Мягкие осколки боли
- -
- 100%
- +
– Опять ты? – спрашиваю я. – Такое ощущение, что ты преследуешь меня…
Она оборачивается.
– Какие люди… – смотрит на меня безразличным и злобным взглядом. – Что хотела? Опять подоставать меня по поводу нас с Андреем? Успокойся уже… Ничего не вернуть… Хватит бегать за мной с целью убить. Я не сделала тебе ничего плохого.
– Не сделала ничего плохого? – я нахмуриваю брови. – Ты увела моего отца! А ведь когда-то я считала тебя своей лучшей подругой…
Она осматривает меня с ног до головы. Делает несколько шагов ближе.
– А я тебя своей лучшей подругой никогда не считала. – шепчет она мне прямо в лицо и я от злости сжимаю кулаки. – Я сразу поняла, что с тобой нужно "сдружиться", чтобы использовать тебя, а потом выбросить на ветер. Вот и всё.
Она улыбается и отходит в сторону. Я закипаю до ста градусов…
– Только не говори, что сейчас расплачешься…
Я смотрю на неё со злобой. Внутри меня бушует и ярость, и гнев, и ненависть к бывшей "подруге". На глазах и правда наворачиваются слёзы…Но я держусь и не позволю ей видеть то, как меня ломает… Крепко сжимаю кулаки. Как же я тебя ненавижу, мразь…
– …Я не заплачу. – говорю я спокойно. – Я просто убью тебя прямо здесь!
Я набрасываюсь на Леру и валю её на пол. Тяну её за волосы по всему асфальту. Она визжит и хватается за голову. Во мне бушует адреналин…
Останавливаюсь и сажусь на неё верхом. Только хочу ударить её, как вдруг…
Меня оттаскивают от Леры и очень крепко держат. Я пытаюсь вырваться, но этого не получается. Если я сейчас сорвусь, то я реально уничтожу её прямо здесь…
Лера встаёт с пола и хочет наброситься на меня, как вдруг её охватывает мой отец и тоже крепко держит.
– Какие люди… – ехидно говорю я папе. – Ничего себе…
– Закрой рот… – говорит мне он. – И только ещё раз подойди к Лере.
– …Ах, да. Я совсем забыла, что эта курица тебе намного дороже меня… – я немного успокаиваюсь. А затем чувствую, что кто-то отпускает меня. – Скажи это ещё раз. И мне станет в 200 раз больнее…
Отец молча и со злобой смотрит на меня. По моей щеке медленно скатывается слезинка.
– …Ты и сама это знаешь. – равнодушно говорит он мне.
– …В таком случае, у тебя больше нет дочери.
– И слава Богу. – улыбается. – Да лучше бы ты умерла… От тебя одни проблемы…
Внутри меня что-то обрывается. Он и в правду меня ненавидит…
– А вы никогда не думали, как ей больно слушать это от самого родного и дорогого ей человека? – спрашивает у отца до жути знакомый голос.
Я оборачиваюсь и раскрываю рот от удивления.
…Около меня стоит Кирилл.
– …Ты откуда здесь? – спрашиваю я у него.
– Считай, что проходил мимо.– отвечает он, подмигнув мне.
Я слегка улыбаюсь ему, а затем снова смотрю на Леру и папу.
– Как мило… – ехидничает отец. – А ведь только недавно у тебя был Ваня, а ты уже спишь с другим…
Внутри меня что-то больно кольнуло… Он сказал это просто так, он ведь не может знать, что мы с Кириллом переспали…
Не может, нет… Он сказал это от ненависти ко мне. И это жутко неприятно. И пипец как больно…
– Вернёмся к теме нашего разговора… – говорит Кирилл отцу и скрещивает руки на груди.
– Слышь, щенок, ты бы подтёр молоко с губ, а потом бы со мной разговаривал…
Сейчас что-то будет…
– Да я просто хочу заступиться за Сашу. Вы никогда не думали о том, как ей больно смотреть на то, что её семья рушится? Вы её отец, вы должны проявить к ней хоть каплю уважения! Почему какая-то шавка вам дороже собственной дочери?!
