- -
- 100%
- +
Глава 1. Любимая воспитательница
13:00
Алиса
Роддом
«Нашей заведующей, как обычно, приспичило устроить собрание за пять минут до обеда, ― ворчала про себя Алиса, быстро спускаясь по лестнице. ― И так обеденный перерыв всего полчаса, так ещё и задерживают! Ох, Рома меня уже заждался! Опять опаздываю!»
Выскочив из больницы, Алиса поспешила в их любимый с мужем ресторанчик, в котором частенько вместе обедали.
«Наконец-то сейчас обниму любимого!» ― просияла она, растянув на губах улыбку.
Она жутко по нему соскучилась, ведь не виделись больше недели. Эти постоянные командировки мужа изрядно надоели. Роме, как директору крупного холдинга приходилось по несколько раз в месяц уезжать то на важные переговоры, то на различные бизнес-тренинги.
Впрочем работа Алисы акушером-гинекологом тоже отнимала немало времени: ночные дежурства, внеплановые операции, дополнительные смены. Иногда так и хотелось все бросить и стать домохозяйкой, о чем давно просил муж.
«Солнце, я же достаточно зарабатываю, ― говорил он. ― Зачем тебе вкалывать в этой больнице с утра до ночи? Увольняйся и занимайся воспитанием Дианы. Ну, если хочешь, найди себе какое-нибудь увлечение по душе. Ты же у меня любишь готовить. Хочешь, открою тебе небольшую кондитерскую?»
Алиса вроде и хотела бы, ведь печь торты и пирожные и правда очень любила, но дарить жизнь новорожденным детишкам и делать счастливыми их мамочек было важнее тортиков. Как бы она ни уставала под конец смены, но один только взгляд женщины, только что ставшей матерью, сразу придавал сил.
Войдя в ресторан, она отыскала взглядом мужа. Роман, вальяжно расположившись на диване, разговаривал по телефону, игнорируя игривые взгляды девушек, сидевших за соседним столиком.
Все только на него и смотрели.
Широкоплечий, зеленоглазый красавец с аккуратной бородкой выгодно смотрелся везде, где бы ни появлялся. А его властный голос всегда притягивал внимание, особенно, когда общался со своими подчинёнными.
Алиса обожала такие моменты: когда шла по залу ресторана к мужчине, на которого в открытую таращились девушки, затем, поцеловав его, присаживалась за его столик.
Кто бы видел лица охотниц на миллионеров. В их глазах почти всегда читалась фраза: «Как она отхватила себе такого видного мужика?!»
Муж, заметив её, что-то сердито бросил в трубку, положил телефон на стол и, встав с дивана, тепло улыбнулся.
– Привет, солнце! ― скучающе поцеловал в губы. ― Опять задержали?
– Ты же знаешь Людмилу Сергеевну, ― закатила глаза Алиса. ― У нее, как всегда, все самое срочное случается перед обедом.
– Пора тебе самой становиться заведующей, ― присаживаясь на диван, подмигнул муж. ― Только скажи, и я решу этот вопрос в два счета.
Алиса знала, что со своими связями Роман быстро усадил бы её в кресло заведующего отделением, но, в отличие от мужа, она не умела ходить по головам. Зачем все эти косые взгляды коллег? Да и тем более какая из неё заведующая в двадцать семь лет? Только закончила ординатуру и начала самостоятельно оперировать.
Официант поставил на стол тарелки. Муж знал наизусть вкусовые предпочтения Алисы и заказал всё, что она любила.
– Даже вспомнил про десерт, ― улыбнувшись, послала ему воздушный поцелуй.
– Это, конечно, никуда не годится, по сравнению с тем, как готовишь ты, ― разрезая стейк, Роман кивнул на «Тирамису», ― но раз тебе нравится, решил заказать.
«Какой он у меня внимательный, заботливый, ― не переставала восхищаться Алиса. ― Такого мужа попробуй еще найди!»
В сумочке пропиликал мобильник, и Алиса прочитала сообщение из родительского чата.
«Уважаемые родители, напоминаю, что сегодня в 18-00 состоится родительское собрание. Просьба иметь при себе бахилы».
– Бли-и-ин, ― хлопнула себя по лбу, ― совсем забыла, что сегодня в саду собрание. Теперь и не отпроситься…
– Во сколько? ― спросил муж.
– В шесть.
Алиса с надеждой взглянула на него и взяла за руку.
