Миры победителей 1.0

Хемпсерт

Он валялся в какой-то канаве, заросшей душистой травой. С неба пекло солнце, в траве бешено стрекотали кузнечики, пушистые облака неспешно ползли по голубому небу. Создатель, кто бы он ни был, хорошо потрудился, создавая эту землю!

Он, как это нередко бывает, не помнил, как сюда попал и что ему теперь делать, и если бы не палящее солнце, он бы с радостью пролежал в этой канаве до вечера. Или еще дольше, пока не захотелось бы поесть… Кстати, поесть бы он не отказался прямо сейчас! Самое время проверить, что есть в карманах. И на месте ли руки и ноги… Он сел и сразу нашел холщовую сумку и короткий ржавый меч, лежащие рядом, тут же в канаве. В сумке лежала буханка хлеба, горшочек с вонючей мазью, плотная шерстяная накидка, двадцать серебряных монет в кошельке и письмо, свернутое в трубку. Первым желанием было умять весь хлеб и прикрыться накидкой от солнца. Но и ту и другую мысль пока стоит отложить: хлеб может оказаться единственной едой на долгое время, а залеживаться неизвестно где и терять время, которого быть может мало (просто он не помнит) – вообще непозволительно. Убрав все, кроме письма, обратно в сумку, он развернул письмо и прочел:

«Дорогой Мартин,

Мартин. Да, конечно, Мартин.

Внимательно осмотрев письмо и не найдя больше ничего интересного, Мартин аккуратно свернул его и тоже положил в сумку. В ней осталась еще куча места. Накинув сумку на плечо, он подтянул к себе меч и аккуратно выглянул за край канавы. К северу от него расстилался луг, кажущийся бескрайним, на западе был лес, а на юге, неподалеку Мартин увидел городские стены. Довольно большой город, каменные, высокие стены и башни, ворота открыты, мост опущен. Теперь, когда он смотрел на город, до него доносились обычные городские звуки. Все выглядело очень мирно, но на всякий случай осторожность не помешает. Засунув меч за пояс, Мартин, поминутно оглядываясь, направился к городу.

У ворот стоял скучающий стражник.

– Куда идешь? – безразлично спросил он, когда Мартин подошел достаточно близко.

«Ясно куда! Или ты тоже хочешь узнать, как называется этот город?» – усмехнулся про себя Мартин.

– Я заблудился, господин стражник, вы не подскажете, как называется это славный город? – хм, видать, не такой уж он и славный, если обмундирование стражника немногим лучше его собственного.

– Этот город – Хемпсерт, и времена, когда он был славным, уже давно миновали. Шел бы ты мимо, парень, послушай моего совета.

– Но если я все же решу войти сюда, вы не будете возражать?

Стражник посмотрел на Мартина. Удивленно смерил его взглядом, хмыкнул и вернулся к своим скучным мыслям. Видимо, он не возражал. По крайней мере, его ржавый топор по-прежнему лежал достаточно далеко, чтобы можно было сделать такое предположение.

Мартин хмыкнул в ответ и прошел через ворота. Город и правда переживал не лучшие свои годы, на улицах было немного народа, дома выглядели так, как если бы их недавно восстановили после землетрясения, кое-как прибитые доски, покосившиеся ограды, разбитые мостовые. Недалеко от ворот, рядом с рыночной площадью стояло хорошо сохранившееся трехэтажное здание с вывеской «Постоялый двор „Летучая мышь“». Необычное название. У постоялого двора сидел и скучал на лавке седобородый старик, опираясь на суковатую палку и щурился от полуденного солнца.

– Добрый день, путник! Что занесло тебя в наш негостеприимный город?

– Добрый день, почтенный горожанин, покуда у меня нет оснований считать ваш город негостеприимным.

– Счастливчик. Да прибудет с тобой это заблуждение как можно дольше, – что-то все его сегодня пугают.

– Не знаете ли вы, как я могу найти свою тетушку Омили? Матушка моя написала мне, что она живет в Хемпсерте, и… – он замешкался, отчасти потому, что еще не придумал, что «и…», а отчасти потому, что из дверей постоялого двора вышла черноволосая девушка с пустой корзиной и, быстро оглядев его с головы до ног, неторопливо направилась к сараю, покачивая бедрами.

– Я не знаю. А, может, и знал, да забыл. На то и старость. Хе-хе. Спроси, вон, хозяина постоялого двора, ему положено всё про всех знать.