Я снова смотрю на Кирилла. Господи, он заступается за меня и приводит такие аргументы в пример, что мне хочется наброситься на него с объятиями, поцелуями и благодарностью. Мне мгновенно становится легче от осознавания того, что я здесь не одна.
– Что ты только что сказал?! – отец переходит на крик. – Как ты назвал Леру?!
– …Ты слышал.
Кирилл не моргает и, кажется, даже не дышит. Крепко сжав кулаки, он напоминает мне боксёра, который готов вступить в самый опасный бой на свете…
Я сглатываю ком в горле. Сейчас явно что-то будет…
– Господи, что происходит?– шепчу я и роняю лоб в ладони. Тяжело дышу и раскусываю губу до крови.
Мне ещё никогда в жизни не было так страшно…
– …Со временем ты поймёшь, что эта дура только и делает, что портит всем жизнь… – говорит отец Кириллу, злобно посматривая на меня. – Ты поймёшь это, малыш. И поверь, лучше бы её не было…
От его слов мне становится безумно больно…Это говорит мой папа? Папа?!
Даже не смотря на то, что он ненавидит меня и ударил, я готова была простить его, но сейчас понимаю, что… Это – недопустимо. Я также сильно ненавижу его, как и он ненавидит меня…
Слёзы сами льются из моих глаз… Так больно мне было только тогда, когда я узнала об изменах родителей… Это – особая боль. Душевная…
– …Вот ты какого мнения о собственной дочери?! – спрашивает Кирилл и начинает идти на отца. – Да чтоб ты сдох!!!
Лера встаёт перед папой, а я встаю перед Кириллом. В какой ситуации мы бы сейчас не оказались, мы обе понимаем, что ещё немного и начнётся самая настоящая драка…
– Кирюш, не надо, пожалуйста… – я смотрю в его глаза и беру его руку в свою. Слёзы не перестают литься. – Пожалуйста… Не надо, умоляю…
Парень улыбается мне и запускает левую руку в мои волосы. Смотрит в глаза.
Я не понимаю, что происходит…
– Он заставил тебя плакать… – шепчет Кирилл и грустно смотрит на меня. – Он должен ответить за свои слова.
– Не надо… – я обнимаю Кирилла. – Пойдём отсюда…Пожалуйста…
Парень берёт мою руку в свою ладонь, а в другую пакеты с продуктами и одеждой.
Мы молча вместе подходим к машине и садимся в неё.
Все мои мысли забиты словами папы. "Да лучше бы ты умерла… От тебя одни проблемы…" – снова и снова проносится у меня в голове. Я плачу ещё больше и зажимаю лицо руками. Что происходит вокруг? Почему всё так?
Кирилл садится за руль. Я стираю слёзы и пытаюсь успокоиться, но у меня ничего не выходит…
Мне неудобно перед Кириллом в плане того, что он видит мои слёзы и то, как мне больно. Но я не могу это никак исправить… Я могу показать свою боль только ему и никому больше… Потому что он мне роднее всех на свете.
Парень молча протягивает мне бутылку минералки и смотрит на меня грустным взглядом.
– …Спасибо. – через слёзы шепчу я и беру бутылку в руки. Открываю крышку и делаю несколько глотков. Но вряд ли мне это сможет помочь…
Кирилл заступился за меня и был готов подраться с отцом, чтобы защитить. Неужели он сделал бы это просто так, даже если бы был сильно обижен?
И только сейчас понимаю, какая я дура… Почему я наговорила ему такой ерунды утром?
За несколько дней он стал для меня самым родным человеком, а сейчас я отталкиваю его от себя в то время, как он готов заступиться за меня?
Я дура… Как можно оттолкнуть самого дорогого тебе человека? Я же люблю его.
