На линии огня

– Вполне могли быть археологи, – заметил Бардин. – Монастырь, говорят, построен еще в восемнадцатом веке.

– Нет, товарищ подполковник, – отрезал Хмель, – археологи не ходят в камуфлированных комбинезонах и не ездят на армейских джипах.

– Полагаете, это были военные?

– Не обязательно армейцы, – неуверенно отозвался начальник заставы. – Мои солдаты знаков различия в бинокль не заметили, но в походке людей, как отметил старший наряда, чувствовалась выправка.

– Наблюдательный у вас народ, – уважительно заметил Михаил.

– На том стоим, – согласился Хмель. Он был доволен похвалой.

– Это все? – поинтересовался Бардин.

– Никак нет, товарищ подполковник. Днем вчера было тихо. Я нарядам дал задание последить за районом монастыря. Сам наблюдал за ним четыре часа – ни малейшего движения! Зато ночью услышал отчетливый шум двигателей. Прибежал на берег – гудят два мотора, а никакой подсветки.

– В полной темноте? – переспросил Бардин. – На прибрежном «автобане» очень легко машину разбить. Да и протока между китайским берегом широка.

– Я тоже поначалу поразился, – продолжал начальник заставы, – но потом через прибор ночного видения разглядел: грузовички маленькие, скоростенка у них приличная, и фары имеются, только затемнены. Тогда и подумал, кому и зачем понадобилось туману напускать? Китайским пограничникам играть в прятки ни к чему.

– Правильно мыслишь, старший лейтенант. Продолжай, – приказал Бардин.

– На рассвете я занялся наблюдением лично. Вдруг замечаю в монастырской трапезной, вон там – за колокольней с крестом – появился стол. Самый настоящий обеденный стол. Раньше точно не было, и вдруг – стоит…

Бардин вскинул бинокль, отыскал указанное офицером здание и, присмотревшись, действительно увидел через оконное стекло угол стола.

– Ну, ты и глазастый, старший лейтенант! – воскликнул он. – Вывод из этого странного обстоятельства сделал?

– Так точно. В трапезной несомненно оборудуют место для еды. Крыша на этой части дома в порядке. Печь, похоже, сохранилась – труба торчит целехонькая…

Позади затрещали кусты. Кто-то шел напролом, не заботясь о маскировке. Бардин недовольно оглянулся и увидел знакомое лицо с еще более знакомыми рыжими усами. Командир «Стремительного» собственной персоной, в рубашке кремового цвета, при черных погонах с новыми звездочками на них, шагнул навстречу Бардину.

– Приветствую капитана второго ранга! – обрадовался Михаил, обнимая моряка. – Ты почему скрывал такое событие? Зажать обмыв намерен?

– Ни в коем случае, – ответил Исаков. – Только вчера вечером радиограмму о присвоении звания получил. Так что магарыч за мной.

– Вот что, друзья, – прервал разговор Бардин. – Давайте-ка с берега сматываться, а то китайцы решат, что у нас неприятности, раз большие звезды нагрянули.

– И то верно, – поддержал Исаков. – Эй, хозяин, – повернулся он к начальнику заставы, – веди-ка нас к себе. Там рыбка уже готова. Я коку твоему утренний улов отдал и велел зажарить.

– Ты-то как здесь очутился, Сергей Михайлович? – поинтересовался Бардин, когда они двинулись к заставе.

– Меня сразу, как только ты выехал из штаба, оповестили: начальник отряда, мол, на Кирсановку подался. Разведка, как видишь, зря хлеб не ест.

– Может, у твоей разведки еще какая-нибудь информация имеется?

– Ничего нового для тебя, – сказал моряк. – Даже стола не высмотрели, раззявы. Вернусь, кунки всем надеру, чтоб смотрели в оба!

Дежурный по заставе сержант выскочил на крыльцо и звонко скомандовал: «Смирно!» Кинул руку к головному убору, печатая шаг, подошел к Бардину и четко отрапортовал.

– Проходите, гости дорогие, – радушно пригласил Хмель, позволив себе чуть-чуть расслабиться. – Обед готов?

– Так точно, товарищ старший лейтенант, – отчеканил дежурный и замялся. – Только… товарищу подполковнику звонили из штаба: в отряде генерал-лейтенант Касымджан находится. Ждет его.