Мартин поблагодарил старика и, постучав, вошел в дом.

На первом этаже располагалась харчевня, почти пустая в это время суток, хозяин, как и полагается хозяину харчевни, стоял за стойкой бара и, как это принято в Хемпсерте, скучал.

– Что желает усталый путник? У нас можно остановиться на ночь, поесть, выпить, заказать развлечения для настоящих мужчин, накормить и подковать лошадей, починить оружие и доспехи… – тут хозяин все-таки удосужился повернуть голову и посмотреть на Мартина. Профессиональный взгляд, казалось, раздел Мартина, вывернул содержимое сумки, а потом брезгливо одел и вернул все в сумку, – у тебя деньги-то есть?

– Есть, – гордо ответил Мартин. И добавил, подумав, – немножко.

– Бьюсь об заклад, что с той парой медяков, которая лежит у тебя за пазухой, ты не станешь моим лучшим клиентом. Чего же тебе надо?

– Я ищу мою тетушку Омили, которая живет в этом городе. Не подскажете ли вы, где я могу ее найти?

– Омили? Я знаю двоих Омили: одну добрую женщину и одну из «темных». Не знаю, может ли «темная» быть твоей теткой, но вторая уже пару месяцев как покинула Хемпсерт в неизвестном направлении.

– А как я могу найти ту, которую вы назвали «темной»?

– Парень, ты что, всерьез думаешь, что красноглазая может быть сестрой твоим предкам?! Или не отказался бы заполучить такую родню?

– Шутка, – спохватился Мартин, угодив, похоже, в еще большую лужу: «Кто же станет так шутить» – было написано на лице хозяина, – А куда же отправилась вторая Омили?

– Это мне не известно. Спроси, может, у ее соседей, – и хозяин подробно объяснил, где ранее жила «добрая женщина Омили», – если все же решишь остаться в нашем городе на ночь, думаю, я найду для тебя работу на вечер и матрас на ночь, парень, – закончил хозяин постоялого двора и всем видом показал, что разговор окончен.

На улице сидел и усмехался летнему солнцу старик, из сарая шла девушка с полной корзиной съестного. Хорошенькая. И поесть бы не помешало…

Дом уехавшей Омили выглядел так, как и должен, наверно, выглядеть покинутый пару месяцев назад дом: стекла выбиты, дверь нараспашку. Похоже, из него вынесли все, что могли, оставив только совсем бесполезное. Осмотревшись, Мартин собрался было выйти, но споткнулся обо что-то. Этим чем-то оказалась ручка дверцы погреба. Открыв дверцу, Мартин осторожно спустился по скрипучей лестнице в прохладный погреб. Здесь, как ни странно, кажется, никто из воришек не побывал: на полках лежали довольно ценные вещи. Оставалось поверить тому сомнительному предположению, что Мартин оказался единственным счастливчиком, споткнувшимся о ручку-невидимку. Итак, к приобретениям относились: перстень с большим красным камнем, кожаный шлем, перчатки, связка факелов, запечатанная пыльная бутылка старого вина, маленький арбалет со стрелами и новенькие сапоги. Убрав найденное в сумку и надев сапоги, оказавшиеся впору, Мартин вылез наверх и пошел искать соседей.

Ближайший дом казался таким же безжизненным, на улице перед ним никого не было, хотя окна были целы, а дверь была прикрыта. На всякий случай проверив, на месте ли меч, Мартин постучал в дверь.

Из-за двери вылетел кто-то низкий, волосатый и с хвостом и, закричав, набросился на Мартина. Тот отскочил, одновременно доставая меч. Но хвостатый, видимо, очень хотел подраться, так как бросился на четвереньки и со всей силы вцепился в правую ногу Мартина, по счастью защищенную сапогом. Мартин стукнул того по голове мечом плашмя, это ослабило хватку, но лишь на секунду, после этого тварь начала тянуть Мартина за ногу, надеясь повалить. Это уж слишком! Того и гляди, порвет его новые сапоги. Пришлось вмазать ему по-настоящему. Тварь вскрикнула и, после недолгих судорог, замерла. Получив возможность рассмотреть его получше, Мартин увидел небольшие рожки и густую шерсть, покрывающую все тело покойного. Собственно, Мартин не желал ему зла. Бедняга.

