Сила способная изменить мир. Предназначение

Глава 1. Голос, что зовёт в никуда

Моя душа летела ввысь,

Я не хотела падать вниз,

В твоей судьбе оставаться.

Ты говорил о том, что мы

Всегда по-своему больны,

И что нельзя ошибаться.

Что этот мир большой для нас,

И что ошибся твой компас,

К моей земле приближаясь.

И что среди моих берёз

Не существует нужных звёзд,

А я живу, обжигаясь.

Земля легенд – Обжигаясь

Анью мерила двор крепости шагами. Глухая ярость внутри не давала покоя, требовала выхода. Огонь в груди полыхал, распаляя злость еще больше. Сила требовала выхода, требовала разрушать, уничтожать.

Как он мог?!

В подобное просто не верилось. Не хотелось верить, что Аман выбрал этих шеакрийских ублюдков. Он даже слушать её не захотел.

– Леди, – к ней уверенной походкой хозяина положения подошёл Хайлок Морхен. – Я организовал отряд. Мы собираемся поохотиться на демонов, оставшихся в долине. Не желаете ли составить компанию?

– С превеликим удовольствием, – Анью кивнула, следуя за лордом к подготовленному для неё коню.

Вот и пусть сидит тут, в компании этих своих братьев по вере. Чудесная семейная встреча. Да пусть хоть катится на пару с Селией в это идиотское паломничество! Подумать только! Неужели нет места получше, нежели Шеакрия?!

Её мерно покачивало на конской спине. Злость методично разъедала изнутри. Не верилось, что Аман так просто отказал ей в поддержке, когда она была так необходима. Она ведь всегда готова была помочь, даже если он не просил. Не лезла с лишними вопросами, не осуждала. И вот чем он ей ответил!

Люди… Я, конечно, слышала, что память у них короткая, но что бы настолько…

Быстро же Аман забыл о нашей дружбе и обо всём, что было…

Утоптанная дорога под копытами сменилась камнями. Небо затянуло низкими серыми облаками. Порыв ветра ударил в лицо. Появилось неприятное предчувствие. Сердце ныло от глухой боли. Хотелось повернуть назад, сбежать, но конь под ней размеренно шагал вперёд. Отчётливо запахло морем. Волны с шелестом разбивались о камни. Где-то кричали чайки, непонятно почему решившие отправится в полёт, несмотря на надвигающийся шторм.

– Для чего мы здесь? – Анью обернулась к лорду.

– Чтобы убить демона, – Хайлок Морхен спешился.

– Я не вижу здесь демонов, – Анью спрыгнула с конской спины и оглянулась по сторонам.

– Вот он.

Колдунья обернулась, смотря в ту сторону, куда показывал лорд. Среди камней и растерзанных тел стоял дэрон. Привычный синий плащ был забрызган кровью. Аман был весь измазан в крови. Человеческой крови…

– Нет… – она отступила на шаг назад. – Это какая-то ошибка. Аман не демон.

– Ты для него – никто, – тихо прошептали у неё над ухом.

Анью обернулась. Над ней, с выражением удовлетворения на лице, возвышался Кармиан. Ядовито жёлтые глаза демона полыхали торжеством.

– Убей её! – Кармиан указал на колдунью жезлом.

Аман с рычанием бросился на неё. Его лицо перекосило от злобы и ненависти, словно он опять забыл кто она. Анью дернулась в сторону, стремясь уйти из-под удара. Порыв к телепортации был кем-то задавлен и её принудительно выдернули из кошмара.

Анью распахнула глаза, пытаясь успокоиться. Сердце в груди всё ещё ускоренно билось. Шелест волн, крики чаек, болтовня матросов – звуки, что сопровождают её в этом путешествии вот уже третью неделю. Она всё так же на корабле.

Просто дурной сон…

– Тебе следует быть аккуратнее. И прекрати отгораживаться от меня. Я могу разбудить тебя, если сны станут… беспокойными, – Энвиса выражала смесь беспокойства и негодования.

– Всё в порядке, причин для волнения нет. Само пройдёт.

Анью поднялась на ноги, потирая затылок. Деревянный пол под ногами успокаивал приятной прохладой и мерным покачиванием. Повезло, что не оказалась за бортом. Первое правило телепортации на корабле – учитывай скорость и направление движения судна. Хотя усвоила она это исключительно путём проб и ошибок. Передвигаться пешком хоть и дольше, но риск промахнуться и случайно застрять в какой-нибудь доске был существенно ниже.

