Лестница во мрак

© ООО «Издательство АСТ», 2015

Пролог

Порой я оглядываюсь назад в далекое прошлое, и поневоле в мое сознание проникает мысль о причудливых поворотах жизни человеческой. Перед каждым из нас на протяжении жизни открывается множество дорог, по которым мы можем идти. Некоторые из них очевидны и даже банальны; чтобы обнаружить другие, приходится очень сильно постараться, приложить немало усилий. Но есть и такие, от которых подавляющее большинство людей предпочтет бежать, словно от зараженного чумой, впоследствии отгоняя от себя тень тех воспоминаний, слишком невероятных для правды. Обнаружить подобный путь уже серьезное испытание для живущих в нашем мире, помнить о нем и остаться прежним – сложно вдвойне. Так что же можно сказать о тех, кто не только видел и помнит, но еще и рискнет избрать его в качестве путеводной нити, ведущей… Возможно, в лабиринт к вечно голодному Минотавру, а может, и совсем в другом направлении.

Вот и я много лет тому назад рискнул выбрать последний вариант, предпочтя довольно серым и предсказуемым будням туманную неизвестность, угрожающую постоянной возможностью смерти, но одновременно открывающую завесу тайны над тем, что испокон веков считалось лишь страшными сказками и мифами глубокой древности. Как бы то ни было, но всегда лучше идти, пусть по неизвестной дороге, чем тупо и примитивно стоять на одном месте, ожидая неведомо чего от неизвестно кого.

Сейчас, прокручивая в памяти длинную цепь событий, приведшую меня к нынешнему состоянию, я удивляюсь бесконечной наивности и неопытности себя прежнего. Странно, как я тогдашний смог пройти через все преграды и испытания и при этом сохранить не только жизнь, но и ухитриться достичь много большего, нежели потерял на извилистом и загадочном пути.

А что, собственно, послужило первопричиной? Скорее всего, мое неуемное любопытство и хроническое неприятие возникающих передо мной тайн. Привычка при малейшей возможности докопаться до сути того, что кто-то пытается оставить под непроницаемой завесой тайны. Многие знакомые говорили, что подобные замашки не доведут до добра и станут причиной множества неприятностей. Где-то они были правы, но что мне до их правоты? Жить скучной, размеренной жизнью обывателя – самое страшное наказание для таких, как я. В бесконечных поисках своего места в этом мире я перепробовал многое: экстремальные виды спорта, был наемником на службе как у государства, так и у отдельных личностей, участвовал в некоторых совершенно противозаконных эпопеях… Все это давало необходимый уровень адреналина, но чего-то все же не хватало.

Наконец, подвернулась одна работа, в которой я обнаружил хоть что-то близкое к моему пониманию осмысленного существования в нашем довольно скучном мире. Волею случая во время выполнения одного из заданий по устранению нежелательной персоны я наткнулся на одного странноватого человека. Он проник в тот же дом, что и я, но с абсолютно другой целью – завладеть одним антикварным предметом. Не с целью продать или поместить на полку среди подобных коллекционных экспонатов, вот что было самое интересное.

Забавный был момент, нечего сказать! Я, возвращающийся из кабинета хозяина дома, уже выполнивший работу, и он, как раз стремящийся туда зайти. Два мрачных типа с бесшумными пистолетами в руках, только марки пистолетов были разные. Как мы ухитрились в первую же секунду удержаться от выстрелов, не знал тогда и вряд ли узнаю после. Скорее всего, внешний вид у нас был далек как от представителей закона, так и от охраны покойного. Несколько секунд мы стояли друг напротив друга, готовые в любой момент начать пальбу, но потом он решился заговорить:

– Мне нужна одна вещь из кабинета владельца дома. Остальное не интересует… Разойдемся?

– А мне был нужен он сам. Теперь там тихо и спокойно, как в морге.

– Охрану ты убрал? – полюбопытствовал незнакомец.

– Естественно. Не стоит о них жалеть, дрянные были людишки. Торговля наркотиками, сеть притонов, похищения ради выкупа – вот далеко не полный список того, чем занимался покойничек при непосредственном участии своих подручных.

