- -
- 100%
- +
© Влад Поляков, 2016
© ООО «Издательство АСТ», 2016
Глава 1
Тяжелый, обволакивающий летний зной окутал весь город душной пеленой, принося с собой лень и практически полное безразличие ко всему окружающему. Даже на веранде жара немилосердно превращала воздух в раскаленную жаровню. Не хотелось не то что заниматься необходимыми делами, но даже и пойти пошляться по округе. Разве что к вечеру, когда станет хоть чуточку полегче, имеет смысл выбраться к приятелям или попросту побродить по окрестным барам в поисках красивых девушек. Хотя и с красивыми девушками здесь большой дефицит…
Одним словом, скучно до омерзения, и даже рычащий из радио Оззи Осборн не слишком способствует преодолению плохого настроения. Даже лежащая рядом с креслом новая и весьма небесполезная книга, купленная у торговца антиквариатом, в данный момент не вызывает желания быть изученной. Нет, я непременно выкачаю из нее всю полезную информацию, но только потом, когда обжигающие солнечные лучи не будут так сильно давить на голову. Кстати, о книге… Мне удалось выторговать у антиквара сей потрепанный томик за совершенно незначительную в сравнении с реальной стоимость – всего лишь за жалкие сто долларов. Впрочем, что еще можно было ожидать от торговца, вовсе не разбирающегося в том, что было написано внутри этой книги. Для этого надо было для начала знать испанский язык, а потом уж как следует вникнуть в суть названия, которое и само по себе было довольно малоговорящим для случайного человека.
«Описание нечестивых событий, случившихся на острове Гаити в веке XVIII и записанных смиренным братом Иеронимусом». Да уж, подобный заголовок и сам по себе вверг бы в состояние стойкой меланхолии большую часть из заинтересовавшихся старой, потрепанной книгой, а если добавить к этому и тяжелый, насыщенный религиозными оборотами стиль автора… Однако при всем при том из книги можно почерпнуть весьма любопытные сведения об Эшу, они же Духи дорог и перекрестков. Как, вы о них не знаете? А может, вы никогда не слышали о странном и загадочном для всех не входящих в круг посвященных культе вуду? Ну вот, о нем слышали, пожалуй, почти все, хоть краем уха, но все же слышали. Я же не только слышал, но и был в курсе некоторых скрытых от широкой публики аспектов. Самым главным из них был тот факт, что культ не только не исчез, выродившись в чисто показушные явления, а напротив, еще и усилился, приобретя новых последователей и влиятельных союзников.
На кой мне сдались все эти хунганы, боккоры и прочие участники вудуистских сборищ? Особой причины и нет, просто любопытства ради решил разобраться со всей этой компанией. Впрочем, не только любопытства ради, а еще из-за желания помочь кое в чем своим друзьям. Но об этом сейчас думать что-то не тянет, благо время еще терпит… В оккультных же науках мне гораздо более интересно все, так или иначе связанное с гипнотическими воздействиями, а также с такой экзотикой, как пирокинез. Вот в этих областях оккультизма я не то что теоретически грамотен, но также весьма неплохо владею и практическими навыками. Разумеется, в один момент превратить врага в живой факел – вещь довольно трудная и не всегда получающаяся, но вот попытка воспламенить патроны в его пистолете входит в число любимых и безотказных трюков.
То же самое можно сказать и относительно гипнотических способностей. Взять под контроль разъяренную толпу мне не по силам, а жаль. Впрочем, это всего лишь повод все более и более наращивать свою силу и знания, и тогда, я уверен, вполне реально достигнуть того, что ранее казалось недостижимой мечтой. Пока же доступной мне силы внушения хватает на одновременное контролирование пары-тройки обычных, не владеющих даже зачатками гипнотехники субъектов. Ну, или при острой на то необходимости одного действительно знающего толк в технике внушения…
К тому же малой части из известного мне вполне достаточно для того, чтобы не задумываться о такой прозаичной вещи, как потребность в деньгах. Проще говоря, я числюсь консультантом при одном весьма немаленьком центре психологической помощи и при особо затруднительных случаях решаю проблемы с самыми безнадежными пациентами. Каких только ненормальных мне доводилось видеть… Одержимые навязчивыми идеями убийств, изнасилований, поджигательства и так далее и тому подобное, а также страдающие различными фобиями. Боящиеся темноты, замкнутых пространств, открытых площадей, большого стечения народу и прочее, прочее, прочее…
Порой мне кажется, что больше половины здешнего населения либо уже лечились в психушках либо попадут туда в самое ближайшее время. И самое интересное, никто этому даже не удивляется, как будто так оно и надо. Психические отклонения стали нормой жизни, душевнобольных здесь даже и не лечат толком, ограничиваясь психоанализом по методу Фрейда, чтоб ему все кости в гробу переломало, шарлатану. Кстати, именно из-за моего крайне негативного отношения к «отцу современной психиатрии» моими услугами пользуются лишь в самых экстренных или особо важных случаях.
