Вьерд. Раздор. Книга 2

– Хорошо, – Анеж равнодушно пожал плечами и стал маленькими глоточками пить горячий бульон.

– Возвращаясь к разговору об учителе… – Боледо дождался, пока Анеж закончит свой скромный обед. – Заснул. Горбун, отнеси нашего гостя в его комнату. Ему надо отдохнуть. Разговоры уже позже.

– Человеческий щенок опасен, – Горбун с лёгкостью подхватил тощее тело мальчишки.

– Очень опасен, – согласно кивнул Боледо. – И поэтому мы дадим ему кров, еду и всё, что понадобится для его безопасности. Ну, и моей, разумеется.

– Хорошо, хозяин, – Горбун отнёс разомлевшего мальчика на второй этаж. Там было несколько гостевых комнат. Одну из них выделили Анежу.

Когда Анеж проснулся, он долго не мог сообразить, где находится. Он лежал на кровати в незнакомой комнате. Обстановка здесь была довольно скромной: тумбочка у кровати, сама кровать и сундук для одежды у входа. Всё было сделано из дорогих сортов дерева. Анеж, конечно, не разбирался в столярном деле, но красное дерево точно в их лесах не водилось. И вся мебель была покрыта резьбой. Красивые завитки, геометрические узоры и украшения в виде медных полос. Мальчишка провёл пальцами по одному из узоров. Сундук под руками чуть задрожал. Украшения явно были непростыми. Желание проверить сундук у Анежа отпало. Мальчишка бросил настороженныйвзгляд на дверь. Она тоже была украшена похожими узорами. На мгновение у него появилось подозрение. Он аккуратно взялся за кольцо на двери, потянул. Не поддаётся. Неужели его заперли?.. А, нет, просто тяжёлая дверь поддалась не сразу. Анеж выдохнул. Всё-таки Боледо не обманул его, он гость в этом доме. Пришла пора задавать вопросы.

– Мастер Боледо, ответьте мне на несколько вопросов! – Анеж быстро отыскал вход в садик, где обнаружил хозяина дома и его слугу.

– Присаживайся, мой мальчик, – Боледо сам налил ему в небольшую глиняную чашку немного тёмного напитка. – Задавай, конечно. Я отвечу на любые твои вопросы, на которые смогу.

– Ты настоящий бог? – Анеж внимательно следил за реакцией Боледо.

– Да, – Боледо прокашлялся. – Я настоящий бог и демиург… и я создал этот мир.

– Покажи! – мальчишка даже немного приподнялся со стула. На лице его отразилась решительность добиться правды. И ни капли испуга.

– Хорошо, – Боледо легко рассмеялся. – Что ты хочешь увидеть?

– Чудеса. Если ты бог, то ты умеешь творить чудеса, как сказано в писании! – Анеж кивнул сам себе.

– Чудо?! Ну, хорошо, – Боледо неторопливо встал со своего кресла и прошёл вглубь садика. Анеж и Горбун последовали за ним. Хозяин дома остановился рядом с цветущим деревом. От него исходили манящие ароматы. – Да, вот здесь подойдёт. Итак, чудеса Крылатого: чудо исцеления, чудо очищения и чудо воскрешения. Прямо сейчас никто не болен, не ранен, и слава, видимо, мне, не мёртв.

– Хозяин? – Горбун достал нож и показал на свою руку, на что Боледо лишь отмахнулся.