Зачем я рассказал все это неизвестному типу? Дурдом полнейший, однако он каким-то непостижимым образом вызывал если и не доверие, то, по крайней мере, ощущение приличного человека. Приличного в моем понимании этого слова, то есть не способным на пакости наподобие доноса блюстителям порядка и не переносящим особо мерзкие человеческие качества вроде трусости, предательства и покорности судьбе.

Мое первое впечатление оказалось истинным, а тогда… – Собакам собачья смерть, – прокомментировал он. – Оружие уберем?

– Почему нет?

Пистолеты вернулись в привычное расположение – в кобуру у него и за ремень у меня. Действительно стало несколько спокойней, тут не поспоришь, ведь постоянная готовность к стрельбе довольно сильно напрягает нервную систему. Сейчас же напряжение несколько спало, пусть уровень опасности и оставался довольно высоким – я никогда не имел дурной привычки доверять подавляющему большинству человечества. Зато меня сильно заинтересовало, что же за вещь понадобилась этому человеку в кабинете покойничка, раз он готов был приложить немалые усилия для ее получения? Ведь он готов был в случае необходимости нашпиговать свинцом всех стоящих на пути, а в его умении делать это я не сомневался. Таких людей при должном опыте распознаешь с первого взгляда…

Вот я и проследовал вслед за ним в помещение, откуда только что вышел и не думал больше туда возвращаться. Помня обстановку, я не слишком хорошо понимал, что же за ценная вещь там могла находиться? Деньги? Сомневаюсь, что незнакомцу нужны были именно они. Тогда что? Как оказалось, его сильно заинтересовала большая медная шкатулка, украшенная поделочным камнем. Он схватил ее со стола, а в глазах я успел заметить торжествующее выражение, словно он искал ее вот уже не первый год. Кстати, содержимое ее тут же было вывалено на стол и отброшено в сторону – он просто вознамерился исследовать ее внутреннюю сторону.

Тайник? Вряд ли, стенки слишком тонкие для встроенных полостей. Не в силах сдержать любопытство, я подошел поближе и постарался рассмотреть повнимательнее предмет столь пристального интереса моего случайного знакомого. Хм, а шкатулочка действительно непростая, такую оригинальную резьбу на крышке я видел всего несколько раз, да и то в книгах, пришедших из глубины веков. В них смутно и отрывками упоминались некие странные существа, которые уже в то время были туманными легендами, окутанными непроницаемой пеленой тайны и панического страха. Упоминалось об их невероятном могуществе и гигантских знаниях. Говорилось о чуждости их для человеческого восприятия, о совершенно ином понимании окружающего мира, практически полном безразличии к людям. Казалось бы, подобными мифами изобилуют многие книги, но было в этих упоминаниях то, что заставляло отнестись к ним если и не с верой, то уж точно с интересом.

Звучали там упоминания о чем-то, подозрительно напоминающем электричество, огнестрельное оружие, и многом другом, появившемся лишь за пару последних веков, но упоминания были не тождественны, а… Другими они были, словно родственными, но не совсем. Да и то родство довольно эфемерное, такое не сразу и ощутишь. Иная логика, совершенно экстравагантные привычки и методы разрешения возникающих проблем. Сложно судить по нескольким смутным обрывкам текста, очень сложно.

Но до сей поры я ни разу не видел предметов, которые явно свидетельствовали о близком знакомстве их создателя со сведениями из разряда тех самых, подверженных влиянию стиля древних существ. А тут вдруг такое зрелище…

– Забавно видеть, как гравюры из старых книг оказываются воплощенными в реальный предмет. А еще интереснее самому прикоснуться к изделию не просто минувших веков, а каким-то образом соприкоснувшимся с одной из великих и скрытых почти от всех загадок. Неужели кто-то еще помнит о древних мифах и загадочных существах? Ведь шкатулка не очень старая, ей максимум лет двести, а то и меньше.

– Ты слышал об Ушедших? – вскинулся охотник за древностью. – Никогда бы не подумал, что это тебя интересует.