В капитанской каюте, отданной в её полное и безграничное распоряжение, был приятный полумрак и, что немаловажно, не мельтешили люди. Снаружи доносились крики и брань Эйши, девушки, ставшей ее заместителем и первым помощником в вопросах мореплавания. Клекотала в своей корзине Олрэя. Птенец ощутимо подрос за эти недели и уже менял пух на полноценные перья и разрабатывал крылья, готовясь улетать. Анью подошла к ней, делясь огнём. Прощаться было так же грустно, как и в первый раз, но пытаться удержать феникса не в её власти. Да и если бы она могла это сделать – не стала бы. У каждого свой путь в этом мире.

В углу, свернувшись клубком, спал Игнис. Элементаль испытывал своеобразную привязанность к фениксу и, став для птенца полноценной нянькой, предпочитал оставаться в физической форме. Дух лениво приоткрыл один глаз, оценил обстановку и снова задремал. Пока что птенец не нуждался в его пламени.

Романтика морской жизни разбилась о рифы реальности ещё в первую неделю путешествия. Из всех необходимых знаний и навыков Анью могла лишь определять местоположение по звёздам, хотя это оказалось далеко не всем, что нужно опытному навигатору. Корабль оказался неимоверно сложным механизмом с кучей нюансов и особенностей. Запомнить название и назначение каждого каната и крепления оказалось очень сложно. Анью путалась во всей этой терминологии. Матросы, видя её незнание, не хотели подчиняться и выражали сомнения в том, что женщина может быть хорошим капитаном. Ещё они шептались, что женщина на корабле – к беде, а уж две – к катастрофе. Услышав подобные перешептывания, Анью предложила устроить особо недовольным увлекательное путешествие за борт. Обстановка уже начинала попахивать бунтом. Ситуацию спасла Эйша, взяв в свои, хоть и женские, но уверенные руки, управление кораблём. Анью лишь периодически наполняла Буревестника магией. Дух, в свою очередь, наполнял ветром паруса. И без того считавшаяся самым быстрым судном в восточных морях «Гордость Лютерии» с невероятной скоростью двигалась в сторону Аньшу. Путешествие, которое должно было длиться порядка трёх месяцев, по предварительным расчётам Эйши, займет всего два. Анью предпочитала большую часть времени проводить в своей каюте, подальше от хамоватых матросов и тонкостей мореплавания.

Может показаться, что месяц – это не так уж и важно, особенно если ты силлин и твоя жизнь исчисляется веками, а в условиях надвигающегося вторжения демонов, месяц – это очень много, особенно если твой враг способен взмахом руки перемещать целые армии из Фетрании в Акрасию и ты всегда от него отстаешь. Когда речь идёт о человеческой жизни, месяц играет значение. Люди ведь такие хрупкие и живут так мало… Много ли шансов выжить в Фетрании у человека? Не много. Даже если этот человек – дэрон…

Получив задание от Крылатой Хранительницы, Анью восприняла его как отличный повод к путешествию. Сейчас же всё стало в разы серьёзнее. От поисков Ковчега зависела не только судьба Акрасии, но и спасение Амана, ведь демоны тоже охотятся за Первозданным Светом. Она обязательно встретится в Ку-Сатотом снова. И в этот раз не проиграет. Если убить Владыку Безумия, то проклятье, что он наслал на Амана, потеряет силу. Остается верить, что глупый святоша не растеряется и найдёт способ выжить среди демонов. Аман умный, он всегда знает, что нужно делать. Да и она тоже не будет сидеть сложа руки и найдёт способ вернуть того, кто ей дорог.

Найти Ковчег, убить Ку-Сатота, вернуть Амана – этот простой план она повторяла изо дня в день, словно какую-то молитву. Этот простой план давал ей силы подниматься по утрам и продолжать двигаться вперёд. Такая простая, на первый взгляд, цель и абсолютно никакого понимания, где искать Ковчег. Анью знала лишь то, что Лютеран переписывался с эсдо Сиеном, который после Второго Вторжения осел в Аньшу. С чего начинать поиски второго осколка Ковчега? Аман знал бы, что делать, но Амана нет рядом и придётся полагаться только на свои силы и знания.

