За все, чем мы дорожим

С этого самого «сержанта Вонга» Эрик не сводил глаз с самого отъезда. Похоже, он все хотел о чем-то спросить и никак не решался. И это Эрик Нуарэ, который, насколько Деверо успел его узнать, был способен найти общий язык с кем угодно! Впрочем, понятно – Снайпер дрался бок о бок с его обожаемым старшим братом и вообще, фактически, спас этому самому брату жизнь. «С живой легендой в один бассейн нырнул», – улыбнулся про себя Деверо. Собственно, в этом бассейне они втроем сейчас и расположились, откинувшись на удобный край круглой чаши. В соседнем, прямоугольном, Марина и Соня учили Эжени плавать – она, как оказалось, не умела. Деверо это было странно – хотя сомбрийские природные водоемы пригодны для купания только в особо теплые годы, да и то для самых закаленных, плавать на Сомбре учатся с раннего детства. Косте плескаться надоело, и он ушел в спортзал, а Изо пробовала травяные чаи в баре.

Снайпер, казалось, дремал в теплой воде, но Деверо видел, что он продолжает наблюдать за происходящим из-под полуприкрытых век. «Ты хоть когда-нибудь можешь просто отдыхать, если не валяешься без сознания?». Впрочем, Деверо сам знал ответ. Образ жизни Снайпера был в буквальном смысле на нем написан – Эрик, впервые увидев эти шрамы, явственно поежился. Не надо быть медиком, чтобы задаться вопросом, как этот парень вообще еще жив. Эрик очень старался не слишком показывать свое изумление, но получалось плохо.

– Сержант Вонг… – наконец решился он.

– Зови меня Снайпером. Стивом тоже можно.

– Э… Снайпер, я хотел узнать про тот бой с пиратами. Брат совсем мало рассказывал, Эжени тоже, ее ведь там не было. Я только знаю, что это благодаря вам удалось с ними справиться…

– Если можно, на «ты», – снова поправил Снайпер, привычно прищуриваясь. – Не настолько я старше. Я был бы не против тебе рассказать, если бы сам хоть что-то помнил. Но, к сожалению, я знаю о собственных действиях только с чужих слов… ну и, косвенно, по результатам, – он показал взглядом на свою правую руку.

– Но как так? Провести такую операцию в одиночку – и вообще ничего не помнить?

– Что делать, издержки боевого режима. Рафаэль, вероятно, упоминал, кто я такой?

– Ну… говорил, что у тебя какая-то особая подготовка и что ты сильно отличаешься от остальных… Без подробностей, разумеется, я понимаю…

– Подробности тебе даже я не расскажу. И не из соображений секретности – я просто не сформулирую. Так вот, в пределе к чертям летит все, кроме собственно боевых навыков. Цена моей подготовки – такие вот провалы в памяти и тяжелое восстановление после боя. Люсьен или Женя могут рассказать, как меня вытаскивали, хотя не то чтобы я был очень серьезно ранен.

Деверо чуть поежился:

– Хотел бы я знать, какие ранения ты называешь серьезными… хотя нет, лучше не надо.

Снайпер развернулся к нему и коснулся своего правого плеча и груди:

– А ты и так это видишь. Дело было три года назад. Собственно, как я потом восстановил ход событий, в финале поединка к моему противнику подоспела помощь. Меня, прямо скажем, конкретно добивали. Я не знаю, на каких ресурсах я тогда смог выжить.

Деверо не сдержался и задумчиво присвистнул. Эрик просто смотрел во все глаза. Снайпер продолжал, обращаясь уже скорее к самому себе, чем к ним:

– Мне тогда фантастически повезло. Во-первых, свалился я недалеко от ангаров и сумел добраться до катера. Стартовать я могу даже при одной действующей руке и в какой угодно кондиции. Проверено неоднократно. Дальше… это уже почти из разряда чудес, но факт – меня подобрали. Чуть раньше, чем я бы загнулся от потери крови. А там уже дело техники.

– Действительно огромная удача, – кивнул Деверо. Снайпер как будто не слышал его:

– Мне порой казалось, что вернулся в Сферу после этого боя не совсем тот человек, что раньше. Что в какой-то степени меня там действительно убили… – он помолчал и закончил с совершенно искренней улыбкой: – Некоторым любителям энимского чая удалось меня переубедить.

Деверо рассмеялся:

– Между прочим, чай действительно весьма и весьма неплох! А тут он, увы, не растет нормально.

– Ну не может же здесь быть вообще идеальный мир, – парировал Снайпер.

