Мой сводный идеал

Мой сводный идеал

Глава 1

― Да брось ты, Тась. Из-за этого не отчислят, ― махнула рукой Машка. ― Пф, подумаешь губу ей разбила! А вспомни, как они тебя всей толпой неделю назад отмутузили!

Перед глазами мелькнула картинка: я лежу на грязном рыхлом снегу и собираю в рюкзак мокрые учебники.

– Пять третьекурсниц против одной первокурсницы, класс!

Подруга закатила карие глаза, помотала головой и добавила:

– Вот если б я училась в твоем универе, ни за что бы не дала тебя в обиду! Надрали бы им там задницы!

Стерва Маринка Климова была старше меня на два года. Эта змея начала травить меня еще со школы. А когда узнала, что она учится в универе, в который я поступила, то глупо понадеялась, что та обо мне забыла ― третьекурсница все-таки, интересы другие.

Но нет тут-то было.

Из всей толпы первокурсниц Климова выбрала именно меня.

И я прекрасно знала, в чем дело: за десятый и одиннадцатый класс в школе я конкретно взялась за себя и похудела на пятнадцать килограммов. А Климова как была кобылой, так ею и осталась.

В первую учебную неделю в универе я терпела от нее и ее гиен всякое дерьмо в виде тычков в толпе, нарочно опрокинутого чая в столовой. Потом каким-то чудным образом моя куртка исчезла из раздевалки, и оказалась на дереве у ворот универа.

На какое-то время эта мегера притихла.

Но стоило Косте, ее парню, помочь мне подняться, когда я распласталась на скользком крыльце, и моей спокойной жизни пришел конец.

Сегодня три третьекурсницы во главе с Климовой заблокировали меня в туалете.

– Девки, а давайте ее в унитаз окунем? ― предложила одна.

– Держите ее! Сейчас я камеру включу, ― Климова достала из кармана джинсовки телефон.

Полоскать голову в унитазе и становиться звездой интернета мне вовсе не хотелось. Отбивалась, как умела.

Кучерявую коротышку пнула ногой в живот, другой ― обрушила на голову рюкзак, а у Климовой выхватила из руки телефон, им же съездила по ее лицу, а потом бросила в унитаз.

Кто сказал, что один в поле не воин?

Вот только администрация универа в лице родной тети Климовой, даже слушать не стала, что прежде, чем съездить ее племяннице по намалеванному фейсу, я едва не потеряла пару зубов, когда она неделю назад ударила мне кулаком по челюсти.

Ах да, за испорченные учебники мне тоже придется платить из своего кармана.

– Пришли, ― остановившись у моего подъезда, вздохнула Маша и на прощание обняла. ― Сова, ты держись там. Мать, наверное, уже в курсе про драку…

С Машей мы дружили с первого класса, и ей хорошо было известно, как мама любила меня воспитывать ремнем. Она не тратила время, чтобы разобраться, кто прав, кто виноват. Исполосует как следует, и все ― миссию по воспитанию выполнила.

– Фу-у! ― протянула я, открыв дверь в квартиру, и зажала нос.

Меня обдало запахом перегара, в прихожей стояла дымовая завеса, с кухни раздавались мужские голоса.

– О, Таська пришла! ― выпустив изо рта струю дыма, ухмыльнулся отчим и громко икнул.

Из-за холодильника высунулось чье-то бородатое лицо.

«Он что, бомжа к нам домой приволок?» ― кинув на пол рюкзак, подумала я.

– Эт кто? Дочь твоя? ― спросил мужик в грязных серых носках и в вязаном свитере времен великой отечественной.

– Не-е, Таська падчерица мне, ― гордо ответил дядя Коля. ― Вишь, какая модель вымахала! Тощая стала, как скелет, волосы чернявые, как у матери. ― Таська, а ну иди-к сюда, поздоровайся с нашим бригадиром!

– Угу, щас! Бегу и сопли по щекам, ― отрезала я и, подняв с пола рюкзак, прошагала в свою комнату.

Открыла шкаф, оттуда вывалились безразмерные джинсы ― остатки от моей прошлой жизни.

Сейчас, наверное, я с легкостью бы поместилась в одну штанину целиком.

– Уже и не верится, что я была такой огромной…

Я затолкала обратно в шкаф джинсы, и взглянула на фотографию, прикрепленную к зеркалу скотчем.

Папа держит меня маленькую на руках. Я такой хомяк, что, наверное, мои щеки было видно даже со спины.