Прежде, чем сунуться в дом, Мартин сделал пару пробных махов мечом, чтобы приноровиться. В доме, прямо рядом с дверью стоял еще один хвостатый, но Мартин решил не давать ему шансов изорвать свои сапоги и врезал, как только тот встал на четвереньки. Больше в дома никого не было. В центре единственной комнаты лежал каменный талисман на толстой цепочке. Отправляйся в сумку!

В другом доме, стоявшем чуть в стороне, жил кузнец. Кузница стояла во дворе, из нее раздавалось равномерное постукивание. Готовый ко всему, Мартин подошел к кузнице. Стук прекратился.

– Добрый день, господин кузнец! – обратился Мартин к владельцу огромного молота.

– Добрый… надеюсь. Надо что-то починить, или выковать на заказ?

– Признаться, я просто зашел узнать, куда подевалась моя тетушка Омили, ваша бывшая соседка.

– А. Хохотушка Омили. Да. Темные утащили у нее собаку и однажды чуть не утащили младшего сына. Она уехала искать место поспокойнее. Подала сь на север, наверно.

– То есть, вы не знаете, где бы я мог ее найти?

– Нет, я не знаю. Думаю, она бы не очень хотела, чтобы ее кто-нибудь находил. Уехала она ночью, не попрощавшись и не оставив адреса. Так-то, – и он привычно взвесил на руке свой увесистый молот, собираясь вернуться к работе.

– А много ли есть мест, куда она могла бы уйти?

Кузнец удивленно посмотрел на Мартина. Почесал затылок. Опять посмотрел.

– На севере два больших города Мелтбург и Фризховен и много деревенек. Но подалась ли она на север со своим семейством или куда еще – не могу сказать. Просто, говорят, что на севере сейчас спокойнее. А ты сам-то откуда?

Мартин задумался, как бы ответить на этот вопрос.

– Видите ли, господин кузнец, боюсь недавно меня сильно ударили по голове, и я совершенно забыл, откуда я. При себе я нашел письмо, направляющее меня к тетушке Омили из Хемпсерта, которая поможет мне найти отца. От нее же я надеялся узнать что-нибудь и про себя.

Кузнец искоса посмотрел на Мартина. Мартин достал письмо – единственное доказательство его правоты. Кузнец принял письмо, повертел его так и этак и быстро вернул.

– Документы – важная вещь, храни их получше, – весомо сказал он, возвращая письмо. Однако, доверие, похоже, было восстановлено.

– Что же мне делать, как найти тетушку? Она, наверно, мой единственный родственник на многие мили вокруг.

– Знаешь… Теперь, когда ты сказал… Не думаю, чтобы Хохотушка Омили могла быть твоей теткой. Она, знаешь ли, сирота. Много лет назад старая повитуха нашла ее, совсем еще крошку, подброшенной в один бедный дом. И взяла к себе. Она-то и дала ей имя Омили. К тому же Хохотушка, наверняка твоя ровесница, а муж ее чуть тебя постарше. Так что… Если тебе больше ничего не надо, я бы предпочел вернуться к работе.

Мартин достал свой меч.

– Можно ли что-нибудь сделать с этим?

Кузнец взвесил меч, махнул им, проверил заточку, хмыкнул и сказал:

– Отличный меч для шинкования капусты, сынок.

– Может быть вы правы, но двоих хвостатых я им уложил.

– Хвостатых? Собак что ли? – кузнец, похоже, перенес пренебрежительное мнение о мече на его хозяина.

– Если собаки у вас в городе рогатые и живут в домах, да еще набрасываются на людей без всякого повода, то да, в вашем городе стало на двух собак меньше.

– О, – кузнец смутился, – ну, тогда тебе тем более понадобится хороший меч. А еще лучше – хороший зачарованный меч. Я, пожалуй, взял бы у тебя твой… э-э… меч за два серебряных. А ты иди за мной, я покажу, что можно подыскать взамен.

За кузницей стоял небольшой сарай с коваными дверями и двумя большими замками. Через пару минут перед Мартином предстал солидный арсенал из самого разнообразного оружия.

– Парню твоего сложения я бы посоветовал вот этот длинный меч и вот такой кинжал. Все вместе за пятнадцать серебряных. Хотя можешь попробовать боевые топоры: не так быстро, но удар мощнее. Или пику. Ну как?

– Я предпочитаю меч. А где тут у вас зачарованные мечи?

– Есть и зачарованные, да только заклинания стоят дорого. Не думаю, что у тебя найдется сто лишних серебряных… Вот если бы ты сам знал какое заклинание или был у тебя какой талисман.

– Да уж, денег лишних нет.

