- -
- 100%
- +
*****
На следующее утро, которое было довольно прохладным для лета, Гримбаш уже был готов отправиться в дорогу вместе с Зафикой. Небольшой отряд воинов и осёдланные большие волки были готовы идти в путь. Только он забыл попрощаться со своим лучшим другом. И братом по совместительству.
Выходя из дома, он взял своё копьё. Посмотрев на него, ему сразу вспомнилось предсказание Оланвы. Он не знал, стоит ему беспокоиться или нет. Непонятно, что всё это значит.
– Ты тихо собрался. И ничего не сказал, – предъявил Гримбашу Ураг, выйдя из дома.
– Да, время не ждёт. А мне нужно доехать быстро и без проблем, – ответил Гримбаш, надев седло на своего боевого волка.
– Доброго пути, брат. Пусть боги всегда будут с тобой, – пожелал удачи брату Ураг.
Ураг обратился к Зафике, стоявшей неподалёку от своего мужа.
– Береги моего брата. Он мне дорог.
– За это можешь не волноваться, Ураг, – ответила Зафика. – Мы поклялись пред ликами богов, что будем опорой друг для друга.
Ураг одобрительно кивнул, после чего помахал рукой уезжающим на прощание.
Гримбаш улыбнулся в ответ. Ароканды обнялись на прощание и Гримбаш сел на волка, приготовившись к путешествию. Зафика также села на своего ездового зверя, показав жест пальцами, направленные на её глаза. Это значило, что она будет смотреть за Гримбашем. Ураг снова кивнул, на этот раз легко улыбнувшись.
– За мной! – приказал Гримбаш воинам, которые будут охранять его по дороге. После этого старший сын вождя вместе с женой и отрядом отправились в путь, лежащий на север, в Музкорг – небольшую крепость, которая была родиной Зафики.
Гримбаш не даст соврать, что знакомство со своей будущей женой у него было забавным. Однажды он отправился на охоту вместе с дюжиной орков, уйдя далеко от родного города. Сын вождя приметил одного крупного оленя, за которым началась погоня. Никто никак не мог пристрелить ловкого зверя, который постоянно скрывался в гуще дремучего леса. Отряд Гримбаша зашёл так далеко, что они встретились с другим отрядом орков, охотившихся в этих местах. Гримбаш неожиданно вышел из гущи деревьев, как ему попала стрела в… в общем пониже спины. Это была Зафика, которая приняла сына вождя за оленя, случайно выстрелив в своего будущего мужа. Как говорит Гримбаш, та группа охотников знатно напилась перед охотой, что Зафика конечно же отрицает. Пока поражённый коварной стрелой орк корчился от боли, охотники всё же убили оленя. Только вот орки-охотники не могли решить, кто же всё-таки убил его и кому причитается добыча. Когда Гримбаш отошёл от предательской раны, он тут же начал беседу с Зафикой. Ему повезло, что стрела вошла не глубоко, иначе встать он бы не смог. Ароканды смогли договориться между собой, разделив добычу пополам. А Гримбаш и Зафика договорились в следующий раз поохотиться вместе. И не пить перед охотой. Они понравились друг другу, а вскоре полюбили друг друга. Это было так давно, будто целая вечность прошла. На деле уже прошло пять лет с момента их знакомства.
Эту историю Райсенкард слышал много раз. Ему эта пара казалась необычной. Гримбаш очень хорошо относился к своей жене, как и она к нему. У них были довольно гармоничные отношения. Юный орк мечтал когда-нибудь и себе найти такую спутницу по жизни.
Тем временем Гулзур и Шинегра остались наедине. Пара лежала в обнимку на просторной двуспальной кровати, обсуждая всё, что только можно.
– Как успехи у младших в кузне? У Райсенкарда и Одокара? – поинтересовался Гулзур, поглаживая спину жене.
– Они молодцы, – добро улыбнулась Шинегра, нежно и легонько поцеловав мужа в губы. – Ребята быстро учатся, ведь в них моя и твоя кровь. Мои родители были лучшими кузнецами крепости в своё время. Я многому научилась у них по молодости, ещё до замужества. Мне их порой не хватает.
– Здесь мне тебя не понять, жена. У меня не было тесных связей с роднёй, – ответил Гулзур, подняв глаза на потолок.
– Ты совсем не рассказывал о них, а я не спрашивала – может это больное?
– Когда-нибудь я расскажу тебе, – ответил Гулзур, закрыв глаза.