Впрочем, плевал я на их отношение с высокой колокольни. Да и особо миндальничать с передаваемыми мне на «обработку» клиентами я не намеревался. Мощный ментальный удар, взламывающий хлипкие естественные защитные барьеры их больных мозгов, и жесткое, не снимаемое никаким, извиняюсь за неприличное слово, психоаналитиком внушение. К примеру, один весьма высокопоставленный тип и по совместительству редкостная мразота, любящий во время постельных забав хлестать плеткой девочек, получил от меня «в подарок» одну интересную шуточку. Отныне любой удар, наносимый им девушке, возвращался к нему в виде приступа боли двойной интенсивности.
Ах да, потом сей «перевоспитанный» садист являлся ко мне собственной персоной в сопровождении нескольких телохранителей. Пытался предлагать деньги за то, чтобы я снял блок, мешающий ему наслаждаться жизнью, которую он разнообразил таким малоприятным способом. Естественно, я послал его в далекие дали вместе с предложенными деньгами, после чего тот тип потерял остатки душевного равновесия и начал угрожать. Я чуть было не помер со смеху, когда он начал излагать все то, что, по его мнению, сейчас сделают со мной его песики, если я незамедлительно не уберу наложенное на него психовоздействие.
А потом чуть было не помер он… Со страху, когда обнаружил, что оба его телохранителя стоят по бокам этакими статуями нерукотворными и ни на что не реагируют. К тому же я пообещал ему, что если он не прекратит приставать со всякими глупыми предложениями наподобие денежных пачек и стр-рашных угроз, то его половая жизнь утратит остатки положительных эмоций. В случае моего хорошего настроения он станет просто пожизненным импотентом, ну а если я буду не в духе, то ему гарантирована стойкая и непреходящая любовь к вовсе уж экзотическим объектам. К трупам, например… С тех пор я ни разу не видел этого типа и нисколько о том не жалею. Впрочем, порой мои друзья вспоминают об этой истории, всякий раз украшая ее все новыми и новыми не существовавшими в реальности подробностями. Вот так и образуются сказки, мифы и прочие легенды.
Забавно. Стоило немного поразмышлять на отвлеченную тематику – и даже опостылевшая жара не то чтобы отошла на второй план, но все-таки стала чуть менее раздражающей. Тем лучше, так, глядишь, и обуявшая меня меланхолия потихоньку сойдет на нет. Э, да тут ко мне никак какой-то незваный гость изволил пожаловать! Интересно, кого могло занести в мою скромную обитель? Ну если это опять из центра психологической помощи с предложением поработать, то пошлю я этого посланца куда подалее. Ведь звонил с утра, предупреждал их, что сегодня меня не трогать по причине очередного приступа лени и плохого настроения.
Однако уже спустя пару секунд я понял, что моя первая догадка рассыпалась как карточный домик. Такого курьера они ну никак не могли послать, если, конечно, не надумали бы разругаться со мной всерьез и надолго. Дело в том, что ко мне вихляющей походкой приближалось нечто в широченных штанах ярко-зеленого цвета и невообразимо цветастой рубахе навыпуск. Белая бандана, сползшая на ухо, вполне соответствовала своим нелепым видом общему впечатлению от визитера, а кольцо в носу придавало ему вовсе уж идиотический вид. Да уж, никакому живому существу не могло прийти в голову вырядиться подобным образом за одним-единственным исключением. И имя этому исключению – негры с городских окраин.