– Так что, я бы посоветовал тебе вот… вот этот меч, – Кузнец достал и без того приглянувшийся Мартину меч и дал Мартину попробовать его в руках. Меч и правда был хорош.

– Почем это чудо? – Мартин решил задобрить кузнеца перед торговлей.

– Я отдам его тебе за… За десять монет.

– ДЕСЯТЬ?! – Мартин изобразил свое лучшее удивление, – Меч хорош… Но десять…

– Ты конечно можешь продолжать ходить со своим ножичком, но им ты и правда напугаешь только собак. Ладно, девять.

– Пойду, поищу другого кузнеца, – Мартин вошел во вкус, – может он и не будет таким хорошим мастером, но, надеюсь, он не будет обирать своих покупателей.

– Ах ты, молодой, а хитрый, – кузнец от души захохотал, – видать, не так уж сильно тебе дали по голове. Шесть. Это мое последнее слово.

– Хорошо. Шесть и вы посмотрите, можно ли из моих талисманов сделать что-нибудь путное, – и он достал кольцо и талисман на цепочке.

– Про этот камень ничего не знаю. Может оказаться просто куском руды, а может и заточенной душой колдуна. Спрячь покуда. А вот это колечко с камнем-силачом – вещь простая, но полезная. Надень-ка, и пойдем в кузницу – когда Мартин надел кольцо, кузнец протянул ему свой молот ручкой вперед, – попробуй замахнуться, – Мартин осторожно принял молот на вытянутых руках, опасаясь, что тот, упав, расплющит ему ступни. Молот же оказался совсем не тяжелым, чуть тяжелее его нового меча. Положив молот на землю, Мартин снял кольцо и попробовал поднять молот снова. Потом еще раз. С трудом оторвав конец ручки от земли, Мартин усмехнулся и кивнул кузнецу:

– Ясно. Хороший камень.

– Только не думай, что чудеса ничего не стоят, этот камень хоть и дарит силу, но и аппетит с ним удваивается – как бы не помереть от истощения, – предостерег кузнец.

– Ваши шесть монет, благодарю, господин кузнец.

– Заходи еще, мечи нынче не в цене, может еще что купишь, или этот починить захочешь.

Вернувшись к постоялому двору, Мартин обнаружил того же старика в той же позе и с той же ухмылкой.

– Как твои поиски, путник? – старик окинул Мартина взглядом, – Я смотрю ты приоделся, да и меч у тебя новый. Неплохо для одного дня, – солнце клонилось к закату, легкие облачка так же неспешно ползли по вечернему небу, – советую, однако, на сегодня с поисками закончить и переночевать под какой-нибудь крепкой крышей с толстыми стенами, хе-хе. Вроде этих, – старик пихнул локтем стену постоялого двора.

– Да, я бы и сам не против передохнуть и поесть.

– Так что же ты медлишь, заходи, скорее, пока буря не началась.

– Буря? – Мартин недоверчиво оглядел чистый горизонт.

– Ты не местный, путник, не торопись считать старого Мусто сумасшедшим.

– Благодарю, почтенный Мусто, – сказал Мартин и вошел в дверь.

Хозяин стоял на том же месте, но в зале напротив него произошли изменения: в нем было полно народу. Стоял обычный для подобных мест шум разговоров, стук деревянной посуды, скрип стульев и скамей. Мартину показалось странным, что при той толпе которая собиралась пересидеть предсказанную Мусто бурю в этом месте, целых четыре небольших стола были абсолютно пустыми, как бы разделяя зал на две части.

– Что желает усталый путник? У нас можно остановиться на ночь, поесть, выпить, заказать развлечения для настоящих мужчин, накормить и подковать лошадей, починить оружие и доспехи… – тут хозяин традиционно повернул голову и посмотрел на Мартина. После секундного оценивающего взгляда он переспросил: Так чего желает усталый путник?

– Я желаю поесть. Мясо с картошкой, овощи, красное вино.

– Какое вино предпочитает путник?

– А какое есть? – уточнил на всякий случай Мартин, – Кстати, я тут нашел бутылку вина… – Мартин залез в сумку и достал пыльную бутылку, – Как думаешь, пойдет оно к тому мясу, что ты мне дашь?

Хозяин протянул руку и осмотрев печать на горлышке и ярлык искоса посмотрел на Мартина.

– Боюсь, это вино окажется слишком хорошим для этого города. Я, пожалуй, куплю эту бутылку за пять серебряных.