Шинегра почувствовала, что разговор становится слишком серьезным, и решила сменить тему. Она прижалась к мужу, обняв его покрепче.
– А ты помнишь, как мы впервые встретились? – спросила она с улыбкой.
Гулзур открыл глаза и повернулся к ней, его лицо озарилось теплом воспоминаний.
– Конечно, помню. Ты тогда пришла в кузню, чтобы посмотреть, как я работаю. Я был так занят, что даже не заметил, как ты стояла у двери и смотрела на меня.
– А я думала, что ты не заметишь меня вообще! – засмеялась Шинегра. – Ты был так сосредоточен на своей работе.
– Да, но когда я наконец поднял голову и увидел тебя, все вокруг словно исчезло. Я даже забыл о молоте в руках! – Гулзур улыбнулся, вспоминая тот момент.
– Это было так мило! – сказала Шинегра. – Я тогда сразу поняла, что ты особенный.
– И я тоже. Мне было страшно подойти к тебе и заговорить, но ты сама сделала первый шаг.
Шинегра наклонилась ближе к мужу и прошептала:
– Я всегда знала, что ты тот самый.
Гулзур почувствовал тепло в груди. Он знал, что их отношения были крепче, чем просто любовь; они были связаны общими мечтами и надеждами на будущее.
– Мы с тобой создали настоящую семью, – произнес он задумчиво. – И я горжусь тем, что у нас есть.
Шинегра кивнула, ее глаза светились гордостью.
– Да, и у нас есть наши дети. Надеюсь, они станут такими же сильными и мудрыми, как мы.
– Они уже стали сильными, но мудрости им стоит набраться, – уверенно сказал Гулзур. – Мы вложим в них все наши знания и опыт.
Пара снова замерла в объятиях друг друга, наслаждаясь моментом тишины и покоя. В их сердцах не было места для сомнений – они были вместе, и это было самое главное.
Глава 4
Лесной оплот. Дух волка
Музкорг. Эта крепость мало чем отличалась от остальных, разве что своим местоположением и крепкими стенами. Музкорг расположился в долине, окружённым густым лесом Тхо́рзул, а крепостные стены, построенные из тёмного дуба, защищали жителей от внешних угроз.
Это древняя крепость. Старше Гойрана. Согласно старым легендам, вожди старого Музкорга воевали на стороне первого короля арокандов – Зингарда. Они были одними из первых, кто признал власть короля над свободными племенами. Но после распада единого королевства Музкорг больше не влиял на мировую политику. Многие столетия спустя, во времена правления вождя Гарморрила, прапрадеда Гулзура, Музкорг подчинился Гойрану, а также племени вегеров. С этого момента крепость была частью племенного союза.
Сейчас Музкорг процветает: жители крепости ни в чём не нуждались, имея под рукой ресурсы в виде дерева и лесной дичи, являвшейся для них пищей. Деревянные стены поселения не брал никто уже долгие годы. Домишки, лачуги и землянки стояли на приличном расстоянии друг от друга – ароканды ценили простор. Единственным зданием, выделяющимся среди всех остальных, был длинный дом местного вождя. Точнее младшего вождя, в переводе на язык арокандов – гро́ла. Отличие младших вождей от верховных было в том, что первые подчинялись вторым. Некоторые орки всё ещё грезили восстановлением единого королевства.
На данный момент Музкоргом правит грола Огру́мбу зрог Огуо́нур из клана Лесного Кабана. Ему уже за пятьдесят, но он по-прежнему всё ещё славный воин. По слухам у грола около десяти жён, а количество детей и вовсе остаётся загадкой.
В обществе арокандов есть кланы, которые особенно влияют на жизнь крепости. По сути кланы это семьи, правящие отдельными племенами и крепостями. На территории острова Арокзор существует множество кланов, которые символизируют количество когда-то существовавших племён. Клан Свирепых волков – один из таких кланов, в состав которого входит всё семейство вождя Гулзура. В клане всегда есть глава, являющийся вождём, грола, либо одним из старейшин. Старейшины – это те ароканды, что не претендуют на звание вождя, но при этом играют важную роль в жизни крепости. Обычно они выполняют мелкие судебные решения и участвуют в племенной жизни, выполняя роли казначея, посла и главы шахты. Кто-то из них даже состоит в гвардии вождя.
В Гойране было всего два клана: клан Свирепых волков и клан Песен войны.