– Мне интересно многое, а особенно то, что выламывается за пределы привычного и предсказуемого мира. Загадки прошлого хотя бы в состоянии заинтересовать, в отличие от скуки настоящего. Но скажи, зачем тебе эта шкатулка? Там ведь нет ничего интересного, да и возраст ее никак не подходит к тем незапамятным эпохам.

– Не всегда стоит искать в глубинах времени, особенно если можно обнаружить искомое гораздо ближе… Пора отсюда уходить. Если хочешь, пошли со мной.

Я размышлял недолго. Почему бы и нет? Может, хоть там будет какое-то спасение от одолевающей меня в последнее время скуки. Если же мой новый знакомый попробует учинить какую-нибудь гадость вроде выстрела в спину, так на то и существует осторожность – всегда держаться начеку, словно находишься в состоянии войны почти со всем миром. Впрочем, по существу так оно и есть. Мир – забавное понятие, практически полностью противоположное одному из своих смыслов. Добротой и безопасностью он никогда не блистал, разве что для тех, кто не в состоянии проникнуть взглядом через простенькую маску.

Чуть зазеваешься, расслабишься, сделаешь неверный шаг – и вот уже мир тебе обеспечен. Под землей или там в крематории, не суть как важно, если результат один. Покойся с миром и все тут… Спасибо, но уж лучше отправить в этот «покой» других, тех, кто тебе этого желает. Зато так и жизнь становится как нельзя более занимательной, ну а на скуку точно жаловаться не придется. И разве можно сравнить такую жизнь с той, которая вяло течет у большинства обывателей? Да ни за что на свете…

Вот так и произошло мое знакомство с узким кругом «антикваров», куда постороннему человеку попасть практически невозможно. Это были вовсе не те антиквары, что торгуют предметами старины направо и налево, а также собирают разноплановые коллекции. Их интересовало все так или иначе связанное с загадками минувших времен, особенно теми, в которых прослеживалось не совсем человеческое влияние или же явно наличествовал мистический след. Найти что-либо серьезное им удавалось не столь уж часто, зато немногие трофеи заслуживали самого пристального внимания.

Кэр, тот самый тип, с которым мы познакомились при столь оригинальных обстоятельствах, оказался кем-то наподобие негласного лидера «антикваров». Он наиболее рьяно брался за розыск предметов и книг, способных подтвердить существование тех самых Ушедших, а также обнаружить их наследие. Сам Кэр никогда не говорил о том, что заставило его обратить свое пристальное внимание на столь загадочную и редкую область, но причины явно были существенными. Если остальные «антиквары» все же сплетали в единое целое свое увлечение с финансовыми выгодами, то их идейный вдохновитель плевал на все материальные блага, настойчиво стремясь к конкретной цели. Поиск любой достоверной информации об Ушедших занимал большую часть его жизни.

Он искал везде… Любые мифы и легенды всех народов, как существующих, так и сгинувших во тьме веков и тысячелетий, тщательно перерывались и полученные сведения безжалостно проверялись. Его интересовали все области непознанного, как изложенные древними жрецами, так и безграмотные россказни, передаваемые дикими племенами в виде страшных преданий. Самое сложное тут было отшелушить россказни от того, что действительно имело некие реальные корни. Забавно, но предания диких племен оказывались более плодотворными, приводящими к чему-то стоящему. Нет, не по той причине, что они больше знали про Ушедших, просто их вожди и шаманы боялись даже близко подходить к тем местам, где они появлялись в незапамятные времена.

Зато манускрипты развитых народов, напротив, довольно подробно описывали предметы нечеловеческой силы и мощи, доставшиеся от богов и демонов не то в награду, не то за какие-то услуги… Им были известны некоторые свойства сих предметов, а заодно и места, где они впервые появились на свет. Появлялись своеобразные тайные ордена, в которых наследие Ушедших возводилось в культ, предметам или поклонялись, или же стремились понять их суть, дабы самим впоследствии получить такие же силы.

