Вьерд. Раздор. Книга 2

До дома знакомого Пёс добрался за несколько дней. Его хижина была расположена неподалёку от замка на одинокой скале. В народе её прозвали Пальцем ведьмы. Кое-кто даже распускал слухи, что скала эта выросла над могилой неизвестной ведьмы. Пёс слухам этим не верил. Он верил только в то, что можно потрогать, пощупать. Удивительной при этом была его искренняя вера в старых богов. Хижина, почти лачуга, так же как и жилище самого Пса, была неприметна. Стены её были укреплены камнями, явно взятыми где-то поблизости, на соломенной крыше были видны два больших гнезда. Издалека это место можно было принять за заброшенное гнездовище орлов. Круглая дверь – единственное, что нарушало скрытность, но и она была сделана сбоку, так что случайному путнику разглядеть бы её не удалось. Пёс постучал. После долгого ожидания постучал снова, а затем толкнул дверь. Не заперто. Пёс насторожился, достав кинжалы. Внутри было темно. Пёс пощупал погасшие свечи и золу в камине. Когда глаза привыкли к темноте, он разглядел беспорядок. Будто кто-то обыскивал хижину или поспешно убегал отсюда. Вот только снаружи никаких следов не было. Пёс присел на стул и прислушался. Его знакомец был егерем, пока однажды не был ранен на охоте. С тех пор он и поселился тут отшельником. Следы заметать он умеет, прятаться тоже. Пёс стал раздумывать, где бы он спрятался сам. Ответ пришёл почти сразу. Он сдвинул тяжёлый стол в сторону, простучал половицы. Ага, вот здесь. Пёс поддел лезвием кинжала крышку люка. Крышка была сработана так, что была неотличима от половиц.

– Не стреляй! – громко прошептал Пёс. – Это я. Твой брат по лесному делу.

– Привет, брат егерь, – усмехнулся его знакомец. – Ты один?

– Да. Тут никого нет, – Пёс обвёл руками пустое помещение. – Ни тут, ни внизу. Поднимайся.

– Рад тебя видеть, – бывший егерь обнял Пса и указал на ошейник на его шее. – Что это?

– Это милость от Красного Барона, – Пёс почесал шею.

– Милость? – удивился отшельник. – Ты забыл значение этого слова? Может, и имя моё забыл?

– Лука, – равнодушно пожал плечами Пёс. – Но сейчас меня зовут Пёс по милости барона Бурсала. Не будь этой милости, висел бы я на стене с другим украшением на шее. Ты сам-то почему прячешься?

– Ты видел замок? – лесник Лука только сейчас убрал самострел.

– Нет, я пришёл с другой стороны, – насторожился Пёс. – Покажешь?

– Я… я … – рука бывшего егеря Луки сама потянулась к самострелу. – Я не могу.

– Хорошо, я сам, – Пёс протянул тонкую стопку писем. – Мне нужна твоя помощь. Ты ещё балуешься тайнописью?

– Шифрами? Да, конечно, –Лука бережно взял стопку, затем поднял стол, зажёг свечи и сразу же взялся за текст.

– Так что в замке? – с порога спросил Пёс.

– Там больше никого, – Лука отвернулся в сторону, будто его что-то заинтересовало на стене.