…Я люблю его…
Моё сердце начинает биться быстрее, когда я вспоминаю все моменты, связанные с парнем. Особенно ночи, проведённые вдвоём…
Внизу живота летают бабочки. Я так хочу находиться рядом с ним… Целовать его, обнимать, готовить кушать, засыпать и просыпаться рядом с ним… Делать подарки, кусать его губы до крови, изучать его тело в мельчайших деталях и находиться с ним рядом круглосуточно…
Да, я точно люблю его. Причём, не по детски. И я так хочу, чтобы он простил меня за всё то, что я ему наговорила…
Я закрываю бутылку и, вытерев слёзы, набираюсь смелости.
– …Кирилл… Прости меня, пожалуйста, за всё то, что я тебе наговорила. Мне правда очень стыдно и я раскаиваюсь. – новая порция слёз катится по моим щекам.
– Саша, не плачь, пожалуйста… – парень подсаживается ко мне ближе и берёт меня за руки.
Мы смотрим друг другу в глаза. Взгляд Кирилла настолько грустный, что мне хочется плакать ещё больше, чем минуту назад.
Боже, какие у него шикарные глаза… Я ещё никогда не видела таких красивых ярко-зелёных глаз… Была бы моя воля, я бы смотрела в них вечно…
– И ты меня прости, пожалуйста. – шепчет парень. – Мы оба виноваты в том, что натворили. Нам не стоило вообще этого делать. Мы бы не поругались…
– Мир? – улыбаюсь и протягиваю парню мизинец в знак примирения.
Кирилл также улыбается. И его улыбка сводит меня с ума…
– Мир.
Наши мизинцы сплетаются друг с другом и я чувствую некое спокойствие внутри себя – мы помирились. Теперь мне намного легче.
Мы с Кириллом обнимаемся и я просто «улетаю». Вдыхаю аромат его парфюма и схожу с ума… Как же классно находиться рядом с ним, чёрт возьми. Я потеряла всех, но обрела того, с кем могу быть счастлива… Господи, спасибо хотя-бы за это.
Кирилл улыбается и смотрит мне в глаза. Пальцем стирает мои слезинки. Я улыбаюсь ему в ответ.
– Спасибо, что заступился за меня. Для меня это очень многое значит, правда.
– Я не мог оставить тебя в такой ситуации, поверь.
Я улыбаюсь и закрываю глаза.
– Поехали домой? – шепчу я. – Я тебе что-нибудь вкусненькое приготовлю…
– Домой? – парень поднимает брови, недоумевая.
– Ну… Это же твоя квартира. – я опускаю голову вниз.
– Но живёшь то ты в ней. – снова улыбается.
– Тем не менее.
Кирилл смотрит на меня прищуренным взглядом.
– Приглашаешь меня на примирительный ужин?
Я смеюсь.
– Что-то вроде того.
– Ну тогда… – чешет затылок. – Я не против, а наоборот только «за».
– Ну вот и отлично.
Мы отстраняемся друг от друга и Кирилл заводит машину.
А я изредка поглядываю на него, понимая, что это – моя первая осознанная и самая быстрая влюблённость…
***
– Может, тебе чем-нибудь помочь? – спрашивает у меня парень, заходя в кухню.– А то я сижу просто так…
– Да нет, Кирюш, спасибо. – я улыбаюсь и смотрю на парня. – Я уже почти всё сделала…
Я на некоторое мгновение замираю на месте, рассматривая парня с ног до головы. Чёрная водолазка, обтягивающая его тело, не скрывает кубиков пресса, которые сводят меня с ума. А его глаза настолько красивые, что я не могу описать это словами… Я ещё никогда не видела таких красивых глаз…
Мои мысли отвлекает резкая боль в области указательного пальца левой руки. От неожиданности я даже вскрикиваю, а затем смотрю на руку.
Я слишком сильно задумалась и, резав огурец на салат, порезала себе палец.
Машинально прикладываю палец к губам и языком слизываю кровь. Будет новая болячка…
– Ну почему ты всегда умудряешься во что-то вляпаться? – спрашивает Кирилл и подходит ко мне. – Дай я посмотрю.
Я неуверенно протягиваю ему свою руку и снова замираю на месте.
