Как я стала лингвистом

Школьные годы чудесные…

В нашей школе иностранный язык начинали преподавать с пятого класса. В начале года все дети из класса тянули жребий на два языка – английский и немецкий. Мне по воле случая достался немецкий. Для родителей это стало маленькой неприятностью, поскольку они считали, что самым нужным и самым «международным» языком является английский, а изучение немецкого никому не нужно.

Они пытались всякими путями перевести меня на английский, но у них ничего не вышло и пришлось мне осваивать немецкий язык.

В нашей школе была особая преподавательница немецкого языка. Бабуля хороших лет, она считала свой предмет важнее всех остальных и к ней на «хромой козе» невозможно было подъехать. Ее не волновало элементарное детское непонимание, (а ведь немецкий язык, он грамматически сложный), то, что ребенок проболел, пропустил занятия. Это было не важно. Она всегда говорила, это твои проблемы, а я оцениваю реальные знания.

Я не хочу сказать, что она плохой преподаватель, она давала вполне нормальные знания, заставляла учить слова, объясняла грамматические правила, требовала учить пересказы переведенных текстов. Да, и что мне бы хотелось в ней отметить, так это то, что она запрещала читать перевод с листа. Для детей это конечно было шоком, они трудились, переводили, возможно ночь не спали, а бабулька берет и отнимает плоды их кропотливого труда и заставляет вновь смотреть на эти чужие буквы и слова, вводящие в ступор. Лишь много лет спустя мне стало понятно, зачем она делала эту «стрессовую» ситуацию.

Как школьный преподаватель она вполне тянет на твердую пятерку. Но это все происходило в «гестаповском» режиме. Дети учили и сдавали просто для того, чтобы иметь хорошую успеваемость, они совершенно не понимали, что они делали и для чего. Просто, чтобы не два и не единственная тройка в четверти.

В таком «режиме» и по таким правилам мне приходилось осваивать свой первый иностранный язык, из под палки, так сказать. Конечно, никакой личной симпатии ни к предмету, ни к преподавателю у меня не было. Нужно было просто держать планку и не ухудшать общее положение вещей. А какой ценой никому не было важно.

Так продолжалось с пятого по девятый класс. Потом, как известно, наступает первое самоопределение в жизни школьника, он решает, остаться еще на два года в школе или уже пуститься в свободное плавание и начать получать будущую профессию.

Я осталась в школе, чтобы сдать единый государственный экзамен и поступить в престижный ВУЗ. Ну как мне, по крайней мере, казалось. И на оставшиеся два года у нас, естественно поменялся классный руководитель и к превеликому сожалению этот же человек стал вести у нас немецкий язык.

Этот человек видел в нас детей из класса, в котором у него было классное руководство. Занятия у нас проходили в основном в форме классных часов, на которых решались проблемы класса, такие как участия в предстоящих культмассовых мероприятиях, успеваемость отдельных личностей, сплочение отдельных групп в классе в общий коллектив и т. д. Ни о каких серьезных уроках немецкого языка не может быть и речи. Они проходили конечно, но так, для преподавательской отчетности, что мол такой предмет в таких – то классах существует и проводится. Распорядок, как говорится соблюден.

Она задавала домашние задания, мы выполняли какие – то упражнения с ответами на вопросы, даже были контрольные работы с аудированием. Но все это было просто для «галочки». Она не относилась к нам как к ученикам, которым нужно преподать двухгодичный курс немецкого языка, углубленный в практику. Она просто считала эти промежутки времени дополнительным временем, когда она может исполнять долг своего классного руководства.

Как проходил у ребят в параллельной группе английский я не знаю. Вроде что – то учили, говорили тоже гоняет и требует хорошо. Ну, мне было просто все равно, у меня никогда не было тяги к иностранным языкам (в то время) и мне даже не хотелось посещать дополнительно курсы английского, понимая что это нужно и престижно. Я думала, что это не мое и это невероятно сложно. Мои интересы предпочли историю и обществознание.

Итак, подводя итог первой главы можно сказать, что мои первые пять лет (!) знакомства с иностранным языком пошли котику под хвостик с совершенно ложно привитой мыслью, что это невероятно сложный предмет и что переводчики это сверхлюди со сверхспособностями. Идем дальше…

Вы будете заселять немцев!