– Ром, может, ты сходишь? Послушаешь, что будут говорить о выпускном, о фотографиях, это очень важно. Мне уже неудобно просить у мамочек, чтобы пересказали, о чем говорили на собрании и сколько нужно сдать денег.
– Солнце, у меня вечером важная встреча. Навряд ли успею.
Алиса нервно покусала губу.
– Что ж я раньше о нем не вспомнила?! Могла бы подмениться…
– Нашла из-за чего переживать, ― фыркнул муж, вытирая губы салфеткой. ― Завтра утром приведешь Диану и сама обо всем спросишь. В конце концов, не все могут прийти на собрание. А учитывая, сколько денег мы платим за частный садик, думаю, воспитателю будет несложно повторить для тебя информацию.
Возможно, Роман был прав. Тем более новая воспитательница Дианы вроде очень даже милая. Правда, молоденькая совсем, да и на воспитательницу ничуть не похожа: блондинка, ростом не меньше метра восьмидесяти, ноги длинные, стройные. Ей бы по подиуму ходить.
Алиса вспомнила, как три месяца назад мамочки разнервничались, когда её представили на собрании, а у мужчин пораскрывались рты.
– Здравствуйте, дорогие родители! Меня зовут Кира Андреевна, и с этого дня я буду воспитателем в вашей группе, ― немного смущаясь, произнесла девушка.
– У вас опыт работы с детьми вообще имеется? ― недовольно оглядывая её стройную фигуру, бросила одна из мамочек.
– Имеется, ― ответила девушка. ― Я три года работала в старшей группе. Перевелась в этот садик в связи со сменой места жительства.
Пока мамочки отходили от шока, папы чуть ли не облизывались, таращась на её пышную грудь, обтянутую тонкой блузкой. А когда Алиса выходила из садика, случайно услышала фразу одного из них:
– Вот это я понимаю ― частный детский сад! Все на высшем уровне. Даже воспиталки ― модели!
Но за своего мужа она была спокойна. Знала: верный, любящий. Пусть рост Алисы всего метр пятьдесят пять и ноги вовсе не от ушей, но она была ничем не хуже. И упругая грудь второго размера прилагалась, и каштановые длинные волосы, и ясные голубые глаза.
Да и вообще, если честно, какая разница, как выглядела новая воспитательница, дело же совсем не во внешности. Главное, Диане она полюбилась. Дочка даже в сад стала ходить с удовольствием и бесконечно про неё тараторила:
«Смотри, как красиво меня заплела Кира Андреевна!», «А мы с Кирой Андреевной играли в прятки», «А Кира Андреевна помогла мне собрать браслетик».
И так чуть ли не каждый день. Она стала её любимой воспитательницей, чему была очень рада Алиса. Ведь это же прекрасно, когда твое чадо окружено заботой, пока рядом нет мамы.
Выйдя из ресторана, Роман нажал на кнопку брелока, после чего мигнули фары его чёрного «мерса».
– Увидимся утром, ― поцеловал он Алису.
– Не забудь напомнить няне, чтобы забрала Диану из садика часа в четыре и отвела на английский.
– Обязательно, солнце!
18:00
После очередной успешной операции, Алиса с грустью смотрела в окно ординаторской, чувствуя вину перед дочкой.
«Работа, работа… Из-за нее вечно про все забываю, ― прерывисто вздохнула она. ― У Дианки выпускной на носу, все родители активно участвуют в обсуждениях, а я сижу здесь…»
– Чего киснем? ― послышался голос коллеги Иры, и следом раздался хлопок двери.
– Опять забыла про собрание… ― развернувшись, проронила Алиса. ― В прошлом месяце забыла про соревнования, неделю назад ― про весеннюю поделку. Я никудышная мать!
– Ой, подумаешь, собрание! ― махнула рукой Ира и достала из шкафа свое пальто. ― Не переживай, тебе обязательно сто раз напомнят, сколько нужно сдать денег.
Девушка резко замерла и уставилась на Алису.
– Слушай, а хочешь, я тебя сегодня подменю в ночь? Мне просто позарез нужен выходной на следующей неделе, так что можем махнуться сменами.
– Правда? ― оживилась Алиса. ― Здорово! Тогда я полетела?
Но улететь быстро не получилось.
Застряла в такой пробке, что уже и не надеялась успеть хотя бы к концу собрания.