– У меня есть идея получше, чем лечить твои порезы, – Боледо забрал нож у Горбуна и уколол острием свой большой палец. Капля крови упала на белоснежный цветок на дереве. Затем вторая, третья. Кровь скатилась по цветку, зависла в воздухе, начала собираться в шарик. Красный шарик сам по себе стал увеличиваться в размерах, издавая низкий гул. Горбун и Анеж пристально следили за метаморфозами того, что раньше было кровью бога. Шарик увеличился до размеров головы человека и стал вращаться быстрее, гул нарастал. Внезапно вращение и гул прекратились. Сфера стала полупрозрачного розового цвета, внутри неё что-то зашевелилось. Сфера натянулась в одной из точек и, громко хлопнув, лопнула, разлетевшись на мельчайшие частицы. Пред ними предстал тот, кто был внутри. Небольшой человечек с идеальными пропорциями атлета. Нет, это был не человечек! Это был Крылатый, только крохотный, Анежу с ладонь. От него исходило свечение, благоухание церковного масла и благодать. Да, благодать – именно то, что он ощущал, когда был в церкви. Человечек подлетел ближе к Анежу, его крылья мощно били по воздуху, он описал круг вокруг мальчишки и подлетел ещё ближе. Кончики крыльев почти касались кожи Анежа. Крылатый завис на пару мгновений перед лицом мальчишки, заинтересовавшись его левым глазом. Тем самым, который был полностью белым. Лицо человечка исказилось в яростной гримасе, крылья забили по воздуху ещё чаще. Отлетев чуть назад, существо с разгона устремилось прямо в лицо Анежу. Его скорость была невероятной. Анеж не успевал уклониться от неожиданной атаки. Последнее, что успел разглядеть мальчишка, так это светящиеся глаза человечка. Их яркое сияние несло гнев божий. Затем раздался влажный хруст, по лицу Анежа потекла кровь. Это не его кровь! Огромный кулачище Горбуна сжимал изломанное тельце Крылатого.

Пёс. Красное Королевство. Лес.

Двое конных воинов сопровождали третьего, идущего пешком. Все трое были одеты в красные дублеты, однако пеший был безоружен, на его шее болтался собачий ошейник. Мужчина время от времени его поправлял, после чего получал тычок древком копья то одного, то от другого конника. Он сквернословил и шёл дальше.

– Верните мне моё оружие! – нарушил тишину пеший.

– Псам оружие? – насмешливо спросил первый конник.

– У псов есть клыки! – расхохотался второй.

– Мои стальные клыки для того и есть, чтобы служить хозяину, – пеший, прозванный Псом, кивнул на пару кинжалов на поясе второго конника.

– Тур, как думаешь, псу нужен язык? – конник вытащил один из кинжалов из ножен.

– Бур, сам будешь объясняться, если пёс умрёт, – Тур отрицательно покачал головой.

– Ладно, – Бур убрал кинжал. – Долго нам ещё?

– Пока есть следы, – Пёс указал на еле различимые следы на дороге. – Монах тут прошёл.

– Какой ещё монах? Как ты вообще можешь видеть следы в этой пыли? – Бур уставился на грунтовую дорогу.

– Докажи, что не врёшь, – спокойно сказал Тур.

– Сильных дождей не было. Вон там следы от босой ноги. Глубже, чем у обычного воина, – Пёс указал на один из следов.

– Босой и толстый, – Тур кивнул. – Бур, хватит пялиться в землю!

– Да, я тоже вижу, – Бур отвернулся от брата. – Веди дальше, Пёс.

Через несколько часов неторопливой езды по тракту их троица набрела на место драки. Пёс внимательно всё осмотрел. Дрались двое: монах и неизвестный. Лёгкий и достаточно кровожадный, чтобы убить монаха. Другого варианта, почему следы монаха внезапно оборвались, в головы им не пришло. Подтверждение своей догадки они нашли недалеко в кустах. Монах лежал без одежды, во лбу зияла смертельная рана от арбалета. Были ли ещё раны, нельзя было сказать. От тела уже шло зловоние, до него добрались лесные звери и насекомые. Пёс единственный, кто решился осмотреть тело поближе.

– Давай быстрее, что ты возишься? – Бур прикрикнул на Пса. – Воняет же!

– Что нашёл? – Тур прикрыл нос. Лошадки братьев вели себя на удивление смирно рядом с трупом. – Пёс, а чего ты вообще решил следить за эти монахом?

