Новый Свет

Глава 1

Я присел на корточки перед лестницей в подъезде, ведущей к квартирам первого этажа. Прислушался. Я точно что-то слышал, могу себе поклясться! Заставил себя сделать медленный вдох и так же медленно выдохнул. Нужно успокоиться. Если начну паниковать, то наделаю много шума, а оно мне надо? Осмотрелся. Дверь в квартиру, которую я мог разглядеть из своей позиции, была приоткрыта. На полу перед дверью и на лестнице валялся мусор, осколки стекла битой посуды и какое-то тряпье. Возможно, в этом доме мне повезет сильно меньше. Вдруг, я услышал невнятный стук по окнам и нарастающий шум с улицы. Я инстинктивно прижался к стене и задержал дыхание.

Дождь. Это долгожданный, вожделенный дождь. Катастрофически редкое явление. Я выглянул в щель подъездной двери и посмотрел вверх. С хмурого неба, заволоченного тяжелыми, иссиня-серыми низкими тучами, рухнула стена дождя. Крупные капли быстро прибили к земле извечную желтоватую пылевую завесу. Уже хорошо, меньше скрипучего песка на зубах. Я поднял голову к потолку подъезда и сделал глубокий вдох чистого воздуха. Хорошо. Как же хорошо! Опуская голову, протерся ею о стену, на плечо мне тут же посыпалась облупившаяся синяя краска. Хмыкнув, стряхнул эту шелуху на пол и поднялся на ноги, разминая затекшие конечности. Поправил надоедливую лямку рюкзака, которая в очередной раз перекрутилась и неприятно врезалась в плечо. Я уже сам себе набил оскомину бесконечными обещаниями заменить рюкзак на новый, и каждый раз откладывал это дело на мистическое и непостижимое «завтра». Порылся в кармане куртки и достал пару строительных перчаток, подложил их под лямку, на то место, где плечо уже начинало зудеть. Натер-таки! Обреченно вздохнул, дал себе зарок, что в следующую вылазку обязательно пойду с новым рюкзаком, тем более что времени на его подготовку у меня будет предостаточно. Дожди хоть и редки, но если зарядят, то на пару недель, не меньше.

Нужно вернуться домой, растянуть тент и собрать дождевую воду. Ни в коем случае не позволю себе разбазаривать такую драгоценность! Дождь усиливался. В таких условиях по городу не походишь, буквально через пару часов воды будет по щиколотку. Пейзажи улиц изменятся до неузнаваемости. Дороги превратятся в реки, низины в озера, а все привычные маршруты будут стерты.

Я выглянул из-за двери подъезда и осмотрелся. Прислушался. Видимость резко ухудшилась, шум капель забил все остальные звуки. Несмотря на это, необходимо оставаться предельно внимательным и осторожным. Прямо перед пятиэтажкой, ставшей мне временным укрытием от непогоды, за забором стояло трехэтажное здание, некогда выкрашенное в персиковый цвет. Вроде детский дом в прошлом, сейчас уже не вспомню. Слева дорога вдоль дома уводила дальше к другим домам, направо можно было выйти в парк, оттуда на центральную улицу и прямиком к окраине города. Туда мне и надо. Главное не шуметь. Чуткий слух нынешних жителей этого славного городка легко улавливает посторонние звуки. Так не будем же нарушать их заслуженный отдых.

Накинул капюшон, который сам же и пришил к армейской куртке. Проверил Тесак. Да, именно так. Тесак. Не больше, не меньше. Это чудовище я выковал сам, когда помог другу-кузнецу с большим заказом в его мастерской. В благодарность мне дали поработать в его кузнице, и под чутким руководством мастера выковать себе ножичек. А так как окончание работ мы отмечали не на сухую голову, то после очередной бутылки пенного нефильтрованного идея ножичка совершенно неуловимо трансформировалась в мачете. Но даже при неоспоримом мастерстве друга, выковать у меня получилось нечто чудовищное. Формой очень отдаленно напоминающее мачете, тяжелый и с достаточно длинной рукояткой, чтобы взрослому мужчине можно было ухватиться двумя руками. Длиной сантиметров пятьдесят, на конце ширина лезвия с ладонь, сужается ближе к рукояти. По рекомендации друга, во время ковки сделал несколько углублений в металле, что после окончания работы и шлифовки дало любопытный эффект: по всей длине лезвия шли темные узоры с небольшими завихрениями. Результат как восхищал меня, так и ужасал товарища.