Анью открыла дверь каюты, щурясь от яркого света. Безоблачное небо над головой, яркое солнце и ветер, наполняющий паруса. Когда-то она мечтала отправиться в кругосветное плавание. Тогда это казалось чем-то романтичным. Морское путешествие в её фантазиях было наполнено диковинными островами, китами, морскими чудовищами, битвами с пиратами и всё это время рядом был бы Аман… Реальность оказалась намного скучнее. Большую часть времени за бортом было лишь синее море. Такое же синее, как глаза Амана, поэтому смотреть за борт Анью не любила. Небольшие острова всё же встречались. Возле некоторых они даже ненадолго бросали якорь, чтобы восполнить запасы пресной воды и провизии, но ничего интересного или необычного там не было. Однообразие угнетало.

Над галеоном кружили чайки – верный признак того, что неподалёку есть остров. Анью поднялась на капитанский мостик. На плечо тут же уселся Буревестник: сейчас не было нужды наполнять паруса ветром. Эйша стояла у штурвала, направляя корабль в сторону острова. Ветер трепал белые, словно снег, волосы девушки, играя с прядями, переплетая, путая. Эйша на это не обращала внимания, сосредоточенно вглядываясь вперёд и раздавая команды матросам. Мужчины суетливо бегали по палубе, залезали на реи, поднимали паруса.

– Сейчас обойдем гряду рифов, что должна быть впереди, и станем на якорь возле этого острова, – пояснила Эйша. – Завтра на рассвете снова отправимся в путь.

– Что это за остров?

– У него нет названия. Хоть остров довольно большой, но на нём никто не живёт. Суда часто останавливаются здесь, так как бухты достаточно глубокие и можно подойти близко к берегу. Здесь неподалёку судоходный маршрут, поэтому в здешних водах часто можно встретить торговцев, а вот у южных берегов частенько стоят пираты, но здесь нам бояться нечего – пираты в эту бухту не сунутся.

– Я не боюсь пиратов. Люди для меня не представляют угрозы.

– Я знаю, – Эйша улыбнулась. – Видела ту огненную баню, что ты устроила в логове Крюгера. Ты сильная, но ты одна, а одной сложно. Капитан – часть корабля, часть команды.

Анью лишь хмыкнула в ответ. «Гордость Лютерии» была для нее всего-навсего средством достижения цели. Галеон имел ценность лишь как подарок Силлиана, но не более того. Если того потребует миссия, то она, не задумываясь, потопит корабль. И уж тем более её не волновали люди, выделенные Карлосом Альваро в качестве матросов. Лучшие мореплаватели покинули Лютерию ещё в те годы, когда правил регент, а в порту хозяйничал Де Миранда. То недоразумение, что Альваро назвал «лучшими людьми», на самом деле были пьяницы и дебоширы. Лучшие из худших – так бы охарактеризовала этот сброд Анью. Вливаться в коллектив не сильно-то и хотелось.

Она молча прошла мимо суетящихся матросов, не удостоив их вниманием и остановилась возле носовой фигуры, вглядываясь в остров перед ними. Серая громада камней и скал возвышалась над густым лесом и белым песчаным пляжем. Крупнее, чем те острова, возле которых они останавливались прежде, но ничего особенного она не видела. Однако скала, утопающая в зелени, почему-то притягивала взгляд. Появилось смутное ощущение, что не только она смотрит на остров, но и остров смотрит на неё в ответ. Буревестник на её плече напрягся, словно тоже что-то почувствовав. Анью запустила пальцы в перья, чувствуя, как маленькие разряды едва ощутимо покалывают кожу.

– Не понимаю, – рядом, перегнувшись через перила, замерла Эйша, пристально глядя вперёд. – Здесь должен быть кельповый лес. Что за ерунда?!

– Лес?! – Анью перевела взгляд на волны. – Под водой?

– Да. Подводные скалы, заросшие кораллами. Здешний кельповый лес окружает остров, подобно кольцу. Похоже на лес и выглядит очень красиво. Вот только мелко в таких местах – можно посадить корабль на брюхо и застрять надолго. Тут прежде был проход и возможность провести корабль в бухту, а теперь вообще леса не видать…

Анью внимательно всматривалась в волны. Прозрачная, словно слеза, вода не скрывала того, что творилось внизу. Суетливо мельтешили стайки мелких ярких рыбок, гордо держались крупные одиночки. На светлом песке ярко выделялись осколки серых камней, покрытых странными разноцветными наростами и «рожками».