Господи, я хочу расцеловать его прямо здесь и сейчас, несмотря на то, что происходит вокруг…
Парень внимательно разглядывает рану, а затем тянет меня к раковине и открывает тёплую воду.
– Промой под водой, а я пока-что найду пластырь. – говорит Кирилл.
Я покорно выполняю данное действие. Кровь смешивается с водой и мне даже кажется, что крови больше…
– Давай. – говорит мне парень, подойдя ко мне.
Я выключаю воду и снова протягиваю руку Кириллу. Он прикладывает к пальцу небольшой кусочек бинта, а сверху приклеивает пластырь.
Я машинально улыбаюсь. Это так мило… Я даже рада, что порезала этот чёртов палец. Хотя, надо было вообще отрезать его к чертям, чтобы Кирилл жалел меня практически вечно…
– Ну вот и всё.– говорит парень, смотрит мне в глаза и улыбается.
Я улыбаюсь ему в ответ.
– Спасибо. – шепчу я.
– Кстати, я тут нашёл мазь… – Кирилл открывает тюбик и выдавливает небольшое количество крема себе на палец. – Она от ушибов и всего такого, а у тебя на щеке…
Я прикасаюсь к лицу и вспоминаю, как меня ударил отец… Сердце начинает бешено биться, а дыхание учащается, по спине пробегают мурашки. Я его ненавижу…
– Болит? – спрашивает у меня парень.
Я молча киваю головой и смотрю в его глаза. Больно. Очень больно…
Кирилл молча и очень осторожно прикасается пальцем с мазью к моей щеке. Такое ощущение, что он едва касается её…
Я чувствую прохладу на щеке и прикосновения его горячей руки… Мне кажется, что я схожу с ума, когда нахожусь рядом с ним…
– Готово. – говорит он.
– Спасибо. – шепчу я.
Мы смотрим друг другу в глаза. Я чувствую его дыхание… Он так близко… И я так хочу его поцеловать, чёрт возьми.
Мгновение и это случится… Мы оба тяжело дышим и постепенно сближаемся… Ещё совсем немного…
– Саш… – неуверенно шепчет Кирилл.
Я понимаю всю суть происходящего и мне становится немного обидно…
Я хочу его поцеловать, а вот он меня – вряд ли. Жаль, что до меня это доходит только сейчас.
Я молча отстраняюсь от него, улыбаюсь и дорезаю огурец на салат.
Мои мысли путаются. Забавно, что когда мы были пьяные и переспали – мне было всё-равно на это и я даже презирала его и себя. А сейчас, когда я ценю каждый миг рядом с ним, схожу с ума от того, что он забинтовал мне палец и так нежно и осторожно намазал мазь мне на больную щёку…
Вот, что с людьми может сотворить влюблённость…
***
– Кино классное. – говорит парень и улыбается, смотря на меня. – Я даже чуточку вспланул…
Я смеюсь. Какой же он забавный…
– Мне пора домой… – говорит Кирилл и встаёт с дивана.
Я смотрю на часы. 12:28. Это уже точно ночь…
– Ну и куда ты поедешь? – спрашиваю его я.
– Ну как куда? К родителям.
– Ты на часы смотрел?
– Смотрел. Но я ведь на своей машине…
– Оставайся. – перебиваю его я. – А утром поедешь, если захочешь.
Не оставляй меня одну, прошу… Я сойду с ума, если ты уедешь и буду названивать тебе каждую минуту, чтобы удостовериться в том, что с тобой всё в порядке…
Кирилл некоторое время думает, а затем смотрит на меня.
– Ты правда хочешь, чтобы я остался?
– Более чем. – на автомате отвечаю я.
Я хочу, чтобы ты остался… Чтобы мы пили чай, смотрели на звёзды, целовались и летали в облаках… Чтобы стягивали друг с друга одежду, жадно кусали губы и желали друг друга… Чтобы ты – самый родной для меня человек, не оставлял меня одну наедине со своими мыслями, которые в скором времени могут свести меня с ума…
– Ну хорошо, я останусь. – снова улыбается. – Но на этот раз без происшествий.
