: можешь отнести нас в город? Наши божьи коровки разлетелись, а пешком идти долго. Старшие тревогу поднимут, если к вечеру не вернёмся.

Анью на несколько мгновений задумалась, пытаясь понять, как могли разлететься коровы и при чем тут боги. Решив оставить странности на потом, она уцепилась за другую часть фразы.

– Город? Разве на этом острове есть город?

– Конечно на Тортоике есть город, – Пэн смотрел на неё как на блаженную. Мы что, по-твоему, в норах живём, как грызуны?! Просто обычно кокомо в наш город ходу нет, слишком вы огромные.

– На Тортоике?

– Ну да. Так остров называется, – пояснил мальчишка-мококо. – А ты разве не знала?

– Дело не в этом. Вот.

Она достала листок, что дала ей Джана Чернозубка. На пожелтевшей от времени бумаге было всего одно слово – «Тортоик».

***

– Значит смотри, – командовал Пэн, пока девчушки-мококо, махая ей на прощание, скрывались между корней огромного дерева. – Это – Неясень, тут мы живём. Ты слишком большая, чтобы я мог провести тебя в Моки-Токи, поэтому сначала надо приготовить зелье-уменьшитель. К счастью для тебя, рецепт я знаю. Нужно лишь собрать нужные ингредиенты. Я всё тебе расскажу и покажу где это собрать.

– Ты так и не объяснил, зачем мне в ваш город, – Анью скептически окинула дерево взглядом.

Огромный ствол, шириной в пару десятков обхватов, поднимался высоко вверх, словно колонна. Могучие ветви формировали раскидистую густую крону, создавшую плотную тень под деревом. Ветер шелестел в листве, принося с луга неподалёку запах лаванды и ещё каких-то трав. Рядом журчал ручей, даря приятную прохладу в не по-осеннему жаркий полдень.

– Во-первых, чтобы отблагодарить тебя за спасение. А во-вторых, чтобы бургомистр глянул на ту карту, что ты принесла, – пояснил мококо.

– Это не карта, а лист бумаги с одним единственным словом, – покачала головой девушка.

– Ну как тебе сказать, – Пэн посмотрел на неё так, словно искренне сомневался в её умственных способностях. – Ты про невидимые чернила слышала? Мой наставник – бургомистр Моки-Токи. Он в этом разбирается и у него полно проявителя.

– Ладно. Уговорил, – Анью протянула ладонь, пересаживая Пэна себе на плечо. – И где мне искать ингредиенты для твоего зелья?

– Значит так. Сначала нам нужно в ореховую рощу. Надо собрать немного орешков кешью. Это туда.

Анью пошла в указанном направлении. Стоило немного расслабиться, как тут же в голове снова появилось пение. Неизвестная женщина выводила голосом приятный мотив. Тихий, незатейливый, убаюкивающий. Колдунья искоса поглядывала на Пэна, но не было заметно, что малыш-мококо слышит что-либо помимо переливчатого пения птиц. Лёгкий ветерок приносил ароматы трав и цветов с ближайших лугов. Пэн на её плече нетерпеливо ёрзал, не зная чем себя занять. Его окрестные виды мало впечатляли.

– Поторопись, кокомо, – он не выдержал и начал тянуть её за прядь волос, словно рассчитывал таким образом придать ускорения.

– Мне больше нравится, когда меня называют по имени, – Анью заправила локон за ухо.

– У вас, кокомо, принято обращаться друг к другу по имени?

– Или по титулу, если он есть, – она кивнула.

– А у тебя есть титул?

– Нет, – после недолгой заминки ответила колдунья.

Она ступила под сень высоких кряжистых деревьев с широкими овальными листьями. Яркими пятнами на фоне зелени выделялись плоды: желтые, оранжевые и ярко красные. Мощные ветви переплетались между собой, практически полностью закрывая небо плотным покровом листвы. Запах цветов в роще уступил место странному запаху чего-то сладковато-кислого. В кронах сидели странного вида звери: некрупные, размером с детей, покрытые густым серым мехом и с лысой мордой, напоминающей собачью. У особо крупных морда отличалась ярким красным носом и белыми пятнами. Существа заметили её и принялись издавать отвратительные крики.