Не люблю непрошеных гостей, особенно таких. Однако всегда нужно сначала выслушать, а уж погнать в три шеи всегда успеется. Тем временем визитер успел приблизиться ко мне на расстояние нескольких метров, и тут я горько пожалел об отсутствии у меня противогаза или хотя бы освежителя воздуха. Мягко говоря, от этого субъекта попахивало, а если называть вещи своими именами – смердело до невольной слезы. Интересно, подобные ему в курсе, что мыться летом надо раз в день, а вовсе не раз в месяц? Искренне в этом сомневаюсь.
– Ну и чего вам тут понадобилось, любезный? – лениво проговорил я, слегка поморщившись от «ароматов», в изобилии расточаемых незваным гостем.
– Это ты, белый, был сегодня у старого Майка? – не без наглости ответил тот вопросом на вопрос.
– Во-первых, вы не ответили на заданный вопрос, но сей факт я отношу на счет отсутствия хорошего воспитания и примитивного разума. А во-вторых, я действительно был сегодня в упомянутом антикварном магазине, но совершенно не представляю, какое вам может быть до этого дело?
Озадаченное столь сложной для своих мозгов фразой припершееся хамье на несколько секунд застыло как соляной столб, пытаясь переварить сказанное. Судя по всему, это у него не слишком хорошо получилось, поскольку следующее изречение было еще более грубым и примитивным:
– Ты с кем разговариваешь, рыло! Черные братья покажут тебе, как надо правильно себя вести. А сейчас немедленно отдай книгу.
С каким бы удовольствием я бы незамедлительно устроил большую кучу неприятностей этому уроду. Я ни разу в жизни не оставлял безнаказанными тех, кто целенаправленно делал мне гадости или пытался оскорбить. Однако сейчас намного полезнее было немного отложить мстительные рефлексы. Ненадолго, на несколько минут, чтобы вначале узнать истинную цель прихода ко мне сей крайне неприятной в общении личности. Догадываться-то я догадывался, но все равно, лучше узнать это непосредственно от заинтересованного субъекта.
– И какую же книгу я должен отдать? – попытался я изобразить в голосе некоторую робость. Получилось, надо признаться, не очень, но моему визави и этого оказалось вполне достаточно.
– Ту самую, на этом, испанском языке, – косноязычно выразил тот подобие мысли.
– И зачем она вам нужна?
– Не твое дело. Тащи сюда книгу и помалкивай. А то я из тебя корм для собак сделаю.
Воистину дебил. И это отнюдь не оскорбление, а всего лишь констатация факта. Я уже откровенно забавлялся, разыгрывая из себя перепуганного обывателя и наблюдая за все возрастающим хамством мелкой криминальной шестерки. Нет, от него я точно не получу никакой вразумительной информации даже в том случае, если от души покопаюсь в том хламе, что хранится у него вместо мозгов. Обычный говорящий инструмент в чужих руках – пойди, возьми, подай и принеси. На большее он просто не способен. Однако он непременно должен знать имя своего хозяина, а это уже ниточка в заинтересовавшем меня загадочном лабиринте. Ладно, пора заканчивать изображать из себя напуганного большими и страшными «черными братьями»:
– Надоел ты мне своей глупостью, живое подтверждение теории Дарвина, – теперь я уже не скрывал свои настоящие эмоции, а потому голос был абсолютно спокойным с заметной долей иронии. – Вот та самая книга, лежит себе тихо и мирно на столике, только тебе она явно ни к чему. Ты не то что не умеешь читать на испанском, это как раз простительно, человек просто не может знать все языки мира. Дело в другом…
Ну до чего же невоспитанный человек. Что за дурная привычка прерывать собеседника и пытаться угрожать ему револьвером? Не люблю я подобные выходки, поэтому пришлось в срочном порядке отвесить стрелку-любителю хорошую ментальную плюху, ввергнув того в состояние устойчивого транса. До чего же разительная перемена произошла с моим незваным гостем всего за одну секунду. Еще недавно шумел, ругался, хамил и вообще поганил своим присутствием гармонию окружающего мира и вдруг такое разительное изменение. Стоит себе тихий, спокойный, а главное молчаливый. Однозначно, в таком виде он мне гораздо менее неприятен. Стоит себе эдакая живая скульптура с револьвером в руке, а скоро еще и на интересующие вопросы ответит в меру своего разумения. Лепота!
