Призрачная Хазария

Глава 1. Триединый Итиль-на-Итиле — столица могучего каганата

Старый, но ещё имеющий горделивую стать беркут поднялся на высоту небесных чертогов и, вращая хищной головой, в который раз увидел зоркими глазами город-исполин, обнесённый глинобитными стенами, имевшими толщину восьми человеческих локтей, а высоту доходившими порой до двенадцати. Через каждые шестьдесят локтей стены возвышалась квадратная башня, которая служила укрытием для войск и опорным пунктом обороны, а также предназначалась для наблюдения за местностью, простирающейся за самый горизонт. Если враг пытался штурмовать эти стены, воины, укрывавшиеся там, могли без лишних проблем осуществлять прицельный обстрел из боевых луков продольных стен, подступов к ним и обеспечивать защиту проезда в саму крепость.

На своём полувековом жизненном пути орёл лицезрел это не единожды, и, кружа над местом очередной брани, ему приходила в голову одна и та же мысль: зачем люди уничтожают себе подобных, ведь мир огромен и щедр на дары, а значит, хватит всем и каждому? Если, конечно, не пересекать священные границы, установленные предками ещё с незапамятных времён.

Он вспомнил, как его молодым орлёнком забрали из гнезда в трёхмесячном возрасте люди на лошадях, пока мать летала за пищей куда-то за реку. Они были грубы и добры одновременно, постоянно находились рядом, хорошо кормили мясом и на что-то надеялись. Люди занимались его воспитанием, желая, чтобы он беспрекословно подчинялся их воле. А он думал о матери, которую смутно, но помнил. Как-то раз его неделю не кормили и, отойдя недалече, свистели, показывая голодному орлёнку мясо. Делать было нечего, попирая гордость, он садился на протянутую хозяином руку, а с другой руки получал мясо. Так прошёл один год. Люди взяли его на первую в его жизни охоту, опять же на что-то надеясь. Он подвёл их на первой же охоте — его выпустили на маленького лисёнка, удиравшего от них по степи во весь дух, а он, взлетев, издал орлиное «кьяк-кьяк-кьяк», посмотрел на хозяина и его спутников и полетел в другую сторону. Он слышал, как люди громко ругались и ржали испуганные кони, но он был на свободе! Возле белого облака его встретила мать, обмахнув несколько раз крыльями, приветствуя сына, и они полетели подальше от этого злобного места… Как давно это было.

Вот такие люди: глупые, маленькие, злобные создания, копошащиеся у подножия земли, которой им всё мало, не имеющие даже самые примитивные крылья и поэтому неспособные воспарить в небо и увидеть оттуда ничтожность человеческого бытия и величие окружающего мироздания во всём его великолепии и наполненного ветром божественного восторга.

Город (назовём его Большим), который обозревал с высоты орёл-беркут, стоял на берегу одноимённой реки Итиль (Большая река), названой так поражёнными её величием тюрками в VI веке, которая ближе к Хазарскому морю не имела единого русла и распадалась на множество рек, речек и речушек, образуя так называемую дельту, похожую на одноимённую малую букву греческого алфавита в форме треугольника. Возле самой границы с морем классический треугольник терял свои контуры и становился похожим на веер, состоящий из нескольких ветвей, который активно затоплялся водой в последние годы из-за быстрого подъёма Хазарского моря. Поля, сады, пастбища и рыбные угодья оказались под водой, жители прибрежных территорий были вынуждены покидать свои места и переселяться в другие области, до которых не добралась ещё водная стихия. Все полагали, что это временное явление, истово молились всем своим богам, благо этнический состав «потопленцев» был разнородным, но то ли молитвы не доходили до неба, то ли боги осерчали на детей своих и возжелали изгнать их с насиженных территорий. Море медленно пожирало территории, населяемые трудолюбивым и гордым людом, но пока не показывало и сдерживало свой истинный и непредсказуемый нрав, ибо час этот роковой ещё не пробил. История учит: если происходит какой-либо природный катаклизм, значит, первопричину этих явлений необходимо прежде всего искать в грехах человеческих, их затеях богопротивных и делах неправедных.