Согласно Кодексу, чтобы бросить вызов вождю, мало быть просто воином. Помимо этого нужно принадлежать к клану, либо создать его самостоятельно. Клан можно образовать, либо получив почёт из-за военных успехов, либо пройдя испытания и заполучив народное уважение. Дело не из лёгких, но вполне осуществимое. Соответственно, чтобы стать вождём, орк должен быть не только хорошим бойцом, но и уметь вести за собой других.
Зафика родом из этих мест. Несмотря на то, что она замужем за Гримбашем – старшим сыном вождя Гойрана, девушка не благородных кровей. Она лишь обычная охотница, добывающая пропитание своими силами. Именно в Музкорге молодые играли свадьбу, в доме родителей Зафики – таких же охотников. Любовь связывает арокандов вне зависимости от их происхождения, как бы это не нравилось Гулзуру.
Гримбаш и Зафика не спеша путешествовали по извилистой тропе, ведущей к Музкоргу. Воины, сопровождавшие их, были всегда поблизости. До крепости оставалось совсем немного.
Старший сын вождя ехал верхом на волке, глубоко задумавшись. Справа от него расположилась Зафика, которая решила держаться поближе к мужу.
– Гримбаш, ты помнишь как мы познакомились? – спросила она с улыбкой, пытаясь отвлечь его от глубоких дум.
– Конечно. Такое не забудешь, – ответил Гримбаш, снова погрузившись в свои мысли.
Но на этот раз ему вспомнилось знакомство с Зафикой. Да, ничего более забавного с ним в жизни не приключалось. Перед его глазами будто снова разыгралась та самая картина, напоминающая об этом.
Когда коварная стрела попала воину в мягкое место, он резко вскрикнул. Гримбаш, почувствовав резкую боль, сначала не мог понять, что произошло. Увидев стрелу, он всё понял: его случайно подстрелили. Он обернулся и увидел удивлённое лицо Зафики, которая, осознав свою ошибку, бросилась к нему.
– О, боги! – воскликнула она, спешно подбегая. – Я не хотела! Ты в порядке?
Гримбаш, стиснув зубы от боли, попытался поднять руку в знак успокоения. Он был не в том состоянии, чтобы сердиться.
– Всё в порядке, – сказал он с натянутой улыбкой, вытащив стрелу. – Просто не ожидал такого… меткого выстрела.
Орки из его отряда начали смеяться, подшучивая над ним. Но как только Гримбаш сердито посмотрел на них, воины сразу умолкли. Старший сын вождя почувствовал, как его лицо заливается краской смущения. Зафика еле сдерживала улыбку, хотя её глаза были полны заботы.
– Я… я просто хотела поймать оленя, – оправдывалась она, помогая Гримбашу подняться. – Ты выглядел так грациозно…
– Грациозно? – переспросил Гримбаш, приподняв бровь. – Я же не олень!
Зафика посмеялась, не сумев сдержать эмоции. Гримбаш же улыбнулся от смущения.
– Да, что насчёт оленя? – спросил один из воинов Гримбаша. – Мы его подстрелили – нам и полагается награда.
– Ничего не знаю, тушка наша! – ответил воин из отряда Зафики.
– Угомонитесь! – прервал спор Гримбаш, подняв руку вверх. При этом он всё ещё опирался на плечо Зафики, несмотря на её миниатюрный рост. – Поделим добычу пополам.
– Пополам? – недоумённо переспросил воин из отряда Зафики.
– Порежем его у вас в крепости и поделим поровну, – уточнил Гримбаш. – Вы же из…
– Музкорга, – мягко договорила за него Зафика. – Мы из Музкорга.
– Значит там и поделим мясо оленя, – закончил Гримбаш.
Зафика улыбнулась, понимая, как быстро он решил проблему: у него задатки правителя. Правда тогда девушка ещё не знала, что Гримбаш – сын вождя Гойрана.
По дороге в Музкорг между Гримбашем и Зафикой завязался разговор, который быстро перерос в дружбу. Гримбаш не мог не заметить, что Зафика была не только ловкой охотницей, но и умной, смелой женщиной. Они договорились поохотиться вместе в следующий раз.
С каждым днём их отношения становились всё крепче. Гримбаш был в восторге от её умений обращаться с луком и стрелами, а Зафика восхищалась его храбростью и благородством. Они стали настоящими партнёрами на охоте и в жизни.
Однажды, во время одной охоты они поняли, что влюбились друг в друга – окончательно и бесповоротно. С того дня их любовь только крепчала, а через год они поженились в роще богов Гойрана.