– Почему же оперативный дежурный утром из Хабаровска не позвонил? – расстроился Бардин. – Наверняка было известно, куда собирается начальник войск округа.

– Потому что, не в пример моей, твоя разведка, Михаил Иванович, работает плохо, – шутливо отозвался моряк. – Начальство положено встречать и сопровождать. Ну, вперед! Желаю удачи!

– Так вам тоже велено прибыть, товарищ капитан второго ранга, – повернулся дежурный к моряку.

– Выходит, плакала наша рыбка? – засмеялся Исаков и заговорщически подмигнул Бардину. – Как думаешь, переживем? Пусть солдаты съедят за наше здоровье… А мы, может, вечерком у тебя и звездочку обмоем.

Всю дорогу до Соколовки Исаков, усевшись рядом с Аленой, развлекал ее байками. Анекдотов он знал множество, рассказывал их со смаком. Алена без остановки хохотала, Бардин слушал вполуха. Сверлила мысль: зачем пожаловал командующий? Просто так генерал Касымджан по отрядам не шастает. Человек он деловой, основательный, не терпит суеты… В свое время президент Казахстана не случайно обратился именно к нему с просьбой создать в суверенной республике свои пограничные войска. Касымджан блестяще решил эту задачу.

Начальник войск округа любил работать по плану, чтобы попусту не дергать людей. И начальников отрядов учил не мотаться зря по заставам, отвлекая подчиненных от службы и подчищая их грехи. Если бы в Соколовку намечался плановый выезд группы офицеров штаба во главе с командующим, отряд известили бы заранее. А раз не предупредили, значит, выезд срочный? Но в отряде ничего экстраординарного не произошло…

Касымджана они нашли в парке боевых машин. Тот сидел в бэтээре на месте механика-водителя. Над броней возвышалась голова в черном танкошлеме, делавшем и без того сухощавое лицо генерала еще более строгим. Впалые щеки, тонкие губы и острый, слегка выдающийся вперед подбородок придавали ему аскетический вид. Рядом с броником стоял навытяжку Постовский.

– Горючее залили? – спросил генерал.

– Два литра, как вы приказывали, товарищ генерал-лейтенант, – отчеканил начальник штаба.

– Хорошо. Посмотрим, в каком состоянии находится техника на боевом хранении, – усмехнулся Касымджан и нажал на стартер.

Мотор несколько раз чихнул, заворчал и завелся. Генерал удовлетворенно хмыкнул, дал газ посильнее и, прогрев двигатель, заглушил его.

– Кажется, порядок, – сказал, вылезая из люка. – А вот и господа командиры пожаловали!

Спрыгнув на землю, генерал жестом остановил доклад Бардина, стащил с головы танкошлем, пригладил пятерней обильно посеребренные жесткие волосы и надел протянутую адъютантом фуражку. Потом пожал руки офицерам и насмешливо спросил:

– Теряетесь в догадках? Зачем, дескать, старик пожаловал в ваши владения? Или не так?.. А я, признаться, и сам не знал, что к обеду окажусь в Соколовке. Не такой уж ваш начальник предсказуемый, как некоторые думают.

Генерал говорил неконкретно, но доброжелательно, и Бардину полегчало.

– Прошу садиться, господа командиры, – предложил Касымджан, когда они зашли в кабинет Бардина. Генерал снял фуражку, на сей раз пригладил непокорные вихры расческой и спросил у Постовского: – Разведчик на месте?.. Зови, дело прежде всего его касается.

Пэ Пэ явился мгновенно, будто стоял за дверью.

– Подполковник Смолистый по вашему приказанию прибыл! – лихо козырнул он.

– Здраствуй, Петр Петрович, – протянул ему руку генерал. – Ты нам сейчас позарез понадобишься.

Командующий был давно знаком с начальником разведки отряда и сам выдвинул его на эту должность. Кадровики сопротивлялись. У Смолистого не было академического образования, но генерал настоял на своем и, как показало время, поступил правильно.

Смолистый сел, словно переломился. Был он высок ростом и не просто худой, а тощий, чем приводил Постовского, страдающего от избыточного веса, в негодование. «Сознайся, – допытывался он, – тебя жинка совсем не кормит? Предлагаю хоть на время поменяться…»

Касымджан наклонил голову, оглядел собравшихся и, откинувшись на спинку стула, произнес:

– Есть пренеприятнейшее известие, господа-командиры. Касается оно непосредственно нас. Не буду долго томить. Коллеги из ФСБ сегодня утром сообщили мне следующее: в одном из домов деревни Кирсановка обнаружен оружейный склад. В нем автоматы, пистолеты, гранатометы – все китайского производства…

Касымджан стремительно встал, отодвинул занавеску, закрывающую большую карту участка границы, охраняемого Соколовским отрядом.