19:25
Как попало припарковав машину, Алиса со всех ног бежала в садик.
«Не успела…» ― отчаялась она, увидев, как на улицу высыпал народ.
– На собрании было что-то важное? ― запыхавшись, спросила у одной из мамочек.
– Было, но вам обо всём муж расскажет. Он в группе.
– Странно… ― задумчиво вымолвила Алиса. ― Говорил, что не успеет.
Идя по коридору, восхищалась мужем.
«Какой он у меня ответственный! Как бы сильно не устал, но после важной встречи все равно сразу поехал на собрание».
Войдя в раздевалку, услышала стоны из приоткрытой двери группы, затем перевела
взгляд на пальто мужа, висевшее на дверце детского шкафчика.
– Ром, нас же могут заметить, ― послышался из группы голос Киры Андреевны.
– Расслабься, солнце. Здесь никого нет.
В следующую секунду высунулась крепкая рука мужа, закрыла дверь, за которой тут же разлился смех.
– Сумасшедший! Ну, неужели нельзя было потерпеть до завтра?
– Я неделю тебя не видел. И больше не намерен терпеть, ― ответил Роман, после чего Алиса сжалась в комок, и ее глаза зажгли горячие слезы.
Глава 2. Как мужчины это делают?
Алиса
Час спустя
Сидя в машине, припаркованной на обочине, Алиса красными, распухшими глазами смотрела в лобовое стекло. Лицо было белее простыни, взгляд ― безжизненный. Выглядела, как приведение. Хоть бери и выставляй на пороге музея ужасов.
В ее голове непрерывно звучали слова мужа, сказанные воспитательнице:
«Я неделю тебя не видел. Больше не намерен терпеть!»
Роман произнес это с такой страстью, как будто она была единственным человеком, по которому он тосковал всю эту неделю. Как будто разлука с ней сводила его с ума.
– Солнце… ― хрипло повторила она его обращение к ней и все внутренности превратились в лед.
Роман по несколько раз в день называл так Алису.
Ласково, любя…
Разве она могла подумать, что он точно так же обращался к другой женщине?
Час назад, стоя напротив закрытой двери группы, она с трудом подавила в себе порыв ворваться внутрь и посмотреть им обоим в глаза.
Остановила себя в последний момент, когда рука уже коснулась дверной ручки. Как будто что-то свыше подтолкнуло её к выходу, а затем она бежала, не видя дорогу от слез, и каким-то чудом, на автопилоте, смогла отъехать на несколько километров от садика.
Ответственная работа, в которой не было места ошибкам, научила ее быстро принимать правильные решения, а не действовать сгоряча.
Руки чесались от желания вцепиться в волосы этой дряни, залепить мужу пощечину и гордо уйти, подав на развод.
Наверное, так бы поступила любая другая, но… только не в случае Алисы.
Она догадывалась, что ждало ее дальше: сначала скандал, потом ― развод, а дальше…
Дальше Роман навсегда разлучит ее с Дианой.
Что делать, когда обнаружила страшный скелет не просто в шкафу, а в детском шкафчике садиковской раздевалки?
Варианта было два: уйти от мужа-предателя, потеряв дочь, или жить с ним под одной крышей, делая вид, что ничего не произошло.
От безвыходности стало трудно дышать, внутри разгорелся пожарище.
– А-а-а-а! ― прокричала на всю машину и, со всей силы ударив по рулю, болезненно скривила лицо. ― Что ты с нами сделал? Зачем ты так со мной? Ты же знаешь, ― всхлипнула она, ― знаешь, что не оставишь мне выбора.
Вытащив из кармана пальто мобильник, вытерла мокрые глаза и прочитала сообщение из родительского чата:
«Уважаемые родители, благодарю всех, кто сегодня смог присутствовать на собрании. Очень рада, что мы с вами так быстро определились с фотографиями для альбома выпускника и местом для проведения выпускного. Отдельно хочу поблагодарить Абрамова Романа Игоревича за помощь в креплении полки».
– Крепление полки… ― прошептала Алиса. ― Это теперь так называется?
Подбородок задрожал, из глаз вырвались злые слезы.
– Для всех сделали вид, что он задержался после собрания, чтобы помочь ей с полками…
«Роману Игоревичу нужна отдельная грамота, ― писала одна из мамочек. ― Остальные папы не спешат участвовать в жизни садика».