– Он наследил в замке, его заметили с Людо…– Пёс сплюнул при упоминании его имени. Бур и Тур повторили его жест. – И с тем, кто отдал Людо ту скверную сферу.

– Ну и что, тут только его вонючий труп, – Бур снова вытащил кинжал. – Ты бесполезен для Красного барона!

– Людо заплатил за артефакт, – Пёс спокойно взглянул в глаза Буру. – Из замка никто не выходил с мешком золота.

– Заплатили самоцветами, – презрительно фыркнул Тур.

– Людо отправлял слугу в гномский банк, – Пёс пнул тело монаха. Несколько мух, жужжа, взлетели вверх. – Убийца забрал банковский чек. И я знаю, куда он ушёл.

– Говори! – Бур приказал сквозь стиснутые зубы. Пёс ему уже изрядно надоел.

– Я покажу, – Пёс медленно приподнялся. Никто из братьев не заметил, как он вытащил что-то из исподнего мёртвого монаха. – Сами не пройдёте.

Пёс повёл своих надзирателей по лесной тропе. Чтобы попасть на неё, им пришлось вернуться довольно далеко по тракту назад. Тропа была узкой и заросшей. Ветки деревьев мешали проехать верхом, воинам пришлось спешиться и оставить копья. Ни один из братьев не мог ходить по лесу так быстро как Пёс. Вскоре они немного отстали от него. Вторым за Псом шёл Тур. В случае необходимости он готов был метнуть кинжал в спину Пса. Но тот просто спешил вперёд, не пытаясь сбежать. Даже подгонял полушёпотом братьев. Продираться сквозь тропинку стало ещё сложней, коней пришлось оставить на одной из крохотных полянок среди этой чащобы. Там же они быстро перекусили подсохшими лепёшками, вернее, перекусили только братья. Псу досталось лишь немного воды. Долго отдыхать не стали, и вновь Пёс будто проскальзывал среди деревьев, а братья еле успевали уворачиваться от летящих веток. На какую-то секунду спина Пса исчезла из виду. Сбежал! Тур и Бур ринулись вперёд, не обращая внимания на бьющие по лицу ветки и хлюпающую под ногами воду. Они нагнали его! Теперь не убежит! Но почему они не могут двинуться дальше? Что происходит?..

Воины стремительно погружались в трясину. Они не звали на помощь, не пытались бороться с болотом. Тур и Бур одновременно метнули кинжалы в Пса. Они оставались воинами до самой смерти.

Искра и Капля. Кабинет Синельди.

Молодые маги сидели напротив Архимага за круглым столом. На лице Синельди на этот раз не было дружелюбной улыбки. А ещё он молчал. Это было непривычно, как и то, что после совещания архимагов стол не был убран. Капля бросила быстрый взгляд на своего брата. Искра был спокоен и сосредоточен. Значит, первым не заговорит, а тот, кто заговорит первым, потеряет позиции при переговорах. Капля уже просчитала несколько вариантов диалога про себя. Это уже было даже не привычкой, а такой же естественной необходимостью, как дышать.

– Наказание, – Синельди прокашлялся, прочищая голос. – Да, мне нужно придумать вам наказание. Воры живы!

– Хм, – Искра глянул в сторону двери и потянулся к поясу за ножом.

– Не надо, – Капля мягко накрыла его руку своей, останавливая брата.

– Действительно. Не надо, – Синельди вздохнул. – В этом уже нет никакого смысла. Живыми теперь их даже проще допросить, но это не ваша заслуга.

– Мэтр? – Искра уставился на Синельди, который внезапно замер. Глаза Архимага закатились.

– Он где-то ещё, – шёпотом пояснила Капля. – Ждём.

– Мэтр в академии? – Искра порывался рассмотреть Архимага поближе, но остановил себя даже на мысли об этом. – Я видел его таким на лекциях.

– Да, мэтр практиковал такое на лекциях, – кивнула Капля. – Он нас слышит, но его внимание сейчас больше в том месте, где находится астральный двойник. Он может перемещать своё внимание туда и обратно в разной степени концентрации.