Пёс пожал плечами и вышел. Вслед ему раздалось неразборчивое бормотание о времени. «Часов шесть», – всё, что смог разобрать Пёс. Впрочем, ему есть чем заняться, пока Лука будет разбираться с тайнописью монаха. Спуститься к замку было легко. На пути никто не встретился. И уже не встретится, это стало понятно по запаху. Всё, что могло сгореть – сгорело. Относительно целыми остались только каменные стены и сам небольшой замок лорда. Лука не напомнил, а сам Пёс забыл, чей был этот замок. Кажется, на гербе владельца была рыба или несколько. Во внутреннем дворе замка беспорядочно валялось множество обгоревших тел. Крепостные стены им не помогли. Подходить ближе к обгоревшим трупам он не стал, даже на расстоянии в глаза бросалась одна вещь. Одна деталь. За свою жизнь в Красном королевстве он видал немало захваченных замков, деревушек и фортов. И в них всегда было что-то ценное, что переходило в руки победителей. Здесь же ценные для наёмников или вольных баронов вещи были сожжены. Оружие осталось при трупах, домашний скот убит и даже рабы были сожжены заживо. Золота и артефактов в сокровищнице не было. Это Пёс проверил первым делом в самом замке. Доспехи на хозяине замка тоже остались нетронутыми. Даже помятые в нескольких местах, они представляли собой ценность. Разглядывая убитого лорда, он наконец-то вспомнил, как его звали. Лорд Арвин, хозяин Быстроводья. Его герб – две чёрные рыбы на синем фоне.

Много огня, из ценного забрали только артефакты и золото. Нападающими могли быть только маги. Маги Белого королевства. Вот только доказательства все косвенные. Пёс не оставлял надежды найти хоть что-то. Он потратил ещё несколько часов на обыск замка. Грабить здесь уже нечего, запах гари отпугнул животных. Впрочем, больше ничего он не нашёл. Помятую кирасу лорда Арвина уложил в мешок, даже в таком виде она имела цену. В мешок так же отправилось несколько клинков; рукоятки и ножны на них обгорели, а лезвия были из хорошей стали. Мародёрство не смущало Пса ни на миг. Что пропадать добру? Покидая замок, Пёс прошёл над Быстроводной. Когда-то это была полноводная река, теперь же практически ручей. На неглубоком дне что-то блеснуло. Пёс скинул рюкзак, одежду и полез в ледяную воду. Через пару минут, дрожа всем телом, он сжимал в руке перстень. Ученический перстень. Такие, он знал, были у учеников магов. Тяжёлый перстень он подвесил на бечёвку и спрятал под рубаху. Этот артефакт точно заинтересует Красного барона.

Когда Пёс вернулся к своему приятелю Луке, тот уже закончил работу. Бывший лесничий сидел у камина, потягивая вино. В комнате прибавилось свечей, рассмотреть стол, заваленный исписанным пергаментом, теперь не представляло труда. Пёс присоединился к товарищу, он ещё не согрелся после водных процедур в холодной реке. Лука молча протянул ему ещё один глиняный бокал с вином. Вдвоём довольно долго они молча пили и смотрели на огонь. В хорошей компании приятно помолчать.

– Я закончил с тайнописью, – прервал молчание Лука, убирая опустевший кувшин в сторону. – Там на столе переписка между братом Красного барона Людо и монахами.

– Насколько плохо? – Пёс постучал пальцем по бокалу.

– Очень плохо, – покивал Лука. – Новому барону понравится. Людо заключил несколько сделок с монахами. Он покупал через них запрещённые артефакты для Проклятого. Представляешь?

– Монахи якшались с Проклятым? – усомнился Пёс.

– Не напрямую, Людо был их посредником, – Лука взволнованно замахал руками. – Но это не всё! Людо обязался развязать войну с императором и рассчитывал взамен получить в свои руки Красное королевство!

– Ты идёшь со мной, – встал Пёс.

– Ни за что! – отрицательно помахал головой Лука. – Сюда больше никто не придёт. Я остаюсь тут.

– Я сюда пришёл, – Пёс показал ученический перстень приятелю. – Тот, кто разгромил твоего лорда, больше не придёт. А вот за мной могут. Смекаешь?

– Убедил, – Лука указал в тёмный угол. – Там в углу на сундуках шкуры, устраивайся на ночёвку. Отправимся рано утром.

– Ты переждёшь в моей хижине, – Пёс немного поразмыслил. – Жена должна тебя помнить.

Искра и Капля. Белое королевство.