Закончив свое школьное образование, я попыталась поступить в ВУЗ. Но первая попытка поступления оказалась неудачной и мне пришлось учиться в колледже. Так как выбранными мной предметами на государственный экзамен были история и обществознание, по количеству балов и наличию сиих мне подходила специальность гостиничный сервис. Вот и пришлось, как говорится выбрать своей областью изучения туризм и индустрию гостеприимства.

Здесь уже к изучению иностранного языка относятся более серьезно. На специальности изучается общий курс языка со всей его грамматикой и прочей ерундой и профессиональный курс, который будет «нужен» непосредственно в работе.

В колледже уже было не два а три языка. Третьим языком стал французский. Ну здесь продолжилось изучение языков какие у кого были в школе. У меня продолжился мой горе – немецкий. В группе немецкого языка у нас было три человека. Поскольку наша преподавательница так же читала курс французского языка, с нами на занятия ходила еще одна девочка и преподаватель половину пары вела немецкий язык, а половину французский. Этакие у нас билингвальные пары были. Нам (немцам) объяснит какой – нибудь материал, даст упражнение на закрепление и начинает работать с девочкой – француженкой. А ты сидишь, не совсем поняв, что тебе втолковали пару минут назад, в стрессе пытаешься применить это на практике, а вокруг озвучивается французский язык, вообще замечательно…

Итак, о серьезности подхода к изучению языков в колледже. Вся «серьезность» заключалась в добавлении к общему курсу профессионального, в котором слова и фразы нужные при осуществлении профессиональной деятельности, а именно при заселении гостя в номер и обслуживания на период проживания. Занятия проходили по методическому пособию, составленным непосредственно преподавателем колледжа. Задача состояла в переводе текста, изучении слов и пересказе текста.

Для меня серьезность прежде всего составляло то, что к методическому пособию не было решебников. Нужно было напрягать собственные извилины и выполнять задания самостоятельно. А как я говорила ранее у меня способностей к языкам в то время не было и этот процесс для меня был неким подобием решения математической задачи и параллельным заучиванием стихотворения, без понимания, зачем я это решаю и зачем я это учу.

Тексты, которые давались на перевод не были начитаны даже самим преподавателем. То есть читай и распознавай, что видишь. Видел ты это слово раньше, не видел, ты читай, а я исправлю и то, может быть. Соответственно никакой аудиальной практики.

Итогом сего «профессионального» курса было двенадцать переведенных по каждому отдельному слову текста, куча отдельных (хаотичных) профессиональных слов и фраз и двенадцать выученных «профессиональных» стихотворений. Не плохо… Было место свободное в голове, но теперь оно занято этим объемом информации.

Хотя преподаватель считает, что она разобрала с нами все профессиональные ситуации, которые могут произойти с работниками нашей сферы и что мы не растеряемся попав в эти ситуации с иностранным гостем. Мы встанем, как школьник, которого вызвали к доске, чтобы рассказать выученное дома стихотворение и вместо того чтобы назвать автора сего стихотворения мы будем вспоминать какой это профессиональный текст был по порядку и как выпалим… А гость нас послушает и скажет на своем каком – то языке: «это конечно хорошо, но поговорите со мной пожалуйста, я к вам как бы заселяться пришел».

А как проходил английский в параллельной группе, в отличие от школы мне хорошо известно. Им в преподаватели попалась сильная независимая женщина, которая занималась бизнесом, а именно распространением косметики. Решив, что бизнес и преподавание можно совместить она с большим успехом это делала. У нее условием получения зачета у некоторых личностей было приобретение чего-либо по каталогу, который на каждой паре пускался по кругу. Неплохо пристроилась, не так ли? О качестве знаний английского я вообще молчу, причем у самого преподавателя.

И вот такие мы все красивые и с пачкой «профессиональных» стихотворений выпустились из колледжа. Менеджеры гостиничного сервиса… Еще два года (!) изучения иностранного языка известному животному под ту же часть тела. Движемся далее…

А как насчет турецкого романа?

Окончив колледж, я поступила в институт. Факультет более обширный чем моя узкая направленность, пришлось изучать много новых дисциплин, но как говорится «тяжело в учении, легко в бою». Здесь еще более серьезное отношение к иностранным языкам в специальности, но об этом я расскажу в следующей главе, просто соблюдая хронологию, хотелось бы отметить одну личность, которая сподвигла меня на изучение второго иностранного языка, причем самостоятельно, тем самым сыграв немалую роль в становлении меня как лингвиста.