– В двух местах одновременно… – Искра почесал подбородок. – Астральная магия непредсказуемая. Опасный противник.

– На сегодня, – Капля заметила, что глаза Архимага вернулись в норму и замолчала.

– Итак, – Архимаг продолжил, будто и не уплывал в астрал на несколько минут. – Ваше наказание будет одновременно и вашей задачей. Вернее, задача будет только у Искры. Ты отправляешься вместе со всеми пиромантами на войну.

– Война? – от удивления Капля даже позволила себе заговорить первой.

– Император объявил войну с Подгорным королевством, – Синельди указал пальцем куда-то в сторону. Вероятно, где-то там было расположено Подгорное королевство. – Красная башня будет основным подкреплением для имперской армии. Остальные башни тоже отправят своих подмастерьев и магов. Вопросы?

– Что будет с ворами? – Искра кивнул на дверь.

– Их допросят, – Архимаг пригляделся к Капле. – Пусть войдут.

– Они дали мне клятву, – девушка щёлкнула. – Расскажут правду и без допроса.

– Госпожа? – Брага зашла через появившуюся из ниоткуда дверь, за ней следовал Бугай. – Ваше магичество, оба почтительно поклонились Архимагу Синельди.

– Садитесь, – Синельди указал на возникшие рядом со столом два пыточных кресла. Те, кто их хоть раз видел, ни с чем другим не перепутают. Жёсткие деревянные кресла с высокими спинками. Широкие кожаные ремни вдоль груди, лба, рук и ног с застёжками, чтобы зафиксировать допрашиваемого. Сбежать из такого устройства можно только, если умеешь ходить сквозь предметы и стены. Бывшие воры коротко взглянули на Каплю и после короткого кивка уселись на предложенные места.

– Эмпат? – Искра с отвращением посмотрел на пыточные кресла.

– Не понадобится, – Синельди щёлкнул пальцами. – Любая из школ позволяет добиться желаемого.

– Ух! – с восхищением прошептал Искра. Молодой маг и раньше видел действие этого заклинания, но каждый раз, когда Архимаг совмещал два пространства – это впечатляло. Небольшой круглый кабинет Архимага оказался посреди другой круглой «аудитории». Вот только размеры её были много больше. Кажется, это было внутренним помещением Золотой башни. В центре стоял полупрозрачный силуэт Архимага. То есть ещё один Синельди. Вот один сидит вместе с ними за столом, а второй, полупрозрачный, стоитпрямо в центре, переливаясь оранжевыми всполохами.

– Астральная проекция, – прошептала Капля на ухо брату.

– Ученики, сейчас будет демонстрация одной из практических сторон астральной магии, – вещал в виде астральной проекции Синельди.

По всей площади внутреннего двора Золотой башни были расставлены скамьи. Сотни скамей и небольших письменных столов. За каждым столиком сидел ученик. Если судить по разноцветным обшлагам, то здесь были ученики всех башен. Только не было некромантов. По крайнее мере никого с чёрными обшлагами на рукавах серой мантии не было видно. Ученики внимательно слушали астральную проекцию Синельди. Вернее, они слушали её до появления Синельди во плоти. Архимаг со своими подчинёнными магами в компании бывших воров полностью завладели вниманием учеников. Особенно последние. Неизвестные им Брага и Бугай сидели, пристёгнутые к пыточным стульям, и явно были испуганы. Картинка не сулила ничего хорошего для них, но где же инструменты? Тиски, пилы, иглы и всё то, что так любят палачи инквизиторов.

– Итак, перед вами две астральные сферы обычных людей или, как некоторые говорят, глины, – Архимаг вытащил из карманного пространства свой посох и обвёл им пыточные стулья. Две небольшие сферы появились вокруг стульев. Их было видно даже немагам. – Я добавил астральной маны, чтобы вам было лучше видно. Рекомендую так делать, если вы будете на полевом суде. Вот эти чёрные пятна в их ауре – следствие причинённых им травм. Вот эти красные… Да, можешь спросить.

