Без права на ошибку. Проклятые и Праведные

Глава 1

Багровое солнце озаряло выжженную землю красным светом, словно предвещая печальные события. Усиливающийся ветер пытался сорвать плащи с суровых воинов, глядевших с палубы корабля на силуэты врагов. Люди завершали последние приготовления. Они понимали, что этот бой может стать для них последним. Но в глазах застыла решимость и торжественность. Многие из них долгие годы ждали этого момента.

Герцог обернулся. Неожиданная озорная улыбка на мгновение превратила его почти в мальчишку. Исходящая от него сила и уверенность окутала нас, словно бронёй.

— Враги ещё не догадались, что их ждёт. Тем лучше. Тогда, пожалуй, начнём.

Мне не хотелось встревать. Передо мной разворачивались события, которые вскоре решат судьбу территории, людей на этом корабле и осаждённых на утёсе. Я казался себе слабым и незначительным, находясь рядом с человеком в чёрно-серебряном плаще и его могучим воинами, которые в момент недолгого путешествия по реке, справедливо называли герцога надеждой человечества. Мне хотелось наравне с ними принять участие в сражении. Конечно, я не останусь на корабле, когда на кону стоит всё. Выжидать бессмысленно. А вступать с противником в схватку, который превосходит вдвое, а то и втрое, по уровню, глупо. Рассчитывать, что мне встретятся равные по силе враги, не приходилось. Но помочь Колгриму и его людям я всё же мог. Для этого требовалось пересилить себя и привлечь внимание нашего предводителя.

— Подождите… Милорд, — мой неуверенный голос растворился среди громких приказов легионеров и скрежета доспехов снующих пехотинцев. Разозлившись на самого себя, я подошёл ближе и повторил уже громче. — Милорд!

Взгляд герцога остановился на мне. Если ему и не понравилось, что его отвлекают в такой момент, то он умело это скрыл. Ярко-голубые глаза светились теплотой, и это придало мне уверенности.

— Что такое, Лионикс? Рвёшься в бой? На этот раз я тебя не удерживаю. Впрочем, можешь дождаться момента, когда путь к лестнице не будут преграждать враги, и присоединиться к своему ордену. Мои люди будут рады любой помощи.

— Нет, это они догадаются сделать и без меня. Там лидеры один умнее другого, — поспешно заявил я, понимая, что ни за что не оставлю Колгрима. Если получится принять хоть один удар, направленный в него, то моя смерть уже будет не напрасна. Какой бы силой он не обладал, против нас окажутся сотни врагов, среди которых будут и маги. — Я хочу отдать вам вот это!

В моих руках появились сияющие сосуды с разноцветной жидкостью внутри.

— Инкрустированные драгоценные флаконы Империи... Они бесценны, — на лице герцога вновь возникла улыбка. — Ты не сказал, какое именно оружие смог найти в древней гробнице. Сколько их у тебя? Покажи!

Я молча открыл окно обмена. Перед глазами возникли ячейки, в которые поместились все двенадцать эликсиров. Подтвердив передачу, я терпеливо ждал, пока Колгрим сделает то же самое. Но герцог не спешил. Видимо, рассматривал предложенные флаконы. В его половине торгового окна возникли монеты, после чего он тут же совершил сделку, и ячейки исчезли.

— Это лишнее, — неловко пробормотал я. Но спорить с Колгримом бесполезно, да и не время.

В руках герцога появился эликсир силы. Он откупорил его и в несколько глотков выпил. В глазах появился довольный блеск.

— Гакон! — властный голос Колгрима легко перекрывал шум. — Подойди!

Перед ним незамедлительно появился человек, которого я часто видел за последние дни и даже сумел перекинуться с ним парой слов. Капитана личной стражи герцога нельзя было назвать разговорчивым, но ко мне он отнёсся на удивление благодушно. Гакон первым подошёл ко мне после отплытия и поблагодарил за помощь в освобождении. То, как он говорил о своём господине, не заставляло сомневаться — он безмерно любил герцога. Сам Колгрим не считал, что ему может что-то угрожать на корабле, но даже он не пытался спорить с Гаконом. Несколько стражников постоянно находились рядом с герцогом, внимательно наблюдая за всеми. Их пластинчатые доспехи выглядели легче, по сравнению с массивными латами пехотинцев, но в то же время были прочнее и не сковывали движения.