Искра сегодня был приписан в отряд пиромантов. Всего их было полдюжины, включая самого Искру. Никого из этих двух магов и трёх подмастерьев он лично не знал. Да и ни к чему это, подумал он. Несмотря на то, что пиромантов сочли неэффективными против гномов, их прикрепили к каждому из отрядов. Также в помощь к отрядам шли и другие маги. По опыту пиромант знал, что синие и зелёные будут в основном лекарями. На подготовку ему дали целых три дня. Их первый отряд, скорее всего, будет осуществлять разведку боем. Опасное занятие. Видимо, архимаг Синельди решил всерьёз наказать своих подручных. Или же его силы так высоко оценили? Тем не менее, он отметился у военачальника первого отряда, оставил отпечаток своего зеркальца дальносвязи и теперь у него есть пара дней на завершение своих дел в столице. И первым делом надо было вместе с сестрой проведать детский дом.

Детский дом находился по соседству со сгоревшими трущобами. На достаточном расстоянии, чтобы не пострадать. Само здание было двухэтажным, белое, как и многие дома в белоснежной столице Вьерден Белого королевства Империи Вьерд. Единственным архитектурным отличием от соседних домов была плоская крыша с невысокими каменными перилами. Крыша так была сделана намеренно. В тёплые солнечные дни на десятке циновок сушились лекарственные травы. На втором этаже, где не было жилых комнат, с потолков свисали пучки высушенных трав, на полках вдоль стен лежали заготовки ученических стеков, ожидая своего часа в небольших темных шкатулках. На первом этаже были расположены кухня, большая столовая и дюжина жилых комнат. Первым их заметил мужчина на крыше. Одной рукой он помахал в знак приветствия, из другой же не выпускал самострел.

– Жакоб, спускайся, – приказал Искра мужчине.

– Ваше магичество, – дверь дома открылась, с порога их поприветствовала женщина. За её спиной уже мелькала фигура Жакоба. Они были похожи будто родственники. Оба невысокие, стройные, загорелая от солнца кожа контрастирует с длинными соломенными волосами у женщины и такого же цвета короткими у мужчины. Даже имена у них были схожи: Жакоб и Жанет. Слуги при детском доме были мужем и женой вот уже несколько лет, и столько же они работали на Искру и Каплю.

– Как дети, Жанет? – поинтересовалась Капля, внимательно рассматривая три длинные царапины на лице Жакоба.

– С детьми всё хорошо, – Жанет поклонилась во второй раз. За ней жест повторил Жакоб, будто пытаясь скрыть царапины.

– Дядя Искла! – с лестницы второго этажа сбежала совсем маленькая девочка с ярко-рыжими волосами и сразу же обняла Искру за ногу.

– Привет, Верона, – Искра подхватил девочку и усадил на шею. Та звонко рассмеялась. – Твой глаз больше не болит?

– Неа, – Верона помотала головой и почесала правый глаз. Его радужка была полностью красной, левый же был обычного карего цвета. – Жанет дала мне камушки.

– Я дам тебе ещё поиграться, – Искра пошёл в столовую. – Сперва я хочу увидеть всех остальных. Жанет, позови всех.

– Жакоб, задержись, – холодным тоном приказала Капля. – Ты выходил из дома, когда на город напали бесы?

– Да, хозяйка, – Жакоб виновато опустил глаза. Его, взрослого мужчину, била мелкая дрожь. – Никто не пострадал, я всего одним глазком...

– Подними голову, – Капля провела своими ногтями вдоль царапин. Те уже должны были зарасти. Жакоб старался не шевелиться, на его лбу выступил пот. Там, где проходили ногти Капли, кожа покрывалась изморозью. Царапины затянулись, лечение было быстрым и очень-очень болезненным.

– Благодарю, хозяйка, – Жакоб порывался было почесать рукой замороженную щёку, но не посмел.

– Это тебе урок, – кинула Капля напоследок, следуя за братом. – Боль не уйдёт ещё несколько дней. Никогда не подвергай риску детей.

– Благодарю, хозяйка, – Жакоб в очередной раз поклонился, он старался не подавать вида, хотя ему было нестерпимо больно.