Теперь, когда Гримбаш вместе с Зафикой направлялись к Музкоргу, он думал о том, как сильно поменялась его жизнь с тех пор, как встретил Зафику. По дороге он часто поглядывал на свою жену, которая ехала рядом. Зафика была сосредоточена на дороге. Гримбаш знал, что вместе они смогут преодолеть любые трудности.
– Мы справимся с любыми испытаниям, – уверенно сказал он ей. – Я верю в нас.
– Я тоже, – ответила Зафика с улыбкой. – И если что-то пойдёт не так, мы всегда сможем положиться друг на друга.
Гримбаш кивнул, чувствуя, как тепло разливается по его сердцу. Он знал, что их связь была крепче любых предсказаний и угроз. Вместе они были сильнее.
Вскоре муж и жена прибыли в крепость. Дозорные без всяких проблем пропустили их внутрь. Здесь все знали Гримбаша и любили его.
– Со мной безопаснее путешествовать. Видишь? – упрекнул жену Гримбаш, показывая на свой небольшой отряд.
– Вижу, – улыбнулась ему Зафика. – Теперь буду ездить только с тобой.
– Я забочусь о твоей безопасности. Сейчас по просторам нашего племени могут бродить разбойники из соседних племён. Мой отец с ними борется, но они всё равно просачиваются. Всех поубивал бы.
– У тебя будет время с ними разобраться. Если станешь вождём вместо отца конечно.
– Это не то, что бы я сейчас хотел, Зафика. Сама это знаешь. Может когда-нибудь…
– А чего ты хочешь сейчас? – с улыбкой спросила Зафика.
– Уйти с тобой куда-нибудь далеко. Туда, где нет войн. Туда, где нас с тобой не достанут. Будем иметь своё хозяйство и растить сына, – ответил Гримбаш, смотря на жену. – А титул вождя я с радостью отдам Урагу. Ему стоит многому научиться, но он справится. К тому же – меньше всего мне хочется биться в ритуальном поединке со своим отцом.
– Ты и хозяйство – кто бы мог подумать, – усмехнулась Зафика. – Но Ураг сам не хочет быть вождём. Наверное.
Гримбаш посмеялся в ответ, почесав плечо
– Да, ты права. Но Ураг не хочет быть вождём из-за меня. Он чем-то похож на меня в этом плане, – увидев дразнящий взгляд жены, Гримбаш покраснел. – Не во всём конечно! В отличие от него, у меня есть любящая жена, а не куча поклонниц.
Зафика посмеялась над неловкостью мужа, отчего Гримбаш покраснел ещё больше.
– Может быть он передумает. Не просто так он одолел меня на Врор Храрграг, – продолжил Гримбаш и подмигнул жене.
– Возможно. Идём. Надо зайти к моим родителям, – повела за собой мужа Зафика.
– Пошли.
Домик Зафики мало чем отличался от других в Музкорге: всё тот же простенький вид, забор из костей зверей и тёмного дерева вокруг. Но отличало его от остальных то, что тут часто бывало мясо – всё же семья охотников.
Когда муж и жена вошли внутрь, их встретили члены семьи Зафики: родители и двое младших братьев. Да, Зафика была самой старшей среди них. Как они были рады её видеть, хотя она и не так давно уезжала. Родители же волновались за дочь, которая как всегда в одиночку поехала до Гойрана. Но они же семья охотников! Бесстрашие у них в крови.
Все уселись за небольшой столик, где стояла похлёбка из оленины – по тарелке на каждого. Конечно, образ и интерьер домика был непривычен Гримбашу, выросшему в длинном доме вождя, но ароканду нравились здешние скромность и уют. Здесь веяло теплом не только от очага, но и от взаимоотношений внутри дома.
– Как дела в Гойране, Гримбаш? Как отец, мать? Братья в конце концов? – спросила Дра́ха – мать Зафики, бывшая лучшей охотницей Музкорга. У родителей Зафики, как и у обычных жителей крепостей выделялся более простой акцент.
– Все живы и здоровы, а отец и подавно. Даже я не рискнул бы бросать ему вызов, – ответил Гримбаш, жестикулируя руками.
– Это главное, – поддержал разговор Мо́рдрек – отец Зафики, поедая похлёбку. – Ты не собираешься становиться вождём?
– Пока нет, – ответил Гримбаш, сложив руки на стол.
– У нас пока другие планы, – сказала Зафика, показав на свой несколько выросший живот.