– Итак, начнем с самого простого вопроса. Кто послал тебя сюда?
– Хозяин.
– А как имя твоего хозяина, где его можно найти?
Едва я успел задать этот простой и на первый взгляд безобидный вопрос, как лицо допрашиваемого исказилось, словно ему на шею накинули удавку и сейчас медленно и с наслаждением душили. Психоблок, ну надо же! Не ожидал, честно признаться. Значит, при малейшей попытке задать вопрос из разряда запрещенных субъект может самым банальным образом помереть от воображаемого удушья или сердечного припадка. Что ж, тем интереснее будет попытаться вытащить из него хоть какую-то информацию. Но для начала пришлось послать успокаивающий ментальный импульс, чтобы не окочурился объект допроса раньше времени.
– Зачем тебя послал ко мне Хозяин? – попробовал я зайти несколько с другой стороны.
– Забрать книгу, – голосом механической игрушки ответил он.
– Для каких целей эта книга понадобилась твоему Хозяину?
– Уничтожить ее.
О, а вот это уже интересно и наводит на определенные размышления. Стремиться заполучить книгу только для того, чтобы незамедлительно ее уничтожить – таким образом поступают тогда и только тогда, когда какая-то информация оттуда способна очень сильно осложнить твою жизнь. Кому же может причинить серьезные неприятности книга, написанная в XVIII веке монахом, чьи кости давно истлели в гробу? Занятный вопрос, ответ на который тем не менее лежит на поверхности. Ведь почти вся эта книга была посвящена описанию событий, так или иначе связанных с культом вуду. Так кому же еще, как не им, желать уничтожения чем-то опасной для них литературы? Тем более и их посланник самый что ни на есть классический негр, среди которых почитание культа развито весьма и весьма сильно.
– Ты принадлежишь к тем, кто поклоняется вудуистским божествам? – спросил я исключительно для подтверждения своих умозаключений.
– Да.
– Так я и думал. А когда ты должен был доложить Хозяину о выполнении или невыполнении задания? И что ты должен был сделать, если бы я отказался отдать тебе книгу?
Находящегося в трансе передернуло, видимо, я опять приблизился к границе, за которой стоял приказ на самоуничтожение. Однако он все же начал отвечать:
– Я должен доложить сегодня. Сегодня…
– Спокойно, оставим это, – пришлось снять вопрос, хотя и было несколько досадно от того, что приходится останавливаться в двух шагах от разгадки. – Продолжай. Как ты должен был поступить в случае моего отказа?
– Добыть книгу силой, а потом убить. Непременно убить, в любом случае. Никто не должен знать… Никто!
Все, выжать из него что-либо еще не представлялось возможным. В конфликт вошли два внушения – наложенное ранее, несколько потерявшее силу спустя довольно длительное время, и мое собственное, пусть более слабое, но поддерживаемое на протяжении всего допроса. Через час или два его психика пойдет вразнос, и как он поведет себя тогда не возьмется предсказать никто, даже его Хозяин, остающийся для меня одним большим вопросительным знаком. И что прикажете с ним делать? Ответ очевиден – отправить его прямиком к его малопонятным богам и чем скорее, тем лучше.
Естественно, я даже и не думал стрелять в него, перерезать глотку или растворять в ванне с концентрированной серной кислотой. К чему мусорить на своей территории без крайней необходимости? Гораздо легче отдать ему приказ отойти от моего дома метров на двести-триста и пустить себе пулю в висок из того самого револьвера, которым он вздумал мне угрожать. На том и порешим. Только перед окончательным прощанием с незадачливым вудуистом пошарю-ка я у него по карманам, вдруг да и найду что интересное… И что у нас имеется в наличии? На столик поочередно легли пачка низкопробного курева, несколько купюр невысокого достоинства вкупе с железной мелочью и жевательная резинка, все это явно не могло привлечь мое внимание. Брелок с висящими на нем ключами отложим в сторону, мало ли к каким замкам они могут подойти… А вот это уже интереснее!