– Так тебе здесь нравится?

Снайпер прищурился:

– Вполне. Стал бы я соглашаться на долгосрочный контракт, если бы не нравилось. Как я меняю союзников – Асахиро или Дарти при случае в красках расскажут. Я полностью боеспособен уже месяца три, так что, если я все еще здесь – значит, меня все устраивает.

Эрик смотрел на все это явно с некоторым замешательством. Деверо усмехнулся про себя – он понимал, что Снайпер немного подыгрывает собственному образу отмороженного наемника без всяких моральных принципов. Хотя, впрочем, говорил он чистую правду. Снайпер обернулся к Эрику:

– И, между прочим, я мог бы тебя кое-чему поучить. Задатки у тебя неплохие.

Эрик просиял, но тут же осторожно спросил:

– А… можно?

Снайпер пожал плечами:

– А почему нельзя-то. Не беспокойся, таким, как я, тебе стать не грозит. Да, некоторые врожденные склонности, пожалуй, совпадают – не делай такие глаза. Но основная часть моих навыков завязана на очень специфическую подготовку, начатую в очень раннем возрасте. Сколько тебе, семнадцать?

– Шестнадцать.

– Без разницы. Я в этом возрасте уже в Сфере развлекался, и мое настоящее имя прочно забыли. Так вот, специфические вещи я просто не объясню, на слишком глубинном уровне прошито, а из остальных техник я тайны не делаю.

Эрик ничего не ответил, но горящие глаза говорили сами за себя. В бассейн спустилась Эжени:

– Они меня замучили! – она со смехом показала в сторону Марины и Сони. – Вы тут еще жабры не отрастили? Может, травяного чая?

29.

6 января 3048 года

В первую очередь Клэр-Фонтэн был санаторием, так что большинство отдыхающих проводило день, неспешно передвигаясь между фонтанчиком с минеральной водой, кабинетами массажа и ваннами с полезными солями и травами, не забывая, конечно, и про бассейны и спортзал. Деверо и его «детский сад», как обозвал группу Враноффски, еще не зная об участии Снайпера, в оздоровительных процедурах особо не нуждались. Разве что Эжени врач отправил на травяные ванны, полезные при ее частых головокружениях. Понятно, что со временем все и само пройдет, это всего лишь проблемы роста, но почему бы и не помочь организму, тем более перед серьезными учебными нагрузками. Габриэль по комму одобрила назначение, и теперь Эжени старательно поправляла здоровье. Остальные же занимались чем хотели. Деверо много плавал в бассейне, время от времени заглядывал на тренажеры, а еще он часто рисовал. Пейзажи Клэр-Фонтэн так и просились, чтобы их занесли в планшет, и Деверо подолгу просиживал перед домиком или у красивого фонтана в центре парка.

Сделав несколько набросков с натуры, Деверо открыл новую электронную страницу и стал рисовать просто что в голову придет. На экране появился чайник, тарелка с печеньем, а потом рядом возник профиль Эжени. Уже не в первый раз. Деверо подумал, что еще никогда не рисовал ее с натуры, а стоило бы. Он перелистал архив рисунков – там был почти весь экипаж, но чаще всего возникала Габриэль. Деверо выделил ее портреты и сложил в отдельную папку. «А бумажные варианты я ей подарю. Она сейчас квартиру обставляет, может быть, захочет что-нибудь повесить на стену, она говорила, что ей нравится. Эх, я балда, не сообразил на день рождения вручить. Хотя нам всем не до того было. Ладно, значит, подарю летом, а может, еще какой случай будет».

На следующей странице Деверо набросал силуэт Снайпера, замершего в боевой стойке. Остался не очень доволен – эта манера двигаться пока что от него ускользала. Надо будет попросить попозировать, может, согласится. В конце концов, от него это больших усилий не потребует – он и так способен подолгу сидеть без движения. С этой мыслью Деверо направился к домику.

Снайпера он в комнате не застал, зато обнаружил собравшихся у окна девушек, причем Изо бормотала вслух: «Интересно, куда я засунула эластичный бинт, точно ведь брала!». Кажется, Деверо знал, что происходит снаружи… Догадку подтвердил возглас Кости:

– Уй, Снайпер, полегче, шею свернешь!

Да, с первой же тренировки Эрик и Костя прочно перешли со Снайпером на «ты» и обращались к нему исключительно по прозвищу.

– Я – не сверну, – спокойно ответил Снайпер. – Ты сам себе ее свернешь, если будешь так падать. Я кого группироваться учил? Эрик, иди сюда, покажи, как надо.