– Боги, почему ты сразу нам не сказала? – удивился Мордрек. – Это ведь хорошо.
– Я хотела уже точно вам всё сказать. Я ходила к знахарке перед отъездом. Она сказала, что у нас будет мальчик. Всё же лучше, чтобы мы все вместе собрались и отметили это, – ответила Зафика.
– И то правда, – ответила с искренней улыбкой Драха. – Гримбаш, ты ведь не только за этим приехал сюда? Я помню, у тебя был вопрос к нашему грола.
– Да, это правда. Я хотел бы построить или купить здесь дом. Для нас с Зафикой. И сына, – ответил Гримбаш. – Хочу заглянуть к грола на днях.
Родители Зафики кивнули и продолжили кушать. Небольшое, но уютное застолье продолжилось в тёплой обстановке. Гости и хозяева обменивались последними новостями и историями, вкушая еду и напитки.
*****
В Гойране царила мрачная дождливая погода, а густой туман окутывал землю. Несмотря на это, многие жители вышли на улицу, чтобы стать свидетелями зрелища: двое орков не смогли поделить урожай, так как их поля находились рядом. В таких случаях обычно обращаются к Кодексу, который предписывает решать споры с помощью быстрых поединков. Правило простое: кто упал – тот и проиграл. Бой, однако, не был на смерть, ведь это не ритуальный поединок.
Вождь Гулзур, главный судья среди членов своего клана и старейшин, наблюдал за происходящим. Он также привел своих младших сыновей, чтобы они увидели поединок. Хотя, скорее всего, он не будет долгим или интересным, молодым полезно учиться на таких примерах.
Младшие сыновья с любопытством смотрели, как двое спорщиков сражались в ненастье. Под их ногами хлюпала грязь, а туман затруднял разглядеть детали боя. Как и предсказал Гулзур, бой продлился недолго, но был полон ярости и свирепости. Победил более проворный ароканд: его соперник, обладая крупными размерами, не смог использовать свою силу в таких условиях.
Поединок закончился быстро, как и ожидал Гулзур. Ароканд, ловко маневрируя в грязи, сумел обойти своего соперника и заставить его упасть на землю. Гулзур, наблюдая за этим, отметил, что в таких условиях не всегда сила является решающим фактором.
Младшие сыновья в восторге наблюдали, как победитель поднял руки в знак триумфа, а побежденный, тяжело дыша, попытался подняться. Вождь подошел к ним и сказал:
– Видите, мои сыновья? В бою важны не только мускулы, но и умение адаптироваться к обстоятельствам. Этот ароканд использовал свою ловкость, чтобы одержать победу. В жизни так же: иногда нужно быть гибким и находить выход даже из самых сложных ситуаций.
Сыновья кивнули, впитывая мудрость отца. Гулзур продолжал:
– Но не забывайте, что поединки – это не только борьба за победу. Это еще и уроки о чести и уважении. Побежденный должен принять свое поражение с достоинством.
В этот момент побежденный орк поднялся на ноги и, слегка покачиваясь, подошел к своему сопернику. Он протянул руку, и ароканд, с недоумением глядя на него, принял жест. Толпа вокруг них замерла в ожидании.
– Хороший бой, – произнес побежденный, – но в следующий раз я буду готов лучше.
Ароканд кивнул в ответ, показывая, что уважает своего соперника. Гулзур улыбнулся: это был знак того, что уроки о чести были усвоены.
– Вот так, – сказал он своим сыновьям. – Важно не только выигрывать, но и уметь уважать противника. Это делает нас сильнее как народ.
Погода оставалась дождливой и мрачной, но в сердцах орков зажглась искорка надежды. Каждый из них знал: впереди их ждут новые испытания и новые поединки, но они будут готовы к ним с уроками, извлеченными из сегодняшнего дня.
Однако не только за этим Гулзур взял с собой младших сыновей. Вождь считал, что время пришло – время для приручения питомцев. На острове Арокзор не водилось лошадей от слова совсем до вторжения стальных людей. Зато здесь обитали довольно крупные волки, которых люди боялись, но которых смогли приручить орки. Ароканды использовали их в качестве транспорта и боевой единицы, наподобие кавалерии.
Однако всё не так просто. Если попытаешься приручить дикого волка, то с большей вероятностью он тебя сожрёт. Нет, в основном орки крали волчат и растили их в крепостях. Вырастая среди орков, волки научились взаимодействовать с ними. Однако всё же был риск того, что волк выйдет из-под контроля, поэтому их содержали в специальных волчьих ямах, где их кормили и где за ними ухаживали. Там же их разводили. Именно туда сегодня пойдут братья – забирать собственных щенков.