– Ваше магичество, – нестройным хором произнесла дюжина детишек разного возраста. Самой младшей из них была Верона, старшим был мальчик лет десяти на вид. По лицам их можно было понять, что происхождения они неблагородного. А их слабый дар к магии не стал пропуском в Семицветную Академию. Однако Искра и Капля нашли применение даже такому крохотному таланту. Перед магами на столе лежал десяток новеньких стиков производства детского дома.

– Сам проверишь? – Капля бросила взгляд на Искру, на его шее всё ещё сидела Верона.

– Раз, – Искра взял один стиков, направив его на заранее подготовленный манекен в углу. Небольшая яркая искра слетела с конца стика и с шипящим свистом устремилась прямо в грудь манекена. – Два... три… сломался.

– Ученических стиков Золотой Башни хватило бы на десяток таких заклинаний, – глаза Капли потемнели.

– Им и эти сойдут, – весело ответил Искра, спустив Верону на землю.

– Им? – переспросила его сестра.

– Покупатели на дешёвые стики найдутся уже завтра, – Искра потрепал Верону по голове. – Горожане будут в ужасе после первых новостей о столкновении с гномами. Империя до этого не воевала с ними.

– Хм, – поразмыслила Капля. –Это имеет смысл.

– Молодцы! – похвалил Искра спокойно сидящих детей. – Жакоб, тащи корзины с гостинцами.

Ихта. Крысиный колодец.

На Ихту в упор смотрела пара красных глаз. От их обладателя шёл сладковатый тошнотворный запах. Разбойник уже не обращал внимания на эту мелочь. Человек привыкает ко всему, а столь неприхотливый, как Ихта, приспосабливается быстрее остальных. Вот и сейчас он ощущал запах, но уже не придавал ему никакого значения. Запах не убивает. Убивают клыки и когти. У обладателя красных глаз были и когти, и, можно было сказать, клыки. И убить человека он вполне мог. Обычные крысы-то способны причинить вред, эта же была раза в два крупнее, резцы её были длиннее и выпирали, под короткой серой шерстью проглядывали жгуты мышц. Пасть крысы широко раскрылась…укус… и большой кусок репы исчез в пасти.

– Ну что, Барон, вкусно? – в темноте ухмыльнулся большой крысе разбойник Ихта. – Кушай, кушай. Тебе нужнее.

Снизу раздались возмущённые крики, на что разбойник только тихо рассмеялся. Варёная репа, которую спускали в ведре заключённым, к ним не попала. Ихта перехватил её по пути. Жители Крысиного колодца, если так можно сказать, получали паёк раз в день. Его спускали в ведре в самый низ; тех умников, что пытались выбраться наверх по этой верёвке, сбрасывали обратно и в наказание несколько дней не кормили. Ихта же обосновался в одном из прорытых крысами боковых тоннелей. Здесь было узко, не лишним будет еще раз упомянуть про мерзкий запах и страх. Крыса приходила сюда не первый раз. При их первом знакомстве она пыталась откусить кусок разбойника, но получила пяткой в морду. Нападать на него она больше не решилась, но приходила раз за разом, пока Ихта не приманил её едой. Разбойник не знал, сколько прошло времени. Часов, дней или недель. Взаперти ощущение времени теряется, и сколько раз крыса, теперь по кличке Барон, навещала его, непонятно. Когда спустили ещё одно ведро с едой, разбойник понял, что прошли всего сутки. Эта скудная порция пищи тоже не попал к остальным заключённым. Теперь крики можно было разобрать чётче.

– Верни жратву, скверна тебя задери! – злобно кричал чей-то голос снизу.

– Отдай по-хорошему! – раздался не менее злой голос, но уже гораздо ближе.

– А вы мне что? – Ихта свесил голову из своей норы и с прищуром посмотрел на ползущих вверх. Разглядеть его они, конечно, не могли. Но вот этот тон в голосе...

