Протоны в томатном соусе

Судьба Солдата

Майские дни, впереди День Победы, парад, бессмертный полк и встречи немногих ещё живых ветеранов. Вечный огонь у кремлёвской стены, никто не забыт и ничто не забыто. Более 70 лет прошло с окончания самой кровопролитной войны, немного осталось живых её участников, но память жива и будет жить и нельзя забыть, какую цену заплатил наш народ и сколько горя принесла эта война.

Эта история о тяжёлой судьбе одного из многих русских солдат, которых и забыли и не забыли. Есть в центральной части России довольно глухие места, река Жиздра и деревня Богдановы Колодези в 30 км от районного городка Сухиничи с одиноко возвышающейся над обрывом, разрушенной ещё немцами, колокольней. Здесь начинаются брянские леса, дикая природа, прекрасное место для охоты и рыбалки.

Каждый год в конце мая мы с компанией москвичей отправлялись на Жиздру порыбачить и отдохнуть от городской суеты. Народ был разный, москвич Коля, таксист лет 55-ти, его друг по работе абориген Гена, родом из этих мест и несколько человек из Сухиничей. Как правило, организовывал поездку Евгений Андреевич, ветеран, прошедший всю войну шофёром, заядлый любитель рыбалки. Он находил приятеля с грузовиком и вёз всех на Жиздру. В старые времена от Сухиничей через Богдановы Колодези и Гретню проходил большой торговый путь и дорога до деревни была неплохая, а от деревни и до реки почти всегда непредсказуемая, зачастую проехать можно было лишь на тракторе.

Как они познакомились и когда, история умалчивает, но каждый раз в наш приезд напротив магазина на центральной улице деревни на крыльце сидел человек, почти без ног, с улыбкой на лице, встречая и провожая редкие автобусы. Мои друзья никогда не проезжали мимо и каждый раз с радостью приветствовали старого знакомого, останавливались, долго разговаривали и рассказывали новости.

Инвалида звали Антон Захарович, каждый день он на крыльце коротал время и с тоской ждал автобус из Сухиничей, единственное его развлечение. Как-то при первой встрече он поведал свою историю, искалеченного войной солдата. С тех пор его не забывали, привозили подарки и всегда брали с собой на реку. В этот раз поехать он согласился не сразу, ведь без посторонней помощи он не мог даже передвигаться, только ползал да с трудом сидел на лавке. Всякий раз он рассказывал нам свою историю, с горечью улыбаясь, и его короткая, но страшная судьба поражала всех.

Немцы напали на СССР 22 июня 1941 года, молодой 19-летний деревенский парень Антон идёт на фронт защищать свою Родину. Немцы наступают на Москву большими силами, идут жестокие бои. В сражении под Смоленском рядовой Антон получает тяжелейшее ранение, оторваны ноги и рука. Война на этом для него закончилась, да и жизнь почти тоже. Но он выжил, много месяцев провёл в госпиталях после страшного ранения и вот уже более 30 лет в глухой деревне.

Как жить? Но жить то надо, русская душа, сила воли или что-то ещё? Послевоенная забытая глухая деревня, мужиков нет, Антона берёт в мужья сердобольная Дуся, она тянет и огород и скотину, настоящая русская баба, да и сына ему родила и дочь. Колхоз построил им дом, помогал по возможности. Был у него и «запорожец», выделенный ему бесплатно, остатки кузова ещё можно было видеть во дворе, сын разбил машину по пьяни. Такая вот жизнь в забытой глуши, здесь пили и пьют все, и млад и стар, жизнь такая. Только Дуся и пашет, и сеет, и убирает.

С трудом осторожно погрузили Антона Захаровича в кузов на охапку сена и поехали вдоль реки по течению к месту, где хорошие омуты и рыбалка. Проехали с трудом, застряли пару раз, но выбрались. Приехали на место, первым делом палатки, стол и тост за встречу с природой. Незабываемое чувство и первая рюмка на реке, и вторая и третья, тост за нашу победу, за выживших, таких, как Антон Захарович…

Он в такие минуты не выдерживает, плачет горькими слезами и мы вместе с ним. Это нужно видеть, скупые мужские слёзы… Далее, как заведено, кто идёт рыбачить, кто радуется общению, пьёт водку, куда ж без этого, традиция. В какой-то момент самые слабые уже готовы и отключаются, и только заядлые рыбачат.