«Поддерживаю! ― подхватила еще одна. ― Это же все для наших детей! Но почему-то, как только нужно что-то приколотить в группе или передвинуть мебель, все папы куда-то резко исчезают».
Сергей Азаров набирает текст…
«Папы работают!!! А еще они платят за частный сад столько, что можно нанять бригаду плотников».
«Согласна! ― писала его жена. ― Ладно бы ходили в обычный сад, где вечно нужно что-то прикрутить и покрасить. Думаю, в частном саду такие вопросы должны решаться без привлечения родителей».
Кира Андреевна набирает текст…
«Я очень прошу вас не сердиться. Мы стараемся как можно меньше тревожить наших дорогих родителей, но иногда случается форс-мажор: полка могла бы завтра упасть на любого ребенка еще до прихода мастера, поэтому решили перестраховаться. В первую очередь заботимся о наших любимых детишках. А теперь давайте еще раз пробежимся по списку подарков и анимационной программе для выпускного…»
Поставив телефон на блокировку, Алиса горько усмехнулась.
– Роману Игоревичу нужна отдельная грамота… За то, что единственный из всех пап задерживается после собрания и ублажает нашу ”любимую‟ Киру Андреевну…
Все это казалось кошмарным сном.
Алиса даже ущипнула себя в надежде проснуться на диване в ординаторской и, вытерев мокрый лоб, выдохнуть от мысли, что все это просто приснилось. Что ни она, ни Рома не ездили на собрание, муж был дом с дочкой, а она ― на работе.
Из-за внеплановых операций и ночных смен и не такое могло присниться, но надежда на сон быстро развеялась.
– Девушка, у вас все в порядке? ― раздался мужской голос.
Переведя взгляд на приоткрытое окно, Алиса кивнула пожилому мужчине.
– Да, я… ― смахнула она с щек слезы, ― я просто неважно себя почувствовала, но уже лучше. Спасибо! ― Повернула ключ и, вырулив на трассу, поехала вперед.
Это не сон.
Это реальность, в которую Алиса отказывалась верить. Не могла подпустить к себе мысль о том, что с этого дня их семейная жизнь дала трещину и больше никогда не будет прежней.
Ведь все было так хорошо…
Можно сказать ― идеально! Их семью всегда считали примером для подражания. Подруги и коллеги Алисы завидовали и говорили, что у нее золотой муж.
А оказалось, что этот ”золотой муж‟ еще и золотой любовник…
Размыто видя дорогу, Алиса представляла, как Рома занимался с ней любовью и горло сжала невидимая рука.
«Ты видел новую воспитательницу?» ― вспомнила она вопрос, который задала ему три месяца назад.
«Видел, ― равнодушно пожал плечами Роман. ― Думаю, надолго не задержится».
«Почему это? ― хохотнула Алиса, помогая ему завязать галстук. ― Хотя ты прав. Если Азаровы начнут к ней придираться, как и к предыдущей, то точно сбежит».
И, недовольно закатив глаза, вздохнула.
«Ну что за люди такие, а?! Считают, раз платят большие деньги за сад, то их сына должны чуть ли не вылизывать. А из-за них потом увольняются хорошие воспитатели. Надеюсь, эта останется до конца. Хорошая вроде. Диане нравится».
«Нравится ― это хорошо», ― сказал тогда муж, видимо, тщательно маскируя за серьёзным видом, что ему она тоже успела понравиться.
– Стерва… ― ледяным тоном изрекла Алиса, вспомнив, как Кира Андреевна улыбалась ей в лицо, постоянно расхваливая Диану.
«У вас чудесная девочка! Такая умничка, все знает, все умеет. Вы, наверное, много с ней занимаетесь? ― лепетала она, гладя по голове Диану. ― Характер точно мамин, ― смеялась эта дрянь. ― Милая, общительная. А папа у вас мужчина серьезный. С таким, неверное, не расслабишься, да, Диан?» ― подмигнула тогда дочке.
– А ты, видимо, неплохо с ним расслабляешься… ― вымолвила сдавленным голосом Алиса. ― Как давно он с ней спит? ― отчаянно всхлипнула. ― Сколько времени они делают из меня дуру?
В сердце болезненно прокрутилась отвертка. Прерывистый вдох и на выдохе изо рта снова вырвались рыдания.
Смесь обиды и боли разрывали душу на части, а на соседнем сиденье пиликал телефон, на экране которого светилось изображение улыбающегося мужа.