Деверо устроился у окна как раз в тот момент, когда Эрик после броска изящно перекатился через плечо и снова встал на ноги. Костя насупился:

– Не все же такие акробаты.

– Научишься. У меня в Сфере был ученик, Дэвидом звали. Очень на тебя похож, даже, наверное, в плечах пошире будет. Тоже поначалу вопил про свернутую шею, зато сейчас очень неплохой рукопашник.

– Он там остался? – поинтересовался Эрик.

– Да. Думаю, жив и поныне, если только по собственной дури ни на что не нарвался, хотя он может. Но он, в конце концов, парень взрослый, мы давно с ним каждый сам по себе. И вообще, все разговоры потом. Костя, еще раз.

Деверо сел на подоконник и снова взялся за планшет. Благо с учениками Снайпер двигался гораздо медленнее обычного, чтобы они могли отследить его действия. Впрочем, вскоре опять раздался вопль, на сей раз от Эрика: «Да по тебе вообще не попадешь!» – за которым последовало спокойное: «Косте вчера удалось. Я подстраиваюсь под ваш уровень, но не поддаюсь». И Деверо увидел, как Снайпер улыбается.

Когда Эрик и Костя, на ходу стягивая насквозь мокрые футболки, поднялись к Изо замазывать синяки и ссадины, Деверо перелез через подоконник наружу и подошел к Снайперу:

– Не знал, что тебе так нравится с учениками заниматься! Вроде бы твой… образ жизни не располагает.

– Знаешь, – тихо проговорил Снайпер, – я и не должен был этого уметь. Ты, наверное, не хуже меня понимаешь, что все эти танцы из кино про боевые искусства к реальности не относятся. Вышел драться – убей. Хотя бы выведи из строя. Меня учили именно так. В Сфере дерутся жестко, но могут и просто для удовольствия размяться. Я не умел. Меня из нескольких команд выгнали за убийство оппонента. Асахиро был первым, с кем я сумел себя остановить.

– Но вы же друзья? – Деверо недоуменно моргнул.

– Теперь – да. А при первой встрече мы сцепились. Ему повезло, что он и сам очень хороший боец, но руку я ему тогда сломал. В последний момент удержался от добивающего. Просто он мне понравился как противник. Собственно, после того случая я и задумался, что бывают оппоненты, которые ценнее живыми. И, может быть, не каждый, кто выходит драться со мной – мой враг. И бывают, в конце концов, поединки просто ради интересной техники. Я специально учился не убивать, – он усмехнулся. – Мне это по-прежнему внове. Интересный опыт. А еще интересно, какую часть моих навыков я сам могу сформулировать и передать кому-то другому.

Деверо почесал в затылке. Теперь он, пожалуй, в полной мере понимал, насколько Снайпер отличается от других. Если это вообще можно понять в полной мере. Габриэль, наверное, может. Или капитан О’Рэйли. Да уж, хорош он был тогда, отправляясь гулять по «Кашалоту»! С другой стороны, наткнись на Снайпера тот же Нуарэ или задиристый Ари… Деверо чуть вздрогнул – точно как тогда, ему на плечо легла рука Снайпера.

– А вообще, есть разговор, – проговорил он почти с той же интонацией, но тут же усмехнулся с таким видом, что Деверо понял – это он нарочно. И взгляд был совсем другим. «Если я к этому причастен – я очень рад».

– Слушаю тебя?

– Я благодарен тебе за эту поездку. Хорошее место, здесь и правда отдыхаешь. Учеников вот нашел, – он кивнул на окно второго этажа. – Да и Жене на пользу. Только, знаешь, чем больше времени она проводит с тобой, а не со мной, тем лучше. Я хорошо к ней отношусь, поэтому и говорю так. Я не гожусь в объекты… интереса. В отличие от тебя.

Снайпер развернулся и направился в сторону бассейна. Деверо снова поскреб в затылке. Нет, конечно, ему нравилось проводить время с Эжени и хотелось бы, чтобы этого времени было больше. Но, в конце концов, он первый сомбриец, кого она мало-мальски хорошо знает, в Академии вокруг нее будут ровесники, взять хоть того же Эрика… «Ох уж эти Нуарэ!» – с неожиданной досадой подумал Деверо. И вообще, Эжени несовершеннолетняя. «А ее портрет я обязательно напишу».