Волчья яма представляла собой постройку в виде круга, в центре которого была травянистая полянка. Волки же сидели в просторных клетках, несколько раз в день выходя на поляну под присмотром местного разводчика волков – волковода.
Зайдя в тёмное здание, ступени которого вели вниз, вождь спускался вместе с сыновьями вниз. Не сказать, что яма была глубокой. Всё же волки жили и росли на травянистой местности. Пришедших встретил дозорный, занимающийся охраной и воспитанием зверей.
– Мой вождь, они готовы, – поприветствовал гостей Ба́лзог, местный волковод из клана вождя – Свирепых волков. Родственник Гулзура по линии тёти. – Идите за мной.
Вождь и сыновья пошли за ним. Войдя в обширное помещение, можно было увидеть вольеры и клетки по обеим сторонам, в которых были как щенки, так и взрослые особи арокзорских волков. Выглядели они достаточно пугающе, хоть и не так свирепо, как их дикие сородичи.
– Эти два подойдут им. Посмотрите, – Балзог открыл клетку, где сидели два волчонка: один серый, второй чёрный.
– Они сойдут, – ответил Гулзур, после чего повернулся к сыновьям. – Выбирайте себе щенка.
– Мой будет серый, – выкинул Одокар, уже собравшись идти в клетку.
Гулзур схватил сына за руку, тем самым остановив его.
– Стой! Не смотри, что они щенки. Подойдёшь без подготовки – он тебе палец откусит, глазом не моргнёшь, – спокойно и хладнокровно предупредил вождь. На деле ценный совет.
– Без подготовки? – спросил Райсенкард, не понимая, как им тогда приручить волка.
– Волки здесь выращены под моим надзором, – ответил Балзог, осматривая зверей. – Они признают арокандов, но пока лишь меня и моих подручных. Вам нужно сначала подружиться с волками.
– Как? – спросил Одокар, поднимая брови.
– Вот, возьмите, – Гулзур передал сыновьям по паре кусков кабанины, которые достал из-за пазухи. – Сначала бросите зверям по куску мяса. Затем осторожно подойдёте к ним, подложив ещё по куску. Звери поймут, что вы им не враги.
– Всё, понял, – ответил Одокар, снова собравшись переступить порог клетки.
– Это ещё не всё, – вождь снова остановил нетерпеливого сына. – Вы аккуратно… слышите? Аккуратно – без резких движений поднесёте руку к зверям. Но не слишком близко. Нужно ждать, когда щенок сам подойдёт к тебе и понюхает руку. Только не ту руку, в которой было мясо. Так он «познакомится» с вами.
– А так он руку не откусит? – испугался Одокар, показывая на щенка.
– Они ещё слишком малы, чтобы откусить целую руку. Можешь не бояться, – усмехнулся Гулзур, отчего улыбнулся Райсенкард. Одокар же напрягся.
Первым к своему щенку, шерсть которого была чёрного цвета, подошёл Райсенкард и бросил первый кусок мяса. Щенок, который напряжённо сидел в углу, резко повернул голову в сторону упавшего куска, после чего осторожно подошёл к нему. Немного понюхав мясо, зверь начал есть его. Райсенкард подошёл несколько ближе после того, как щенок доел кусок. Затем юный ароканд положил ещё один, но уже ближе к зверю. Щенок всё ещё недоверчиво посмотрел на орка, но всё же понюхал и съел и этот кусок. Как только волчонок доел, Райсенкард вытер руку об кофту, после чего аккуратно подошёл к зверю, вытянув чистую руку на встречу животному.
Весь этот процесс приручения собственного волка был не только традиционным обрядом, но и символическим событием. В крепостях арокандов часто занимаются подобным, но именно в клане Гулзура волк – священное животное. Всё это исходит из названия клана – Свирепые волки. Изначально племя вегеров было небольшим, но благодаря своей стойкости и свирепости, оно стало сильнее и смогло отбить нападки врагов.
Всё это время Одокар стоял в стороне, внимательно наблюдая за младшим братом. Он, не спуская глаз, смотрел за всем процессом, как бы оценивая риски. Ему самого себя было куда больше жалко, нежели брата.
– Смотри. Ты ведь пойдёшь после него, – сказал Одокару Гулзур. Сын молча кивнул.