– Естественно. – бодро говорю я и улыбаюсь ему в ответ, а в глубине души жалею о том, что ничего не будет… – Ты где будешь спать?
– В маленькой комнате, которая раньше была моей. А ты?
– А я… Ещё не решила.
Я хотела было сказать «с тобой», но быстро опомнилась. А ведь когда-нибудь я ляпну то, чего не стоит говорить…
– …Ну ладно, времени уже много… – говорит Кирилл, смотря в экран своего айфона. – Я пойду в комнату… Спокойной ночи.
– …Спокойной ночи.
Мы улыбаемся друг другу, а затем расходимся. Я решаю остановиться в спальне.
И мои мысли снова начинают путаться… В голове всплывают воспоминания, связанные с Кириллом, от которых хочется на стенку лезть…
Я сажусь на кровать и охватываю голову руками. Мы только друзья. Слышишь, сердце? Он мне просто друг…
Друг, которого я люблю.
На глаза наворачиваются слёзы. После Вани я не хотела бы иметь отношений, но всё сложилось против меня… Все мои принципы пошли коту под хвост… Была бы моя воля, я бы никогда в жизни не влюблялась и жила счастливо.
Хотя, с этим тоже можно поспорить…
Влюблённость – лишь малая часть всех тех проблем, что происходят в моей жизни. И, честно говоря, это – ещё цветочки… Впереди будет развод родителей, делёжка имущества, горе пролитых слёз и долгая война…
Попробуй не сломайся… Всё будет так, как должно быть.
Глава 5
– А это нормально, что у нас через 5 минут пара, а мы сбежали из колледжа в парк? – спрашиваю я у Кирилла и смеюсь.
– Если бы эту пару вела не Светлана Евгеньевна, а, скажем, Анастасия Витальевна, то мы бы сейчас не прогуливали… – Кирилл смотрит на меня. – Ты же знаешь, что там тоска зелёная и можно умереть… Смысл тогда вообще там находиться?
– Ну, в принципе, ты прав. – я улыбаюсь парню.
– Я знаю. – он подмигивает мне и смеётся.
Я смотрю в его зелёные глаза, смеюсь ему в ответ и, кажется, схожу с ума… Угораздило же меня так сильно в него влюбиться, чёрт возьми.
– Хочешь сладкую вату? – спрашивает у меня Кирилл, подходя к ларьку.
– Ну… Наверное, да. – улыбаюсь.
– Будьте добры две сладкие ваты, пожалуйста.
Я протягиваю Кириллу денежную купюру, а он смотрит на меня, как на ненормальную.
– Что такое? – спрашиваю я, пытаясь понять его взгляд.
– Я заплачу, Сашунь. Не переживай.
– …Ну ладно.
Я молча убираю деньги обратно в кошелёк и сглатываю ком в горле.
«Сашунь» – это что-то значит или я слишком много выдумываю? Как бы я хотела, чтобы он называл меня так… Мне кажется, что это очень мило. Намёк ли это? А может я просто уже схожу с ума? Наверное, у меня паранойя…
– Держи. – Кирилл протягивает мне вату и я беру её в руки.
– Спасибо. – улыбаюсь.
Парень забирает свою сладость и мы идём вдоль дороги парка.
Мои мысли снова заняты Кириллом. Он купил мне вату за свой счёт и ласково ко мне обратился. Что это значит? У нас есть шанс и это намёки или это просто совпадение?
Боже, за всю свою жизнь я ещё никогда так сильно ни в кого не влюблялась… Такое чувство, что у меня появились крылья и я высоко-высоко парю над Землёй.
Но чтобы попасть на седьмое небо, мне нужна взаимность…
Именно поэтому в моей голове снова и снова возникает вопрос о том, что между мной и Кириллом… Для меня это действительно важно.
Колесо обозрения. Мой любимый аттракцион. Пройти мимо него – пропустить все радости жизни…
– Не хочешь на колесо обозрения? – спрашиваю я у Кирилла.
Парень смотрит на меня и сглатывает ком в горле.