– Я могу ошибаться, но вот та куча камней очень похожа на этот твой «лес». – Анью указала пальцем на группу камней, над которой они проплывали. – Видимо кто-то сломал скалы… Что ж, можешь не бояться, что мы застрянем…

Эйша нахмурилась, но ничего не ответила. Анью лишь хмыкнула, не придавая внимания этому молчаливому протесту. Сломанный подводный лес волновал ее постольку-поскольку.

Порыв ветра донес до Аньюриэль приятный мотив. Тихая, мелодичная, умиротворяющая. Песня без слов, лишь мелодия, но даже так она очаровывала. Пела определённо девушка. Анью никогда прежде не слышала такой гармонии. Каждый звук, казалось, проникал в сердце, манил, звал. Дух на её плече тихо заклекотал в такт: ему тоже нравилось пение.

– Ты же сказала, что на острове никто не живёт? – Анью всматривалась в полосу леса, примыкающую к пляжу, пытаясь найти взглядом певицу.

– Не живёт. Остров часто трясет – жить тут небезопасно. – Может из-за землетрясения кельповый лес и разрушился, кто знает…

– А кто тогда поёт?

– Поёт? – девушка удивлённо на неё посмотрела. – Я не слышу песни, да и мужчины ведут себя нормально – это точно не сирены.

– Не слышишь – потому что человек. Мой слух в разы острее, – Анью поставила ногу на перила, готовясь к прыжку. – Я схожу и посмотрю, что там есть интересного. Вы с Буревестником присматривайте за кораблем, пока меня нет.

Дух послушно кивнул и перелетел с плеча на рею. Эйша всем своим видом выражала неодобрение к этой затее. Вот только ни скрещенные на груди руки, ни поджатые губы, ни осуждающий взгляд колдунью не проняли.

– Зачем тебе эта певица?! – всполошилась Энвиса. – Ты опять ищешь неприятности на свою дурную голову?

– Ничего я не ищу, просто хочу посмотреть кто это так красиво поёт. Мелодия странная, словно в ней есть магия, но это не она.

– Если ты не ищешь неприятности, это еще не значит, что они не ищут тебя, – мудро подытожила даро.

Анью глубоко вдохнула и спрыгнула вниз. Волны сомкнулись над головой. Она выпустила магию, пропитывая ею воду вокруг себя, закручивая поток в течение. Вода послушно подхватила её и понесла в сторону берега, навстречу той песне, которая звучала даже под толщей воды.

***

Волна с шорохом выкатилась на берег, задержалась на несколько мгновений и вернулась обратно в море, волоча за собой песчинки и небольшую раковину. Анью подхватила ракушку до того, как вода унесла её в море. Новая волна с шуршанием ползла по песку. Неизвестная девушка пела отовсюду и ниоткуда одновременно. Как Анью не вслушивалась, невозможно было определить направление откуда идет звук. Колдунья приложила раковину к уху. Пение доносилось даже из ракушки и это было уже странно.

– Магия и не магия одновременно… – она вернула ракушку морю. – Не понимаю…

– Учитывая то, что я тоже её слышу, можно сделать вывод, что песня звучит в твоей голове, – Энвиса тоже была озадачена.

– Буревестник тоже слышал.

– У вас ментальная связь. Мог почувствовать через неё.

– Это становится любопытным, – Анью повернула в сторону леса.

– Любопытно тебе было когда ты спрыгнула с корабля в море, а теперь это попахивает одержимостью. У тебя нет дел поважнее, нежели поиски неизвестно чего?

– Когда ты придерживалась политики невмешательства в мои решения, было лучше.

– Когда ты не творишь откровенную глупость – я не вмешиваюсь, – парировала Энвиса.

– Это не глупость. Разве ты не чувствуешь? Она как будто зовет. Я должна найти источник. Это не просто песня… Не знаю, как объяснить, но я когда пою, то просто вывожу мотив голосом, а это совсем другое, она как будто дергает за что-то внутри. Кажется, будто я слышу ее сердцем.

– Если бы ты внимательнее относилась к отданному под твое руководство экипажу, то знала бы, что именно так сирены заманивают к себе моряков, – снисходительно ответила Энвиса.

– Не похоже на сирену. Голос идёт с острова, а морские девы селятся в закрытых бухтах и гротах. К тому же их интересуют исключительно мужчины.