Невдалеке от нашей стоянки на высоком берегу плита «Слава героям» и остатки снарядов, пули, каски вокруг плиты, Это туляки почтили память погибших здесь воинов, установили эту плиту и соорудили подобие памятника. Здесь проходила передовая линия сражения за Москву, вокруг очень много окопов и остатков снарядов, патроны, погибли тысячи наших солдат. Гена, москвич, рассказал, что мальчишками они находили много оружия. По его словам где-то здесь до сих пор есть спрятанный в подземелье немецкий склад с боеприпасами, о котором он знает. Этот склад якобы заминирован со времён войны и туда опасно ходить.

Ему не все верят, по-пьяни и не то можно рассказать, но доля правды определённо есть. Неделя на берегу проходит быстро, запасы спиртного заканчиваются, пора уезжать. Много выпито, много рассказано, поймали немало рыбы, это и щука и плотва и налим. Антон Захарович тоже расслабился, отдохнул на природе от однообразной деревенской жизни, от Дуси, с нетерпением будет ждать следующего года, когда его снова возьмут на реку. Прощай Жиздра, до следующей встречи.

Прошло много лет, где похоронен Солдат, не знаю, скорее всего на деревенском кладбище в Богдановых Колодезях. Обязательно постараюсь найти его могилу и поклониться, такие как он спасли наш мир.

Ограбление по-итальянски

История эта случилась со мной в конце 90-х. Наш институт физики, в котором я имел честь работать конструктором в физическом отделе, постепенно хирел, людей сокращали, зарплаты еле хватало на жизнь для большинства сотрудников. Но, тем не менее, продолжались многие научные направления в контактах с ведущими научными центрами в Европе и Америке.

Особенно плодотворным и востребованным оказалось сотрудничество с Европейским центром ядерных исследований (ЦЕРНом). Одно из таких направлений вёл Владимир Амосов, прекрасный физик и человек, благодаря ему и его программе в эксперименте Атлас для LHC коллайдера наметилась большая работа в институте. Так случилось, что однажды по этой программе появилась возможность поехать в Рим для обсуждения деталей совместной работы, поскольку в этой работе были задействованы и итальянцы. Володя предложил мне поучаствовать, как конструктору. Только позднее я понял, что он использовал любую возможность, чтобы сделать кому-нибудь добро, какой либо необходимости в поездке не было.

И вот мы вдвоём, я, как конструктор, и физик Вася Зайченко в Риме. Сложно передать все ощущения, когда ты первый раз попадаешь за рубеж, например в Италию. Это как на другую планету, люди другие, говорят непонятно и всё вокруг в диковинку. Вася уже не раз бывал за рубежом, давно освоился и начал квасить ещё в самолёте, так что в Риме он был как свой. Университет мы нашли без труда, встретились с итальянскими коллегами и профессором, руководителем работы.

Всё складывалось очень хорошо, нам сняли жильё в красивейших окрестностях Рима, в деревушке Монте-Компатри на одном из холмов. После недолгих бесед в первый день, мы поехали на автобусе по серпантину в эту деревню, так её называли наши итальянцы. Изумительно красивые места, всю дорогу мы не могли оторвать глаз от окна. Монте-Компатри расположена на холме и вовсе это не деревушка, а скорее очень живописный ухоженный городок с прекрасными, довольно старой постройки домами, гористыми улочками, утопающими в зелени.

Нас поселили недалеко от центра в старом доме на 2 этаже, в огромной великолепно обставленной квартире с выходом в каменный мешок, заменяющий балкон, поскольку дом упирался в гору. В центре на площади было много кафешек, пивбар, ресторан и магазины, в общем всё необходимое в цивилизованном мире, а посреди проходило шоссе с интенсивным движением. Мы быстро освоились, обнаружили недалеко нужные магазины и жизнь, как это бывает, забила ключом. Осмотрели окрестности, полюбовались закатом и видом на Рим, выпили отличного местного вина.