– Мэтр Синельди, но мы же не можем использовать вашу астральную ману, –с недоумением на лице уточнила маленькая девочка с синими обшлагами на рукавах.

– Даже если ты не сможешь освоить астральную ману, то сможешь использовать артефакты, – Синельди во плоти постучал по одному из прозрачных кварцев на столе, и тот моментально сменил цвет на оранжевый. Затем взлетел в воздух и упал на ладонь девочки. – Коснись им кожи.

– Да, мэтр, – девочка из гидромантов выполнила приказ Архимага. Вокруг неё образовался полупрозрачный шар с оранжевыми всполохами по поверхности. Шар был раза в четыре больше, чем у бывших воров. В его глубине почти не было чёрных или красных пятен, в основном прожилки и нити голубого цвета. Шар задрожал и исчез через пару мгновений. На немой вопрос Архимага ученица ответила:

– Потеряла концентрацию, и заклинание в артефакте развеялось. Благодарю, ваше магичество.

– Продолжим, – Синельди указал на поверхность шара ауры у допрашиваемых. – Сейчас я буду задавать вопросы и то, как они будут отвечать, отразится на ауре. – Ваши имена?

– Бугай, – произнёс Бугай по привычке своё прозвище пересохшим языком и добавил. – Борд Бальши.

– Барга, – коротко ответила женщина, сидящая во втором кресле. Она уже полностью приняла своё новое имя.

– Вот эти белые всполохи на поверхности ауры наших гостей, – Архимаг указал навершием посоха на белёсые мазки. – Показывают нам, что они говорят правду. А теперь соври. Кто твой отец?

– Горный тролль, – ляпнул Бугай. – Император.

– Серый, а затем чёрный, – перечислил Архимаг. – Первое было частично правдой. Наш гость довольно крупный, но нет очевидных черт скрещивания с другими расами. Возможно, кличка, а вот второе – чистая ложь. На сегодня лекция закончена. Все свободны.

– Благодарим, ваше магичество, – нестройным хором ответили разновозрастные ученики башен Семицветной Академии.

– Теперь к серьёзным вопросам. Врать не получится, как сами видели, – Синельди снова был в одном теле, и все они незаметно вернулись в кабинет Архимага. – Рассказывайте про ограбление Академии с самого начала. Если я увижу в вашей ауре хоть одно новое тёмное пятно, то убью на месте.

Ихта. Крысиный колодец.

– Тихо, – сказал стражник, вглядываясь в широкое тёмное кольцо Крысиного колодца.

– Фто тихо? – спросил второй, заметно шепелявя.

– Тихо упал, говорю, – стражник попытался почесать затылок, но рука встретилась со шлемом. Полукруглая сфера шлема настолько стала привычной, что он уже и забыл о нём. – Они… того… кричат, сквернословят. Потом бах, шлёп – или в лепёшку, или стонут.

– А фы не пробофали спускать их по ферёфке? – удивился новенький.

– Верёвку ещё заслужить надо, – стражник снисходительно глянул на новенького. – Вот таким гадам, как этот, верёвка не положена. Знаешь, скольких он спалил в том пожаре?

– Много? – шепелявый задал этот вопрос почти чётко.

– Много, – стражник плюнул во тьму колодца. – Скверна его возьми.

– Ферёфка, – шепелявый глянул на удивлённого товарища. – И пофрезать её заранее. Так нафёжнее.

– А ты голова, – заулыбался стражник. – Удивительно, что тебя к нам перевели. Тебя бы в капитаны.

– Я офказался, – пожал плечами шепепелявый.

– Напомни-ка, – стражник шлёпнул по плечу шепелявого. – Как тебя зовут?

– Ифор. Иг… – попытался чётко ответить тот.

– Игор? – подсказал стражник и, увидев кивок, продолжил. – Так вот, Игор, ты или гений, или идиот. Скверна тебя знает, но котелок у тебя иногда варит.