Так что неудивительно, что он так рвался заполучить ту самую шкатулку, на которой, как оказалось, было выгравировано нечто вроде карты того места, где могло находиться что-то связанное с объектом его интересов. Вот только расшифровать полученную информацию сразу он не смог, не было ключа к карте. Хитромудрые создатели не сочли необходимым облегчать задачу тем, к кому могла попасть эта вещица, что и неудивительно. Но они знали не столь много, в то время как «антиквары» уже с десяток собак без соли и перца навернули. Процесс хоть и двигался вперед, но черепашьими темпами, так что до момента полной расшифровки прошел год с лишним. Где только меня не носило за упомянутый промежуток времени… Приходилось проверять самые туманные версии и предположения, зачастую сталкиваясь с опасными персонами. Иногда удавалось разойтись миром, но чаще использовался «последний довод королей», а проще говоря, сила оружия. Зато скучать особо не приходилось.

Но все рано или поздно заканчивается, закончилась и расшифровка добытой Кэром карты. Оставалось еще очень много неясного, но имеющегося в наличии материала было достаточно, чтобы попробовать копнуть в нужном направлении. По крайней мере, Кэр получил приблизительный адрес интересующего его места. Что это было за место? По его словам, именно там Ушедшие когда-то соприкасались с людским миром. Не только там, но все же… Главный «антиквар» явно недоговаривал, мешая правду с полуправдой, но в любом случае его гипотеза была основана не на пустом месте, а опиралась на конкретные факты. Но почему карта оказалась выгравирована на шкатулке, да и была ли там именно карта? Вопросы, сплошные вопросы… Ответить на них самому было практически невозможно, для этого нужно было посвятить кропотливому изучению Ушедших много лет. Оставалось лишь следовать за лидером, надеясь на то, что вскоре мне удастся открыть остающееся скрытым от моей любопытной персоны.

Первые же наблюдения за местом преподнесли неприятный сюрприз – вся интересующая нас область была занята поместьем какого-то субъекта, крайне нелюдимого и агрессивно настроенного ко всем посторонним. Забор с заботливо развешанными по вершине клубами колючей проволоки, стаи злобных собачек и конечно же вооруженная до зубов охрана. Неприятные детали, с какой стороны ни посмотри.

Разумнее всего было бы выждать некоторое время, прихватить кого-то из доверенных лиц хозяина поместья и вежливо попросить поделиться информацией. Разумно, но Кэр закусил удила в предчувствии неведомо чего и просто рвался поскорее попасть в столь интересующее его место.

– Кэр, мон шер ами, у тебя что, совсем мозги на сторону свернулись? – неоднократно задавал я ему вполне насущный вопрос. – Осторожность никогда лишней не бывает.

– Знаю, понимаю, но не сейчас, – отбрехивался он. – Риск слишком велик.

– Риск чего? Будь любезен, договаривай до конца, а то создается впечатление, что ты пытаешься втемную играть.

– Не забывай, я сам туда пойду, и риск получить пулю в лоб буду нести такой же, а то и поболее.

Вот такие были разговоры… Остальных он убеждал различными способами, начиная с обещания шикарных трофеев и заканчивая рассказами о хранящихся внутри дома уникальных, нигде более не встречающихся предметах. Лично у меня возникал вопрос на тему того, откуда ему может быть это известно, но остальные как-то поддавались на силу убеждения, постоянно усиливающую эффект от слов. Единственное, чего мне удалось добиться – обещания, что я буду тенью следовать вслед за ним, увижу все одновременно с его наглой скрытной личностью. Небольшое достижение, честно признаться, но и на том спасибо.

Остальные же… Пару десятков людей, «личная гвардия» Кэра, кому он целиком и полностью доверял, ибо проверены все были во многих ситуациях. Деньги для них были обычными бумажками, честь являлась краеугольным камнем всей философии – порой нехитрой и прямой, порой же извилистой и запутанной. Антиквары. Ядро нашего сообщества, где проявился весь спектр интереса – от простого желания избавиться от скуки до подлинно серьезного погружения в тайны иной, нечеловеческой цивилизации.

Пожалуй, это был мой последний шанс отказаться от открывающейся дороги, ведущей куда угодно, но только не к относительно спокойной и предсказуемой жизни. Я же, нисколько не раздумывая, повернулся к этому шансу спиной, о чем и сейчас нимало не сожалею. Именно ту ночь, когда я попал на территорию охраняемого поместья, и можно назвать переломным событием в моей жизни. Как раз тогда привычная модель окружающего мира не просто дала трещину, а рухнула, разлетевшись на сотни осколков, подобно непрозрачному стеклу, закрывающему доступ в незамеченную потайную комнату.