– Может, лучше не надо? – спрашивает он, смотря мне прямо в глаза.
– Что-то не так, Кирюш?
Чёрт бы меня побрал ласково его назвать… Он мне что, парень?!
Я прикусываю губу. Так неловко мне ещё никогда не было…
Хотя… Он ведь называл меня «Сашуней». В таком случае, 1\1. Пока что ничья.
– Просто… – Кирилл смотрит в пол, а затем поднимает голову и снова заглядывает в мои глаза. – Мне стыдно в этом признаваться, но я боюсь высоты.
Я невольно улыбаюсь. Мне так хочется обнять его, посадить в кабину колеса обозрения и защищать от всего внешнего мира…
– Ну… – начинаю я говорить, на ходу пытаясь придумать предлог, чтобы его хоть как-то успокоить. – Ты же со мной.
Моя смелость охватывает мой разум.
Я беру парня за руку и продолжаю ему улыбаться. Он улыбается мне в ответ и немного смущается.
– Не бойся. – говорю я и тяну его в сторону аттракциона. – Идём?
Он выдыхает. И идёт около меня.
Мы быстро оплачиваем билеты и залезаем в кабину.
Я замечаю, что у Кирилла дрожат ноги – он явно боится. Сев в кабинку, он крепко цепляется руками в железные перила и закрывает глаза.
В этот момент я понимаю, что, пожалуй, зря это затеяла… Он слишком испуган и глубоко дышит.
Чёрт бы меня побрал, какая же я дура… Чувствую себя виноватой перед ним.
– …Кирилл. – осмеливаюсь я озвучить его имя. – Ты как? Всё в порядке?
Как у человека всё может быть в порядке, если он до жути напуган происходящим? Господи, все люди такие глупые, когда влюбляются или так только со мной???
Парень открывает глаза и смотрит на меня. Через силу мне улыбается.
– …Всё хорошо. Почти. Просто немного страшно… Я очень боюсь высоты.
– …Прости меня. Не надо было сюда идти…
– Нет, нет, всё нормально. – говорит он и сглатывает ком в горле. На мгновение смотрит вниз на землю, а затем снова закрывает глаза – мы уже прилично высоко и если бы вдруг случилось, что мы упали – мы бы запросто разбились.
Успокой его. Успокой и оберегай… Он – твоё всё…
Я подсаживаюсь к парню и молча беру его за руку. Он смотрит на меня с недоумением, а я снова улыбаюсь ему.
– Не бойся. Ты боишься не высоты, а того, что можешь упасть… Но мы на аттракционе, который сделан так, что чтобы тут упасть – нужно очень хорошо постараться. Мы не упадём, если будем соблюдать все нужные правила. А именно – сидеть на месте, а не бегать по кабинке туда-сюда.
Парень выдыхает. Смотрит мне в глаза.
И крепко сжимает мою руку в ответ…
Моё сердце замирает. Это – как раз тот редкий момент, который я ценю, как зеницу ока… Вроде мелочь, но такая важная…
Мы поднимаемся ещё выше и отсюда уже начинаем видеть город.
– Посмотри. – говорю я Кириллу и смотрю на здания, машины и людей. – Здорово, правда? С высоты кажется всё таким маленьким…
Кирилл разглядывает всё вокруг. В его глазах я больше не вижу страха загнанного зверька, которого измучили до полусмерти. Он улыбается и начинает чувствовать себя комфортнее.
– Прикольно. – говорит он и продолжает разглядывать город.
Теперь я знаю о нём немного больше – боязнь высоты. Учту это… Обязательно учту. Это важно.
– Ну вот, а ты боялся.
Парень смотрит мне в глаза. Так искренне и нежно… Боже, как же меня угораздило в него влюбиться так сильно?
– Спасибо. – чуть-ли не шёпотом произносит он.
– За что? – я улыбаюсь.
– Я бы сам никогда не осмелился на такое.
Я пожимаю плечами.
– Да не за что. – отвечаю я ему.