Достопримечательностью деревушки, как ни странно, оказалась большая стая бродячих собак, они были с ошейниками, гуляли в центре и периодически переходили с одной стороны центральной дороги на другую. Это надо было видеть, они подходили к переходу и ждали, машины тут же останавливались и стая неспеша двигалась через переход, через некоторое время собаки шли назад и опять машины стояли. Собаки будто бы понимали, что люди их не обидят, что бояться им нечего. Я наблюдал и не мог понять, как это возможно, у собак никакой агрессии и у людей к ним тоже. Видно было, собаки все сытые, просто гуляют. Позднее мне объяснили, что здесь особое отношение к собакам и они это знают.

Каждый день мы ездили в университет в Рим, а вечером возвращались автобусом в нашу уютную квартиру, дегустировали разные вина, наслаждались окружающей красотой.

Наши встречи и обсуждения конструктивных особенностей панелей для физического эксперимента Атлас в ЦЕРНе были, мягко говоря, не очень продуктивными, поскольку знания английского и у меня и, как оказалось, у Васи, оставляли желать лучшего. Но, тем не менее, мы пытались обсуждать, получалось это с трудом, однако итальянцы относились к нашим проблемам с пониманием.

Однажды профессор, как это у них принято, пригласил нас домой на вечер. Его жена, испанка, приготовила национальные блюда, помню это была большая запечённая и очень вкусная рыбина, что-то ещё типа каши, всё очень вкусно и мы, голодные к вечеру, набросились на еду, не взирая на особенности. Конфуз был в том, что у них перед едой предлагается только бокал вина, что неприемлемо для русских и очень возмутило Васю, хотя он стойко выдержал. А когда хозяин после основной еды достал несколько начатых бутылок российской водки, подарки российских друзей, это был верх гостеприимства!

Мы так хотели нормально выпить после трудового дня и вот, сидя с полными животами, глядя друг на друга и на водку, ругали про себя этих бестолковых итальянцев. А в завершении трапезы хозяин угостил нас анисовой со сладким творогом и вручил скромные подарки.

Время бежит быстро, в университете нам выдали по 2,5 млн лир на наши расходы. Всё было хорошо, жизнь прекрасна, мы посетили Ватикан, посмотрели Рим и стали готовится к отъезду. Договорились, что в один из выходных дней поедем менять деньги, ведь лиры в России не нужны.

Была осень, конец октября, погода стояла хорошая. В воскресенье утром мы приехали в центр Рима и сразу показалось, что как то необычно пустынно вокруг, только потом до нас дошло, что с субботы на воскресенье время перевели на час назад. Делать нечего, стали искать обменники, их было несколько в центре и они ещё не открылись. Хотелось найти получше курс обмена, мы ходили по центральной улице, вглядывались в окна обменников, пытаясь разглядеть где какой курс. Около одного из них стоял, разглядывая объявления, неброско одетый средних лет человек и, когда мы подошли и стали смотреть на витрину, он на английском поинтересовался кто мы и сказал, что тоже ждёт открытия, а также, что здесь недалеко за углом есть другой обменник, где курс лучше и он может показать его. Мы согласились и двинулись за ним, повернули за угол, он достал карту, как бы желая показать нам где этот обменник, подошел к киоску и прислонил карту к стене, мы недоумевая следовали за ним. И вдруг, как гром среди ясного неба, из-за киоска раздался громкий голос: «Стоять! Полиция! Ваши документы!»

Это было настолько неожиданно пугающе, что сразу лишило нас дара речи. В эти секунды в голове смешались все мысли. Чужая страна, что-то не так, нас арестуют, что будет?. Перед нами стоял большого роста в форменной фуражке итальянец, он на миг показал какой-то документ и протягивал руку, требуя паспорта. Мы по очереди протянули их ему. «Хм… Русские, полиция проводит задержание банды мошенников с фальшивыми деньгами, показывайте какие деньги есть у вас, да поживее, быстро быстро!» произнёс он на английском.

Мы приехали обменивать деньги, сумма, которую нам выдали, по тем временам была немалая, а для нас при наших мизерных зарплатах просто огромная. Я предусмотрительно спрятал свои лиры во внутренний карман рубашки, а рубли лежали в наружном кармане. Понимая, что ни в коем случае нельзя доставать лиры, я тянул время, ещё раз попросил показать удостоверение, на что в грубой форме якобы полицейский продолжал: «Деньги, деньги показывай!»