– Да придушить его надо и всего делов, – громко буркнул третий голос. Всего их было четверо. В бледных тенях, оставшихся от этих узников, сложно было узнать людей. Одежда их истрепалась, грязные, гонимые лишь голодом и злобой, они вскарабкались до бокового лаза. Самого быстрого из них встретил пинок; не удержавшись, он с проклятиями рухнул вниз. Судя по стонам, тут было не очень высоко. Следующие попытались ухватить Ихту за ногу. Тщетно. Быстрый, ловкий и полный сил разбойник легко увернулся в узком пространстве, а сам отправил вниз ещё двоих.

– Если мы сдохнем… – раздался голос более старшего и, видимо, более спокойного. – Еды будут спускать меньше. Договоримся?

– Повторяю свой вопрос, – разбойник снова свесился из лаза. – А вы мне что?

– Это! – в руке четвёртого узника блеснуло что-то металлическое. – Сделка?

– Сделка! – Ихта сбросил вниз оставшуюся репу. – Подкинь.

– Кто ты? – четвёртый подкинул кусок заточенного штыря с ладонь длиной. И где он только раздобыл его здесь? Или же спрятал от стражи... – Я… Впрочем, моё имя уже не имеет значения. Завтра меня казнят. Как к тебе обращаться?

– Я Ихта, – разбойник примерял в руке пойманное оружие. Не удовлетворившись заточкой, он принял водить по камню, коих тут было предостаточно. – Говоришь, завтра тебя казнят?

– Так говорит стражник, – пожал плечами четвёртый, остальные в это время грызли репу, поднятую с пола. Одну из них протянули и четвёртому. – Стражник говорит так каждый день уже месяц.

– Значит, целый месяц тебе улыбалась Фортуна, – Ихта неспешно водил неказистым штырём по камню. – Вот только теперь здесь я, её любимчик. Так что завтра настанет день твоей казни.

– Да, – четвёртый обтёр о лохмотья репу, откусил кусок и стал неспешно жевать. – Значит, это последний ужин.

– К последнему ужину полагается и беседа! – Ихта оторвался от своего занятия на мгновение. – Расскажи про это место. И не ври, что не знаешь. Ты тут месяц.

– Про Крысиный колодец все знают, – четвёртый доел свой последний ужин и продолжил. – Поговаривают, что изначально тут была дварфская штольня.

– Дварфская? – теперь Ихта спрашивал и точил штырь.

– Да. Гномья, – кивнул четвёртый, остальные его соратники уже давно лежали на полу, сбившись в кучу на груде грязного тряпья, видимо из остатков одежды от предыдущих бедолаг. – Они внезапно покинули эту стройку, хоть место и было удачным. Говорят, в первую же неделю здесь откопали самородок размером с кулак. Врут наверняка. Тем не менее, шахту они покинули, лорд из Белого королевства с разрешения прапрадеда императора Карла присвоил её себе. Ни одной жилы больше здесь не нашли, а штольню в один день затопило. Лорд велел ее закрыть, и только его сын решил рядом вырыть колодец. Причём, необычный.

– Необычный колодец? – Ихта усмехнулся. – Да у того лордового сына видать в голове ветер свищет… колодец…

– Возможно, не без этого… Он был членом секты. Колодец этот никогда по назначению и не использовали, – снова пожал плечами четвёртый. – Так же болтали, что, мол, чертёж того странного колодца передал ему Неназываемый. Однажды ночью поместье лорда посетил человек в чёрном и оставил бумаги.

– Развели вашего лорда, – Ихта присвистнул. – Небось, гору золота за те бумажки отвесил.

– Нет, – отрезал четвёртый. – Он отдал своих младших детей. После того, как построили колодец, штольню снова раскопали, и, на удивление всем, сын лорда нашёл золотую жилу – Вот только кому всё это досталось, – Ихта даже перестал точить на время. – Было это много лет назад.

– У его дочки к тому времени родился сын, – четвёртый тяжело опустился на пол. – Правнук лорда выходит. И вот уже его дети унаследовали и колодец, и штольню.