Дело было так. В первые годы поступления в институт мне нравился Таркан. И я добавила несколько его клипов к себе на страничку «В Контакте». В один прекрасный день, в разделе «ответы» я увидела отметку «мне нравится» от одной турецкой личности. Шутки ради решила познакомиться с этим «иностранцем» впервые в жизни, а вдруг подружимся. Ну отправила ему заявку в друзья.

На следующий день смотрю, заявка принята и сообщение: «привет, меня зовут Fatih, хотелось бы пообщаться с тобой». Все на русском, естественно переведено онлайн – переводчиком. Думаю, да, рисковый парень, не боится трудностей общения с языковым барьером, да и я не побоюсь, не зря же он мне попался, да еще и ответил.

Ответила я ему, завязалась переписка. Он хотел общаться по скайпу, но у меня не было веб – камеры. Я сказала ему об этом. Его это ничуть не смутило и наше общение продолжилось.

Он рассказывал о себе, о своей стране, о некоторых обычаях ислама. Мы общались как брат с сестрой, понимали и поддерживали друг друга. Естественно, языков друг друга мы не знали, ни я турецкого, ни он русского. Но у меня получалось из обрывков переводчика составить цельную русскую фразу.

Наше общение длилось два месяца. Потом мой новый иностранный друг куда – то внезапно пропал. Не предупредив меня, ничего. Неделя, месяц, два месяца нет в сети. Я уже подумала, что для него составляет трудность переводить для меня свою речь на русский язык. Или нашел ту, у которой есть веб – камера и она не против живого общения. Можно подумать я против, но у меня просто не было возможности купить вебку и он это понимал и соглашался с этим. Ну ладно, пропал, так пропал…

Но не тут – то было! В середине июля мой день рождения. Отпраздновала, собрала родных, друзей, вобщем, все как полагается. На следующий день сообщение от моего Фатиха: « С днем рождения и прикрепленная песня турецкого исполнителя Teoman «sevdim seni bir kere»».

Я перевела ее через переводчик, смысл песни в том, что я тебя полюбил, а друзья говорили, она такая как все, а я не верил и продолжал любить. Ну, думаю, ничего себе, быть как брат с сестрой, затем пропасть почти на полгода и тут на тебе, с днем рождения, я тебя люблю?

Я ему отправляю ответ: « это очень трогательно, если я правильно поняла песню, то я принимаю твое признание.

Он пишет ответ: « нет, вы не правильно поняли, это просто песня», и вышел из сети.

Я смеюсь, ну вот, спугнула мальчика. Он не ожидал, что красота турецкой песни заставит меня понять ее дословно, думал, что послушаю ее как подарок и останусь довольна. Не рассчитал. Испугался. Исчез.

Вот так он то пропадал, то появлялся, а я взяла, да и влюбилась. Не только в него, но и в турецкий язык и начала изучать его самостоятельно. Начала искать всевозможные курсы, слушать турецкую музыку. Совершенно случайно открыла для себя, что их музыка это не только Таркан.

А из все курсов, что мне попались по турецкому языку я думала, что «школа Бале» это просто бомба! Слова к уроку начитаны, грамматика по полочкам разложена, домашние задания есть, вобщем сказка. Как же я тогда ошибалась…

Тем не менее, неплохую, пусть мертвую, базу в языке я набрала. Могла поздороваться, спросить, как дела, читала нормально. Но практики общения не было, с этим Фатихом мы общались через переводчик, а это очень утомляет. На этом мое изучение турецкого закончилось.

А что касается истории любви, она также закончилась как все классические русско – турецкие истории, сначала он милый, белый и пушистый, а если что – то пошло не так, или ему что – то не нравится, начинаются взаимные оскорбления и такие связи обрываются. Наша не была исключением.

Но! Этот человек, впервые в моей жизни, был толчком к моему самостоятельному изучению иностранного языка! Я поняла, что не так страшен черт, как его малюют, и этому можно научиться. Я конечно нырнула в омут с головой и изучала все, что могла найти, но переломные шаги во мне уже начали происходить.

Вспышки конечно, случаются у всех, но вернемся в институт экономики и сервиса и рассмотрим систему преподавания иностранного языка на факультете социально – культурного сервиса и туризма.

При выпуске вы будете знать два языка!

