Мягкие осколки боли

– Давай договоримся, что между нами ничего не было? – спрашивает он.

– …Я то же самое хотела тебе сказать…

– Это было мимолётное увлечение. Не думаю, что мы стали бы творить это, если бы были трезвыми.

Я улыбаюсь. Я бы повторила… Но нет.

– Предлагаю просто остаться друзьями. – говорю я и смотрю на Кирилла.

Парень улыбается.

– Секс по дружбе – такая себе перспектива…

Я тоже улыбаюсь.

– Но между нами ведь ничего не было, верно?

Мы смеёмся.

– Договорились. – говорит парень и протягивает мне правую руку ладонью вверх. – Друзья?

Я кладу свою ладонь в его руку и улыбаюсь.

– Друзья. – выдыхаю. Слишком сложно…

Смотрю на задние сидения. Чёрт возьми, я, наверное, себе этого никогда не прощу. Но вчера мне было неимоверно хорошо…

Внутри меня словно открыли что-то новое и мне хочется 24/7 проводить время в этой чёртовой машине с этим горячим парнем… Пить алкоголь, говорить о наболевшем и целоваться… А потом стягивать друг с друга одежду…

Я смотрю на Кирилла, в то время, как он смотрит в лобовое стекло. Его чёрные волосы немного растрёпаны, что делает его ещё симпатичнее, чем он есть. По моему телу пробегают мурашки, а в голову снова лезут воспоминания. Чёрт возьми, Кирилл, ты сводишь меня с ума…

– Подвезёшь до дома? – спрашиваю я у него.

– Конечно. – улыбается мне. – С тебя 500 рублей.

Я смеюсь.

– Я тебе вчера заплатила больше, чем надо… – опускаю голову вниз и улыбаюсь, вновь вспомнив произошедшее. – Так что вези, Кирюша.

Парень ухмыляется, а затем заводит машину.

***

Я открываю дверь и вхожу в квартиру. Застываю на месте, прислушиваясь ко всему, что происходит дома и слышу шаги. Сглатываю ком в горле. Интересно, кто здесь – Лера или Ваня? А может, сразу все? Вот весело то будет, если это так…

Из спальни выходят родители и молча подходят ко мне. Мама скрещивает руки на груди, а отец злобно смотрит на меня.

Я нервно дышу. Ожидаю продолжения. Чувствую, что сейчас будет очень весело…

– Ты где была всю ночь? – спрашивает мать.

Допросы. Конечно, как я сразу не догадалась? Моя мать сделает всё, чтобы разузнать о том, где я была и чем занималась… Но отныне это её касаться не должно.

– Отвали… – пытаюсь пройти в свою комнату.

Отец хватает меня за руку и больно сжимает. Я вскрикиваю.

– Не трогай меня! – вырываю руку и прохожу в свою спальню.

– Что за парень тебя подвёз до дома?! – кричит мать.

– Не твоё дело!

Ещё чего не хватало, чтобы она лезла в мою жизнь… Увела у меня одного парня и теперь активно будет заглядываться на всех, кто имеет со мной хоть какие-то дела? Ну уж нет…

Пытаюсь закрыть дверь своей спальни, но отец полностью выбивает её ногой. Дверь слетает с петель, я вскрикиваю от ужаса и неожиданности. С ненавистью смотрю на родителей и тяжело дышу. Ещё немного и я вцеплюсь им в шеи, честно…

– Знаешь, что, Александра? – начинает отец.

– Что, папочка? – ехидничаю я и смеюсь. Мной овладевает внезапный приступ смелости, смешанный с агрессией и истерикой. – Хочешь выпороть меня за плохое поведение?

– С твоим плохим поведением мы придумаем, что сделать… – ехидничает мать и вот-вот взорвётся от злости. – Отец найдёт самый жёсткий ремень с шипами, чтобы твоя задница горела так, что ты не сможешь на неё сесть…

Моя задница и так горит… Сегодня ночью по ней меня шлёпали так, как тебе и не снилось… И я осталась довольна, знаешь ли, мама…

Меня охватывает волна смеха и я выхожу из спальни обратно в коридор. Родители следом идут за мной, словно мы играем в «паровозик» и меня это начинает жутко накалять…

Я не хочу здесь находиться. Не хочу здесь жить. Не хочу видеть их обоих… Отныне они не мои родители, а совершенно чужие мне люди…

– Что такого смешного я сказала?