На следующий день Деверо подошел к Снайперу с просьбой попозировать. Тот согласился, и Деверо радостно схватился за планшет. Редкий для Сомбры тип внешности, да еще эта манера двигаться, когда из самой расслабленной позы ждешь выхода в боевую стойку… Сам Деверо от рукопашного боя был далек, но все же участвовал в тренировках для поддержания формы, так что умел это видеть. Пока он делал наброски, Снайпер поинтересовался:

– Слушай, Люсьен, а у тебя случайно нет контактов кошачьих питомников?

– Нет, – немного растерянно ответил Деверо. – А ты что, кошку хочешь завести?

– Да. В Сфере у меня был кот. Умер незадолго до того, как я пришел к вам. Девять лет со мной прожил. Сразу после этого мне было ни до чего, а сейчас понимаю – нужен кот. Луиза вроде бы не против.

– Так ты с Алеком Враноффски поговори! Сам-то я собак больше люблю, правда, завести не могу – куда мне, с вылетами. Да и потом… у моих родителей был пес. После него не могу. Так что про кошек я не знаю. А через Алека можно любые контакты найти. По-моему, он, если надо, на дельфиньего короля и то выведет!

– Без дельфиньего короля я, пожалуй, обойдусь, – усмехнулся Снайпер. – Судя по сказке Габриэль, редкостно неприятный тип. А про питомники спрошу.

В комнату заглянула Эжени.

– Ой, не помешала? – она увидела планшет. – Здорово получается! Люсьен, а меня как-нибудь нарисуешь?

– С огромным удовольствием, – ответил Деверо.

30.

18 января 3048 года

Николай Васильев устроился на стуле поудобнее и не без зависти взглянул на своего кота, спящего рядом в выставочной клетке. Коту хорошо, покрасовался перед экспертом и спи себе, пока в финал не позовут, если только посетители докучать не будут. А они и не будут – отдуваться придется хозяину. Впрочем, на самом деле Николай очень любил выставки и внимание, неизменно достававшееся его кошкам, просто под конец дня иногда тянуло поворчать. Но через несколько минут он уже с улыбкой рассказывал очередному интересующемуся историю породы, восходящей еще к терранским сибирским кошкам, а теперь называвшейся «сомбрийская дымчатая». В основном такие кошки были серыми, но питомник Николая прославился редким окрасом «черный дым» – черная кошка со светлым подшерстком. Кошки были крупные и флегматичные – друзья смеялись, что они явно пошли в своего заводчика. А его особняк с внутренним двориком, обустроенным специально для кошачьих прогулок, давно прозвали «кошкиным домом».

Рассказывать о своих кошках Николай мог часами, но в этот раз что-то его отвлекало. Что-то не то было в обычной обстановке кошачьей выставки. Точнее, не что, а кто. Мероприятие, конечно, открыто для всех желающих, купивших билет, но этот парень изрядно отличался от типичных посетителей. Ну что мог забыть на выставке кошек нацгвард или космофлотский? В том, что это явно кто-то из них, хоть и в штатском, Николай был уверен. Да и «штатская» его одежда скорее походила на полевую форму без знаков отличия – черная куртка и штаны со множеством карманов, тяжелые армейские ботинки. Невысокого роста, очень худощавый, движения быстрые и точные – вот только что был в противоположном углу зала, а сейчас проскользнул сквозь толпу и материализовался рядом. Черные как смоль волосы, в чертах лица заметно что-то азиатское, но на ракуэнца не похож, полукровка, что ли? Впрочем, внешность – дело такое, каждый волен выглядеть и одеваться как угодно. Николаю не давал покоя внимательный изучающий взгляд, заставлявший его, полностью и безнадежно гражданского человека, ощущать себя под прицелом. Посетитель еще и характерно щурился на левый глаз – или это из-за рассекшего бровь шрама? «Спецподразделения, однозначно», – решил Николай. Но все-таки, при чем тут кошки?

– Какой прекрасный кот, – произнес посетитель по-русски с сильным акцентом. – Я бы хотел завести такого же.

– Вы… говорите по-русски? – Николай чувствовал себя идиотом, переспрашивая очевидное, но ничего другого в голову не пришло – слишком неожиданно было услышать родной язык от человека такой внешности.

– Немного. Практики почти нет. На пиджине – лучше.

– Ну так давайте на пиджине, я им вполне нормально владею.

Посетитель коротко кивнул.

– У меня девять лет жил кот, – сказал он уже на пиджине. – Тоже черный, правда, беспородный. Полгода назад он умер. Я бы хотел опять завести котенка.