– Вот смотрите, – кивнул он на карту. – Железная дорога возле Кирсановки не проходит. Единственная лесная дорога, ведущая к селу, давно взята под наблюдение ребятами из ФСБ. Тут не прошла, по их сведениям, ни одна чужая машина. Вы, Михаил Иванович, – повернулся он к Бардину, – в своих донесениях утверждаете, что за последние полгода прорыва границы на вашем участке не было.

– Совершенно точно, – вскочил Бардин, – могу это повторить.

– Садитесь, – досадливо махнул рукой генерал. – Сам знаю, нарушений не было. Откуда тогда в Кирсановке появился склад?

– Может, оружие лежит там давно? – осторожно предположил Постовский.

– Проверили. Экспертиза показала: автоматы новые, производства этого года.

– Не с неба же они свалились? – проборматал Смолистый.

– И такую версию отработали, – усмехнулся командующий. – Система ПВО Дальневосточного военного округа сообщила: нарушений воздушного пространства не зафиксировано. Что скажете, господа командиры?

Наступила зловещая пауза. Никто высказываться не торопился. Да и о чем говорить?.. Затянувшееся молчание нарушил Касымджан.

– По глазам вижу, что мнение, точнее его полное отсутствие, – единодушно. Но все же хочу взбодрить: вы не одиноки. В штабе округа тоже не смогли предложить ничего толкового. Только ваш любимый оппонент генерал Гончарук, – он посмотрел выразительно на Бардина, – обратил внимание на то обстоятельство, что контрабанда в Соколовском районе появлялась и прежде. И тоже неизвестно каким образом. А это значит, что есть неведомый нам путь проникновения через границу. Не может не быть!.. Кстати, Сергей Михайлович, – обратился командующий к Исакову, – меня очень насторожила история с речным толкачом, который вы досматривали месяц назад.

– Мне толкач этот тоже покоя не дает! – отозвался моряк. – По всем законам контрабанда должна была оказаться, а мы не нашли.

– Возможно, плохо искали?

– Не могу согласиться, товарищ генерал-лейтенант, – горячо возразил Исаков. – Я на досмотр Забутняка посылал.

– Боцмана вашего знаю, битый морской волк… Да, чуть не забыл. Поздравляю, Сергей Михайлович, с присвоением очередного звания!.. – Он крепко потряс руку смутившемуся моряку и повернулся к Бардину: – Расскажите, подполковник, что происходит в районе Кирсановки. В общих чертах начальник штаба доложил, но меня интересуют подробности.

Бардин пересказал все, что узнал от Хмеля, и командующий задумался. Ему явно не понравилось появление китайцев на острове. Что оно могло означать?.. Выяснить можно, если побывать на месте, но сделать это так, чтобы комар носу не подточил.

– У вас есть на примете человек, способный грамотно рискнуть, чтобы проникнуть в монастырь? – спросил генерал у Смолистого.

– Есть, – не задумываясь, ответил начальник разведки. – Прапорщику Николаю Кунице могу доверить самое тонкое дело. Мужик пятнадцать лет в разведке.

– Помню его. Медаль «За отличие в охране государственной границы» недавно твоему разведчику вручал… Что ж, не возражаю против такой кандидатуры. Быть посему! Только не тяни…

– Не беспокойтесь, – заверил генерала Смолистый. – Завтра и пошлем. Лично проинструктирую.

– Пороть горячку тоже не следует, – сердито отреагировал Касымджан. – Операция деликатная, изволь подготовиться ювелирно… И вот что. Сейчас мы все махнем в Кирсановку. На месте всегда виднее.

– Время обеденное, товарищ генерал, – напомнил Бардин. Как хозяин, он обязан был позаботиться о гостях.

Касымджан остановился, поглядел на часы и сказал:

– Ты вот что сделай, Михаил Иванович. Позвони в Кирсановку и закажи обед в комендатуре. Попробуем, чем кормят в далеком гарнизоне. По машинам!..