Раскидистые ветви создавали приятный полумрак в роще. Невысокие деревья с корявыми стволами росли на небольшом удалении друг от друга. Мелкая жесткая трава ковром устилала землю под ногами. Теплый ветерок приятно дул в спину, принося запах моря и шелест волн. Прекрасное место для прогулок, если не надо торопиться спасать мир. Анью прикрыла глаза, медленно вдыхая запахи, стараясь запомнить этот момент спокойствия, что так редко приходило в её жизнь в последние месяцы.

Голос все еще пел у неё в голове. Странная мелодия одновременно звала, побуждала идти дальше и в тоже время успокаивала, словно убаюкивала. Анью открыла глаза и осмотрелась по сторонам. Её внимание привлек крупный красный жук, сидящий на камне возле дерева. Большой, ненамного больше её ладони, он сидел на ветке дерева, шевеля своими короткими усиками и словно наблюдал за ней. Колдунья неторопливо двинулась в сторону необычного насекомого, рассматривая чёрные крапинки на надкрыльях.

– Ой! – запищало что-то внизу.

Анью замерла на месте, пытаясь найти источник писклявых возмущений у себя под ногами. В траве, прямо возле её сапога кто-то копошился. Девушка присела на корточки, внимательно рассматривая необычного человечка, ростом не больше трёх-пяти сантиметров. Это определенно была девочка, одетая в симпатичное платьице из желтых цветочных лепестков. Её сапожки явно оказались сплетены из травяных волокон, а на кудрявой головке, вместо шляпки, был венчик колокольчика. Удивительная маленькая девчонка так же внимательно рассматривала её, хотя была в ее больших синих глазках и толика испуга.

– Ты кто такая, малышка? – чародейка протянула ладонь, предлагая малышке забраться на неё.

Та настороженно смотрела в ответ. Анью понимала, что торопить неожиданное знакомство не стоит, ведь она просто фактом своего превосходства в размерах может пугать маленькое существо.

– У тебя нет чешуи, – подметила очевидное малышка. – И ракушек. Ты вроде нормальная… а я уж испугалась, что ты из этих…из пиратов.

– Нет, я не пират, – Анью постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее.

– Раз ты не с пиратами, кокомо, то помоги мне найти моих друзей, пожалуйста, – девочка шустро забралась на протянутую ладонь. – Ты же такая высокая, далеко можешь увидеть. Я из-за травы ничего не вижу, а на пляж выходить страшно: вдруг пираты и меня схватят.

Не то чтобы проблемы маленького создания волновали колдунью, но раз уж она всё равно бродит по побережью в поисках неизвестной певицы, то почему бы и не помочь. Анью пересадила девочку себе на плечо, неторопливо вставая в полный рост. Прямо возле её уха малышка завороженно охнула, придерживаясь руками за прядь волос.

– У тебя имя есть?

– Меня Полли зовут, кокомо.

– Аньюриэль, – представилась чародейка. – И где же могут быть твои друзья, Полли?

Она размеренно шла вдоль кромки леса, уходя всё дальше от корабля. Малышка на её плече тем временем нетерпеливо и взволнованно рассказывала о беде, что пришла на их остров вместе с пиратами.

– Понимаешь, кокомо, мы же ничего плохого не хотели, просто собирали ракушки. Это всё Пэна идея: его вечно к морю тянет, как будто собственное дело не по нраву, а ведь он вон какой важный! Мы же не знали, что тут пираты будут. Никого мы не трогали, а они как налетят из кустов. Ужас, что началось! Я до сих пор дрожу. Хватали всех, кидали в клетку. Меня чуть не затоптали в этой суматохе. Один и меня схватил, но Пэн его за палец укусил. Сбежать смогла только я, а ребят туда унесли. Я и найти их не могу, не знаю, что с ними, а вернуться страшно. Вот что я бургомистру скажу? Он нам строго-настрого запрещает на пляж выходить.

Из всей этой болтовни, льющейся из Полли бесконечным потоком, Анью уловила суть – некие пираты схватили малышей и явно не с целью культурного знакомства. Что могло понадобиться разбойникам морских просторов от мелких человечков оставалась загадкой. Полли лишь пожала плечами, объяснив поведение пиратов только тем, что они злющие, не то, что её неожиданная спасительница. Анью на это заявление лишь пожала плечами, отчего маленькая болтушка чуть не полетела вниз.

Шорох волн успокаивал. Ветер играл вокруг, подкидывая песчинки, вился позёмкой у девушки под ногами. Теплые лучи солнца приятно согревали кожу. Голос в голове медленно убаюкивал, лишал бдительности. Именно поэтому, вылезший из воды на пляж, дух стал для колдуньи полной неожиданностью. Аньюриэль замерла на месте, внимательно смотря, как существо выползает на берег и обессиленно падает на песок. Полли испуганно прижалась к ней, спрятавшись в волосах.