Задержав взгляд на папе, вспомнила, как круто мы с ним проводили время. Но чтобы снова не дать разгуляться эмоциям, быстро отвела взгляд от фото и переоделась в серые спортивки с вытянутыми коленками и майку на тоненьких бретельках.

Хотела сразу сесть за уроки, но желудок громким урчанием напомнил, что я с завтрака ничего не ела.

– Дядь Коль, а мама где? ― спросила я и, подойдя к их столу, положила в тарелку нарезанный хлеб, кусочки колбасы и пару ломтиков сыра.

– А хрен ее знает, ― равнодушно пожал плечами отчим. ― После работы на рынок за рыбой собиралась.

И тут я боковым зрением заметила, как дружок отчима пялится на вырез моей майки.

– Красивая у тебя падчерица! ― облизнулся старый извращенец и провел пальцами с въевшейся грязью по густой неухоженной бороде.

Меня аж передернуло.

Я быстро налила в стакан сока и исчезла из кухни.

– Ну, давай Михалыч, выпьем за нашего нового прораба. Хороший мужик! ― послышался голос отчима.

– Выпьет он, алкаш гребаный! ― проворчала я, по пути в комнату. ― А мне потом весь вечер бегать и смотреть, как бы снова не уснул с зажженной сигаретой.

Вот если б эта квартира была только нашей с мамой, то я бы уже давным-давно его отсюда выперла, и сменила замки.

Но нет же, мама с дядей Колей, сразу, как только сошлись, решили продать нашу трешку в центре города, его однушку в общаге, и купить эту двушку в спальном районе Вологды.

Ах да, и машину дяде Коле!

***

Около семи вечера закончила практическое задание по истории, и полезла в соцсеть, чтобы найти в сообщениях от Машки список интересных фильмов.

 Но прежде чем залипнуть в телик, решила заглянуть на кухню и проверить, не уснул ли там отчим.

– Не удивительно… ― вздохнула я, глядя, как сладко он спал за столом.

Слава богу, на этот раз без сигареты. И хорошо, что его друг свалил самостоятельно. Обычно мне приходилось выпроваживать его гостей.

– Эй, подъем! ― я потормошила его. ― Дядь Коль, слышишь меня? Вставай, говорю! ― рявкнула я ему в ухо.

Но отчим был мертвецки пьян. Из его рта доносились какие-то нечленораздельные звуки.

В итоге я махнула рукой, убрала в шкаф сигареты и спички, чтобы не закурил, не дай бог, когда оклемается, затем выключила свет в кухне и вернулась в свою комнату.

Настроение было дрянным, поэтому, чтобы хоть немного его поднять, включила разрекламированную Машкой комедию и скользнула под одеяло.

– Тук-тук, есть здесь кто? ― послышался мужской голос и в комнату вошел дружок отчима.

Я резко села на кровати, прикрываясь одеялом, и как закричала на весь дом:

– Выйдите вон из моей комнаты! Убирайтесь отсюда!

Но это бородатое чудовище включило свет и, пошатываясь, прошло к моей кровати.

– Пока за водочкой ходил, Николай уснул, ― пожал плечами бородач и гадко улыбнулся во все шесть зубов. ― Составишь компанию, красавица?

Мое сердце пустилось в пляс. Я нервно сглотнула и помотала головой. Невменяемый мужик под два метра ростом бесстыже таращился на мои ноги, которые я судорожно прикрывала одеялом.

И в его хищном взгляде угадывалось, что он собирался сделать в следующую секунду.

Глава 2

― Иди сюда, иди! ― Бородач одним махом стащил с меня одеяло и, схватив за руку, притянул к себе. ― Давно я не был с женщиной. Лет пять уж как, ― пропыхтел он мне в лицо и вытянул губы.

Я резко завертела головой и со всей силы зарядила коленом ему между ног.

– Ах ты дрянь! ― согнувшись пополам, прохрипел ублюдок. ― Да я сейчас тебя… ― он начал сползать с кровати.

У меня было время выскочить из комнаты и прошмыгнуть в ванную.

Закрыла дверь на защелку, но та была настолько хлипкой, что он выломал бы ее с одного удара.

«Нужно было бежать на площадку. Плевать, что в одних трусах и майке», ― поздно опомнилась я, и вздрогнула от громкого стука.

– Выходи, а не то выломаю дверь! ― прогремел мужик.

Я схватила мамин дезодорант, открыла крышку и поставила палец на кнопку.

«Как войдет, сразу нажимаю. Главное ― попасть в глаза».

Но тут вдруг послышался мамин голос.