– Что за твари? – чародейка поморщилась, дернув кончиками ушей в безнадежном стремлении отгородиться от отвратительной какофонии.

– Павианы, – пояснил Пэн, – Не обращай на них внимания. Они сейчас успокоятся. Кокомо редко заходят так глубоко. Павианы тебя испугались, вот и подняли шум. Нам нужно штук десять орешков.

– Орешков? – Анью задрала голову, пытаясь рассмотреть в ветвях хоть что-то похожее на орехи.

– Да. Они снизу плодов. Выбирай те, что уже красные – они зрелые.

Анью магией сорвала один из плодов. Крупный, размером с грушу и на неё же внешне похожий. Вот только к нижней части груши приросла странная буро-зеленая фасолина. Девушка покрутила фрукт в руках, принюхалась, и уловила тот самых сладковато-кислый запах, что витал в роще.

– Отламывай орех, нам мякоть не нужна, – пояснил Пэн.

– Вот это что-ли?

Она отломила фасолину, разделяя скорлупу в ладонии, и тут же взвыла от боли, отбрасывая фрукт вместе с орехом от себя подальше. Вонючая слизь обожгла кожу на ладони и пальцах. Практически мгновенно появились красные пятна и небольшие волдыри.

– Не тяни в рот! – одёрнул её Пэн. – Водой промой. Ты чего такая?! Их же жарить сначала надо, а потом только чистить.

– Раньше сказать не мог? – прошипела сквозь зубы Анью, шаря по сумке здоровой рукой в поисках фляги с водой.

Судя по тому, как изменилась интонация в мерзких воплях павианов – твари над ней потешались.

***

– Объясни мне, зачем мы пришли на болото? – она поправила повязки на руке и недовольно посмотрела на Пэна.

Малыш-мококо ни капли не смутился под этим взглядом, лишь с энтузиазмом первопроходца осматривал болото с высоты её плеча. С точки зрения Анью, ничего интересного здесь не было. Болото, оно и на необитаемом острове болото. И хоть остров неожиданно оказался вполне себе обитаем, трясина от этого не становилась менее унылой. Кривые деревья с кривыми ветвями, с которых свисали до унылого серые клочья мха и лишайники. Характерный запах застоявшейся воды, кваканье лягушек и тучи комаров, решивших что к ним пожаловал обед. Что может быть менее вдохновляющим, чем вонючая топь с кучей кровожадных насекомых? Анью предпочла бы увидеть перед собой армию демонов, нежели это.

– Нам нужны грибы, – уверенным тоном заявил Пэн.

– Какие?

– С красной шляпкой, – тон стал менее уверенным.

– А конкретнее? Те, вон те или вот эти?

Анью поочерёдно показала на разные группы грибов, отличающиеся формой шляпок и наличием крапинок. Все они с красными шляпками разных оттенков. Задумка с зельем нравилась девушке всё меньше… Настолько ей интересно, что там нарисовано на бумаге? Да, за этот листок убили человека, но это ведь люди – они убивают и за меньшее.

– Надо посмотреть ближе, – промямлил практически себе под нос мококо.

В ответ она глубоко и очень печально вздохнула, вложив в этот вздох всю печаль, и направилась к ближайшей группе грибочков, перепрыгивая с кочки на кочку и очень надеясь не упасть в вонючую жижу. В проблесках между листьями плавающих растений было видно, как в мутной воде копошатся какие-то мелкие жучки. Сапоги оскальзывались на влажной траве. Анью ухватилась за ветку дерева, стараясь удержать равновесие. Возле ладони что-то квакнуло. Девушка замерла на месте, удивлённо смотря на то, как от коры отделился её кусочек, расправил длинные лягушачьи лапки с тонкими пальцами без перепонок, открыл выпуклые глазки с шероховатыми наростами-бровями и суетливо пополз вверх по стволу.