Фотография моей собственной персоны, сделанная совсем недавно. И как бы даже не вчера, поскольку та рубашка, в которой я был на снимке, куплена всего два дня назад. Жалко, что невозможно определить, в каком месте города сделан снимок, ну да ладно, это не самая важная проблема. Больше в карманах ничего не было, и я хотел было отдать введенному в транс вудуисту последнюю команду, как вдруг вспомнил, что забыл сделать еще одну довольно важную вещь. Надо было проверить все предметы в оккультном диапазоне, выяснить, не является ли незначительный для обычного взгляда предмет чем-то совершенно иным – защитным талисманом или, еще хуже, «поводком», ориентируясь на который можно проделать множество не слишком приятных шуточек.
Сосредоточившись, я внимательно «посмотрел» на разложенные передо мной вещи. Ничего нет, хотя магический фон явно прослеживался. И откуда же тут фонит? Как оказалось, непосредственно от самого вудуиста, продолжавшего находиться в виде застывшего изваяния. Значит, искомый предмет непосредственно на теле… Перстней нет, а вот медальон присутствует. А вот уже и не присутствует, переместившись в мои загребущие руки. Итак, остается только отправить не представляющего более интереса субъекта в последний путь, чем я и намерен заняться. Сложновато, конечно, приказать человеку самоуничтожиться, но в моем случае задача сильно была облегчена тем, что в сознании вудуиста уже была заложена такая возможность. Мне осталось лишь несколько сместить акценты.
Получивший последний приказ в своей жизни культист засунул револьвер за пояс и походкой механической куклы направился к выходу. Вид у него был, скажем так, не слишком обычный, но я не беспокоился по поводу того, что кто-либо на улице заметит нечто странное. Внешний вид введенного в глубокий транс человека, идущего выполнять приказ кодера (кодер – специалист по ментальному воздействию, вводящий объект в транс с целью подчинить своей воле и заставить выполнять те или иные действия), не слишком отличен от вида обкурившегося марихуаной наркомана. А витающих в наркотических грезах в этом городе предостаточно.
Я задумчиво вертел в руке изъятый медальон. состоящий из тонкой серебряной цепочки и серебряного же круга, на котором было выгравировано доселе не попадавшееся мне изображение. Боевой топорик на фоне песочных часов, опрокинутых набок… Тонкая ювелирная работа никак не вязалась с внешним обликом ее бывшего обладателя, да и исходившие от нее магические флюиды свидетельствовали о немалых способностях к оккультизму того, кто зачаровал это украшение. А может, вовсе не украшение, а некий символ или опознавательный знак? Тогда возникает другой вопрос – чей именно это символ и что он должен означать? Лично я пока не в силах ответить на такие вопросы. Отсюда следует, что надо проконсультироваться у тех, чьи знания по интересующей теме превосходят мои собственные. Пусть в оккультных науках они и не сведущи, зато у них имеются все или почти все сведения о всех группировках, имеющих мало-мальски весомое значение в этом городе.
Где-то вдалеке хлопнул выстрел, и в тот же момент ментальная связь между мной и управляемой марионеткой оборвалась. Пусть теперь то недоразумение, что привыкли именовать полицией, разбирается в причинах внезапного самоубийства, произошедшего прямо посреди улицы. Вот и все об этом человеке, как говаривала Шахерезада в давно минувшей эпохе. Я же должен разобраться с теми загадками, что он привнес в мою жизнь, и не откладывать их разрешение в долгий ящик. Сдается, что времени у меня не так много и в скором времени следует ожидать нового визита, на сей раз гораздо более продуманного, а следовательно, и опасного.
Глава 2
Полчаса спустя я уже окунулся в шумную, но отнюдь не нервирующую меня атмосферу так называемого «мексиканского квартала». Впрочем, назвать его мексиканским было бы не совсем правильно. Спору нет, мексиканцы там присутствовали, но основную роль здесь играли самые что ни на есть чистокровные испанцы, истинные «кабальерос», ведущие свою родословную чуть ли не от конкистадоров. Именно они железной рукой установили свои порядки на этой маленькой территории и не намерены были никому уступать. Анклав внутри огромного мегаполиса, в котором раздувшиеся от кажущейся им собственной значимости америкосы никогда не появятся по собственной воле. Даже полиция появлялась тут от случая к случаю, стараясь не задерживаться ни секунды сверх необходимого и не встревая практически ни в какие местные дела.