– А ты чего здесь забыл? Опять попойку устроили? А ну давай выметайся отсюда! Живо, живо, сказала! ― прокричала мама. ― Коля! Николай! Вставай, зараза такой! Опять всякую пьянь к нам домой таскаешь? Дождешься, вышвырну тебя на улицу, будешь знать!

Через минуту хлопнула входная дверь и только тогда я осмелилась выйти.

Осмотрелась по сторонам: никого. Я метнулась в свою комнату.

– Таська, мерзавка этакая, а ну сюда иди! ― мама догнала меня в коридоре и больно схватила за руку. ― Это что? Что это я тебя спрашиваю? ― заверещала она, тыча мне в лицо какие-то бумаги. ― Ты вообще думаешь что творишь, зараза такая? У тебя голова на плечах есть?

– Мам, ты о чем вообще? ― нахмурилась я.

– О том, что тебя из универа отчислили за драку! ― взвизгнула она и стукнула мне по голове бумагами.

– Дай сказать! Дай объяснить! ― уворачиваясь, кричала я. ― Я не виновата, понимаешь? Эта Климова сама нарвалась, мам! Я…

– Слушать ничего не желаю! ― перебила она. ― Тебя, бездарь такую, отец в этот универ через большие связи пристроил, а ты и полгода не отучилась! ― Мама швырнула в меня бумаги. ― Все, мое терпение лопнуло. Едешь в Москву к отцу, и точка!

– Что? Ну уж нет. Куда угодно, но только не к нему! ― закричала в ответ я.

– А кто тебя спрашивать будет? Поедешь как миленькая!

Мама вышла из комнаты и хлопнула дверью так сильно, что с потолка посыпалась побелка.

– Никогда, ни за что на свете, ни за какие деньги я не переступлю порог его дома! ― процедила сквозь зубы я.

Перед глазами всплыла картинка, как в девятом классе я отправилась на то чертово свидание. Как меня будоражило от мысли, что одиннадцатиклассник Тимур Князев ― самый классный парень в школе обратил на меня внимание.

Мой рост метр шестьдесят, а он был выше меня примерно на голову. Князь всегда одевался со вкусом, стильно укладывал темные волосы. Его голос с хрипотцой сводил с ума многих девчонок, а спортивная фигура выгодно смотрелась на фоне его сверстников. Еще бы. Он много лет отдал спорту.

Кажется, Князь стал чемпионом области по кигбоксингу, когда учился в десятом классе.

Его младший брат Руслан учился со мной в одной параллели. Он был полной противоположностью Князева старшего: тихий, почти незаметный, отличник. Его всегда ставили в пример учителя.

Фамилия «Князев» часто гремела в учительской, в кабинете директора и на педсоветах. И это всегда касалось только Тимура.

До сих пор помню, как удивилась, когда он подошел ко мне в школьном коридоре и предложил вечером встретиться.

Я жутко волновалась, когда шла к назначенному месту к нему на свидание. Представляла, как будут завидовать девчонки, когда узнают, что сам Князь положил на меня глаз.

Прокрутила в памяти, что было дальше и мои щеки обожгло жаром стыда, точь-в-точь как в тот вечер…

Я бежала прочь с этого свидания, молилась, чтоб не догнали, и под бешеный стук сердца пряталась в подъездах и темных переулках.

А потом началась эта травля в школе…

С легкой подачи Князя меня стали называть то «салокомбинат», то «кусок сала», то «жиробасина».

«Когда Совенкова в супермаркете проходит мимо сканера штрихкодов, он считывает ее как банку тушенки!» ― шутил это подонок.

Мозг неугомонно транслировал все его издевки, и руки от злости сжались в кулак так сильно, что ногти до боли впились в ладони.

Князь многих в школе держал в напряжении. Особенно толстяков, как я.

Окончив девятый класс, я и мои коллеги по несчастью выдохнули: Князь выпустился из школы! Ура!

Бонусом было то, что он уехал из Вологды в Москву.

Правда, было одно жирное «но» ― уехал он с моим отцом

Глава 3

После всего, что произошло сегодня вечером, я ни минуты не могла находиться в квартире. Позвонила Машке, выпалила ей про этого бородатого черта и про мамины слова о переезде к отцу.

Подруга предложила встретиться, и теперь мы сидели в ее дворе и думали, как поступить дальше.

– Не-е, Сова, ко мне на дачу точно не варик. Предки ездят туда каждые выходные.

Машка спрыгнула с турника и нагнулась, чтобы завязать белые шнурки на черных лаковых ботинках.