Я улыбнулся своим светлым и отчасти грустным воспоминаниям.

Для чудовища в тот же день устроили краш-тест: нарубили им дров на шашлыки, перерубили им пару листов металла и удовлетворившись результатами отправились отмечать. С тех пор прошло несколько лет, а он все так же верно служит. Когда-то был выкован как минутная забава, а сегодня стал верным оружием и единственным спутником.

Настолько он мне тогда полюбился, что с первого же аванса заказал для него ножны, специально отправился в другой город, дабы мастер смог снять мерки с этого красавца. Да-а, глаза мастера ясно давали понять, что для такого оружия ножны у него заказывали впервые. Да и недоумение от моего утвердительного ответа после озвучивания ценника предстоящей работы тоже не удалось скрыть. Зато результат сейчас крепко держался на спине, защищая моего боевого товарища от непогоды.

Я вышел из подъезда, осторожно придержав покосившуюся на одной петле дверь. Огляделся по сторонам и спустился с крыльца, подставляя свою голову и плечи теплым каплям дождя. На потрескавшемся асфальте уже успели образоваться лужи, по краям которых виднелись желтые разводы прибитой влагой взвеси. Сделал несколько шагов в сторону и услышал хруст стекла под ботинком. Осторожнее! Надо быть как можно осторожнее! Это сейчас дождь, и звук разносится недалеко, но в ясную погоду я мог привлечь слишком много внимания. Я поднял голову и заметил разбитое окно на третьем этаже подъезда, откуда я только вышел. Интересно. Из-за начавшегося дождя я не успел его осмотреть. Окно разбилось само, от сильного ветра, всегда предшествующего дождям или ему помогли? Нет, створки крепко держатся на месте. Значит ему помогли. Ладно, сейчас неважно, в следующую вылазку обязательно проверю, главное не забыть. Двинулся к парку, осторожно перешагивая камни, бетонные осколки, мусор. Порядок нашим улицам только снится.

Проходя по парку, заглянул в высохший пруд. Совсем скоро затяжной дождь наполнит его до краев, и прудик начнет пользоваться нездоровой популярностью у местной живности. Одно хорошо, как наполнится, так и высохнет, долго вода здесь не задержится. Вышел из парка на тротуар, идущий параллельно проезжей части улицы. То тут, то там наблюдались уже поржавевшие, но ещё не лишившиеся лакокрасочного покрытия автомобили. Вот за такую ласточку, в своё время, я готов был отдать полугодовую зарплату. А вот на такой катался, было дело. Эх, я и сейчас бы не прочь прокатиться, но с наступлением новых реалий громкий шум привлекал слишком много лишнего внимания.

Грустно вздохнув, пересек улицу и пошел по тротуару вдоль военной части. Из неё давно уже все вынесли, при чем сами же вояки. В первые же недели паники опустели все оружейные и армейские склады.

Помню, как с товарищами прослышали про бомбоубежище для местного самоуправства. Грезили, что найдем там медикаменты, может оборудование какое, а возможно обмундирование на экстренный случай. Чем дольше мы его искали, тем более ценными нам казались сокровища, которые в нём были скрыты. Узнать местоположение это было ещё пол беды, его завалило бетонными блоками обвалившейся стены дома. Неделю разгребали завалы голыми руками. Ещё два дня вскрывали напрочь закрашенную дверь. Вид ненарушенного монолитного слоя краски на стальной поверхности только придал нам уверенности. Бомбоубежище не вскрывали. Либо не успели, либо в суматохе, люди постарались добраться до своего дома. Ведь для нас нет убежища более надежного, чем собственная квартира. Как же сильно все мы тогда заблуждались.