Я медленно достал рубли и передал ему, он посмотрел презрительно на них, и стал требовать ещё. Вася тоже достал какие-то деньги, там были и рубли. Это продолжалось всего какие-то секунды и я понял, что-то здесь не так и медленно стал тащить Васю за рукав назад. Наш попутчик стоял молча рядом, полицейский отдал Васе рубли, продолжал требовать другие деньги, но мы, пятясь назад, уже понимая ситуацию, не реагировали на него.

Ряженый полицейский не пытался нас преследовать, но продолжал требовать деньги. Мы же, будучи в шоке, пятясь, поспешили уйти подальше. Вдруг на перекрёстке увидели полицейскую машину и полицейских в форме. Я предложил обратится к ним и всё рассказать, на что Вася ответил, что не желает провести остаток дня в участке и он был прав. Нас задержат, будут выяснять подробности и неизвестно чем это может кончится.

Отойдя немного в сторону, Вася проверил свои рубли и выяснилось, что исчезли 50 долларов, которые были среди его рублей. Это было кульминацией нашего приключения и сильно огорчило и без того напуганного физика. Я пытался успокоить его, ведь мы не потеряли наши лиры, но это не помогало.

Настроение окончательно было испорчено, мы быстро обменяли лиры на доллары в ближайшем обменнике и расстроенные поехали домой в Монте-Компатри. Позднее, ешё и ещё прокручивая эту историю, я понял, что нас пытались ограбить профессиональные итальянские мошенники. Только самообладание и может быть везение помогли нам, наши лиры остались целы.

Эти люди постоянно дежурят у обменников, они сразу видят лохов среди иностранцев, пасут их, дожидаются удобного момента, а дальше дело техники.

Расчёт простой, на неожиданность и страх в чужой стране, когда человек теряет способность оценивать ситуацию. В такой ситуации нельзя паниковать, вступать на улице в разговоры и что-либо показывать, пусть везут в полицейский участок и там всё выясняют. Уже в России я узнал, что такие же банды орудуют и в Париже и в Женеве и в других больших городах Европы.

Мы успешно закончили все свои дела в университете, и благополучно вернулись домой, впечатления от Италии и нашей поездки ещё долго не давали покоя, хотя и были разными.

Охота по-немецки

Что-то есть в слове «охота» неприятное, более того, вызывающее и отталкивающее. Есть охота на животных, есть и другая охота. Охота в наше время – занятие для избранных, будь то власть имущие или просто имеющие достаток, позволяющий арендовать вертолёты и стрелять редких козлов. В недавние времена, да и сейчас, существовали охотничьи хозяйства разных ведомств, где нашим избранным можно было отвести душу, пострелять в удовольствие из уникального карабина, испить элитной русской водки, да и попарится в компании с юными дамами. Есть, конечно и простые охотники-любители, не имеющие привилегий и бань, терпеливо ждущие лицензию и разрешение на охоту и иногда имеющие удачу.

Древние люди охотились по необходимости, чтобы выжить, В старину на Руси охота с собаками была любимой забавой дворцовой публики и богатых помещиков, но тогда не было современного оружия и такого количества охотников, а сама охота больше походила на представление. Времена эти давно прошли, а охота и охотники остались. Для меня есть только одно понятие охоты, это когда непроходимая тайга и человек среди дикой природы, вынужденный добывать пропитание и выживать, или звери в дикой природе, живущие по законам природы.

Однажды я стал свидетелем охоты по-немецки, в непосредственной близости к моему дому. Пригород Кёльна, Бенсберг, небольшой городок в 20 км от центра, вокруг лесной массив, тянущийся до Рейна. Удивительно, но факт, леса здесь много, запросто можно заблудиться, я часто нарушаю местные правила и люблю искать грибы в хорошую погоду. Как-то раз меня остановили егеря и отобрали грибы, оказывается в лесу Кёнигфорста заповедная зона. Вначале я и не подозревал, что здесь около городка водится много разных зверей. Но позднее несколько раз встречал косуль, как-то даже видел вскользь лося.