– Пять?! Пятьдесят серебряных, ужин который я заказал и комната на ночь, – рискнул Мартин. И тут же подумал, что продешевил, так как хозяин довольно быстро согласился и начал отсчитывать деньги. Ну и ладно, вино досталось Мартину даром, а хорошая еда и ночлег дорогого стоят. Мартин направился к ближайшему пустому столу, ловя подозрительные взгляды из обеих половин зала. Через пару минут знакомая ему черноволосая девушка принесла тарелку с едой и кувшин вина. Она смотрела на него с большим интересом, чем утром и даже пожелала ему приятного аппетита.

– Он будет еще приятнее, если ты посидишь со мной, красавица, – тихо произнес Мартин, заглядывая ей в глаза.

– Мой папочка не позволяет мне сидеть пока я работаю, – ответила она, взглянув в сторону хозяина постоялого двора, потом наклонилась, как бы вытирая крошки с дальнего от нее края стола, так что вырез ее платья оказался напротив носа Мартина, а губы рядом с ухом, – Хорошенько спрячь деньги, которые тебе дал отец, слишком много глаз видело, как ты разбогател.

– Благодарю тебя, милая девушка, обязательно их спрячу. А когда ты заканчиваешь работать?

– Обычно после бури, когда гости расходятся, – по счастью стол оказался очень грязным и девушка старательно что-то от него оттирала.

– А я, похоже, остаюсь здесь на ночь, так что, как освободишься, составь мне компанию, – заметив, как девушка покраснела, он добавил: Я не местный и не знаю, как у вас принято ухаживать за самыми красивыми девушками города. Быть может надо занимать очередь или приносить ей уши соперников. Поэтому и прошу тебя рассказать мне побольше о вашем городке, если это не бросит тень на твою репутацию, – стол, похоже, оттерся и девушка собралась уходить, однако прежде чем повернуться к нему спиной, едва заметно кивнула, шепнув:

– Я позабочусь, чтобы отец выделил вам хорошую комнату.

Обычный шум, тем временем возобновился.

Мартин, отдышавшись, накинулся на еду. Она показалась ему необычайно вкусной. Очистив тарелку, он дал знак хозяину повторить заказ. Расправляясь со второй порцией, Мартин внимательно оглядел зал. Глаза привыкли к полумраку и ему показалось, что разделение на группы носит не такой уж случайный характер. По крайней мере у одной из групп не встречались рога, торчащие наружу клыки и горящие глаза, в то время как вторая группа почти поголовно могла похвастать всем вышеперечисленным в комплекте с густой шерстью. В первой группе не было женщин, ее составляли по большей части немолодые мужчины, вторая группа была более разнородна, в ней попадались особи разного размера и, похоже, пола. Мартин разглядел группу молодых женщин в откинутых капюшонах. Если красные глаза и бледный цвет кожи не мешает им называться женщинами. Ели и пили все с одинаковым рвением, и всем, похоже, было что обсудить с соседями по столу.

Дочка хозяина на пару с, вероятно, его женой, ловко подносили еду и вино, используя проходы рядом с пустующими столами как площадь для маневров. За окном заметно потемнело, женщины зажгли дополнительные светильники и закрыли ставни. Открылась входная дверь и в нее проворно вошел Мусто. Закрыв за собой дверь на засов, он направился к столу, за которым сидел Мартин.

– Ты сел на мое место. За это ты закажешь мне кружечку пива, – обратился к нему старик, садясь рядом и кивая хозяину.

– Разумеется, почтенный Мусто, – но разве вы не сидите обычно в той половине зала? – поинтересовался Мартин вполголоса.

– Мусто сидит, где хочет, а этот столик ближе всего к следующей кружке пива. В бурю пиво особенно вкусно, не находишь, путник?

– Меня зовут Мартин. Разве буря уже началась?

– А ты прислушайся, Мартин, – едва он договорил, с улицы донеслось протяжное завывание ветра, шум сильного ливня и далекие раскаты грома. Закрытые ставни заскрипели под напором стихии, разговоры на минуту притихли, – началась, родимая. А вот и пиво принесли. Спасибо, милая, – знакомая Мартина поставила перед стариком большую кружку пива и вопросительно посмотрела на Мартина. Тот улыбнулся и покачал головой, отодвинув пустую тарелку.

– Может еще вина? Отец говорит, что сегодняшний ваш ужин за счет заведения.