– Всё смешное. – я улыбаюсь. Я ещё никогда не разговаривала ТАК со своими родителями. И мне в кайф. Внутри меня появилась какая-то внезапная уверенность и мне это дико нравится… – Особенно ваше поведение. Мне 18 лет, а вы хотите меня выпороть за то, что я не ночевала дома. Пытаетесь играть в счастливую семью? Похвально… Притворяться, что всё хорошо, а на самом деле изменять друг другу с малолетками… – я открываю дверь квартиры и собираюсь выйти.

– Что за истерики?! – кричит мать.

Я закатываю глаза так сильно, что едва ли не вижу свой мозг. Оборачиваюсь к родителям. Они выглядят так… Необычно. Они оба злые, пытаются корчить из себя счастливых мужа с женой, но я-то знаю, что всё это – маски.

– "Что за истерики?" ?! Знаешь, с кем он спит? – пальцем я указываю на папу. – С Лерой! А знаешь, с кем она?! – я смотрю на отца. – Она спит с Ваней! Вот классно! А ещё, "мамочка", твой муж платит мне немаленькую сумму за то, чтобы я молчала о том, что он изменяет тебе! И после всего этого вы думаете, что я буду нормально себя чувствовать?! Вам самим не стыдно?!

Они замолкают и злобно смотрят друг на друга, а затем снова переводят взгляд на меня. Отец, кажется, своим взглядом скоро прожжёт внутри меня 2 дырки…

Знают ли они вообще друг о друге? Сомневаюсь. Иначе они бы даже сейчас ненавидели друг друга и даже не стояли рядом…

– Мама, он платит мне по 30 тысяч в день, чтобы я молчала о том, что он спит с Лерой. – спокойно произношу я. – А знаешь, где он берёт эти деньги?

– Молчи… – злобно говорит отец и постепенно подходит ко мне.

Мне не страшно. Кажется, я в этой жизни больше не боюсь вообще ничего…

– Он барыжит нар…

И вот тут мне стало страшно… Вся моя уверенность прошла разом… Её будто клином вышибли.

Вернее, кулаком…

Папа ударил меня так сильно, что я упала на пол. Из глаз резко хлынули слёзы от адской боли в левой щеке… Он ударил меня.

Ударил, чтобы я не рассказывала маме о его наркотиках…

Я поднимаю голову и смотрю на отца. Его кулаки крепко сжаты. На лбу выступают капельки пота и он дышит так тяжело, что ещё секунда – и он меня просто уничтожит…

Мама с довольным лицом смотрит на всё происходящее. Я смотрю на неё с полным непониманием и болью. Держусь за щёку рукой. Мама, почему ты молчишь?! Почему ты меня не защитила?! Неужели папа действительно меня ударил, а ты не сказала даже ни слова?! Почему?

Ответ сам собой появляется в моей голове.

Они оба меня ненавидят и готовы сделать всё, чтобы я страдала…

Я вытираю слёзы и чувствую, как из моего носа идёт кровь. А затем вижу, как она капает на ламинат и мои джинсы.

Зажимаю нос рукой и с трудом встаю. Дрожь охватывает всё тело, ноги меня еле держат. Я со слезами снова смотрю на родителей и ничего не понимаю…

Они молчат. Во взгляде отца даже нет намёка на какое-либо извинение, а мама явно довольна всем происходящим…

Я здесь явно лишняя…

Резко выбегаю из квартиры и несусь прочь. Как можно дальше…

Не чувствую земли, не чувствую боли…

Не чувствую себя живой…

Слёзы застилают глаза, кровь из носа стекает по руке и свитеру. Мне понадобились огромные усилия, чтобы достать из рюкзака бумажные салфетки и прижать их к носу. Так-то лучше…

Бежать. Куда угодно, но подальше отсюда. Убежать далеко-далеко, куда только глаза глядят и стараться не думать обо всём произошедшем…

…Но как об этом можно не думать?

Выхожу из подъезда. И думаю о том, что теперь делать… Домой я точно больше никогда не вернусь.

Продолжаю плакать. Как больно… Вот и конец нашей «идеальной» семейной жизни. Больше никогда ничего не будет хорошо…

Мысли путаются. Мне больно… И морально, и физически… И безумно обидно за всё то, что происходит в моей жизни… Как теперь быть?

У меня есть немного денег… Около 50-ти тысяч. Остальное вчера я потратила на виски и теперь об этом жалею… Но думаю, что на первое время мне должно хватить денег, чтобы снять квартиру и пожить.

Теперь я одна. Без семьи, без друзей и родных… Совсем одна…

Я плетусь в сторону остановки. Готова ехать куда угодно! Даже если бы сейчас меня к себе затащил какой-нибудь маньяк, я бы с радостью умоляла его о смерти, чтобы не чувствовать всё это дерьмо…

Достаю мобильник из кармана. Листаю номера и среди них нахожу Кирилла. Единственный человек, который сможет выслушать меня и мою проблему… Единственный, кто появился в моём окружении, когда от меня отвернулись все.