Обычно осенью кругом можно видеть изрытые кабанами, будто бы лопатой, обочины местных лесных дорог. Кабана не увидишь днём, эти лесные жители бодрствуют ночью и любят ковырять землю у дороги, лакомится корешками.

При хорошей погоде я иду на работу пешком через лес вдоль автобана, специально огороженного сеткой, чтобы звери не могли выскочить на дорогу, по которому и днём и ночью мчится нескончаемый поток машин. До работы недалеко, порядка 2–3 км лесной красивой дорогой. мимо егерского подворья, стоящего на возвышении. Это большое строение из нескольких зданий, где находится и музей местной природы. Там много интересного, представлена местная флора и фауна, есть и кафе и выставки, зал для собраний. Здесь же проходят и всякие охотничьи мероприятия. Довольно посещаемое место и прекрасный уголок природы.

Наша фирма находится по другую сторону автобана в технологическом парке, поблизости от егерского дома и в обеденный перерыв я с моими немецкими коллегами часто ходим по лесу быстрым шагом, отвлекаясь от рутины, любуясь природой и обсуждая новости. Деревья вокруг какие-то большие и сказочные, есть и кедр и бук и лиственница и дуб. Лес в этой части Германии регулярно выпиливают по каким-то правилам, кругом остаётся много бурелома, всегда можно встретить прогуливающихся по многочисленным дорогам людей с собаками, а по выходным и всадников на ухоженных красивых лошадях.

Это особая категория людей, конных любителей, они регулярно привозят лошадей в специальных прицепах на прогулку. Для них есть отдельные дорожки, как правило, насыпанные песком, чтобы лошади не повредили ноги. Очень красивое зрелище, и кони и всадники, невольно оглядываешься вслед и любуешься. Правда стоит такое удовольствие немало, ведь где-то надо содержать коня, иметь транспорт, прицеп и требуется на это хобби немало времени и денег.

В глубине леса часто можно видеть деревянные вышки, я вначале не знал их назначение, но коллега объяснил, что они для охоты и что популяция животных растёт из-за отсутствия волков, поэтому время от времени их необходимо отстреливать. Тут же я подумал, а не проще ли завести волков? Природа сама будет регулировать, ведь обычно там, где вмешиваются люди, всегда есть проблемы. Говорят в Германии уже появились волки-переселенцы из России, но это скорее всего в восточной части страны.

Я, конечно, знал, что где-то в окрестностях раз в год проводится охота, однажды уже видел сборище охотников, но и не предполагал, как и что происходит. И вот, тёплое ноябрьское утро, я вышел из дома и вдруг, перед лесом, вижу жёлтый треугольник с надписью «Сегодня охота!».

Значит будут стрелять, надо быть осторожным! Иду дальше по лесу, меня обгоняют машины, одна, другая, третья… Подхожу к егерскому дому, а там уже полно машин и народу, все в красочных ярких куртках, шляпах с перьями, немцы любят показуху, стоят кучками и весело обсуждают что-то, а машины подъезжают и подъезжают.

Рядом возводится навес с подъёмниками и крюками, я подумал, после охоты наверное будет застолье, пир и пиво, хотя многие за рулём. Здесь же я увидел и Ниву, российский автомобиль с наклейкой SU в прекрасном состоянии, он выглядел очень даже неплохо на фоне богатых лимузинов, видимо наш охотник припарковался. Днём дождя не было, охотникам повезло, а может они заказали хорошую погоду. В обеденное время я решил прогуляться, посмотреть что и как на этой охоте. Дорога не была перекрыта, но невдалеке я увидел прочёсывающих лес и кричащих людей с собаками, а внизу на дорожке тоже стоял человек в жёлтой куртке. В глубине леса слышались выстрелы, охота продолжалась. Я понял, что дальше идти нельзя и пошёл назад.

Уже к вечеру, идя домой, я решил посмотреть охотничьи трофеи, хотя заранее было жалко животных. То, что я увидел, нужно видеть, на крюках в два ряда висели распотрошёные большие и маленькие косули головами вниз со стеклянными открытыми глазами. Даже и теперь было видно, насколько красивые эти животные. Среди них были и несколько небольших кабанчиков, случайно затесавшихся в компанию косуль. Вполне возможно, что кабаны более хитрые звери и прячутся днём в укромных местах.