— Передай это своим людям, — сказал Колгрим, протягивая капитану эликсиры. — Сегодня вы должны быть рядом со мной до конца боя. Разыщи Лотерна, пусть раздаст оставшиеся флаконы кому-нибудь из своих. И приведи их сюда.

— Так, может, самого Лотерна? Он же лучший воин! — в глазах Гакона было беспокойство.

— Сегодня он управляет боем, — отрезал герцог. — Ему не место в передних рядах. По крайней мере, до тех пор, пока исход сражения не будет ясен.

Гакон молча поклонился и ушёл выполнять приказ, а я отодвинулся подальше, чтобы никому не мешать.

Из трюма на палубу вышел тёмный эльф и встал рядом со мной. Высокомерное, но идеально правильное лицо было высечено словно из серого камня. За ним следом появилась компания гоблинов, вооружённые короткими копьями и малыми луками. Людские доспехи им не подходили, и они довольствовались приличной кожаной бронёй. Бывшие пленники смешно бранились между собой на своём языке, заставляя улыбаться. Хотя встречаться со злым взглядом зелёных существ у меня не было никакого желания. Манерами и терпением они не отличались, и было удивительно, что гоблины смогли доплыть сюда живыми, несмотря на их попытки задираться перед людьми. Ненависть к прежним тюремщикам пересилила, и они решили отправиться в бой вместе с нами, вместо того чтобы уйти подальше отсюда. Не знаю, насколько зеленокожие хороши в бою, но впечатление умелых воинов они не производили. Мне не верилось, что гоблины переживут сражение, и в глубине души я их даже жалел. Несмотря на несносный характер, они казались забавными.

Остальные спасённые никогда не держали в руках оружие. Наг умер ещё в городе. Синекожий арвинг идти в бой не захотел, стремясь вернуться к своим. Гноллы тоже надеялись выскользнуть, когда начнётся заварушка. Как однажды в шутку сказал мне капитан легионеров Лотерн, история не знает ни одного гнолла, стремившегося стать героем.

— В нашу сторону направляется отряд краснопузых!

— Наконец-то им стало любопытно... — герцог стоял в окружении личной стражи. — Опускайте трап!

Воины взялись за массивные доски. Широкий трап с грохотом упёрся в землю. Колгрим двинулся первый, стража неотступно шагала следом. Я запоздало попытался протиснуться к нему, но куда там! Десятки человек начали спускаться непрерывным потоком, стремясь быстрее оказаться на суше. Злясь на себя, я взглянул за борт. Маленькие красные фигуры замедлились. Затем они попятились, заметив могучих воинов, сходивших на берег, а после развернулись и с верещанием побежали назад.

До меня донёсся громкий смех герцога. Он не стал ждать, пока спустятся остальные. Быстрым шагом он и его воины направились к подножию скалы. Я запоздало подумал, что следовало бы разобраться и с теми, кто стережёт лестницу, но тут же заметил, как некоторые пехотинцы отделяются от основного отряда и уходят в сторону редких костров, откуда ушастые стремительно улепётывали.

Воины с длинными копьями за спиной начали спускать лошадей, ведя их за уздцы. Оказавшись на земле, они вспрыгивали в сёдла и строились на берегу.

— Кавалерия! — с восторгом произнёс я, ни к кому не обращаясь. — Он собирается пустить в бой кавалерию!

— Если не хочешь пропустить всё веселье, то нам тоже пора выдвигаться, — холодно отозвался эльф.

— Ты говоришь по-нашему? — изумился я.

Но он не ответил и втиснулся между лошадьми. Его рука вцепилась в моё плечо и рванула к себе. Я поблагодарил его, стараясь не попасть под копыта лошадей, и через мгновение оказался на земле.

— Нужно догнать твоего герцога, — тем же ледяным тоном сказал тёмный эльф. — Придётся бежать, не отставай!

— Стой! Есть идея получше! — торопливо крикнул я, одновременно открывая инвентарь. Выудив из вещей рог, я со всей силы дунул в него. Раздался резкий, густой, но негромкий, звук.

— У тебя есть конь… — лицо эльфа не выражало никаких эмоций, но голос стал чуть более живым.

— Почти! — я улыбнулся, услышав знакомый рёв. Вдалеке заклубился воздушный вихрь, и из него выскочил чёрный льерако.

Через несколько секунд я уже с нежностью обхватывал голову зверя, ткнувшегося мне в грудь, под удивлённые взгляды людей.