Вскрыв дверь, мы радостно похлопали друг друга по плечам и оттащили ее в сторону. Направив свет в проем двери радостного пыла в нас поубавилось. Значительно так. Из темноты, скупым лучом подсевших фонарей, выхватывались облупленные стены, выкрашенные зеленой краской ещё при царе-горохе, некогда выбеленный потолок, изъеденный чёрной плесенью, желтые потеки. Маленькое квадратное помещение, бетонный пол. У дальней стены дверь и два стула без сидушек. Слева ещё одна дверь, приоткрыта. Мы прошли в помещение с затхлым воздухом, где пахло сыростью и плесенью. За левой дверью была маленькая комната вагончик, заваленная рухлядью, видимо, некогда считавшейся очень важной, раз её оставили храниться здесь, или же вечно висящей на балансе и на вечно забытой за надежной защитой стальной двери и ещё более надежным многослойным пластом краски. За следующей дверью нас поджидал длинный коридор и дверные проёмы по обеим его сторонам. Три с одной стороны, три с другой и один проем в конце коридора. Мы разделились по двое и принялись обыскивать помещение за помещением. Ничего. Совершенно. Старая мебель, столярный станок без инструмента. Покосившийся платяной шкаф без дверок. Бетонное основание для дизель-генератора без генератора, и естественно ни следа топлива. Обнаружилась стальная лавочка вдоль стены, одна единственная на все убежище. При ближайшем рассмотрении оказалось, что она прикручена к полу и стене. В остальных комнатах были же только дыры от креплений. За последней дверью оказался небольшой санузел.

Позже, мы ещё находили другие убежища, но везде примерно одна и та же картина. И повезло, если оно оказывалось не занятым новым жителем.

Дойдя до перекрестка, прижался плечом к углу дома и осмотрелся. Место было неспокойным. Пользовалось популярностью у хищников, и людей – что хуже. В дождь, как правило, хищники спят, а люди собирают вожделенную воду, но мало ли, кого занесла лихая нужда. Убедившись в безопасности, осторожно пересек улицу и прижался к стене следующего дома. Нужно поспешить. Вода уже закрывала подошву сапог, совсем скоро будет мешать передвижению.

Остальной путь был похож на забег через полосу с препятствиями. Забег пешком, даже крадучись. Бегать нельзя – шум, помним, да? От дома к дому. От подъезда к подъезду. От одного остова машины к другому. Вода прибывала и по низинным участкам улицы уже бежали веселые ручьи, способные сбить с ног неосторожного путника.

До окраины города добрался часа за четыре. Последний километр пути приходилось тщательно выверять каждый шаг. Потоки воды, стремящиеся вниз, становились серьезным препятствием, а заливающие глаза капли лишали видимости. Теперь вверх, по сопкам, туда, где расположился коттеджный посёлок из четырёх особняков. По плану их должно было быть больше пяти десятков, но не успели. Там, на возвышенности, уже не было проблемы подтопления в период дождей, вся вода уходила вниз, к бывшему заливу.

Карабкаясь по мокрой траве и размякшей земле, молча перебирая все известные мне ругательства и попутно сочиняя новые, добрался-таки до самой верхней точки. Здесь начинался забор моего скромного участка. Собирал его из того, что было. Основой послужили бетонные столбы, уже установленные под подразумевающееся здесь ограждение. Но, как я уже упоминал – не успели. Сперва натягивал колючую проволоку, потом наваривал листы. Устанавливал дополнительные столбы, которые притащил с ближайшей стройки. Тащил, сваривал, вкапывал. Все для того, чтобы получилось это: монолитная конструкция из листов металла и арматуры, проваренная так, что комар носа не подточит. Основание вкопано на полметра в землю и забетонировано. За два с лишним года усердного труда результат меня крайне радовал.

Пройдя вдоль укрепления, нашел совсем непримечательный кусок, казалось бы, приваренного листа. Такой же, как и сотни предыдущих, но с одним изъяном – отверстием на уровне груди. Достал из-за пазухи ключ и вставил в скважину, надавил и, услышав характерный щелчок, толкнул лист во внутрь, он легко поддался, не издав ни звука – за петлями я следил очень тщательно. В образовавшееся окошко я сперва скинул рюкзак, Тесак и только потом себя. Запер дверку, подобрал вещи и двинулся к дому.

Здесь было тихо. За последние два года не увидел ни души. Слышал, что в городе иногда происходят столкновения между людьми и тварями по ночам. Днем же между людьми и людьми, но твари всегда выходят на шум и наводят свои порядки. Они в этом плане весьма принципиальны и неподкупны. Ценят, знаете ли, тишину и спокойствие.