Тем временем кот проснулся и буквально прилип к стенке клетки, требуя, чтобы его погладили. Улыбнувшись, Николай вынул кота. Тот моментально перебрался на посетителя, и впервые на непроницаемом лице мелькнуло что-то живое. Кот громко замурчал.

– Я вижу, вы знаете подход к кошкам, – с улыбкой сказал Николай.

– Они меня любят. С породистыми дела не имел, но готов учиться.

– У меня сейчас есть котята на продажу. И выставочный класс…

– Я похож на профессионального заводчика? – усмехнулся посетитель. «На профессионального убийцу ты похож, если честно», – подумал Николай. – Я просто ищу себе питомца.

– Думаю, найдете. Вот все мои координаты, приезжайте и выбирайте.

Через день у «кошкиного дома» приземлился черный флаер марки «Лайтнинг». Николай одобрительно присвистнул – такие были популярны у очень умелых пилотов, начинающий рискует просто не справиться с мощной машиной. Из кабины спрыгнул позавчерашний визитер.

– Господин Васильев, здравствуйте. Мы разговаривали на выставке.

– Я вас помню. Не самый, знаете ли, типичный посетитель кошачьей выставки… Да, простите, мое-то имя было на стенде, а вас как звать?

Ему показалось, или гость на долю секунды замешкался с ответом?

– Стивен Вонг, можно Стив.

– А я Ник.

Короткое жесткое рукопожатие. При внешней худобе Стивен, похоже, был человеком недюжинной силы. Николай жестом пригласил его в дом и вошел следом.

Николай уже понял, что с кошками у его гостя давняя и взаимная любовь, но все же не мог сдержать улыбки, глядя, как на присевшего на пол Стивена залезло сразу четверо котят – очень уж забавный вышел контраст. Но эти руки действительно умели обращаться не только с оружием. Несколько минут Стивен просто сидел и гладил котят, а те радостно карабкались по нему, как по дереву. Один, темнее остальных, и вовсе устроился на плече и лапой взъерошил гостю волосы – Стивен только улыбался. Наконец он обернулся к Николаю, снимая с плеча котенка:

– Я возьму этого.

– Да, я вижу, вы ему понравились. Он, правда, не совсем отвечает стандартам…

– Я уже говорил – стандарты, выставки и прочее меня не волнуют. Мне нужен домашний питомец. Если угодно, компаньон. Этот мелкий нахал в качестве компаньона меня устраивает.

«Мелкий нахал» тем временем снова забрался к Стивену на плечо и был намерен там и оставаться. Николай провел краткий инструктаж с названиями кормов и контактами ветеринаров – Стивен тщательно занес все в комм. Уже на пороге Николай задал давно крутившийся в голове вопрос:

– Простите, а вы… чем занимаетесь?

– Боевик. В смысле, контрактор сомбрийского космофлота. Если вас беспокоит вопрос присмотра за котом в мое отсутствие – я живу у Враноффски, дома всегда кто-то есть. Один точно не останется.

И, обращаясь уже к котенку, Стивен улыбнулся:

– Поехали домой, Грей.

Глава 3. Нордиканская «контрафакция»

1.

26 декабря 3048 года

Имя: Ариэль Враноффски.

Дата рождения: 16 апреля 3025 года (23 года)

Гражданство: Независимая планетарная республика Сомбра

Звание: энсин

Должность: офицер-связист

Место службы: скачковый корабль «Сирокко»

Так, парни, возражений я даже слушать не буду. Летим на Нордику. Вы должны это увидеть. Горные лыжи, грог и жареная кабанятина. Что значит «не умеете»? Научим! Асахиро, ты же сам с холодной планеты, неужели не умеешь? Гор нет? Ну и правильно ты оттуда свалил. Ладно, с твоей координацией ты точно быстро научишься. В конце концов, никто вас на межпланетные соревнования не тащит, не понравится – можно по городу гулять и в барах сидеть, отпуск у нас или где? Жалко, Деверо решил на воды свинтить, ну да он на той Нордике был миллион раз, а вы нет. Снайпер, я не понял, как это ты не с нами? Кого я у себя пригрел, вообще! Тебя опять Деверо перевербовал? Блин, куда наша разведка смотрит, такой агент влияния в навигаторах прозябает! А, Габи запретила? Так ты ж вроде в норме уже! Говорит, не надо рисковать со сменой климата? Ну, с Габи я спорить не возьмусь, я еще жить хочу. Ладно уж, удачно вам там отмокнуть, привет Деверо.