«Ты занята? ― прислал он в телеграмм. ― Диана хочет пожелать тебе спокойной ночи».
«Перезвоню через пять минут», ― ответила она, остановившись на светофоре.
Алиса была не готова даже по телефону услышать голос мужа, но знала, что дочурка не уснет, если не поговорит с ней перед сном. Это было некой традицией: пожелать друг другу сладких снов и на прощание сказать волшебное заклинание для отпугивания кошмаров.
Свернув в первый попавшийся двор, заглушила двигатель и, сделав несколько глубоких вдохов, взяла телефон.
– А вот и мама звонит, ― раздался в трубке голос Ромы.
– Дай мне, дай! ― послышался звонкий голосок Дианы. ― Мамочка, привет!
– Привет, моя сладкая! ― болезненно улыбнулась Алиса. ― Ложишься в кроватку?
– Да. Уже умылась, почистила зубки и переоделась в пижамку. Сейчас папа расскажет мне сказку и буду спать.
– Умница моя!
– Ну, говори, мам! Подожди только, я сейчас заберусь под одеяло.
В трубке послышался шорох.
– Вот теперь говори!
– Любимый наш волшебник, раскрой над Дианой цветной зонтик и покажи ей самые прекрасные сны, ― едва сдерживаясь от слез, проговорила Алиса, на секунду представив, что никогда больше не скажет ей эти слова. ― А все темные тучки прогони от нашей девочки и сторожи ее сон до самого рассвета.
– И тебе спокойной ночи, мамочка, ― чмокнула в трубку дочь. ― Сейчас папу дам.
– По голосу слышу, что устала. На операции была? ― спросил Роман.
– Д-да… Был тяжелый день.
Набрав полную грудь воздуха, стиснула в руке трубку.
– Ты был на собрании?
– Был, ― ответил, как ни в чем не бывало. ― Поехал сразу после работы, чтобы ты не переживала, что пропустим что-то важное.
– Молодец… ― сглотнув ком в горле, хрипло вымолвила Алиса.
– А ты как узнала? ― неожиданно спросил он.
– В чате тебя хвалили. Писали, что ты даже помог прикрутить какую-то полку.
– Аха-ха, да-а… ― смеясь, протянул муж. ― Стоило только появиться на собрании и сразу припахали. Там всегда так?
– Нет не всегда. Видимо, ты оказался самым сговорчивым.
Пока Рома вкратце рассказывал о том, что обсуждали на собрании, Алиса зажала рукой микрофон и, зажмурив глаза, едва сдерживалась оттого, чтобы не сорваться.
– …В общем, деньги переводить в фонд группы, а они сами все закажут и организуют, ― подытожил муж. ― Алис, у тебя точно все в порядке? ― раздался словно отдаленно его голос. ― Алло? Ты тут?
– Тут. Просто только что была сложная операция. Устала. Завтра обо всем расскажешь подробней, ладно? Я прилягу пока в отделение тихо.
– Конечно, солнце! ― резануло ножом по сердцу последнее слово. ― Спокойной тебе смены. Целую!
– И я…
Если бы сама лично не застукала его за изменой, то никогда бы не подумала, что он мог хотя бы просто посмотреть в сторону другой женщины. Он ведь совершенно ничем себя не выдавал.
Ничем.
Час назад обжимался с воспитательницей дочери, а сейчас вел себя как прилежный семьянин ― любящий муж и отец.
Получается, пока ты на работе, в магазине, в банке, на почте, твой благоверный запросто может тебе изменять? Да что там говорить: он может развлекаться с любовницей даже в таких местах, как детский сад, а ты ни сном ни духом.
Пока ты готовишь ему ужин, играешь с дочкой, гуляешь в парке, стоишь в пробке ― он всегда с тобой на связи, всегда называет тебя солнцем, целует на прощание, говорит, что соскучился, а потом…
А потом обращает свой такой же нежный взгляд другому «солнцу»…
Как мужчины это делают? Как?
Несколько минут после разговора Алиса пыталась прийти в себя, чтобы двигаться дальше.
Домой она точно не собиралась ехать. Знала: для начала нужно остыть и понять, как правильно поступить дальше.
Роман не из тех людей, кто будет церемониться. Алиса прекрасно помнила, чем мог обернуться для нее скандал, который произошел в их семье два года назад, и была уверена, что в этот раз муж поступит точно так же.