Наше «путешествие» подходит к концу. Мы начинаем спускаться вниз.
Кирилл продолжает рассматривать здания, но постепенно сделать это становится всё проблематичнее.
А затем он переводит взгляд на меня. А потом на мои губы…
Мы тянемся друг к другу. Внутри меня всё замирает… Ещё немного и это произойдёт… Поцелуй, в котором будут все наши чувства… Который я так жду и просто схожу с ума от одной только мысли о нём. Поцелуй…
Я чувствую его дыхание и закрываю глаза. Он так близко… Слишком близ…
– Молодые люди, вы выходите?
Мы отстраняемся друг от друга и выходим из кабинки.
Я отпускаю руку парня и мне вмиг становится грустно… Нам всё время что-то мешает… Но мы ОБА явно то-то чувствуем друг к другу.
Мы молча идём по дороге парка и едим сладкую вату.
Из моей головы никак не может выйти то, что чуть не произошло между нами несколько секунд назад. Ещё бы хотя-бы секунд 10 и мы бы поцеловались… Чёрт, жизнь – несправедливая штука.
– Не думал, что это будет настолько классно. – говорит парень и смотрит на меня.
Я смотрю в его ярко-зелёные глаза и просто схожу с ума… Дайте мне волю и я расцелую этого парня на глазах у всех, чтобы все поняли, настолько сильно я влюблена…
– Да уж, было круто. – я отвожу взгляд и откусываю немного ваты, пытаясь отвлечься от своих мыслей.
– Саш, всё хорошо? – Кирилл останавливается и с настороженностью смотрит на меня.
– …Да, а что?
– Ты какая-то… Загруженная что ли…
– …Просто. – начинаю я и мгновенно замолкаю. Вот что я скажу? «Просто я втюрилась в тебя по уши и мечтаю о том, чтобы ты меня засосал прямо тут»?
Я отворачиваюсь, чтобы придумать хоть что-нибудь, но…
Вижу Леру и папу. Вернее не «папу», а Андрея… Отныне он мне не отец.
Внутри меня что-то больно ёкнуло. Сердце упало вниз ледяной глыбой. В горле появился какой-то ком. Я начинаю нервничать… Что они тут делают?
– Может, уйдём отсюда?
Я смотрю на парня. Он явно понимает всю суть ситуации, что я никак не хочу здесь находиться…
Что-то больно кольнуло в щеке, на которой синяк от удара Андрея. Наверное, побочный эффект или кусочек воспоминания физической боли, которую он тогда мне причинил…
– …Я буду только рада уйти… – говорю я, а затем пытаюсь прокашляться, чтобы убрать ком в горле.
Мы разворачиваемся и только хотим пойти в противоположную сторону, как вдруг…
– Какие люди. – слышу я до жути противный голос своей бывшей подруги. – Как мило, что ты не одна.
Мы разворачиваемся. Я смотрю на Леру с ненавистью.
Обтягивающие джинсы, лёгкая майка, сквозь которую просвечивает ливчик и неприличное декольте… Такие, как она, обычно стоят на трассе и ждут своих клиентов, серьёзно.
– Чего ты хочешь? – спокойно спрашиваю я.
– Мести, например. Ты же не можешь смириться с тем, что твои родители разводятся…
Я сжимаю кулаки и смотрю в пол. Только не плакать… Только держаться… И не наброситься на неё.
– Я уже смирилась. – я смотрю на девушку. – Это всё или что-то ещё?
– Даже не знаю. Хочу вот спросить, откуда у тебя такой классный макияж на щеке? Сама сделала или кто помог?
– Андрюша твой и помог. – вступается за меня Кирилл.
– Кирюш… – говорю я и подхожу к нему ближе. Беру его за руку. – Не надо, всё в порядке.
– Боже, как мило. – ехидно говорит Андрей, подходя к нам. Улыбается. Вот тварь… – Как дела? Глаза уже высохли от слёз?
Я не знаю, что они хотят… Окончательно меня добить? Или чтобы я просто расплакалась тут, прямо перед ними? У них ничего не выйдет.