– Факел? – Игор указал пальцем на колодец. – Фихо же.

– Возьми там, – стражник указал на плетёную корзину, приставленную к сторожке. Игор взял один из десятка факелов. Высек кресалом искру на промасленную ткань. Теперь факел позволил им рассмотреть темноту колодца на несколько метров вниз.

– Скверна. Ни беса невидно, – оба стражника наклонились над Крысиным колодцем. Его ширина позволяла это делать свободно. Отсюда не было видно, но, кажется, колодец расширялся к низу. Зачем это было делать строителям? Впрочем, такими пустяками стражи не интересовались.

– Так за что тебя сослали сюда? – стражник продолжил расспрашивать новенького Игора. – В морду кому дал?

– Капифана не сдал, – отрицательно покачал головой Игор. – Своего капифана. Отказался от пофышения.

– Во дела! – присвистнул стражник. – Слыхал, одного капитана нынче будут судить. И, не дай бес, к нам определят. В Крысиный колодец.

– Фот, – Игор привык к темноте и разглядел в глубине фигурку разбойника. –Жив.

Разбойник Ихта был жив. Жив, но несвободен. Да и в целом в затруднительном положении. Его жизнь висела на волоске, точнее, он цеплялся за неё ногами. Тело само вспомнило прошлую жизнь акробата и ухватилось за торчащую из стены балку. Ихта раскачивался на балке, ловко зацепившись коленями. К чему была балка в странном колодце, разбойник не знал, но сегодня она спасла ему жизнь. Фортуна вновь повернулась к нему своей счастливой стороной. В прошлый раз, когда она отвернулась, его изрядно потрепали маги. В его теле должно быть несколько сквозных дырок. Тем не менее, он себя прекрасно чувствовал. Поразмыслив немного над этим, а в перевёрнутом положении ему думалось даже как-то легче, Ихта пришёл к единственному логичному выводу. Тот новый белый порошок отличался от прежнего красного. Из-за него он отлично себя чувствует, будто несколько огненных стрел вовсе не попадали в него. Да и разум не был затуманен. Он чётко мыслил, даже обоняние стало лучше. Последнее было здесь совершенно неуместно, со дна колодца тянуло зловонием. Целый набор отвратительных запахов. Во-первых, немытых человеческих тел, что само по себе не так страшно. К этому он привык в лесах за свою недолгую разбойничью жизнь. Во-вторых, здесь явно не было отхожего места, что хуже. А вот третий запах был самым мерзким. Он пропитал кирпичные стены и перекрытия, этот омерзительный сладостно-гнилостный запах. Источником этого запаха было что-то иное, ни человеку, ни животному он не мог принадлежать. По позвоночнику пробежала волна животного отвращения. Ихта помотал головой, выгоняя дурные мысли. Ну, вонь и вонь. Потерпим. Затем сверху раздались чьи-то голоса, загорелся огонь. Чадящий факел ослепил почти привыкшие к темноте глаза. Голоса неизвестных стали громче. Они спорили. Поначалу Ихта обрадовался, что его надзиратели ссорятся. Потом его чистый разум подсказал кое-что похуже. Впервые в его жизни он не был пьян, не жаждал золота. А ещё он не боялся. Это было хорошо, слишком хорошо и неправильно. Смазанные волшебным снадобьем монахов, шестерёнки его головы стали вращаться быстрее. Эффект был недолгим, и вскоре поток мыслей вернулся в привычный режим. Голова всё ещё оставалась ясной, и несколько мыслей в ней закрепились. Первая мысль о том, что ссора стражников ему не на пользу. Они просто спорят, как половчее от него избавиться. Вторая мысль о порошке из крестов монахов и то, что он больше никогда к нему не притронется. Уж больно часто Фортуна в последнее время отворачивалась от него. Наверху затихло, свет факела исчез. А вот сейчас надо действовать быстро. Разбойник вскарабкался на балку. Быстро прикинул, насколько скользкие камни по пути наверх. Колодец давно пересох, камни были сухие, и было достаточно много углублений и зазоров между ними. Ихта, конечно, не горный житель, но навыки акробата ему должны помочь. Главное, чтобы всё не закончилось как в Академии. Разбойник схватился за ближайший уступ, оттолкнулся ногами от балки, зацепился руками за щель между камнями. Опираясь на уступы и щели, торопливо полез вверх. Вдруг сверху что-то пролетело. Камень? Камень на верёвке?!