Раньше у дома были разбиты клумбы, летом росли цветы. Мощеные дорожки витиевато переплетались, образуя узор из растительности, декоративных камней и насыпей из речной гальки. Импровизированная калитка находилась на заднем дворе дома. Справа от дома, вплотную к забору, стоит большая беседка с камином, столом и двумя скамьями. На время дождя окна беседки можно было прикрыть ставнями, весьма грамотно сделано, если учесть климат, который раньше доминировал в этой части страны. Слева от дома вдоль забора я как-то пытался разбить грядки и выращивать зелень, овощи. Все без толку. Так и осталась вдоль забора контрольно-следовая полоса.

Перед домом, напротив, стоит небольшой гостевой домик в два этажа. На первом этаже: парковка и мастерская; на втором: две спальни и санузел. Сам же дом был в три этажа. На первом: предбанник метр на метр, две двери. Далее прихожая и зал с большими новомодными окнами, читал про такие: тепло хорошо держат, на своём же опыте пришлось и их занавешивать одеялами и пледами. В центре большой камин. Вот за него большое спасибо. Труба проходила через второй и третий этаж, так что отапливались сразу все этажи. На втором этаже, правда, только две спальни были теплыми. Ну да мне хватает. За залом большая кухня с длинным столом. Справа от прихожей санузел, дальше прачечная и бойлер. Прямо – лестница на второй этаж. Под лестницей ступеньки в маленький коридор, справа парилка, прямо – лестница в подвал. На втором этаже четыре спальни, ванная комната и гардеробная. На самом верхнем этаже расположилась комната отдыха с большим телевизором. В подвале установил генератор. Там же нашел систему подачи воды из скважины. Постепенно обжился, натаскал вещей, даже недостающую мебель из города, прямиком из мебельных магазинов. В гостевом домике, на первом этаже, организовал мастерскую: инструменты раздобыл, руководства какие смог найти. Собрал целую библиотеку, как говорится – лишь бы в дело.

Зайдя в предбанник, оставил рюкзак, вышел во дворик и по забетонированной площадке направился в гостевой дом. Там в мастерской, под стеллажами, хранился тент. Достал, крякнул. Тяжелый, зараза. Тут бы помощь, да где ж её возьмешь то? Вынес на небольшой пятачок перед домом. Расставил в уже вмонтированные в бетон крепления части каркаса, на него прицепил на металлические крючки тент и так по кругу. Конструкция метра два в высоту, больше напоминает батут для заднего двора, только со скатами в центр и отверстием. Из-за мастерской вынес пластиковую бочку. Откупорил герметичную крышку и поставил под раструб тента. Это мне повезло со скважиной, да и та к третьему месяцу без дождя пересыхает. А ведь остальной город только дождевой водой и перебивается. За гостевым домиком таких бочек вдоль забора в три ряда. На два месяца неэкономного использования хватает. За время дождей как раз все заполню.

Прикатил к тенту и облокотил на забор тележку для перевозки бочек. Это пока они пустые их можно по одной в каждой руке носить, а полные они неподъемные. Тут же рядом поставил ещё пару бочек, дабы потом не бегать. Зашел в гостевой домик и поднялся на второй этаж. Обошел комнаты всматриваясь в углы на потолке, подсвечивая их фонариком. По неприметной лестнице поднялся на чердак и осмотрел крышу изнутри, не подтекает ли где.

Удовлетворенный результатом, спустился, так же проверил беседку и основной дом. Вернулся за рюкзаком в предбанник, забрал это холщевое недоразумение и отнес на кухню. Сегодня моей поживой стали макароны, несколько консерв с кашей, тушенка, бутылка растительного масла и спички. За спички я переживал особенно. Упаковка из бумаги их явно бы не спасла, замотал их в целлофановый пакет, но и тот был дырявый во всех местах. Не промокли, отлегло.

Осмотрел свой улов и порадовался, что грызуны до них не добрались. В городе их сожрали первыми. А тех, что не сожрали, грызунами назвать язык не поворачивается. Уж больно они изменились. И подросли. И агрессивнее стали, что ли. В общем, они теперь больше плотоядные хищники, чем относительно безобидные вредители. Макаронами такую тварь не соблазнишь.

Оставив продукты на столе, отправился разжигать камин. Сверху, над огнём, примастрячил решетку, на неё же ставлю кастрюли при готовке, на ней же жарю мясо или рыбу, что попадется. Удобно. Можно было бы и генератор завести, да топливо экономить надо, пока лето. Зимой без него никуда.