Глава 1

Поместье, в которое так жаждал проникнуть Кэр, находилось на отшибе, в почтительном отдалении от цивилизации. Для нас это было весьма неплохо, поскольку если находящимся там взбредет в голову вызвать полицию, то ехать та будет не менее получаса. Солидная фора при условии того, что мы намеревались действовать быстро и жестко. Принимать участие в штурме собралось больше двух третей ядра «антикваров», усилиями Кэра организованных в жесткую и эффективную боевую группу. Благо и сделать это было не столь сложно – большинство из нас не только знало как быстро и качественно переводить противника в безнадежно дохлое состояние, но еще и умело это делать благодаря долгой практике. Недаром синонимом термина «антиквар» было слово «смерть». С нами неоднократно пытались договориться представители различных криминальных группировок… Они предлагали многое по их меркам: деньги, зоны влияния, выход на неких сильных мира сего. А потом сильно удивлялись, осознавая, что это Кэру вовсе не требуется. Просто, неинтересно и слишком… примитивно.

Представители одного восточного клана, обосновавшегося в месте нашего постоянного обитания, ну очень настойчиво пытались убедить Кэра содействовать им в аферах с многомиллионными поставками оружия. Тому было просто неохота отвлекаться от более важных дел, поэтому он вежливо отказал. Потом еще раз… Не поняв, те начали вплетать в предложения угрозы, не обращая внимания на пожелания исчезнуть из поля видимости. Пришлось Кэру более понятно и доходчиво объяснить начавшим грубить и угрожать переговорщикам действительное положение вещей. Скажем так, были применены определенные меры физического воздействия, после которых желание иметь что-то общее с нами у них быстро приблизилось к нулю.

Если переводить с дипломатического языка на понятный, то их банальным образом выпороли. Порол Эстет, один из «антикваров» с оригинальным чувством юмора и столь же странными забавами. Он действительно находил подобные методы вразумления… занятными.

Эстет… Утонченная натура, всегда следящая за модой, за своим стилем. Этот человек не допускал ни малейшей неаккуратности в своем облике, был этаким наследником эпохи лондонских денди времен Оскара Уайльда. Кстати, гениального писателя он тоже весьма ценил и уважал. Ну а на врагов он производил действительно пугающее впечатление. Никто не мог ожидать, что такой изысканный франт и модник быстро и легко превращается в холоднокровного и неизменно вежливого убийцу, никогда не забывающего улыбаться своим жертвам… Улыбаться прежде, чем убить их.

Вот и выходит, что простые телесные наказания для хамоватых переговорщиков были… цветочками. К тому же никаких последующих эксцессов со стороны выпоротых и их начальства не последовало. Неудивительно, поскольку их обезоружили столь легко и непринужденно, что они просто не могли не принять сей факт во внимание. К тому же в их весьма криминальном и с уходящей в глубь веков историей сообществе… такие угрозы партнерам по переговорам могли наказываться ой как сильно. Порка это еще очень мягко и либерально. Поняли, и больше их не было ни видно, ни слышно. Зато появились другие, значительно более грубые в повадках и совершенно не обученные хорошим манерам.

И ладно бы одни только манеры… Дети гор, что с них взять? Привыкли там у себя жить в обществе баранов и ослов, вот и стали постепенно на них очень похожи. Пусть пока не внешне, но вот стилем поведения (точнее, его отсутствием) точно. Сначала смотрят тупо-бараньими глазами, а потом начинают орать, словно ишак, которому отстрелили яйца. Я, конечно, подобных звуков не слышал, да и вообще не собираюсь издеваться над животинами, но почему-то напрашивалось именно такое сравнение. И что же они нам предложили? Участие в прогонке наркотрафика и охрану «трассы» от конкурентов, которые теоретически могут появиться. Видите ли, они обрадовались, узнав, что наши прошлые гости ушли выпоротыми. Конкуренция, однако… Нет, ТЕ к дурманному зелью отношения не имели, просто грызлись за финансовые потоки в иных областях.