Ну что, мы остались втроем. Зато в бунгало можно вольготно расположиться. Я как раз забронировал маленький, три спальни да гостиная. Хотите каждый в своей, хотите вместе, тут уж дело ваше. Станция совсем недалеко от города, так что надоест кататься или с погодой не повезет – пойдем на императорский дворец смотреть. Там красиво.

Да, Нордика – монархия, вы что, не знали? Парни, вы чем тут полгода занимаетесь? Я еще понимаю, Снайперу не до того, реабилитация и все дела, а вы-то! Ладно, просвещаю, слушайте и записывайте. Нордика – это такая интересная планета, которая всякими полезными ископаемыми набита под завязку, но климат там адский. Ледниковый период в полный рост. Сейчас еще куда ни шло, но все равно дубак. Так что, когда туда прилетели терранские колонизаторы и оценили масштаб бедствия, они так Терре и заявили: работы непочатый край, мы убьемся это приводить в человеческий вид, так что давайте договоримся – мы вам обустроенную планету, вы нам самоуправление. Нет, что вы, мы ваши с потрохами, просто вам же меньше геморроя нами напрямую управлять! И то правда, сказала Терра. И получила себе провинцию, о которой вспоминала раз в сто лет. А провинция росла себе и развивалась и доросла до провозглашения монархии и отделения от Терры. Ну примерно как ваш Хунд. Знаю, что не ваш, а свой собственный. Так вот, Терра возопила «как нахер?!», но на Нордике уже выросла нефиговая такая оборонка с шансами той Терре надрать задницу. Собственно, и надрали уже пару раз, за себя и за того парня в визоре. Кстати о визорах, вам тоже обзавестись советую. Здесь-то вам нормально, а на Нордике снег, глаза защищать надо. Покажу, где брать.

В общем, пришлось, скрипя зубами, мириться и признавать независимость. Понятно, что Терра продолжает мечтать о реванше, ну да мечтать не вредно. А с Сомброй у Нордики дружба давняя и теплая. В свое время случилась у них там эпидемия – та самая «лихорадка нордиканская», которой Габи через слово ругается. Чуть полпланеты нахер не вымерло, если не вся. Но вмешались наши медики. В частности, мой родной дедушка, ну вы его знаете. Вот так.

Ага, глаза загорелись. Значит, летим. Тем более тут близко совсем. А пока есть предложение двинуть по магазинам. Что-то мне подсказывает, что от холодов вы в вашей Сфере отвыкли напрочь, так что помогу вам собраться. И да, на всякий случай: арсенал ваш просьба оставить дома! Это здесь вы республиканские контракторы, а там частные лица! В конце концов, мы просто летим отдыхать и жрать кабанятину.

2.

6 января 3048 года

Имя: Виктор Дарти

(особые пометки: предпочитает именоваться Дарти)

Дата рождения: 13 сентября 3025 года (23 года)

Гражданство: Независимая планетарная республика Сомбра

Звание: сержант

Место службы: скачковый корабль «Сирокко»

И все-таки Ари смерти моей хочет. Или я лопну от здешних порций (хотя по сравнению с обжираловкой у его бабушки еще ничего), или сверну себе шею на трассе. Дайте мне того хрена, который сказал, что на доске легче научиться кататься, чем на лыжах! Посмотрю в его бесстыжие голубые глаза и провезу мордой по всем ухабам, которые я пересчитал задницей! Хотя хрен я с ним справлюсь, даже если встречу. Местные все-таки редкостные лоси, прям узнаю наш Алхор. Правда, если честно, я там был-то тыщу лет назад. Как бы не еще до Сферы. Но на уроженцев Алхора насмотрелся более чем достаточно. А некоторых и вовсе предпочту никогда не видеть, впрочем, теперь мне это и так вряд ли светит.

Асахиро, понятно, счастлив. Хлебом не корми, дай что-нибудь новое освоить. Ему уже не верят, что он всего неделю назад на лыжи встал, так гоняет. Ну еще бы, он же первые дни с трассы не вылезал. Не успокоился, пока не понял технику. Ари – тот вообще мастер, летает так, что смотреть страшно. Собственно, Асахиро учил он, я инструктора брал.

А недавно замело, подъемники закрыты, так что пошли гулять по окрестностям. Оно, конечно, красиво, но я думал, сосульками покроюсь. Права была доктор Картье, мы в Сфере к стабильным температурам привыкли, да я и раньше холодов не любил. А вот Асахиро, похоже, адаптировался. По совету Ари завел себе какую-то крутейшую куртку с мембраной и говорит, что тепло. Завидую.