– Это что такое? – полушепотом поинтересовалась она у Пэна.

– Это квакша. Не трогай – у них слизь ядовитая.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что помимо темной спины, имитирующей кору дерева, у необычного существа есть ещё и отвратительно яркое, желтое в чёрную крапинку брюшко. При попытке прикоснуться ощутимо нагревался браслет, красноречиво намекая, что предупреждение Пэна более чем обосновано.

– Всё чудливее и странноватее… – задумчиво протянула Анью, отмахиваясь от очередного комара и продолжая путь.

– Ну, смотри, – она остановилась возле первой группы грибов.

– Что-то я не уверен. Пошли дальше.

Следующая группа грибов тоже была отклонена как не подходящая. Анью прихлопнула комара, решившего подкрепиться на её ноге, и направилась дальше в глубь болота. Спустя полчаса прыжков по кочкам, промокшие в вонючей воде ноги и искусанные комарами руки, нужные грибочки были найдены. Или Пэн просто смирился и выбрал хоть какие-то. Радовало только то, что, пока она собирала грибы, браслет не нагрелся.

– А теперь нам надо собрать кое-какие травы, – бодро заявил мококо.

– Откуда у тебя вообще столько сил? – недоумевала Анью. – Ты сегодня побывал в плену у пиратов, а теперь таскаешься со мной по острову…

– В чём секрет выносливости? – Пэн снял с головы зелёный колпачок, почесал затылок и надел свою шапочку обратно. – Отличный вопрос. Самой главной причиной, по которой я могу поддерживать свою мужественность и неиссякаемый запас энергии, являются отличное здоровье и аппетит. Для того, чтобы делать то, что нравится, нужно здоровье и ещё раз здоровье! Если тебе не с кем будет поесть, говори мне, я всегда готов составить компанию.

Анью удивленно хмыкнула в ответ на эту тираду. Вот уж чего ей не хватало в жизни, так это товарища по застолью… Да и само утверждение, что силу и выносливость малыш получает потому, что ответственно подходит к вопросу питания, конечно не было лишено смысла, но, тем не менее, не открывала секрета неисправимого оптимизма Пэна.

– Погоди, а не рановато ли ты о мужественности разговоры ведёшь? Ты же совсем ребёнок.

– Я не ребёнок! – возмутился Пэн. – Я мококо в самом расцвете лет! Вот скоро бургомистр перейдёт в совет старейшин и тогда я стану новым смотрителем Тортоика.

– Эммм… Я думала ты ребёнок, – смутилась Анью. – Ты же это… маленький.

– Ну знаешь! – мококо скрестил руки на груди и демонстративно отвернулся. – С твоим ростом легко так говорить.

***

В котелке медленно закипала родниковая вода. Колдунья помешивала закипающее зелье, искренне надеясь на то, что её интерес не вылезет по итогу боком. И зачем ей вообще понадобился этот город? Солнце уже ощутимо клонилось к закату. Надо было возвращаться на корабль, хотя ни Буревестник, ни Игнис, оставленные на «Гордости Лютерии», не подавали признаков беспокойства.

Анью почесала след от комариного укуса на ноге. Потом ещё один в районе локтя. Комары практически загрызли её на этом проклятом всеми богами болоте. Вероятно решили, что упускать возможность попробовать кровь силлина не стоит и налетели на неё разве что не всей стаей.

– Я принёс последний ингредиент! – Пэн бежал к ней.

Анью наблюдала, как между стеблей травы мелькает его зелёный костюмчик. При таком небольшом росте, мококо умудрялись весьма шустро преодолевать достаточно большие расстояния. И были весьма выносливы физически, если судить по рюкзачку, который тащил за своей спиной Пэн. Как и всё, что делали эти удивительные малыши, рюкзак был сделан из волокон травы и выглядел очень мило.