— Надеюсь, его предыдущий хозяин долго страдал перед смертью, — неприкрытая ярость светилась в сиреневых глазах эльфа.

— Не думаю… — неопределённо ответил я, усаживаясь в седло и жестом приглашая сделать его то же самое. Если между ним и ограми вражда, это может доставить хлопот. Впрочем, с этим разберёмся позднее.

Я услышал, как он, устраиваясь в седле, пробормотал заметно ожившим голосом:

— Правильно. Таких врагов следует убивать быстро и не раздумывая.

Я молча двинул ногами, и льерако сорвался с места, стремительно обгоняя пеших воинов. Голова колонны уже остановилась, поджидая отстающих и выстраиваясь для атаки.

Наши враги торопливо готовились встречать войско герцога у подножия утёса, хотя сейчас численное преимущество было не на их стороне. Но военный лагерь ушастых созданий наверняка был где-то неподалёку. Малочисленные группы бесов спешно подходили откуда-то сзади, вливаясь в основной отряд. Стало очевидно, что мы застали их врасплох. Наготове у них было ровно столько бойцов, сколько нужно, чтобы не дать осаждённым прорваться. Быстрый захват вершины они тоже не планировали, стремясь для начала измотать людей. Быкорикс и его военачальники берегли своих солдат и воевали по всем правилам военной науки, ошибочно считая, что время на их стороне. Катапульты медленно разворачивались в нашу сторону.

Я на полном скаку обогнул строившихся людей и направил зверя к герцогу. Он стоял впереди, а за его спиной находились стражники, державшие наготове клинки и щиты из тёмной стали. Колгрим слегка усмехнулся, когда мы с эльфом спрыгнули на землю рядом с ним, и повёл головой, приглашая влиться в строй за его спиной.

Герцог сделал два шага вперёд, обнажил меч и обернулся. Лёгкая улыбка тронула его губы. Я ждал какую-нибудь пафосную, воодушевляющую речь напоследок, но Колгрим просто поднял клинок и плавно опустил его в сторону краснопузых.

— За Империю!

— За Империю! — подхватили остальные воины, воздевая мечи.

Сверкающая лавина дрогнула и быстрым шагом пошла вперёд, прямо на ожидающих врагов. Я предусмотрительно отступил за спины передовых воинов. Они выдержат залп стрел, в отличие от меня.

Несмотря на всю серьёзность ситуации, я не мог не восхищаться суровой красотой происходящих событий.

Закатное солнце освещало человека, в развевающемся чёрно-серебряном плаще. Тёмные волосы выбивались из-под его шлема, рассыпавшись по плечам. Он шёл впереди своих людей, излучая уверенность и мужество. За ним неотступно следовали чёрные стражи, чьи щиты украшало изображение серебристого сокола. Отряд, растянувшийся линией, размеренно шагал по яркой зелёной траве, сминая железными сапогами нежные цветы.

Вдалеке послышался знакомый, глухой звук сработавшего механизма. Первые валуны со свистом разрезали воздух, неотвратимо приближаясь. Нельзя сказать, что они были совсем уж большими, но когда камни упали позади нас, я облегчённо перевёл дух. Такой камешек, наверное, мигом отправит меня на возрождение.

Второй залп угодил точно в наши ряды. Один валун приземлился совсем рядом со мной. Огромные цифры урона мелькнули перед глазами. К счастью, для пехотинцев это было болезненно, но не смертельно. После недолгого оглушения задетые воины со стоном начали подниматься. В их руках появились лечебные зелья, восстановившие пошатнувшееся здоровье. Да, мои 100 ХП не выдержат 350–400 урона от подобного камешка. Пехотинцев спасали тяжёлые латы, принимавшие большую часть удара на себя. Моя лёгкая броня такой крепостью похвастать не могла.

К моему облегчению, катапульты не отличались особой точностью, почти все валуны проносились мимо. Но плохое предчувствие не покидало.

Я мог уже разглядеть врагов; их уровни колебались от 18-го до 25-го, что делало их по меньшей мере равными противниками для наших воинов.

Первый залп стрел врезался в щиты пехотинцев. Несколько угодило в герцога, который даже не подумал отойти за спины щитовиков. Его очки жизни восстановились в считанные секунды.

Стрелки не могли нанести серьёзного ущерба хорошо защищённым людям. Куда опаснее были их колдуны, скрытые за спинами испуганных бесов-воинов.