Единственный, кому я хочу выговориться и я точно знаю, что он обязательно меня выслушает…

Голова снова забита воспоминаниями. Сейчас я бы с радостью напилась, забылась, уехала бы с ним в лес и всю ночь бы не давала ему спать…

Нет, я не влюбилась, но он определённо для меня что-то значит.

Я сглатываю ком в горле, набираю номер Кирилла и подношу телефон к уху. Пытаюсь успокоиться, но у меня этого не получается. Эмоции слишком зашкаливают, в груди начинает что-то жечь.

Гудки. Долгие и монотонные.

– Алло. – слышу я на том конце провода.

– Привет. – говорю сквозь слёзы и силой успокаиваю себя.

– Привет, Саш.

– Мне нужна твоя помощь… – я всхлипываю от боли в носу. Такое ощущение, что его режут наживую на тысячу мелких частей…

– Что случилось?! Ты почему плачешь?

– Это долго объяснять… – я выдыхаю. – В общем, я ушла из дома и мне нужно срочно найти квартиру. Сможешь мне помочь?

– Конечно смогу. Ты где сейчас? Я могу тебя забрать и там уже посмотрим, как поступить.

Забавно…

– В тебе проснулся романтик? – смеюсь сквозь слёзы и боль.

– Просто не хочу оставлять свою «подругу» в беде. – также смеётся. – Куда подъехать?

– Буду ждать тебя в кофейне на 24-ой северной. Устроит?

– Вполне. Пойду заведу машину.

Я кладу трубку телефона.

Машина.

Снова воспоминания. Алкоголь, поцелуи и он – тот, с кем мне было офигенно и хорошо. Тот, кому я не побоялась довериться. И тот, кто неожиданно появился в моей жизни и помогает сделать её хоть капельку лучше…

***

– Заходи.

Я прохожу в квартиру и чуть-ли не падаю в обморок от увиденного…

Трёхкомнатная квартира в центре города. Белая мебель, шикарный ремонт, просторные комнаты и полное ощущение уюта. Я ещё никогда не видела такой красоты…

Я с открытым ртом верчу головой, осматривая помещение. Мне такое даже и не снилось…

– Нравится? – Кирилл улыбается мне и проходит в одну из комнат.– Мы когда-то жили здесь, пока я не решил поехать учиться в другой город. – я разуваюсь. – А потом я уехал и родители переехали в квартиру поменьше, а за эту просто платят.

На моих глазах наворачиваются слёзы. Я хотела бы здесь жить. Безумно… Но это будет стоить ужасно дорого…

– Всё в порядке? – Кирилл выглядывает из комнаты, а затем подходит ко мне. – Саш?

– …Я просто… – вытираю слёзы рукой и улыбаюсь парню. – Я не смогу за неё платить, это очень дорого.

Кирилл молчит, смотрит мне в глаза, а затем улыбается.

Так забавно… Мы вроде как повздорили в колледже, потом переспали, а теперь стоим и мило беседуем…

– Неужели ты думаешь, что я возьму с тебя хоть копейку?

Я в недоумении смотрю на него. Нахмуриваю брови. Он что, ещё и квартиру мне бесплатно отдаст?

– Саш… – он кладёт свои ладони на мои плечи. – Если бы моим родителям и мне были бы нужны деньги, мы бы уже давно сдали эту квартиру. Но сейчас она просто пустует, а тебе негде жить. Не переживай, с родителями я уже договорился.

Мне становится легче. Чёрт возьми, да этот парень – просто золото…

Я смотрю на него и искренне ему улыбаюсь. Надеюсь, что он шутит по поводу денег…

– Ну ты чего? – смеётся и обнимает меня. Я обнимаю его в ответ и постепенно успокаиваюсь. – За коммунальные услуги только плати, пожалуйста…

Меня пробирает на смех и я забываю о том, что полминуты назад плакала.

– А ты умеешь всё испортить, чудик.

– Всё, не раскисай. – парень постепенно отдаляется от меня, но я не отпускаю его и улыбаюсь.

Мне так хорошо, когда он со мной рядом… Я бы всю жизнь его обнимала. Рядом с ним так классно…

Кирилл смотрит на меня с недовольным видом.

– Перестань обнимать меня так, будто запала. – довольно серьёзно говорит он, а затем громко смеётся.

– Да кому ты нужен вообще… – тоже смеюсь.

Мы отходим друг от друга и проходим на кухню.