– Вот. Это надо добавить в зелье, а потом выпей немного, – он открыл рюкзак, протягивая ей небольшой предмет с каким-то содержимым.

Анью предельно аккуратно взяла вещь, чувствуя себя девочкой, которая снова играет с куколками. Появилось странное ощущение собственной громадности в сравнении с этим маленьким народцем и их предметами обихода. Она аккуратно высыпала светло-желтый порошок в котелок и вернула вещь владельцу, надеясь, что ничего не повредила и не сломала.

– Это пыльца Неясеня, – пояснил Пэн. – Наше дерево – особенное. Это дар Нинав и Тортоика нашему народу. Пыльца у Неясеня волшебная.

– Ты уверен, что мы всё правильно сделали? – она зачерпнула немного зелья в кружку.

Пахло вполне приятно, слегка сладко, с едва уловимыми терпкими нотками. Мутная жидкость золотисто-желтого цвета выглядела вполне приемлемо, да и браслет на запястье оставался прохладным… Но всё равно было как-то не спокойно.

– А я говорил, что если в рецептуре была ошибка, то ты можешь превратиться в квакшу? – с совершенно беззаботной улыбкой поинтересовался Пэн.

Анью замерла, поднеся кружку к губам. Внутри всё сжалось, а к горлу подступила тошнота. Она вспомнила весьма неприглядную зверушку, увиденную на болотах. Перспективы были так себе. Остров импонировал ей всё меньше, хотя прежде Аньюриэль нравилось исследовать новые земли, в которых она оказывалась.

– Расслабься, я пошутил, – засмеялся парнишка. – Ничего с тобой не случится. Самое страшное – живот заболит. Вы, кокомо, всегда такие нервные? Пей давай!

Анью глубоко вздохнула и залпом опустошила кружку, толком даже не почувствовав вкуса зелья. В первые несколько мгновений ничего не происходило, не было ни странных ощущений, ни головокружения. В голову даже успела закрасться шальная мысль, что они ошиблись в рецепте и ничего не случится, а потом как-то ощутимо начали отдаляться ветки деревьев. Кружка стала слишком тяжелой и выпала из пальцев. Звуки стали приглушенными и неразборчивыми. Всего несколько секунд и она стоит посреди травы, которая стала ощутимо выше головы.

Анью спохватилась, проверяя одежду, но та, странным образом, уменьшилась вместе с ней. Это приятно порадовало и немного смутило. Всё же не было среди компонентов зелья ничего, отличающегося магическими свойствами влиять на внешние предметы. Хотя ту самую пыльцу, которую приволок мококо, она не проверяла.

– Ты чего такая заторможенная? – Пэн остановился рядом с ней. – Пошли в город, а то стемнеет скоро.

Анью двинулась за пареньком-мококо следом, осматриваясь по сторонам. Трава, что теперь возвышалась над головой, выглядела очень необычно. В воздухе пролетел шмель, показавшийся неожиданно огромным. Шум, что создавали его крылья, показался грохотом. Дорогу им пересёк муравей. Сейчас насекомое было размером с кошку. Она наклонилась, касаясь ладонью шероховатого панциря. Насекомое замерло, слегка повернув к ней голову. В тёмных фасеточных глазах яркими искрами отражалось пламя костра. Муравей что-то проскрежетал ей и пополз дальше. Анью со странной смесью восхищения и растерянности смотрела ему вслед. Кто бы мог подумать, что всё это время столько удивительного было буквально у неё под ногами, нужно было просто присмотреться.

– Всё такое… непривычное. Никогда раньше не обращала внимания на такие ме… вещи.

– Дело в том, что, пока ты маленькая, ты можешь видеть то, что невидимо для тебя большой. Хватит крутить головой! Пошли, пока летучие мыши не проснулись.

– А?! Ага, – она проводила муравья взглядом, представив, как теперь должны выглядеть летучие мыши.