Подул морозный ветер. Я со страхом взглянул на небо. Мне уже приходилось видеть, как воины, которые могли легко расправиться с десятком врагов, умирали от магии, не успевая дойти до них. Но удар нанесли не сверху.

Под ногами взбугрилась земля, широкая ледяная полоса с острыми шипами выбила почву из-под ног, заставляя упасть. Прозрачная метровая сосулька пробила плечо, обагряя лёд моей кровью. Рядом со мной стонали и другие люди, но им повезло больше. Ледяные иглы крошились под их доспехами, почти не причиняя вреда, хотя под ними тоже расплывались красные пятна. И в отличие от меня, они чувствовали боль.

Магия нарушила строй. Но те, кто остался на ногах, упрямо шли на изрядно повеселевших бесов, не дожидаясь поднимающихся соратников. Колгрим перешёл на бег, заставляя легионеров и пехотинцев ускориться.

Я с трудом поднялся и перешагнул через скользкую дорожку быстро таящего льда. Магия отняла у меня 83 ОЗ; полоска жизни отчаянно мигала красным, привлекая к себе внимание. Я машинально вытащил пару лечебных растений и с хрустом сжевал, чувствуя, как в груди растекается приятное тепло. Вокруг свистели стрелы, каждая из которых могла оборвать мою жизнь.

Перед группой пехотинцев в воздухе возник тёмный кристалл. Его окружала магическая энергия, затягивая людей в центр. Захваченных врасплох воинов оторвало от земли и со страшной силой ударило о переливающийся хрусталь. Доспехи смяло, несчастные люди отчаянно закричали, пытаясь выбраться, но страшная магия была беспощадна. Их тела неспешно погружались внутрь кристалла, щедро обагряя его кровью, сочившейся из-под искореженного металла.

Те, кому повезло больше, вцепились в своих товарищей, задетых розовой энергией неведомой магии, не давая тем повторить страшную участь соратников, чьи фигуры уже слились в одно целое с кристаллом. Только головы мертвецов ещё не скрылись, смотря на нас стеклянными глазами, в которых навечно застыла боль.

Я в оцепенении смотрел на это. Внезапная и страшная гибель троих воинов пошатнула мою уверенность в правильности наших действий. Но выбора уже не оставалось, отступить мы не можем, придётся сражаться до конца.

Кристалл исчез так же внезапно, как и появился. Но теперь заклинания вспыхивали одно за другим, в рядах рассыпавшегося на мелкие группы отряда.

Герцог первым ворвался в шеренги карликов. Я находился слишком далеко, чтобы увидеть, как он управляется с мечом. Но с облегчением заметил, что к нему на помощь подоспели воины, и сам бросился вперёд. До ушастых гадов осталось совсем немного, но я не спешил доставать мечи, боясь выронить и потерять их.

Земля передо мной внезапно осыпалась, образовав воронку. Я успел остановиться, а вот бежавшему рядом легионеру не повезло. Увлекаемый тяжестью доспехов, он рухнул вниз. Затем послышался короткий стон. Значит, он ещё жив!

Я опустился на краю ямы и заглянул в неё. Да, воин потерял немного здоровья от падения, но уже крутил головой, думая, как выбраться.

— Сейчас помогу! — крикнул я, поспешно соображая, как его вытащить оттуда.

— Быстрее! Времени совсем мало, — пробился из-под шлема глухой голос.

Мало? Почему?

— Держи верёвку! — легионер легко бросил мне целый моток. — Привяжи за что-нибудь второй конец!

За что? Кругом поле! Ни камня, ни кустика! Я покрутил головой: все бойцы давно ушли вперёд, кроме одного. Раненый пехотинец, потерявший шлем, сидел совсем рядом. Я подскочил к нему.

— Помоги! Там человек застрял, его нужно вытащить!

Но пехотинец меня не слышал, с его головы стекала струйка крови.

Я вновь бросился к яме.

— Мне нужно лечение! Эликсир!

— Закончились, — хрипло отозвался воин, снимая шлем.

Мне показалось, или земля действительно неспешно обступает его?

— Чёрт — выругался я. — Хватайся за верёвку! Попробую вытащить тебя!

Я всеми силами вцепился за неё, но как только легионер попытался выбраться, меня тут же поволокло по земле. Моих сил было недостаточно, чтобы вытянуть его.

Я вновь в отчаянии подбежал к раненому и с размаху ударил его по щеке, стараясь привести в чувство.

— Там человек умирает, мне нужна помощь! — тряся его за плечи, заорал я.