Тут уж никто в дипломатию играть не собирался и визитерам сразу указали на дверь, пояснив, что с таким дерьмом любой уважающий себя человек дела иметь не будет. Одно дело торговля оружием или перегон контрабанды, а такая гниль… Нет, с ней уважающему себя человеку дело иметь просто неприлично.

Вот если призадуматься и сравнить эти два направления «теневого бизнеса». Первое из них дело, в общем, житейское, уходящее корнями в далекое прошлое и ничего мерзкого из себя не представляющее. Оружие ведь может быть использовано в самых разнообразных случаях, в том числе и для обороны. И вообще, убивает не оружие, а человек, который держит его в руках. Да и ножами для резки хлеба убивают гораздо большее количество народа, чем из пистолетов. Так что, прикажете объявить их продажу опасной для общества? Нет, оружие – инструмент, не более того. Зато наркота, эта белая смерть… Исключительно статус переговорщиков удержал моего друга от естественного душевного порыва – разрезать наркоторговцев на мелкие кусочки и скормить песикам, что обитают у ближайшей помойки.

Увы, тупость человеческая границ не имеет, да и иметь не может. Сколько раз убеждался в этом и всякий раз поражаюсь неспособности воспринимать простые и понятные слова. Им было четко сказано, что их тут присутствие крайне нежелательно и опасно для здоровья, вследствие чего предлагается удалиться как можно скорее и на наибольшее расстояние. В противном же случае… они станут пищей для могильных червей и прочих пожирателей падали.

Крики, вопли, угрозы… Предсказуемо и очень скучно. Пришлось внести некоторое разнообразие, проделав в организмах промышляющих наркоторговлей крикунов по несколько вентиляционных отверстий в несовместимых с нормальным функционированием организма местах. Стрелял я, а Эстет… проявил свое чувство юмора и эстетизма чуть позже, когда отрезал головы для отправки тем, кто послал сюда этих недостойных наименоваться людьми существ. В чем юмор? Просто на каждой голове он не поленился начертать несмываемой краской надпись: «Были рады их визиту, присылайте еще».

Последовавшая спустя некоторое время небольшая заварушка порадовала нас и огорчила их. Совсем огорчила, раз часть торговцев «белой смертью» покинула этот мир, ну а оставшиеся улепетнули из нашего региона на историческую родину.

Количество нас, «антикваров», никогда не было велико. Ставка делалась не на количество, а исключительно на качество боевых единиц. Каждый из нас стремился достичь вершин в своем деле, а дело – любое из них – подразумевало и умение сокращать число врагов, мешающих на пути к цели.

И вот получен приказ. Получен и отправлен боевому ядру – полутора десяткам бойцов, вооруженных до зубов и готовых перевернуть все вверх дном. Как ни крути, вполне достаточная сила для внезапного штурма поместья, связанного с Ушедшими пока что не совсем известным образом. Будьте уверены, тем более что хозяин сего места вряд ли ожидает такого резкого шага. Неплохо было бы иметь о нем побольше информации, но приходится обходиться тем, что удалось собрать в кратчайшие сроки.

Только я успел проглядеть полученные сведения, как мне стала понятна реакция Кэра и его желание как можно скорее проникнуть внутрь. Поместье принадлежало весьма оригинальному субъекту, в прошлом серьезно занимавшемуся историей древних культов и влиянием их на человеческую психику. Несколько внушительных научных монографий, вес в научном сообществе… И вдруг на самом взлете своей карьеры он оставляет все и удаляется в глушь, где приобретает старый, полуразвалившийся особняк, а заодно и существенный кусок окрестных земель. Откуда-то нашлись серьезные деньги, началось планомерное превращение местности в нечто среднее между хорошо охраняемым загородным особняком и крепостью на осадном положении. Скорее все-таки крепостью, потому как вложенные в безопасность суммы впечатлили даже Кэра, тоже с большим пиететом относившегося к различного рода охранным премудростям. А потом туда начали прибывать довольно странные субъекты.