Первичной топонимической версией (Баширов Н. З.), которую хочется упомянуть и защитить от забвения в качестве примера логически-изыскательского подхода в сопоставлении современной карты местности с древним ландшафтом X века, была в следующей редакции. А именно: Большой город располагался в юго-восточной части дельты в месте нахождения нынешнего туркменского посёлка Атал, имеющий и по сей день аулия (святые захоронения), удивительным образом созвучные с именем государства нашего повествования — Кыдыр (Хызыр) — аулья, Абубикер Кара Укар Хызыр-ата Туркестани. Нельзя не заметить сходство слов «Хызыр» и «Хазар». Этот святой считается покровителем странников. По легенде, он обошёл весь мир и мог сразу быть в нескольких местах, то есть он, делаем вывод, настолько масштабная личность, что известен далеко за пределами страны. Только в крупном торговом городе, перекрёстке торговых путей, мог появиться свой покровитель путников! Вероятнее всего, отправляясь в путь, хазары получали здесь благословение.

По этой версии, город простирался на юг в сторону Хазарского моря до села Каралат на 50 квадратных фарсангов (1 фарсанг — расстояние, которое можно пройти за час — около пяти километров); с запада — до Чагана, Хмелёвки, Иванчуга, параллельно реке Кизани; с востока ограниченный мощным рукавом реки, который впоследствии стал называться Прямой Болдой и считающийся старым руслом реки Итиль. Необходимо уточнение: в своё время Л. Н. Гумилёв сделал вывод: «…фарсах (авт. фарсанг) действительно не определенная мера длины, а приблизительная, зависящая от рельефа и состояния дорог».

Само слово Атал звучит похоже на Итиль, Атиль, Эдиль: именно так в те времена называли Волгу и столицу описываемого государства. На этой же территории масса других древнетюркских названий — Таштюбе (таш — камень, кирпич, тюбе — гора, бугор, холм). Кстати, не там ли брали сырьё для производства кирпича, который обжигали в специальных печах, из которого был сделан единственный в Итиле царский дворец?

Блестящая версия — всё логично и убедительно. Но результаты новейших археологических раскопок в дельте Волги вносят свои топонимические коррективы. Цитируем Баширова Н. З. «Последние открытия, сделанные археологами во главе с руководителем Астраханской археологической экспедиции, директором ООО „Археоцентр“ Д. С. Соловьёвым, углублённые исследования учёного, руководителя Каспийского филиала Института океанологии им. П. П. Ширшова РАН С. А. Котенькова о трансгрессии Каспия и уточнение единицы измерения фарсаха (по Л. Н. Гумилёву) всё-таки говорят в пользу того, что предполагаемые границы Большого города следующие: с запада река Болда, с юга — сёла Бараний Бугор, Семибугры, Тузуклей, с севера — современные разветвления реки Бузан, на восточной окраине предполагаемого Итиля — село Сахма». Кстати, похоже на круг. И ещё один аргумент содержится в письме царя Иосифа и связан с человеческими стереотипами изложения по восходящей и нисходящей последовательности. Он сначала рассказывает о Большом городе, потом о Среднем и лишь в последнюю очередь о Малом городе, где живёт сам. С востока на запад, от большого к малому. Несмотря даже на то, что Малый город для него важнее как место жительства и логичнее начать с Малого, ведь, судя по письму, он склонен к самовосхвалению.