Масштабы и красота этой квартиры просто сводят меня с ума… Порой мне кажется, что я в раю…

– Помнится мне, что где-то здесь с давних времён валялись пара дошираков… – говорит Кирилл и шастает по кухонным шкафчикам. – А, вот они. Будешь?

– Не откажусь. Со вчерашнего дня ничего не ела…

– Да я знаю.

Мы злобно смотрим друг на друга. Снова воспоминания, снова тот вечер, снова мы, сливающиеся в одно единое целое…

Снова чувство, что я счастлива…

А в следующую секунду смеёмся.

Парень наливает воду в чайник и ставит его нагреваться.

– Интересно, а мы теперь всегда будем припоминать друг другу то, что по пьяни переспали? – спрашиваю я у Кирилла и улыбаюсь.

– Да ладно тебе. – он подсаживается ко мне. – Я уверен, что тебе понравилось…

– Боже, что ты несёшь… – я закрываю лицо руками.

А ведь он прав… Мне понравилось. Причём, очень…

– В прочем, я готов признаться, что мне тоже было с тобой классно… Честно.

Так может повторим?

Чёртовы мысли…

– Я полагаю, что это – лучший комплимент в моей жизни.

Мы смеёмся.

– Ты рассказала родителям друг о друге?

Я прикусываю губу. Опять тема больных разговоров… Опять придётся несладко…

Опять осознавать, что они меня ненавидят…

– Рассказала… – я осторожно прикасаюсь к больной щеке. Мне кажется, что она распухла до размера арбуза…

– Кстати, хотел спросить… Что у тебя за синяк на щеке?

Чувствую, как капельки пота выступили на моём лбу. Меня охватывает нервная дрожь…

Вот и начались больные разговоры…

– …Отец ударил меня, когда я хотела рассказать маме о его наркотиках.

– Что, прости?

Я выдыхаю. Сложно… Слишком сложно…

– Я забыла тебе об этом рассказать, прости… – сжимаю кулаки и набираюсь смелости. А ведь ещё утром она была в моём организме, хоть отбавляй.... – Отец платил мне за молчание каждый день крупную сумму. И сам признался, что получает эти деньги с наркотиков. И сегодня я почти рассказала об этом маме, но не успела…

Чайник кипит. Кирилл встаёт со стула и заваривает нам лапшу быстрого приготовления.

– И твоя мама за тебя не заступилась?

– …Нет.

– Неужели такое может быть? Она же твоя мама…

– …Да, мама. – я снова сжимаю кулаки и чувствую, что ещё немного и расплачусь. – Кирилл, пожалуйста, давай закроем эту тему?

– …Хорошо.

Он ставит тарелки с лапшой на стол и закрывает их крышками. Садится напротив меня.

Он понимает меня. Буквально с полуслова. Боже праведный, пусть даша «дружба» не будет ошибкой, как у меня было с Лерой…

– Знаешь, ты, может быть, сейчас не поверишь в то, что я скажу, но всё-же… – парень смотрит мне в глаза. – Ты очень сильная. Я бы на твоём месте уже бы давно сломался и покончил с собой, но ты меня просто поражаешь, честно.

Я непроизвольно улыбаюсь. Даже не знаю, как на это реагировать…

– …Я верю, что однажды всё будет хорошо. – вру я и едва не захлёбываюсь слезами.

– А это обязательно будет. – подбадривает меня парень. – Знаешь, тут кое-что завалялось…

Кирилл ставит на стол бутылку красного вина.

Я вспоминаю то, что мы вчера вытворяли, когда напились и мне становится не по себе. Я больше не хочу пить… Или хочу… Нет, не хочу… Не знаю, но лучше не стоит. Между нами больше не должно происходить ничего похожего на то, что было вчера…

– …Кирилл. – начинаю я.

– Одну бутылку. Просто за то, чтобы всё было хорошо, окей?

Несколько секунд я нахожусь в раздумьях. Всего бутылка… Просто, чтобы заглушить боль. Ничего не должно случиться…

Улыбаюсь и киваю головой. Пусть мне станет легче… Хоть и не на долго.

Парень достаёт нужную посуду, открывает бутылку и наливает напиток в стаканы, один из которых протягивает мне.

– Просто за то, чтобы всё стало хорошо. – чуть-ли не шёпотом говорит он.

Мы чокаемся и выпиваем содержимое стаканов. Вино больше похоже на сок. Оно сладкое, с приятным запахом и послевкусием. Мы ставим стаканы на стол.

А потом начинаем есть лапшу быстрого приготовления, параллельно запивая её вином и пытаясь забыть прошлое с помощью шуток и хорошего настроения.