У ее мамы был свой отдел итальянской брендовой одежды, поэтому подруга всегда одевалась стильно и дорого.

В отличие от меня…

Полгода назад отец перестал выплачивать алименты, и мама взяла в привычку покупать мне вещи с рук.

Ее зарплаты в продуктовом магазине едва хватало, чтобы покрыть коммунальные платежи. А на зарплату отчима вообще можно было не рассчитывать. Пропивал и раздавал долги.

Отец, конечно, постоянно пытался оказать мне материальную помощь. Пробовал передать деньги сам лично, когда приезжал в Вологду по делам, потом через мою родную тетку.

Хочет деньгами загладить вину? Нет уж, спасибо! Его поступок не окупится, даже если он продаст все свои внутренние органы и завещает перевести все деньги на мой счет.

– Слушай, Сова, а помнишь, Леха Карпов хвастал, что у него есть комната в коммуналке. Может, свободна? Карп вроде когда-то к тебе неровно дышал. Глядишь, пустит пожить?

– Звонила я ему по пути сюда. Карп сдает ее с Нового года.

– Блин, засада… ― поцокала языком Машка.

– Хоть на улице живи… ― вздохнула я.

– Слушай… а может тебе и правда попробовать поехать к отцу? Столицу хоть посмотришь. Они ж там вроде в собственном доме живут?

– Да причем тут столица и дом, Маш? ― рассердилась я. ― Во-первых: отец предал меня, а во-вторых: жить под одной крышей со старшим Князевым? Ты серьезно? На это способны только безумцы,― хмыкнула я.

– Все-таки уже больше двух с половиной лет прошло, когда ты в последний раз видела Князя. Сейчас ему двадцать. Дурь из головы наверняка уже выветрилась. Да и ты изменилась с тех пор.

 Подруга обвела взглядом синие джинсы, которые свободно сидели на мне, и приталенную белую курточку.

– Свиньей или тушенкой тебя теперь точно не назовешь, ― засмеялась подруга. ― А вот сосиской можно!

– Дурочка! ― прыснула со смеху я, и стукнула Машку в плечо.

Так и не придумав, куда мне перебраться на некоторое время пожить, мы разошлись по домам.

Настроение было препаршивейшим.

Стоило только вспомнить, как бородач тянул ко мне свои грязные лапы, и меня затрясло от страха.

Что было бы, если б мама задержалась еще на несколько минут, и он выломал дверь?

И что самое главное ― маме об этом рассказывать бесполезно. Она и слушать не станет. Всегда встает на защиту дяди Коли. Сочтет, что я про него и его дружков попросту наговариваю.

И чего она нашла в нем? Утешение после развода? Типа доказать себе, что еще кому-то нужна?

Отчим моему отцу и в подметки не годится. Это как поставить рядом породистого жеребца и облезлую, истощенную пони.

Дядя Коля невысокого роста, сутулый, худой, на макушке озерцо. А папа высокий, красивый, никогда не пил, не курил, всегда был при хорошей работе.

Несмотря на юный возраст, я понимала, что он не любил маму. Отношения у них были холодные. Спали в разных комнатах, никогда не проводили вместе вечера.

Противоположности притягиваются, знаю. Но они были настолько разными, что иногда я вообще удивлялась, как могли сойтись моя мать ― женщина истеричка и эгоистка, думающая только о себе, и отец ― спокойный, умный, рассудительный и добрый мужчина.

Во мне папа души не чаял. До сих пор помню, как он зимой возил меня на каток, летом ― в парк аттракционов, брал с собой в гараж, на рыбалку, баловал игрушками.

Он был моим суперменом.

А потом супермена пригласили возглавить строительную компанию, в которой работала бухгалтером тетя Катя Князева ― вдова, в одиночку воспитывающая двоих сыновей.

Там они и спелись.

Отец стал поздно возвращаться домой, часто ездить в какие-то непонятные командировки.

А потом все вскрылось.

– Тась, мы с твоей мамой разводимся, ― сообщил он два года назад. ― Я хочу предложить тебе поехать с нами в Москву. Меня туда по работе переводят.

– С вами ― это с кем? ― поинтересовалась я, и приготовилась сказать «согласна». Куда ж я без своего супермена.

– Ее зовут Катя. Мы работаем вместе. И… так получилось…

– Что ты в нее втюрился, ― продолжила я за него. ― Па, ну я ж не маленькая. Давай начистоту, окей?