Большой город имел границы в форме величественного круга, слегка вытянутого по бокам, и являлся родиной самого царя и служил церемониальной столицей государства. Здесь располагались главные храмы, проводились важнейшие государственные церемонии и праздники. В царской резиденции (провинции) жила и здравствовала царица-мать, во дворце, построенном лучшими византийскими мастерами из обожженного кирпича упомянутого урочища Таштюбе, ибо простым смертным разрешалось строительство жилища исключительно из дерева или дикого камня. Совсем простые жилища возводились в виде больших остроконечных шатров из брёвен, плотно подогнанных друг к другу и переплетённых камышом, с законопаченными между ними щелями; рядом ютились каркасные войлочные юрты и вырытые землянки; люди побогаче строили дома из настоящего камня, высотой порой до 10 локтей. В центре города обитали почти все царские слуги и воины, а также большая часть еврейского населения. Там было множество общественных зданий — это базары, бани, синагоги, христианские церкви, мечети и несколько медресе. Гордостью города была большая соборная мечеть с минаретом, устремлённым в небо, который был выше царского дворца. Кроме домов-усадеб вельмож и высокопоставленных чиновников, рядом с ними стояли административные помещения таможенников и сборщиков налогов, судей, а также лагеря для военнопленных. Это, не считая многочисленных караван-сараев, торговых домов со складами, купеческих лавок. В Большом городе существовали семь судов — по два для иудеев, мусульман и христиан, и один для язычников. Великий царь-бек имел двадцать пять жён и шестьдесят девушек-наложниц, и каждая из жен и наложниц находилась в отдельной комнате со своей прислугой. Иноземцы, видевшие Большой город воочию, с восторгом описывали великолепие столицы, его многочисленные базары, караван-сараи и ремесленные мастерские. В городе руками трудолюбивых и знающих толк в растениеводстве жителей благоухали величественные сады и изумрудного цвета виноградники, орошаемые самой развитой системой ирригации того времени.

Незабытый в нашем повествовании орёл, сложив могучие крылья, погрузился в пике, используя гравитационную энергию для разгона. Во время пикирования он разогнался до максимальной скорости 60 фарсанга в час, затем снова расправил крылья и продолжил парить в воздухе, делая огромный круг и замечая каждую деталь и движение где-то там внизу. Вот вдали показался Средний город Итиль, а при замыкании линии полётного круга и Малый город Итиль — младшие братья великой столицы, где живёт упомянутая славная царица — мать правителя-бека.

Средний город был средней величины, имел в длину и ширину 8 на 8 фарсангов. Он не имел роскоши и великолепия Большого города, но также был обнесён невысокими крепостными стенами с охраной, за которыми мирно проживали иудеи, христиане и исмальтяне (мусульмане), а также рабы из всяких народов. Это был своеобразный международный центр, без религиозных и этнических распрей, с высокой степенью толерантности в вопросах вероисповедания и веротерпимости. Здесь располагались бесконечные торговые кварталы, ремесленные мастерские и культовые сооружения различных религий. Ну, а в одном вопросе Средний город давал фору всем городам, расположенным на тысячи фарсангов вокруг, — в нём существовала развитая система канализации и водоснабжения. Разве это не диво дивное? Цитируем Баширова Н. З. «Река Кизань отделяла Средний город от Малого на западе. На востоке — река Болда. На юге — предположительно от Камызяка, вдоль южной части реки Табола, с учётом переменчивого Каспия с его повышениями и понижениями уровня. На севере — до дуги Саксина (огибала Астрахань с запада до посёлка Мошаик) и окрестностей современной Астрахани. С запада Камызяк был ближайшим крупным населённым пунктом к Малому городу». Средний Итиль имел форму правильного круга, сильно сжатого в боках, и выглядел достаточно впечатляюще.

Малый город отражал своё имя размерами — был расположен в форме круга и имел в длину и ширину всего-навсего — 3 на 3 фарсанга. Между стенами города текла река с обратным (?!) течением с двумя названиями — одно кануло в вечность, второе имело имя Кала (город); вода струилась по руслу одновременно в двух разных направлениях: с запада на восток и в обратном направлении. Река имела рукотворное происхождение, соединяла два крупных речных протока, обеспечивая таким образом постоянно высокий уровень в основном русле в межень и в засушливый период. Кроме того, река постоянно подпитывала широкий ров, заполненный водой, который служил искусственной преградой для непрошенных визитёров, которых, впрочем, не боялись увидеть — здесь места тихие и тыловые. Малый город был мал, да удал — являлся резиденцией царских особ в зимнее время, смещая центр политической жизни из Большого города в своеобразное захолустье, которое расцветало пышным дипломатическим цветом, несмотря на достаточно холодные зимы, свойственные данному региону и отпугивающие морозным воздухом послов из теплолюбивых стран. Вместе с царём-беком здесь проживали вельможи, рабы, прислуга, «гофшенки» (без толкования), виночерпии и близкие правителю особы. В нём располагались правительственные учреждения, казна и архивы. Примечательно, что Малый город имел круговую планировку, которая имела как практическое (оборонительное), так и символическое значение. В славном месяце Нисан (апрель) все обозначенные особы, несмотря на свой социальный статус, направлялись к своим виноградникам, к своим полям и к своей работе, выезжая из Малого города на своеобразный дачный пригород. Кроме того, великородные роды высшей знати, имеющие наследное владение, полученное от далёких предков, сохраняли кочевой образ жизни, несмотря на высокоразвитую, по тем временам, городскую культуру. Тюркский дух не истребим! Город располагался юго-западнее современного Камызяка, имел уже знакомую округлую, слегка вытянутую форму. Современная локация в интерпретации Баширова Н. З.: «Современный остров Бельский, окружённый тремя реками с исходным названием Кала. Расположен он юго-западнее Камызяка по другую сторону реки Кизань». Сам топоним «Бельский» имеет тюркское происхождение, хотя и кажется, на первый взгляд, более поздним российским. Для выявления подлинной истории этой территории разовых шурфов, которые делали археологи, недостаточно. Необходимы более глубокие и тщательные исследования, в том числе на подошве бугра. Как заметил археолог, историк Д. С. Соловьёв, «именно на прилегающей к буграм территории делаются неожиданные находки».