– Промазал! – примитивный снаряд точнёхонько попал в то место, где разбойник висел на балке. – Тащим.

– Эй!..– прошептал Ихта, подавив желание закричать на стражу. Камень снова пронёсся мимо него, теперь вверх, и через несколько секунд снова рухнул сверху, почти задев разбойника. Зачем такие трудности? Могли бы просто прирезать его в отключке и скинуть в колодец.

– А фто мы его просто не прирезали? – шепелявый голос стражника сверху будто прочитал его мысли. Хитрый гад.

– С верёвки – это случайность, – камень снова проделал свой маршрут вверх и вниз. – А за шутки с ножом настучать свои же могут. Как на твоего капитана. Давай быстрее, скоро рассвет и вернётся сержант.

– Скверна, – Ихта понял, что наверх вылезти не получится. Уклониться от снаряда не удастся.

– Отсюда только два выхода, – промахнувшись в очередной раз, с досадой крикнул стражник. – Вверх и на плаху или вниз, в желудки узников. Выбирай, клоун!

– Мимо, – шепелявый потянул обратно верёвку. – Пора убираться. Всё равно его казнят.

– А может, он правда циркач? – стражник всмотрелся во тьму колодца. Разбойник ловко спускался вниз. – Вон как шустро ползёт!

– Маги не ошибаюфся, – покачал головой шепелявый Игор. – Пусть пока живёт.

Ихта спускался всё ниже. Этот колодец был будто бесконечным. Ползти стало проще, тут были многочисленные отверстия под пальцы и ноги. Видимо, узники отшлифовали их за годы. Ещё через десяток метров ему стали попадаться боковые ходы. Ходы в колодце? Что за чушь. Тем не менее, лезть в них он не решился. Болтовня стражников наверху совсем стихла. На такой высоте или глубине они его не достанут. Запах, тот третий обманчиво-сладостный запах, усилился. По позвоночнику пробежал холодок. Ихта прикинул в уме длину верёвки. Кроме возможности погубить его почти невинную душу, у верёвки должно быть и более бытовое предназначение. Ихта недолго размышлял и сразу полез чуть выше, до первых боковых ответвлений. Здесь он и подождёт. Забравшись внутрь, он устроился на земляном полу.

Из глубины лаза на него смотрела пара маленьких красных глаз.

Интерлюдия. Марк изучает магию.

Прошло несколько месяцев с тех пор, как Марк попал в этот мир. Он уже успел побывать пленником, беглецом и даже ненадолго попал в казематы местных инквизиторов. Сбежать от последних помогла магия. Он до сих пор так и не выяснил, как ему удавалось проходить сквозь предметы в экстренных ситуациях. Самым логичным было бы спросить Архимага Синельди, но отчего-то Марк этого ещё не сделал. Или боялся не пойми чего, или не находил подходящей ситуации. И вот даже сейчас, когда он и ещё парочка учеников сильно помладше возрастом практиковались в магии, Синельди контролировал их одним глазом. Не в буквальном смысле, конечно, хотя Марк не удивился бы и такой возможности Архимага. До сегодняшнего дня Марк обучался только пополнять свой крохотный запас маны, наполнять маной такие накопители, как ученическое кольцо, пользоваться стеком как проводником магической энергии. И наконец-то они учили своё первое заклинание. Ну, у Марка оно точно было первым в этом мире. Бытовое заклинание «светлячок».