– Бежим, кокомо, это пират! – причитала малышка.

– Нет, это даже не человек, – Анью медленно направилась к духу.

Такого она видела впервые. Крупный, массивный, как у каменных элементалей, торс, голубовато-серая чешуйчатая кожа, покрытая ракушками и странной формы наростами. Большая лобастая голова с ярко-желтым гребнем повернулась к колдунье, стоило ей подойти вплотную. Дух смотрел на девушку. В его небольших, выпуклых, как у жабреля, глазах была бездонная тоска.

– Кокомо, надо бежать! – паниковала на плече Полли, – Он же сейчас набросится на нас!

– Он ранен, – Анью присела рядом с духом, осматривая покрытые рубцами мощные руки и спину существа. – Что с тобой стряслось?

– Уф! – печально вздохнул дух, едва заметно поднимая руку над песком и пытаясь дотянуться до колдуньи.

Анью протянула руку в ответ, позволяя создать ментальную связь. Образы хлынули в сознание, меняясь, словно в калейдоскопе. Стайки разноцветных рыбок кружат вокруг кельпового леса, прячутся в кораллах и среди камней. Одни маленькие и суетливые, любят держаться группами, другие же, крупные, плавают вальяжно, неторопливо. Поворачиваются к нему то одним ярким боком, то другим, словно хвастаются яркими чешуйками и ажурными плавниками. Солнечные лучи пробиваются через толщу воды полосами, бликами искрят на небольших пузырьках. Кораллы, всевозможных цветов, колышутся, движимые волнами. Жизнь в подводном лесу идёт своим чередом, а бережет его покой он – Страж рифа.

Вот к кельповому лесу подходит корабль. Дно его покрыто ракушковыми рачками. Этот не такой, как другие – странный, пугающий и идёт напролом, насаживаясь брюхом на вершину леса, губя кораллы и распугивая рыбок. В море прыгают люди, и они не похожи на тех, кого Страж видел прежде. Не такие, ненормальные: с серой кожей, покрытые ракушками, не нуждающиеся в дыхании. Они крушат, уничтожают, а он, сколько не убивая, не добивался нужного – люди всё равно возвращаются снова, словно и нельзя их убить. Страж продолжает свою неистовую борьбу, но тут с корабля посыпались стеклянные шары, что разрываются в воде огнем, уничтожая всё вокруг. Ведьма, идет по дну, уродливая, утратившая человеческие черты, больше похожая на морское чудовище. Она улыбается, обнажая тонкие, словно иглы, мелкие зубы. Ведьма ищет, ищет среди обломков рифа источник силы и забирает сердце этого леса – жемчужину Гивэны. Страж же, израненный и лишенный своей силы, остается оплакивать свой уничтоженный дом посреди обломков кельпового леса и медленно умирать.

Связь распалась, прерывая поток видений. Анью смахнула со щеки влажную дорожку от слезы. Духа было жаль. Лишенный источника своей силы он и так продержался необычайно долго и теперь с затаенной надеждой смотрел на неё, не в силах просить о спасении. Он чувствовал, что у мага перед ним уже есть контракты с другими духами. Даже один такой компаньон постоянно тянул из мага силу, а у неё уже было четыре контракта. Да и Страж, до того, как лишился источника магии, был силён. Такая связь потребует немало сил, но и просто уйти Анью уже не могла…

– Ты согласен пойти со мной? – вопрос, ответа на который не требовалось.

Страж прикрыл глаза, медленно поднимаясь и становясь перед ней в полный рост, склонил голову.

– Пред лицом Солнца, что дарует жизнь; под светом Луны, разгоняющим тьму ночи; следуя путём, что указывают Звёзды. Я та, кто несет в себе силу стихий, стану твоим ядром. Имя мне Ан’ю Риэл. Имя тебе – Кармакул.

Страж ярко засиял, принимая договор, а тело его рассыпалось, оседая на песке морской пеной. Браслет из ракушек на запястье Аньюриэль нагрелся, становясь вместилищем духа. На самой крупной раковине появилась руна с именем. «Кармакул» – «страж» на древнем языке. Колдунья прикрыла глаза, сосредотачиваясь на ощущении того, как формируется связь между ее магическим источником и духом.