Фото из материалов Баширова Н. З.

Но главной особенностью, объединяющей три этих города, была река, соединяющая их в единое целое, создавая невиданный ранее урбанистический комплекс. Такого не было нигде, даже в высокоразвитой Византии, откуда правитель-бек выписывал себе мастеровых людей-строителей, использовавших неизвестный в этих местах известковый раствор для скрепления диковинных для местного населения кирпичей и создавших в трёх Итилях сложную ирригационную систему, включавшую каналы, водохранилища и шлюзы (!), что позволяло поддерживать высокую урожайность в засушливые годы.

О могуществе этой дивной страны свидетельствуют многочисленные источники разных народов. Арабские летописцы утверждали, что её влияние распространялось на племена от Дуная до Северного Урала. Она выступала ключевым посредником в торговле между Византией и Китаем, контролируя важнейшие торговые пути того времени. Через территорию каганата проходили караванные маршруты, связывавшие Восточную Европу с Центральной Азией и Ближним Востоком. Географическое положение государства позволяло ему контролировать не только сухопутные, но и водные пути, что обеспечивало значительные доходы от таможенных сборов и торговых пошлин.

Всего этого не знал старый орёл, но всегда видел одну и ту же картину: три круглых города, много людей, повозок, скота, кандальный звон, дым кострищ, резкие гортанные звуки, хлопки пастушьих кнутов — в общем, много человеческой ненужной суеты, ничем не обоснованной гордыни и вечного желания одних быть выше других. Наступал сумерками вечер, и беркут полетел отдыхать от каждодневного созерцания своих владений дальше в дельту Итиля, отмечая про себя, что моря становиться всё больше и больше и это совсем не радует людей — многие из них плачут и воздевают руки к небесам. Как здорово, что он не человек, а орёл, ибо общеизвестно, что рождённые ползать — парить в небе не могут.

Читатель уже догадался, как звали эту необычную страну, но да, мы торжественно объявим её — Хазария или Хазарский каганат!

Рис. 1. Примерное расположение городов, составлявших столицу Итиль. Справа — Большой город, в центре — Средний город, слева — Малый город (новейшая версия, автор — Баширов Н. З.)

Глава 2. Обязательные знания об истории Хазарского каганата (версия автора, основанная на разрозненных авторитетных мнениях учёных-хазароведов)

Хазары появились в VI веке н. э., предположительно в районе Восточного Предкавказья. Это были потомки ирано-язычного населения, смешанного с другими кочевыми тюркскими и угорскими племенами. Поскольку они изначально вели кочевой образ жизни, то могли именовать себя хазарами, взяв за основу слово тюркского языка «хаз», что значит «кочевание», «перемещение». В том же VI веке у европейских хронистов появляются первые упоминания о хазарах-кочевниках, которых тогда традиционно относили к гуннам, потрясшим в IV—V веках Европу и Азию своими набегами. Хронисты отмечали, что хазары представляли собой военный подвижный организм, всегда готовый к набегам и войнам.