Когда показался первый веселенький огонек, подкинул бревен и пошел за решеткой для сушки одежды, которую прятал в углу комнаты у окна, дабы вид не портила. Даже в таких условиях стараюсь поддерживать приятный эстетический внешний вид жилья, на психическое благополучие благотворно влияет, знаете ли. Расставив сушилку слева от камина, закинул на неё куртку и свитер. Вернулся за рюкзаком, опустошив его карманы отправил вслед за курткой. Поднялся на второй этаж, в гардеробную. Здесь я хранил: одежду, в уже сформированных комплектах, постельное, одеяла, подушки. Взяв верхнюю стопку комплекта, спустился вниз. Полностью переоделся в сухую одежду. Мокрую развесил на решетке. Её бы постирать, да пока она будет ждать своей очереди на стирку – стухнет. Просушить нужно обязательно. Когда закончил с одеждой вспомнил про обувь и вернулся в предбанник. Очистил ботинки от грязи и занёс внутрь. Повесил рядом с курткой зацепив подошвой за параллельно идущие прутья сушилки. Главное не слишком близко к огню, кожа же.

Пока возился с одеждой, огонь уже во всю разгорелся, пора и ужином заняться. Аккуратно, пальцами, самыми кончиками открыл дверку кухонного шкафчика. Достал посуду. Так же аккуратно закрыл глянцевую дверку ярко красного предмета мебели. Убил бы за такое. Всю грязь на ней видно, глянец ничем не отмоешь, разводы. До чего я люблю порядок, и до чего быстро эти шкафчики приходят в непотребный вид. Грозно посмотрев на шкафчики и в очередной раз пообещав себе их чем-нибудь обклеить, взял посуду и поставил её на стол. Залил воды в кастрюлю, поставил на огонь. Занялся тушенкой.

Через сорок минут уже уплетал свой незамысловатый, но от того не менее вкусный ужин. Пока ел, нагрелась вода на чай. Достал печенье и шоколад. Вот так сидишь в мягком кресле, смотришь на огонь, ноги накрыты мягким и тёплым пледом, по окнам и крышам тарабанит дождь, а ты пьешь горячий чай с лимонным соком из упаковки и подъедаешь запасы сладкого. Не удержавшись, зевнул. Сейчас бы книженцию какую почитать. Или не стоит. Пока дожди, заняться все равно нечем, будет ещё время, а пока можно просто сидеть, расслабившись, и созерцать ту из немногих вещей, на которые, как ходят слухи, смотреть можно бесконечно.

Глава 2

– Олег, иди сюда, помощь твоя нужна! – Тимур держал решетку с готовым, дымящимся мясом над тарелкой и сосредоточенно ковырял её вилкой, – Олег, ну где ты ходишь?! Мясо стынет, фиговина эта ещё прикипела, одной рукой неудобно!

Я поставил два переносных холодильника, которые только что принёс из машины, у раскладного столика и подошел к Тимуру.

– Не кричи, рыбу парням распугаешь – она тишину любит, – я улыбнулся, помог расправиться с решеткой и выложил мясо на тарелку.

– Да я думал ты тут бродишь по кустам опять, а то, что жидкость принёс – молодец! У углей шпарит будь здоров, а мясо – работа тонкая, его так просто не оставишь.

Тимур сложил пустую решетку и поставил её над огнём.

– Сейчас зачищу, и вторая порция пойдет, – он наклонился и достал бутылку темного стекла из холодильника, – зови мужиков, мясо съедобное – пока горячее!

Я достал напитки и пошел к маленькому деревянному причалу, где на раскладных стульчиках сидели две внушительные фигуры. Взгляды были прикованы к неподвижной водной глади и мое появление никакого эффекта не возымело.

– Мужики, там мясо готово, – прошептал я, ставя бутылки на посеревшее дерево причала.

У Максима дернулся глаз. Потом щека. Он медленно перевел холодный колючий взгляд на меня. Потом на пиво. Потом снова на меня, но уже потеплевший. Он медленно кивнул, взял обе бутылки и не глядя протянул одну Сергею.

– Сейчас подойдем, пять минут, – казалось бы одними губами прошелестел друг.

Я кивнул и поспешил удалиться. Оторопь берет, когда тревожишь этих удочных хищников в разгар охоты. Вот так смотришь: сидят, на воду глядят, иногда одними кончиками пальцев касаются снастей и снова неподвижные изваяния. А на самом деле там ведётся ожесточённая борьба не на жизнь, а на смерть. Для рыб естественно.