– Нет, я правда сыт, лучше передай отцу, что Мусто пьет за мой счет.

– Мусто? – девушка в непонимании посмотрела на Мартина.

– Да, милая, Мусто, – старик успокаивающе похлопал ее по руке и улыбнулся.

– Да, конечно. Как вам будет угодно, – и она пошла выполнять очередной заказ.

– А долго ли обычно продолжается буря? – поинтересовался Мартин, отрываясь от картины удаляющейся девушки.

– Около часа. Не волнуйся, я выпью не больше двух кружек пива. Даже за счет заведения, – усмехнулся старик, – Чем же ты так приглянулся хозяину?

– Кажется, я дешево продал ему бутылку хорошего вина.

– Почем?

– Пятьдесят серебряных.

– Пятьдесят серебряных? Это хорошие деньги. Да и что бы ты делал с хорошим вином? Ты что, знаешь в нем толк?

– Нет. Просто не хотелось бы продешевить, хотя я его просто нашел.

– Значит ты нашел пятьдесят серебряных, ужин, ночлег и две кружки пива для старого Мусто. Неплохо для первого же дня в Хемпсерте. Многим не удается найти и этого за всю их жизнь. Хе-хе. К тому же, похоже, юная Нисте почему-то находит тебя интересным. Что само по себе стоит многих бутылок вина. Если я правильно все помню… – и старик так засмеялся, что даже поставил кружку на стол, боясь расплескать пиво.

Буря закончилась, за стенами стало заметно тише. Хозяйки открыли окна и в зал ворвался свежий ночной воздух, какой бывает летом сразу после грозы. Мусто встал и, поблагодарив Мартина ха компанию, неспешно удалился. Другие посетители также расходились небольшими группами, прощаясь с хозяином. Когда в зале осталось всего несколько гостей, Нисте подошла к Мартину, держа в руках связку ключей и стопку чистых простыней и повела его наверх.

– Сейчас у нас нет постояльцев, так что можешь выбирать любую комнату.

– Мне сойдет любая, может ты посоветуешь?

– Тогда вот эта, – Нисте отперла дверь и, положив вещи на сундук внутри комнаты, принялась разжигать масляный светильник, – Здесь за стеной проходит печная труба и ночью не так холодно, как в других комнатах. Правда летние ночи обычно теплые.

– Ну, с погодой в вашем городе не так все просто, как я посмотрю.

– Ты про бурю? Мы уже привыкли, – в комнате стало светлее из-за трепещущего пламени разгорающегося светильника.

– Ты не расскажешь мне про ваш город побольше? Похоже, здесь происходят не совсем обычные вещи.

– Боюсь, если я задержусь, у тебя будут неприятности с отцом, – Нисте стелила простыни, а Мартин невольно любовался ее ловкими движениями.

– Тогда поговорим завтра?

– Если найдется минутка, – лукаво ответила Нисте, – Спокойного сна…

– Мартин.

– Спокойного сна, Мартин.

– Спокойного сна, Нисте.

На следующее утро Мартин проснулся с первыми лучами солнца посвежевшим и отдохнувшим. Зверский аппетит заставил его вылезти из-под теплого одеяла и погнал вниз. К его удивлению, хозяин уже стоял в обычном месте и уже порядком скучал.

– Доброе утро, путник, – приветствовал Мартина хозяин, – если ты решишь остаться, боюсь, тебе придется раскошелиться.

– Я еще не знаю, где буду вечером. Для начала я согласен раскошелится за хороший завтрак.

– Послушай, путник, – обратился к нему хозяин постоялого двора, – раз уж тебе все равно нечего делать… Я знаю место, где может быть много бутылок, подобных той, которую я вчера у тебя купил. Я бы не отказался заполучить дюжину-другую, при случае их можно выгодно продать. Я заплачу тебе по сорок серебряных за каждую принесенную бутылку. Ну как, возьмешься?

– Почему бы и нет. Что на завтрак?

Указанный дом, видимо, когда-то принадлежал богатой семье. Но теперь – бури и мародеры сделали свое дело – дом выглядел заброшенным и безжизненным. Отец Нисте предупредил Мартина, что его присутствие там может кому-то не понравиться, но так как дом заброшен, у него есть столько же прав находиться там, сколько и у других. Мартин, уже имеющий опыт общения с заброшенными домами, надел все, что могло защитить от зубов и когтей: шлем, перчатки, сапоги и шерстяную накидку. На пальце блестел перстень, в руке – меч.