Полиция… Максимум на что они пригодны – ловить карманников и придурков, в обкуренном состоянии пытающихся грабить бензоколонки с ржавым кольтом наперевес. Впрочем, девяносто с лишним процентов тех, кто в этой стране конфликтует с законом – как раз та самая мелкая шушера, для которой достаточно разжиревших копов, привыкших стрелять только по мишеням раз в год и не представляющих, что получить пулю во время задержания является вполне привычным делом. Комики, право слово.
А ведь на самом деле подобные районы на сегодняшний день являются самыми приличными местами из тех, что можно найти в этой стране в целом и конкретном городе в частности. Место, где человека оценят не за количество денег в кошельке и не за то, как громко он орет в защиту так называемых прав человека и прочей демократической чепухи. Здесь, как и пару веков назад, ценились лишь умение обращаться с оружием, ум и ловкость, а также гордость и честь. Естественно, тут тоже хватало всяческих подонков, для которых даже безымянная могила была бы слишком большой честью, но все же их концентрация была не в пример ниже, чем в «цивилизованном» и передовом обществе.
Именно по этой причине я практически поселился здесь, да к тому же стал весьма узнаваемой персоной. Не в качестве врача, разумеется, хотя и приобрел прозвище Доктор вследствие, скажем так, некоторых случившихся событий.
Целью же моего сегодняшнего визита был небольшой ресторанчик «Коррида», в котором сейчас должен был находиться один мой старый приятель Рамон, а может, не только он один. Кстати, вот и вывеска сего заведения, неброская с виду, но в данном случае внешний вид был не важен – хозяин заведения вовсе не стремился к излишнему наплыву клиентуры. Так, неплохой антураж, скрывающий под собой совершенно иное назначение заведения. Кормили, впрочем, тут действительно неплохо, в этом я неоднократно убеждался.
Сегодня на входе в ресторанчик стоял какой-то совершенно незнакомый тип с хмуро-озабоченным выражением на морде лица. Удивляюсь я Рамону, ну разве можно ставить у двери типуса с таким лицом? Большинство клиентов если и не испугаются, то по крайней мере сильно задумаются о целесообразности своего повяления в сем негостеприимном с виду заведении. Нет, я понимаю, что количество клиентов тут никого не волнует, но зачем так явно намекать на истинную суть заведения? Народ тут неглупый, сразу смекнет, что к чему. Или я чего-то недопонимаю и случилось нечто, заставившее моего старого приятеля очень сильно занервничать? Возможно и так, но узнать это я все равно смогу только у самого Рамона.
– Закрыто, – преградил мне дорогу хмурый тип. – Сегодня у нас вход только по приглашениям, так что найди другое место для ужина.
– Да я в общем и не голоден. Ты лучше Рамону передай, что Доктор пришел.
– А у нас никто не болеет и медицину мы не вызывали, – ухмыльнулся привратник.
Дурдом… Ставить на вход человека, не слишком хорошо ориентирующегося, кого не стоит впускать внутрь, а кому, напротив, не следует чинить в том никаких препятствий. Ну не промывать же ему мозги, в самом-то деле? Некультурно получится. От нелегкого выбора между правилами приличия по отношению к своим и естественным желанием устранить нежданно образовавшееся препятствие меня избавил раздавшийся изнутри знакомый голос одного из людей Рамона:
– С кем ты там споришь, Хименес? Гони всех в шею!
– И даже меня, Хосе? – не удержался я от иронического замечания.
– Пресвятая Дева Мария! Хименес, ты болван и дети твои будут болванами…
Дверь распахнулась от мощного пинка ногой и на пороге появился Хосе – сто двадцать килограммов литых мышц и голос, от которого закладывает уши. И сейчас он самозабвенно орал на Хименеса, который, по правде сказать, и не был ни в чем виноват. Ну разве что в недостаточной информированности.