– А дела у лордовой семьи пошли на лад, – Ихта снова принялся точить.

– К правнуку лорда снова пришёл человек в чёрном. Его прогнали. После этого стали пропадать люди из штольни и из деревни рядом, – четвёртый поёжился в темноте от холода. – Золото закончилось. Внуку пришлось продать всё, кроме поместья в деревне. С тех пор Крысиный колодец это своеобразная тюрьма.

– Про Крысиный колодец знают все, – Ихта потрогал заточку штыря. – Но ты знаешь намного больше других.

– Я последний из той семьи, – вздохнул четвёртый. – Я отказал человеку в чёрном, как и мой дед. Теперь я здесь. Завтра меня казнят.

Интерлюдия. Марк идёт в поход.

Обучение с того дня в Академии было больше похоже на военную муштру, чем на научный институт, коим до этого она казалась Марку. Ученикам преподавались сугубо практичные вещи, теория на всех предметах максимально отодвинулась. Кроме того, астроманты теперь постоянно пересекались с учениками других факультетов. И вот даже сейчас, на практических занятиях по травничеству, здесь находились представители всех семи башен. Вернее, шести: от Чёрной башни, как обычно, никого не было. Да и про единственного обитателя этой башни пошли плохие слухи. Даже сейчас, когда они были на занятии, можно было расслышать сдержанные шепотки учениц и учеников.

– Ну, раз у вас есть время на болтовню, – мимо парты будто по воздуху проплыла архимаг Изольда, глава Зелёной башни, которая самолично проводила занятия. – То, значит, вы всё знаете и справитесь самостоятельно.

– Тс… – призвал кто-то к молчанию, но было уже поздно.

– Ожог от сока растения, – Изольда остановилась посреди класса. Её живое платье зашевелилось, затем с кончиков ветвей во все стороны полетели семена. Они врезались в столы, стулья и прорастали длинными стеблями, которые мгновенно опутывали руки, ноги и даже лица учеников. Левая рука Марка тоже оказалась опутанной стеблями. Потом стебли пожухли и упали, а на руке остался красный след. Руку сильно жгло, хотелось почесать или облить водой. Из своей прошлой земной жизни он помнил, что расчёсывание пораженного места лишь усугубит ситуацию. Первое, что надо делать в непонятной ситуации – это спать, есть или медитировать. Вернее, сконцентрироваться. Обычно на концентрацию у Марка уходило не меньше двух минут. И это в идеальной тишине и спокойствии. Сейчас же вокруг воцарился форменный хаос. Кто-то кричал от боли, кто-то плакал, кто-то сквернословил. Нужно сконцентрироваться, вдох-выдох. Раз… два… раз… два... Мысли стали чётче. Первым делом нужно понять, что это за ожог. Марк здоровой рукой с помощью тряпки взял стебель. Положил его в чашку, затем добавил по очереди порошки из набора на столе. Такие наборы стояли на столе каждого ученика. Тут были и колбы, и чашки, и алхимические ингредиенты. Теперь он понял, для чего они понадобились на уроке травничества. Реакция произошла только на третий порошок. Чтобы не отвлекаться на боль, Марк зажал стек в зубах, а здоровой рукой быстро пролистал небольшой справочник до нужной страницы. Ага, ага. Той же рукой он быстро растёр в ступке стебель с бальзамом и ещё двумя указанными веществами из алхимического набора. Получившуюся мазь нанёс на место ожога. Боль прошла моментально. Это ещё не всё. Иномирянин бегло осмотрел помещение. Несколько учеников лежали без сознания на полу. Марк взял с собой ступку, направился к ним и смазал ожоги. Затем пощёчинами привёл в чувства. На лицах учеников не было благодарности за помощь, но Марк её и не ждал. Дальнейшая его помощь не требовалась.