– Как скажешь! ― Папа сделал очень серьезный вид. ― В общем, мы с Катей покупаем дом в черте столицы. Отличное место, тебе там очень понравится. И комнат хватит на всех.

– На всех? ― нахмурилась я.

– У Кати двое сыновей. Руслан твой ровесник, а Тима ― старше на два года. Мы с ней уже все решили: Ты с Русланом пойдешь в одну школу, а Тимур переведется отсюда в московский университет, и…

И тут мое сердце пропустило удар.

– Как-как ты сказал? Руслан и Тимур? А фамилия у них случайно не К-князевы?

В тот момент я очень надеялась, что ошиблась.

Но папа кивнул.

Судьба толкнула меня в преисподнюю. Сначала я в школе терпела издевки от Князя, а потом он забрал у меня самое дорогое.

Ясное дело, что я ни за какие уговоры не стала бы жить с этим чудовищем под одной крышей.

Тогда я училась в десятом. Этот год был для меня самым счастливым. Я наконец-то почувствовала свободу, перестала передвигаться по школе как мышь. Все, Князя нет, больше не нужно бояться.

И тут папа предлагает жить с ним под одной крышей?

Я же не лишена рассудка, чтобы пойти на такой безумный шаг.

Даже когда я рассказала отцу, что Князев был моим школьным кошмаром, он продолжил настаивать на переезде.

– Я поговорю с ним, Тась. Поверь, он и пальцем тебя не тронет. Обещаю!

Но все его уговоры были напрасны.

Папа и его новая семья перекочевали в Москву. А я осталась с мамой, которая всю злость из-за измены отца вымещала на мне…

За эти два года я почти не общалась с папой.

Где-то в недрах души я его понимала: жить с матерью ― это как отмотать пятерик на каторге.

Я не винила его за то, что он нашел ей замену. Но сердце разрывалось от мысли, что братья Князевы стали частью его семьи. Он с ними, а я ― осталась где-то в стороне…

До сих пор не смогла себя пересилить и смириться с этим фактом.

Как из миллионов женщин на планете, он умудрился выбрать себе в спутницы мать моего злейшего врага? Как?

***

Войдя в квартиру, я услышала разговор:

– … Что хочешь делай, Саш! Это и твоя дочь, в конце концов! Приезжай и силком тащи ее в Москву! Плевать я хотела на то, что она будет не согласна!

Я попыталась незаметно прошмыгнуть в комнату.

– Таська, а ну иди сюда! ― Мама, сидя в кресле, протянула мне телефон. ― На, с отцом поговори!

Я помотала головой и показала руками крест. Но мама ТАК зыркнула на меня, что пришлось ответить.

– Алло, ― недовольно буркнула я, и отправилась в кухню.

– Привет, Тась. Мама говорит, у тебя опять проблемы с учебой?

– Уже нет. Нет учебы ― нет проблем, пап. Не стоит волноваться.

Я закинула в рот кусок колбасы, которая осталась с «банкета» отчима и бородача.

– Дочь, давай я тебя к себе заберу, а? Вот прямо завтра за тобой приеду! Здесь снова в институт пристрою. У тебя будет все, что нужно: и своя комната, и друзей найдешь. Катя тоже очень хочет, чтобы ты с нами жила. Вы с ней подружитесь, я уверен.

Я, жуя колбасу, вошла в свою комнату и упала звездой на кровать.

– Па, ну ты ж знаешь, что не поеду, ― лениво ответила я, и от всей души зевнула, намекая, что не желаю снова говорить на эту тему.

– Если ты из-за Тимура, то можешь не переживать. Он два месяца назад от нас съехал. В центре Москвы квартиру снимает.

– Да, Таечка, ― вдруг в трубке послышался женский голос. ― Тимурка у нас совсем взрослый стал. С девушкой живет. Глядишь, скоро женится, ― звонко хохотнула папина пассия.

– А с Русланом вы вроде нормально общались, ― вклинился папа.

– Мы можем пристроить тебя в институт, в котором учится Русик, ― говорила Катя. ― Он как раз недавно права получил, так что будете вместе ездить.

– Дочь, я хоч… Мы с Катей оба очень хотим, чтобы у тебя было хорошее будущее, чтобы ты получила образование. Мы поможем тебе, слово даю! Ты ж знаешь, как я люблю тебя.

– Он очень скучает, Тась… ― жалобно обронила Катя.

– Тась, давай я заберу тебя завтра? М? Согласна?

Я нервно покусала губу.