Очень трудно непосвященному вникнуть в суть этой охоты. Я и не вникал. Просто знал, что тревожить в этот момент этих двоих не стоит – себе дороже.

У углей стоял Тимур, уже успевший закинуть вторую порцию мяса на решетку и шампура. Чутко, как дирижер, управлял своим шипучим оркестром слегка пританцовывая под звуки музыки, которая негромко играла из припаркованного в двадцати шагах от столика автомобиля.

Тимур был среднего роста, крепкого телосложения. Бойкий такой мужичок. Держит своё заведение, куда я, со своим коллегой Сергеем, частенько захаживал. Отличный повар и яростный торгаш. Вечно взъерошенные волосы цвета вороного крыла, с уже пробивающейся сединой. Резкие, запоминающиеся черты лица. Серо-голубые цепкие глаза, выглядывающие из-под кустистых бровей. Вот так посмотришь на этого человека и тут же сдачу пересчитываешь. А вдруг. А не вдруг. Человек на редкость честный и совестный, дело ведёт честно. Почти. Честнее многих.

Увидев меня, товарищ заулыбался во все тридцать два белоснежных:

– Скоро! Скоро родимые! Как же давно я ждал этого дня. Природа, речка, тишина, свежий воздух! Чувствуешь?! – он с шумом втянул воздух подгоняя его руками от жарящегося мяса, – Сво-бо-да!

Я открыл бутылку и сделал большой глоток. Улыбнулся. Да-а. Этого отпуска я ждал четыре года. Четыре!

– И погода отличная… Прям повезло. Как знала матушка природа – работяги едут на отдых, нужно подсобить! – я последовал примеру друга и сделал глубокий вдох. Воздух был вкусным, пряным, пах травами, дымом и жареным мясом.

– А ты этому мастерству то где обучился? Не помню, чтобы ты был ярым поклонником походов, – Тимур кивнул в сторону установленных палаток.

– Навыки из прошлой жизни. Жизнь уже новая, а навыки старые. Забавно, правда?

Он понимающе хмыкнул и продолжил колдовать над мясом намурлыкивая себе что-то веселенькое, совершенно не впопад играющей музыке.

Со стороны берега послышались голоса и два товарища-рыбака вышли на расчищенный пятачок нашего лагеря.

– Тент могли бы и натянуть, а если дождь пойдет? Нас часа три не было, -угрюмо пробасил Сергей. Здоровый мужик, пусть и не молод, с добрыми, почти щенячьими голубыми глазами и простым деревенским лицом. Вот правда, смотришь на такого и не подумаешь, что этот мужик – начальник отдела безопасности далеко не самой маленькой компании. Работал когда-то на государство, вместе с моим отцом, а потом вышел на отдых. Добровольно-принудительный. Вот теперь и отдыхает, оберегая компанию от нелицеприятных инцидентов.

– Серега, без тебя – никак! Там какие-то карабины, стяжки… Ну их! Сто́ит это удовольствие будь здоров! Ты же сам потом мне голову открутишь. Да и какой дождь? На небе ни облачка! – я многозначительно ткнул пальцем в голубое небо.

Сергей неодобрительно покачал головой и направился к машине, укладывать снасти.

– Каков улов сегодня? – улыбчивый Тимур, буквально порхая, скинул готовое мясо с одного из шампуров в подготовленную металлическую миску.

– Ни-че-го, – Макс угрюмо посмотрел на пустое ведро у своих ног. – Как вымерла вся рыба!

Максим был крупным парнем, ростом под два метра. О таких говорят: "косая сажень в плечах". Тяжелая работа кузнецом закалила как характер, так и мускулатуру. Темный ежик на голове, грозный взгляд серых глаз, армейская выправка, керзачи и камуфляжные штаны. Этакий стиль милитари.

– Ну у нас и без рыбы есть чем питаться! – оптимизму Тимура не было предела.

– Действительно, – к столу подошел Сергей, успевший разобраться со своей экипировкой и подхватил еще горячий кусочек мяса. – Достойно! – с видом знатока кивнул он, оттяпав сразу половину.

Через четверть часа мы уже установили тент, и Сергей подвешивал над нашим столиком аккумуляторную ловушку для насекомых.