Изольда вновь пустила во все стороны растения, но в этот раз они лечили тех, кто не справился сам. Стихли крики, ученики возвращали на места упавшие стулья, помогали подняться своим товарищам. Сама архимаг с лёгкой усмешкой «проплывала» через аудиторию. На миг она задержалась рядом с пожилым учеником, почти незаметно кивнула. Это был знак одобрения за выученный урок. Для неё это было мгновением. Для самого Марка это растянулось, казалось, на часы. Сердце неровно забилось, волной нахлынуло то чувство, что он не испытывал с подростковых лет… да, именно оно. И почти мгновенно оно прошло. Побочный эффект магии Зелёной башни, чувство влюблённости тех, кого оно задело. Пожилому ученику стало любопытно, какой же у них откат от заклинаний? И как часто геоманты пользуются таким свойством их магии? От этих размышлений его отвлёк старший ученик. Да, по возрасту он был много моложе Марка, но был старше его по рангу.

– Марк, тебе пора собираться!

– Куда? – опешил Марк. – У нас ещё лекция у Аэромантов.

– Не сегодня, – ученик покачал головой. – Планы поменялись. Твой курс закончен.

– Так прошло всего… – снова возразил Марк, пытаясь подсчитать, сколько уже дней они учатся с утра до ночи.

– Не спорь, – старший ученик всучил в руки Марку большой плетёный короб. – Тут всё необходимое для пешего перехода.

– Перехода? Пешего? – Марк продолжил задавать вопросы. Он категорически не понимал смысла таких резких перемен.

– Да помолчи ты минуту! – старший ученик положил поверх короба письмо и несколько стеков. – В письме подробные инструкции. Это распоряжение Архимага. Удачи!

– Куда? – Марк попытался остановить ученика, но тот уже убежал. Почти все ученики уже покинули аудиторию. Марк сел за один из столов, развернул письмо и начал читать. Он уже освоил местную письменность, и трудностей не возникло.

«Марк, поздравляю с окончанием первого курса. Теперь тебя ждёт полевая практика боевого мага. Ты поступаешь в распоряжение командира Циветта. Его ставка находится в одном дне пути от столицы. Дорожная грамотка находится в коробе, там же ты найдёшь всё, что необходимо для практики. Приказ Архимага Синельди».

Марк открыл крышку короба. Сверху расположился кожаный тубус с грамоткой. Под ним лежало ещё несколько вещей: дорожный плащ, запасная серая мантия с оранжевыми обшлагами, свёрток с нехитрой снедью, фляга и крохотная пробирка с синей жидкостью. Также в коробе были письменные принадлежности и огниво. Марк вздохнул, кинул в короб стеки, накинул лямки короба на плечи и пошёл по переходам на выход. И только сейчас до него дошло, что впервые за время своего пребывания в этом мире он окажется за пределами столицы как его … наверное, гражданин. До этого иномирянин был на правах преступника, беглого преступника и только сейчас как ученик покидает белоснежные стены столицы. Поход ученика Марка начинается.

Глава 5. Забытое королевство.

«Даже когда всё потеряешь, получаешь одно преимущество — заключается оно в том, что терять тебе больше нечего»

Уве Предатель. Зелёное королевство.

Уве время от времени озирался, хотя его давно никто не преследовал. Прошло много дней с того момента, когда он бежал из тюрьмы. Больше дюжины убитых людей он даже не вспоминал. А вот про сообщение через того шпика Синельди он помнил. Остаётся надеяться, что старик заключённый выжил и всё передал. Уве Предатель в очередной раз обернулся, хотя тут не было ни одной живой души, вернее ни одного разумного существа. Живности в лесах Зелёного королевства было предостаточно. От мелких грызунов до медведей и редких чудовищ. Последних Уве опасался меньше всего. После того, как его взял в ученики Туна Зелёный, с ними стало справиться проще. Вот люди – другое. Эти опасны, даже если глина. Они могут втереться в доверие. Уве мог проверить, есть ли тут люди с помощью магии, но Предатель опасался и это сделать. Даже лёгкое проявление магии можно засечь.