Ехать в их дом, куда может вернуться Князь, или остаться в этом прокуренном притоне, куда в любую минуту могут нагрянуть пьяные дружки отчима?..

 Черт! Это как выбирать между газовой камерой и электрическим стулом, ей богу! И там и там опасно.

– Пап, я это… подумаю, в общем. СМС пришлю если что.

Не успела нажать на сброс, как на пороге комнаты нарисовалась мама. Ясное дело ― подслушивала.

– И над чем это ты подумаешь, интересно? ― Она уткнула руки в бока. ― Езжай, пока зовут! Ишь, подумает она! ― усмехнулась мама. ― Королевишна нашлась! В школе еле доучилась, из института выперли, сидит на моей шее, бездарь, и еще выбирает, видите ли, ехать ей в Москву аль не ехать?!

Я глубоко вздохнула и закатила глаза.

– Всё? Вечернюю порцию яда выплеснула? Теперь я спать лечь могу? ― грубо бросила я и, взяв свой мобильник, укрылась одеялом с головой.

Я думала, что она вот-вот стащит его с меня. Мама ненавидела, когда последнее слово оставалось за мной.

Но тут из их спальни послышалось мычание отчима.

– Р-и-и-т, Ри-ту-ля! Воды принеси!

Мама быстро переключилась на дядю Колю.

Орала на него полночи, как ненормальная, что-то разбила на кухне.

Только вроде мама улеглась спать, как вдруг дядя Коля встал. Начал шастать туда-сюда, хлопать дверьми то в ванную, то в туалет. Потом в мою комнату потянуло дымом, и мне пришлось пойти в кухню и контролировать, чтобы он не уснул с сигаретой…

Боже, как я от всего этого устала…

Я взяла телефон и, несмотря на то, что на дисплее светилось «2:34» написала СМС.

«Пап, я согласна. Буду ждать тебя завтра».

– Надеюсь, Князь и правда скоро женится и больше никогда не заинтересуется моей персоной… ― судорожно вздохнула я и, вставив в уши наушники, попыталась уснуть.

Глава 4

Папа позвонил мне в десять утра и сообщил, что выехал из Москвы.

У меня была уйма времени, чтобы собраться, учитывая, что до Вологды он проедет примерно шесть часов.

Покидала в спортивную сумку одежду и кое-какую обувь, взяла пару книг и всякую мелочевку в виде зарядки для мобилы, наушников и косметики.

Мама с отчимом не находили себе места от счастья.

«Наконец-то Таська сваливает!» ― так и читалось в их радостных взглядах.

 Больше никто не будет ходить по квартире с кислой миной, ворчать, что в доме бомжевидные гости, возмущаться, что они вечно пытаются друг друга переорать.

Ах да, есть еще жирнейший плюс: на меня не нужно больше тратиться. Отныне эта забота ляжет на плечи отца.

После обеда я сгоняла к Машке, чтобы попрощаться, затем занесла в институт учебники. Два пришлось купить, а остальные удалось заклеить.

А потом сидела на подоконнике, смотрела на наш снежный двор с двумя качелями и старой ржавой горкой, и гоняла в голове мысли.

Сказать по правде, я немного нервничала. Все-таки собралась переезжать из маленького тихого городка в мегаполис, где будут новые знакомства, новый универ, новые друзья.

Соседство с Русланом меня нисколечко не пугало. Вероятно, этот парень как был тихоней, так им и остался. Наверное, хорошо учится, говорит заумными словечками, и одевается в накрахмаленные рубашечки и строгие брючки.

Ужиться с таким ― раз плюнуть.

А вот его брательник… Кхм…

Ночью я много думала о Князеве старшем. Сначала меня трусило не по-детски, доходило до панических атак, как только вспоминала, через какие унижения мне пришлось пройти в школе.

А потом я все расставила на свои места.

Первое: Князь повзрослел.

Второе: он живет с девушкой в отдельной квартире.

Третье: я больше не толстуха, чтобы давать повод для насмешек.

Четвертое: да кто он такой, чтобы стать преградой между мной и папой? Это мой отец, МОЙ, а не его! И я имею полное право жить с ним, черт возьми!

***

Папа подъехал к дому около четырех вечера.

– Ну что, присядем на дорожку? ― широко улыбнулась мама.

«Хоть бы ради приличия скрыла свою радость», ― подумала я.

А отчим вообще рассмешил. В кой-то веки побрился, зачесал волосы на лысину.

Это чтоб перед моим отцом лицом в грязь не упасть?

Мама отправила его проводить меня, чтобы донес тяжелую сумку.