– Я никогда этого не делала, но сейчас просто обязана поехать туда, ― проговорила она и, отыскав в телефоне нужный контакт, набрала номер.
Глава 3. Когда впервые ее увидела
6:55
Роддом
Алиса
– Только родилась, а уже сирота при живых родителях… ― прошептала Алиса, стоя возле больничной люльки для младенцев, в которой лежала новорожденная девочка.
Оглядела крохотные ручки, ножки, сморщенное личико, и сердце сжалось от боли.
«Как можно отказаться от такого счастья?..»
Это был не первый ребенок-отказник, которого она видела за все время своей работы, но до сих пор не могла научиться справляться с эмоциями.
Пропускала через себя все, что в будущем ожидало эту малышку: и как будет расти без мамы, и как ей будет не хватать ее тепла, и… как на всех детских утренниках будет грустить, что среди чужих людей не будет родного взгляда.
Вероятно, ей придется расти в детском доме, самостоятельно переживать подростковые трудности и первую влюбленность.
Алиса всем сердцем надеялась, что этой малютке повезет, и ее возьмут в хорошую семью.
– Дай бог, чтобы у тебя не сложилось так, как было у меня, ― прерывисто вздохнула она и, положив руку на люльку, задержала печальный взгляд на крохе.
Она не понаслышке знала, каково это ― расти без родителей. Родная мать Алисы, точно так же, как и эту малышку, оставила ее в роддоме.
Никогда о ней ничего не слышала. Знала только, что мать родила ее в семнадцать.
Алиса до четырнадцати лет жила в детском доме, а потом ей выпал счастливый билет. До сих пор помнила, как в детдоме сменилось руководство, пришла новая заведующая и сразу прониклась к ней, после чего забрала в свою семью.
Анна Витальевна стала ей как мать. Именно благодаря ей Алиса в восьмом классе взялась за ум, закончила школу с отличием, затем поступила мединститут.
Вот только Романа она как-то сразу не приняла.
– Зачем тебе мужчина с годовалым ребенком? ― твердила она. ― Ты молодая, красивая, умная. Выйдешь замуж и создашь свою семью.
– Его дочка считает меня мамой, ― упрямо отвечала Алиса. ― Ты понимаешь, что я люблю ее как родную? И его люблю! Это же мой единственный шанс, Анечка Витальевна. Единственный шанс обрести полноценную семью. Я детей хочу, а своих у меня никогда не будет.
– Будь проклят этот гаденыш! ― плевалась Анна Витальевна. ― Чтоб ему всю жизнь пусто было!
С такой ненавистью она говорила о бывшем молодом человеке Алисы. Третьекурсник Влад Громов был старше на два года и понравился ей с первой встречи. Их отношения вспыхнули, как бенгальский огонь, когда Алиса только-только поступила в мед.
Красивые ухаживания, свидания, романтические прогулки, путешествия ― всего этого было сполна за счастливые три года отношений.
А потом Алиса забеременела…
Влад стал меняться на глазах. Из заботливого и любящего мужчины превратился в деспота. Все ему не нравилось: и что Алиса стала меньше уделять ему внимания, и что поправилась на пару кило.
Он стал просто невыносимым. Раздражался по любому поводу, выводя из себя беременную невесту.
Итог: выкидыш на четырнадцатой неделе.
И приговор врача:
«К сожалению, во время операции возникли серьезные осложнения. Вы больше не сможете иметь детей».
Тогда ей пришлось проделать очень долгий путь, чтобы прийти в себя и попробовать снова начать жить.
Отношения с Владом были разорваны. Слава богу, к тому моменту он уже выпустился из института и она больше никогда с ним не виделась.
Но память о нем и последствия их отношений останутся с ней навсегда.
С тех пор Алиса не надеялась услышать в свой адрес ласковое слово «мама». Все подруги выходили замуж и обзаводились детьми, а ей ничего не оставалось делать, как уйти с головой в работу.
Из-за личной душевной трагедии она стала отличным врачом. Сейчас коллеги, наблюдая за тем, как она проводила сложные операции, приходили в полнейший восторг.
«Алиса Алексеевна, вы просто гений! Я думала, что эта роженица обречена, но вам не только удалось спасти ребенка, но и сохранить ей матку!»
Зная, каково это потерять возможность иметь детей, Алиса выкладывалась на подобных операциях по полной.