На нашем факультете преподавалось два языка, продолжали преподавать тот, с которым студент пришел из какого – либо учебного заведения и второй по выбору. Было всего три языка (английский, немецкий, французский), поэтому, сами понимаете, особо не разгуляешься.

С тем языком, с которым студент пришел в ВУЗ, преподаватели работали два года как по общему, так и по факультативному курсу. Два года опять продолжалось изучение грамматики, заучивание новых слов, переводы текстов и прочая чепушня. Как говорят у нас на кафедре туризма «песня та же, поет она же».

Иногда случалось такое, что нас водили в специально оборудованную аудиторию, где стоял большой телевизор для просмотра телепередач на немецком языке. Преподаватель просто включала какой – инбудь германоязычный канал и выходила из аудитории. Мол, смотрите дети, практикуйтесь. Раза два за пару зайдет, спросит для понта, ну что, понятно? И опять удалится восвояси. А при отсутствии преподавателя телевизор естественно никто не смотрел, студенты либо сидели в телефонах, либо общались друг с другом на родном русском языке. Вот такая практика языка в режиме реального времени, так сказать.

На третьем курсе появляется второй иностранный язык, который студенты выбирают по своему желанию. Я, естественно, выбрала английский язык, дабы не упустить возможность его бесплатного изучения.

Так как язык был новым и никогда не изучался мной ранее, нужно было что – то делать для поддержания успеваемости. Этому навыку меня замечательно научила моя школьная «гестаповская» преподавательница.

Я искала в интернете все, что могла найти: книги на тренировку правил чтения, всевозможные иллюстрированные курсы типа «Headway», курсы на изучение и практику слов, курсы на подробнейшее разжевывание грамматики, пыталась читать адаптированные книги, вобщем, делала все, чтобы просто держаться на плаву и не иметь проблем с данным предметом.

А преподавательница была довольна, ну еще бы такая старательная девочка, все на лету схватывает, все выполняет, что по программе положено, как тут не радоваться. Все как надо, все по плану.

Занятия проходили на базе учебника Натальи Бонк (всеми любимого и обожаемого) и курса «Cutting Edge Elementary».

Сначала по поводу «Бонка». На базе этого учебника (не знаю какого лохматого года), нам объяснялась грамматика английского языка. Ну, это преподаватель обязан делать, да. Но каждый раз, с самого первого объяснения и в последующих напоминаниях это делалось одними и теми же словами, как по заученному скрипту. Никогда она даже для разнообразия не заменяла слова синонимами или просто другими словами. Как по скрипту, как с листа, так и никак иначе. Меня это все время забавляло, на эту тему есть интересный анекдот:

Встречаются в столовой два преподавателя, один другому говорит: «Ну почему у нас дети такие тупые? Раз объяснил – не понимают. Второй раз объяснил – не понимают. Третий раз объяснил – не понимают. УЖЕ САМ ПОНЯЛ – ВСЕ РАВНО НЕ ПОНИМАЮТ.

Вот так и живем.

А сами тексты в учебнике, которые давались на перевод для домашнего чтения? Комрад Петров уехал в Петербург, а приехал в Ленинград, как в той песне поется. Эти тексты составлены русским автором про русскую жизнь (извиняюсь, советскую). Зачем? Об этом и на русском можно почитать. Русская мысль, а точнее русский менталитет просто переведен на английский язык. Иностранцы такими категориями не выражаются и даже не думают. А мы занимаемся по идеальному учебнику, так любимому всеми преподавателями английского. Здорово…

Теперь по поводу курса «Cutting Edge Elementary», который привносил «современность» в нашу «советскую» базу английского. В нем мы разбирали топики с различными темами, записывали новые слова и слушали аудиозаписи, прилагаемые к курсу. Как говорил один умный человек (упомяну о нем позже) эти записи были академическими и не факт, что были начитаны носителями языка. Кто – то что – то прочирикает и ладно. Вот такая аудиопрактика слушания без повторения услышанного. А почему бы и нет?

Кстати еще про практику слушания. Преподавательница все время давала письменные задания на дом с ответами на вопросы и всегда говорила: «чем больше вы пишете слова и фразы, тем больше вы их проговариваете „про себя“ и запоминаете». А как студенты это все проговаривают и слышали ли они эти слова и фразы, чтобы правильно их проговаривать, это ее не заботит. Она для себя правило выработала и считает, что его надо продвигать дальше в массы.