Глаза воина медленно раскрылись. Взгляд стал осмысленным. Я сунул ему в руки часть верёвки.

— Нужно вытащить его! — от волнения мой голос прозвучал тихо, но солдат слегка кивнул и сжал её. — Тяни!!!

Мы изо всех сил потянули на себя, но как только легионер схватился, пытаясь подняться, верёвка выскользнула из слабеющих рук раненного пехотинца, и он потерял сознание. Меня вновь поволокло по земле до самой ямы, несмотря на все мои усилия.

Я перегнулся через край и встретился взглядом с воином, угодившим в ловушку. Он усмехался уголком рта. Я всё ещё старался придумать, как достать его оттуда, но он, скрытый землей по плечи, уже знал, что ему не выбраться.

— Не дай погибнуть герцогу! Без него мы все обречены! А я... Мне просто не повезло...

Нет! Всё не может закончиться так! Взгляд беспомощно метался, пытаясь найти выход, но единственные люди, которые могли мне помочь, находились слишком далеко.

Я вновь опустил глаза, голова легионера скрылась под слоем земли, а мне оставалось только беспомощно смотреть. Во мне клокотала ярость. Так глупо! Так нелепо! Я позволил умереть человеку, могущественному воину, который мог бы сейчас сражаться с тварями, осаждающими утёс!

Его иконка на вкладке армии посерела. Хотелось закричать, и я не стал себя сдерживать. Всё равно никто не увидит и не услышит моей слабости. Через несколько мгновений я поднялся. Меня слегка покачивало.

Земля полностью вернулась в изначальное состояние. Ничто не напоминало о яме. Разве что трава не росла на этом участке, ставшем могилой воина, имя которого я так и не узнал.

Я вытащил мечи. Бессилие, отчаяние и гнев, всё ещё сидели внутри. Совсем недавно мне хотелось отбросить краснопузых и поговорить с друзьями, но теперь я желал, чтобы в меня прилетела случайная стрела и дала возможность ненадолго прерваться. Сцепив зубы, я побежал на звуки звенящей стали, стонам и крикам. О моих малодушных желаниях тоже никто не узнает. Я не спас человека, но от этой битвы зависят жизни многих других. Пока жив, я должен делать хоть что-нибудь!

Я приблизился к месту первой схватки. Несколько поблёскивающих тел лежали в разных позах. У некоторых не хватало конечностей. Цифры опыта перед глазами появлялись не часто, значит, потери бесов были не так уж велики. Я бегло окинул взглядом вкладку армии. С нашей стороны погибло около двух десятков солдат.

Я бросился туда, где мелькал плащ герцога. Он и его стражники, подкреплённые эликсирами, легко теснили красных воинов. Только маги не позволяли им обрушить вражеский строй. Колдуны своевременно восстанавливали жизнь своим танкам и отбрасывали людей заклинаниями. Это единственное, что могло остановить Колгрима. Но ненадолго.

Я оказался достаточно близко, чтобы аура герцога накрыла меня. Моё тело налилось странной силой. Ничего подобного прежде мне не приходилось ощущать.

Аура королевской крови

Рядом с вами находится член императорской семьи! Союзники поблизости, воодушевлённые его присутствием, сражаются яростнее!

Урон: + 50

Телосложение: + 3

Жизнь: + 30

Регенерация: + 3 ХП в секунду

Ничего себе! Эх, мне бы уровень повыше и доспехи покрепче! Глядя на сотни единиц урона, которые получали воины с обеих сторон, я не строил иллюзий. Мне повезёт, если смогу пережить хотя бы два удара.

Находясь за спиной у стражников, я окинул взглядом поле боя. Казалось, под натиском пехотинцев во главе с герцогом бесы скоро дрогнут. Но те готовились к войне основательно. Раненные старались отступить, чтобы восстановиться. В их распоряжении были и маги-целители, и большой запас зелий исцеления. Вдобавок, свежие маленькие бойцы, спешащие откуда-то из-за спин врагов, сходу вступали в сражение. Красные стрелки уже опустошили колчаны, теперь лишь новоприбывшие пускали в нас редкие стрелы.

Но радоваться не приходилось. Больше половины наших воинов попали под удары магии. Жизнь многих пехотинцев тревожно мигала красным, а на восстановление не было ни времени, ни эликсиров.

Герцог легко сражался сразу с тремя противниками. Длинный меч виртуозно отражал самые каверзные удары сильнейших бесов, чьи пылающие красные имена отличались от большинства других, более скромных, названий. Воители Горной Крепости отчаянно пытались преодолеть вездесущий клинок Колгрима. Троица действовала слаженно. Увидев их в бою, я сразу вспомнил письмо Ворона, в котором не было и намёка на оптимизм. Теперь я понимал почему. Оставалось только посочувствовать тем игрокам, которым пришлось вступать в бой с воителями. Но герцог оказался не по зубам даже этим закалённым воинам.

Один из них, с обоюдоострой секирой в руках, превышающей рост невысокого беса, развернулся всем телом и нанёс чудовищный удар. Будь я на месте герцога, мне бы пришлось отпрыгнуть назад или попрощаться с жизнью, но Колгрим просто сделал взмах навстречу. Перед глазами уже пронеслась картина, как секира врубается в тело герцога, не замечая усилий меча, но в игре разница в 14 уровней делала своё дело. Длинный клинок легко отбил удар, отбросив маленького воина на землю вслед за его же секирой. На её блестящем лезвии осталось глубокая вмятина. Пока Колгрим был занят оставшимися двумя противниками, я наблюдал за поднимающимся растерянным воителем, недоверчиво глядевшим на испорченное оружие. Его тяжёлые доспехи из тёмного металла, без сомнения созданные превосходным мастером, мрачно мерцали в наступающих сумерках. Он был хорошим воином, очень хорошим. И впервые встретил человека, превосходящего по силе, что отчётливо читалось на его полуприкрытом шлемом лице. В серьёзных чёрных глазах светилось сомнение напополам с яростью. Страшный шрам, спускающийся от кончика носа до нижней губы, говорил о том, что бес уже побывал в передрягах, но против герцога шансов у него было столько же, сколько у меня в поединке против Крот-Гара.

Воитель Горной Крепости стоял, крепко сжимая секиру, глядя на то, как Колгрим проткнул колено его товарищу и пинком повалил на землю, уже уворачиваясь от третьего красного воина, пытавшегося достать его цепом с тяжёлым шипастым шаром на конце. Один выпад герцога, и раненый враг попятился назад, зажимая плечо рукой.

— Назад! — я услышал могучий голос воителя с повреждённой секирой даже сквозь шум битвы. — Здесь нам не победить! Отступаем!

Я в очередной раз обвёл глазами битву и мысленно согласился с ним. Маги, похоже, выдохлись. Вражеские умения против людей срабатывали всё реже, сказывалась разница в уровнях. Те легко их парировали, не позволяя оглушать себя и соратников. Ушастые больше не горели желанием врываться в порядки пехотинцев, хотя поначалу то и дело появлялись среди воинов, задетых магией, и пускали в ход способности. Один из таких возник в рядах стражников и закрутил клинками, нанося урон всем вокруг. Выглядело это страшно: фонтаны крови из ран и ухмыляющийся враг. Выбраться обратно ему не позволили, несколько взмахов — и бес хрипя повалился на землю. Я с облегчением взглянул на пострадавших. Их полоски жизни остались почти на том же уровне, несмотря на красочную анимацию умения. Но стражники получили эффект «увечье», снижающий их урон на 8%.

Враги отступали умело. Не знаю, кто с их стороны руководил этим сражением, но когда бесы отпрянули, их маги одновременно выпустили несколько заклинаний. Многих людей сбила с ног мощная водяная волна. До меня она дойти не успела, выдохлась раньше, но мы тоже не смогли броситься за отступающими врагами. Перед глазами возникла густая фиолетовая пелена.

Покров Азулы

Накрывает небольшую площадь туманом, ослепляя всех существ, попавших в него, на 30 сек. и снижая скорость передвижения.

Мне оставалось только ждать, пока пелена рассеется. Я не мог идти вперёд, не зная, что меня там ждём. Люди сзади напирали, спеша выйти из тумана. С ругательствами и проклятиями они натыкались на меня до тех пор, пока мгла не стала редеть.

Замедленный герцог и стража не успели далеко уйти, хотя упрямо двигались вперёд всё это время. Но как только туман полностью исчез, враги снова преподнесли нам сюрприз. Около сотни вражеских стрелков подняли луки. В их руках что-то поблескивало, переливаясь разными цветами. Я замер, догадавшись, что сейчас ждёт передних пехотинцев, которые, не сговариваясь, остановились и подняли щиты. Даже герцог скрылся за спинами изрядно потрёпанной стражи.